Читать книгу "Колдовская ботаника"

Иван и Чудик глянули и ахнули: будто пелена с их глаз сошла – вдалеке пылало кольцо огня, и в том кольце кто-то метался. Ваня прислушался

– Горим! – заявил пес и тоже увидел кольцо огня, – Марья!

Земляникин расслышал крики о помощи и побежал к огненному кольцу. Звонок крупными скачками опередил Ваню в беге… А Чудик сделал, было, рывок в ту же сторону, но остановился, прищурился на молодой дубок – что-то задумал.

– Хочешь бусики?

– Я мальчик, – сказал дубок.

– А дудку?

Чудик вынул из головы большой горн и дунул в него – получилось громко.

– Хочу! – обрадовался дубок.

– Тогда поскакали!

Чудик вскочил дубку на ветки, прогудел в горн и вытянул свою лапку в сторону огненного круга:

– В атаку!

Иван и Звонок, запыхавшись, подбежали к стене из огня. В круге танцующего пламени визжала, кричала и рыдала Марьюшка.

– Помогите! Спасите! Эй, кто-нибудь!

– Я тут! Я спасу тебя!

Звонок хотел перепрыгнуть через кольцо огня – но огонь неожиданно вырос и встал стеной. Пес даже слегка опалил шкуру.

– Помогите!

– Минуточку!

Ваня задумался: как же преодолеть высокую стену огня в чистом поле?

– Через минуточку я стану шашлыком! – пообещала Марья.

– Что же делать? Что делать? – прыгал вокруг огненного кольца пес.

И тут раздал звук горна. Ваня обернулся и увидел Чудика, тот мчался на дубке как лихой наездник.

– Тпррру! – скомандовал Чудик, дубок остановился поодаль от огня, и его наездник спрыгнул на землю.

– Чудик! – обрадовался Ваня другу, – Пораскинь мозгами! Как Марью вытащить?

– Было б чем раскидывать… – съязвил пес.

Кольцо огня опасно сужалось, пламя трещало и подбиралось к Марье.

– Что вы там копаетесь! – кричала девочка, – Спасайте уже!

И тут Земляникина осенило.

– Чудик! Покопайся у себя в голове!

– Зачем это?

– А ну, вытряхивай, что там есть! – пес схватил Чудика за ножки и перевернул вверх тормашками.

– Это нарушение прав! Ай! Опусти меня!

Но Звонок все тряс и тряс его. Из головы Чудика, как из шляпы фокусника, полетел всякий хлам – целая куча набралась.

Наконец на землю упал красный огнетушитель. Ваня схватил огнетушитель, направил его на огонь, нажал на рычаг, но… Из огнетушителя вылетели лишь радужные пузырики. Ваня опешил

– Чудик?! И это все?! – изумился пес.

– А ты думал, я водокачку с собой таскать буду?! Я что – совсем без мозгов?! – заявил Чудик, и осекся, закрыл рот лапкой.

Ваня в отчаянье посмотрел на огонь. Потом на кучу хлама у своих ног. Времени на раздумья уже не оставалось.

– Папенька, прости меня, я больше так не буду! – заливалась слезами Марья, но ее слез точно не хватило бы, чтобы потушить кольцо огня, – И ты, Ванечка, прости!

– Прощай, Марьюшка, – Чудик утер масляную слезинку, – Мы хотели тебя спасти, но…

– Марья, держись, я спасу тебя! – крикнул Ваня.

Он выхватил из кучи хлама какую-то плотную ткань, отошел от огня подальше, разбежался и прыгнул прямо в огненную стену.

– Хозяин! – взвизгнул от неожиданности Звонок.

Стена огня стала еще выше. Пес в отчаянье заскулил.

– И на кого ж ты меня покинул! И как я теперь жить-то буду!

Чудик тоже горько заплакал масляными слезинками, и машинально вынул из своей головы мешок с песком. Стена огня стала такой высокой, что за ней уже ничего и никого нельзя было разглядеть. Дубок зажмурил глаза от страха:

– Мамка-а!

Чудик горестно погладил дубок лапкой.

– Остались мы с тобой сиротинками! Придется тебя усыновить!

Чудик и дубок горестно обнялись…

И тут из огненного круга вырвалось нечто. Это были Ваня и Марья, обернутые той самой плотной материей, что нашлась в куче из головы Чудика. Платье у Марьи обгорело, да и Ванины штаны дымились. Но разве это важно?

– Ваня! Марья! – радостно кинулся их обнимать и облизывать пес.

А Чудик приложил ко рту горн, протрубил, а потом хвать – и высыпал мешок с песком прямо на мальчика с девочкой.

– Это – песок?! – изумился Ваня, – Откуда?!

Счастливый Чудик похлопал себя по крышке и принялся скакать вокруг Вани и дуть в горн.

– Фу, какая гадость! Если б я там изжарилась, ух, как бы я папеньке на вас наябедничала! – заявила Марья, отряхиваясь от песка.

– Да если б я знал, что него в голове еще и песок есть – мы бы огонь в два счета затушили! – сказал Ваня.

Он только-только решил высыпать остатки песка на пламя, как огненное кольцо само собой – раз – и затухло.

– Ты чего про песок-то молчал?! – прорычал Чудику пес.

– Понимаете, в моей голове столько всего напихано, что я никогда не могу откопать в ней самое нужное в важный момент, – пробормотал Чудик, собирая обратно под крышку свой хлам, – Из меня все как-то само выходит. И само входит…

Когда куча каким-то невероятным образом вновь поместилась в его голове, Чудик покосился на плотную ткань, она все еще чуть-чуть дымилась

– Но я понятия не имел, что могу доставать из себя волшебные вещи… – и он осторожно сложил горячую ткань и тоже отправил ее себе под крышку, – Ай, горячо… щекотно…

– Никакая это не волшебная ткань, – заявил Ваня, – а обычный огнестойкий брезент. Его в строительстве используют.

– Хорошо, что он нашелся. Иначе быть бы тебе, Марья, жареным барашком… – ухмыльнулся пес.

– А где же она?! Марья! – закричал Ваня.

…А Марья уже – фьють – и сбежала. Услышала она голос кукушки и, пока мальчишки болтали, улизнула на ее «ку-ку-ку-ку!».

Кукушка привела девочку к густым и высоким зарослям приозерной травы. Марья протиснулась вперед, раздвигая перед собой сочные острые стебли, и вышла к черному озеру. Ох, и красивое оно было в свете белой, как фонарь, луны! Вдоль кромки воды как по стойке смирно стояли крепкие камыши. На водной глади как в зеркале отражались луна и звезды. И по всему озеру были рассыпаны огромные белоснежные цветы-кувшинки.

Девочка вышла на песчаный бережок. Возле самой воды в песок была воткнута табличка со странным знаком, на нем был изображен пловец, перечеркнутый черной линией, и русалка с хвостом и пастью.

Любой здравомыслящий человек сразу бы сообразил, что знак этот предупреждал: «Купаться запрещено: русалки!». Но Марья упрямо пошла к черной воде. Ведь она увидела на другом берегу густые папоротниковые заросли! А где листья папоротника, там и его цветок – логично?

Девочка встала у кромки воды и задумалась: как же преодолеть озеро? И вдруг на табличке у берега исчезли пловец и русалка, вместо них появилась надпись:

– Ис-пы-та-ние вто-рое, – по слогам прочла Марья и обрадовалась, – Ага, значит, я иду туда, куда надо!

Как только девочка прочла надпись, дощечка наклонилась, упала в воду и утонула. Послышался плеск больших плавников, будто рыба в воде заиграла. Марья стала смотреть на озеро во все глаза: да где же та рыба-то?!

И тут кто-то тихонько засмеялся: серебристый такой смех – как колокольчик! Марья оглянулась, покрутилась вправо-влево: никого.

– Кто тут? – спросила девочка, – Выходи, не надо бояться.

От этих слов кто-то невидимый просто прыснул со смеху. Луна стала светить ярче, и на поверхности озера появилась сверкающая лунная дорожка. Марья еще раз огляделась.

– Вот вы смеетесь, а мне, между прочим, совсем не до смеха. Мне на тот берег надо. Если б лодку…

Странно: тут же из зарослей кустарника выплыл большой лист от кувшинки, а рядом с ним вынырнула девушка с роскошной черной шевелюрой и с венком из красных цветов.

– А ты садись сюда, красавица, я тебя мигом довезу, – девушка толкнула лист прямо к берегу – под ноги Марьи.

Марьюшка обрадовалась: вот так удача! Она шагнула на лист кувшинки, он оказался плотным, как легкая лодочка, и уселась

А девушка с красными цветами в черных волосах уперлась руками в его край и повлекла прочь от берега.

– А вот вы знаете, меня некоторые мальчишки считают вовсе некрасивой! А вы правду говорите, да? Я… ну… это… симпатичная? Я вот смотрела картинку из будущего, так я ничем тамошних красавиц и не хуже. Только росту не хватает. А вот вы чем волосы после бани споласкиваете? – затараторила Марья.

– Всю правду скажу, милая, ничего не утаю. Волосы я тиной озерной мою, очень хорошее средство.

И русалка, а вы уже, конечно, догадались, что это была она, работая хвостом как пропеллером, вывезла девочку на середину озера. А уж там из воды стали выныривать одна за другой белокурые, рыжие и черноволосые головки красивых девушек, и у всех были чудесные венки из цветов.

И вот на берег из зарослей выскочил пес – унюхал след Марьи, да поздно. Рядом встали запыхавшийся Ваня, да Чудик прискакал на молодом дубке.

– Марья! – крикнул Ваня.

– Вон она, – Свисток показал лапой в центр черного озера.

Там бесшумно плескались и тихонько смеялись окружившие лист кувшинки девушки-русалки. Марья сидела на листе и беззаботно болтала с ними о чем-то своем, девичьем.

– Русалки! – ужаснулся Ваня.

– Вода! – ужаснулся Чудик и крепко схватился за ветки дубка.

А русалки закружились вокруг Марьи, запели. И та, что толкала лист кувшинки, сняла с себя красный венок и протянула его девочке.

– Марья! Держись! Я спасу тебя! – крикнул Ваня и бросился в воду.

– Хозяин!

Звонок отлично знал, что Ваня плавал примерно как топор – то есть, не умел он плавать. И всё потому, что на уроках в бассейне физрук постоянно доверял ему «пересчет голов»: «Ты же ходячая инструкция по технике безопасности, к тому же у тебя педагогический талант». В итоге все дети беззаботно плюхались в хлорированной воде, а Земляникин сидел на лавочке и пересчитывал головы в резиновых шапочках.

Звонок и сам не очень-то любил лезть в воду, но тут без малейшего колебания ринулся Ване на помощь

Верный пес поднырнул под мальчика, когда тот наглотался воды и вытолкнул на поверхность.

– Греби как я, – Звонок энергично перебирал лапами рядом с Земляникиным.

Ваня стал грести по-собачьи – получилось! И он стал одолевать черное пространство озера, не задумываясь ни о своих навыках пловца, ни о том, что скрывается в этой страшной воде. Единственная его мысль была – о Марье…

…А Марья не испытывала абсолютно никакого беспокойства. Сидела на листе лилии и болтала:

– Вот в будущем у всех красавиц – такие же прически как у вас! И никаких косичек! А еще у красавиц такие тонкие-претонкие талии. И такие длинные-предлинные ноги! А у вас – ноги длинные? А?

Черная русалка усмехнулась недобро и кивнула на венок из красных цветов, что лежал на листе кувшинки:

– Пустишь его по воде, свою судьбу узнаешь. Коли к кому пристанет – тот твоим суженым станет, а коли накроет его волной – быть тебе нашей сестрой.

Марья пустила венок на спокойную, как зеркало, воду. И русалки вокруг сразу же стали хохотать, вздымая из черной воды свои плавники и шлепая ими по воде так, чтобы образовались черные волны. Венок поплыл, ныряя под волны и упрямо выныривая на поверхность. Русалки закружились вокруг венка, пытаясь утопить его своими плавниками. Но венок плыл, и плыл…

И вот он подплыл сначала к псу, а потом прямо к Ване. Земляникин машинально нахлобучил его себе на голову и крикнул:

– Марья! Я спасу тебя! Я уже близко…

Русалки захохотали:

– Вон он, суженый твой!

Девочка надулась и отвернулась:

– Фи. А вот и неправда…

А черная русалка, увидев свой венок на голове у Вани, так разозлилась, что принялась с силой раскачивать лист кувшинки, на котором сидела девочка.

– Ой! Что же вы делаете? – заволновалась Марья, – Не надо! Я же упаду! А я плавать не умею!

Ваня увидел, что не успеет доплыть до Марьюшки – девочка вот-вот соскользнет в воду… Звонок что есть сил стал грести дальше… и вдруг взвизгнул – это его по длинной морде какая-то русалка своим хвостом шлепнула.

И тут послышался звук горна. Мимо Вани как на катере проплыл на молодом дубке Чудик. Дубок быстро-быстро греб ветками, а Чудик почесал свою голову и вдруг вытащил из-под крышки пиратский флаг.

Вовремя подмога подоспела – девочка уже почти соскальзывала со своего листа кувшинки

– Цепляйся за ветку! – крикнул ей Чудик.

Дубок врезался в стаю русалок. Они злобно зашипели, и оказалось, что голоса у них злые-презлые. Марья протянула руку к ветке дубка. И тут черноволосая русалка толкнула ее в воду. Девочка отчаянно вскрикнула, и ее накрыло черной волной.

– Утопленница! Утопленница! – радостно закричали русалки.

– Марья… – испугался Ваня, набрал полную грудь воздуха и бесстрашно нырнул за девочкой.

– Хозяин!

Звонок хотел, было, нырнуть за Ваней, только вот русалок в воде стало видимо-невидимо! И все норовили укусить или шлепнуть хвостами! Пес, рыча, стал кидать на них. Дубок отбивался от русалок всеми ветками, да и Чудик не растерялся – вытащил из головы большой резиновый молоток и лупил им по воде. Только вот хвостатым девицам – хоть бы хны: они ловко подныривали, щекотали и щипались, а потом выныривали с другой стороны.

– Хозяин! – жалобно звал пес, но кишмя кишащие русалки не давали ему нырнуть за Ваней.

– Что же делать? – Чудик озадаченно поскреб горном по своей голове.

И тут ему пришла замечательная идея. Он приложил горн ко рту и принялся выдувать несусветную какофоническую мелодию. Получился такой тарарам, что русалки в панике расплылись в стороны от дубка и заткнули уши. Обрадованный Чудик стал дудеть еще громче. И русалки нырнули на глубину.

– Вот вам! Вот вам! Ага! Испугались!? – закричал Звонок.

А Чудик продолжал дудеть вот все стороны. И вдруг к дубку подплыл венок из красных цветов, тот самый, что был на голове у Вани.

– Спустить флаг! – сам себе скомандовал Чудик, и спустил пиратский флаг, – Весла на воду, – и дубок перестал грести ветками, задрейфовал на волнах.

Пес завыл от горя…

…Ваня даже не подозревал, что умеет нырять – раньше-то не приходилось. Но нырок получился славный – Земляникин чувствовал себя сейчас то ли дельфином, то ли Нептуном. Оказалось, вода черна только с поверхности. А на глубине все светилось живыми зелеными огоньками, длинные водоросли змеились, а у белоснежных лилий оказались очень крепкие, как канаты, стволы. Ваня хватался за стволы лилий и опускался все ниже и ниже. И вот на самом дне он увидел Марью. Ее волосы расплелись и колыхались в воде как водоросли.

Ваня сделал еще нырок, схватил девочку на руки. И резким толчком ног вырвался на поверхность – прямиком головой в венок из красных цветов

– Ура! – прокричал Чудик и снова протрубил в горн, – Вы живы!

– Ваня! – пес бросился к нему, и чуть было не утопил от радости, – Ты мой герой навечно!

Марья откашлялась – пришла в себя. Звонок схватил ее за платье и подтащил к дубку, на который уже забрался Ваня.

– Давай руку! – сказал Земляникин.

– Дурак! – заявила девочка, – И венок этот – дурацкий!

Марьюшка ловко, как рыба, поплыла к противоположному берегу, заросшему густым папоротником. Путь на папоротник указывала серебристая лунная дорожка.

– Немедленно вернись! – строго крикнул ей вслед Ваня.

Но куда там! Девочка рассекала воду, будто ужаленная. Над ее головой, в лунном свечении, летела ухающая сова.

– За ней! – скомандовал Чудик.

Однако оказалось, что у дубка ветки запутались в водорослях. Возможно, их привязали мстительные русалки. Команде пришлось приложить усилия, чтобы вырваться из ловушки черного озера с белыми лилиями. Но когда пес смог, наконец, перегрызть толстые стебли, девочка уже вылезла на берег, отряхнула мокрое платье и нырнула в папоротниковые заросли.

Знаете ли вы, что папоротник не пахнет! Удивительно, не правда ли: самое магическое растение, если, конечно, верить в магию, не обладает решительно никаким запахом!

Марья пробиралась сквозь колдовские заросли, точно зная, что к месту цветения ее приведет лунная дорожка. Вскоре лунный луч забрался в самые дебри. И тут серебряный лучик упал на самый большой куст папоротника в лесу.

Марья подбежала и сразу поняла: это тот самый куст! У него были такие высокие листья, что девочка легко могла бы под ними спрятаться. На листьях как бусы сверкали капельки росы, нанизанной на паутинку. И еще этот куст как будто издавал сладковатый аромат – вопреки собственной папоротниковой натуре!

Марья не стала тратить время на охи и ахи. Луна стояла в зените во всей своей красе. Воздух слегка побелел – это пополз предутренний туман. Девочка взялась за свое колдовство: очертила папоротниковый куст палочкой, нарвала полыни и сделала из нее веник. Встала в круг. И стала произносить заклинание, цитировать которое на страницах детской книжки мы, разумеется, не рискнем.

Внезапно поднялся сильный ветер. Он так разошелся, что превратился в настоящую бурю: за пределами круга началось настоящее светопреставление! Отовсюду повылезали козлатые-рогатые морды чудищ, их подхватил вихрь и закружил в бешеном водовороте вокруг куста папоротника. Вместе с чудищами летели ухающая сова, русалки и золотые рыбки, какие-то крутилки-моталки, наверное, их Чудик потерял, и невесть откуда взявшаяся табличка с надписью: «испытание третье».

Но Марье было не до них. Она гипнотизировала папоротник взглядом.

– Ну, давай же, цветочек, хорошенький! Хочу быть самой-самой…

Луна вдруг стала светить ослепительно ярко. Вихрь вокруг Марьи усилился так, что воздух засвистел. И на папоротнике наклюнулась почка для цветения.

– Ну же! Цветочек! Хочу быть…

Не успела Марьюшка свое желание договорить, как множество страшных лап пробили магическую ограду. Чудища потянулись к папоротнику с воплями: «Мое, мое!». И вот уже чья-то когтистая лапища схватила девочку за шкирку и потянула прочь из круга. Но Марья вцепилась в папоротник…

– Мое!!! – закричала она на всю округу.

…Этот крик услышал Ваня. Он первым выскочил из воды. За ним на берег выполз обессилевший пес и стал отряхивать шерсть. Потом выскочил дубок, и с него спрыгнул Чудик.

– Вот это я называю, выйти сухим из воды! – заявил он и громыхнул чем-то в своей железной голове.

– Слышали? Марья опять зовет на помощь!

– Оставить ее без сладкого! – возмутился Звонок.

– Надеюсь, на этот раз там ничего страшного… – пробормотал Чудик.

И тут дубок вдруг застыл и показал куда-то вперед своей веткой:

– Мамка!

И друзья увидели вдалеке, над папоротниковым полем – вихрящийся столб, освещенный бешено сияющей луной, столб крутился как юла, и рос, рос… Сразу стало понятно: теперь-то Марья попала в настоящую беду.

– На помощь! – снова донесся слабый крик девочки.

Ваня посмотрел на Свистка. Тот скалил зубы в сторону вихря. Ваня посмотрел на Чудика. Тот с суровым видом вынул из головы японский меч и стал им размахивать.

– Банзай!

– Оставайтесь здесь, там опасно – Ваня отнял у Чудика меч и побежал к светящемуся столбу колдовского вихря.

– Главное дело, ни тебе спасибо, ни тебе пожалуйста… – пожаловался Чудик дубку.

– Хозяин, я тебя не брошу! – Звонок понесся следом за Земляникиным.

– Эх, как спасать – так Чудик! Ну, дубок? Поскакали?

И они поскакали.

Марье действительно пришлось очень худо. Ее буквально рвало на части. Потому что за ноги девочку ухватили чудовища и тянули на себя, чтобы вырвать из спасительного круга. А вот руками-то Марьюшка цепко держалась за куст папоротника. Нипочем не хотела отдавать то, что считала своим. Только и могла кричать да визжать.

– Помогите!

Очень вовремя подоспел Иван. Он бесстрашно кинулся в самый вихрь – и давай размахивать своим японским мечом направо-налево. Прямо как заправский самурай!

Рубанул Ваня по лапам чудищ, которые Марью тянули, взвыли чудища нечеловеческим голосом, выпустили девочку, и она снова оказалась возле папоротника, который вдруг засиял, будто его посыпали золотым порошком.

– Цветочек мой волшебный, расцветай поскорее! – уговаривала его Марьюшка.

Она совсем не замечала, что в бешеном вихре, который клубился вокруг зацветавшего папоротника, Ваня бесстрашно дрался с ужасными чудищами не на жизнь, а на смерть! Не заметила она и того, как по ту сторону круга возникли Звонок и Чудик верхом на молодом дубке.

– Крутилка-моталка! – вдруг воскликнул Чудик.

Действительно, мимо него в вихре пронеслась штука, которую он обронил в этом лесу, как только в нем оказался. Чудик протянул лапку, схватил крутилку, вихрь тут же подхватил его и закружил в общей карусели…

– Ай! Помогите! – закричал Чудик.

Пес кинулся его спасать – изловчился и схватил Чудика за его тонкие ножки. И тоже закрутился в бешеном вихре над кустом папоротника.

– Мамка! – крикнул дубок, глядя, как крутит и мотает пса и Чудика в этом жутком круговороте.

Дубок стал отчаянно хлестать чудовищ своими ветками. А Чудик вытаращил от испуга глаза, крышечка на его голове открылась, и оттуда полетели по кругу разные предметы, золото, монеты-монисты – прямо в пса, только знай, уворачивайся!

Сколько так продолжалось, никто вам не скажет. Внезапно наступила полная тишина. Вихрь остановился. Все, кто в нем кружился, зависли, как в невесомости. И яркой вспышкой на папоротнике распустился цветок.

Он был такой прекрасный, что даже морды чудовищ расплылись в умилении. Марья протянула к цветку свою руку…

И тут тишину нарушил громкий удар о землю: это Чудик с грохотом свалился с высоты своего парения.

Сразу же чудища наперебой потянули лапы к цветку, пытаясь опередить девочку.

– Он мой! Нет, мой! Загрызу! Укушу! Отдайте! – раздалось со всех сторон.

Вокруг алеющего цветка разгорелась такая кутерьма, что того гляди – раздавят не только его, но и девчонку! Чудища, толкаясь, брыкаясь и кусаясь, свились в один дерущийся клубок, из которого к папоротнику тянулись лапы, лязгали клыки и звенели как кинжалы когти. Марья в этой возне напрасно тянулась к хрупкому цветку – не достать!

– Пустите… да пустите же! – пыжилась Марья, пытаясь схватиться за стебелек.

И тогда Ваня просто сорвал цветок и протянул его девочке.

– Бери, он твой! Только пойдем домой, пожалуйста…

Чудовища замерли, затаив дыхание, уставились на нежный, горячий, будто уголек, бутончик. Марья протянула руку… Но в ее ладони упали лишь лепестки… упали и пропали…

– Исчез…

Чудища разочарованно вздохнули, сразу стали зевать и почесываться

– Ну вот. Опять – облом.

И сразу все они, рогатые и козлатые, исчезли – будто мыльные пузыри. А за ними пропали русалки, монеты-монисты, золотые рыбки – словом, все, кто кружился в магическом вихре над папоротником. Вместо них возник дед – тот самый, что сидел у костерка и шишки жарил.

Дед строго посмотрел на Марью. Потом на Ваню. Потом на Звонка. И на Чудика. А потом опять на Ваню.

– Так это ты сорвал цветок?! – голос у деда звучал сурово, как раскаты грома.

– Я, – Ваня заслонил собой притихшую девочку, – Меня и наказывайте. А ее – отпустите, она не виновата. Она еще маленькая.

Дед поскреб грязным пальцем свою косматую бороденку.

– Ну, сорвал и сорвал. Новый вырастет.

Над папоротником закружила сова и села деду на плечо.

– У-ти, моя маленькая, – ласково сказал ей дед, – Хоть развеселилась малость?

– Угу, – сказала сова.

– И то ладно. А ты, – он повернулся к Марье, – слушаться должна своего спасителя Ваню Земляникина.

– Откуда вы знаете… – начал, было, Ваня.

Но дед с совой уже исчезли – просто растворились в воздухе, как до этого чудища с русалками. Вот и думай теперь, что это было?

…Иван, Марья, Звонок и Чудик вернулись в Сухареву башню аккурат за полчаса до прихода со службы Якова Вилимовича.

Сели ужинать в гостиной, все честь по чести. Пес грыз мясистую кость. Марья уминала кашу. Ваня наблюдал за ней, улыбаясь в свою тарелку. После приключений в лесу девочка вела себя как шелковая.

– Отменный аппетит дочка нагуляла, – заметил Брюс, и почему-то подмигнул Ване.

Все замолкли.

– И вовсе я не гуляла, – испугалась Марья, – я книжки читала весь день.

– Книжки – это хорошо, – похвалил Брюс.

И снова все сидящие за столом дружно заработали ложками, и под столом продолжилось чавканье.

А за шторой Чудик рассказывал стоящему на подоконнике Шару:

– Потом мы встретили его мамку…

– Нашлась? —заливаясь слезами, точнее, пузырьками как в аквариуме, спросил Шар.

– Нашлась, – кивнул Чудик.

– И правильно, – строго сказал Шар, – Какой из вас отец! Ни ума, ни фантазии…

Чудик обиженно тряхнул головой, и в ней что-то брякнуло.

– У меня?! Ни ума, ни фантазии?! Да если бы не я…

Брюс прислушался к их разговору.

– О чем это они? – спросил он у Марьи.

– Понятия не имею.

Тут на стол прыгнула кошка и жалобно мяукнула, глядя прямо на Ваню.

– Да не дам я тебе мышь, она же лабораторная, единственная на весь дом! – сказал Ваня и сам себе удивился, – Я что, понял кошку? Я научился понимать животных?!

Пес удивленно выполз из-под стола:

– Вань, так мы, вроде, давно общий язык нашли.

А кошка кивнула, подмигнула, и стала мяукать дальше, объясняя Ване, как ей необходима именно эта жирная ленивая мышь, а хозяин Сухаревой башни кошек в лабораторию категорически не пускает.

– Упс. «Побочный эффект…» – тихо сказала Марьюшка.

Брюс расхохотался.

– Значит, дома сидела? Книжки читала? Ну-ну…

Марья покраснела. Впрочем, на том первый день Вани Земляникина в Сухаревой башне и закончился.