Текст книги "Мордашка класса люкс"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mordashka-klassa-lyuks-23750.jpg)
Автор книги: Татьяна Луганцева
Жанр: Иронические детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Я посмотрю завтра на перевязке, лишний раз травмировать грудь не будем, – пообещал хирург.
– Понятно, у вас уже глаза не смотрят на эти искусственные прелести, – вздохнула Саша.
Венсан рассмеялся и вышел из ее палаты.
В третьем блоке послеоперационной палаты его ожидала милая женщина лет тридцати пяти невзрачной внешности, но с горящими от счастья глазами. С ней лежал полугодовалый ребенок, прооперированный Михаилом по поводу расщелины лица. Венсан считал работу с такими детьми самой сложной в своей профессии и знал, что на такие операции всегда приглашался челюстно-лицевой хирург-стоматолог и педиатр. Но люди вправе решать сами, где им оперировать малыша – в государственном институте или в частной больнице.
– Венсан Витальевич, – представился он счастливой маме, – я буду заменять вашего доктора Михаила Яковлевича.
– Ой… – разочарованно протянула женщина, – а мы уже привыкли к нашему доктору. Кеша даже улыбнулся ему. А когда он придет?
– К сожалению, никогда. Михаил умер, вернее, погиб, – тихо ответил Венсан, так как ребенок мирно спал.
Женщина закрыла рот рукой, чтобы не закричать.
– Какое несчастье! Какая трагедия!
– Это точно… Как дела у Иннокентия?
– Все замечательно, он уже почти не плачет, стал кушать и спать. Я видела лицо, оно несоизмеримо лучше, чем было раньше. А Михаил Яковлевич мне говорил, что шрамы через два-три месяца станут незаметными, – с надеждой в глазах посмотрела на него мамаша.
– Совершенно верно, так оно и будет, – заверил ее доктор, бросая взгляд на историю болезни. – Юлия Владимировна, если не ошибаюсь? Вы мама Кеши?
– Я его няня. Родители Кеши – очень занятые люди.
– Понятно. Если вас что-то будет беспокоить, обращайтесь на пост к медсестре и измеряйте ребенку температуру каждые пять-шесть часов, – дал последние рекомендации Венсан, вставая со стула.
– Хорошо, спасибо. А что у вас, доктор, с лицом?
– Несчастный случай.
– Ой, не много ли у вас в больнице несчастных случаев? – спросила Юлия Владимировна, но Венсан оставил ее вопрос без ответа.
Он тоже так считал, но изменить хоть что-то не мог. Остаток дня он провел в своем кабинете, забыв даже пообедать. Тяжелое состояние на душе усилилось мыслями о трагической судьбе его талантливого коллеги-хирурга. В начале своей карьеры Венсан работал в онкологическом диспансере и со смертью сталкивался чаще, чем врачи других специальностей. До конца он к этому привыкнуть не смог, несмотря на свои «железные» нервы. Самым трудным было то, что, глядя в глаза родственникам умершего, нужно было сообщить им о смерти их близкого, объяснить необъяснимое и успокоить, если это вообще возможно. Поэтому о несчастной жене Михаила и осиротевшем десятилетнем парнишке ему было думать очень тяжко.
«Черт! Какой подонок мог застрелить человека в подъезде собственного дома?! Молодой мужчина, талантливый врач, ни в чем не замешан и не замечен…»
– Венсан Витальевич! – ворвалась к нему дежурная медсестра Инга, оставшаяся на ночное дежурство.
На часах было десять вечера, и Ольга, естественно, уже тихо ушла, не заходя в кабинет к шефу, чтобы не отвлекать его, как он просил.
– Как хорошо, что вы здесь! Я не знаю, что мне делать! Я-то не врач, а никого не могу найти на месте. Хорошо, что вы допоздна задерживаетесь на работе.
Венсан оторвал взгляд от ведомости.
– Инга, что случилось?
– Там в холле девушка… вся в крови… она сама на машине доехала до нас… помогите, что делать?!
Венсан одним прыжком пересек кабинет, рванул дверь и семимильными шагами поспешил к холлу. Там на кожаном диване полулежала молодая женщина лет тридцати, но выглядевшая моложе. Просто он наметанным взглядом тут же видел возрастные признаки. Внешность женщины сразу поразила его своей неординарностью и не изюминкой, а килограммом изюма. Чуть выше среднего роста девушка оказалась необычайно худа, он сказал бы – прозрачна. У нее была белая чистая кожа, высокий лоб, резко очерченный, красивый рот с несколько опущенными вниз уголками, легкие, еле заметные морщинки у глаз выдавали то, что она любила смеяться. Девушка прямо посмотрела в лицо Венсана большими, вполлица, темно-карими глазами, и он ощутил себя пловцом, которого уносит водопад с высокой скалы. Длинные черные шелковистые волосы девушки пребывали в легком беспорядке, разметавшись по красному вельвету короткого приталенного пиджака, один лацкан которого весь был унизан блестящими брошками и цепочками. Короткая юбка из такого же материала задралась, черные тонкие колготки на ногах были все изодраны, в дырках и стрелках, идущих в разных направлениях. Модные туфли из кожи леопардовой расцветки измазаны грязью. То, что девушка была вся в крови, Инга сильно преувеличила, но висок и внутренняя поверхность бедра у нее действительно были в крови.
– Что с вами случилось? – сглотнул ком в горле Венсан, освободившись от странного ощущения, которое произвела на него эта женщина.
– Сексуальное домогательство, – спокойно сказала она приятным, несколько низким по тембру для женщины голосом, – прошу вас, мне нужна консультация гинеколога и, если это возможно, укол от незапланированных сексуальных связей.
– Да, да… конечно. Пойдемте, я проведу вас в гинекологию, – подал ей руку Венсан, предварительно уточнив, может ли она идти.
– Я сама, – поднялась она, опираясь о его плечо.
Ладонь девушки слегка коснулась руки Венсана и обожгла его приятной прохладой. Странно, но он поймал себя на мысли, что обычно ему не нравились женщины с холодными руками и ногами. Это говорило об их сосудистых, а следовательно, и нервных нарушениях, истеричности, плаксивости. Но в данный момент у него возникло острое желание согреть и защитить ее – настолько она показалась ему хрупкой и нежной. Он провел ее в лифт, они поднялись на четвертый этаж. От этой девушки исходил какой-то дурманящий, просто опьяняющий аромат сладких духов. Она ехала, молчаливо смотря ему в широкую грудь, только длинные ресницы чуть подрагивали. Венсан отметил минимум косметики у нее на лице, пожалуй, она использовала легкий, полупрозрачный тон пудры, красную помаду, черную классическую тушь для ресниц, которые наверняка были и так черными, а девушка пыталась придать им всего лишь форму и выразительность взгляду. На некоторых женщинах помада красного цвета смотрелась, как на уличных проститутках, вызывающе, вульгарно и сильно старила лицо, на этой девушке она выглядела так, будто та родилась с ней. В ее облике было что-то потустороннее, загадочное, и Венсан начал нервничать, понимая, что звук у него в ушах не шум лифтового мотора, а стук его собственного сердца. Его поражало, как эта девушка держалась – с достоинством и смелостью. Она не билась в истерике, не плакала в три ручья, не кричала, что все мужики – сволочи, не пыталась жаловаться на злодейку-судьбу и искать виноватого.
– Извините, как вас зовут? – спросил Венсан, когда лифт остановился.
– Фрида, – ответила девушка, и он почему-то не удивился, у этой незнакомки должно быть и имя особенное, необычное. Девушка слабо улыбнулась и пояснила: – Моя мама в молодости была большой оригиналкой. Я привыкла к своему имени, оно меня устраивает, а вас?
– Вполне, – улыбнулся Венсан и представился: – Венсан Витальевич.
– Очень приятно, в такой трудный момент жизни встретить понимающего человека, – сказала Фрида, словно песню пропела.
Венсан ввел ее в смотровую комнату, столкнувшись в дверях с медсестрой, которая скороговоркой пролепетала:
– Нам уже позвонили снизу, располагайтесь здесь, Дмитрий Дмитриевич сейчас придет.
Фрида присела на край кушетки, слегка поморщившись.
– Больно? – участливо спросил Венсан.
– Ничего…
– Фрида, скажите, где это случилось? Вызовем милицию, сделаем вам освидетельствование изнасилования.
– Знаете, Венсан Витальевич, я пришла для того, чтобы меня осмотрели, провели профилактику от нежелательной беременности и обработку от грязи и микробов… – Фрида передернула плечами. – Я не хочу вмешивать в это дело милицию, не хочу повторять все, что со мной случилось, снова и снова следователю и в суде. Я знаю, что, возможно, совершаю самую распространенную ошибку женщин, подвергшихся сексуальному насилию, но это мое право.
– Да, конечно, я настаивать не буду, – согласился Венсан, – может быть, вам дать телефон кризисного центра?
– Спасибо, я справлюсь сама. – Уголки губ Фриды дрогнули, и она откинула тяжелые, прямые волосы назад, тонкие, золотые браслеты звякнули на худом запястье.
В процедурную комнату вошел вызванный гинеколог клиники Дмитрий Дмитриевич.
– Добрый вечер, Венсан Витальевич. Мадам, – отвесил он легкий поклон Фриде и повернулся к директору клиники, – вы не могли бы оставить нас одних?
– Да, конечно! Извините!
Директор вернулся к себе в кабинет, но мысли о Фриде не покидали его, словно ее взгляд проникал сквозь стены и пронзал его. Будто в подтверждение его мыслей к нему примерно через полчаса заглянул Дмитрий Дмитриевич.
– Вы еще здесь, Венсан Витальевич?
– Заходите! Хорошо, что зашли! Меня поразила эта девушка, что с ней?
– Такая девушка может поразить, – усмехнулся Дмитрий Дмитриевич, – с ней будет все хорошо, большего сказать не могу, знаете ли – врачебная этика.
– Мы же коллеги? – удивился Венсан.
– Я работаю гинекологом тридцать лет и еще ни разу ни с одним врачом не обсуждал проблемы своих пациенток.
– Ваше право! – поднял руки Венсан, как будто сдаваясь.
– Все необходимые процедуры я ей сделал, но пришел не для того, чтобы сообщить о результате, – хитро прищурил глаз гинеколог. – Фрида просила передать вам вот это.
С этими словами он положил на стол какой-то листок бумаги и удалился. Венсан развернул старую театральную брошюру, где на полях было написано мелким, ровным почерком: «Спасибо вам, Венсан Витальевич, за заботу и понимание. Если у вас будет свободное время в субботу в шесть часов вечера, я буду ждать вас в кафе «Шанталь». Фрида. Извините за нескромность».
Венсан внутренне просиял. Почему-то он был уверен, что в субботу в шесть часов вечера он точно будет свободен.
Глава 5
– Я первый раз вижу эту женщину! – твердо сказал Венсан, рассматривая высокую блондинку с асимметричной молодежной челкой и ярким макияжем. В субботу в два часа дня он приехал в следственное управление по просьбе Дениса Игоревича Потапова на очную ставку как раз с этой женщиной.
– Я тоже вижу этого мужчину первый раз! Я бы его запомнила, – прищурила близорукие глаза женщина, закидывая ногу на ногу и принимая томный вид.
– Знакомьтесь, это Тамара Юрьевна Шустова – известный театральный художник-декоратор.
– Я не заядлый театрал, – ответил Венсан, еще не до конца понимающий, для чего его вызвали.
– Дело в том, Венсан Витальевич, что Тамара Юрьевна является владелицей машины марки «Пежо» черного цвета с номером, который вы написали мне по памяти. Все совпало.
– Но это точно не та женщина, которую я защищал, – ответил Венсан.
– Я не была ни на какой стоянке, но я бы не отказалась, чтобы меня защищал такой мужчина! – подтвердила Тамара, нескромно улыбаясь в тридцать два зуба.
– Странно, но на капоте машины есть несколько вмятин, возможно, от тела девушки, которую прижали к машине, – проговорил следователь, не сводя глаз с женщины.
– Я ничего не знаю, – чуть ли не по слогам произнесла Тамара.
– А где вы были ночью в тот день, когда произошло нападение около клиники? – спросил Денис Игоревич.
– Со своим молодым человеком, – ответила Тамара раздраженно и несколько агрессивно.
– Дайте нам его адрес или телефон, – попросил следователь.
Тамара щелкнула замком сумки и вырвала из записной книжки листок.
– Только учтите, пожалуйста, что он женатый человек, и я не хочу, чтобы у него были неприятности, он очень милый…
– Учтем, – заверил ее следователь, – если предположить, что у вас есть алиби…
– Мне не надо никакого алиби, я ничего плохого не совершила! – взвилась женщина. – И, вообще, не понимаю, что я тут делаю?! Я жалобу на вас подам!
– А не могли ли вы эту машину кому-нибудь одолжить? – спросил Денис Игоревич.
– Еще чего! Много вы дураков знаете, которые машины одалживают?! Я за нее пять лет работала, откладывала деньги!
– Следовательно, вы никому ее не давали? – уточнил следователь.
– Нет! – рявкнула Тамара.
– Нет ли у вас знакомой по имени Софья Карелина?
– Нет!
– Вы хорошо подумали? – не отставал «Коломбо».
– Меня в чем-то обвиняют? – решила уточнить Тамара.
– Этот мужчина утверждает, что в тот день в машине находилась Софья Карелина, как она себя назвала. Блондинка, среднего роста, с правильными чертами лица.
– Этот мужчина – псих? Фи… а с виду такой приятный… – сказала Тамара.
– У вас есть такие знакомые? – проигнорировал ее реплику майор.
– Мил-человек, я работаю в театре, общаюсь с артистами и артистками, и каждая вторая из них – миловидная блондинка с правильными чертами лица.
– Эксперты нашли в вашей машине белый женский волос, как вы это объясните?
– Да мало ли кого я подвозила! – воскликнула Тамара.
– Волос нашли на водительском месте.
– Сквозняком надуло от сидящего рядом, – Тамара была невозмутима.
– Волос был мертвый, – выдал загадочную информацию следователь.
– Теперь вы скажете, что я перевожу трупы! – всплеснула руками Тамара.
– Что значит – мертвый? – не понял Венсан.
– Я имею в виду, что волос был с человека.
– Это уже радует! – выдохнула Тамара.
– Но не с живого человека, а с парика, – продолжал пояснять Денис Игоревич, – так что вы, Тамара, могли быть в парике.
– Нет, это исключено! – встрял Венсан. – Та женщина была совсем другой! И потом, я же говорил вам, что не уверен на все сто процентов, что правильно вспомнил номер машины.
– А вы плут, товарищ майор! – воскликнула Тамара, заметно нервничая. – Порочите мое честное имя! У меня каждая вторая подруга актриса носит парик, накладку или искусственные волосы, и что? Меня теперь в тюрьму за это упекут? А вмятина на машине уже давно, я неудачно поставила сумку с продуктами на капот. Докажите, что это не так!
Денис Игоревич недовольно посмотрел на Венсана, как будто тот умышленно не дал ему «расколоть» злоумышленницу. Все знали, что доказать следователь ничего не может, у него просто не хватает улик против Тамары. Поэтому, когда он с унылым видом подписал им пропуска, Тамара выхватила свой с самым наглым видом, едва ли не показав язык. Выйдя из следственного управления, она поправила свою прическу, посмотрела на Венсана.
– Спасибо, что были настолько честны и порядочны.
– Я на самом деле не уверен, что правильно запомнил номер машины.
– Вот и я о том же! – засмеялась она. – А знаете что, Венсан? Я хочу подарить вам месячный абонемент на посещение одного частного развлекательного шоу-кабаре. Я думаю, что вам понравится.
– Тамара, я не хожу на такие мероприятия, у меня просто времени нет для этого. Отдайте ваш пригласительный билет кому-нибудь другому, – попытался отвязаться от назойливой попутчицы Венсан.
– Мой билет, мне и решать, кому отдать! Вы мне глубоко симпатичны, и я думаю, что вам этот абонемент тоже пригодится. – Тамара была настойчива, она сунула билет в карман пиджака Венсана и, помахав на прощание рукой, удалилась в сторону черного «Пежо».
Он посмотрел на часы. У него еще оставалось время, чтобы спокойно доехать до кафе «Шанталь» и даже по дороге купить цветы. В такой же ситуации с другой женщиной он бы этого ни за что делать не стал. Ведь это не свидание… хотя, если разобраться, а что же это тогда? В цветочном магазине он был в замешательстве: не знал, какие цветы любит Фрида и что из этого изобилия он может фактически незнакомой женщине подарить при первой встрече. Наконец, проблема была решена, и Венсан попросил доставить цветы в кафе «Шанталь» в нужное время. Кафе оказалось очень уютным, элегантным – светлые стены, арочные большие окна, за которыми росли кусты шиповника и жасмина. Легкие столики на ажурных металлических ножках и небольшие, но удобные стулья из пластика разных цветов вносили живительную струю в интерьер кафе. Народу в зале было много, почти все столики заняты. Венсан огляделся, но нигде не зацепился взглядом за столь эффектную женщину, какой он запомнил Фриду.
«Зачем я пришел? – подумал он. – Фрида, возможно, и не придет. А может быть, она просто забыла об этой записке? На что я надеялся и о чем думал, когда бежал сюда, как школьник?»
К нему подошла молоденькая официантка.
– Вы не Венсан Витальевич Журавлев? Нам описали вас именно так.
– Да, это я.
– Для вас заказан столик, вернее, он заказан на ваше имя. Пойдемте, я провожу вас туда.
Это известие для него было очень приятным, значит, появился шанс, что Фрида не забудет о своем приглашении. Официантка вывела его на террасу, прилегающую к кафе, и указала на пустующий столик на двоих под белым зонтом от солнца. Вся терраса утопала в цветах. Венсан в легком коричневом костюме модного покроя в мелкую черную полоску и белой рубашке расположился в плетеном кресле и приготовился ждать. Погода стояла прекрасная, на дворе был разгар жаркого мая. Сначала Венсан был спокоен, затем он начал немного нервничать, потом сильнее, и когда он решил, что Фрида забыла о встрече с ним, а телефона, чтобы связаться с ней, у него не было, на веранде появилась она. Он видел Фриду второй раз в жизни, но она и на этот раз поразила его воображение. Ее стройная фигура, обтянутая красным платьем, выглядела ярким пятном на фоне пестрой толпы и привлекала все взгляды. Черные туфли на шпильке, черная лаковая сумочка с блестящей пряжкой и шелк черных волос, стянутых в узел на макушке, дополняли ее облик. Макияж, как и в прошлый раз, был еле заметен, но при прозрачности лица и яркости ее глаз он и не требовался совсем. Она села напротив него, грациозно скрестив длинные ноги. Фрида не стала кокетничать и закатывать глаза с притворными словами: «Ой, я и не думала, что вы придете!»
– Привет, – просто сказала она и улыбнулась.
«Да, я был прав, ее лицу идет улыбка», – подумал Венсан и поздоровался.
Она открыла меню и заказала себе чашку кофе и пирожное «Черный лес», Венсан попросил для себя двойной кофе и круассан.
– Вы не сочли меня слишком легкомысленной? – прищурила она глаза.
– Нисколько.
– Я не всегда назначаю мужчинам свидание первая, они боятся меня, – оправдывалась она.
– Это не имеет значения. Я был бы рад назначить вам встречу, но не посмел, вы были в таком состоянии…
– Я это поняла, поэтому взяла инициативу в свои руки.
В это время к ним подошел парнишка-курьер, знавший Венсана в лицо и передавший даме букет из роскошных белых роз.
– Я, как видите, тоже рискую показаться наглецом, – сказал Венсан, – но к вам без цветов прийти не смог. Вот только с цветом роз не угадал, – красноречиво посмотрел на ее вызывающе яркое платье.
– Вы угадали, я люблю розы, а уж какого они цвета, это не имеет значения. Я тоже могу быть мягкой и пушистой, как эти невинные белые розы.
– Я в этом не сомневаюсь.
– Спасибо, – приняла Фрида букет, вдохнула аромат цветов и повторила: – Да, я очень люблю розы.
– За их аромат?
– За их непредсказуемость. Берешь цветок и не знаешь, наколешься на шипы или нет. – Темные глаза Фриды призывно посмотрели на Венсана поверх белых лепестков.
Вечер они провели великолепно, заказали себе еще вина и фруктов, разговорились… Ему понравилось то, что она не жеманничала и не строила из себя эмансипированную особу, пытаясь оплатить за себя сама. Она спокойно разрешила Венсану как мужчине заплатить по счету. Он, вообще, отметил, что все, что бы она ни делала, вызывало у него в душе исключительно положительные эмоции. Автомобили свои они оставили на платной стоянке, так как немного выпили. Фрида приехала на «Ладе» десятой модели серебристого цвета. Несколько часов они гуляли по великолепному парку, любовались фонтанами и упивались общением друг с другом. Он поймал себя на мысли, что, несмотря на спустившиеся сумерки, не хочет расставаться с Фридой. Эта женщина словно опоила его любовным зельем.
– Могу я пригласить вас к себе домой? – спросила она, когда пауза при расставании стала затягиваться.
– Я надеялся, что вы…
– Ты, – поправила его она, глядя из-под полуопущенных ресниц снизу вверх.
– Ты предложишь это, – договорил Венсан.
– Скромный ты мой, – усмехнулась она.
Они остановили частную машину и поехали по названному ей адресу. Квартира Фриды представляла собой стандартную «двушку» в панельном доме на девятом этаже.
– Проходи, располагайся, – пригласила она его.
Обычное, какое-то безликое жилье совсем не вязалось с экстравагантностью и неординарностью его хозяйки. Здесь был стандартный набор разношерстной мебели – стенка, два кресла, диван, столик, телевизор, музыкальный центр, пластиковые окна и цветы в горшочках. Представить, что эта женщина поливает из лейки фикус или опунцию, Венсан, как ни старался, не мог. Потертый ковролин на полу в комнате плавно переходил в ковровые дорожки, ведущие в другую комнату, ванную и кухню.
– Проходи в комнату, я сейчас что-нибудь принесу из холодильника.
– Я не голоден!
– Мы должны выпить моего домашнего, фирменного вина! – настойчиво сказала хозяйка, испаряясь из комнаты.
Венсан осмотрел стройные ряды книг за стеклянными дверцами шкафа, посуду, хрусталь вперемежку с современными образцами. Тут же в шкафу стояла запыленная икебана из засушенных китайских фонариков, наполовину расплавившаяся толстая свеча из красного воска и шиньон из волос каштанового цвета. Фрида вернулась в комнату с подносом из латуни. На нем стоял кувшин с вином, два бокала и ваза с фруктами.
– Венсан, я рада, что в ту злополучную ночь встретила именно тебя. Ты очень симпатичный и располагающий к себе мужчина. Ведь тебе это часто говорят?
– Скажем так… В последнее время я не даю повода говорить женщинам это достаточно часто.
– От скромности ты не умрешь, – улыбнулась она и попросила Венсана разлить вино. – Сейчас я поставлю музыку! – Она легко подбежала к музыкальному центру, и из динамиков допотопного центра полилась сложная джазовая композиция.
– Любишь джаз? – спросил Венсан.
– Обожаю!
– Я тоже!
Фрида взяла бокал с красным вином и закружилась в танце. Он зачарованно наблюдал за ее пластичными, красивыми движениями, за тем, как блестят ее глаза, как играет бликами вино в ее бокале. Белые руки описывали замысловатые движения, черные глаза проникали, казалось, в самую душу. Венсан отпил вина и расслабился, эта женщина и музыка вводили его в состояние медитации. Он испытывал эйфорию. Они выпили еще и еще за встречу, за возникшую симпатию, за здоровье и мир во всем мире. Венсан, который, вообще-то, был человеком непьющим, пытался отказаться, но Фрида настойчиво подливала ему вино. Постепенно сознание его затуманилось. Силуэт в красном платье растворился в мутной дымке, мебель, стены, окна слились в одно расплывчатое пятно, словно мозг Венсана окутал густой туман. Снилось ему, что он плывет по облакам в чем мать родила, какие-то две женщины ссорились друг с другом и тянули его в разные стороны, раздирая на части.
«Наверное, решают, в ад меня направить или в рай…» – пронеслась далекая мысль в его голове. Спор женщин неизвестно чем завершился, так как сознание Венсана рухнуло в глубокую, темную пропасть, из которой выбиралось долго и мучительно.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?