Текст книги "Дама сердца Железного Дровосека"
![](/books_files/covers/thumbs_240/dama-serdca-zheleznogo-drovoseka-67920.jpg)
Автор книги: Татьяна Луганцева
Жанр: Иронические детективы, Детективы
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
По молодости Элли была замужем. За милиционером. Но через два года парень погиб в Чечне, и она на долгие годы осталась одна. Позже в ее жизни случился роман с женатым человеком, который, кроме безумной боли в сердце, ничего ей не принес. На том сексуальный опыт взрослой женщины и закончился. Многие мужчины делали ей комплименты, смотрели призывными взглядами, делали недвусмысленные намеки. Однако в планы Элины не входило наступать на те же грабли дважды. Ум и серьезное отношение к жизни не позволяли. Она больше не хотела слышать чьи-либо «муси-пуси» в отсутствие законной половины. А вот своего, родного, единственного она больше не встретила.
Ее подруга Лариса, семейная женщина, сочетавшаяся удачным студенческим браком со своим ровесником Лёвкой, переживала за Элину.
– Как можно с твоей-то внешностью, работая в мужском коллективе, оставаться одной? Я не понимаю.
– Очень легко. Все мужчины глубоко женаты. И я не желаю разрушать их семейное счастье, – отвечала Элина.
– И на всю жизнь останешься одна? Тебе же скоро сорок, а ты так и не была счастлива! Когда собираешься? В старости? Тогда физическое состояние уже не даст наверстать упущенное.
– Я не собираюсь ничего наверстывать, я не на марафонском забеге. После войны осталось много вдов, и все как-то жили.
– Элли, ты пугаешь меня! Сейчас не война!
– А дефицит мужчин тот же. Они все женаты и не хотят, да и не должны что-либо менять. Зачем? Дети, совместно нажитое имущество… В любовь любой человек к сорока годам перестает верить автоматически. Гульнуть на стороне готовы все, но это так опустошает.
– Зато поправляет здоровье и делает женщину женщиной! – распалялась подруга.
– Лара, ты чего хочешь от меня? Я так не могу! Дай мне спокойно жить и работать.
– Вот именно! У тебя только одно на уме – работа. И еще кем! Судмедэкспертом! Хорошенькое занятие для женщины!
– Не в гроб же мне ложиться? Живу и работаю, – отвечала Элли, и все возвращалось на круги своя.
Глава 5
С утра Элина, проживавшая вместе с матерью, открыла все форточки настежь, чтобы создать хоть какую-то видимость сквозняка и свежего воздуха. О том, чтобы выйти на улицу, и подумать было неприятно из-за духоты и пыли. Но день, слава богу, был субботний, впереди два выходных.
Светлана Сергеевна уехала на дачу, на свои шесть законных соток. Она уезжала туда на все лето, хорошо отдыхала на свежем воздухе, общалась с интеллигентными соседками. Участок-то получал еще ее муж, Владислав, от института своего, в котором проработал много лет. Женщина набиралась там здоровья и немного сажала лук, укроп и прочую зелень. А Элина на все лето оставалась в двушке одна, изредка навещая мать по выходным, привозя ей продукты и лекарства. Отпуск судмедэксперту полагался по вредности на сорок рабочих дней, но несколько лет Элли его вообще не брала – как-то некуда ей было ехать и не с кем…
Она сидела за чашкой ароматного кофе, когда позвонила Лариса.
– Привет! Уже встала? Я по поводу твоей просьбы. Что значит – какой? Забыла, что ли? А я тут напрягалась… Короче, прилетел артист твой Джон Ерохин к нам в Москву. На своем собственном самолете. Интервью в аэропорту не дал. Всего два дня в Москве, на день в Питер, и назад. Все – в очень сжатые сроки. Пресс-конференция запланирована в бизнес-центре гостиницы «Метрополь», где он и остановился. Вход только по пропускам. Я чуть не в лепешку разбилась, а не получила аккредитацию. От нашего журнала идет только один человечек – Виталик Носов. Я к нему подкатилась и получила отказ. Можно было бы попробовать перекупить его право на пресс-конференцию, но у нас с тобой таких средств нет – тип очень скользкий и любящий деньги. Или ты попробуешь его соблазнить? Он вроде любитель женщин. Прикинешься роковой красоткой… Лично я пас, я замужняя женщина, – сразу же самоустранилась подружка.
Элли рассмеялась.
– Даже ради мечты я на такое не пойду. Боюсь, что не смогу. Не судьба, значит.
– Извини, если не оправдала надежд, но актер действительно очень закрыт. Даже для прессы. Людям его уровня это уже не надо… – вздохнула Лариса.
– Хорошо, спасибо. Ты сделала все, что могла, – вздохнула и Элли, сильно расстроившись.
Свободный день она решила посвятить уборке квартиры. Но телевизор оставила включенным, и там в каждом выпуске новостей сообщалось: «Сегодня в Москве состоится пресс-конференция всемирно известного голливудского актера Джона Ерохина. После пресс-конференции будет показан новый фильм с ним в главной роли». При этом показывался прилет звезды на личном самолете в Шереметьево – трап и высокая фигура красивого брюнета в солнцезащитных очках, быстрой походкой сбежавшего на землю и исчезнувшего в толпе встречающих и телохранителей. «На участие в пресс-конференции заявлены журналисты с центральных каналов телевидения и ведущих радиостанций. Всемирно известный актер прилетел в Россию впервые в рамках своего прощального мирового турне…»
Элина вдруг поняла, что пылесосит одно место на ковре уже десять минут, и оно стало сильно отличаться по цвету и длине ворса. К началу конференции она не выдержала и зачем-то, в надежде неизвестно на что, поехала к гостинице, в которой остановился Джон. Охрана плотной стеной стояла у входа в гостиницу, внутрь пускали только постояльцев, проверяя документы. Больше всего Элли поразила огромная толпа женщин с самодельными плакатами. Они кричали:
– Джонни, мы любим тебя! Джонни, выгляни к нам!
– Джонни! Я убью сейчас себя, если ты не выйдешь! – особенно громко вопила одна тетка с совершенно безумными глазами.
Все смотрели на фасад отеля, словно выискивая, где может появиться знакомое лицо.
Элина незаметно для себя приблизилась к беснующимся поклонницам, погруженная в свои мысли: «Все бесполезно! К нему не пролезть никаким способом».
И тут к дверям отеля подъехал черный лимузин. Из него вышел пассажир, и по реакции первых рядов стало ясно: это и есть актер. Стоявшие в задних рядах тоже захотели увидеть его и рванули вперед, началась самая настоящая давка. Толпу сдерживали железные преграды и отряд ОМОНа, но это не уберегло Элли и еще нескольких девушек – напором обезумевших людей их сбило с ног и отбросило на асфальт, в грязь. У Элли сработал инстинкт самосохранения, и она, в кого-то вцепившись, рывком поднялась на ноги. А ведь если бы осталась лежать, ее бы, наверное, затоптали насмерть. Громкие окрики полиции, включенная сирена, а также угроза, что сейчас вызовут водяную пушку, немного остудили толпу.
Элли предприняла нечеловеческие усилия, чтобы выбраться из человеческого омута. Она не увидела Джона ни одним глазком, зато ей порвали костюм, колготки, а на руках и коленках появились царапины и ссадины. Сердце ее колотилось, а очки, которые Элли нацепила на нос, дабы лучше разглядеть бога экрана, чуть не погибли под ногами его поклонниц.
«Вот ведь черт! Старая дура, чего я сюда поперлась? Потянуло на приключения… До сих пор не могу поверить, что актер может быть братом человека, который сделал счастливой мою маму. Да, у меня был отчим, о каком только можно мечтать. Но почему я решила, что и его брат такой же? Внешне-то они совсем разные! Наверняка Джон заносчивый, гордый, злой, страдающий болезнью «золотых унитазов», как я это называю. Чего я от него хочу? Человек впервые за столько лет прилетел в Россию. Даже если представить, что я каким-то чудесным образом окажусь рядом с ним и смогу отдать письмо Владислава, совсем не факт, что актер примет его, что оно нужно ему. Человек явно вычеркнул всю свою прошлую жизнь… – думала Элина, сплевывая песок. – Тьфу! Надо же было так…»
И тут, как всегда очень некстати, позвонила Лариса.
– Да… – хриплым голосом отозвалась Элли.
– Ты слышишь меня? – зловеще зашептала подруга.
– Да.
– Немедленно беги в кафе «Слобода», что у отеля, где поселили звезду Голливуда. Оно находится, если встать спиной…
– Я знаю, где это кафе, – прервала ее Элина, тем более что заведение располагалось как раз напротив, через дорогу, – но сегодня не могу! Я в плохом виде, то есть мне уже хватило, и я уже ничего не хочу…
– Слышать ничего не хочу! – перебила теперь подруга. – И я буду в еще более плохом состоянии, если ты не придешь. Я тут ради тебя стараюсь…
– Хорошо, хорошо! Успокойся, уже иду. Надеюсь, там нет дресс-кода, а то я до тебя явно не доберусь.
– Так ты рядом? – обрадовалась Лариса. – Я тут смотрю в окошечко… Огромная толпа беснуется перед отелем. Это фанаты Джона. Ты еще не забыла о нем? Я, кажется, нашла лазеечку!
Элли выключила телефон и заковыляла через дорогу, прикрывая разбитые коленки сумкой.
– Нет, я еще не забыла о своем решении встретиться с ним. Хотя уже пострадала за это, – заявила она подруге, подходя к ее столику и присаживаясь рядом.
– Боже мой, кто тебя так отделал? Фанаты? – округлила глаза Лариса.
– Молодец! Сама спросила – сама и ответила. Да, это толпа фанатов со мной сотворила. Знаешь, я сильно испугалась! Ой! – Элли только сейчас заметила, что за их столиком сидит человек… то есть мужчина… то есть не сидит, а лежит, удобно устроившись на мягком диванчике, подложив подушечку под голову. – Кто это?
– Тихо! Я тебе говорила о нем – журналист Виталик Носов, который сейчас должен идти на пресс-конференцию мировой знаменитости. Помнишь?
– Да? – опасливо покосилась на мужчину Элли. – А чего же он не идет? Хотя вопрос риторический…
– А ты не видишь? Он же мертвецки пьян! Причем не без моей помощи. Пара таблеток снотворного – и эффект, которого я даже не ожидала, – продолжала шептать Лариса.
– Да ты с ума сошла! Это же преступление!
– Будет преступление, если о моих действиях узнают. Короче, Виталик гадкий, заносчивый тип. Он предложил мне переспать с ним в обмен на то, чтобы я смогла пройти по его пропуску. Прямо здесь, в туалете! Такая вот мерзость! А ты его еще пожалей… Да так ему и надо! На, держи. И беги скорей на пресс-конференцию, – сунула ей в руку пропуск Лариса.
– Здесь написано, что представитель сего – Виталий Носов. Как ты думаешь, я на него похожа? – смутилась Элли и вскрикнула от того, что пьяный журналист жутко храпнул.
– Тише ты! Не привлекай внимания! – цыкнула на нее Лара. – Иди с непроницаемым лицом! Никто там на входе в текст вчитываться не станет. Пройдешь как миленькая, даже если бы на бумажке было бы написано «Гусь, запеченный с яблоками». Уж я-то знаю! Поэтому главное – уверенный вид и наличие пропуска. Там столько народа, затеряешься в толпе.
– А если…
– Нельзя даже думать ни о каких «если»! А уж если… то скажешь, что перепутали пол, плохо расслышали по телефону, когда заказывали пропуск. На самом деле ты – Виталина Носова, вот и все.
– Лара, уймись! Никакой решительный вид мне не поможет, если я пойду в отель в таком вот виде. Меня словно через мясорубку пропустили.
– Да, помяли тебя здорово. Ладно, надевай мою одежду.
– Джинсы и футболку на такую пресс-конференцию?!
– Журналисты так и ходят. И это лучше, чем рваная и грязная одежда. По крайней мере, не будешь привлекать к себе излишнего внимания.
– Прекрасно. Но я на два размера больше тебя. Как ты себе это представляешь?
– Влезешь! – Лара уже понимала, что отступать некуда, и храп Виталия это подтверждал.
– А его прямо здесь оставим? – спросила Элли.
– Я договорюсь. Иди уже в туалет, я сейчас! А то пресс-конференция закрытая, еще не пустят, если опоздаешь, – настаивала подруга.
Дальше – больше. Конечно, Элина смогла хоть умыться и немного отчистить грязь со своих ран, но футболка Лары очень сильно обтянула все ее прелести, и рисунок в мелкую розочку растянулся в мелкую полосочку. К тому же майка поднялась кверху, обнажив живот Элли. Кстати, для ее возраста очень даже неплохой животик.
– Какой кошмар! Я же как клоун!
– Все нормально, – успокаивала ее журналистка, – одернешь, когда проходить мимо охраны будешь.
С джинсами было еще сложнее – они никак не налезали на Элли. Тогда Лара приказала ей лечь. А затем взгромоздилась на нее сверху и вцепилась в «молнию» ширинки с удвоенной силой.
– Худеть тебе надо! – кряхтела Лариса, а Элину раздирал смех.
В туалетную кабинку сунулась женщина средних лет и остолбенела, увидев такую картину.
– Чем вы тут занимаетесь? Совсем с ума посходили!
«Молния» тут же застегнулась – наверное, от страха – из Элли вышел последний воздух. Подруги поднялись.
– Извините, мы все! – Они проскользнули мимо озадаченной дамы к своему столику. А там уже стояла официантка с не менее озабоченным видом.
– Девушка, все под контролем! Это мой клиент, то есть знакомый, то есть друг… нет, это мой муж, и он, как видите, немного перебрал. С кем не бывает, – сразу же набросилась на нее Лариса.
– Это с двух-то бокалов вина? Вы же много не пили! – удивилась официантка.
– А кто сказал, что он пришел сюда в трезвом виде? С утра глаза залил! Но сейчас я вызову такси и увезу его. А ты иди, дорогая, иди! – подтолкнула журналистка подругу в спину. Элина пошла на выход, с трудом сдерживаясь, чтобы не охать и не стонать при каждом шаге. Джинсы обтянули ее так, что она и шагать-то нормально не могла, семенила, словно страдала каким-нибудь заболеванием, не поддающимся излечению. Ее же деятельная подруга в висящем на ней мешком Эллином пиджаке, слегка рваном и основательно грязном, пыталась с помощью бармена поднять на ноги горе-журналиста.
– Мне надо того… это… на коф… конф… – бормотал тот, путаясь в буквах.
– Да, да, – оборвала его лепет Лариса, – сейчас мы туда и поедем. Главное – встать и потихонечку…
Глава 6
На сей раз крупных мужчин с коротко стриженными головами и в черных костюмах нельзя было назвать просто охранниками. Эти ребята тянули на звание телохранителей или даже представителей службы безопасности. В глазах у них даже появился намек на интеллект, и смотрели они на всех с каким-то особым пристрастием. Парни преградили путь уверенно шагающей, но смотрящей в одну точку женщине. И тут скорее от страха, что ее поймают, чем от здравого смысла, она грубо оттолкнула протянутую к ней руку секьюрити и тряхнула пригласительным билетом, словно собиралась ударить им по лицу мужчину. Затем, что-то прошипев в ответ на не очень лестный эпитет, которым тот ее наградил, прошла мимо своей жутко напряженной походкой. Странно, но это прошло, то есть прокатило, и ее пропустили. Элли только услышала злобное шипение в спину:
– Совсем уже с ума журналисты посходили! В таком виде заявилась… Пьяная, что ли? Еще допуск у нее!
Направление Элине задавали указатели на английском языке и натянутые красные шелковые веревочки, ограничивающие входы и выходы. В большом полукруглом зале, заполненном народом, уже вовсю шла пресс-конференция. За длинным столом на сцене сидел один-единственный мужчина в светлой рубашке в едва различимую нежную голубую клетку с расстегнутым воротом и в черной бейсболке с логотипом какого-то американского клуба. Это и был актер Джон Ерохин, и он в тот момент как раз отвечал на чей-то вопрос на английском языке приятным поставленным голосом, какие бывают у артистов и дикторов.
Элли с трудом отвела от него взгляд и стала искать свободный стул, чтобы не помешать никому. Но как назло все места возле прохода были заняты. Наконец она заметила впереди пустое кресло и направилась туда. Широкие, покрытые зеленым ковролином ступени предательски скрипели, и Элли зачем-то перешла на шаг на цыпочках. А ведь на ней, несмотря на спортивную одежду подруги, оставались ее собственные туфли с высокими каблуками. Ходить на цыпочках в столь тесных джинсах тоже не следовало бы. А вот очки, наоборот, надо было бы надеть. Эх, надо бы да кабы… Короче, знать бы заранее, где соломки подстелить….
Конечно же, острый нос туфли зацепился за отстоящий на миллиметр от ступеньки металлический держатель, потому что в джинсах такого размера каждый миллиметр становился метром, и произошло непоправимое – Элли не просто споткнулась, буквально полетела вниз, словно подкошенная, и затем покатилась кубарем по ступенькам. Падение ее остановилось, когда она оказалась в чьих-то сильных, подаренных судьбой руках под всеобщий возглас облегчения. Элина выпрямилась. Изображение плыло перед глазами. Сотни взоров и фотокамер были направлены прямо на нее. Такого позора женщина не испытывала никогда! Она судорожно пыталась натянуть майку на предательски выставившийся живот. А еще во время эффектного падения джинсы порвались в области ширинки, что она тоже сразу же почувствовала.
– Здрасте… Я тут присяду? – спросила невпопад Элли, и зал разразился гомерическим хохотом, поняв, что опасность миновала. Такие комические ситуации любили все. А неловкую «журналистку» явно фотографировали, судя по вспышкам…
«Меня покажут на всех каналах телевидения! В журналах и газетах появятся мои снимки с комментариями: курьезный случай на пресс-конференции мировой знаменитости! С ума сойти! А потом еще кто-нибудь отметит, что у меня пропуск с мужским именем… А Лариса говорила мне, чтобы я была незаметнее, и именно этому совету я сейчас и последовала, уж точно! Как бы еще и в тюрьму не загреметь… Вдруг подумают, что я хотела сделать актеру что-то плохое? Я ведь даже не знаю, что ему написал Влад в письме! А вдруг угрозы? Мол, ты такой-сякой, бросил меня и родителей, не даешь денег… Не дай бог, мне вымогательство припаяют! Нет, вряд ли, но…» Все эти мысли в одну секунду пролетели в голове у Элины.
И тут обстановку решил разрядить сам Джон Ерохин:
– Дама так спешила на пресс-конференцию… Вы в порядке?
– Да, все хорошо! – показала ему большой палец Элли, почему-то решив свои слова о хорошем подкрепить еще и дебильным жестом.
– Не нужен доктор? – серьезно спросил актер, выражение глаз которого скрывал козырек кепки.
– Совсем нет, все хорошо, – повторила она. А про себя подумала: «Когда он уже от меня отстанет?»
– Думаю, что хорошей компенсацией вам будет возможность задать мне вопрос, – мягко улыбнулся Джон.
Элина уже давно поняла, что в жизни звезда не хуже, чем на экране. Она попыталась принять непринужденную позу, но вряд ли это было возможно, если рук у тебя всего две, а прикрывать надо лопнувшую ширинку, оголившийся живот и пропуск с мужским именем, приколотый на груди.
– Вы серьезно? – прищурилась Элли.
– Конечно! Здесь собрались триста журналистов, а я решил ответить на пятьдесят вопросов, так что повезет не всем, – ответил Джон на очень правильном английском.
Надо отметить, что наша героиня говорила с ним на том же языке, прекрасно владея им. Ее поэтому часто отправляли на повышение квалификации по судмедэкспертизе как молодого и талантливого сотрудника для общения с зарубежными специалистами, обладающими лучшей профессиональной подготовкой и оснащением, что очень влияло на результаты сыска, то есть исследований.
После заявления актера глаза Элли сузились еще больше, что совсем не привело к четкости картинки. Все-таки очки были бы явно нелишними…
– Я тут чуть шею не свернула, весь зал насмехается надо мной, и всему этому великая честь – задать вопрос вашему сиятельству?!
В зале воцарилась неловкая тишина. А потом к Элли двинулись двое мужчин с неприметной внешностью, явно намереваясь вывести ее из аудитории. Но сам Джон остановил их.
– Что вы! Не надо! Пусть девушка присядет и успокоится. Она же пришла зачем-то на конференцию? У нее же была какая-то цель? Кого вы представляете?
– Я? – Острая боль пульсировала в голове Элли. – Журнал «Отчий дом». Но не в том дело. Я уверена, что вы знаете некоего человека по имени Витольд, и я хотела бы кое-что передать одному человеку от его родного брата, – сказала Элина, отметив, что на красивом лице актера не дернулся ни один мускул.
В зале снова повисла тишина. Окружающие не знали о существовании журнала «Отчий дом» и предвкушали дальнейшее развитие событий. Многие уже подозревали, что перед ними сумасшедшая.
– Девушка все-таки стукнулась при падении сильнее, чем нам показалось вначале, – улыбнулся Джон. – Присаживайтесь в зале, пожалуйста. А лично я не знаком ни с кем с именем Витольд.
Элли села на свободное место и еще довольно долго ощущала на себе внимание аудитории, то есть все время. А про себя она признала, что была права: Джон Ерохин – полный сноб, и ему действительно не нужно его прошлое. А вообще, по тому, как актер себя вел, скорее можно было предположить, что ошибался как раз ее умирающий отчим, настолько отчужденно прозвучали слова, мол, не знаю никакого Витольда… Но ведь Владислав не страдал психическим расстройством! И от кого же тогда пришли деньги на операцию?
Элли сидела, погруженная в свои мысли, краем уха слушая вопросы, которые задавали Джону, и его ответы. Ей все это не нравилось. Не нравилось, как грамотно и спокойно он отвечал, не нравилась его абсолютно правильная речь. На ее настроении не могло не сказаться и то, с каким «акробатическим этюдом» она появилась в аудитории, а также то, как ее осадил гость столицы.
«Что я вообще здесь делаю?» – вздыхала Элина, между делом считая взгляды, которые бросал на нее Джон. Актер спокойно и равномерно обводил глазами зал, смотрел и в ту сторону, где находилась она. И все же ее не покидало чувство, что звезда из всех выделяет именно ее. Или же она принимает желаемое за действительное?
Когда пресс-конференция закончилась, Элли не стала участвовать во всеобщем ликовании и аплодисментах, а поспешила удалиться. По дороге какой-то представитель СМИ с микрофоном привязался к ней:
– Скажите, как вас зовут? Вы будете героиней приколов.
Она стукнула парня его же микрофоном и побежала дальше. «Вот только этого мне и не хватало! То есть именно этого я и боялась!» – мелькнула неприятная мысль.
Единственным желанием Элины было как можно скорее вырваться из цепких объятий стыда, добраться до дома и больше никогда в жизни не надевать чужие вещи. Даже на улице она страдала от удивленных и насмешливых взглядов, скользивших по ее туго обтянутой одеждой фигуре. Наверное, поэтому Элли сделала то, чего раньше никогда не делала, – села в машину, которая затормозила рядом. Водитель приоткрыл дверцу и предложил подвезти. Они лишь кивнула и юркнула на заднее сиденье, так как очень неуютно чувствовала себя в людном месте.
– Вы выглядите очень встревоженно, и поэтому я и остановился, – произнес водитель. И пояснил: – Вообще-то я извозом не занимаюсь.
– Да? – рассеянно ответила не склонная к пустой болтовне Элина, не глядя на мужчину.
– Откуда идете? – спросил тот.
– А вам какое дело? – напряглась она.
– Да я так… Может, помочь чем? Вид у вас… озабоченный…
– Вы лучше смотрите на дорогу!
– Хорошо. – Мужчина пожал плечами и умолк.
Элли снова погрузилась в невеселые размышления о том, как бы ее коллеги не увидели по телику сюжетик с ее клоунским участием в пресс-конференции. Вышла из задумчивости через некоторое время и наконец посмотрела в окно. А за ним простирался совсем даже не городской вид, наоборот, совершенно сельский пейзаж – с полями, лесами и отдаленными домиками-«скворечниками», взявшими в плотное кольцо Москву (москвичи в выходные дни напоминали десант, хлынувший из мегаполиса за глотком свежего воздуха).
– Куда мы едем? – ошалела от увиденного Элли.
– Э…
– Чего вы там мычите? Вы куда меня завезли? – Кровь ударила женщине в голову, и тут же перед ее глазами стеной встали кровавые маньяки, охотящиеся за ее телом, а затем и душой.
– Выпустите меня! – закричала она. И добавила, решив, что всему виной ее легкомысленный наряд: – Вы меня не за ту принимаете!
Но водитель не реагировал. Тогда на волне ужаса Элли открыла дверь и выскочила из машины прямо на ходу. Даже при другом раскладе, в более спокойном состоянии, она сделала бы то же самое. Потому что для нее было легче выпрыгнуть из машины на полном ходу и умереть, чем быть изнасилованной.
Она почувствовала сильный удар об асфальт и боль в боку. Несколько раз ее перевернуло по острым камням и колючей траве обочины и окончательно выбросило с трассы. Прохладная жижа в кювете, куда она влетела, не дала ей окончательно потерять сознание.
– Черт, больно… – прохрипела Элина и проползла, подтягиваясь на руках, несколько метров. В голове сильно шумело, но она слышала визг тормозов и больше всего сейчас боялась, что похититель настигнет ее. «Ехал бы дальше. Подумал бы, что я убилась… Испугался бы…»
– Господи, как вы? Что же вы наделали? Как же это… – услышала она голос мужчины-водителя.
Ужас сковал сердце Элли. Неожиданно ладонь нащупала в траве большой булыжник. И как только чужие руки коснулись ее, она собрала последние силы и что есть силы стукнула нападавшего наотмашь этим булыжником с криком:
– Отстань от меня!
Удар пришелся в голову преследователя, тот охнул и рухнул рядом.
– Подонок, – прошептала Элли. Затем попыталась встать на ноги и выбраться на трассу, но сил на рывок уже не было, она опять опустилась на землю, чтобы перевести дух.
Мужчина застонал. Элина покосилась на него. Шелковистые темные волосы, рассыпанные по лицу, смуглая кожа, невероятно рельефные, красивые руки и алая кровь, сочившаяся из виска. Элли дрожащей рукой отвела волосы с идеального лица.
– Джон?! Или как там тебя… Что же это?! Ты?!
Она подумала, что сходит с ума. Невзрачная кепка и очки валялись рядом. Вот кого она не ожидала увидеть, так это его, голливудскую звезду.
Джон медленно сел, держась рукой за голову, между пальцев стекали тонкие струйки крови.
– Ну, ты даешь… Просто амазонка! – поднял он на нее взгляд… Это произошло сразу. Вот тот волшебный случай, когда за одну секунду пропадаешь, глядя человеку в глаза. Невероятное ощущение проснувшегося в тебе вулкана, прыжка с парашютом и удара электрическим током, причем одновременно. Все сошлось в одной точке Вселенной. Многие люди так и проживают свою жизнь, ни разу не испытав ничего подобного и чувствуя себя совсем даже неплохо. Так, как Элли.
Но в этот момент Элина испытала нечто неприятное. А кому понравится, если внутри вдруг без предупреждения взрывается вулкан? Да и с парашютом она прыгать не хотела, ее вытолкнули из кабины самолета в спину подло и внезапно, да и без парашюта. А вместо парашюта было чувство невозможности оторваться от глаз мужчины. Словно только это и удерживало на весу, словно только это и могло спасти ее жизнь. Она впервые увидела его так близко, глаза оказались очень темными и безумно выразительными. В жизни Джон был еще лучше, как-то «живее», чем на экране.
– Откуда я знала, что это вы? Почему не сказали? Я же кричала: выпустите! – выдохнула она.
– Пока я сообразил, что ответить, уже щелкнула… то есть хлопнула, дверца. Я чуть с ума не сошел! Не ожидал, что ты такое подумаешь и вот так вот запросто выбросишься из машины, – ответил Джон.
– А что я должна была думать? Везут не по адресу, куда-то за город, на просьбу остановиться водитель не реагирует… Я смертельно испугалась!
– Ладно, извини, что напугал, – оторвал от головы ладонь Джон и посмотрел на нее, всю испачканную в крови.
– Тебя перевязать надо, – смягчилась Элина. – А то меня привлекут за покушение на звезду…
Джон, недолго думая, снял с себя рубашку и разорвал ее полосками.
Элли ничего не оставалось, как тупо смотреть на его голый торс, который был безупречен. Не видя своими глазами, можно было предположить, что на экране его «вытягивают» с помощью фотошопа. А тут уж было не подкопаться. И она покраснела, словно школьница. Но собралась под несколько насмешливым взглядом мужчины, взяла себя в руки и нарванными полосками ткани как смогла перебинтовала ему голову.
– Извини!
– Проехали… – улыбнулся Джон. – Кстати, мое тело – все, до кончиков пальцев, – застраховано на приличную сумму. Так требовалось в контрактах.
– Рада за тебя. А вот мое, похоже, никому не нужно. Ой, это я так… – Элина поднялась на ноги и осмотрелась. – И куда теперь?
– К машине.
– Я не вожу, а ты ранен.
– Ерунда, я смогу, – поднялся на ноги Джон, слегка пошатнувшись.
– А куда ты меня вез? – спросила Элли. – Да и зачем?
– Ты задала очень интересный вопрос, и я хотел бы поговорить с тобой на эту тему без свидетелей.
– Понятно, мистер Витольд, – усмехнулась она.
– Зови меня Джон, я так больше привык.
– Как скажешь. Ха, на конференции ты говорил только на английском, а сейчас просто на чистейшем русском.
– Кажется, ты знаешь обо мне все. Откуда? – Джон заковылял к машине.
– Я падчерица твоего брата, – ответила Элли. – Ты не знал про нас?
Джон внимательно посмотрел на нее.
– Я знал, что брат женился на женщине с ребенком. Так ты и есть тот ребенок?
– Да. И спасибо, что пытался спасти своего брата. На твои деньги ему сделали операцию, вообще сделали все возможное… Я любила его. Он был спокойным, уравновешенным и умным человеком.
– Они хорошо жили с твоей матерью? – спросил Джон, открывая перед ней дверцу.
– Они жили в любви, просто прекрасно. То есть если ты хочешь спросить, был ли твой брат счастлив, то да. Но ему не хватало… Думаю, он очень хотел увидеть тебя и попросить прощения, уж не знаю, за что, – честно ответила Элина.
Джон сел за руль и сложил на нем руки.
– Я очень сожалею, что Влад умер. И ему не за что передо мной извиняться.
– Не знаю, почему, но я рада это слышать. А зачем ты вез меня именно сюда? – не унималась Элли.
– Я остановился в небольшом отеле под Москвой, хотел тебя туда привезти и расспросить про брата, – тронулся в путь Джон.
– Под Москвой? А мне сказали, что в том же отеле, где пресс-конференция была.
– Это для журналистов. Там бы мне покоя не было.
– А охрана?
– Нет. Я, знаешь, надеваю очечки, кепочку, меняю мимику, представляюсь другим именем, и меня никто не узнает. Хотя бывают и срывы в конспирации.
– Ты опять меня везешь в сторону от Москвы.
– Так я же сказал – к себе. Расскажешь мне о Владиславе. Я хочу узнать все о нем из первоисточника. Я не собираюсь больше возвращаться в Россию.
– Уедешь назад в Америку?
– Нет, это тоже не мой дом. Остановлюсь в Европе, и больше обо мне никто ничего не узнает, – откровенно сказал Джон, сам не ожидая от себя такого.
– Ты уже сделал столько, я имею в виду – публичного, что тебя долго не забудут.
– Мировая классика кинематографа? – рассмеялся Джон. – Понимаешь, в Европе еще можно найти такое место, где тебе дадут спокойно жить.
– А вот на то, чтобы везти меня к себе в отель, я разрешения не давала, – надулась Эллина. – Ты даже не спросил у меня. Я, наверное, по-твоему, должна просто визжать от радости? О, эти светлые минуты я буду вспоминать всю жизнь и передавать, как байку, из поколения в поколение своим внукам…
– Я очень прошу посвятить сегодняшний вечер мне. И не бойся, я не начну совращать падчерицу брата, – покосился на нее мужчина.
– А я и не боюсь. Тоже мне! Только попробовал бы! – пытаясь скрыть смущение, ответила Элина.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?