Текст книги "Та ещё штучка!"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ta-esche-shtuchka-74944.jpg)
Автор книги: Татьяна Луганцева
Жанр: Иронические детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Татьяна Луганцева
Та ещё штучка!
Глава 1
– Ну, как съездила? – полюбопытствовала у своей подруги Татьяна, молодая, пышущая здоровьем женщина с круглыми щечками, великолепной кожей и ореолом мелких рыжих кудряшек.
– Ужасно, Таня, я так устала, дай хоть ноги вытянуть, – ответила Анна и грустно вздохнула.
Анна была чрезмерно худая, бледнолицая дама, шелковистые светло-каштановые волосы красиво оттеняли ее серо-зеленые умные глаза.
Несмотря на внешнее несходство, женщины были очень дружны. Сидели они в небольшом и уютном городском кафе, интерьер которого был выполнен в современном стиле. Грубо отштукатуренные стены, словно и не обработанные вовсе, столы и скамьи из темного массивного дерева, замысловатые перегородки между столиками из цветного стекла и черного металла. Такая современная эклектика. На широких экранах плоских телевизоров на каждой стене шла какая-то спортивная передача.
Подруги не обращали на них никакого внимания, они мило общались друг с другом, так как не виделись уже целую вечность – одну неделю. Татьяна Белых и Анна Юмашева дружили со школьной скамьи. Сначала чуть не подрались из-за одного мальчика, а потом обе благополучно бросили этого паренька и подружились. Они были очень разные по характеру, но всегда находили общий язык, в их «безбашенность» жизнь внесла свои коррективы. Таня Белых, всю жизнь мучившаяся из-за своей полноты, честно признавалась Анне, что завидует ее стройности и, вообще, считает ее красавицей.
– Тебя ждет большое будущее! Не будет отбоя от женихов, вот увидишь, – закатывала глаза подруга. – Может, и мне какой-нибудь отвергнутый поклонник перепадет? Ну, как подруге, по блату, что тебе, жалко, что ли? – спрашивала она.
– Что ты несешь всякую чушь?! – в ответ возмущалась Аня.
Жизнь, впрочем, повернула все по-своему, совсем не так, как предполагала Татьяна. Анну воспитывала только мать, женщина очень принципиальная, скромная и больная. Сколько ее помнила дочь, та все время глотала горстями какие-то таблетки и ходила по врачам. Родила она Аню – своего первого ребенка – очень поздно, в сорок два года, без мужа, исключительно для себя, чтобы не коротать в старости одинокие вечера, как она сама выражалась. Мать никогда не говорила, от кого ее родила, ссылаясь на то, что и сама его не помнит. Дочь, конечно, догадывалась, что, скорее всего, она ее папашку просто знать не желает.
Ане повезло, что они жили с матерью в советские времена, когда высшее образование для желающих было бесплатным, сейчас Анне его было бы не получить.
Училась она хорошо, отличаясь прилежанием и целеустремленностью, окончила школу и поступила в институт, когда ее матери исполнилось шестьдесят лет. Вскоре мама умерла совсем не от того, от чего всю жизнь лечилась, а от онкологического заболевания.
Анюте пришлось очень нелегко, но она справилась с помощью Татьяны и ее семьи. Девушка осталась жить в небольшой двухкомнатной квартире со смежными комнатами, маленькой кухней и совмещенным санузлом. В институте Анне пришлось перейти на вечернее отделение и найти работу.
У Ани был талант к языкам и, как ни странно, математический склад ума. Ее очень любила учительница математики и говорила, что «эта девочка обладает абсолютной логикой» и что такое общепринятое мнение, как «женская логика – это отсутствие всякой логики», к ней совершенно не относится.
В физике и математике Анюта могла дать фору любому мальчишке, решала труднейшие задачи, складывая и умножая в уме громадные числа со скоростью света. Компьютер она освоила так же легко, как и всё, что требовало логического мышления.
Анна Юмашева была вечной участницей олимпиад по математике и физике, зачастую оставаясь одной девочкой в рядах мальчишек, и частенько опережала их всех, вместе взятых.
На первых курсах института она работала курьером, официанткой, а уже потом приблизилась к своей специальности. Серьезно занималась переводами с английского и немецкого языков в различных фирмах. Она свободно переводила тексты любой сложности от специальных медицинских и технических статей до художественных произведений и поэзии. Сразу после окончания вуза ее пригласили в очень крупную фирму на должность секретарши. Она явилась в офис в элегантном черном брючном костюме, в туфлях на высоких каблуках и с безукоризненно выполненным макияжем. Анну сразу же провели к боссу, выглядевшему почти гротескно – дорогой костюм не мог скрыть толстый живот, короткие пальцы украшали золотые печатки.
Он бросил на нее оценивающий взгляд и заявил:
– У нас серьезная фирма. Садитесь, пожалуйста.
– Я это поняла.
– Ну, так вот… Я вызвал вас на собеседование, прочитав ваше резюме, но претендентов на место, которое вы еще не получили, очень много, – сразу же сообщил начальник, чтобы пригасить ее амбиции и набить себе цену.
– Я понимаю, что вы предлагаете мне хорошую должность, – прониклась Аня.
– Мне нужна не просто секретарша, а личный помощник, моя правая рука, – сообщил он, чем сразу озадачил девушку, так как она уже знала размер предлагаемой зарплаты, которая тянула только на секретарскую. – Это должна быть красивая женщина, ухоженная и очень заметная, все это у вас есть, я вижу. Она должна вести на английском языке переговоры с моими американскими партнерами. Я, если честно, не знаю иностранных языков. Вы же, судя по анкете, знаете два?
– Верно.
– В совершенстве? – уточнил шеф.
– Читаю, пишу, могу синхронно переводить, – ответила Аня, заскучав.
– Очень хорошо. Вы быстро печатаете? Хотя в резюме указано, что вы знаете компьютер, как со скоростью письма? Вообще, ваш диплом престижного вуза очень впечатляет. А красный диплом по такой сложной специальности, как преподавание высшей математики на английском языке, говорит о вашем уме, это именно то, что мне нужно.
Анна невольно поймала себя на мысли, что шеф сейчас добавит, что ему нужен ее ум потому, что он сам испытывает его острую нехватку, и улыбнулась.
– При этом вы должны с милой улыбкой приносить кофе по первому моему щелчку. – Он скользнул масленым взглядом по ее стройным ногам, отчего по спине Анны пробежали мурашки.
Хорошо, что он так и не осмелился сказать вслух, что в ее обязанности будет входить и оказание ему интимных услуг «по первому его щелчку». Анна Юмашева уже решила, что эта работа не для нее.
– Я вас устраиваю? – уточнила она.
– Да! Это чудо-место ваше!
– Я, конечно, тронута столь высокой оценкой моих скромных возможностей, но отказываюсь от вашего предложения, – Анна встала.
Рот толстяка открылся и долго не закрывался даже после выхода Анны из кабинета. А она ушла в полном недоумении.
«Если женщина красива, умна, знает компьютерные программы, языки, попросту говоря, умнее своего начальника, почему же она должна за небольшую зарплату варить кофе и выполнять все его требования? Несправедливо… Она должна сидеть на его месте!»
Анна вообще не давала мужчинам ни малейшего шанса показать себя, как на школьной олимпиаде, когда она оказывалась лучшей среди мальчиков. Их плоские шутки на Аню не действовали, умнее от этого они ей не казались, удивить и заинтересовать ее ничем не могли. Она была для них своей в доску, имела много друзей-мужчин, но абсолютно не рассчитывала найти себе равного партнера.
Поняв, что работа секретарши не для нее, Анна пустилась в свободное плавание. В институте, где она училась, ее ждали с распростертыми объятиями, она защитила там диссертацию по высшей математике и стала читать лекции по этому предмету на английском языке. Она часто брала переводы домой и неплохо этим зарабатывала.
Фирмы, сотрудничающие с Анной, засыпали ее заказами, так как она была очень пунктуальна и всегда в срок сдавала выполненную работу. Аню вполне устраивала такая жизнь и профессиональная деятельность, и она с оптимизмом смотрела в будущее. Она гордо плыла по просторам жизни, но, как известно, на каждый «Титаник» есть свой айсберг.
Айсбергом, вдребезги разбившим амбиции Анны, стал Коновалов Илья Алексеевич, выпускник военного училища, лейтенант пограничных войск. Именно Таня, заметив, что личная жизнь Анны не ладится, вернее, она попросту у нее отсутствует, недолго думая, достала два пригласительных билета на вечер в Дом офицеров и притащила туда подругу. Аня в ярко-красном платье, похожая на супермодель, произвела впечатление на молодых офицеров, а Аню сразил лейтенант Коновалов.
Статный парень ростом под два метра и весом сто двадцать килограммов выгодно выделялся на фоне своих товарищей. К тому же он показался Анюте добрым, стеснительным, надежным и умным, потому что фактически все время молчал. Встречались они недолго, сразу же поженились. Аня решила, что нашла ту надежную опору, за которой будет чувствовать себя настоящей женщиной. Уже на свадьбе Анна сообщила Тане, что уезжает с мужем на службу в Тмутаракань.
– А как же твоя карьера? Ты же только встала на ноги! У тебя талант и блестящие перспективы!
– Я вышла замуж и выбираю семью. Я же не виновата, что мой муж военный! – беспечно ответила Аня.
Два года они мотались по гарнизонам, после чего Илья получил направление в Москву, в академию. Муж так ждал своего «звездного часа», так выслуживался и лебезил перед начальством, чтобы именно его направили в Москву. Аня задумалась уже в гарнизоне, не приняла ли она «чмо» за «мачо»?
Приехав в Москву, Илья Коновалов закатил пир на весь мир, пригласив свое московское начальство в квартиру Анны с желанием показать, что у них маленькая жилплощадь. Но Коновалов был бы не Коновалов, если бы не решил сэкономить. Тут-то он и прокололся, купив водку по дешевке. Отравился и он, и начальство. Анна никогда не пила водку, предпочитая хорошие вина и шампанское, поэтому осталась жива. Ее муж и его сослуживец скончались в больнице, остальные выкарабкались. Долго помнили это застолье. Смерть мужа Анна пережила тяжело, решив, что в этом есть и часть ее вины.
Неудачное, вернее, печально закончившееся замужество еще больше убедило Аню, что семья – это не ее стезя, ей не везет с мужчинами, и дальше она жила, не обращая внимания на противоположный пол, посвятив себя работе и общению с друзьями.
– Ну, так как дела? – спросила Таня, наливая подруге кофе.
– Как всегда, – отмахнулась Аня, – куча переводов, и никакого толка! Ой!
– Что?! – испугалась Таня.
– Вот ведь черт! Я же забыла закинуть Лизе перевод анкет ее иностранных клиентов!
– Ну, ничего, в следующий раз.
– Да ты что? Я не могу ее подвести. Всё, я поехала! До встречи! – Аня сорвалась с места.
– Стой! Куда? А как же кофе?
– В другой раз, Танюша! В другой раз!
– Сумасшедшая, – вздохнула разочарованная Татьяна, подумав: когда же Аня отдохнет? Когда остановится и переведет дух? Или это просто боязнь остаться одной наедине со своими мыслями?
Глава 2
Лиза Петрова – владелица элитного бюро знакомств, была дамой закаленной, но всё же она с трудом отвела взгляд от своего посетителя, вальяжно развалившегося в кожаном кресле. Волевой подбородок, прямой нос, густые, слегка вьющиеся темные волосы и невероятно красивые лучистые глаза сразили сорокалетнюю госпожу Петрову наповал – он словно сошел с обложки глянцевого журнала для женщин. Эрвин Ламар, так представился ее посетитель, дружелюбно улыбнулся.
Лиза всеми силами попыталась взять себя в руки и не выглядеть полной идиоткой с открытым ртом и пунцовым лицом. Годы занятий аутотренингом, йогой, два бракоразводных процесса, тяжелая работа с разными людьми и консультации личного психолога помогли ей в этом.
Ламар позвонил в ее приемную вчера во второй половине дня и договорился о встрече на сегодня. О том, что клиент иностранец, она, конечно, догадалась по его имени и легкому акценту, о котором сказала ей секретарша. В ее агентство часто обращались заморские мужчины в поисках русских жен или просто красивых содержанок. Лиза знала их уловки и то, что им нужно, как свои пять пальцев. Как правило, это были мужчины среднего достатка, считающие каждый евро, и, как правило, в весьма почтенном возрасте. Это были или закоренелые холостяки, живущие для себя любимого, или дядьки, находящиеся в состоянии развода из-за возникших сексуальных проблем.
Старость – не радость, кроме проблем со здоровьем, появлялась и острая потребность в уборщице, домохозяйке, кухарке, а платить за тяжелую работу не хотелось. Тут и возникала «оригинальная» мысль заполучить рабочую силу, как говорится, даром.
И это не пустой звук – русские, украинские и белорусские дамы словно на амбразуру с готовностью бросаются перемывать горы грязной посуды и огромное количество окон в доме предполагаемого иностранного жениха, забыв при этом, что они – женщины, слабый пол. В их генах уже заложено – раз она жена, значит, должна всё делать совершенно бесплатно.
Правда, вскоре несчастные понимают, что жизнь проходит, а они, кроме половой тряпки, ничего не видят. И что с того, что они живут в скучной Германии или малюсенькой Голландии? Хорошие моющие средства сейчас есть и в России.
Что касается любви… Муженек, как правило, очень редко выполняет супружеский долг и недолго радуется, быстро привыкнув к бесплатным услугам, забыв, что за женские мучения и хозяйственные дела надо бы раскошеливаться. Лиза не понимала, почему толпы женщин готовы ехать за границу на таких собачьих условиях, объясняя это тем, что в России им вообще мужа не найти из-за беспробудного и поголовного пьянства особей противоположного пола. Вот и едут наши учительницы и инженеры к малообразованным мужчинам-фермерам, чтобы запереть себя в четырех стенах сельского дома.
Лиза видела этот контингент иностранцев насквозь. Лысые, толстые, потеющие дядьки, все время говорящие о скидках на знакомство со второй и последующими претендентками, словно они находились в супермаркете. Они не ищут молодых, амбициозных, сексуальных и хорошо знающих иностранный язык женщин. Такие авантюристки стремятся выехать за границу за чужой счет, а потом сорваться с крючка. Лиза Петрова все это понимала, но это была ее работа, и многим «домработницам» бальзаковского возраста и старше она подарила именно такое счастье.
Вторая категория самцов-иностранцев приезжает в Россию за дешевыми сексуальными извращениями и просто сексом с молодыми и красивыми, готовыми на все особами. Там, на родине, их бы сожрало общество феминисток и засудили бы за один только непристойный взгляд на свою сослуживицу. А в России они открывают небольшие фирмы, набирают работниц, словно сексуальных рабынь, и творят, что хотят, часто пудря девушкам мозги, твердя о скором замужестве, миллионах долларов на счетах, виллах и яхтах за кордоном.
Дурочки вовсю стараются завоевать сердце заморского рыцаря, не подозревая, что дома у него есть семья, а все денежки находятся на счете тестя.
Госпожа Петрова строго отслеживала, чтобы девушкам уже исполнилось восемнадцать, а на остальное закрывала глаза. «Взрослые уже девочки, пусть думают сами», – оправдывала себя Лиза.
Сейчас же она не могла понять, что понадобилось этому роскошному самцу от ее фирмы. Он не подходил ни под одну известную ей категорию. Дорогие ботинки, эксклюзивные часы, простая, но тоже от лучших дизайнеров одежда, а уж внешность… По его взгляду и по тому, как он держался, было понятно, что Эрвин Ламар знает, какое впечатление производит на женщин, но не кичится этим. «Он просто привык к восхищенным взглядам, – решила Лиза, изучая объект. – Неужели сексуальные проблемы? Да это бред! От него просто веет самцом, а не запахом виагры!» – одернула она себя и кашлянула.
– Воды? – тут же учтиво спросил Ламар.
– Нет, спасибо! – улыбнулась Лиза. Не могла же она признаться, что подавилась слюной при виде такого красавца.
– Чем могу быть полезна, господин Ламар? – начала Лиза, поняв, что ее молчание становится не только глупым, но и неприличным.
– Вы госпожа Петрова?
– Меня зовут Лиза. Я – хозяйка агентства. – Петрова требовала, чтобы ее называли просто Лизой, так как считала, что выглядит молодо и стильно.
– Очень приятно. – Он привстал с кресла и поцеловал ей руку, обдав запахом дорогого парфюма.
Лиза нажала кнопку громкой связи с секретаршей, чтобы скрыть свое замешательство.
– Да? – Голос секретарши звучал напряженно, стало понятно, что Эрвин произвел впечатление и на нее.
– Ирочка… принеси нам… как это?
– Кофе?
– Да, конечно, кофе! – обрадовалась Лиза ее подсказке. – Вы будете кофе? – обратилась она к посетителю, поправляя жидкие кудряшки.
– Не откажусь, – ответил Ламар скорее ради того, чтобы не обидеть радушную хозяйку.
– Что привело вас к нам в агентство, господин Ламар? – спросила Лиза, принимая самый располагающий вид, но, не выдержав слегка насмешливого и умного взгляда клиента, покраснела и смешалась.
– Мне тридцать пять лет, я гражданин Австрии, имею также американское гражданство за заслуги в профессиональной деятельности, но корни у меня русские, – начал он рассказ приятным спокойным голосом.
Елизавета вся обратилась в слух.
– Моя бабушка во время Второй мировой войны была учительницей в городе Калинине. Фашисты угнали ее вместе с партией жителей в Германию. Бабушка была очень красивой и образованной женщиной, на ее долю выпало много страданий. В Германию она приехала совсем молодой, но уже была круглой сиротой, так как родителей репрессировали до войны как врагов народа. Она попала в услужение в очень богатый немецкий дом к одинокому пожилому композитору, не симпатизирующему фашистам. Его не тронули только потому, что он был фактически национальным героем, его музыку знал весь народ, он внес огромный вклад в развитие культуры страны. Между бабушкой и композитором возникла теплая привязанность, переросшая во взаимную симпатию и любовь. Она вышла замуж за моего деда, которого лично я не знал. У них была разница в сорок лет, но десять лет счастья она ему подарила и после его смерти стала самой богатой и самой молодой вдовой в округе. Моему отцу Патрику, когда умер дед, было всего восемь лет. К бабушке сваталось много молодых и состоятельных людей, ведь ей было всего двадцать восемь лет, но она так больше и не вышла замуж, сохранив верную память о своей первой и единственной любви. Дед совершил невозможное, он отогрел сердце молоденькой девушки, покалеченное войной, и заставил ее полюбить немца, а немцев русские в то время люто ненавидели. Бабушка безумно баловала моего отца, который рос совершенно неуправляемым ребенком. В семнадцать лет он сбежал из дома и стал жить, презирая все условности. Я родился от такой же безбашенной девчонки, как и он, в коммуне хиппи и умирал там от голода и плохого ухода. Бабушка разыскала меня в каком-то приюте и взяла к себе. Она повторила попытку воспитать настоящего мужчину, но пошла абсолютно иным путем. Меня совсем не баловали. Я не имел ни минуты свободного времени, ходил в самую престижную школу, где учеников загружали по полной программе, включая верховую езду, фехтование, шахматы, восточные единоборства, танцы и еще много чего. Кроме того, на дом приходили репетиторы по иностранным языкам и музыке. Бабушка отдала меня в подростковом возрасте в закрытую школу бизнеса, там я проучился до двадцати лет, приезжая домой только на каникулы. Короче, она сделала меня тем, кем я являюсь на сегодняшний день. Не подумайте, что она не любила меня и поэтому на восемь лет сдала в эту школу. Все это делалось, наоборот, от великой любви ко мне, единственному внуку, вернее, к единственному родственнику, оставшемуся в живых, так как ни моего отца, ни матери к тому времени уже не стало. Они погибли от наркотиков. Думаю, что я полностью оправдал надежды и чаяния моей бабушки Ариадны Львовны. За несколько лет я во много раз увеличил семейный капитал, окружил бабушку заботой и любовью. Вот уже десять лет мы живем в собственном особняке в Австрии, хотя у меня есть дома и виллы и в Америке, это необходимо мне по бизнесу. Ариадна Львовна облюбовала спокойную, романтичную и зеленую Австрию, и я согласился с ее выбором. Вы меня, Лиза, извините за долгое вступление, – мягко улыбнулся Эрвин.
– Ничего-ничего, мне очень интересно, вы так хорошо говорите по-русски, – поспешила заверить его Лиза.
– Я стараюсь не забывать свои корни, кроме того, я читаю в подлиннике произведения великих русских писателей, – ответил Эрвин и улыбнулся. – Я вернусь к своему рассказу, извините за небольшое отступление. Как вы уже поняли, бабушка для меня является центром Вселенной, самым близким и единственно важным человеком. Сейчас она очень больна, и она молит меня о женитьбе, – блеснул глазами Эрвин.
– Странная просьба, хотя… я ее понимаю, – кивнула Лиза, нервно наматывая локон на палец с золотым ногтем.
– Она надеется увидеть меня успешным не только в бизнесе, но и в личной жизни. Бабушка тяжело больна, и она заслужила, чтобы к ее просьбе я отнесся уважительно.
– И вы вот так вот готовы сразу жениться? – спросила Лиза, прикидывая, сможет ли она быстро развестись со своим третьим мужем.
– Скорее, заключить деловое соглашение, – ответил Эрвин.
– Будьте добры, поясните. Я не совсем поняла…
– Конечно. Я не собираюсь жениться по-настоящему, у меня есть подруги, и я ни в кого не влюблен. Я хочу заключить формальный союз. Штамп в паспорте, свадебные фотографии… Бабушка будет удовлетворена, а я спокоен.
– То есть вы это делаете для бабушки? – уточнила Лиза, пытаясь переварить его странную просьбу.
– Совершенно верно, исключительно для нее, но ради бабушки я готов на многое. Если она хочет увидеть меня перед смертью женатым, то увидит. Женщина, то есть моя невеста и жена, получит за беспокойство два миллиона евро.
– Но не получит вас? – усмехнулась Лиза, не сразу осознав сумму, предлагаемую Ламаром.
– Люблю умных женщин, – губы Ламара тронула улыбка.
– Это хорошая компенсация за свадебную фото-сессию и штамп в паспорте, – согласилась Лиза, нервно катая карандаш по столу.
– Я тоже так думаю, – ответил Эрвин. – Будет составлен юридический документ, в котором я обязуюсь выплатить после регистрации деньги, а женщина выполнит ряд условий.
– Например?
– Никакого шантажа и согласие на развод после смерти бабушки. Она говорит, что врачи дают ей полгода, не больше…
– Великолепно, – прошептала Лиза и спохватилась: – В смысле, не то, что ваша бабушка умирает, а то, что такое серьезное дело вы доверили нам. Кстати, почему? У вас много, как вы выразились, подруг. Неужели ни одна из них не согласилась вам помочь? И потом, почему вы не нашли жену в Австрии? Поближе к бабушке? – засыпала она его вопросами.
– Мои подружки не нравятся Ариадне Львовне, а я хочу, чтобы она одобрила мой выбор, была полностью удовлетворена. Понимаете?
– Конечно, но неужели ни одна ей не нравится?
– Это, в основном, девушки из модельного бизнеса, актрисы, танцовщицы, бабушка считает их несерьезными. Кроме того, под старость она стала очень сентиментальной, мечтает, чтобы я женился на русской женщине, чтобы русский род продолжился в Австрии.
– Понятно… – растерялась Лиза.
– Проблемы? – участливо спросил Эрвин.
– Это несколько необычно, сейчас я соберусь с мыслями, – тянула время Лиза.
– У меня есть еще несколько просьб, – сказал Эрвин и заглянул в стильный кожаный блокнот.
«Выписал данные, будто приобретает породистую кобылу», – мелькнула у Лизы мысль, но она все же сконцентрировалась и сделала серьезное лицо.
– Невесте должно быть не больше тридцати лет. То есть не девочка-свистулька и не дама в возрасте, так как бабушка хочет, чтобы у меня было много детей. Женщина не должна быть вульгарной…
«То есть не похожа на твоих подружек, которым ты не можешь отвести эту роль», – почему-то подумала Лиза, начиная раздражаться от мысли, что такой красивый мужик предпочитает остаться один.
– Моя избранница должна быть стройной, с классическими чертами лица, чтобы на свадебной фотографии мы составили красивую гармоничную пару, – добавил Ламар.
– Знаете русский фольклор? – спросила Лиза.
– Очень интересно, – подался вперед Эрвин.
– Ну, пословицу «Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что»? – выдала Лиза и прикусила язычок.
Эрвин оценил ее юмор и рассмеялся, обнажив в улыбке ряд жемчужно-белых зубов и сразив ее будто контрольным выстрелом.
– Я-то знаю, чего хочу… – начал он.
– Скорее, что хочет ваша бабушка, – перебила его Лиза.
– Да, так как ее я тоже хорошо знаю, и, заметьте, я плачу за это деньги. Вашему агентству я переведу двести тысяч за работу. Вас устроит?
– Вполне… – выдавила Лиза, у которой от такой суммы даже в глазах потемнело. – Но женщины, любящие деньги, выглядят не совсем так, как вам хотелось бы, – отвела она глаза в сторону. – А дамы серьезные и порядочные могут не клюнуть на ваше странное предложение, а попросту пошлют вас подальше.
– Оно не непристойное, я не трону эту женщину даже пальцем, – заверил Эрвин.
– Я не сомневаюсь в вашей порядочности, – ответила Лиза, вспомнив об остывшем кофе. Этот породистый австриец русского происхождения тоже не притронулся к своей чашке. – Вы считаете, что всё можно купить за деньги? – поинтересовалась Лиза, внезапно захотев, чтобы он тронул ее, и не только пальцем.
– Да, я так считаю, – уверенно и прямо глядя ей в глаза, ответил Эрвин Ламар.
Именно в этот момент дверь отворилась, и в кабинет буквально ворвалась Анна Юмашева. На ней были облегающий трикотажный джемпер тревожного розового цвета и светло-голубые джинсы. Ярко-красные туфли на высоких каблуках в тон красной помаде явно не подходили к ее наряду.
– Прости! Прости! Знаю, что ты занята, что у тебя клиент, но у меня совершенно нет времени ждать. Я принесла тебе переводы анкет и рекламных статей.
Аня швырнула на стол огромную сумку и принялась в ней рыться, не обращая внимания ни на Айзу, ни на ее клиента. Только ощущение, что кто-то взглядом сейчас прожжет дырку в ее щеке, заставило Юмашеву повернуть голову и посмотреть мужчине в глаза. Сказать, что ее сразу же поразила молния, значит ничего не сказать. Хорошо, что Аня быстро овладела собой и не подала виду, что сражена наповал, хотя взгляд Эрвина тоже задержался на ней дольше, чем позволяют правила приличия. Аня отвернулась и уткнулась взглядом в сумку.
– Что я искала? Как-то у вас душно…
– Это мой клиент – австриец Эрвин Ламар, – сказала Лиза, чтобы заполнить неловкую паузу. – А искала ты переводы анкет и двух рекламных статей, – подсказала ей Лиза, которая свой шок уже успела пережить.
– Да… эти… переводы, австриец? Клиент? Ну, да, понятно, какой клиент! – бормотала Аня, выкладывая папку с бумагами на стол.
Лиза округлила глаза, пытаясь дать понять своей подружке, что иностранец очень хорошо говорит по-русски.
Анна даже вспотела.
– Ну, ладно… пойду я, что ли?
– Аня, ты помнишь, что должна прийти на прием в качестве переводчицы? – уточнила Лиза.
– Помню, – кивнула та и двинулась к двери.
Тут она столкнулась лоб в лоб с вставшим иностранцем и ощутила тепловой удар. Его пристальный взгляд пригвоздил ее к месту.
– Вот вы мне и подходите, – сказал он Ане приятным баритоном на чистом русском языке.
– В смысле? – не поняла она.
Эрвин обернулся к Лизе.
– Ей под тридцать? Высокая, стройная, с русским красивым лицом, серьезная. Пожалуй, я проведу с ней фотосессию.
У Ани рот открылся от удивления:
– Лизок, о чем речь? О чем говорит твой клиент? Он фотограф? Скажи ему, что я не модель!
– Я женюсь на вас, – ответил ей Эрвин.
– Что?! – не поняла Аня.
– А вы за это получите два миллиона евро, – добавил Эрвин.
У Анны в этот день было ужасное настроение, и ей совсем не понравились шутки мужчины. Со всей силы она залепила Эрвину две звонкие пощечины – по одной и другой щеке за каждый миллион.
Лиза с трудом подавила вопль.
Аня демонстративно подула на свою ладонь, взглянула на оторопевшего Лизиного клиента и направилась к выходу.
Лиза и Эрвин застыли как каменные.
– Вот так вот… – единственное, что смогла вымолвить Лиза после стремительного и победоносного ухода Анны, разводя руками. – Вот так… Я вам говорила: женщины вообще непредсказуемы, а русские тем более…
– И что это было? – спросил Эрвин, потирая щеки.
– Насколько я понимаю… пощечины, – ответила Лиза.
– А за что? – недоумевал иностранец.
– За предложение выйти замуж в столь фривольной форме, да еще и за обещание денег, – терпеливо объяснила госпожа Петрова, находящаяся в легком шоке.
Она не понимала, почему иностранец еще стоит столбом и не покинул ее кабинета.
– Это кто? – спросил Эрвин, с удивлением рассматривая пятна на своей рубашке. От пощечин у него пошла носом кровь.
– Это хорошая женщина, – засуетилась Лиза, вынимая из ящика пачку одноразовых платочков и бросаясь к Ламару на выручку.
– Я не сомневаюсь… что она хорошая, только несколько воинственная, вы не находите?
– Самую малость, – Лиза усадила его обратно в кресло и зажала нос платком. – Просто наши женщины не привыкли к такому обращению… Это она от радости! – нашлась Лиза.
– Я достаточно часто бываю в России и раньше такой реакции не замечал, – возразил Эрвин.
– Загадочная славянская душа… – неопределенно ответила Лиза, все еще перекрывая ему кислород. – С такими женщинами вам не приходилось встречаться, они не крутятся около богатых мужчин, а сами зарабатывают на жизнь.
– Кто она? – повторил вопрос Эрвин.
– Анна.
– Ее зовут Анна?
– Да… Анна Михайловна Юмашева.
– Ваша сотрудница? – шмыгнул носом Эрвин.
– Что вы, конечно, нет! – Лиза замахала руками, чуть не свернув ему нос. – Она внештатная сотрудница. Я бы ее обязательно уволила, она просто несносна!
– Переводчица? Я правильно понял?
– Анна работает по договору. А так, кто она? Я не знаю… Профессиональная переводчица… не подводила меня… до сего момента…
– Замужем? – Эрвин решил, что нашел верное объяснение реакции Ани.
– Насколько мне известно, нет.
– Мужененавистница! – понял иностранец.
«Все-таки какого высокого он о себе мнения: если ему отказали, значит, это или лесбиянка, или ненормальная. Несмотря ни на что, Нюра – молодец!» – решила Лиза и приторно улыбнулась:
– Анечка не имеет отношения к феминисткам.
– Я тронут, – Эрвин отнял окровавленный платочек от носа и посмотрел на часы. – Надеюсь, вы сделаете более удачный выбор, чем я сам.
Лиза несказанно обрадовалась, сообразив, что ее услуги еще интересуют иностранца и она не «в пролёте».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?