Текст книги "Надломленный мозг"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nadlomlennyy-mozg-243046.jpg)
Автор книги: Валерий Пушной
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Передний быстро направился к подъезду. Перед коричневыми дверями было высокое крыльцо с коричневыми поручнями и коричневым навесом над ним. Охранник набрал на домофоне код квартиры. Через три-четыре секунды раздался мужской голос. Парень сообщил о Корозове, услыхал писк и щелчок открывающегося замка. Прошли в просторный чистый подъезд. Стряхнули с одежды капли дождя. Глеб поправил галстук и застегнул пиджак на все пуговицы. Поднялись на этаж. Подошли к металлической темно-синей двери. Открыл Егор. На лице плавало неопределенное выражение. С одной стороны, недавно похоронили отца, и в семье продолжался траур, но с другой стороны, Егор не мог скрыть удовлетворения тем, что неожиданно разрешилась проблема с бизнесом, который был для него и матери обузой. Широко распахнув дверь, Егор подался назад, здороваясь и приглашая Глеба войти. Тот, оставив охранников на площадке, шагнул через порог в большую прихожую, где мебели было немного, только функционально необходимая. На полу – ковровая дорожка в тон стенам. Закрыв двери, Егор с внутренней болью в голубых глазах посмотрел на вышедшую из комнаты мать. Она вела себя выдержанно, измученное слезами лицо было печальным, черное платье – скромным, но со вкусом. Сзади на пучок волос повязана черная косынка. Молчаливо протянула Глебу свою руку, забыв назвать себя. Когда Корозов пожал ее, пригласила его пройти в комнату. Егор остался на месте. В комнате на стене над длинным комодом Глеб увидал большую фотографию погибшего Ротёмкина с черной лентой на уголке. Диван и кресла были накрыты темными тканями. Зеркало занавешено. Вид был удручающим. Усадив Корозова за большой стол посередине комнаты, хозяйка села сама по другую сторону и сразу начала беседу:
– Я ознакомилась с договором о намерениях, – сказала с какой-то отчужденностью, как будто все это для нее не имело никакого значения. – Я готова вместе с сыном продолжить работу в этом направлении. – Несмотря на всю свою отстраненность, она вела разговор грамотно и умно, и Глебу пришло в голову, что в офисе за столом управляющего бизнесом, скорее всего, должно быть ее место, нежели сына. Глеб даже осторожно спросил:
– А не хотели бы вы сами попробовать управлять своим бизнесом?
Отмахнувшись от этого предложения, как от чего-то совершенно неприемлемого и неуместного, воскликнула:
– Нет, нет, только не это! Упаси боже! Нам с сыном не нужен этот торговый центр! Он нам просто не нужен! Понимаете? Он не нужен нам! Мы хотим продать его! – сделала паузу и выразилась более откровенно: – Мы хотим избавиться от него! И чем быстрее, тем лучше!
Было очевидно, что она так болезненно воспринимала этот бизнес не потому, что не разбиралась в нем, а потому, что он являлся напоминанием ей о муже, а сыну об отце. Других причин такого неприятия магазина, его отторжения, Глеб просто не видел. Бесповоротное решение Ротёмкиных продать бизнес устроило Корозова. Оставалось оговорить некоторые формальности, и можно было беседу заканчивать. Однако Глеба точила мысль: раз уж он здесь, можно попытаться поговорить с вдовой о возможной причине гибели ее мужа. Кто знает: вдруг у нее имеются свои соображения? Она умная женщина и не исключено, что о чем-то догадывается. Правда, оперативникам Акламина никаких подозрений ни на чей счет она не высказала, но это не останавливало Глеба. Ведь опера беседовали с нею сразу после гибели Ротёмкина, тогда она была не в состоянии напрягать мозги, но теперь прошло время, теперь мысли оживились. Глядя в лицо женщине, Глеб сказал:
– То, что произошло с вашим мужем, – это непоправимая трагедия. Вот только непонятна причина случившегося. Дело в том, что с этой трагедией связаны другие события. – И он рассказал ей, как в роддоме похитили жену и ребенка водителя Ротёмкина, и, как потом выяснилось, водитель оказался причастным к гибели ее мужа, за что и сам был застрелен преступниками. – Но причина так и остается пока невыясненной. Вы могли бы что-нибудь сказать по этому поводу?
По строгому и, казалось, непроницаемому лицу вдовы Корозов заметил, что для нее это известие было новым. Но он заметил и другое: когда упоминал имя Инги и ее мужа, у женщины изменился взгляд. Что выражал этот взор, Глеб сказать затруднялся, но, кажется, нечто похожее на беспокойство. Ему пришло в голову, что, наверно, она подозревала водителя и сейчас получила подтверждение своим подозрениям. Каких-либо комментариев Корозов от вдовы не дождался. Слушала молча. И лишь в самом конце, уже в завершение беседы, когда Глеб сравнил их горе с горем Инги, вдова недовольно нахмурилась, пошевелилась и несогласно проговорила:
– Разве можно наше несчастье сравнить с ее бедой?
Удивившись такому вопросу, Глеб приподнял брови:
– А почему нет? – спросил. – Вы потеряли мужа и отца, и она потеряла мужа, а ее ребенок – отца.
Покачав головой, вдова убрала руки с колен и положила перед собой на столешницу, сжала пальцы в небольшие кулаки:
– Ведь вы сами сказали, что водитель был причастен к гибели моего мужа, стало быть, его смерть – это справедливое возмездие. Разве можно эту смерть приравнивать к убийству моего мужа? Ни в коем случае! Ни в коем случае! – сделала долгую паузу и закончила: – Мы не верим, что полиция найдет виновных.
– Дело не такое простое, – согласился Корозов. – Полиции нелегко будет распутать его.
– Теперь нас с сыном тут вообще ничто не держит! – сказала вдова. – После завершения сделки уедем отсюда как можно дальше! – Она сильно сцепила пальцы рук до хруста в суставах.
Видя, что его попытка разговорить вдову, чтобы услышать от нее хоть какое-то предположение о причине гибели мужа, не привела к успеху, Глеб уже без особого интереса спросил:
– Вам не нравится этот город?
Посмотрев задумчиво, вдова ответила ровным голосом:
– Город хороший. Люди в этом городе не нравятся. Люди. От них много зла. Много зла.
Это был странный ответ. Он мог означать, что у нее было что сказать, но она никому не доверяла. И глупо было ждать, что вдова вот сейчас вдруг раскроется перед ним и выложит все. Недомолвки, загадочность ее слов как бы косвенно подтверждали предположения Глеба, но не более того. Даже если она что-то знала, то это было тайной за семью печатями. Беседа перешла к вопросам, которые необходимо было решить прежде, чем совершать сделку купли-продажи бизнеса. Договорились быстро, Глеб еще раз про себя отметил, что перед ним грамотная и умная женщина. Итогами переговоров остался доволен. Но покидал квартиру Ротёмкиных со странным чувством незавершенности разговора. Поэтому сразу по прибытии к себе в офис поручил Исаю навести справки о вдове и ее окружении.
5
Зоя припарковала машину напротив магазина. Парковочный карман был длинным, между тем свободных мест почти не было. Девушка вышла из авто, накинула на плечо ремешок дамской сумочки и пискнула сигнализацией. Тротуар между парковкой и магазином был широким, выложенным цветной тротуарной плиткой в форме кирпичиков. Пешеходы шли неторопливо, успевая и на других посмотреть, и себя показать. Некоторые спешили, обгоняя и натыкаясь на встречных. Но таких было немного. День был нежарким, и люди не прятались от палящих лучей. Дышалось легко, и приятно было ощущать эту легкость не только вокруг, но и в себе. Машина Зои сияла на солнце чистотой и ярким рубиновым цветом, обращая на себя внимание прохожих. А когда Зоя в легком кружевном топе бирюзового цвета и черной юбке колокольчиком, фалдящей понизу, вышла из авто, взгляды с удовольствием стали скользить по ней. Приятная, даже безупречная внешность, высокий лоб, прямой аккуратный нос, зеленые глаза, длинные светлые волосы, собранные как бы в слегка небрежную, но красивую прическу, привлекали. Облегающий топ и короткая юбка выгодно показывали красивую форму тела. Длинные стройные ноги в туфлях на высоких каблуках притягивали взгляды парней. Красиво вскинув голову, делая вид, что не замечает обращенных на нее взоров, Зоя неторопливо перешла тротуар и ступила на широкую площадку перед входом в магазин. Простучала по ней каблучками и взошла на ступени невысокого крыльца. Стена магазина стеклянная, стёкла в пол. Стеклянные двери открылись автоматически. Но Зоя не успела войти внутрь – столкнулась на пороге с девушкой, которая бросилась к ней, хватая за руку:
– Зойка? А я смотрю: ты или не ты! Тебя не узнать!
– Это ты, Сонька? – с досадой поморщилась Зоя, глянув на девушку.
– А то кто же? – фыркнула Сонька, оттирая ее от двери. – Чего нос воротишь? Старых знакомых не узнаёшь! Это твоя карета? – кивнула в сторону парковки. – Классная! Я тебя через стекла заметила, когда ты из кареты вылезла. К кому же ты подгребла теперь? Жук, видать, при деньгах, раз в такой карете разъезжаешь!
Отвечая неохотно, не желая продолжать разговор, но для приличия задержавшись, Зоя сказала скупо:
– При деньгах.
Окинув ее завистливым взглядом, Сонька – вертлявая, невысокая, но тоже неплохо скроенная, с черными подвижными глазами, худым лицом, чуть толстоватым носом и накачанными губами, в яркой цветной блузке с большим вырезом на груди, узкой юбке на нешироких бедрах, с дамской сумочкой в руке, – прищелкнула языком:
– Везет тебе, Зойка! И что на тебя мужики такие падкие, у которых деньги водятся? Что в тебе есть такого, чего нет во мне? Обе из одного теста. Обе профи. Ведь начинали на панели вместе с тобой. Вместе постигали одну науку. Чему ты могла научиться больше меня? Поделись опытом.
При упоминании о панели Зоя еще больше поморщилась, как будто Сонька стеганула ее по самому больному месту. Но так оно и было на самом деле. Зоя давно уже хотела забыть об этом, потому что оставила панель в прошлом, однако старые знакомые время от времени попадались на пути и напоминали ей, откуда она вышла. Посмотрев на Соньку с неприязнью, Зоя спросила:
– А ты все там же?
Не отрывая от Зои завистливых глаз, Сонька вздохнула:
– А где ж еще? Мое место не в шикарных кроватях. Меня постоянно подбирает какая-то нищета. Мнут в своих потных ладонях одну купюрку и всё считают, что много переплачивают. Ты бы научила меня, Зойка. Я тоже хочу кататься в таких каретах. А помнишь, как мы поначалу вместе с другими девками выходили на дорогу?
– Не помню! – резко и грубо оборвала Зоя.
Фыркнув, Сонька нервно сунула под мышку свою сумочку:
– Чего нос задираешь? Подумаешь, какая кукла!
– Я и тебя-то не помню! – отрезала Зоя. – Ты меня с кем-то спутала! Я не помню, чтобы я выходила на дорогу с какими-то девками! – И решительно пошла в магазин.
Посмотрев ей вслед злыми глазами, Сонька долго стояла на месте, не замечая, что стоит на пути у покупателей, идущих в магазин, что, обходя ее, они невольно толкают и ворчат сквозь зубы. Наконец выдохнула:
– Ишь ты какая! Быстро все забыла! – И сбежала с крыльца.
Прошло время. Рана на ноге Ольги быстро заживала. Она уже не прихрамывала. Утром одного из дней Ольга позвонила Инге, сказала, что вечером они с мужем собираются поужинать в ресторане, и предложила ей провести вечер вместе с ними, чтобы немного развеяться. Но Инга вежливо отказалась. Вечером Глеб с Ольгой приехали в ресторан. Тот снаружи и изнутри оформлен был в современном стиле. Ничего лишнего. Подвесной потолок, стены в теплых тонах с зеркалами, плитка на полу. И много света. Он лился с потолка и, отражаясь от зеркал, стелился по полу. Выбрав пустой столик, Корозовы сели, сделали заказ. Посетителей было немного в разных концах зала средних размеров. Лилась приятная музыка. Две пары танцевали. Мельком окинув зал, Глеб ни на ком не остановил взгляда. Сейчас ему никого вокруг себя не хотелось видеть – просто смотреть на Ольгу, слушать ее воркование, сбрасывать накопившийся стресс, отдыхать и не думать о делах. Даже говорить не хотелось. Язык как бы не желал двигаться. Быстро обслужив, официантка – стройная девушка с хвостиком на голове, в коротеньком платье и белом фасонном фартуке с кармашком, из которого торчали блокнотик и авторучка, – убралась за перегородку. Было уютно. Вечер проходил незаметно. Где-то в середине ужина к столу подошел человек средних лет с улыбкой на лице и с небольшими рыжими усами. У Ольги почему-то сразу промелькнуло сравнение по форме усов: «Как у Гитлера», и она улыбнулась. Но человек совсем не был похож на того персонажа, скорее внешне прямая противоположность. Он был упитан и высок ростом. В костюме, как и Глеб, только более яркого цвета. Галстук узкий, с ослабленным узлом. Верхняя пуговица у рубашки расстегнута. Ольга не знала его, но Глебу он был знаком. Предприниматель Игорь Флебников, всегда улыбающийся и, казалось, всегда довольный жизнью. Оторвавшись от блюда, Корозов вопросительно посмотрел на Флебникова. Его не удивило появление Игоря – мало ли кого можно было увидеть в ресторане, – но явно не было желания переключать свое внимание с Ольги на кого-то другого. Спросив разрешения присесть на свободный стул и дождавшись, когда Корозов согласно кивнул, Флебников сел. Повернулся к Ольге, представился:
– Флебников. Игорь. Не возражаете, если я ненадолго прерву ваше уединение? Разрешите?
– Не возражаю, – кивнула Ольга.
После этого Флебников посмотрел на Глеба. По его лицу плавала привлекающая внимание улыбка:
– Все никак не удается с тобой переговорить, Глеб. Давно хочу. Но то ты занят, то у меня дел по горло. Хоть здесь и не место о делах, но все-таки ненадолго займу внимание.
Не расположенный к деловому разговору, Глеб сдержанно ждал. Признаться, он не любил в ресторанах заниматься делами. Между тем отказать Игорю не было причин. Напружинившись, Корозов в ответ изобразил искусственную улыбку на лице и произнес скупо:
– Валяй!
Положив ладонь на ладонь перед собой на столешницу, Флебников затем скрестил пальцы, шевеля ими. Подозвав официанта, Глеб попросил принести бокал хорошего вина и сок.
– Если это для меня, то не надо, – заметил Игорь. – Я всего на пару слов.
Прижавшись к спинке стула, Корозов ничего не ответил и не отменил заказ. Официант живо обернулся, поставил перед Флебниковым бокал с вином и сок.
– Угощаю. На выбор, – сказал Глеб.
Удовлетворенно хмыкнув, Игорь взял бокал с вином. Сделал пару небольших глотков, поставил на место:
– Спасибо, – поблагодарил. – Но это потом. – Шевельнул рыжими усами. – У меня к тебе предложение! – помолчал и елейно добавил: – Давай объединимся.
– Не понял. Ты о чем? – Карие глаза Глеба застыли на улыбающемся лице Игоря. – Расшифруй!
Видя шевелившиеся усы Флебникова и прилепленную к подвижным губам улыбку, Ольга находила это забавным. Ей вдруг представилось, что, если бы ему сейчас удлинить усы, он был бы похож на кота в сапогах из мультфильма. Такой же мурластый и говорил так же вкрадчиво, как будто мурлыкал.
– Да что тут расшифровывать? – ответил Игорь. – Объединимся, как многие теперь делают. Два бизнеса в один.
– Ну какое же у нас с тобой объединение может быть? – твердо проговорил Глеб. – Мой и твой бизнес ничего общего не имеют. Из разных опер. Даже не приближены один к другому.
– Деньги всё приблизят, – засмеялся Флебников. – У меня приличные обороты, у тебя тоже дела идут неплохо. Почему бы не объединить два ресурса? Согласись, что это заманчиво!
– Я не витаю в облаках, Игорь. Люблю твердо стоять на земле, а не фантазировать лежа на диване, как Обломов. Интересно, как ты себе представляешь такое объединение? Какая конечная цель?
– Это представление мы должны выработать совместно, – уклончиво ответил Флебников. – Есть идея. Это главное.
– Идей всегда бывает много, – возразил Глеб, отодвигая от края стола блюдо и взглянув на Ольгу, внимательно слушавшую разговор. – Но не каждую идею можно облечь в бизнес-план. Вижу, у тебя нет полного представления о том, что должно стать результатом объединения. Какой же смысл затевать все это?
Уловив хитринку в глазах Игоря, Ольга забеспокоилась за мужа. Ей казалось, что Глеб сейчас несколько рассеян и может принять неверное решение. Видя краем глаза выражение лица жены, Корозов сообразил, какие у нее мысли, и улыбнулся ей. Он прекрасно понимал Флебникова, разумел, что тот не пришел с пустым предложением, что у него наверняка все давно продумано, взвешено и расставлено по определенным местам. И сейчас он просто забрасывал удочку – хотел увидеть, клюнет ли собеседник на его наживку. А Глеб со своей стороны хотел увидеть его истинные намерения. Ведь он хорошо знал, что любое объединение – это прежде всего поглощение одного другим либо уничтожение конкурента. Но в данном случае два бизнеса не были конкурентами, были вообще разной полярности. Так какую же цель тогда Игорь преследует?
– Есть идея создать в городе крупную структуру, которая могла бы приобрести приличный вес, – наконец, словно через силу, будто не желая так сразу открываться, сказал Флебников. – Что мы с тобой представляем поодиночке? Так. Пустые места. Живем каждый по себе. Какое особое влияние мы имеем в городе? Никакого. А хотелось бы его иметь.
– Что значит в твоем понимании особое влияние? – попросил разъяснить Глеб.
– Особое – это значит особое, – уклончиво отозвался Игорь.
Пригубив бокал с соком, Глеб опять посмотрел на жену. Флебников сделал глоток вина и тоже провел глазами по Ольге. За столом наступила тишина. Нарушил ее Корозов вопросом:
– Хочешь шагнуть в городскую Думу или стать главой города?
– Почему я? – засмеялся Игорь. – А быть может, тебя двинем? Понимаешь, фамилия не имеет значения. Главное, что свой человек. Отстаивать наши интересы! – Руки Флебникова как будто не находили себе места: то брали бокал с вином, то с соком, то просто перебирали пальцами, то двигались от узла галстука к волосам и обратно. Но не было заметно, чтобы Игорь волновался, скорее всего, это было обычное состояние его рук.
– Отстаивать интересы – это хорошо, если они справедливы и законны, – упругим голосом твердо произнес Глеб. – Но что ты имеешь в виду?
Прикоснувшись к бокалу с вином, Флебников отодвинул его от себя:
– Ты подумай, Глеб, над моим предложением! – не отвечая на вопрос Корозова, сказал он, не убирая с лица улыбку. – Поверь: найдутся другие предприниматели, которые захотят объединиться со мной.
Улыбнувшись в ответ, Глеб спокойно отозвался:
– В таком случае желаю тебе успехов.
Поднимаясь с места, Игорь выговорил:
– Надеюсь, мы еще вернемся к этому разговору.
Проследив взглядом, как он медленной уверенной походкой прошел к своему столу, как поднял из-за стола свою спутницу и повел ее в танце под мелодию медленного танго, Глеб оглядел зал. В нем царила атмосфера покоя и хорошего настроения. У дверей стояли его два охранника, цепко следя за посетителями в зале.
– С кем он танцует? – спросила Ольга. – С женой?
– Не знаю, – сказал Глеб, переводя взгляд на спутницу Флебникова. – Я знаком с ним постольку-поскольку. У него средний производственный бизнес. Приходилось несколько раз контактировать.
– А она неплохая. Стройненькая, волос длинный красивый, и голову красиво держит, – проговорила Ольга.
– Ты у меня лучше, – погладил ее руку Глеб. – Лучше тебя нет! – Он придвинул к себе блюдо с едой, взял вилку. – Продолжим ужин.
Тоже взяв столовые приборы, Ольга между тем чуть наклонилась к мужу и тихо выдохнула:
– Глеб, если бы ему усы подлиннее, он был бы как кот в сапогах из сказки. Улыбается и смотрит хитро. Гляди, чтобы не обдурил! Я волнуюсь.
Приблизив к ней лицо, Корозов пошутил:
– Ты же у меня экстрасенс! Прочитала бы его мысли.
Не приняв его шутку, Ольга нахмурила красивые брови:
– Зачем мысли читать, когда на лице все написано?
– Не волнуйся! – успокоил Глеб. – Это обычный бизнес. Предложения надо выслушивать все, но вот принимать следует только выгодные.
– А у него было выгодное предложение? – спросила она, расширив красивые, с дымчатым оттенком глаза, и посмотрела на танцующих. На танцевальной площадке было уже несколько пар.
– Раз он предлагал – значит, видел выгоду в этом, – сказал Глеб. – Ты ешь, ешь. Потом поговорим.
Видно было, что вопросы у Ольги не кончились и она намеревалась спросить еще что-то, но в этот миг на танцевальной площадке раздался шум. Глеб повернул голову. Пары прекратили танцевать, сбились в кучу, а затем начали пятиться. Понеслись крики. Женщины испуганно жались к мужчинам, а те размахивали руками. Четко на весь зал разнесся выкрик:
– Зарезали! – и следом: – Убили!
Резко вскочив с места, Глеб ногой отбросил из-под себя стул и шагнул на крик. Из-за столов повыскакивали любопытные и кинулись смотреть, что произошло, создавая сутолоку. От двери к Корозовым бросились охранники, преграждая дорогу к танцевальной площадке, не пуская в толпу. Глеб, увидав испуг на лице жены, решительно приказал:
– Ольгу! Уведите Ольгу! Головой за нее отвечаете! Не отходить от нее!
Растерянно переглянувшись, охранники неуверенно отступили от него. Сутуловатый с озабоченным лицом сделал это с явным нежеланием, а второй, с короткой бородкой, суетливо подхватил Ольгу под руку, поднял из-за стола и быстро пошел с нею мимо толпы в сторону служебных помещений ресторана. Сутуловатый медлил, не осмеливаясь оставить Глеба одного. Корозову пришлось повысить голос:
– Ольгу, Ольгу охранять! – повторил он.
Только после этого охранник прекословить не стал – чтобы не вызвать огня, шагнул следом за напарником и Ольгой. На танцевальной площадке стоял гам и женский визг. За спинами столпившихся посетителей Глеб не видел, что происходило. Поискал глазами официантов, намереваясь предупредить, чтобы никого из зала не выпускали, и в этот миг увидал спину поспешно выскользнувшей из двери девушки. Корозов замахал рукой, словно пытался остановить и вернуть ее, но тут перед ним возникло незнакомое лицо парня. Нос с горбинкой. Это был Коршун. Он двигался прямо на него и смотрел не моргая. Странно смотрел. Спокойно и уверенно, как будто в зале, кроме них двоих, больше никого не было. В руке у него был нож. Глеб сразу отметил про себя, что никогда прежде не видел этого лица. Еще мгновение – и нож парня оказался у его живота. Не хватало одного рывка, чтобы лезвие вошло в тело Корозова. Но именно в это мгновение Глеб с удивительной проворностью подался в сторону и ударил кулаком по руке с ножом. Второй удар кулаком в лицо парню отбросил того назад, и Коршун, развернувшись, кинулся прочь. Все произошло за доли секунды. Дверь за парнем захлопнулась. Во весь голос Глеб прокричал, заглушая гомон на танцевальной площадке:
– Где охрана ресторана? Не выпускать никого! Вернуть двоих! Догнать! Никому не уходить!
Из-за угла вывернулась официантка, метнулась к выходу, и тут же на ее призыв с улицы вбежали охранники ресторана в черных униформах.
– Двое выскочили! Девушка и парень! – выдохнул Глеб. – Где они? Догнать надо!
– Так она прыгнула в авто и укатила! А парень крутанулся за угол! Ищи ветра в поле! Темно уже! – развел руками один из охранников.
– Как укатила? Когда успела? – ошеломленно напружинился Глеб, и морщина пробежала по его щеке.
– Обыкновенно, – растерянно ответил охранник. – Села и уметелила. Ее машина ждала с шофером. Чего тут успевать? Прыг в авто – и хвост трубой!
Посетители притихли, кидая взгляды то на Глеба, то на охранников ресторана, то на танцевальную площадку. Отойдя от оторопи, Корозов шагнул в толпу, раздвигая всех:
– Что тут произошло? Разрешите, пройду!
Внутри образовавшегося круга увидал лежавшего на полу Флебникова, кровь на одежде и спину девушки, присевшей рядом. Глеб нагнулся. Рана нанесена сбоку, под рёбра. Но Игорь был жив, дышал.
– Игорь! – позвал Корозов. – Ты слышишь меня? Кто это был? Кто? – И обернулся к толпе: – Вызовите скорую! И позвоните в полицию!
Приоткрыв глаза, Флебников застонал. Девушка затараторила со слезами на глазах:
– Игорёша, ты не умирай! Живи, Игорёша! Как я без тебя останусь?!
– Кто, Игорь? Кто? – снова задал свой вопрос Глеб.
– Не знаю, – негромко отозвался тот, а потом глянул на девушку. – Не реви, Зоя!
Вытерев платком слезы, Зоя выговорила Корозову:
– Я видела! Это девка какая-то! Она подошла к нему сзади! Я видела, как она ткнула!
– Ты уверена, что не парень? – недоверчиво переспросил Глеб, выпрямляясь.
– Ну что я, по-твоему, пьяная?! – возмущенно фыркнула Зоя и снова захныкала над Флебниковым.
– Видишь, Глеб, какие дела, – пробормотал Игорь, глядя на Корозова. – Такого я сегодня не планировал. – Он попытался улыбнуться, но вместо улыбки получилась болезненная гримаса.
– Тебе никто не угрожал до этого? – нетерпеливо перебил Глеб.
– Нет, – выдохнул Игорь.
– Ты не разговаривай, Игорёша! – всхлипнула Зоя. – Силы береги! – Она подняла лицо на Корозова. – Не приставай к нему. Ты же видишь, как ему плохо!
– Да-да, помолчи, Игорь, – уступил Глеб, – сейчас скорая приедет. Жить будешь, верь в это! – затем спросил у окружающих: – Случайно врача здесь нет? – помолчал, ожидая ответа, и когда кто-то произнес слово «нет», он громко позвал: – Официанты!
Мигом возле появились парень и девушка в униформах, растерянно моргая глазами. Глеб спросил:
– Аптечка есть? Найдите что-нибудь, надо закрыть рану и остановить кровь! – Посмотрел на посетителей. – Помогите официантам!
Сорвавшись с места, девушка побежала за аптечкой. Глеб продолжал смотреть на посетителей:
– Двое, парень с девушкой, убежали только что из ресторана. Кто-нибудь знает их? – Обвел глазами всех. – Где они сидели?
Вперед выступил официант – щуплый, невысокий, стриженный под канадку, с растерянным видом, в белой рубахе с галстуком-бабочкой и черных брюках. Вытирая вспотевший лоб, сбивчиво произнес:
– Я их обслуживал вот за этими столами. – Рукой показал на столы. – Здесь сидел парень, а за соседним столом – девушка. Они тихо сидели. Незаметно. Каждый сам по себе. Заказали немного и ели не спеша. Раньше в ресторане я никогда их не видел.
– Кто еще может что-то сказать? – продолжал спрашивать Глеб, проведя глазами по лицам.
Из толпы тяжеловато подался мужчина с крупным кончиком носа, который свисал над губой, с чуть грубоватым лицом, в хорошем костюме и дорогих туфлях, а за ним легко выпорхнула сухонькая курносая женщина с круглыми глазами и пышными волосами, в красивой блузке, юбке и босоножках. Она заговорила первой:
– Они сидели недалеко от нас. Мы сидели вот за этим столом, а они вот за теми! – крутилась вокруг собственной оси женщина. – Но мы их не знаем. Так, случайно оказались рядом.
– Точно, – подтвердил мужчина. – Так оно и было.
Обращаясь ко всем, Глеб снова спросил:
– Может быть, кто-то видел их раньше?
Но в ответ опять никто из посетителей ничего не произнес, только отрицательно замотали головами. А курносая женщина ответила за всех:
– Да нет, конечно. Первый раз видели. Парень – он ни на кого не смотрел, а девушка тоже молчала.
Дернув крупным кончиком носа, мужчина подтвердил:
– Да, точно так было. Молчала, как рыба об лед. Мне показалось, она в ресторане раньше не бывала, – даже вилку с ножом держать не умеет.
Подхватив, курносая женщина закивала:
– Верно, верно. Ковыряла вилкой и крутила головой. Никогда бы не подумала на нее, что она бандитка! Такая смирная на вид. И в парике. Огромный парик, пол-лица закрывал. А у парня нос с горбинкой.
Достав телефон, Корозов позвонил Акламину. Ждать оперативников не пришлось долго. На тот момент, когда Аристарха настиг звонок Глеба, Акламин уже получил информацию и садился с операми в машину. Они прибыли в ресторан через несколько минут после скорой помощи, в которую перенесли Флебникова и увезли. Осмотрев место преступления, задав по ходу несколько вопросов Корозову, Аристарх серьезно сказал:
– Опять все происходит рядом с тобой, Глеб.
– Что ты хочешь этим сказать? – нахмурился Корозов.
– Просто констатирую факт, – ответил Акламин, чье неулыбчивое лицо было сосредоточенным. Он подошел к столу возле окна, отодвинул стул, сел и посмотрел на оперативников, опрашивающих свидетелей.
– Знаю я тебя с твоей простотой! – проговорил Глеб, заложив руки за спину и не двигаясь с места. – Договаривай, раз начал!
– Договаривать пока нечего, – пробормотал Аристарх, как будто самому себе. – Пока нечего. Думаю, – потом оперся локтями на столешницу, спросил: – Ты уверен, что тот парень хотел ударить тебя ножом? Может, ты просто оказался на дороге и он припугнул, чтобы ты убрался?
– Вот найди его и спроси, – усмехнулся Глеб. – А я уверен в том, что говорю, потому что своими глазами видел!
– Странно, все странно. Что это? Новая история или продолжение старой? – задумчиво выговорил Аристарх.
– От старой истории никого не осталось, – напомнил Глеб. – Всех покрошили.
– Странно, – снова повторил Акламин, глядя в одну точку на столешнице. Потом поднял неулыбчивые глаза на Корозова. – Ладно, Глеб, можешь быть свободным. Иди к Ольге, а то она, наверно, вся переволновалась за тебя.
Круто развернувшись, Корозов пошел от Акламина. Закончив опрос свидетелей, два оперативника переместились за стол к Аристарху. Коротко пересказали показания свидетелей. Итак, нарисовалась картина: девушка сзади подходит с ножом к Флебникову, вонзает лезвие под ребра, не боясь, что вокруг много народу и ее могут схватить в любую минуту. Или очень отчаянная, что свойственно скорее парням, или жестокая и абсолютно убежденная, что сумеет скрыться. А потом перед Корозовым возникает парень, который был за соседним столом от нее, и с ножом кидается на Глеба. Терпит фиаско. Однако в итоге оба успевают скрыться. На улице девушку ждала машина. И тут в голову Аристарху пришло: а что, если покушение готовилось на двоих сразу – на Флебникова и на Корозова? Одновременно. Тогда любая случайность исключается. Тогда все приобретает какой-то новый смысл. Какой? Этот вопрос занозой вонзился в мозг. Если это продолжение старой истории, тогда при чем тут Флебников? А если это новая история, тогда каким концом она связывает Глеба и Игоря? Все как в тумане. И вдруг кольнула еще одна мысль. А все ли в старой истории зачищены? Ведь труп преступника, свалившегося с моста, не нашли. А если он остался жив? В таком случае над Глебом и Ольгой продолжает висеть опасность. И как знать, не от него ли сейчас исходила попытка убийства Корозова? Но тогда Флебников здесь не пришей кобыле хвост. Черт знает что. Полная путаница. Данное происшествие выбивается из контекста последних событий. Впрочем, с какой колокольни посмотреть. Если прокрутить ленту немного назад, то ведь убитый Ротёмкин вел с Корозовым деловые переговоры о продаже магазина. А сейчас Флебников подходил к Глебу тоже с деловым предложением. Странно, но это так. Разумеется, это уже извороты ума. Ломка головы. Но ведь в чем-то собака зарыта. Вопросов, как всегда, много. Задача непростая. Но Акламин настроен был решительно. Что касается Корозова, то он на следующее утро вызвал начальника охраны и распорядился организовать охрану Ольге.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?