Читать книгу "Станция расплаты"

– Чего уставился? – голос Лехи прозвучал совсем иначе. Он уже взял себя в руки, и теперь в голосе появились стальные нотки.

– Я помогу вам, – спокойно проговорил Егор. – В обмен на его жизнь.

Он кивком указал на Ивана Громова, который так и лежал, уткнувшись лицом в пол. Григорий захохотал.

– Вот это я понимаю, деловой подход, – выдал он. – Только вот вопрос: чем ты можешь нам помочь?

– Я знаю, как помечают ценные посылки и бандероли, – Егор старался, чтобы его голос звучал ровно. – Без моей помощи вы провозитесь не один час, а через тридцать пять минут будет остановка в Александрове, и к нам наведается начальник поезда.

– С чего бы вдруг? – недоверчиво поинтересовался Леха. – Разве это входит в его обязанности?

– Так положено, – коротко ответил Егор.

– Что-то мне подсказывает, что ты заливаешь, – Леха испытующе вглядывался в лицо Егора. – Хочешь взять нас на понт?

– Думаешь, мне сейчас до игр? – Егор усмехнулся. – Сынок, на тебя когда-нибудь наводили обрез?

Григорий снова заржал, переломил обрез, ловко поддел использованный патрон, тот полетел на пол. Достав из кармана россыпь патронов, загнал один в патронник. Щелкнув затвором, он навел оружие на Егора.

– А ты мужик крепкий. Мне это нравится, – осклабился он. – Ладно, ближе к делу. Давай показывай, где тут у тебя особо ценные посылки.

– Покажу, но ты должен отпустить его, – Егор снова кивком указал на Ивана. – Отпустишь – уйдешь отсюда с таким наваром, о котором и не мечтал.

– Предлагаешь выкинуть его из поезда? – Григорий, казалось, всерьез рассматривал такой вариант.

– Нет, просто отпусти его. Пусть идет в купе, запрется там до тех пор, пока вы не уйдете.

– Не пойдет. Кто знает, какой финт он может выкинуть.

– Взгляни на него: разве он кажется тебе опасным? – возразил Егор.

– Тут ты прав, дружок твой в штаны наложил и вряд ли быстро оправится, – согласился Григорий. – И все же, как говорится, береженого бог бережет.

– О Боге заговорил? Забавно, – на этот раз Егор не удержался от улыбки.

– Тянешь время? – Григорий внезапно озлобился. – Думаешь, поможет?

– Время тяну не я. Не хочешь оставлять его так, пусть твои шавки его свяжут, – Егор указал на подельников Григория, и тот снова разразился неприятным смехом.

– Шавки? А ты шутник, – Григорий одобрительно кивнул. – Что ж, пусть вяжут.

Едва уловимым кивком он подал знак подельникам. Из-за спины Григория вышел тот, кого Леха назвал Толстым, хотя вес его вполне укладывался в общепринятые стандарты обычного человека. Толстый пошарил глазами по полкам, схватил моток бечевки, какой обычно перевязывали посылки, завернутые в грубую бумагу, и направился к Ивану Громову. При приближении парня Громов съежился.

– Поднимайся, придурок, – скомандовал Толстый. – Сегодня тебе амнистия вышла.

Громов не шелохнулся. Толстый с силой ударил его ногой в бок, Иван вскрикнул, но головы не поднял. Тогда Толстый нагнулся и ухватил Ивана за ворот форменной куртки. И тут произошло неожиданное: с легкостью гимнаста Громов подскочил на месте, перехватил руку Толстого и быстро заломил за спину. Прикрываясь им, как щитом, он вдруг пошел прямо на Григория, взгляд его при этом казался совсем безумным.

– А-а-а-а! Сука! – взвыл Толстый. Он начал изворачиваться, пытаясь избавиться от Громова, но тот не ослаблял хватку.

«Что же ты творишь? Зачем? – Егор нервно сглотнул. – Я ведь почти договорился, а теперь все пропало!» С полминуты Егор наблюдал за сценой, а затем пришел в действие. Он ухватил деревянный ящик, в который ссыпал письма, оторвал его от пола и занес над головой. В следующую секунду он обрушил его на голову Лехи, который стоял, разинув рот, между ним и Григорием. Леха пошатнулся, но на ногах удержался.

– Ах ты падла! – выкрикнул он и бросился на Егора.

Егор ловко ушел в сторону, и Леха, не удержав равновесие, полетел вперед и впечатался в стену из ячеек. Грязно матерясь, Леха оттолкнулся от стены и снова пошел на Егора. Но того Леха больше не интересовал, он рывком бросился к Григорию, понимая, что он – главное зло. Вопреки ожиданиям Егора, Григорий оставался абсолютно спокоен. Неспешно он поднял обрез и свистнул.

Повинуясь безмолвной команде, Леха отпрянул в сторону. Толстый обмяк и повалился на пол, утягивая своим весом Ивана. Тот потерял преимущество, оказавшись сверху на Толстом. Почти не целясь, Григорий нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел, и в спине Ивана образовалась дыра размером с кулак. Егору не хватило каких-то пары сантиметров, чтобы предотвратить выстрел. Рука скользнула по рукаву Григория, а в следующее мгновение он полетел на пол, сбитый Лехой, напавшим на него со спины. Стряхнув с себя Ивана, поднялся Толстый. Он потряс головой, как будто пытался вытряхнуть из нее все мысли. Затем развернулся к Григорию.

– Ты мог попасть в меня или прострелить насквозь. Валялся бы сейчас вместе с этой падалью, – Толстый пнул ботинком мертвого Ивана.

– Ну не попал же, – Григорий зло сверкнул глазами. – Зато одной проблемой меньше. Похоже, у нас осталась всего одна проблема.

Он сделал шаг вперед и навис над Егором. Перекатил его с живота на спину, усмехнулся и ударил по лицу. Из разбитого носа тут же потекла кровь.

– Видишь, к чему приводит доброта? – почти ласково произнес он. – Мой тебе совет на будущее: не будь таким доверчивым и добрым. Пусть люди сами решают свои проблемы. Впрочем, о чем это я? Будущее? Думаю, ты понимаешь, что тебе оно не грозит?

Он в очередной раз загоготал над собственной шуткой, но Егора его смех не задел. Он чувствовал, как распухает нос, как струится кровь по щеке, и думал о том, что не успел поцеловать дочку перед поездкой. Она так сладко спала, облачившись в розовую пижамку, что тревожить ее не хотелось. Черт! Как жалко, что он этого не сделал! А теперь он смотрит в лицо смерти. «Зачем? Не желаю этого делать! Если уж пришло мое время, пусть это случится быстро. И я не обязан это видеть». Егор повернул голову вбок, чтобы не видеть дула, и тут он заметил, как приподнимается ткань на перегородке, отделяющей багажный отсек от сортировочного. «Нет! Не делай этого! – чуть не выкрикнул он, поняв, что произойдет в следующий момент. – Оставайся на месте, Ленька! Не глупи». Но Ленька не мог услышать его предупреждения. Его лицо, ошеломленное и испуганное, показалось из-под ткани, глаза их встретились.