Текст книги "Белые ходят вторыми"
![](/books_files/covers/thumbs_240/belye-hodyat-vtorymi-244967.jpg)
Автор книги: Валерия Чернованова
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Валерия Чернованова
Белые ходят вторыми. Книга 2
Глава 1
Лайра Ноэро
Я стояла как оглушённая и пыталась осмыслить, принять случившееся. Это что сейчас такое было? Я действительно повернула вспять время? Или, может, мне всё привиделось? В конце концов после стольких потрясений я имею право на небольшую галлюцинацию, не так ли? Да и на обморок, в общем-то, тоже. Но в обморок кадету Ноэро сейчас никак нельзя отправляться.
Собрав в кулак остатки сил, убедилась, что иллюзия при мне, я всё ещё выгляжу как брат-близнец.
Раненый лев и визжащая от боли свинья… вернее, кабан… тьфу ты, бык(!)… яснее ясного давали понять, что всё произошло на самом деле.
Я изменила ход времени…
Бедный Эшви.
Он же будет рвать на себе перья и заранее запишет меня в сумасшедшие. Столько силы – и вся на хрупкие женские плечи. Непосильный груз. Опасный.
Прямая дорога к безумию и смертной казни.
– Шейр Ноэро, следуйте за мной.
Кто-то тронул меня за плечо. Обернувшись, увидела стражника в красном кафтане и только тут поняла, что обоих оборотников уже забрали, и теперь все смотрят на меня. Как на чудо или скорее оплошность, допущенную матерью-природой.
– Следовать куда? – всё ещё потрясённая случившимся, пробормотала я.
– Следуйте за мной, – ровно повторил страж и развернулся, уверенный, что никуда я не денусь. Поплетусь за ним как миленькая, пусть мне и ничего не объяснили.
Делать нечего: поплелась. С трудом передвигая ноги, отправилась за чаровиком, чувствуя липкие взгляды кадетов и знати, но не находя среди них взгляда своего наставника.
А он, джары побери, куда подевался?
Когда позади остались трибуны, ошеломлённые зрители и не менее ошеломлённые кадеты, я почувствовала себя немного легче. Мысли путались, перескакивали с раненого льва на подпаленного быка и бумерангом возвращались к его величеству. Сомнений в том, к кому меня ведут, не было. После того, что произошло на арене, император уже точно захочет познакомиться с Рифером Ноэро.
Не успела так подумать, как тут же почувствовала себя хуже. Совсем отвратительно, если честно. Кто бы мог предположить, что я вот так внезапно предстану перед его величеством, да ещё и под иллюзией.
Оказавшись в замке, вдруг поняла, что всё это время дрожала. От волнения, холода, страха. В тепле прогретых стен дыхание стало ровнее, и я попыталась расслабиться.
Всё хорошо. Пока что. О Бриане позаботятся животворцы, меня не раскрыли, и это главное. Поэтому успокаиваемся и настраиваемся на общение с императором.
Размеренные шаги стража гулким эхом разносились по пустынным галереям замка. Я шла, не отставая, невольно вспоминая и о наставнике. Он едва не рычал на Невертона, а потом просто сдался и допустил подобное?
Я в вас, шейр Эскорн, сильно разочарована!
Поднявшись по лестнице, мы двинулись по хорошо знакомой мне галерее, что вела в кабинет ректора. Уже начало смеркаться. Первые сумерки опускались на замок, а ведь казалось, что соревнования только начались.
Кто бы мог подумать, что всё так закончится…
Возле широких массивных дверей, что вели в кабинет, стояла стража всё в тех же кроваво-красных кафтанах. Лица непроницаемые, на меня даже не смотрят, словно к императору каждый день водят хроновиков-иллюзоров.
На этой мысли я споткнулась и даже впала в какой-то ступор. Честно говоря, до сих пор не верилось, что это я выкинула фокус со временем. Может, постарался какой-то другой чаровик, а я и вовсе не при делах?
Но тогда зачем меня вызывать?
Вдруг император понял, догадался, что в состязаниях участвовала не та Ноэро? Вдруг…
Мысль оборвалась, когда двери в кабинет распахнулись, и я застала удивительную картину: Эскорн в паре шагов от Адальгера III. Судя по выражению лица генерала, своим появлением я предотвратила убийство императора.
Несколько секунд длилось молчание. Для меня то ещё испытание, а вот Эскорну эта пауза помогла усмирить пробудившихся в его душе джаров. Пламя ярости в глазах оборотника постепенно гасло, и я втайне порадовалась.
Ещё не хватало, чтобы его из-за меня отправили на казнь.
– А вот и наш герой! – Его величество раскрыл руки, словно собирался заключить меня в крепкие отеческие объятия. – Вылитый фельдмаршал! Рад знакомству, мальчик.
– Ваше величество, – пробормотала я, низко кланяясь. Пряча взгляд и неуверенность, что мне хватит сил пережить эти несколько минут общения с Регенштейном.
– Проходи. Не стой в дверях.
Император кивнул стражнику, и тот тенью выскользнул из кабинета. Обойдя стол, его величество опустился в ректорское кресло. Оправил мундир, сидящий на нём, как на статуе античного бога. Хоть античные боги вряд ли носили мундиры, но это не мешало Адальгеру III быть на них похожим.
– Скажи, Рифер, ты знал о своём даре?
– Даже не догадывался, ваше величество, – ответила так же тихо и почти искренне.
– А ведь тебя при поступлении проверяли. И в детстве тоже… – Император задумчиво побарабанил пальцами по столу. – Но я рад, что в тебе проявился именно этот дар. Быть иллюзором – неплохо, но будучи хроновиком, перед тобой откроется намного больше возможностей. Ты, Рифер, достойный продолжатель своего рода.
Я стояла и чувствовала, как к щекам приливает жар. Ещё немного, и стану краснее варёного рака или цветом сольюсь с кафтанами императорских стражников.
– Будем развивать твой дар, – с улыбкой заключил император.
– Так точно, ваше величество! – согласилась я, надеясь, что на этом разговор закончится, и меня отпустят на волю.
Ну то есть выпроводят из кабинета.
Не тут-то было. Правитель перевёл взгляд на мрачного Эскорна и, продолжая улыбаться, весело проговорил:
– А ты, Вейн, непонятно с чего кипятишься! Думал, я бы допустил убийство родного сына?
– Всё на то указывало, – резко сказал генерал, и я позавидовала его смелости.
Хотя, наверное, всё же глупости. Неужели не понимает, с кем разговаривает?
– Я верил в силу рода Ноэро. Ну а если бы этот мальчик не оправдал моих ожиданий, всё бы исправил Вентура. – Усмехнувшись, Великий поморщился и с оттенком пренебрежения продолжил: – Хоть на что-то этот старик ещё годен.
Шейр Вентура… Тот пожилой чаровик, что приезжал в Кроувер проверять меня и брата. Это что же получается, у императора больше нет хроновиков? Во всей Эргандарской империи только старик, который и в моём детстве уже был в преклонном возрасте, и я?
Вот это да!
Интересно, как бы сложилась моя жизнь, если бы тогда пожилой шейр ощутил во мне дар хроновика? И почему, спрашивается, не ощутил? Вполне возможно, что мне бы не пришлось таить свою силу. Меня бы забрали в столицу, тренировали, занимались…
Дрессировали для императора.
Тряхнула головой, прогоняя неприятную мысль, и услышала:
– Да и капризы сына уже порядком утомили. Ему нужен был стимул, чтобы обратиться. Его слабость раздражает…
– При всём моём уважении, ваше величество, император вы хороший, но вот отец – отвратительный.
Нет, это не я сказала. Я же не ненормальная!
А вот генерал ненормальный!
Вся внутренне сжалась, мысленно с ним прощаясь.
Вейнанд Эскорн
Ещё никогда в жизни он не был так зол на своего правителя. Между ними и раньше случались разногласия, одно из которых привело к тому, что Вейнанду прямо с фронта велели срочно возвращаться в Леонсию и заперли в этой джаровой клетке – академии. Потом был досадный инцидент с креоркой, едва не стоивший ему жизни, а теперь он осмелился бросить в лицо императору упрёк и оскорбление.
Впрочем, генерал не жалел о том, что сказал. Он скорее сожалел, что слишком осторожничал в выборе выражений. Адальгер был не просто отвратительным отцом. Он оказался ублюдком, безжалостным и беспринципным.
Вейнанд был против оборота его сына. Слишком мало времени они занимались, слишком много ментальных блоков парень, сам того не осознавая, себе понаставил. Бриан ненавидел своего зверя – часть самого себя. Он его боялся. После смерти матери он запер свой дар за семью замками. Вейнанд собирался вскрывать их постепенно, один за другим, позволяя мальчишке понять и принять своё второе «я». Настолько безболезненно, насколько это вообще было возможно в его положении.
Но Адальгер не желал ждать. Он хотел гордиться сыном. Здесь и сейчас.
Слишком поздно Вейнанд разгадал замысел императора. Слишком поздно попытался вмешаться. Его схватили и уволокли в замок, и лишь мысль о наследниках Ноэро позволила ему не потерять контроль и не разорвать в клочья стражников императора.
Этого Адальгер ему бы уже точно не простил.
Только спустя, кажется, вечность Вейнанд узнал о событиях на арене. Ещё раньше – почувствовал, испытав одновременно и удивление, и страх.
Хроновая магия – самая агрессивная из всех возможных проявлений чар. Она сминает, искажая, полотно времени в одной конкретной точке, и чем сильнее дар хроновика, тем больше искажений он способен создать.
Тем больше радиус его воздействия и тем более непредсказуемы последствия его действий.
Простые люди искажений не замечают, для них ничего не меняется. Другое дело – чаровики. Даже самый неопытный юнец способен ощутить силу хроновика. Головокружение, тошнота, неясность сознания проходят быстро, но внутри остаётся неприятное, подтачивающее ощущение тревоги и беспомощности.
Опытные чаровики, натренированные ощущать всплески хроновых чар, видят полную картину: у них на глазах время, замедлившись, начинает идти вспять. А потом, резко остановившись, возвращается к своему привычному размеренному ритму.
Когда Ноэро впервые воспользовался даром, Вейнанд был достаточно далеко, чтобы увидеть всё своими глазами, и тем не менее уловил отголоски опасной, сокрушительной магии.
Той самой, за которой так долго охотился император.
– Осторожнее, Эскорн, – недобро сощурившись, процедил Адальгер III. – У меня сегодня хорошее настроение, но лучше не испытывай моего терпения. – Усмехнувшись, он добавил, своими словами выливая ушат ледяной воды на генерала: – Иначе этот талантливый юноша останется без наставника, а его красавица-сестра без опекуна. Кто тогда будет защищать шиари Лайру от соблазнов столицы и коварных придворных хищников?
Император знал, куда бить. Упоминание о Лайре помогло протрезветь и совладать со своими чувствами.
– Прошу меня простить, ваше величество, – низко поклонился Эскорн. – Я действительно позволил себе лишнего.
– Это уже входит у тебя в привычку, – мрачно обронил Великий и вернул взгляд на Рифера. – Очень удачно, что ты подружился с моим сыном. Если бы не ваша дружба, мне бы пришлось искать другой способ выманить зверя сына, а из тебя – хроновой дар.
Кадет молчал, не зная, что на это сказать.
– Простите, ваше величество, – наконец проговорил он, несмело глядя на Адальгера III, – но могу я поинтересоваться?
– Спрашивай, – великодушно разрешил император.
– Вы потому и устроили состязания? Из-за нас с Брианом?
Несколько секунд правитель обдумывал свой ответ, а потом вкрадчиво произнёс:
– Для империи важен каждый солдат и каждый чаровик. И ты, и сын… вы оба представляете для меня ценность. Но не задирай нос, мальчик! Незаменимых людей не бывает.
Вейнанд чуть слышно усмехнулся. С последним заявлением можно было поспорить. Законных сыновей у Адальгера не было, несмотря на все его старания. Поговаривали даже, что он подумывает избавиться от императрицы и найти себе новую спутницу жизни. Что же касается хроновика…
Вейнанд был уверен, что проще родить сына, чем заиметь чаровика со столь редким даром.
Интересно, какой окажется реакция Лайры?
При мысли о шиари Ноэро генерал почувствовал, как губы сами собой растягиваются в улыбке. Сегодня он её увидит. Расскажет о брате.
Хотя нет! Лучше они вместе к ней отправятся и всё расскажут.
Лайра Ноэро
Разговор с императором не был долгим, но мне казалось, что прошла вечность, прежде чем он поднялся с ректорского кресла.
– Был рад знакомству, мой мальчик. – К концу нашего общения Адальгер окончательно рассиропился и, словно бы забыв о том, что в кабинете помимо нас есть ещё генерал, обращался исключительно ко мне и смотрел только на меня.
– Для меня большая честь служить вам, ваше величество, – низко поклонившись, произнесла я дежурную фразу, втайне радуясь, что ещё немного, и кошмар закончится.
На сегодня. С понедельника со мной должен был начать заниматься шейр Вентура, и неизвестно, что это будут за занятия и что вообще будет дальше.
– Жаль, что в тебе не проявился и дар иллюзора, – неожиданно проговорим император, и я вся внутренне сжалась. – Вместе эти дары – настоящая квинтэссенция совершенства! Но тебя же проверяла шиари Имада?
– Проверяла, ваше величество, – чувствуя, как сердце в груди замедляет свой ритм, почти перестаёт биться, сказала я тихо.
– Может, ещё проверить… – задумчиво пробормотал его величество, заставив меня на несколько мгновений умереть от страха. – Но это было бы совсем удивительно, не правда ли?
– Скорее, невозможно, – осмелилась вякнуть я и замерла, чувствуя на себе пристальный, пронизывающий взгляд.
– Ты прав… невозможно… – кивнул правитель. – Наверное, я мечтаю о слишком многом. – Он перевёл взгляд на генерала, наконец вспомнив о его существовании. – Вейнанд, позаботься об этом мальчике, уже почти мужчине. И да, продолжай занятия с моим сыном. Мне нужны результаты и – быстро.
Мы уже собирались удалиться, когда двери в кабинет неожиданно распахнулись, и в комнату, величественная и холодная, как прекрасный дух из сказок северных народов, вплыла королева.
– Ваше величество, мы уже закончили, – с нарочитой вежливостью обратился к жене император, после чего добавил, позволив себе немного иронии: – Женщины порой бывают слишком нетерпеливы.
Расшаркавшись перед её величеством, которая едва не убила меня взглядом (как же хорошо, что в своё время она отреклась от дара, иначе бы от меня даже горсточки пепла сейчас не осталось!), мы уже хотели выйти, но нас задержал голос императора:
– Найферия, любовь моя, позволь познакомить тебя с гордостью и сокровищем Эргандара – Рифером Ноэро, сыном нашего старого доброго друга Одера Ноэро.
Я снова поклонилась, уже потеряв счёт своим поклонам, и буквально всем телом ощутила исходящие от государыни флюиды ненависти.
К Риферу. К моему брату.
Духи, Риф, когда и как ты умудрился насолить самой влиятельной женщине Эргандара?!
– Охраняйте тщательно этого мальчика, генерал, – вернулся к напутствиям монарх. – Чтобы никакая беда с ним не случилась. Одного хроновика не сберегли, так потрудитесь сберечь этого.
Я старалась ни на ком не задерживать взгляда, по большей части смотрела то на стол, то на тяжёлые шторы, такие же тёмные, как и зимний вечер за окном. Пока находились в кабинете, окончательно стемнело, и точно таким же, мрачным и холодным, был взгляд Найферии.
Надеюсь, больше никто её враждебности ко мне не заметил.
– Ясного вечера, шейр Ноэро, – напоследок бросил мне император, как старому приятелю, и я, смутившись, пробормотала то же самое.
Правитель провожал меня благосклонной улыбкой, императрица мрачным прищуром. Оказавшись за дверями кабинета, я вспомнила наконец, как дышать, и вместе с Эскорном направилась к лестнице.
– Предлагаю не терять время и ехать к твоей сестре немедля, – коварно начал генерал, явно решивший, что прежних ударов мне было мало. Надо добавить.
– Но, шейр… – начала я, в ужасе представляя, как Лайру везут к Лайре.
Разве я недостаточно сегодня переживала?!
– Она имеет право узнать одной из первых.
А ещё она имеет право хотя бы на короткую передышку!
– Я собирался сначала справиться о Бриане. Сейчас я нужнее ему, чем ей, – сказала первое, что пришло на ум.
Но Вейнанд, не проникшись моим дружеским порывом, мрачно покачал головой:
– Я узнаю о нём, но в лазарет тебя не пустят. Так что, если собирался всю ночь сидеть у постели друга, не получится. А Лайра наверняка переживает и ждёт новостей.
Вот уж привязался со своей Лайрой…
Со мной то есть. Ко мне. И, на минуточку, не своей! От стрессов какие только глупости не полезут в голову…
Я принадлежу самой себе!
Пришлось выкручиваться. Снова. Снова врать и изворачиваться, лишь бы не быть раскрытой.
Остановившись, с самым честным видом заглянула Эскорну в глаза и произнесла:
– Мы поссорились. В последнюю нашу встречу. Вы же знаете, какая моя сестра, – решила немного себя поругать, воззвать к мужской солидарности генерала. – Наговорили друг другу всякой ерунды… Я обязательно с ней поговорю. Сегодня. Но… хотел бы сделать это без свидетелей, если можно.
Сработало! Эскорн сдался, не стал настаивать на своём назойливом обществе. Правда, помрачнел изрядно, когда понял, что сегодня в доме баронессы ему будут рады ещё меньше, чем прежде, но быстро взял себя в руки.
– Тогда решай всё с сестрой. Главное, отправляйся сразу к ней, а не в ближайший кабак отмечать. И да, не забудь показаться животворцам. Пусть тебя осмотрят! – бросил он мне вдогонку.
Заверив наставника, что и животворцам покажусь, и со своей близняшкой обязательно помирюсь, я припустила по галерее, стараясь не обращать внимания на разбегающиеся по телу мурашки, от его взгляда, от того, что был рядом. Очень скоро сумрак поглотил мою фигуру, и я позволила себе немного замедлить шаг.
Мне очень хотелось узнать про Бриана, но я боялась соваться к животворцам. Как пить дать и меня захотят разложить на койке, чтобы осмотреть на наличие повреждений. Рёбра от удара Стейрода немного ныли, но я не могла так рисковать.
С Брианом всё будет в порядке. Верю в это! А мне надо отсюда убраться, пока ещё кому-нибудь не понадобилась. Бросилась к лестнице, собираясь как можно скорее покинуть стены академии. Сегодня пятница – имею право.
Не терпелось скорее стать Лайрой и поговорить с Эшваром о нашей патовой ситуации.
Я уже почти добралась до лестницы, почти шагнула на ступени, когда почувствовала, как кто-то схватил меня за руку и резко дёрнул, увлекая в глубокую нишу за доспехами. Те возмущённо задребезжали, когда их задела, но устояли. Только продолжили недовольно поскрипывать, нарушая тишину сонной галереи.
Хотела уже поинтересоваться: «какого джара!», но не успела. Чьи-то губы, слишком мягкие и нежные, чтобы быть мужскими, накрыли мои.
– Риф… – томно простонала неопознанная мной девица.
Я была настолько шокирована дерзким поведением незнакомки, что даже её не оттолкнула. Хотя следовало бы! Меня никогда не целовали ни мужчины, ни мальчики, и тут на тебе.
Щёки мгновенно запылали.
– Риф? – проговорила она уже удивлённо, и только тогда я поняла, что, может, и выгляжу как брат, но вряд ли мы целуемся одинаково.
Тут же решительно отстранила от себя ретивую девицу и хриплым от волнения голосом подтвердила:
– Это я.
В нише было темно – хоть глаз выколи, и, наверное, шиари решила, что обозналась. Но услышав голос брата, сразу расслабилась.
– Хвала духам! – выдохнула тихонько.
А я, быстро взяв себя в руки, продолжила так, словно мы были знакомы:
– Что ты здесь делаешь?
– Мне удалось исчезнуть из-под носа стражников, но всего на несколько минут, – возбуждённым шёпотом зачастила девушка. Скользнула ладошкой по моему плечу и, прошелестев пышными юбками, подалась вперёд, явно пытаясь украсть у меня ещё один поцелуй.
На этот раз я не растерялась, тут же пресекла столь вопиющие домогательства от не в меру смелой (и наглой) шиари.
– Не надо.
Девушка чуть слышно застонала:
– Ты всё ещё на меня злишься… Но я ведь скрывала правду ради тебя… Ради нас! Пойми ты в первую нашу встречу, кто я такая, бежал бы от меня без оглядки!
Кусочки пазла постепенно складывались воедино. Мне очень хотелось убедить себя, что передо мной дочь какого-нибудь барона или графа. На худой конец – маркиза, а может, даже герцога. Всё ничего, но…
Но это была одна из принцесс.
Джаров Риф!
Чем его девки из трактиров не устраивали? Где он вообще мог пересечься с особой королевской крови? Чем думал, позволяя себе даже смотреть в её сторону!
Явно не головой, а тем, чем привык думать, живя в Кроувере.
– Я сделал это ради нас. Нам не стоит больше видеться, – окончательно охрипнув от страха, от безысходности ситуации, проговорила я и стала лихорадочно вспоминать, как звали дочерей императора.
Элестрен, Дженна и Кайяна… Вроде бы.
Знакомство с которой из трёх стало фатальным для всех Ноэро? Точно не с младшей. Принцессе Дженне, если мне не изменяет память, нет и десяти.
Значит, остаются погодки Элестрен и Кайяна…
– Не стоит? – В голосе принцессы послышались капризные нотки. – Разве я больше тебе не нравлюсь? Разве ты охладел ко мне, к своей Кайе?
Постепенно глаза привыкли к темноте. И пусть та густой вуалью скрадывала черты лица стоящей передо мной девушки, но я всё равно увидела, как нежная красота растаяла под маской злости и раздражения.
Вздрогнула, почувствовав, как внутри нарастает напряжение. Было бы неосмотрительным и опрометчивым недооценивать принцессу. Все Регенштейны опасны. Нетерпеливы, капризны, безжалостны.
Разве что Бриан счастливое исключение. Возможно, потому что рос в семье матери, и его не испортила жизнь при дворе императора. Чего не могу сказать о её высочестве принцессе Кайяне.
– Её величеству стало о нас известно. А может, и императору.
Хотя вряд ли. Узнай Великий, что какой-то кадетишка посмел просто взглянуть на его дочь, и никуда бы Рифер не сбежал. Уже на следующий день его тело валялось бы в сточной канаве, и мы с Тессой вполне могли составить ему компанию.
Но если императрица в курсе, почему не рассказала мужу?
Может, потому что боится? Если Адальгер действительно намерен от неё избавиться, у него появится лишний повод: не досмотрела за дочерью. Или же за эту беду в юбке опасается? Неизвестно, что сделает с Кайяной отец, узнав, что та позволила себе спутаться с каким-то мальчишкой.
Что вообще между ними было?
– Не говори глупости! – отмахнулась принцесса.
– Меня пытались убить, – весомо заметила я.
На несколько мгновений Кайяна примолкла, а потом, заулыбавшись, с беззаботным восторгом продолжила:
– Всё это в прошлом! Даже если её величество узнала о нас, теперь, когда стало ясно, насколько ты ценен для моего отца, она не осмелится тебя тронуть. Ты стал неприкосновенен. Я ничего не поняла, но мне сказали, что ты хроновик. Риф! Это же… Это… А демонстрация огня… Духи, ты был великолепен!
Меня снова попытались поцеловать. Дёрнула головой, и влажные губы впечатались мне в скулу.
Кошмар, а не девчонка.
– Сейчас я вынуждена тебя оставить, но через неделю мы снова встретимся. Ты же будешь на первом зимнем балу? Конечно, будешь! Твою сестру официально представят ко двору, и в разгар праздника тебя найдут. Не переживай, я всё устрою. Главное… не разочаруй меня.
В этом «не разочаруй» звучала откровенная угроза. Её высочество давала понять, что, если я не удовлетворю её каприз, мной будут очень… очень недовольны.
С одной стороны, девицу можно было бы послать к джарам. Я ведь теперь действительно, считай, неприкосновенна. С другой – Кайяна одна из Регенштейнов, а значит, послать не получится.
– Буду считать дни до нашей встречи, любимый, – не стала дожидаться от меня ответа девушка.
Чмокнув в щёку (да сколько же можно?!), крутанула колечко на среднем пальцев и тут же… растаяла. Вернее, стала невидимой, потому что рядом заскрипели доспехи, а спустя пару секунд я услышала:
– Ничего не бойся, любимый. Я не дам тебя в обиду.
Ну вот, приплыли.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?