Читать книгу "Брошенка в Синих Дубах"

Глава 5

Дорога сперва казалась лёгкой и почти уютной. Ландо – так, оказывается, называлась эта коляска – катилось по ровным булыжникам, колёса мерно стучали, а вокруг мелькали добротные каменные дома и ухоженные сады. Воздух был свежий, солнечные лучи пробивались сквозь лёгкую дымку, и даже жёлтая листва, кое-где уже золотящая кроны, придавала дороге праздничный вид.

Но чем дальше от Лирмонта мы уезжали, тем больше менялся пейзаж. Сначала исчезли каменные заборы, потом поредели огороды и начались сплошные поля. Деревенские домики встречались всё реже, пока и они не остались позади. Дорога, изначально широкая и ухоженная, постепенно сужалась, становилась более ухабистой, ландо стало заметно потряхивать.

Скоро вокруг остались одни леса. Сначала светлые, с золотыми берёзами и красными клёнами, потом всё более мрачные и тёмные. Казалось, солнце неохотно пробивается сквозь плотную листву. Птицы замолкли, и лишь ветер играл в тусклых кронах.

Рейнмар пару раз бросал на меня косой взгляд, будто проверял – не испугалась ли я. Но я упрямо держала лицо, хотя сердце уже сжималось от странной тревоги.

Когда же мы выехали на старую, поросшую травой дорогу, я увидела вдали огромные старые деревья с листвой странного синеватого оттенка. Они стояли мрачной стеной, словно часовые, встречающие непрошеных гостей. Их кроны загадочно шелестели, будто перешёптываясь, и от этого холодок бежал по коже.

И чего мне не сиделось в Лирмонте…

– Добро пожаловать в Синие Дубы, мисси, – тихо сказал Рейнмар. – Место, которое все обходят стороной, но куда вы так настойчиво рвётесь.

– Почему его все так боятся? – озвучила я вопрос, который порывалась задать всю дорогу.

Но почему-то не решалась… Как будто боялась, что ответ напугает или не понравится, и тогда уже точно придётся поворачивать обратно. Или принимать приглашение на «чай» от местного ловеласа.

– Вы понятия не имеете, куда приехали?

Это был риторический вопрос, а скорее, утверждение. Я не ответила, лишь чуть слышно буркнула:

– Это мой дом. Моей семьи.

– Ну может, вам здесь и понравится.

Вскоре колёса экипажа гулко застучали по каменным плитам, выбивавшимся из земли, и у меня засосало под ложечкой от тревоги. Впереди показалась старая ограда – некогда, наверное, высокая и величественная, но теперь она больше напоминала груду развалин. Каменные столбы покосились, кое-где их стянули корни деревьев, а между ними зияли широкие проёмы. Лишь в одном месте сохранились створки ворот, обитые чёрным железом, увитые диким плющом так, что металл почти не был виден.

Ворота были приоткрыты. Не так, будто их недавно распахнули, а скорее, как если бы сама земля со временем разжала петли и позволила створкам чуть раздаться. За ними тянулась аллея из тех самых дубов с синеватой листвой. Кроны сомкнулись над дорогой, отсекая солнечный свет, и сразу стало тише. Только редкие звуки – скрип колёс, фырканье лошадей, да тихий шелест листвы – нарушали это вязкое молчание.

Я вжалась в сиденье, а заодно сжала в кулаки пальцы. Зачем хорохорилась? Зачем сюда так рвалась? Надо было остаться в Лирмонте. Возможно, поискать какую-нибудь работу.

Интересно, здесь нужны репетиторы английского и немецкого? Я ещё немного говорю по-итальянски…

– Вот мы и прибыли, – произнёс Рейнмар, отвлекая меня от тревожных размышлений. – Надеюсь, у вас есть план или… хотя бы метла.

Он задумчиво усмехнулся, обозревая укрытую пожухшей листвой подъездную дорогу, после чего легко спрыгнул с места водителя. Ну то есть кучера… Распахнул передо мной дверцу, подал руку, явно предлагая выметаться.

– Если передумаете, моё приглашение в силе.

Хотела независимо вздёрнуть нос и ответить, что я знаю, что делаю, но… промолчала. Я ведь не представляю, как быть дальше. Дом выглядел совершенно необитаемым. Огромный, мрачный, пустой… В моём воображении он представал совсем другим: маленький и уютный. В городе или хотя бы неподалёку. А не в этой зловещей глухомани, где даже деревья какие-то странные…

– Говорите, мы с вами соседи…

Из экипажа я всё-таки вышла. А что ещё оставалось? Гордость пока ещё, что называется, не вышла из чата, и это всё усложняло.

– Если верхом, то до моих гостеприимных объятий от силы минут пятнадцать, – расплылся в улыбке лорд. – Пешком будет подольше. Главное, если передумаете, сделайте это до захода солнца. После гулять по этим местам в одиночестве может быть чревато.

Он видел, что мне страшно, и явно этим наслаждался. Отвесив лишь отдалённое подобие поклона, вернулся на козлы, но уезжать не торопился. Смотрел на меня, в нерешительности прижимающую к себе сумку с нехитрым скарбом Элианы.

– Можете ехать, – буркнула я, с опаской поглядывая на поросшие плющом стены дома.

– Да нет уж, подожду. Говорят, Грейсхольм не впускает незнакомцев. Если так, то у вас, мисси, не останется выбора, кроме как продолжить наше знакомство.

Не знаю, кто или что мне не нравилось больше: этот Рейнмар или зловещее поместье. Стараясь сохранить лицо, я направилась к полуразрушенному крыльцу. Ступени, укрытые сухой листвой, были обрамлены статуями не то горгулий, не то крылатых сфинксов, гордо восседающих на перилах. Правда, у одного чудища не хватало крыла, а у другого была рассечена надвое голова.

Что же касается двери, её украшала уродливая рожа, в острых зубах которой было зажато массивное бронзовое кольцо. Разумеется, ни о каких дверных звонках здесь речи не шло. Поэтому я взялась за кольцо, чтобы постучать. Ну а вдруг! Может, этот дом только с виду необитаем, а внутри царят уют и порядок. Каким-то образом уведомленная о моём появлении прислуга выйдет встречать меня с распростёртыми объятиями, а лучше – с чаем и пирожками, после чего поведёт наверх принимать горячую ванну. Вдруг случится чудо…

Чудо случилось. Вот только не такое, на какое я рассчитывала. Не успели пальцы коснуться бронзового кольца, как дверь со скрипом начала открываться. Честно, у меня чуть сердце не рухнуло в пятки! Безумно захотелось броситься обратно к Рейнмару и попросить увезти меня отсюда как можно дальше! Уехать и даже не оглядываться!

Обернувшись, я увидела, как лорд иронично отсалютовал мне шляпой и тут же, не теряя времени, схватился за повод. Даже попрощаться не успела, как он уже быстро катил к воротам, явно торопясь избавиться от незапланированной заботы в моём лице.

Ну и ладно! Пора свыкнуться с мыслью, что в этом мире есть магия, и, раз уж дверь открылась, значит… по идее… это не так уж и плохо.

Меня приглашают внутрь…

Мамочки…

Я никогда не отличалась особой храбростью, и поэтому сейчас сама себе удивлялась. Откуда только смелости хватило переступить порог и как не хлопнулась в обморок, когда за мной с глухим стуком закрылась дверь.

– Есть кто-нибудь? – спросила я… почти шёпотом, обозревая пустынный холл.

Увы, прислугой и чаем здесь даже не пахло, и можно было забыть про горячую ванну.

* * *

Несмотря на то что день был в разгаре, в холле царил полумрак. Воздух внутри был тяжёлым, спёртым, будто застоялся здесь веками. Пахло сыростью, пылью и старым деревом. Подняв взгляд, увидела под сводами громадную люстру, тоже всю в пыли и паутине.

Я сделала пару шагов, и мои каблуки гулко отозвались по каменным плитам пола. Где-то высоко протянулись балюстрады второго этажа, лестница уводила вверх, в ещё более густой полумрак. И мне совсем не хотелось в него ступать…

Так, ладно, я здесь могу дрожать от страха до скончания века. Но будет лучше осмотреть особняк и наметить план действий до того, как солнце отправится на заслуженный отдых. Что там говорил Рейнмар? Не гулять по окрестностям впотьмах? Прислушаюсь к его совету и, если уж нам суждено продолжить общение (отнюдь не тесное!), лучше решить до вечера, где всё-таки буду ночевать.

С трудом заставила себя сдвинуться с места, пересекла холл и вошла в приветливо – нет, зловеще! – распахнутые двери. Зал, в котором оказалась, поражал своими размерами и обилием картин на стенах. В основном это были портреты мужчин и женщин с суровыми лицами: они смотрели на меня из-под слоя пыли. Казалось, глаза предков Элианы следят за каждым моим шагом.

Мурашки в который раз прошлись по коже, заставляя вздрагивать, снова и снова.

Не знаю, как не закричала, когда за спиной что-то громко хлопнуло. Лишь пискнула приглушённо, резко обернулась: оказывается, это распахнулись ставни на окнах – будто кто-то резко дёрнул за них снаружи. Непонятно откуда взявшийся сквозняк пронёсся по залу, и я чуть сознание не потеряла. Не сделала этого лишь потому, что тут же отвлеклась на ещё одну пугалку: в углу пробили часы с тяжёлым маятником. Один, два, три… Дом будто ожил и таким образом со мной здоровался.

Или пытался довести до инфаркта.

Стоит признать, у него это неплохо получалось.

– Ещё раз спрашиваю: здесь кто-нибудь есть? – охрипнув от страха, тихо позвала я. – Я пришла с миром. Эм-м-м… Элиана… Элиана Аргейл… Нет! Ван’Роэль! Рада знакомству, если что…

Ну, типа того.

А вот интересно, если дом магический… ну или в нём живёт что-то… магическое (произнести слово «призрак» было страшно даже в мыслях!), он в курсе, что я не совсем Элиана? Видит мою душу или без понятия?

Собравшись с духом, я двинулась дальше. Открывала одну дверь за другой – везде тьма, старая мебель, потрескавшиеся обои, пыльные ковры. В каждой комнате я торопилась распахнуть окна, чтобы впустить в дом дневной свет и свежий воздух. К слову, света с каждой минутой становилось всё меньше… Сколько сейчас времени? Казалось, часы превратились в минуты и вот-вот наступит вечер. И уже поздно будет бежать к Рейнмару, поздно спасаться…

Эта мысль посетила меня в одной из комнат первого этажа (до второго я пока так и не дошла). То ли кабинет, то ли библиотека… Напротив огромного дубового стола щерился тьмой камин: мёртвый и холодный, он вдруг отозвался лёгким потрескиванием, словно в его закопчённом зёве и правда лежали поленья. Я замерла. Почудилось, будто по камню скользнул отблеск пламени.

– Да что же это такое!

Превозмогая страх, поспешила распахнуть ставни, и сразу стало чуть светлее. Бросила по сторонам взгляд. Запах книг здесь был таким сильным, что даже голова закружилась. Полки тянулись до самого потолка, а потолки здесь ого-го какие.

Над камином, к счастью, больше не трещавшим, висело круглое зеркало в тяжёлой витиеватой раме. Я тут же к нему поспешила и застыла, вглядываясь в окутывающее полумрак отражение. Лицо было… моё… и в то же время какое-то другое. Вроде бы глаза мои, серо-голубые, но без привычного мне прищура. Ресницы длиннее… Про волосы вообще молчу: не русые, а огненно-рыжие! Как те самые осенние листья… И если с цветом волос за минувшие два дня я вроде как примирилась, то всё остальное… до сих пор казалось нереальным. Ненастоящим. Губы у Элианы были яркие, как после татуажа. Пухлее, чем мои собственные, словно леди Аргейл побывала у хорошего косметолога. А вот овал лица, скулы, форма носа – почти моё, родное… Только взгляд у девушки в зеркале был скорее грустный, чем напуганный. И кожа светлее, и брови чуть тоньше. Как такое возможно, что мы с Элианой так похожи? Не близняшки, но… будто сёстры. Девушка выглядела чуть младше, чем я, немного худее, и тем не менее это была почти я.

– Какая-то ерунда…

На мгновение перед глазами потемнело, ещё сильнее закружилась голова. Я зажмурилась, а когда подняла веки, поняла, что снова стою в холле, у лестницы. На ступенях лежал дубовый венок… Листья были синеватые, свежие, словно их только что сорвали.

Подвластная внезапному порыву, я опустилась на колени и коснулась неведомого подношения. И тут же отдёрнула руку, вскрикнув от боли. Вроде шипов не видно, а чувство такое, будто в палец вонзили иголку. Сунула его в рот и заметила, как по синему листку скользнула алая капля крови.

Голова закружилась снова, и я из положения сидя как-то незаметно оказалась в положении лёжа. Мелькнула мысль, что надо было оставаться в Лирмонте, а больше я ни о чём подумать не успела.

Глава 6

Я открыла глаза, и первые мгновения сомневалась, жива ли я или, может, уже благополучно умерла. От страха или с чьей-то подачи… Голова болела, и это ещё мягко сказано. Ныло всё тело от длительного пребывания в неподвижном состоянии. Но вот что странно: проснулась я не на полу в холле, а на… кровати. На кровати, застеленной чистыми простынями.

Тут же мелькнула мысль, что это Рейнмар вернулся, нашёл меня без сознания и забрал с собой. Я провела ночь в его доме, но не как любовница-однодневка, а как гостья, о которой он решил позаботиться. Даже невольно заулыбалась. Хороший он всё-таки парень. Побеспокоился о незнакомке, не поленился потратить время, чтобы вернуться, и…

И я испуганно вскрикнула, когда резко хлопнули ставни, распахиваясь, впуская в комнату на удивление яркий солнечный свет и шум листвы… синих дубов. Вон они, милые, шелестят за окнами.

– Беру свои слова обратно, лорд! Нет в вас ничего хорошего!

Едва не зарычав от злости, откинула одеяло и села, свесив ноги с высокого ложа.

Уверена, он обо мне забыл, не успев выехать за ворота! А что со мной стало, как я здесь одна ночевала – не его забота.

По-хорошему, и правда не его, но…

Но настоящие мужчины ведут себя иначе. Если бы на его месте был папа…

Я горько улыбнулась, вдруг вспомнив о самом дорогом для моего сердца мужчине. Мама покинула нас очень рано – я была совсем маленькой. Её забрала у меня болезнь, а папу – авария. Я тогда училась на первом курсе и…

Нет, не могу об этом думать.

Не хочу!

Поднявшись, прошлась по комнате беглым взглядом, приказывая себе сосредоточиться на здесь и сейчас. Это была спальня, и, судя по тому, что в окнах проглядывали ветви дубов, меня занесло на второй этаж. Выглядела комната так же запущенно, как и те, что я успела осмотреть вчера. Пыльные шторы, треснувшие панели на стенах, на полу – ковёр, больше похожий на серое покрывало из грязи и вековой пыли. Но вот кровать… кровать была застелена белоснежными простынями, словно только что выстиранными и выглаженными. Ни пятнышка, ни пылинки!

Я потрогала ткань пальцами и снова ощутила этот странный холодок внутри. Кто это сделал? Сам дом? Или кто-то, кто здесь живёт и до сих пор не показался?

Собравшись с духом, я осмотрела комнату внимательнее. Шкафы покрыты паутиной, трюмо у окна мутное, зеркало затянуто плёнкой времени. На столике с вычурными ножками стоял канделябр со свечами, расплавленными так, будто горели ещё много лет назад. Всё здесь казалось застывшим, мёртвым… и только кровать выбивалась из этой мрачной картины.

Я направилась к двери, как оказалось, ведущей в смежную комнату. Петли зловеще заскрипели (ну это само собой!), стоило мне толкнуть створку. За ней оказалась ванная. Большая, светлая, с высокими окнами, ведущими на французский балкон. Увы, эта комната тоже пребывала в запустении: плитка местами отколота, в углу слой пыли, зеркало над раковиной мутное, да и сама раковина с бронзовым краном явно истосковались по тряпке.

Я уже собиралась отправиться на поиски этой самой пресловутой тряпки, а заодно и ведра, чтобы начать наводить порядок, как вдруг заметила… ванну. Огромная, на бронзовых ножках в виде звериных лап – она была наполнена водой, над поверхностью которой поднимался пар. Настоящий ароматный, густой пар!

Рядом, на пуфике, лежало чистое, сложенное вдвое полотенце. Белое и такое мягкое на вид, что тут же захотелось в него завернуться.

Я застыла на пороге, не решаясь сделать шаг в комнату.

– Спасибо, конечно, за заботу, но… кто ты? – пробормотала в пустоту. – Дом? Призрак? Фея-домработница? Почему не появляешься? Я не кусаюсь.

Не кусаешься ли ты – вот что мне интересно.

В ответ – тишина. Только шелест деревьев за огромными окнами, да пар, манящий своим жаром.

Я ведь сто лет назад купалась…

Я шагнула ближе, не веря своим глазам. Вода была чистой, прозрачной, и от неё исходил такой приятный аромат трав, что у меня закружилась голова. Не духи, не химия, а что-то тёплое и родное – ромашка, мята, может, лаванда.

– Если бы ещё кофе с булочками, то никакие призраки меня отсюда не выгонят, – пробормотала я и неожиданно для себя самой улыбнулась. Коснулась рукой воды: та оказалась горячей, как раз такой, как я всегда любила.

Сбросив платье, которое было проще сжечь, чем выстирать, и оставшись в одной сорочке – ещё одном кандидате на сожжение, я в нерешительности замерла у ванны. Чистое полотенце манило, тёплый пар ласкал кожу. Но с другой стороны – всё это выглядело слишком подозрительно. Вчера меня пугали и кололи мне пальцы странными венками, а сегодня застелили постель и приготовили ванну?

Вдруг не успею войти в воду, как меня в ней и утопят? Хотя… хотели бы убить – сделали бы это ночью. Я несколько часов провела в состоянии беззащитного бревна. До сих пор шея ломит, и горячая ванна словно подарок от боженьки.

Ладно, пофиг.

С этой мыслью я скинула сорочку и опустилась в воду. Волна жара окутала тело, забирая усталость, страх, боль в мышцах. Не сдержавшись, застонала от удовольствия и впервые за долгое время почувствовала себя по-настоящему хорошо.

Я настолько расслабилась, что даже прикрыла глаза от удовольствия, откинув голову на бортик ванны. Казалось, вода обнимает, убаюкивает, ласкает. Хорошо-то как…

Именно в этот момент я ощутила… взгляд. Чужой, внимательный, тёплый и холодный одновременно. Так, словно за мной кто-то наблюдал исподтишка.

Резко сев, обернулась, но, как обычно, никого не обнаружила. Лишь стены с пожелтевшими от времени обоями, мутное зеркало и полки со множеством пыльных баночек. Прошлая хозяйка этих покоев явно любила за собой поухаживать.

Ощущение чьего-то присутствия прогнало негу. Я быстро закончила купаться и, завернувшись в полотенце, отправилась на поиски своей сумки. Та оказалась в спальне, на пуфе возле трюмо, хоть я готова была поклясться, что, когда оглядывала комнату, сумки на пуфе не было.

Спасибо Виоле, сложившей для меня пару смен белья, сорочку с шортиками а-ля укороченные панталоны, пару нижних юбок и два платья: одно из мягчайшего не то шёлка, не то атласа, другое из бархата.

Высунувшись из окна и удостоверившись, что день обещает быть не только солнечным, но и тёплым, остановила свой выбор на голубом шёлке-атласе. Как раз под цвет глаз. Длиннющие волосы Элианы без фена будут сохнуть долго, поэтому я оставила их распущенными. Увидь меня кто сейчас, в таком антураже и с такой рыжей копной имел бы полное право принять за ведьму.

Я оделась, заправила кровать (мой день всегда начинался наперекосяк, если постель оставалась неубранной) и отправилась на поиски кухни.

Нет, я не ждала, что там меня будет ждать кофе с булочками, но надеялась отыскать какую-никакую утварь и набросать в мыслях список самых срочных покупок. Голод ощущался, но решила, что голодная смерть мне не грозит. Сначала закончу осматривать дом, потом всё же наведаюсь к Рейнмару. Может, он согласится одолжить мне лошадь? Судя по всему, Элиана была неплохой наездницей, а мне нужен транспорт, чтобы мотаться в город. Не то чтобы я запомнила дорогу, но…

Но надо привыкать к новой жизни и запоминать. Сегодня же сгоняю в Лирмонт (если лорд не зажмёт животное), куплю еды и всё необходимое для уборки. Это надо было сделать ещё вчера, но вчера я была слишком уставшая, чтобы соображать. Спасибо, что вообще сюда добралась… И раз уж какой-то добрый человек (а скорее, не человек) набрал мне ванну, доступ к воде здесь имеется. Поэтому с уборкой всё сложится. Да и с готовкой тоже. Как только пойму, на каком этапе эволюции находятся местные кухни.

Потому я и поспешила на поиски здешнего кастрюльного царства, и каково же было моё удивление, когда на столе (само собой, укрытом пылью) я обнаружила… кофе и горячие булочки.

С ума сойти!

– Не знаю, кто ты, но уверена, что мы подружимся. Боже… как это… м-м-м… фку-с-с-сно…

На сдобу я набросилась с такой жадностью, словно не ела с позапрошлого столетия. Буквально стекла на лавку, жмурясь от удовольствия, а когда глотнула кофе, почувствовала себя почти счастливой. Крепкий, с насыщенным вкусом – всё как я люблю. Точнее, такой кофе любил пить по утрам папа, а я, как его не стало, переняла эту привычку, и так и не смогла от неё отказаться. Не хотела…

Ну вот, опять горькими воспоминаниями порчу себе настроение.

Откусив ещё кусочек от невероятной вкуснятины, я чуть не подавилась: снаружи за окнами дома раздался какой-то шум. Замерла прислушиваясь. Вот сухо хрустнула ветка, будто под чьей-то тяжёлой поступью… В панике огляделась, а заметив развешенные над печкой сковородки, метнулась к столетней утвари и схватила самую огромную. Тяжёлая!

И снова застыла, впитывая каждый звук. Снаружи явно кто-то был, и если это не человек, то моя сковородка ему до одного места. А если какой-нибудь бродяга… Или того хуже – беглый преступник!

С фантазией у меня всегда был порядок, поэтому за несколько секунд я успела набросать в мыслях триллион сценариев, и почти в каждом сковородка играла жизненно важную роль. На цыпочках подкравшись к двери, ведущей на улицу, я резко её распахнула, намеренная воспользоваться эффектом неожиданности, а увидев высокую мужскую фигуру, от души замахнулась.

Удар пришёлся по плечу, и мужик заорал. Резко обернулся, явно собираясь обороняться, а я уже была готова к новой атаке. Снова замахнулась и тут же изумлённо выдохнула:

– Рейнмар? Это вы?!

– А кого ещё вы надеялись увидеть, мисси? – буркнул он, потирая ушибленное плечо. – Новоиспечённых поклонников?

– Вы меня напугали! – не собиралась я оправдываться.

– А вы меня едва не убили.

– Ну… извините.

– Я подумаю, – пробормотал он мрачно, после чего уставился на меня требовательным взглядом: – Может, пригласите войти? В ваш дурной дом без приглашения не пробраться.

– Проходите. – Я посторонилась.

Зачем-то завела руку со сковородкой за спину, что явно не укрылось от внимания Рейнмара:

– Мисси, вы меня пугаете.

– Элиана, – назвалась я чужим именем, которое (если не получится вырваться из этого мира), придётся считать своим.

Я всё ещё надеялась, что смогу вернуть себе себя. Алину Скворцову – девушку счастливую и беззаботную. По крайней мере, такой я была до смерти папы. А потом… Последние несколько лет были тяжёлые. Я с головой ушла в учёбу, отдалилась от друзей, вообще оборвала все связи. Только Катя у меня и оставалась. Ну и Вадим, год назад неожиданно ворвавшийся в мою жизнь. Но теперь у меня нет и их. Вообще никого. Получается, мы с Элианой не только похожи внешне – обе брошенки, без семьи и любящих людей.

– Может, всё-таки оставите в покое сковородку?

Голос Рейнмара вернул меня на кухню, в странную реальность, в которой я оказалась. Положив на стол «оружие», спросила:

– Что вы здесь делаете?

– Хотел узнать, живы ли вы. Оказывается, я ошибался… Беспокоиться стоит не о вас, а о местных обитателях. Всех призраков перебили?

– Призраков?

Почему-то снова захотелось потянуться к сковородке.

Бросив по сторонам взгляд и заметив на тарелке нетронутую мной вторую булочку, лорд схватил её без разрешения и откусил огромный кусок.

Ну вот.

– Я не совсем точно выразился. Сумеречные – не призраки, а скажем, духи. Или сущности… В общем, существа, привязанные к конкретной земле и слепо преданные тому, кто ей владеет. В былые времена многие колдуны и колдуньи имели подобную… хм… прислугу. Но тогда и сила была другая. Вам, можно сказать, повезло, Элиана: в ваши руки попал настоящий раритет.

Ох, да, я тот ещё везунчик. Что ни день, то новая удача. Новый мир. Новое тело. Дом вот получила в наследство.

С привязанной к нему нечистью.

– С чего вы решили, что здесь обитают эти сумеречные?

– А кофе вы сами себе сварили? И булочки, смотрю, уже успели напечь, – Рейнмар тихонько хмыкнул. – Я так понимаю, тесто месили из пыли.

Проглотив насмешку, явно сквозившую в голосе несносного лорда, я решила поиметь с этой встречи максимум пользы. Вчера почти всю дорогу молчала, вместо того чтобы выжать из него как можно больше информации, но сегодня так быстро он от меня не удерёт. Поэтому, глотнув кофе, принялась расспрашивать:

– Эти сумеречные… они не могут мне навредить?

Наверное, добрые домовые не помешают. Всё равно жутковато, но, с другой стороны – бесплатные помощники. Я сама этот дом буду сто лет приводить в порядок, и то не факт, что справлюсь. Всё-таки я не слесарь, не сантехник и не строитель. За уборщицу ещё могу сойти, да и то не самую прилежную.

Дожевав булочку, лорд ответил:

– Они не злые, но и добрыми их назвать нельзя. Их задача – охранять поместье и подчиняться его владельцу. Они вас не знают, поэтому могут относиться с недоверием. Возможно, даже устроют пару проверок.

– Проверок?!

Лорд неопределённо пожал плечами:

– Если примут – станут помогать, подсказывать и оберегать. Но если хозяин… в нашем случае – хозяйка, отвернётся от дома или предаст его – сумеречные сразу станут врагами. И тогда – да, могут нести опасность.

Ясненько.

И опасненько.

Нет, я, конечно, никого предавать не собираюсь. В мои планы не входит устраивать здесь пожар, рушить стены или, например, выкорчёвывать деревья. Я сюда явилась без злых мыслей и, по идее, должна быть в безопасности.

Но вот упоминание проверки напрягало.

Пока я раздумывала над словами лорда, тот поднялся:

– Хорошо здесь у вас, готичненько, но мне пора. Рад, что вы живы, мисси. Хоть, признаться, для меня стало неожиданностью, что этот дом после стольких лет прозябания вновь обретёт хозяина. Хозяйку…

Он слегка склонил голову в знак прощания, но нацелиться на выход не успел – я схватила его за руку. Правда, тут же отпустила и поспешила объяснить свой порыв.

– Вы куда-то торопитесь?

– Дома меня ждёт коллекционная бутылка фейлорского…

– А в город, случайно, не собирались?

– Возможно, через пару дней.

Он снова было дёрнулся к двери, но я поспешила загородить собой выход и с улыбкой попросила:

– А одолжите лошадь!

Рейнмар сощурился:

– И что вы будете с ней делать? Забьёте бедное животное сковородкой?

Сдалась же ему эта сковородка.

– Мне нужно в Лирмонт. За едой и… всем остальным.

Прищур лорда стал ещё более пристальным:

– Чем вас не устроили булочки от сумеречных?

– Тем, что я не хочу полностью зависеть от духов. – Я гордо вздёрнула подбородок. – Мне нужно самой быть в состоянии обеспечить себя всем необходимым. Лошадь потом верну – не переживайте.

– А дорогу до города знаете? – Ответа он не стал дожидаться. Усмехнулся и сказал: – Всё с вами ясно, мисси. Собирайтесь. Отвезу вас в Лирмонт.

– А как же бутылка фейлорского?

– Никуда не денется. – Он расслабленно повёл плечами, словно хищник, разминающийся перед атакой. – А там, может, и вы ко мне проникнитесь симпатией, и мне будет с кем заниматься сегодня ночью… дегустацией.

– Даже не мечтайте.

Сказав, что я за накидкой и обратно, поспешила наверх. Быстренько в неё укуталась, схватила мешочек с монетами и помчалась обратно. Рейнмар дожидался меня у ворот, стоял возле своего ландо и, пока шла к нему, смотрел не то с загадочной улыбкой, не то с усмешкой.

Не знаю, что этот лорд обо мне думает, да это и неважно. Главное, у меня куча неозвученных вопросов, и пока доедем до Лирмонта и обратно, я разживусь не только продуктами, но и знаниями. О доме, об этом крае.

День складывался удачно, и хотя бы этому стоило порадоваться.