Текст книги "Путешествие из Москвы в Ярославль. Москва – Сергиев Посад – Переславль-Залесский – Ростов Великий – Ярославль"
![](/books_files/covers/thumbs_240/puteshestvie-iz-moskvy-v-yaroslavl-moskva-sergiev-posad-pereslavl-zalesskiy-rostov-velikiy-yaroslavl-191429.jpg)
Автор книги: Вера Глушкова
Жанр: История, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
В 1893 г. 19-летняя Инесса Стефан (дочь певца-француза Теодора Стефана и его гражданской жены Натали, урожденной Вильд – полуфранцуженки, полуангличанки, актрисы, затем учительницы пения) обвенчалась в Никольской церкви села Пушкино с потомственным гражданином московской первой гильдии, купеческим сыном Александром Евгеньевичем Армандом. Он имел покладистый характер, в меру передовые, свободолюбивые взгляды, но был верным представителем своего класса, уважал царскую власть, незыблемо верил в надежность капиталистических отношений. Инесса видела резкий контраст между их усадебным домом в Пушкине и казармами рабочих. В каморках фабричных рабочих она видела нужду, горе, разгул, поняла тяжкую участь женщины-пролетарки. Осознала она и свою принадлежность к классу эксплуататоров трудящихся. В 1897 г. на фабрике Армандов был создан марксистский кружок, в работе которого Инесса принимала участие. Она увлеклась революционными идеями, разочаровалась в царской власти и возможностях капитализма. Ее муж верил в капитализм и возможности его совершенствования, а его брат и ее деверь – Владимир, на 8 лет моложе ее, больной туберкулезом, был в этом не убежден. В.Е. Арманд стал гражданским мужем Инессы. Можно представить, как постепенно складывалась эта ситуация, и каким непростым был клубок их отношений многие годы. Но все эти люди очень любили друг друга, при этом братья в первую очередь думали о счастье Инессы и благополучии детей.
У Инессы за 1894–1903 гг. родились 4 детей от первого мужа (с которым она никогда не была разведена), а затем от его брата – ее второго гражданского мужа – еще сын (всего 3 мальчика и 2 девочки, а в 1914 г. (когда ей было уже 40 лет) – еще дочь Анна. Ряд авторов (В.Г. Ткаченко, К.В. Ткаченко, В. Краскова, Л.Н. Васильева, И.Ф. Попов и некоторые другие) прямо или косвенно указывают, что Анна была ее общим ребенком с Лениным (особенно убедительно это доказывают В.Г. и К.В. Ткаченко). Со временем все значительное имущество Армандов, находящееся за границей, было переписано на Анну, воспитывавшуюся в дорогом закрытом зарубежном пансионе. Первый муж И.Ф. Арманд – А.Е. Арманд всю свою жизнь любил Инессу, воспитывал всех ее 5 детей от Армандов, при царе выкупал ее из тюрьмы, куда она попадала за революционную деятельность, когда она была в ссылках – изо всех сил старался выполнять все ее желания. А.Е. Арманд дожил до старости, умер в 1943 г. под Москвой. Второй муж И.Ф. Арманд – В.Е. Арманд, к которому она ушла в самом начале ХХ в., и который в 1907 г. приехал к ней в ссылку в Мезень, вскоре умер. В 1909 г. Инесса познакомилась в Лениным. Когда ему было 44, родилась их дочь Анна, которую он так и не увидел, хотя хотел. Всю жизнь Анна жила за границей, была богатой наследницей Армандов, однажды инкогнито в конце 1950-х гг. приезжала в Москву. Никто из Армандов не эмигрировал за рубеж после событий осени 1917 г. Ленин отдал распоряжение, чтобы Армандов не трогали, когда шли аресты и расстрелы собственников. Никто из Армандов не пострадал даже в 1930 – 1940-е гг.
![](_011.jpg)
И. Арманд
В 1920-е гг. самой яркой и социально-значимой личностью в Пушкине в летние месяцы был поэт Владимир Владимирович Маяковский (1893–1930). В 1920, 1921, 1922, 1927, 1928 гг. он жил на дачах в Пушкино и на Акуловой Горе). Здесь В.В. Маяковский написал стихотворения «Необыкновенное приключение, бывшее с Владимиром Маяковским летом на даче», «Весна», «Мы отдыхаем», «Дачный случай», работал над поэмой «Пятый интернационал» и над «Окнами сатиры». Акулова гора и Пушкино упоминаются в его знаменитом стихотворении «Необычайное приключение, бывшее с Владимиром Маяковским летом на даче» (Пушкино, Акулова гора, дача Румянцева). Конец этого стихотворения можно оценивать как жизненный девиз Маяковского и, вероятно, других людей, которые ставят целью своей жизни позитивное служение людям:
Светить всегда,
светить везде,
до дней последних донца,
светить —
и никаких гвоздей!
Вот лозунг мой —
и солнца!
В наши дни каждый год в одно из воскресений июля в парке на Акуловой горе (где в 1920 г. поэт разговаривал с солнцем) стараются проводить Праздник поэзии.
![](_012.jpg)
В. Маяковский и Л. Брик
Именно здесь, в этом подмосковном пригороде, и В.В. Маяковский, и Лиля Юрьевна Брик при их огромной, неисчерпаемой, непритупляемой личной привязанности все-таки оба пережили новые любовные увлечения: Маяковский – с Наталией Брюханенко, а Брик – с А.М. Краснощековым. Внешняя привлекательность и сексапильность, совершенное владение секретами обольщения и подчинения своим желаниям мужчин делали Л.Ю. Брик заметной личностью в Москве, где о ней говорили чаще, чем об известных актрисах и общественных деятельницах и где в 20-е гг. она пользовалась огромным успехом. Она была миловидной (ярко-рыжие волосы, большие темно-карие глаза), великолепно одевалась, отличалась независимостью и сексуальной раскованностью, свободой в реализации своих разноплановых желаний. Согрешив с учителем музыки в 20 лет и сделав аборт, она не могла иметь детей, что только радовало ее. Формально она была замужем за О.М. Бриком, но их реальная супружеская жизнь прекратилась в 1915 г., хотя они жили в одной квартире и изображали супружескую пару до его смерти. Л.Ю. Брик в молодые годы никогда не работала, пребывая в роли «профессиональной любовницы» состоятельных, влиятельных или просто нужных ей людей, среди которых были В.В. Маяковский, тогда всесильный чекист Яков Агранов и многие другие.
А.М. Краснощеков (Абрам Моисеевич Тобинсон, или Фроим-Юдка Мовшев Краснощек) в 1922 г. был женат, имел 42 года отроду, был крупным партийным работником, заместителем наркома финансов, генеральным представителем Русско-американской индустриальной корпорации, Председателем Промышленного банка. Он был красив, обаятелен, очень хорошо образован, знал несколько иностранных языков. Был он и членом комиссии по изъятию церковных ценностей, т. е. как минимум способствовал грабежу религиозных центров. Он ворочал огромными деньгами, мог щедро оплачивать услуги Л. Ю. Брик, дарить ей дорогие подарки и обеспечивать ее. Однако со временем его арестовали и посадили в Лефортовскую тюрьму, что явно умалило привязанность к нему Л.Ю. Брик. А после выхода из тюрьмы больной, не перспективный в карьерном плане в дальнейшем, менее обеспеченный он был ей уже не нужен. К 1927 г. их отношения прекратились. В жизни Л.Ю. Брик всегда рядом с ней был В.В. Маяковский, но для ярких эмоций после разрыва с А.М. Краснощековым у нее тут же появился тогда очень известный кинорежиссер Лев Кулешов, были и другие. Затем она стала гражданской женой военачальника Виталия Марковича Примакова, потом – литератора Василия Васильевича Катаняна. Но это все было уже после гибели (убийство или самоубийство в 1930 г.) Маяковского. Союз с Маяковским решал почти все финансовые проблемы Бриков, он всегда был им нужен. Вот почему Л.Ю. Брик в разных вариациях всегда продолжала отношения с Маяковским и решительно пресекала все его попытки жениться, но не препятствовала его быстро меняющимся увлечениям женщинами. В итоге Л.Ю. Брик умудрилась стать главной наследницей Маяковского. Л.Ю. Брик дожила до 87 лет и до самой глубокой старости не утратила дар восхищать мужчин. Узнав о своей неизлечимой болезни, она отравилась. По ее воле ее кремировали, а прах развеяли в Подмосковье, в районе Звенигорода, в 1979 г. (около деревни Бушарино).
В Пушкине к В.В. Маяковскому приезжала и гостила красивая 20-летняя сотрудница библиотеки Госиздата Наташа Брюханенко. Он много и открыто появлялся с ней в Москве, гулял с ней, бывал в ресторанах, читал ей стихи. На даче в Пушкине на виду у всех гостей оказывал ей особые знаки внимания. Дело шло к свадьбе. А женитьба Маяковского означала финансовый крах Бриков: жили они одной семьей, в которой стержнем и магнитом, безусловно, был именно Маяковский. Вот почему Л.Ю. Брик приложила все свои способности, чтобы разладить так успешно развивавшийся в Пушкине роман поэта и сорвать его намерение жениться, и это ей в который раз удалось. Но в сознании Маяковского дача в Пушкине ассоциировалась с ощущением счастья от близости с любимой женщиной – Наталией Брюханенко.
Около города Пушкино, на реке Уче, расположен Акуловский гидроузел, построенный в 1937 г. и включающий две ГЭС: одну – для выработки электроэнергии при сбросе воды из Учинского (Акуловского) водохранилища в реку, т. е. для санитарного пропуска, сезонного регулирования стока, расхода воды на санитарное обводнение Учи, и вторую – для подачи воды из водохранилища в восточный водопроводный канал для водоснабжения Москвы. Здесь же находится поселок городского типа Акуловский. Учинское водохранилище с лесистыми живописными берегами выделяется чистейшей водой. Это водохранилище (искусственное озеро) служит своего рода огромным отстойником волжской воды, используемой для водоснабжения Москвы. Чтобы сохранить чистоту воды, на этом водохранилище запрещены движение теплоходов, купания, катания на лодках и другие действия, способные нарушить экологическое благополучие водоема. Воды водохранилища затопили известное в начале XX в. дачное место Акулова Гора, расположенное в окрестностях города Пушкино. Максимальный объем Учинского (Акуловского) водохранилища – 146 млн куб. м, полезный – 50 млн куб. м; площадь его акватории – 19,3 кв. км; длина – 12 км, наибольшая ширина – 3 км, максимальная глубина – 21,5 м и средняя глубина – 7,5 м. Вода из Учинского водохранилища поступает далее по Восточному водопроводному каналу на Восточную водопроводную станцию в восточном секторе Подмосковья, в окрестностях города Балашиха.
За Учинским водохранилищем к северо-западу простирается Пестовское водохранилище, заполненное водой в 1937 г. Гидроузел состоит из земляной плотины (707 м), донного водоспуска и водосброса. Максимальный объем водохранилища – 54 куб. м, полезный объем – 20 млн куб. м, площадь его акватории – 12 кв. км. Длина водохранилища – 6 км, наибольшая ширина – 2 км, максимальная и средняя глубины – 14 и 5 м.
К юго-западу от Учинского водохранилища находится Пяловское водохранилище, также заполненное в 1937 г. Гидроузел состоит из проезжей земляной плотины (682 м), донного водоспуска и резервного водозабора. Максимальный объем водохранилища – 18 млн куб. м, полезный объем – 9 млн куб. м, площадь акватории – более 6 кв. км, длина – до 6 км, наибольшая ширина – 1 км, максимальная и средние глубины – 12 и 3 м. Поступающая самотеком по соединительному каналу из Пестовского водохранилища волжская вода идет далее по соединительному каналу в Клязьминское и частично в Учинское водохранилища.
Клязьминское водохранилище, заполненное в 1936–1937 гг., расположено ближе к Москве и южнее Пяловского водохранилища. Начинается оно у поселка Пирогово. Гидроузел состоит из земляной плотины (1100 м), водосброса и ГЭС. Максимальный объем водохранилища – 87 млн куб. м, полезный объем – 27 млн куб. м, площадь акватории – более 16 кв. км, длина – до 16 км, наибольшая ширина – свыше 1 км, максимальная и средние глубины – 14 и 5 м. Поступающая по соединительному каналу из Пяловского водохранилища волжская вода перетекает из Клязьминского в Химкинское водохранилище. На берегах водохранилища расположены многочисленные рекреационные учреждения.
![](_013.jpg)
Пестово. На берегу водохранилища
На берегу Пяловского водохранилища расположено село Витенево с возведенной в нем в 1990-е гг. красивой небольшой деревянной церковью. С 1861 до 1877 г. здесь в своей скромной усадьбе Витенево в летние месяцы жил и работал Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. В те годы он был вначале сотрудником, а затем фактически редактором некрасовского «Современника». Историю своего владения Витиневым он рассказал в сатирическом произведении «Убежище Монрепо». М.Е. Салтыков-Щедрин любил свою усадьбу в Витеневе и сожалел, что жизненные обстоятельства заставили его продать ее. В Витеневе Салтыков-Щедрин писал «Историю одного города», «Письма из провинции», предпоследнюю главу «Господ Головлевых», сатирический цикл «Помпадуры и помпадурши», хронику «Наша общественная жизнь», «Благонамеренные речи», «Экскурсии в область умеренности и аккуратности» и другие произведения. Писатель очень любил природу средней полосы России. «Перенесите меня в Швейцарию, в Индию, в Бразилию, окружите какою хотите роскошною природой, накиньте на эту природу какое угодно прозрачное и синее небо, я все-таки везде найду милые мне серенькие тоны моей родины, потому что я всюду и всегда ношу их в моем сердце, потому что душа моя хранит их, как лучшее свое достояние», – так описал он свои ощущения словами одного из героев «Губернских очерков». Хотя Салтыков-Щедрин происходил из помещичьей семьи, он жил на средства, которые зарабатывал на государственной службе или литературным трудом. Он одно время увлекался сельским хозяйством и даже деятельно пытался наладить его в Витеневе, но в этом не преуспел. В конце концов он смирился и стал смотреть на Витенево только как на место отдыха в летние месяцы. В Витеневе в гостях у писателя бывали Н.А. Некрасов, И.С. Тургенев, А.Н. Плещеев. Покупка Витенева и связанные с этим расходы (деньги требовалось внести сразу) омрачили жизнь писателя. Салтыков-Щедрин обратился к матери, от которой и получил требуемую сумму под заемное письмо; однако из-за натянутых отношений между ними мать предъявила письмо к оплате раньше оговоренного срока, и в результате судебного процесса писатель весной 1877 г. вынужден был продать Витенево. Главный дом усадьбы Салтыкова-Щедрина не сохранился; он находился в парке, который теперь оказался на другом берегу канала. В советский период в Витинево долгие годы жил известный физико-химик академик И.А. Каблуков.
Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин (Салтыков, 1826–1889) – русский писатель-сатирик, публицист, демократ-просветитель в своем творчестве сочетал публицистичность и художественность, воссоздавал гротескно-сатирический образ русской бюрократии как порождение самодержавно-крепостнического строя. И сейчас чиновники разных территориальных уровней слишком часто остаются, как и в ХIХ в., алчными, ленивыми, равнодушными к нуждам рядовых россиян, сводят решение дел к бумажной волоките и пустословию. Произведения Салтыкова-Щедрина актуальны и в наши дни (см. «Губернские очерки», «Помпадуры и помпадурши», «Сказки», «Пошехонская старина» и др.). В «Истории одного города» (1869–1870) он пародируя официальную историографию, создал галерею образов градоправителей и иных чиновников, интересную и плодоносную для раздумий и в наши дни. В романе «Господа Головлевы» (1875–1880) он изобразил духовную и физическую деградацию дворянства.
Михаил Евграфович учился в Дворянском институте в Москве (1836–1838), а затем 6 лет в Царскосельском (с 1844 г. – Александровском) лицее. Хотя его тянуло к творческой жизни, финансовые соображения заставляли его быть на государственной службе. С 1844 г. он служил в Петербурге в канцелярии военного министерства, а в 1855 г. – в Министерстве внутренних дел, в 1858 г. – был вице-губернатором в Рязани, а с 1860 по 1862 г. – вицегубернатором Твери, затем был на службе в 1864–1868 гг., после чего в возрасте 42 лет и в чине действительного статского советника вышел в отставку.
![](_014.jpg)
М.Е. Салтыков-Щедрин
За свои критические произведения в 1840-х гг. он был сослан на 8 лет в Вятку (1848–1855). Но после этого он все равно продолжил писательский труд под псевдонимом Н. Щедрин и был на государственной службе. После «Губернских очерков» о нем заговорили как о наследнике Н.В. Гоголя. Он сотрудничал с Н.А. Некрасовым, входил в редакцию журнала «Современник». Из-за материальных соображений он периодически был на государственной службе, а в отставке полностью отдал себя творчеству. С 42 до 63 лет, т. е. более 20 лет, он наслаждался творчеством; талантом русского писателя служил своей Родине, своему народу. Литература была для него животворящей силой.
На южном берегу Пестовского водохранилища находятся пристань Пестово и дом отдыха «Пестово». Раньше это был дом отдыха МХАТа, в 1939–1940 гг. в нем отдыхали В.И. Немирович-Данченко, К.С. Станиславский, И.М. Москвин, В.И. Качалов (Шверубович) и многие другие известные артисты. Дом отдыха расположен в бывшей усадьбе генерала А.П. Ермолова (1777–1861), участника войны с Францией в 1805–1807 гг., героя войны 1812 г., завоевателя (1816–1827) и наместника Кавказа, с 1821 г. – главноуправляющего Грузией, в 1827 г. за покровительство декабристам уволенного в отставку. Сохранились отчасти переделанные центральный дом усадьбы и флигель.
Алексей Петрович Ермолов (1777–1861) был, без сомнений интересной, хотя отчасти и сложной личностью. Он всегда стремился расширять свой кругозор, повышать свой профессиональный уровень, умел заметить и оценить разные радости в жизни, умел видеть и извлекать пользу в любых жизненных ситуациях и никогда не унывать, не бездельничать, а работать. При этом самым главным в его жизни всегда было, конечно, служение Отечеству. Жизнь А.П. Ермолова – это достойный пример поведения благородного, гордого по духу русского человека, который считает своим первейшим долгом именно доблестное служение Отчизне, а не угождение властьпредержащим и их окружению во имя личного карьерного продвижения, получения материальных благ, обогащения, государственных наград и льгот. Жизнь Ермолова – убедительный пример того, что умный человек и в сложной ситуации найдет для себя достойное занятие и будет жить насыщенной полезными делами жизнью, приносящей удовлетворение и уважение сограждан.
Ермолов происходил из старинного, но небогатого рода. Его дальним предком был мурза Араслан Ермола, уехавший из Золотой Орды и служивший великому князю московскому Василию Ивановичу.
Ермолов целенаправленно стремился быть военным. Еще в юные годы он добился перевода из гвардии в действующую армию. Совсем молодым человеком он участвовал в Польском и Персидском походах. За доблестное участие в штурме Праги в 17 лет он был награжден орденом. Затем для расширения своего воинского опыта в качестве волонтера он участвовал в Генуэзской республике в сражениях между французами и австрийскими войсками. В 19 лет он вернулся в Россию, участвовал в штурме Дербента, за что снова был награжден орденом. В 20 лет он был произведен в чин подполковника и назначен командиром роты артиллерийского батальона.
![](_015.jpg)
Пестово. А.П. Ермолов
В 21 год его обвинили в участии в заговоре против императора Павла I, арестовали, заключили в Петропавловскую крепость, потом его сослали на вечное поселение в город Макарьев на Унже, затем перевели в Кострому. Но даже в этот тяжелый для него период Ермолов не терял время даром, он расширял свои познания в исторических и военных науках, выучил латинский язык, много читал. После смерти Павла I Ермолов был назначен командиром конно-артиллерийской роты. Его прямым начальником стал генерал А.А. Аракчеев, человек небольшого интеллекта и знаний, но сумевший добиться разными путями полного доверия императора Александра I. Рядом с умным, образованным, энергичным и гордым Ермоловым убожество Аракчеева было особенно очевидным, вот почему он начал откровенно травить своего подчиненного, конфликт следовал за конфликтом. Ермолов подал рапорт об отставке, но Аракчеев его не принял. Настал 1812 г., и началась война с Наполеоном. К тому времени Ермолов был уже авторитетным человеком в военных кругах. (Командуя ротой конной артиллерии, он отличился при Аустерлице и Прейсиш-Эйлау в 1807 г., в 1808 г. стал генерал-майором, в 1810 г. командовал артиллерийской бригадой, а затем и гвардейской пехотной дивизией.) Ермолов, несмотря на противостояния Аракчеева, был назначен в 1812 г. начальником штаба 1-й армии. Многие решения ему пришлось принимать единолично: на свой страх и риск, без санкций начальства, без коллективных решений – и он ни разу не ошибся. Именно Ермолов при Малом Ярославце приказал Дохтурову спешить к этому городу и тем преградить Наполеону путь в неопустошенные области. Ермолов стал одним из главных героев войны 1812 г.
![](_016.jpg)
Пестово. Церковь
В 1813 г. (в 36 лет) Ермолов стал генерал-лейтенантом, в 1816 г. его назначили командиром Отдельного Грузинского (позднее – Кавказского) корпуса и полномочным послом в Персии. В 1818 г. (в 41 год) он был произведен в генералы от инфантерии, а в 1821 г. стал главнокомандующим Грузией. Ермолов был сторонником последовательной и решительной политики по отношению ко всем кавказским горцам. Зная социальную психологию мусульман, он их заставил понятными им способами подчиняться и выполнять решения властей. В угоду политическим интересам России он навел порядок на Кавказе, вызвав при этом уважение и к себе, и к воинской силе России. При этом он добивался у высшей власти средств для должного проведения военной и хозяйственной политики на Кавказе. Ермолов рядом военных экспедиций убавил у непокорных горцев желание казаться неустрашимыми и непобедимыми, для их обуздания построил ряд крепостей, в том числе Грозный, упорядочил Военно-Грузинскую дорогу, всячески покровительствовал торговле, промышленности, виноделию, шелководству, перестроил и благоустроил Тифлис (Тбилиси), дал мощный толчок развитию Кавказских минеральных вод.
Будучи истинным сыном и патриотом России, Ермолов не допускал даже мыслей, чьих-либо дел и намерений, умалявших авторитет России, принижающих достоинство россиян. Ермолов призывал в 1814 г. в Париже императора Александра I и его брата Николая понять усталость солдат и офицеров от нескольких лет войны, осознать недопустимость унижения россиян в побежденной ими стране. В 1817 г., когда русское посольство во главе с Ермоловым отбыло в Персию, персидские дипломаты потребовали, чтобы он предстал перед наследником шахского престола в его резиденции без сапог, одев красные чулки и оставив во дворе свою русскую свиту, на что Ермолов ответил, что является посланцем великой державы и подобное позволить себе не имеет права, при всем его уважении к сыну персидского шаха.
Ермолов не допускал даже мыслей о добровольной передаче Россией кому-либо из ее соседей своих территорий, приобретенных ранее в процессе войн с ними или полученных в виде компенсации за что-либо. Так, когда Александр I, не придавая особого внимания земельным приобретениям России по Гюлистанскому мирному договору с Персией от 1813 г., был готов частично вернуть эти земли Персии, Ермолов сделал все от него зависящее, чтобы не допустить этого.
В любом возрасте и при любом состоянии своего здоровья Ермолов был готов защищать интересы своей Родины. Летом 1825 г., когда произошло очередное восстание в Чечне (оно было как никогда кровавым), тяжело больной Ермолов (ему 48 лет) возглавил новый поход против горцев, против объединенных отрядов чеченцев и лезгин. Он и нездоровым сумел заставить организаторов беспорядков утихомириться, уважать интересы России, подчиниться решениям центральной власти. Войска под командованием Ермолова прошли почти всю Чечню, разбили объединенные войска чеченцев и лезгин, решительно карали немирные аулы, заставили горцев унять их воинственный пыл. Во время Крымской войны, в ее разгар, в 7 российских губерниях Ермолова выбрали начальником ополчения. В Московской губернии его выбрали начальником ополчения в 1855 г. (ему 78 лет), и он согласился принять эту должность. В Москве и Подмосковье Ермолов всегда пользовался особым почетом и уважением.
Хотя почти все силы и время Ермолова уходили на воинское служение России, он тем не менее успел многому радоваться в жизни, в том числе успевал оценить прелести красивых женщин Кавказа. От трех черкешенок у него были 4 сына (получивших от императора Александра I права его законных детей) и дочь, вышедшая замуж за горца и оставшаяся мусульманкой.
Новый император Николай I считал себя большим знатоком в военных и гражданских делах, но на фоне ярких военных и хозяйственных успехов Ермолова и его славы царь чувствовал себя не вполне уютно. Николай I сузил возможности для реализации всех разноплановых талантов Ермолова, ограничил его деятельное участие в решении государственных дел. Кроме того, он помнил, что Ермолов как минимум сочувствовал декабристам. В таких условиях Ермолов был вынужден подать прошение об отставке с военной службы в 1827 г. (ему 50 лет). Он был назначен членом Государственного совета, но при императоре Николае I этот Совет реально мало что решал. Вот почему в 1839 г. Ермолов подал прошение об увольнении его якобы из-за болезни. После увольнения он скромно жил; больших средств он себе не нажил. Но он не очень жалел об этом: его совесть по большому счету была чиста. С 62 лет Ермолов жил или в Москве, или в этой его подмосковной усадьбе, или в имении его родителей в Орле. Он писал мемуары, много читал, переплетал книги, размышлял с оставшимися в живых друзьями о прожитой жизни. Его мемуары – «Записки» вышли из печати только после его смерти; в них он рассказал о своей жизни, современниках, исторических событиях, старался доказать, что умение выбирать грамотных, верных и честных людей редко встречается в правителях, слишком часто недооценивающих способности своих подданных и должным образом не знающих русскую историю.
Ермолов дожил до глубокой старости, умер в Москве в возрасте 84 лет (очень много по тем временам, средняя продолжительность жизни в России тогда была немногим более 30 лет).
В 37 км от Москвы и в 6 км от города Пушкино находится город Ивантеевка – значительный центр легкой, преимущественно текстильной промышленности. Среди основных предприятий города – крупный текстильный комбинат и при нем вязально-трикотажный техникум, литейно-механический завод, опытный завод НИИ тракторосельхозмаш, научно-испытательный полигон дорожных машин и др. В советский период достопримечательностями Ивантеевки стали опытный питомник и селекционно-дендрологический сад НИИ лесного хозяйства. Город сформировался на основе двух старинных населенных пунктов – сел Вантеево и Копнино. В середине XVI в. в селе Вантеево возникла первая в России бумажная фабрика (мельница). Старинное село Вантеево, или Ивантеевка впервые упоминается в 1586 г. как село, принадлежавшее Троице-Сергиевому монастырю. Раньше из-за недостатка земли местные жители здесь занимались столярным и токарным ремеслом или работали на окрестных фабриках. Исторически постепенно несколько сел и деревень образовали современный город – один из важных центров мануфактурного производства в Подмосковье. Ивантеевка является родиной писателя-юмориста, актера и яркого рассказчика И.Ф. Горбунова (1831–1895/96). Среди его наиболее известных произведений – «Сцены из народного быта», «Сцены из купеческого быта». В своих устных рассказах он талантливо изобразил жизнь родного села, мещанский и купеческий быт. В Ивантеевке сохранились два интересных памятника церковной архитектуры: Спасская церковь в бывшей усадьбе Е.О. Баташовой (1808 г., арх. А.Н. Бакарев; находится в исторической местности Вантеево, Конино) и деревянная Георгиевская церковь (конец XIX в.). Краснокирпичная с богатым белокаменным убранством Спасская церковь является оригинальным образцом романтического направления в архитектуре классицизма, она поражает неординарностью своих архитектурно-художественных достоинств. Рубленое, обшитое тесом здание Георгиевской церкви простотой и гармонией своих форм надолго притягивает взгляд.
![](_017.jpg)
Ивантеевка. Церковь Георгия Победоносца
![](_018.jpg)
Комягино. Церковь Сергия Радонежского
В 3 км от станции Ивантеевка, в селе Комягино, сохранилась редкой красоты Сергиевская церковь под черепицей, сооруженная в 1678 г. в вотчине стольника Н.И. Акинфова – видного деятеля петровского времени, выступавшего против чрезмерно быстрого проведения в России реформ и осужденного Петром I. К сожалению, внутреннее убранство храма не сохранилось. Эта церковь остается одним из лучших памятников – представителей древнерусского зодчества в Подмосковье. Известно это село и тем, что здесь в XVIII в. была усадьба дипломата К.Н. Бестужева-Рюмина.
В 8 км от станции Правда расположено село Ельдигино с Троицкой церковью, построенной в 1735 г. в усадьбе Ельдигино князя, сенатора А.Б. Куракина (1697–1749). В 33 года этот состоятельный человек, тогда уже тайный советник и конференц-министр, только что вернувшийся из Парижа, где он состоял полномочным послом, женился на Александре Ивановне Паниной (1711–1786), сестре знаменитых графов Никиты и Петра Паниных. У них родились 1 сын и 8 дочерей. В их большом и богатом доме в Москве княгиня А.И. Куракина устроила домовую церковь во имя Святой Троицы, где всю жизнь, если позволяло здоровье и обстоятельства, отстаивала обедню. Именно она настояла на строительстве храма во имя Святой Троицы и в их подмосковной усадьбе Ельдигино, строительство которого завершилось через 5 лет после их свадьбы. Троицкий храм в Ельдигине принадлежит к типу центрических сооружений, в основе его композиции лежит равноконечный крест. 4 центральных пилона поддерживают 8-гранный световой барабан, увенчанный сомкнутым сводом и стройным фонариком в основании главы. Фасады храма обработаны парными пилястрами и плоскими наличниками. Сохранились главный иконостас, современный времени строительства этой церкви, масляная живопись конца XIX в. Храмовую колокольню построили в 1842 г. Кроме Троицкого храма от бывшей усадьбы князей Куракиных сохранился также усадебный парк с системой террасных прудов.
![](_019.jpg)
Ельдигино. Церковь Троицы Живоначальной
Во второй половине XIX в. владельцами усадьбы были промышленники-мануфактуристы с купеческим прошлым – Арманды. Их женившийся в 1893 г. старший сын Александр Евгеньевич с молодой и очень привлекательной 19-летней женой Инессой Теодоровной (Федоровной) Стефан (1874–1920) поселились в их подмосковной усадьбе Ельдигино и нечасто приезжали в родительский дом-усадьбу в Пушкине (см. стр. 22–25).
В Ельдигине вблизи Троицкой церкви сохранился дом, в котором с 1894 по 1903 г. жили А.Е. и И.Ф. Арманды. В этом двухэтажном доме в советский период открыли школу. Для И.Ф. Арманд годы жизни в Ельдигине – первые годы после ее замужества – были, вероятно, очень счастливыми. Здесь у молодых супругов Армандов родились и росли 4 детей – 2 сына и 2 дочки. И.Ф. и А.Е. Арманды организовали школу в Ельдигино для крестьянских детей, и И.Ф. Арманд преподавала в ней. Здесь, в большой мере под влиянием репетитора ее сыновей Е.Е. Каммера, она выбрала революционную идеологию, стала оказывать значимое содействие революционерам, сама стала постепенно приобщаться к революционной деятельности. А.Е. Арманд имел прогрессивные взгляды, одно время был увлечен земской деятельностью, был гласным губернского собрания, членом Московского лесохранительного комитета, заседал в «Особом городском присутствии по разбору и призрению нищих» (благотворительная организация), но о революциях и преобразованиях не думал. Жена же его и младший брат Владимир верили в необходимость революционных действий, неудивительно, что общие интересы сблизили их и они полюбили друг друга. В 1902 г. 28-летняя И.Ф. Арманд ушла от мужа, в новом гражданском браке у нее родился сын. С первым мужем Инесса Федоровна сохранила хорошие дружеские отношения, и именно он в конце концов воспитывал детей. В совместной жизни с Владимиром у них были тюрьма, ссылки, эмиграция, в 1909 г. В.Е. Арманд умер от туберкулеза в Швейцарии. В этом же году И.Ф. Арманд познакомилась с В.И. Ульяновым-Лениным, начался их роман. Ленин больше думал о своей исторической миссии, сохранении исторического авторитета и безукоризненной репутации. Беременность И.Ф. Арманд и рождение их дочери в 1914 г. скрыли, его письма к ней он потребовал вернуть ему, они расстались. Ленин решил, что надежнее ему остаться с верным другом и официальной женой Н.К. Крупской (1869–1939). И.Ф. Арманд имела возможность сравнить все ее романы, но самые счастливые ее годы прошли именно в Ельдигине. Где бы ни была И.Ф. Арманд, она всегда с особым теплом вспоминала годы, проведенные в усадьбе Ельдигино.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?