Читать книгу "Веселые истории о школьниках"

С днём рождения!

Утром впечатлительную Фокину потряс Верочкин праздничный вид. Одноклассницы окружили Верочку, и добрая Фокина ласково спросила:

– Чего вырядилась?

Верочка смутилась:

– У меня, девочки, сегодня день рождения.

Все наперебой стали поздравлять её. Только отзывчивая Фокина и толстушка Кучкина не приняли участия в общем оживлении.

Не спеша, вразвалочку к одноклассницам подошёл гроза школы Орлов. Нарочито грубо позвал:

– Вер, поди на минутку.

Девочки замерли в трепетном ожидании. Верочка оглянулась на них и покорно поплелась за Орловым.

Фокинская шея мгновенно устремилась вослед.

– Куда это он её? – задала вопрос любознательная обладательница длинной шеи.

У колонны Орлов и Верочка остановились. Орлов вынул из брючного кармана шоколадный батончик и протянул Верочке.

– С днём рождения, Вер!

Он наклонился, быстро чмокнул Верочку в щёку и кинулся прочь, в бурлящую перемену.

Шея наблюдательной Фокиной нехотя вернулась на место. А сама смышлёная Фокина еле дождалась Верочкиного возвращения и, глядя на шоколадный батончик, громко сказала:

– Это он ей за поцелуй подарил.

– Неправда! – оскорбилась Верочка.

Последние слова толстушка Кучкина уже не услышала. Взгляд её был обращён в противоположную сторону. Там, возле стены, маленький Лагутин достал из портфеля бутерброд, нежно посмотрел на него, поправил сползший на сторону кусочек колбасы и приготовился есть. Кучкина неровной грозовой тучей двинулась на него.

– Лагутин, поцелуй меня! – прогремел над головой мальчишки раскатистый кучкинский бас. – Разрешаю.

От страха маленький Лагутин вжался в стену и высоко поднял бутерброд над головой.

Кучкина подошла вплотную. Правой рукой взяла Лагутина за шею и прижалась щекой к его губам. Левой – выхватила бутерброд.

– За поцелуй, – пояснила она.

Маленький Лагутин не смел пошевелиться. Он видел, как уходила Кучкина, унося заветный бутерброд.

Кучкина вернулась к девочкам. Те молчали. Даже находчивая Фокина не нашла, что сказать.

Это было вторым самым сильным потрясением за сегодняшний день. И возвышенная Фокина стойко вынесла его с раскрытым от удивления ртом.

«Крыша»

Лагутин был самым маленьким и худым в классе. Его каждый обидеть мог. А после того, как могучая Кучкина отобрала у него бутерброд, он и вовсе столкнулся, как оказалось, с неразрешимой проблемой.

Дело в том, что толстушке Кучкиной понравилось лакомиться лагутинскими завтраками. Она подкарауливала его на переменах и забирала бутерброды себе.

Нельзя сказать, что Лагутин не пытался с этим бороться. Поначалу он прятался в раздевалке или в спортзале и тайком наскоро перекусывал. Но Кучкина выслеживала его, а после и вовсе стала на уроках показывать из-под парты кулак, так что бедному Лагутину ничего не оставалось, как добровольно расставаться с завтраками.

Как только Кучкина получала желаемое, она тут же теряла интерес к его хозяину.

Каждое утро Лагутин с тоской наблюдал, как мама искусно нарезает хлеб, колбасу, сыр и ловко пакует всё это в фольгу. Он ломал голову над тем, как прекратить безобразие и избавиться от прожорливой одноклассницы.

Однажды, после того как заветный серебристый свёрток перекочевал в полные кучкинские руки, к Лагутину подошёл крепыш Пузырёв.

– Чего сам не ешь? Не хочется? – безразлично спросил он.

– Ещё как хочется! – возразил Лагутин. – Только она всё требует и требует, – пожаловался он.

– Так это же рэкет! – неизвестно чему обрадовался упитанный Пузырёв.

– Рэкет, – вздохнув, согласился Лагутин. – И ничего с этим нельзя поделать.

– Как нельзя? – удивился Пузырёв. – Так не бывает.

Он посмотрел на уплетающую бутерброды Кучкину, и у него возникла идея.

– Не боись, что-нибудь придумаем, – пообещал маленькому Лагутину Пузырёв.

– Что? – с надеждой спросил тот.

– А вот что. Приноси завтра бутерброд. Только побольше.

На другой день Кучкина по обыкновению подошла к Лагутину. А тот на сей раз и не прятался.

– Давай, – потребовала она и протянула руку за серебристым свёртком.

Но свёрток вдруг перехватил Пузырёв.

– Знаешь, Кучкина, как это называется? – прищурясь, спросил он.

– Как? – растерялась толстушка. А смутил её не столько вопрос, сколько то, что заветный завтрак очутился в посторонних руках.

– Называется это, Кучкина, рэкет! И я намерен его прекратить, – разворачивая фольгу, сказал упитанный Пузырёв. – Дело в том, Кучкина, что я – «крыша»! «Крыша» Лагутина. Подтверди! – велел он, откусывая от бутерброда приличный кусок.

Лагутин кивнул.

– А это, Кучкина, значит, что он под моей защитой, – сурово продолжил Пузырёв, не забывая набивать рот. – Это ясно?

Толстушка окинула взглядом крепыша, прикинула, что он, пожалуй, поупитанней её будет, пробурчала что-то невнятное и укатилась восвояси.

– Ура! – обрадовался Лагутин и даже подпрыгнул.

– Нет проблем, приятель! – улыбнулся Пузырёв. – Теперь ты будешь отдавать бутерброды мне! А если возникнут какие трудности – обращайся. Помогу. Ведь я – твоя «крыша»!