Текст книги "Подлинная история СССР"
![](/books_files/covers/thumbs_240/podlinnaya-istoriya-sssr-150629.jpg)
Автор книги: Владимир Литвиненко
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Таблица 2.6. Население СССР в 1927–1952 гг.
![](i_015.png)
![](i_016.png)
* «Нормальные» уровни естественного прироста населения:
Таблица 2.7. Население России в 1992–2007 гг.
![](i_017.png)
![](i_018.png)
* Уровень естественного прироста населения в 1990 г. – 0,22 %.
** Численность населения за вычетом миграционного прироста (4,3 млн. чел) в 1992–2007 гг.
Цифры фактической динамики населения СССР в 1927–1952 гг. приведены в таблице 2.6. в двух вариантах: по данным ЦСУ СССР (1964 г.) и по данным книги Андреева Е.М., Дарского Л.Е. и Харьковой Т.Л. «Население Советского Союза. 1922–1991 гг.». Книга Андреева Е.М., Дарского Л.Е. и Харьковой Т.Л. – последнее подробное исследование динамики населения СССР, выполненное профессионально и добротно, но оно было проведено в 1991–1993 гг. – в период «истерического демократизма». Атмосфера злобного антисоветизма того времени сказалась на позиции авторов. В частности, их отношение к 30-м годам прошлого века четко характеризует следующий фрагмент из книги: «Кроме непосредственных смертей от голода 1933 г. и расстрелов в 30-х годах, к потерям следует отнести сокращение продолжительности жизни людей, поставленных в ужасающие условия. Надо учесть ухудшение жизни всего народа, снижение потребления, а также нагнетание всеобщей подозрительности и страха, постоянного состояния стресса. Огромные массы людей: ссыльные, заключенные в тюрьмах и лагерях – находились в особо тяжелых условиях, и их смертность была очень высокой».
Это мнение не соответствует реалиям 30-х годов прошлого века. Смертность среди заключенных в те годы, как уже было показано, не была «очень высокой». Никакого «ухудшения жизни всего народа, снижения потребления» не было. Наоборот, мои сельские родственники даже в благополучные 70-е годы говорили: «Так хорошо, как перед войной, мы больше никогда не жили». Об улучшении жизни населения страны с середины 30-х годов пишет дипломат и журналист В.М. Бережков: «Если перечислить продукты, напитки и товары, которые в 1935 г…появились в магазинах, то мой советский современник, пожалуй, не поверит. В деревянных кадках стояла черная и красная икра по вполне доступной цене. На прилавках лежали огромные туши лососины и семги, мясо самых различных сортов, окорока, поросята, колбасы, названия которых теперь никто не знает, сыры, фрукты, ягоды – все это можно было купить без всякой очереди и в любом количестве. Даже на станциях метро стояли ларьки с колбасами, ветчиной, сырами, готовыми бутербродами и различной кулинарией. На больших противнях были разложены отбивные и антрекоты. А в деревнях в любом дворе в жаркий день… вам выносили кружку молока или холодной ряженки и не хотели брать деньги».
Есть много свидетельств, что уровень жизни в СССР в предвоенные годы был значительно выше, чем в соседних странах. Это подтверждается, в частности, тем, что в золотом эквиваленте бюджеты ряда восточноевропейских государств в расчете на душу населения были во много раз меньше, чем в СССР: в Литве – в 35 раз, в Латвии – в 43 раза, а в Польше – в 47 раз.
В «Новом мире» опубликованы воспоминания Анатолия Гулина о пребывании в немецком плену, а затем в итальянском партизанском отряде. Он пишет: «Не будет лишним отметить, что лагерная жизнь в значительной мере повлияла на мировоззрение многих обитателей лагерей. Большинство из тех, кто ранее к советской власти относился отрицательно и ругал ее почем зря, теперь становились ярыми ее сторонниками и вспоминали жизнь в Советском Союзе добрым словом. Позже, оказавшись на чужбине, я заметил, что многие, вольно или невольно сравнивая жизнь за рубежом с жизнью в Советском Союзе, становятся пропагандистами идей социализма, восхваляя (иногда греша при этом против истины) существующие в Советском Союзе законы, порядки, саму жизнь, поднимая авторитет нашей страны в глазах иностранцев…».
О пребывании в Италии Гулин вспоминает: «Простые люди имели весьма слабое представление о России. Когда на вопрос, откуда я, я ответил, что с Урала, из города Челябинска, это только озадачило моего собеседника. О существовании Уральских гор и Челябинска никто из тех итальянцев, с кем я тогда беседовал, представления не имел. Тогда я решил сказать, что я из Сибири. Сибирь-то во всем мире знают. Сибиряк? – удивился итальянец. Но ведь у вас лицо не покрыто волосами и нет рожек на голове. Какой же вы сибиряк? Дело в том, что на немецких плакатах сибиряки изображались волосатыми и с рожками. С большим трудом мне удалось убедить его, что сибиряки ничем не отличаются от остальных людей. Вообще меня поражала скудость их знаний о мире за пределами Италии. Наш рядовой колхозник в сравнении с итальянскими крестьянами выглядит академиком… Наш быт был им непонятен, кое-что у них вызывало удивление и недоверие. В частности, очень удивляло, что у нас бесплатное обязательное семилетнее обучение, бесплатное медицинское обслуживание, очень низкая квартплата и нет безработицы».
Общественная атмосфера страны 30-х годов отражена в заголовках разделов книги «Москва. 1937» великого немецкого писателя Лиона Фейхтвангера: «Удовлетворенность в Советском Союзе», «О счастливой жизни советских граждан», «С каждым днем все лучше и лучше», «Государство – это мы», «Еще раз о счастье советских граждан». Вот что он писал: «Я замечал с удивлением и вначале скептически, что в Советском Союзе все люди, с которыми я сталкивался – притом и случайные собеседники, которые не могли быть подготовлены к разговору со мной, – хотя иной раз и критиковали недостатки, были, по-видимому, вполне согласны с существующим порядком в целом. Да, весь громадный город Москва дышал удовлетворением и согласием, и более того – счастьем».
А вот свидетельство еще одного «независимого эксперта». Через год с небольшим после нападения Германии на СССР начальник немецкой полиции безопасности и СД описал (сообщение № 309 от 17 августа 1942 г.) впечатления немецкого населения о пленных советских солдатах и угнанных в Германию советских гражданах: «Исключительно большая роль в пропаганде отводится ГПУ. Особенно сильно на представления немецкого населения воздействовали принудительные ссылки в Сибирь и расстрелы. Немецкие предприниматели и рабочие были очень удивлены, когда германский трудовой фронт повторно указал на то, что среди остарбайтеров нет таких, кто бы подвергался у себя в стране наказанию. Что касается насильственных методов ГПУ, которые наша пропаганда надеялась во многом еще подтвердить, то, к всеобщему изумлению, в больших лагерях не обнаружено ни одного случая, чтобы родных остарбайтеров принудительно ссылали, арестовывали или расстреливали. Часть населения проявляет скептицизм по этому поводу и полагает, что в Советском Союзе не так уж плохо обстоит дело с принудительными работами и террором, как об этом всегда утверждалось, что действия ГПУ не определяют основную часть жизни в Советском Союзе, как об этом думали раньше…» (курсив мой. – В.Л.).
* * *
Данные вышеприведенных таблиц 2.6. и 2.7.свидетельствуют о следующем.
1. Общие невоенные потери населения СССР в 1927–1953 гг. в десятки раз меньше, чем считают антикоммунисты. В абсолютном выражении потери населения СССР (7,8–8,9 млн. чел.) за 26 лет сталинской эпохи в 1,3–2,1 раза меньше потерь населения России (12,0—16,6 млн. чел.) за 16 постсоветских лет.
2. По интенсивности потерь населения современный «демократический строй» превосходит «жестокую сталинскую тиранию» в 6–8 раз (примечательно, что даже при преувеличенных данных о числе погибших от голода в 1933 г. среднегодовые потери населения в СССР были в 2–3 раза меньше, чем сейчас в России).
Отметим еще один важный факт: среднегодовые потери населения в СССР в 30-е годы прошлого века с их «страшным голодом», «ужасами коллективизации «и «чудовищными репрессиями», оказывается, были в несколько раз меньше, чем в нынешней России.
3. Уменьшение численности населения СССР в рассмотренном периоде было лишь однажды – в 1933 г. Это говорит об эффективности советской власти, которая быстро справилась с косившей людей бедой (голодом) и не допустила ее повторения в последующие годы. В современной России власть пока ничего не может поделать с продолжающейся с 1993 г. убылью населения страны.
4. «Жуткие репрессии» 1937–1939 гг. не оказали сколько-нибудь заметного влияния на демографические показатели: никаких аномалий в приросте населения страны в эти годы не было. Это значит, что репрессии, вопреки распространенному среди антикоммунистов мнению, не были «массовыми»: они затронули, главным образом, тонкий слой партийной и управленческой элиты.
* * *
Итак, бесстрастные цифры демографической статистики свидетельствуют, что никакого «Большого террора» в природе не существовало. Была тщательно спланированная и успешно осуществленная с помощью Р. Конквеста дезинформационная спецоперация «холодной войны» – «Большая Ложь об СССР». А наши простаки (или хуже?) типа Григория Явлинского с легкостью поверили в эту чушь и время от времени гневно бормочут о «Большом Государственном Терроре».
«Большую Ложь об СССР» до сих пор любовно лелеют враги Советского Союза: она дает им возможность обвинять весь советский народ в поддержке «бесчеловечной тоталитарной системы», и периодически требовать от нас покаяния. Очередной раз это требование в виде призыва к «самоосмыслению» прошлого высказал один из ярых проповедников Большой Лжи Александр Солженицын в интервью журналу «Шпигель», выдержки из которого опубликованы в «Комсомольской правде» от 31 июля 2007 года.
Полагаю, Александру Исаевичу еще в середине 90-х годов следовало бы начать с себя. Уже тогда было совершенно очевидно, что ему в процессе «самоосмысления» своего прошлого стоило бы:
– покаяться в распространении лживых, в десятки раз превышающих реальные данные (это документально доказано в работах В.Н. Земскова, А.Н. Дугина, В.Ф. Некрасова и др.), сведений о числе погибших от репрессий советской власти;
– отозвать из библиотек мира и уничтожить все экземпляры книги «Архипелаг ГУЛАГ», в которой обнаружено (об этом см., например, книгу В. Бушина «Александр Солженицын») опасное для нравственного здоровья людей (в первую очередь, для населения России) содержание духовного яда: исторической клеветы, искажений и грязных домыслов;
– повиниться перед всем миром в соучастии в убийстве великой советской цивилизации, что привело к продолжающейся по сей день деградации и вымирании населения России: среднегодовые «неестественные» потери российского населения в 1992–2006 гг. в 2,5 раза выше, чем потери населения СССР в 30-е годы прошлого века с их «страшным голодом», «ужасами коллективизации «и «чудовищными репрессиями»;
– установить на свои нажитые неправедным путем финансовые средства во всех регионах России памятники миллионам жертв политических и экономических репрессий постсоветского периода: погибших и искалеченных в межнациональных, религиозных, этнических и криминальных войнах и конфликтах, беженцев, вынужденных переселенцев, бомжей, неграждан, «раскулаченных» пенсионеров, инженерно-технических и научных работников, учителей, врачей и т. д.;
– завершая «самоосмысление», уйти в монастырь и до скончания века замаливать свою великую вину перед народами России.
Но Солженицын, в отличие от Александра Зиновьева и Владимира Максимова, не смог преодолеть гордыню и ушел из жизни, не покаявшись в тяжелых своих грехах. А потому ни уважения, ни памяти народной он не достоин.
Часть 3
Великая Отечественная война
Предатель и перебежчик Владимир Резун, пишущий под псевдонимом Виктор Суворов, «доказывает» в книгах «Ледокол» и «День-М», что Сталин готовился напасть на Германию 6 июля 1941 года, но Гитлер его опередил на две недели[17]17
Резун уверен, что это он самостоятельно пришел к такой версии начала войны. Думаю, что ее ненавязчиво и незаметно подсказали Резуну соответствующие спецслужбы – они это умеют.
[Закрыть].
Военные историки всего мира относятся к убогой версии Резуна о планах нападения СССР на Германию 6 июля 1941 г. так же, как физики к теории «теплорода». В течение многих лет Резуну многократно терпеливо и популярно объяснялось, что врать, тем более много и самозабвенно, – нехорошо, что факты искажать нельзя, что при цитировании нужно хотя бы смысл высказывания передавать точно, и что вообще с точки зрения истории, военной науки, логики и просто здравого смысла выводы его книг «Ледокол» и «День-М» представляют собой примитивный туземный бред. Но страдающий тяжелой формой антикоммунистического слабоумия Резун продолжает нести свою ахинею о начале войны. А вместе с ним и его российские апологеты типа Эдварда Радзинского, Юрия Афанасьева, Гавриила Попова, Бориса Соколова и др. тоже талдычат о намерении Сталина напасть на Германию в июле 1941 года.
У Эдварда Радзинский, например, в книге «Сталин» имеется параграф «Он сам готовился к нападению». В этом параграфе в благожелательном тоне изложена версия Резуна: «Офицер Главного разведывательного управления Владимир Резун решился остаться на Западе, чтобы опубликовать некое открытие, которое мучило его всю жизнь. Все началось на занятиях в Академии. На лекциях по стратегии Резун услышал: если противник готовится к внезапному нападению, он должен прежде всего стянуть свои войска к границам и расположить аэродромы как можно ближе к линии фронта. На лекции по военной истории Резун услышал о том, что Сталин, поверив Гитлеру, оказался совершенно не готов к войне. Он допустил серьезнейшие ошибки и, в частности, стянул к границе лучшие свои части и расположил свои аэродромы на самой границе с немцами. Резун начал изучать этот вопрос и с изумлением понял: оказывается, доверчивый Сталин после заключения пакта бешено наращивал темпы вооружений и накануне войны разворачивал все новые и новые дивизии у самой границы – по всем правилам стратегии внезапного нападения. И Резун спросил себя: что же получается? Выходит, сам Сталин собирался напасть на Гитлера? Да, заключив пакт с Гитлером, Сталин толкнул его на новые завоевания. И пока Германия упоенно воевала, уничтожая капиталистическую Европу, Хозяин готовил Большую войну с Гитлером. Победив в этой войне, он становился освободителем обескровленной Европы и ее повелителем. Сначала – «СССР всей Европы». А дальше – «только советская нация будет», как обещал поэт. Что ж, Хозяин точно оценил важность появления Гитлера для победы Великой мечты».
А вот еще один известный апологет Резуна. В книге «Заметки о войне» Гавриил Попов пишет: «Я хочу надеяться, что наши лидеры… рассекретят, наконец, все касающееся наших планов начала войны в 1941 году. И скажут народу правду: коммунистический режим Сталина собирался первым напасть на Германию…».
Ну, во-первых, все имевшиеся планы советского военного командования предвоенного периода опубликованы в 90-х годах прошлого века и к настоящему времени подробно проанализированы (см., например, книгу О.В. Вишлева «Накануне 22 июня 1941 г.»). А во-вторых, после многочисленных публикаций, обстоятельно препарировавших фантазии книг «Ледокол» и «День-М», для человека, имеющего ученую степень, как-то даже неприлично повторять измышления Резуна-Суворова о намерениях Советского Союза напасть летом 1941 г. на Германию.
Сейчас уже всем ясно, что в пользу бредовой версии Резуна никаких здравых аргументов у его сторонников нет. Поэтому их действия все более абсурдны и часто соответствуют поговорке «в огороде бузина, а в Киеве – дядька». Книга «Правда Виктора Суворова-3» – это как раз тот случай. Собранные в ней статьи, по мнению составителя Дмитрия Хмельницкого[18]18
Издательство характеризует Д. Хмельницкого как Dr. Ing. (по-нашему – кандидат технических наук), архитектора и историка сталинской архитектуры, живущего в Берлине.
[Закрыть], подтверждают версию Резуна-Суворова о подготовке Сталиным нападения на Германию 6 июля 1941 года. На самом деле из одиннадцати статей сборника только две содержат материал в поддержку версии Резуна (статья Владимира Бешанова «Миф о неготовности» и статья самого составителя «Антирезунизм как субкультура»). В остальных девяти статьях поддержкой версии Резуна даже не пахнет: семь статей никакого отношения к заявленной теме не имеют, а статьи Валерия Данилова «Стратегия начала войны» и Богдана Мусиаля «Мы схватим капитализм за шиворот» вообще нужно отнести к антирезуновским, поскольку их авторы имеют другое мнение относительно даты нападения СССР на Германию. Валерий Данилов пишет: «Конечно же, несостоятельны утверждения о конкретных сроках нападения на Германию. Ни в «августе – сентябре», ни тем более «6 июля» Красная Армия, да и сам Генштаб к такого рода акции не могли быть готовы…». Богдан Мусиаль высказывается еще определеннее: «Но в 1941 г. не могла планироваться война против Германии, так как Красная Армия не была готова к военному конфликту с таким сильным противником, как вермахт…»
Бред Резуна еще можно как-то объяснить: предатель всегда люто ненавидит то, что предал. Потому и прибегает ко лжи, фальсификации и упрямо за них держится. А вот тупое повторение многократно разоблаченного резуновского вранья радзинскими, афанасьевыми, поповыми, соколовыми, хмельницкими и иже с ними можно объяснить лишь одним – редукцией их мыслительной деятельности, т. е. слабоумием.
* * *
Наряду с этим, антисоветчики распространяют версию о том, что если бы в Великой Отечественной войне победили фашисты, то мы бы давно наслаждались благами цивилизации, в частности, баварским пивом. Эту бредовую мысль в несколько измененном виде изложил в 1989 году известный журналист Александр Минкин в статье «Чья победа?»
Прошло 16 лет, появилось большое число публикаций о бесчеловечной политике нацистов по отношению к народам СССР, но Минкин свое мнение не изменил и в 2005 году повторил публикацию статьи «Чья победа?». Нужно сказать, что статья содержит большой набор антисоветских придурковатостей в отношении Великой Отечественной войны, в том числе и обсужденные ранее глупости об «уничтожении талантливых полководцев и вообще командного состава Красной Армии», о «тупой вере в дружбу и честность фюрера» и об уничтожении лучших разведчиков «за провокации». Но все эти глупости меркнут перед главной «идеей» статьи, выраженной фразой: «А вдруг было бы лучше, если бы не Сталин Гитлера победил, а Гитлер – Сталина?» Развивая этот тезис, Минкин пишет: «…В 1945-м погибла не Германия. Погиб фашизм. Аналогично: погибла бы не Россия, а режим. Сталинизм…. Может, лучше бы фашистская Германия в 1945-м победила СССР. А еще лучше б – в 1941-м! Не потеряли бы мы свои то ли 22, то ли 30 миллионов людей. И это не считая послевоенных «бериевских» миллионов… Мы освободили Германию… Может, лучше бы освободили нас?.. Вполне вероятно, что рабство под Гитлером не длилось бы дольше, чем под Сталиным, а жертв, может быть, было бы меньше…Согласитесь, ведь тысячелетний рейх – это же бред. Долго ли смогли бы победившие фашисты удерживать побежденную Европу?.. Партизаны… союзники… – все это развалило бы тысячелетний рейх лет за пять… Свобода от сталинизма пришла бы в 1941-м, а от захватчиков – в том же 1945-м, максимум в 1948-м».
Понятна «мысль» журналиста? Минкин уверен, что было бы лучше, если бы в Великой Отечественной войне победили фашисты. Он, видимо, полагает, что если бы советский народ не сопротивлялся нашествию, то он бы благополучно пережил оккупацию, как, скажем, пережили войну народы оккупированных Дании, Норвегии и т. д.
На самом деле немецкий фашизм готовил для народов СССР судьбу, кардинально отличающуюся от судьбы народов покоренных западноевропейских стран. Что же ждало нашу страну, народ в случае победы немецких фашистов? Об этом с предельной откровенностью и ясностью говорили сами руководители фашистской Германии.
Гитлер: «…Надо любыми средствами добиваться, чтобы мир был завоеван немцами. Если мы хотим создать нашу великую германскую империю, мы должны прежде всего вытеснить и истребить славянские народы – русских, поляков, чехов, словаков, болгар, украинцев, белорусов. Нет никаких причин не сделать этого…» (из книги «Майн кампф»).
Гиммлер: «Нашей задачей является не германизировать Восток в старом смысле этого слова, то есть привить населению немецкий язык и немецкие законы, а добиваться того, чтобы на Востоке жили люди только действительно немецкой, германской крови» (из предисловия к номеру журнала «Дойче арбайт», посвященного задачам колонизации Востока).
Борман: «Славяне должны работать на нас. В той мере, в какой они нам не нужны, они могут вымирать. Поэтому обязательное проведение прививок и медицинское обслуживание со стороны немцев является излишним. Размножение славян нежелательно… Образование опасно. Для них достаточно уметь считать до ста. В лучшем случае приемлемо образование, которое готовит для нас полезных марионеток» (из письма Розенбергу).
Как видите, в отношении славян вообще и русского народа в частности руководители третьего рейха намеревались осуществить геноцид. Международный Военный трибунал, заседавший в Нюрнберге с 20.11.1945 г. по 01.10.1946 г., документально доказал, что программа геноцида славян и других народов начала методично и безжалостно выполняться фашистами уже в ходе Второй мировой войны. В приговоре Международного Военного трибунала указывалось, что «обращение с советскими военнопленными характеризовалось особенной бесчеловечностью. Смерть многих из них являлась результатом «…систематического плана убийств…». В течение Великой Отечественной войны в фашистский плен попало, по разным оценкам, от 4,6 до 5,7 миллиона советских солдат, из них погибло 2,8–3,9 миллиона человек (56–68 процентов). Советская Армия в годы войны пленила около 3,6 миллиона немецких солдат, из которых умерло чуть больше 440 тысяч человек (12 процентов). Почувствуйте разницу – советских солдат погибло в плену в семь – девять (!) раз больше, чем немецких. Особенно много погибло советских военнопленных в начальный период войны. Для умерщвления советских военнопленных применялись различные способы, но, как отмечалось на Нюрнбергском процессе, «самым распространенным средством массового уничтожения советских военнопленных был голод. Так называемые пайки были поразительно скудны. Например, в лагерях для пленных на Украине ежедневная норма составляла 100 г проса и пол-литра воды».
Нельзя забывать и том, что фашистская агрессия унесла жизни около 20 миллионов мирных граждан нашей страны. «На Востоке, – констатировалось в Нюрнбергском приговоре нацистским преступникам, – массовые убийства и зверства совершались не только в целях подавления оппозиции и сопротивления германским оккупационным войскам. В Польше и Советском Союзе эти преступления являлись частью плана, заключавшегося в намерении отделаться от всего местного населения путем изгнания и истребления его для того, чтобы колонизировать освободившуюся территорию немцами». Фашисты применяли разнообразные способы уничтожения мирных граждан: массовые расстрелы, повешение, отравление газом, убийства заложников, доведение до смерти тяжелым непосильным трудом, а также голодом. Вот некоторые примеры зверств немецких оккупантов на советской земле. Возле деревни Холмец Сычевского района Смоленской области по приказу командира 101-й немецкой пехотной дивизии генерал-майора Фислера немецкие солдаты заставили местных жителей очищать дорогу от мин. В результате взрыва мин все жители – деревни Холмец погибли. На курорте Теберда немцы истребили 500 детей, страдавших костным туберкулезом, которые были на лечении в санатории. В Крыму мирные граждане были погружены на баржи, вывезены в море и потоплены. Таким образом было уничтожено более 144 000 человек.
На оккупированных территориях фашисты целенаправленно осуществляли меры по биологическому ослаблению русского, украинского, белорусского и других советских народов. Во-первых, преднамеренно создавались невыносимые условия жизни для местного населения. Обязательная трудовая повинность была введена даже для детей 9-летнего возраста, причем продолжительность рабочего дня устанавливалась в 14–16 часов. Оплата труда, как правило, не производилась. Для сельского населения было введено множество налогов: на землю, на дом, на окна, двери, на кошек и собак. Реквизировался домашний скот – за годы войны у населения оккупированных территорий СССР было отобрано 7 миллионов лошадей, 17 миллионов голов крупного рогатого скота и 20 миллионов свиней. Голод свирепствовал на находящейся под властью фашистов земле. Во-вторых, значительная часть наиболее здорового и дееспособного населения была угнана оккупантами в Германию. Всего из Советского Союза фашисты отправили в рабство 4 978 000 человек. Абсолютное большинство из них находились в закрытых лагерях, покидать которые они имели право только для производства работ. Мужчины и женщины содержались раздельно. Условия их жизни и труда были очень тяжелыми. Преднамеренное безжалостное отношение фашистов к местному населению привело к резкому спаду рождаемости на оккупированных территориях. В заключительной речи на Нюрнбергском процессе главный обвинитель от Франции Шампетье де Риба отметил, что «во всех оккупированных Германией странах численность населения уменьшилась от 5 до 25 процентов, в то время как Германия является единственной страной в Европе, численность населения которой возрастала».
Интеллектуальное ослабление народов Советского Союза осуществлялось фашистами, во-первых, путем уничтожения интеллигенции, причем Гитлер требовал от оккупационных армий мер, чтобы «вместо истребленной интеллигенции не возникли какие-либо новые интеллигентные слои», а во-вторых, разграблением, закрытием и уничтожением всех культурных организаций и учреждений. На оккупированных территориях гитлеровцы уничтожили или разгромили 84 тысячи школ, техникумов, высших учебных заведений, научно-исследовательских институтов, 43 тысячи библиотек. Все школы на оккупированных территориях первоначально были закрыты. В 1942 г. были разрешены занятия лишь в начальных (четырехклассных) школах, и то с целым рядом ограничений.
Еще более трагичной была бы послевоенная судьба советских народов, если бы в войне победил Гитлер. По генеральному плану «Ост», разработанному в 1942 году, после войны в состав германской империи должны быть включены Крым, значительная часть Украины и Белоруссии, Прибалтика, территория Ленинградской, Псковской и Новгородской областей, Поволжье, Кавказ, богатый никелем Кольский полуостров и некоторые другие советские земли. Эти огромные территории предполагалось в течение 30 лет заселить немцами. Повсюду предусматривалось проводить политику сознательного сокращения местного населения и интеллектуального ослабления «нежелательных в расовом отношении народов». Для обслуживания немецких колонистов планировалось оставить 14 миллионов человек местного населения, а за Уралом намечалось сформировать псевдорусское государственное образование с населением не более 60 млн. чел. Это значит, что из 195 млн. чел. населения СССР уничтожению подлежали 120 млн. чел.
Таким образом, если бы во Второй мировой войне победили фашисты, то сейчас бы России как государства не существовало, ее земли и богатства были бы в полном немецком владении, а в Сибири было бы организовано что-то вроде резервации, где остатки советского народа вели бы жалкое, полудикое (а может, и совсем дикое) существование. Минкин, сожалеющий о проигрыше войны фашистами, в случае их победы вряд ли бы вообще появился на свет, а если бы и появился (кстати, не в Москве – Москву Гитлер собирался полностью уничтожить и затопить), то участь его наверняка была бы незавидной: скорее всего, батрачил бы он на немецкого хозяина.
* * *
Особое внимание антисоветчики уделяют поражениям Красной Армии в начале Великой Отечественной войны. В числе причин этих поражений антикоммунисты чаще всего называют следующие.
1. Красная Армия была ослаблена из-за репрессий командного состава в 1937–1938 гг.
2. Сталин был чрезмерно уверен, что Гитлер не будет воевать на два фронта, и упорно не обращал внимания на сообщения разведчиков о дате начала войны (Гитлер обманул Сталина, начав войну).
3. Войска приграничных округов не были своевременно приведены в полную боевую готовность.
4. Армия и народ не хотели воевать за социализм.
В отношении репрессий 1937–1938 гг. антикоммунисты считают, что «расправа над армейскими кадрами причинила огромный ущерб военной мощи и обороноспособности СССР…» и поэтому в июне 1941 г. Красной Армии «очень недоставало командных кадров, преступно загубленных в годы репрессий»[19]19
В пособии для учителей утверждается, что «только в 1937 г. более 40 000 офицеров уничтожено…». Эту же цифру «уничтоженных офицеров» упрямо повторяет в своих статьях и интервью кинорежиссер Алексей Герман (старший).
[Закрыть].
Гавриил Попов в книге «Заметки о войне» утверждает, что: «…37-й год радикально ослабил его (сталинского социализма. – В.Л.) армию…». Ему вторит Леонид Млечин: «Массовые расстрелы офицеров Красной Армии в предвоенные годы, по существу, привели к катастрофе лета 1941 года».
На самом деле репрессии 1937–1938 гг. не могли ослабить армию в силу их незначительности. Реально в 1937–1939 гг. было репрессировано 17 981 человек командно-начальствующего состава Красной Армии (арестовано – 8122, уволено по политическим мотивам – 9859), что в количественном отношении составляет чуть более 4 % от списочного состава командиров и начальников Красной армии на 15 июня 1941 г. (439 143 чел.).
Не соответствуют действительности и уверения антикоммунистов, что репрессированы были лучшие командиры, а в армии остались необразованные и неопытные офицеры. В упомянутой выше книге «Заметки о войне» Г. Попов пишет: «К 1941 г. 75 % наших командиров не имели нормального военного образования. Тем более не имели опыта: на своих должностях находились год-два, а то и всего несколько месяцев…», а Леонид Млечин в книге «Иосиф Сталин: его маршалы и генералы» даже «конкретизирует»: «Осенняя проверка 1940 года показала: из двухсот двадцати пяти командиров полков только двадцать пять окончили нормальные военные училища».
Но, как показывают факты, и в количественном, и в качественном отношении репрессии не нанесли ущерба Красной Армии. Что касается образованности командного состава Красной Армии, то приведенные Поповым и Млечиным сведения не верны: они неоднократно опровергались в различных публикациях. По архивным данным на 1 января 1941 г., из 1833 командиров полков 14 % окончили военные академии, 60 % – военные училища, и лишь 26 % имели ускоренное военное образование, а из 8425 командиров батальонов военное образование имели 92 %.
Военачальники, пришедшие на смену репрессированным, не уступали предшественникам ни по образованию, ни по боевому опыту, ни по таланту. Нет никаких оснований считать, что репрессированные генералы и маршалы воевали бы успешней генералов, их сменивших. Безосновательны, например, хвалебные оды, превозносящие военные таланты И.П. Уборевича и И.Э. Якира. Анализ архивных материалов, относящихся к осенним маневрам 1936 г., проведенным в Белорусском (командующий – командарм 1-го ранга И.П. Уборевич) и Киевском (командующий – командарм 1-го ранга И.Э. Якир) военных округах, показал, что в ходе учений войска пренебрегали разведкой и охранением флангов, атакующие подразделения действовали в скученных боевых порядках, командиры неумело управляли своими подразделениями в бою, должного взаимодействия подразделений различных родов войск налажено не было. Начальник Управления боевой подготовки Красной Армии командарм 2-го ранга А. И. Седякин так подытожил маневры: «Тактическая выучка войск, особенно бойца, отделения, взвода, машины, танкового взвода, роты, не удовлетворяет меня. А ведь они-то и будут драться, брать в бою победу, успех «за рога».
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?