Читать книгу "О дивный новый мир! «Есть ли на свете место, где существует счастье?»"

О дивный новый мир!
«Есть ли на свете место, где существует счастье?»
Владимир Меньшиков

© Владимир Меньшиков, 2017

ISBN 978-5-4485-2227-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Стихи

«Изнуряет печаль и тоска…»

 
Изнуряет печаль и тоска,
    Мы не те, кем можем казаться,
         Наша жизнь, как два волоска,
               Что могут вмиг оборваться.
                     Мир – рассадник страданий,
                 Он переполнен пороком,
        И нас – никчемных созданий,
Он ударяет, как током.
      Жизнь далеко не сказка,
            Так мне глаголет время,
                Оно говорит, что маска —
        Наше тяжелое бремя.
Мы – всего лишь приток
     Похоти и отчаяния,
           Всего лишь жалкий поток
                 Погибших воспоминаний.
                          В небо взлетают слова,
            Но вместо солнца затменье.
       Кругом идет голова…
Погибло мое стремленье.
     И снова сердце хочет боли,
           Снова бьют колокола,
                  Ах как жаль, что поневоле,
Гибнет тленная земля!
 

Прошлое…

 
Взлет, падение, тоска.
Жизнь и Смерть —
                Два волоска
Сплетаются между собой,
Образуя нас с тобой.
 
 
Бесконечность не измерить,
Как молчание в тиши,
Остается только верить
В воскресение души.
 
 
Безнадежность и ненастья
С горечью
               Пополам.
Из разрушенного счастья
Я построил старый храм.
 
 
Я служу свои молебны
В месте забытом Богом,
Мои губы черны и бледны,
Не исцелить страданья слогом.
 
 
И снова в бездне бытия
Я вспоминаю…
                       …Тебя.
И чтобы в прошлом не тонуть
Я желаю…
               …навеки уснуть.
 

Моя дорога

 
Любовь двоих. Печаль, тоска.
И блики солнца рвут глаза.
Жизнь моя —
                  Лишь два броска.
Метаюсь словно стрекоза.
        Удары вверх.
              Удары вниз.
 
 
И исполняя мой каприз,
Ветра кидают мою душу
На леденеющую сушу.
 
 
Я пуля между облаков,
Освободившись от оков,
Взор устремляю в небеса,
И в них я слышу голоса.
 
 
И блеск в глазах твоих.
                          Моих.
И голос мой вскричал.
                          И стих.
 
 
Столбом ударил в небеса
Я после долгого молчанья,
И гласом озарил леса,
И понял сущность мирозданья.
 
 
Взметнулся в воздух как поэт,
Воскликнул, словно видел Бога,
И услышал я ответ:
           «Иди.
                   Вон там.
                               Твоя дорога».
 

«На заре цивилизаций…»

 
На заре цивилизаций
Был построен этот Мир,
Средь белеющих акаций
Ветер облака носил.
 
 
Ярко ветви поднимались,
Доставая до небес,
В зелени ветра шептались,
Расстилался пышный лес.
 
 
Но с приходом человека
В этот Мир прекрасный,
Он всего лишь за два века
Обратился в красный.
 
 
В алом лепете огня
Листы молили о пощаде,
Но не видно даже пня
В дымно-загрязненном аде.
 
 
Гневно воздух рвут заводы,
Небо стонет от страданий.
Так идут часы и годы
Человеческих созданий.
 
 
Лишь тебе, читатель мой,
Ход истории под силу,
Рядом становись со мной,
Помоги больному Миру.
 

«Он был непризнанным… Поэт…»

 
Он был непризнанным… Поэт.
Он всю жизнь искал ответ.
Проходя сквозь сотни дней,
Думал только он о ней.
 
 
Гром гремел, блистали нивы,
Распушили крылья ивы,
И во тьме, средь бела дня,
Разлюбила ты меня.
 
 
Этот мир покрылся горем,
Суша оказалась морем.
С лютой злобой в небеса
Устремляется гроза.
 
 
Он грустил, и глаз слезился,
Тихо на бумагу лился,
Словно речка меж дорог,
Болью закаленный слог.
 
 
Что прошло, то не вернется,
Только тяжесть остается
Вечным спутником твоим.
Рок судьбы неумолим.
 

Боль

 
Если что-то болит —
Не кричи.
Глаза закрой. Сядь —
Помолчи.
Никто не поможет —
Ты знаешь.
Ты тихо молчишь —
Страдаешь.
 
 
Ты слепо ищешь надежду,
А Бог свою шутку играет,
Тебя превращает в невежду,
И с криком душа умирает.
 
 
Есть ли на свете место,
Где существует счастье?
Или взять в руки нож
И перерезать запястья?
 
 
Может ли мир измениться?
Может тебя он понять?
Я б предпочел застрелиться,
Чтоб лишний раз не страдать.
 
 
Слабые веки падают —
Вниз.
В ушах разрывается —
Бриз.
Никто не поможет —
Ты знаешь.
Ты тихо молчишь —
Страдаешь.
 

«Ты снова приходишь с луной…»

 
Ты снова приходишь с луной
И в белоснежном пламени
Являешься передо мной,
В моем безумном сознании.
 
 
Глаза – две маленькие свечки
Под тонкой линией бровей,
Сверкающие, словно речки,
В ярких бликах фонарей.
 
 
Взгляд подобен ста морям.
Как давно тону я в нем!
И нету счета моим дням,
 
 
Когда душа горит огнем.
И стихнет буря лишь тогда,
Когда я весь сгорю до тла!
 

О ночь безумная!

 
Я видел в ней Бога
И Ангела. Видел Чёрта и Смерть.
Проходит передо мной
              Пустая дорога.
Она ведёт в никуда:
В немые души переулки,
В безумном полуотчаянье когда
Слепо бредешь в закоулки.
 
 
Я назвал её божеством,
Её имя мне вторил Создатель,
Она всегда будет моим торжеством,
А мозг говорит: Предатель.
 
 
Я воспел её навеки,
Её голос мне снится ночами,
Когда опускаю усталые веки:
Она пред моими очами.
 
 
Ночь стоит за окном.
Меня снова мучит бессонница.
Не высказать словом
                   Душевный погром,
Который давит сознанье.
Он – часть меня. Он, как она.
Во мне пробуждает страданье.
И вторит, и вторит: Одна
 
 
Она на свете такая.
Ох и свела ж меня с ней,
Когда-то
            Судьба моя роковая.
 
 
И снова, и снова
Я не сплю по ночам.
Я готов за нее
       Тело
             Отдать
                      Палачам.
 
 
День проходит за днем,
Душа продолжает пылать.
И весь обессиленный я
       Падаю
                  На
                      Кровать.
 

Надежда

 
Молебны дева воссылает
Давно ушедшим временам.
Огнем душа ее пылает,
Струится Нил к ее ногам.
 
 
Она сидит на черном камне,
Бледнеет нежное лицо,
Жизнь ее – воспоминанье.
На руке блестит кольцо.
 
 
Склонилась набок голова,
Чайки кружат над горой,
Взметнулись к небу лишь слова:
«Ну где же ты, любимый мой?!»…
 

О дивный новый мир

 
Бьет мне в уши пустота,
Мир гниет я вижу это.
Не спасет нас красота —
Таковы слова поэта.
 
 
Мы прогнили до костей,
Позабыли добродетель.
Душа погибла у людей,
И Бог тому свидетель.
 
 
И не блистает больше мир,
Беззвучно гибнет доброта,
Чревоугодие и пир
 
 
Стоят у нашего лишь рта.
Мир догорает, мы горим,
Никто из нас непобедим.
 

«Мы – это жалкая часть…»

 
Мы – это жалкая часть,
Летящая меж мирозданья.
Мы и погибель, и власть,
Мы апогей страданья.
 
 
Мы – это танец во тьме,
Безымянная пустота.
Грешные души в огне…
Погибшая красота.
 
 
Молебны мертвым Богам,
Боль в перемешку со страхом,
Верить нельзя словам,
Иль мир обратится прахом.
 
 
Можно ли верить тому,
Кто камень прикрыл небесами?
Верить нельзя никому,
Смотрите своими глазами.
 
 
Люди пришли на планету,
С собой принесли тупик.
Больше не будет свету,
Только жалобный крик.
 

«Я с пеплом вылетел во мрак…»

 
Я с пеплом вылетел во мрак,
Разрушив границы времен,
Богам молился, как дурак,
Лишь смертью буду упоен.
 
 
Бурей взлетали мои слова,
Не достигая небес,
Кругом качалась моя голова,
Не видя вокруг прогресс.
 
 
А слова мои взлетали,
Тщетно падая назад,
Люди в спину мне плевали,
Оскорблений сыпя град.
 
 
Мне когда-то говорили,
Что никчемный я поэт,
Но упорно и со злобой
Я кричал в ответ им «НЕТ!».
 
 
До сих пор я поднимаюсь,
В высь, которую я ждал.
Скоро буду на вершине,
 

Ночь. Душа. Смерть

 
Свет ночи. В темноте души
Иду вперед, не видя света,
Огонь попробуй потуши,
Но моя песня не допета.
 
 
Конца не вижу. Вижу край.
Судьбы неясно

...

конец ознакомительного фрагмента