Текст книги "Остров Желаний"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ostrov-zhelaniy-179301.jpg)
Автор книги: Владимир Шаяхметов
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 4
Путь в никуда
Солнце было уже в зените, когда раздавшийся в тишине хмельного смрада телефонный звонок, как по тревоге, поднял на ноги не успевших ничего понять заспанных друзей. Андрей торопливо подскочил к телефону.
– Hello, my darling… – он стал как-то нервно указывать Юрию на стоящий на камине портрет, потом на трубку, давая понять, что это звонит его жена, потом отвернулся к окну и продолжал что-то мурлыкать ей, словно извиняясь в чём-то.
Юрий понимающе отвёл взгляд, показывая своё безразличие к разговору, не имеющего к нему ни малейшего отношения. Странно было ему слышать, как Андрюха, этот отпетый лодырь, которому тройку по английскому в аттестате поставили с великой натяжкой только из одной жалости к его матери, воспитывающей сына без отца, чешет теперь как Чак Норрис, словно английский – это его родной язык.
– Ну, эти женщины! – Андрей аккуратно положил на аппарат уже пикающую трубку, – представляешь, звонит из Тулузы и говорит, что у меня изо рта несёт – дышать не чем. Да ну их всех! – он неуклюже отмахнулся. – Айда лучше съедим чего-нибудь и пойдём собираться.
– Куда?
– Ты чё, Макарон, мы же на рыбалку собирались. Забыл что ли?
– Нет, но я думал …
– А ты не думай, ты у меня в гостях, так что думать я буду, ладно?
– А как твоя работа? Сегодня же только пятница.
– Я отпуск взял со вчерашнего дня, так что, теперь целую неделю будем отрываться на природе. Юрка, как я рад тебе!
После обеда сборы были, в общем-то, не долгими. Хозяин уже давно приготовил всё необходимое для вылазки на природу, оставалось только положить в машину продукты.
– Ну, вот и всё, сейчас заскочим в магазин, возьмём мяса для барбекю, вина белого и поедем на мой любимый островок. Тишина! Красота!
– Какое вино, ты что, я не буду пить никакого вина! Ещё чего! Водки наберём, иначе я никуда не еду.
– Юрка, вино – для мяса. Ты не знаешь, как мясо маринуют?
– Ладно, Тюбик, не обижайся. Я, похоже, ещё с бодуна отойти не могу. Что вы тут пьёте? – Прижав ладонь ко лбу, Юрий страдальчески сморщил лоб, – айда на воздух, а то душно как-то.
Наскоро пообедав и приведя себя в порядок, спустя часа три, друзья уже катили по побережью. Потом дорога повернула куда-то вправо к рваному возвышающемуся горизонту с пологими горными вершинами, а из динамиков лились звуки какого-то шлягера. В багажнике стояла кастрюля с перчёным мясом под винным маринадом и тихо позвякивали только что купленные бутылки белой «злодейки с наклейкой», да два блока «Camel». Юрия очень развеселило то, как смотрел на Андрея продавец маленького магазинчика, подавая ему коробку «Столичной». По-видимому, он спросил его о том, неужели всё это можно выпить, на что Андрей ответил какой-то шуткой, вызвав хохот присутствующих в зале.
– Тюбик, а ты с кем обычно рыбачишь? У тебя есть тут друзья? Не в одиночку же ты ездишь. Машина у тебя такая большая и, говоришь, для рыбалки, катер вон какой сзади прыгает… – Юрий махнул рукой назад.
– Есть друзья, хорошие ребята, я тебя познакомлю с ними, – выдохнул тот, – только у них у всех дела, бизнес, им не до отдыха; дочери опять же – не сыновья, у них другие интересы, так что вот так один и езжу, душу отвожу, мечтаю о чём-нибудь в одиночестве с удочкой в руках, отдыхаю в тишине. Сколько живу здесь, всё равно не могу привыкнуть к здешнему темпу жизни, всё как-то не по-нашему, все разговоры про деньги, про индексы, про курсы всяких валют, цены разные, вот и выезжаю частенько на природу подальше от всех. Эх, Юрка, я так рад, что ты приехал! Русским духом запахло!
Большая машина мягко и бесшумно катила по ровному асфальту. Еле слышное шуршание шин, прохлада закрытого салона, льющаяся из динамиков тихая лёгкая музыка стали постепенно ввергать Юрия, не привыкшего к такому комфорту, в сладостное сонное оцепенение.
Вскоре характер дорожного покрытия слегка изменился, стало немного потряхивать на небольших неровностях, машина плавно но, всё же, ощутимо покачиваясь, проходила частые повороты, заставляя своих пассажиров раскачиваться из стороны в сторону. Юрий открыл глаза.
– Кажется, я что-то пропустил. – Он, растерянно поглядывая на пробегающие за окнами деревья и кустарники, смущённо протирал глаза.
– Ты спал с полчаса, я не стал тебя будить. Что, укачало? Скоро будем на месте.
Около получаса спустя, Андрей остановил машину на небольшой безлюдной поляне в окружении высоких деревьев на берегу узенькой речки. Друзья не спеша разгрузили машину, отцепили прицеп и спустили лодку на воду, предусмотрительно привязав её к торчащему из глины прямо возле береговой полосы колышку, после чего принялись переносить в неё съестные припасы из машины и всё, что может им пригодиться для недельного отдыха на природе, не отвлекаясь на поездки за продуктами.
Когда все было готово к отплытию на островок, до которого было рукой подать, друзья устало присели на борт катера. Вечерело. Солнце уже скрылось за деревьями, от реки повеяло прохладой.
– Слушай, Андрюха, какой смысл сейчас, на ночь глядя плыть куда-то, ставить палатку и прочее. Давай отдохнём здесь, а завтра утром всё нормально устроим. Что скажешь?
– Вот я как раз сейчас хотел тебе это же предложить. Есть очень хочется, да и темнеет здесь быстро. Айда хлопнем по маленькой с устатку, закусим, да и на боковую. Не палатку же нам тут ставить, вон в катере места сколько!
Было бы сказано! Звякнули потревоженные бутылки в носовом рундуке[1]1
Рундуки – различные ящики на морских и речных судах
[Закрыть], зашуршали пакеты с закуской и друзья, не выходя на берег, устроились в лодке по удобнее и распечатали первую бутылку. На западное побережье Штатов тихо опускалась ночь.
– Юрок, давай первую за тебя. Чтоб наладилось у тебя всё. Нет, правда, есть у меня тут друзья, но ближе тебя нет никого. Будь счастлив.
– Эх, Андрюха, как бы мне хотелось, чтобы подольше было вот так как сейчас. Нет ни Штатов, ни границ между нами. Только мы с тобой и остров, зелень, рыбалка… а как хорошо было, небось, лет триста назад! Ни тебе паспортов, ни виз. Хошь – ты ко мне едешь, хошь – я к тебе, хошь – езжай куда, хошь – плыви! А тут собирался к тебе чуть ли не полгода. Нагородили границ, таможен …
– Юрка, а может, останешься здесь, и ехать ни куда не надо, а? Что тебе там делать без работы, без семьи в этой неразберихе вашей. В России по нескольку раз за век случаются революции. А у нас была только одна, зато теперь живём тут спокойно и сыто. Ты устроишься здесь на работу, купишь дом, машину. Я помогу тебе. Заживёшь как человек, а? – захмелевший уже Андрей с надеждой заглянул другу в глаза.
Едва различимые во мраке наступившей ночи черты лица Юрия были напряжены. Он не видящим взглядом смотрел на отбрасываемую взошедшим месяцем мерцающую в течении реки белую дорожку и, тяжело вздохнув, ответил:
– Нет, Тюбик, ты никогда не вернёшься домой, как бы ты не ныл. «У вас… у нас…» Ты стал американцем, и это – твоя большая проблема. Думаешь, мне не хочется жить в достатке спокойно и счастливо? А вот прирос я там, понимаешь, не знаю чем, а вот прирос и всё. Душой, наверное. И пусть там плохо сейчас, грязно и работы нет, но я хочу, что бы там было хорошо и верю, что день этот придёт. А ты не хочешь и не веришь. Вот в чём между нами разница. Спасибо тебе, конечно, за приглашение, но я не останусь. Давай наливай ещё по одной.
– За что выпьем?
– А! – Юрий небрежно, словно отмахиваясь от какой-то назойливой обязанности, сказал, – за рыбалку, за островок твой любимый, за лодку эту твою, за дружбу нашу и вообще за исполнение всех желаний!
На небе одна за другой зажигались звёзды, к лёгкому плёсу маленьких волн иногда прибавлялось бутылочное бульканье и уже изрядно захмелевшие друзья, под Андрюхину гитару вполголоса пели песни своей молодости, слегка раскачивая лодку.
Булькнула упавшая за борт уже третья пустая бутылка, пения сменились не складным и не ритмичным мычанием, разговоры друзей перешли в заключительную фазу на манер «Ты меня что, не уважаешь?», «Да ты чё, я же тебя просто люблю!» Вот уже остался один что-то бурчащий голос, но вскоре стихли и эти не членораздельные бормотания.
Под чёрным звёздным небом густой калифорнийской ночи ни мягкий плёс воды, ни нежное шуршание листьев на слабом ветру, ни редкие крики ночных птиц не могли соперничать с крепким раскатистым храпом уснувших в пьяном угаре друзей.
Потоку воды нужны тысячелетия для обтачивания камня, столетия для прокладывания нового русла, годы для вымывания грунта и ослабления фундамента, но и за несколько часов своего постоянного воздействия разрушительная мощь воды способна нанести большой ущерб природе и человеку, пусть не лучшей, но всё же части её.
Торчащий в мокрой глине колышек слегка склонился под упором постоянного усилия натянутой верёвки, он постоял ещё несколько секунд, пытаясь удержать доверенную ему лодку. Но неумолимая сила реки вырвала его из мокрого грунта, и колышек, влекомый её течением, тихо отдался на волю стихии вместе с плывущей кормой вперёд лодкой с храпящими на всю округу её пассажирами.
Спустя минут десять она скрылась за ближайшей излучиной реки, всё больше удаляясь от маленького заросшего островка. А где-то там, за горизонтом, воды маленькой речки сливаются с водами Великого океана, а наши друзья крепко спали, ничего не подозревая о том, какую неожиданную встречу с ним готовила им судьба.
Глава 5
Туманное похмелье
Похмелье оказалось тяжелее, чем обычно. Юрий, проснувшись на дне катера, не мог понять, почему у него кружится голова. «Что это мы вчера пили? Во набрался! Лёжа качает» – Медленно и туманно проплыло в голове. Он с трудом открыл глаза, скользнул взглядом на свои часы и почувствовал, что обнимает чьи-то ноги. Приподнявшись на локте, попытался разглядеть их спящего хозяина, но его внимание вдруг привлекло необычное обстоятельство.
Вокруг ничего не было. Мутная белая пелена покрыла всё обозримое пространство. Их лодка то куда-то поднималась как-то уж очень долго, то так же долго и плавно куда-то опускалась, волнуя все его внутренности, потом начиналось всё сызнова, сопровождая это каким-то мягким плёсом за бортом. Он, упершись рукой о какую-то полированную железку, прибитую к борту катера, сел, того даже не замечая, что давно уже колотит по ноге спящего Андрея, испуганно озираясь по сторонам.
– Макарон, ну чё ты, дай поспать. – Недовольно проворчал тот в ответ, но Юрий всё толкал ногу, прогоняя остатки сна её хозяина. – Да чё тебе! – Андрей взглянул на будящего его друга затуманенным взглядом.
– Тюбик, гляди, что это! Где мы, а?
Испуганный голос Юрия стал постепенно прогонять сон Андрея, и тот, болезненно приложив руку к голове, медленно и нехотя поднялся. Некоторое время он безучастно смотрел вокруг, лениво борясь с постоянно слипающимися веками, пока до него не стал постепенно доходить смысл их нынешнего положения.
– Тюбик, ты тоже видишь это, или только у меня в голове такой туман от вчерашнего? А где берег? – Юрий озирался уже не так ошалело. Всё же, присутствие рядом живой души немного успокоило его, но ощущение чего-то непоправимого по-прежнему холодило ему кровь.
Похмелье как рукой сняло. Андрей рванулся на нос катера и поспешно вытянул мокрую верёвку, на конце которой беспомощно болталась привязанная к ней палка.
– Юрка, – голос его сорвался, он откашлялся, – Юрка, нас унесло в океан!
– Какой ещё океан, ты что, перепил вчера? Мы же на речку твою приехали, забыл что ли?
– Тихий океан! У нас все реки в него впадают. Боже мой! Может, мы ещё не далеко от берега, а? Эй, кто-нибудь! Спасите! – крикнул он в пространство, поднявшись как можно выше, держась за руль катера и отчаянно держа равновесие на то и дело уходящей из-под ног палубе этого утлого судёнышка.
Но крик его потонул в тумане, густым покрывалом накрывшем побережье, словно он крикнул в подушку. Поняв бесплодность усилий, Андрей обречённо опустился на пассажирское кресло и взглянул на часы.
– Пятнадцать минут третьего пополудни. Интересно, когда лодка оторвалась? Может мы ещё не так далеко от берега и нас смогут увидеть, когда туман рассеется.
– Андрюха, а где пограничники? У них что, локаторов нету? Они должны же нас увидеть!
– Да кто их знает. Давай подождём – или берег увидим, или погранцы нас найдут, – уже заметно спокойнее сказал Андрей, но всё же лёгкая тревога читалась в его глазах. – Хорошо ещё, что волны нет, а то мы бы ещё проснуться не успели, как пошли бы на корм рыбам. Кстати, нам бы тоже не грех съесть что-нибудь.
«Волны нет, – мысленно повторил слова друга Юрий, – а это разве не волны?» Он, впервые увидевший море вот так близко и осязаемо, сидел молча, лишь испуганно озираясь вокруг, смотрел на медленно вздымающиеся и опадающие спины тяжёлых волн. Казалось, что огромный океан устал и сейчас блаженно почивает, дыша своей могучей грудью, вызывая эти волны, но не приведи Господь ему проснуться, и тогда их участь будет решена.
– В такое время ты ещё думаешь о еде! Меня вот-вот наизнанку вывернет, а он есть хочет. А вот воды бы я выпил, сушняк мучает, спасу нет.
– Как раз пить то и не желательно. При морской болезни рекомендуют есть сухую пищу, да и воды у нас тут не галлоны. Надо экономить, мало ли что …
– Сплюнь!
Юрий старался разглядеть что-нибудь за пеленой злополучного тумана, но он по-прежнему мог видеть только круглые бугры волн на расстоянии не больше метров десяти-пятнадцати от себя. Иногда с их гребней срывались брызги и попадали в лодку, орошая его лицо своими бирюзовыми горошинами, и ему казалось тогда, что вода захлёстывает их маленькую лодку, и она вот-вот пойдёт ко дну.
Время шло, но туман, вставший непреодолимой преградой между ними и остальным миром, и не думал рассеиваться, позволяя волнам относить всё дальше и дальше от берега маленькую игрушку с двумя букашками на борту на утеху Океану-великану.
Юрия уже почти не мучила качка, и он с задумчивой отрешённостью смотрел вдаль, насколько позволял ему видеть проклятый туман. Обидно иметь полный бак горючего, два мощных мотора и болтаться в бездействии целый день, не зная, куда направить нос катера, ведь даже Солнце было размыто в этом тумане, и совершенно не ясно было, где оно сейчас находится. Ну, ничего, вечных туманов не бывает, а потом достаточно будет хотя бы тоненькой полоски на горизонте, заводим моторы – и злоключениям конец.
Успокоившись этой мыслью, Юрий, сидя на маленьком жёстком креслице катера, медленно закурил. Выпустив облачко сизого дыма, он снова глубоко затянулся и облегчённо вздохнул, закинув руки за голову. Тут, услышав шуршание полиэтиленового мешка за спиной, обернулся.
– Айда, хоть ты и Макарон, а есть и тебе надо, – шутливо подмигнул другу Андрей, выкладывая продукты на откидной столик, прикреплённый к правому борту.
Не найдя ничего плохого в мысли о том, что хорошо бы унять проснувшийся от бесконечной качки голод он, подгоняемый вдруг недовольно заурчавшим желудком, осторожно, что бы ненароком не качнуть лодку, приблизился к повару и с ходу закинул в рот солидный кусок колбасы.
За обедом вполне освоившиеся и примирившиеся со своим вынужденным временным положением закинутых в открытый океан лопухов, друзья весело подшучивали над собой, полностью прогоняя былой испуг.
– Эх, Андрюха, – Юрий обняв, наконец, друга за плечо, почти сгрёб его себе под мышку, – я думаю, мы всю неделю рыбалки на твоём островке, непременно будем вспоминать это сегодняшнее приключение. Ей Богу, оно стоит того. Представляешь, как я напугался поначалу!
– Что ты, Юрка, если бы я был один, с ума бы сошёл. Уснуть в лесу, а проснуться в океане. Жуть! Хоть бы знать, где берег, а то кругом молоко, даже Солнца не видать. Не знаю как ты, но первое, что я сделаю, ступив на землю – это напьюсь. Стресс снять и нервы успокоить.
– Врачи рекомендуют… – улыбаясь, многозначительно поднял кверху указательный палец Юрий.
Друзья весело рассмеялись. Теперь и океан казался не таким страшным, и туман не таким зловещим, и их положение не таким безнадёжным, скорее комическим.
Прошло ещё несколько часов вынужденного безделья. Вальяжно раскинувшись в креслах, сытые друзья лениво и безмятежно наблюдали за тем, как поднявшийся лёгкий ветерок начал-таки разгонять этот надоевший им туман, нося над водой отдельные его клочки.
– Ну вот, Тюбик, скоро поедем. Смотри, туман стал рассеиваться, скоро увидим твою любимую Калифорнию. Не, что не говори, а мне эта прогулка понравилась. Чистым морским воздухом надышались вволю, аппетит нагуляли.
– … Кайф поймали …
– Точно!
Прошло ещё около часа, и Юрий воскликнул:
– Гляди, Тюбик, вон там уже развеялось, и до самого горизонта земли не видать. Значит, нам туда не надо. Давай глядеть в другую сторону.
– Вон видел? Здесь тоже на секунду открылось, но и там было пусто. – Протянул руку в противоположную сторону, снова затянутую дымкой Андрей.
Глава 6
Перед бурей
Солнце клонилось к закату. В распоряжении мужчин оставалось не многим больше трёх часов светового времени. Они уже заметно нервничали, на все лады проклиная этот чёртов туман, как вдруг Юрий крикнул, резко вскочив со своего места, опасно качнув катер.
– Вон земля! Ох и отнесло нас от неё! Давай, Андрюха, заводи свой крейсер.
– Легко! – радостно воскликнул тот и, воткнув ключ в замок зажигания, нажал на кнопку стартёра.
В ответ на это под весёлые крики друзей раздалось долгожданное рычание моторов. Андрей прибавил газу, но они вдруг тут же один за другим заглохли.
– Что случилось? – Тревожно спросил Юрий.
– Понятия не имею.
Андрей снова повторил попытку завести моторы, но на этот раз они уже не проявили никаких признаков жизни. Следующие попытки дали тот же результат. Тем временем горизонт уже почти полностью открылся, обнажив лишь тонкую полоску ярко освещённого закатным Солнцем восточного берега.
– Что, Тюбик, что? Что случилось? Давай заводи, скоро Солнце сядет. Чё делать будем? Почему он заглох?
– Понятия не имею. – Снова, как заученное, тихо повторил испуганный Андрей, понимая, что именно от него сейчас многое зависит, а может быть и не зависит больше ничего.
– Ты хоть знаешь, как всё это работает? Хоть раз в него лазил? Ремонтировал что-нибудь в нём?
– Нет, Юрок, его всегда механик смотрел, профилактику там… Я в них ничего не смыслю.
– Вот настоящий америкос! – В сердцах кулаком ударил по борту катера Юрий. – У нас любой мужик знает, из чего сделана его машина и как она работает. Ты, небось, и колесо своего джипа ни разу не менял самостоятельно? (Андрей, виновато опустив голову, мотнул ею в сторону) Ну, что я говорил! – Он в отчаянии с силой махнул руками сверху вниз.
Тут волна подкинула катер, и он чуть не вывалился за борт. Понимая, что криками и нервами ничего нельзя сделать, он более примирительным голосом спросил вконец убитого горем Андрея:
– Бензин то хоть есть у тебя?
– Да, я налил полные баки, – понимая, что хоть здесь-то он не оплошал, с готовностью ответил тот.
– Так, может он по какой-то причине не подходит из баков к моторам? Ведь работали же они несколько секунд. Эх, Тюбик! Ладно, что толку препираться, давай разбираться, где тут чего, да как.
Друзья занялись поиском неисправности, с грустью глядя, как заходящее Солнце уже коснулось горизонта. Они понимали что, скорее всего, течение отнесёт их ещё дальше, а за ночь полоска земли и вовсе скроется за горизонтом, и им предстоит проболтаться в океане как минимум ещё один день. Не известно ещё, как изменится погода, и как будут обстоять дела с моторами. В общем, радужные надежды на скорое возвращение угасали с каждой минутой вместе с последними лучами заходящего красного светила.
Мерные волны лениво и величаво качали маленькую лодку, из которой уже не слышались шутки и насмешки, никто уже не строил планов на завтра. Близилась ночь – время, когда стихия спрашивает у любого мореплавателя, а как он, собственно, подготовился к ней, трудился ли в поте лица, что бы достойно встретить рассвет, или нежился в безделье, уповая лишь на счастливый случай.
Последний луч Солнца мелькнул напоследок, как бы подмигнув горе-морякам: «Ну, до свидания. Завтра ещё увидимся… Может быть».
Юрий рассеянно обвёл взглядом темнеющий горизонт в надежде увидеть какое-нибудь судно, как его внимание привлекла тонкая, почти не заметная тёмная рваная полоска в юго-восточной части океана. Там совсем недавно было чистое голубое небо, он это твёрдо помнил.
– Господи! – полушёпотом, испуганно произнёс он, неумело перекрестившись.
Юрий напряжённо смотрел на юго-восток, где темнеющий небосвод только добавлял тёмных оттенков суровому горизонту, таящему в себе молчаливую угрозу мореплавателям. Ветерок чуть подувал, и шлюпка едва заметно покачивалась на водной глади.
Он лихорадочно пытался припомнить всё, что когда-либо слышал или читал, или просто видел в кино о подобных ситуациях в море. Ясно одно: грядёт буря, они на краю гибели, и ждать помощи не откуда. Чуть поднимется хоть маленький ветер, – и вздувшиеся водяные горы просто разнесут в щепки их маленькую надежду, их единственную спасительную соломинку. Да что ветер! Достаточно их маленькой лодке черпнуть немного воды, как она неминуемо пойдёт ко дну. Эта картина так ясно предстала перед его мысленным взором, что он, снова неуклюже перекрестившись, шумно выдохнул:
– Господи, спаси нас, грешных.
– Что? – поднял голову увлечённый поиском неисправности Андрей, – Юрка, я не расслышал, что ты сказал.
– Тюбик, всё бросай, сейчас не до этого. Нам срочно надо приготовить лодку к шторму.
– Какой же это шторм! Мы качаемся как на перине. Сейчас достану фонарь, мы всё починим и поплывём.
– Не успеем. Вон идёт наша погибель. Смотри – тучи на горизонте. Если не подготовимся, то твои отремонтированные моторы нам явно не пригодятся.
Андрей приподнялся и с тревогой посмотрел в указываемую другом сторону. Запад был ещё светлым, но на юго-востоке со зловещей угрозой, будто поднимаясь из воды, медленно и неумолимо надвигались на них, выходя из-за горизонта чёрные рваные острогорбые вершины далёких туч, грозя вскоре всё обозримое пространство накрыть непроглядной тьмой.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?