Читать книгу "Страшный прапор. Осенняя жара"

–Чуть из хлябей явился земной простор

(«Так точно!» – сказал сапер),

Господь бог сотворил Инженера

Инженерных ее величества Войск

С содержаньем и в чине Сапера.

Гений Киплинг, потрясный дядька. Полмира протопал, и такие книжки наваял… до сих пор за душу берут. А то, что фанат идеи бремени белого человека – бывает, все мы не совершенны.

– Так, заболтали мы нашего молодого специалиста, Прохор. – не только меня усталость долбит, Кутайсов утратил свою вежливо-велиречивую манеру общения, стал проще, и к Силантьеву вполне себе на «ты» перешел. Хотя, если подумать, то они минимум столетие знакомы, потому как наш главмаг здесь, в Туркестане еще при царях осел. Про него даже фильм сняли, «Белое Солнце пустыни». Классный кинчик, кстати.

– Ничего, это полезно. Короче, Аким, сегодня-завтра отсыпайтесь, гуляйте, отъедайтесь. В воскресение вечером у тебя встреча со студентами ташкентских вузов и вузов окрестных городов. Зал в «Панорамке» две с половиной тысячи студиозов впихнет как нечего делать. Так что готовься, ты хотел ток-шоу, будет тебе шоу. Надеюсь, ты его переживешь.

Все, мы спустились из заклинательного зала, Силантьев пошел убрать диски с записями в сейф, Кутайсов поглядеть нагайн, ну и я с ним.

– Знакомьтесь. Надежда, это Аким Власов, инспектор-смотритель Приаральского и Зааральского магических доменов. Аким, позволь представить тебе директора Департамента Иных Рас Надежду Федоровну Дурову. Она специально прилетела, чтобы проверить соответствие информации о находке нагов. Ну, и заодно была третьим трибуном. Что скажешь, Надежда, присоединишься к нашему мнению, или напишешь отдельное? – Два мага против одной, приговор тройки в любом случае в силе.

– Присоединюсь. Молодец, парень. – женщина крепко пожала мне руку, хватка у нее – не каждый мужик так сможет руку выжать. Модификантка?

А дама тем временем повернулась к Кутайсову.

– Сюда летит Ник Ник Дроздов, и Юрий Алексеевич Сенкевич. Такое событие, как находка пары нагайн, они не пропустят. Так что надо Проше сказать. И вам огромное человеческое спасибо, что не прошли мимо, просто огромное. – меня неожиданно обняли и поцеловали в щеку. – Ты, парень, даже не представляешь, что сделал. Наги, их ведь не зря индусы к младшим богам причисляют. Если наги живут в стране – та не знает проблем с сельским хозяйством. Вообще вся страна, не зависит от размеров. А ты спас пару крошек-нагайночек. Да, мы поищем их родню, но скорей всего, девочки из инкубатора. Есть пара деятелей, скупают у всяких проходимцев и прочих сволочей яйца нагов, виверн, драконов. И выращивают их в инкубаторах. Всяко проще, чем ловить взрослых особей. Для темных ритуалов дети порой даже лучше, чем взрослые. Увы.

– А если навестить этих деятелей? – я автоматически погладил рукояти револьверов и Правого и Левого. Вышло нечаянно, почти. Но таких охота обнулить, потому как гады.

– Не так-то просто сие. – сзади подошел Силантьев. Умеет ходить тихо, видна серьезная школа жизни. Уверен, что жизнь в нашего главмага была тем еще аттракционом. – Они под крылышком американского правительства, лаборатории в государственных заказниках. Туда просто так даже тебе не попасть. Но что-нибудь придумаем, не сомневайся. У нас память длинная, кое-кого на голову укоротить совершенно не помешает. Как ты того черта в Лахоре, примерно так.

Надежда с уважением посмотрела на меня, и свалила к нагайнам. Которые уже заснули, и все вокруг даже дышали на цыпочках.

Это, прямо скажем, к счастью, удалось выдернуть Амайю и няшек. После чего усадил ее на глайдер, сразу переподключил управление на Ви, и мы полетели отсыпаться. Благо, квартира есть, а добраться до Сергилей можно и через окраины. Благо что нам сейчас до истоков Салара недалеко, а там и до Чирчика вполне себе недалече. Да еще все над полями, практически.

А уж вдоль реки Чирчик до Сергилей рукой подать, если учесть, сколько мы пролетели.

Но все равно, Амайю я снимал с байка на крыше дома уже спящую, ее в полете удерживала принявшая человекоподобный облик Изенька. Умоталась девчонка. Потому я просто уложил её в кроватку, порадовавшись, что принял правильное решение, и хоть по минимуму, но обставил квартиру. Ну да, заказал мебель у нэпманской конторы, дорого, да. Но массив бука, сварные конструкции кроватей, добротные пружинные матрасы стоить дешево не могут. Тем более, я даже не видел их всех. Просто выбрал по каталогу, оплатил, они приехали и собрали-установили.

Так же поступил с бытовой техникой. Посудомоечную, стиральную машинки, микроволновку, аэрогриль и просто гриль, вафельницу и тостер, телевизоры, музыкальные центры, компы и прочая привезли и установили ребята из «Космоса», огромного магазина электротоваров. Пока мне хватит, а там видно будет.

Так что сбегал до магазина, затарился продуктами, а то у меня мышь в холодильнике повесилась, заскочил на рынок, купил свежих овощей, и убежал домой. Заскочил в душ, и тоже завалился спать. Сам устал. Потому и вырубился мгновенно.

Глава четвертая

Утром проснулся от тихих переговоров внизу. Ну да, дверь в кабинет, где сам завалился спать, закрывать не стал. Так, вроде как на кухне шуршат Амайя и Изенька, потому как Марк спит как демон. Хотя, он и есть демон, хоть и кот. Вон, приоткрыл один глаз, зевнул, вывернулся, как умеют только коты, и снова уснул.

Ну а мне надоело валиться, итак проспал пять часов. Для меня многовато, обычно три-четыре часа хватает с лихвой. Так что, хорош валяться. Вскочил, потянулся изо всех сил, хрустнув суставами. Пару раз наклонился, помахал руками, и потопал в ванную комнату, точней, правильно назвать совмещенный санузел. Кстати, в нем здоровенное окно с видом на сергелийскую промку. Романтика. Огни большого города, реальное время.

Пока делал свои дела, пока гонял свою тушку на крыше в легкую разминку, Амайя с демоницей приготовили вполне себе крутой завтрак. Рисовая молочная каша, овсяная молочная каша, омлет с ветчиной и грибами, я вчера купил пару пачек вешенок, крупно порубленный салат из помидорок и перцев с луком, гора блинов, правда, толстенных. Зато горячих, пышных, умело и с душой прожаренных.

– Интересно, кто жарил? – сворачивая блин в трубочку и макая его в растопленное сливочное масло, спрашиваю у девчонок.

– Она. – Изенька тыкает лапкой в Амайю. – Вообще, идею английского завтрака подала она. Готовили вместе. Слушай, хозяин, а у тебя тут отличная квартира. Просто роскошная.

– Да. Великолепные апартаменты. – Амайя старается в русский язык. И неплохо старается. Память у девчонки тренированная, разум отточен. Из неё великолепная магиня выйдет, вот, право слово. Так, а не буду я снова таскать кошку за хвост. У меня здесь на крыше есть неплохая медитационная площадка с несколькими энергетическими линиями. И вроде как свободная, потому как утро, дети и взрослые кто на учёбе, кто на работе. А потому проверю-ка я спектр девчонки, а то все никак руки не дойдут. У меня ведь в прицепе среди трофеев даже хрустальный шар найдется, прихватил у того черта на автомате. Двенадцать дюймов, прекрасная английская работа, от Chance Brothers, которые сейчас в Birminham Opticals Group LMT преобразовались. Прекрасная оптическая компания, одна из самых лучших в мире.

Так что, закончив завтракать, оставил девчонок убирать посуду, а сам сгонял на крышу, вытащил из одного из саквояжей кофр с шаром. Для регистрации склонности к управлению магическими потоками он удобней сферы.

Поглядел на байки и прицепы, что стоят на парковочной зоне крыши. Да тут и такая есть, хотя глайдеров и немного, но они есть. И будет больше, потому тут сработали на перспективу. Вертолет тут не посадишь, а ковер-самолет или глайдеры вполне себе. Итак, байки грязнющие. Да уж, вот точно через полмира перебирались. Грязные, запыленные. Вроде как щиты стоят, а один хрен, надо все чистить и мыть. И товары и трофеи в прицепах тоже, чистить нужно. Ладно хоть один байк Кайке сплавил. Так её, по её же словам, на этом байке Арферьев гоняет заместо курьеров. С другой стороны, сейчас ей ничего серьезного не доверишь, пока тот курс зелий не пропьет, и пара недель не пройдет. Вот после этого энергетика придёт в норму, и можно будет нормальной работой заниматься. Ну и потрахаться нормально, от души.

На этой жизнерадостной мысли я раскрыл кофр, и серьёзно проверил шар, мало ли чего черти накрутили. Но нет, все идеально чисто. Ни засад, ни закладок. Годится.

А потому, когда переодевшаяся в спортивку для занятий йогой девушка вышла на крышу, и подошла ко мне в зону медитации, я уже установил шар на родную треногу из стальных секций.

– Садись. Пару раз прогони энергии внутри себя, а потом попробуй вывести их на астральную проекцию. – Я расположил пальцы верхних рук на шаре, строго напротив изящных пальцев Амайи.

Пара минут, и девчонка четка вывела свои энергетические потоки в астрал. Ого, как интересно. Тридцать восемь процентов темноты, а потом равномерно от инфра-красного через весь спектр до ультра-фиолетового. То есть девчонка тоже универсал, с преобладанием темноты. Это не Карлыгаш, которая явная воздушница. Да, индианка по силенкам слабовата, но тут просто надо над собой работать. А с этим никаких проблем у Амайи нет, девчонка умеет упираться. Надо просто помочь ей огранить свои таланты и разогнать личную силу. Чем и будем заниматься.

О чем я ей и сказал.

– Спасибо. – после долгого молчания ответила Амайя. – Ты настоящий друг. Я для тебя теперь отдам всю себя, жизни не пожалею. Я рожу для тебя замечательных детей, выращу и воспитаю их, и помогу вырастить и воспитывать твоих детей от других женщин. И это не из-за клятвы. Ты первый в моей жизни вообще, кто видит во мне мага и человека, а не игрушку, ресурс или помеху. Спасибо, Аким.

– На здоровье. – Улыбнулся я, вставая и собирая шар в кофр. – А пока долго тут не задерживайся, я тебя по Ташкенту покатаю. Посмотришь, как мы тут, в СССР, живем.

Глава пятая

Два дня катаю Амайю по Ташкенту. Чтобы она не сомневалась, выдал ей огромный планшет, который законнектил с бортовым компом «волги». И показываю наш маршрут на карте города в реальном времени.

Сужающейся спиралью я начал с дальних пригородов. Эркин, Кибрай, Чирчик, Сергели, Сорок лет Победы. И дальше в сам город. Десятки раз пересек главные проспекты, изъездил Старый город, проехался по Байнал-Миналу и Самарканд-Дарбоза, и самое главное, спальные и промышленные районы города, именно они интересны Амайе.

К середине второго дня девчонка отложила планшет, и недоуменно спросила:

– Аким, а что, так во всех городах СССР? Нет, правда? Здесь же совершенно нет нищеты. Да, много районов небогатых, но нет нищих. Нет трущоб, нет отбросов, не спят люди под картонками. Пусть у вас очень мало машин представительского класса, зато люди в среднем неплохо одеты, живут в хороших условиях, видно, что не голодают. Дети вообще сказка – у вас нет попрошаек. Вообще нет, никто не бегает и не побирается. Аким, я понимаю, почему вас так боятся. Вы же уже построили идеальное общество.

– Ну, тут ты не права и права одновременно. До идеального общества нам как пешком до рая – бесконечный путь, или один шаг. Тут как смотреть. Те же США, например, до сих пор нас побогаче, тот же Китай нас перекрывает по объемам промышленности в несколько раз. Да и Индия тоже, именно в промышленном плане, посильней будет. Она нас кратно превосходит в людском ресурсе, у вас в промышленности народу работает в пять раз больше, чем у нас. Но да, мы стараемся. Причем заметь – мы растем своим трудом. Мы никого не грабим. Китайцы, кстати, тоже именно так – растут трудом. Но опять же, мы идем по тропинке, которой никто никогда не ходил. Ошибаемся, падаем, иногда можем зайти не туда. Правда, сейчас стало попроще, мы разведку сверху изобрели, легче стало находить правильную дорогу. – на недоуменный взгляд Амайи пояснил. – Предсказательницы. Пифии. Их всегда очень мало, тех кто видит нити, но они есть. Они видят варианты событий, а это очень много. Чрезвычайно много. Мы могли пойти по чрезвычайно жесткому и опасному пути в самом начале, но Ленин, Сталин, Троцкий, Каменев, Свердлов, Аршинов, Блейхман, Махно, Сандомирский, Кропоткин, Савинков, Фондамирский, Вольский, Дербер одновременно и как по мне, так явно по воле кого-то из богов, оказались в салоне величайшей тогда в Петербурге пифии, мадам Татариновой. То, что после случилось, до сих пор засекречено. Мы просто знаем, что мадам что-то рассказывала лидерам коммунистов, анархистов, социалистов почти двенадцать часов, после чего потеряла сознание, и, как позже выяснилось, память об этом событии. Напрочь, она просто не помнила, о чем говорила, с кем. Как вырезало. Прямое указание на одержимость, и скорей всего, кем-то из богов.

Что конкретно услышали лидеры революционных партий, до сих пор засекречено. По слухам, об этом узнают только лидеры партий, а анархисты и эсэры превратились в СДС, Социалистический Демократический Союз, нашу вторую партию, и высшие руководители страны. Но слухи, они такие слухи.

Но в результате анархисты, большевики, примкнувшие к ним меньшевики, эсэры прекратили вражду, а между партиями были чрезвычайно сильные трения, они вот-вот могли перейти в вооруженную конфронтацию, и выступили одним фронтом, что позволило прекратить начавшуюся было Гражданскую Войну в короткие сроки. Итак, она прошлась по стране кровавым катком, до сих пор отголоски есть. Да, потом было непросто, но мы этот путь прошли, как сама видишь. Сейчас у нас развитое промышленное государство, мы полностью покрываем свои потребности в продовольствии, причем на очень высоком уровне, у нас прекрасная медицина, отлично развитая наука, что капитальная, что прикладная, у нас одна из лучших магических школ. Ну и работаем в поте лица для себя и главное, будущих поколений. Проблем выше крыши, но мы их постепенно решаем. И самая главная – мы люди. Человек хочет жить хорошо сейчас и сегодня, потому как завтра нас может и не быть. И урвать лишний кус изо рта другого порою кажется верным и легким решением. Не развиваться, не трудиться, не вкладывать в свое развитие ресурсы и время, труд и пот, а взять и украсть, отобрать, обхитрить, обмануть. Не оплатить работу, например. У нас считается одним из самых дурных примеров не оплатить работу, которую для тебя кто-то сделал. Любой труд почетен, любой труд должен быть оплачен. Это основа социализма – каждому по труду. Да, порой сложно сравнить работу нейрохирурга, и слесаря-ремонтника, например. Но и тот и тот достойны уважения и почета, потому как трудятся честно и в меру своих сил. Да, тарифная сетка разная. Потому как хирургия требует многократно больших знаний. У нас нет разницы, рабочий, крестьянин, врач, чиновник, маг – ценится труд и знания. Умный, грамотный специалист, это основа любой экономии. Сотня бездельников и неучей не смогут ни провести операцию по удалению паховой грыжи, например, ни выкопать канал от точки А до точки Б. Только грамотные, мотивированные специалисты. Тот же землекоп, норма которого полтора кубометра земли – может копать, может не копать. Но копать землекоп может только там, где иначе нельзя. И потому они крайне необходимы. А землекопы-берендеи, или барсуки-оборотни, например, они же как экскаваторы трудятся. Для них лопаты делают специальные, иначе не выдерживают. – тут я посмотрел в затуманенные политикой глаза девушки, и понял, что переборщил.

Пришлось тащить ее и откармливать мороженным в «Уголок», известнейшее кафе-мороженное в Ташкенте. Секретнейший рецепт мороженного из малины, сливок и шоколада является тайной ресторана. Множество кафешек нэпманов пытаются разгадать его, но не выходит. Потому здесь всегда толпы народу, но в рабочее время обычно свободнее. Все-таки Союз живет строго в рабочем режиме – в рабочее время народу в городе маловато.

Глава шестая

И вот настал тот самый час. Блин, на патетику потянуло. Впрочем, ничего странного, ибо стою на пороге великого события – моего первого ток-шоу. Ибо стою за кулисами, готовлюсь к антрэ, то есть выходу на сцену. Ну, в данном случае на авансцену, основную сцену даже открывать не стали, так и стоит, с задернутым занавесом.

Рядышком Амайя, обряжена в строгий, элегантный юбочный костюм какого-то из оттенков красного, белую блузку с черным тонким галстуком, обута в элегантные туфельки на высоченных шпильках. На ней пара перстней, мага-стажера и накопитель с большим рубином. Сейчас девчонка изображает моего секретаря, должна сидеть рядом и чуть сзади, с видом строгим и таинственным. Ну а что, прекрасный секретарь у меня, как бы у парней не задымилось чего. Одни очки чего стоят, и прическа в виде высокого конского хвоста, вот любят молодые магини именно эту прическу.

Все, пора, конферансье обозначил условный знак, и захлопал в ладоши, вызывая приветственные аплодисменты. На мое удивление, достаточно бурные.

Ну, я и пошел. Красивый такой, в светло-серой курте и темно-сором шервани. Ну а что? Ижет мне этот наряд, да и просто ну очень удобен. На поясе под шервани в нагрудных кобурах оба смита, все четыре атама в поясных ножнах, сзади палочка и Булава. С некоторых пор не хожу без оружия вообще, на что, впрочем, имею полное право, как действующий маг-инструктор. Ну да, такие корочки мне выдал по итогам моей прогулки Силантьев. Пока еще не маг-наставник, и не маг высшей категории, но уже на пути к этому. Первый ранг плюс, так скажем.

В вороте курты видны накопители и пацифик, на руках дюжина перстней, сверкаю как новогодняя ёлка, одним словом, увешан игрушками и мишурой. Посоха не хватает, но тут ничего не поделаешь, не муляж же с собой таскать. Пока свой не налажу, посоха у меня и не будет, такие вещи маги себе сами добывают. Хотя, из Москвы могут и вручить какой-либо, но это вряд ли. Не после моего выступления в Лахоре, москвичи ревнивы как девочки. Ну, разве куплю какой-никакой посох на развалах иди в антикварной лавке, порой встречаются. Кстати, надо бы палочек присмотреть разных, специализированных. Блин, был в Индии и Пакистане, Китай пролетал, а не сообразил. Постучаться бы головой об столб, но напугаю студентов, вон их, целая толпа. Нужно в ташкентский магический магазин сгонять, в оружейный отдел. Там вполне могут быть и палочки, и посохи, скорей всего и есть. Ну, или в запаснике лежат, так что просто попрошу Силантьева, по его слову вытащат.

А пока…

– Добрый вечер, барышни, молодые люди. Рад вас видеть. Позвольте представиться, я Аким Власов, маг первой категории, маг-инструктор Туркестанского отдела МАКа, инспектор-смотритель Приаральского и Зааральского магических доменов. – короткий выверенный поклон, после чего поворачиваюсь в сторону Амайи. – Мой секретарь и ассистент, Амайя Ганди, прошу любить и жаловать.

Амайя делает выверенный книксен, и усаживается на стул, четко закинув ногу на ногу. Поставила около ног атташе-кейс, на колени положила папку-планшет, в руках авторучка с золотым пером. «Монблан», не хухры-мухры.

Ну а я снимаю микрофон с крепления, и легкой изящной походкой начинаю мельтешить перед студиозами всей своей сто восьмидесяти килограммовой тушкой.

– Итак, мне сделали предложения, от которого я не смог отказаться. Потому как отказываться от предложений Прохора Прохоровича Силантьева просто не стоит. Часть из вас, некоторая, обучаются на магических факультетах ТашГУ и ТашМИ, и они знают, о ком я говорю. Так вот, это старейший и старший маг Туркестана, глава нашего МАКа, и вообще, главный маг Туркестана. А он мне сказал, иди, мол, Аким, поговори с ребятами, они молодые, ты молодой, вы друг друга хорошо поймете. С точки зрения его почти двухсот лет так оно и есть, мы очень молоды.

Так что я надеюсь, мы и вправду друг друга поймем. Итак, поскольку у нас разговор, а не монолог, то в проходах выставлены микрофоны, всего десять. Оператор будет включать тот, на который укажет моя ассистент, пожалуйста, не торопитесь, мы никуда особо не торопимся, у нас целых три отделения по полтора часа, Отдел Молодежи в Ташгорисполкоме не пожадничал. Говорить будем о магии, о жизни, о людях. Можете про политику, что и как понимаю, отвечу.

А для начала, скажу свое понимание магии. Каждый маг в любом случае понимает её несколько по-своему минимум, а то и строго индивидуально. Ну, поскольку люди просто разные, и видим одно и тоже с разных сторон. Кому-то нравятся коржики с маком, кому-то свинной хрящик, а кто-то блондинок любит.

В зале робко посмеялись. Сначала робко, а потом погромче. Ну да, ребята все студенты, сценой их не удивишь, многие сами в КВН участвуют. Пара команд из Ташкента в Высшей Лиге, между прочим. О, вон вижу одну из участниц, Оксана Дьячкова, из «Хлопкоробов», Ташкентского СельхозИнститута. Между прочим, сильнейшая команда, её уже практически разобрали на телевидение, а Дьячкову в Москву сватают.

– Итак, магия. По мне магия есть инструмент, мощный, отточенный, надежный. Но это всего-навсего инструмент в руках человека, и только человек решает, что он им совершит. И никак иначе, товарищи. Несмотря на всю загадочность и красоту магии, деяния ей вершит человек, он за них в ответе, он за них расплачивается. Запомним это. – Я оглядел студиозов, и усмехнулся. – Итак, пробуем вопросы-ответы. Я вижу тут Оксану Дьячкову, потому пусть она первая спрашивает.

А вот ей хлопают с удовольствием. Ничего, это хорошо, это реальный разогрев. Кстати, нас снимают, но на стационарные камеры, потом смонтируют, а уж какой будет результат, посмотрим.

Девица меньжеваться не стала, бодренько протиснулась по ряду в проход, изящно изогнулась над микрофоном. Кстати, какой дебил так низко их установил? Хотя, девчонки так смотрятся отпадно.

– Здравствуйте. Я Оксана Дьячкова (крики из зала – Знаем!), спасибо что дали мне первой задать вопрос. И вот он. Мы всей страной смотрели на церемонию вашего награждения в Лахоре. Скажите, пять тысяч умертвий – это страшно?

– Это ужасно страшно. Чтобы уверенно завалить одного упыря без магии, необходим уверенный и хладнокровный стрелок со спецбоеприпасами, или боевой брат-монах с намоленным мечом или топором. Так как братья-монахи встречаются редко, то приходится уповать на оружие, а такие боеприпасы дороги и редки, потому как массовые восстания упырей, вурдалаков и прочих умертвий огромная редкость, и обычно они спровоцированы плохими магами. В случае с поднятием умертвий в Лахоре сработали террористы. Увы, бывает, дерьмо случается. Так вот, обычные боеприпасы умертвий не берут, разве крупнокалиберные винтовочные патроны или автоматные очереди. Но тут еще смысл какой – очередь, это не пара попаданий из тридцати выстрелов. Это все тридцать надо загнать в корпус, чтобы только остановить и частично обездвижить. Добить – надо еще полсотни попаданий, в среднем. Взвод солдат, средний, против пяти-шести упырей с обычными боеприпасами в близком скоротечном бою потеряет примерно сорок-пятьдесят процентов личного состава. Любой армии, в полном боевом снаряжении.

Нас там было около пятисот ополченцев, и примерно полсотни полицейских. Армия просто не успевала добраться, хотя были готовы поднять самолеты тактической авиации. Но опять же, бомбить умертвия в городе – попробуй найди их в жилых кварталах. Так что теракт был задуман очень чудовищный в своей эффективности. Лахор город контрастов, где-то очень богат, где-то чудовищная нищета. Два старых кладбища среднего достатка там вполне себе были обихожены, а вот кладбище нищеты было в отвратительном состоянии, множество незаконных и неправильных захоронений. Туда эти мерзавцы и нацелились, и успешно. Пять с лишним тысяч умертвий для Лахора катастрофой, может быть, и не стали бы, но однозначно стали бы трагедией.

– Спасибо. – Оксана кивнула, и эффектно стала вкручиваться обратно в свой ряд.

Ну а Амайя стала тыкать своим «Монбланом» в машущих руками студиозов, и вызывать. Учитывая, что по-русски говорит еще не уверенно, забавно её слушать. Да и вопросики студенческие вполне себе через один забавны.

–Скажите, как вы относитесь к сексу? – Молодой парень, из мажоров. Ну, я же не ограничивал вопросы какими-либо условиями.

– Ну, смотря к какому. Если я и красивые девушки – обожаю. Если мне ебут мозги – могу и убить. Гомосятину терпеть не могу, ну нахуй зашкварные темы.

– Спасибо. – Парень явно не ожидал такого, но каков вопрос, таков ответ. Народу зашло, похоже.

Ну а что, я старый солдат, и не знаю слов любви.

– Скажите, а почему вы поступили на учебу в университеты Лахора? Неужели нельзя было поступить у нас в Союзе? – какая-то девица-заучка, но прехорошенькая. После пятого участника, кстати, они даже не представляются.

– Ну, тут такое дело. Все магические ВУЗы нашей страны есть филиалы Московского Магического Государственного Университета. Я же однажды, в пору буйной юности, набил физиономии сразу пятерым представителям московских военных и гражданских ВУЗов, в том числе парочке студентов ММГУ. А в Уставе ММГУ есть подпунк, запрещающий обучение в нем тем, кто побил их студиозов. Вот такой кунштюк. Я хотел было поступить на заочные курсы Омского Высшего Военного Училища Магов, но каждый раз после моего рапорта нас отправляли в очередную служебную командировку, и мы попадали реально под молотки. У меня три легких ранения, контузия, тяжелое ранение и тяжкое магическое поражение именно после моих рапортов. Что хочешь, то и думай. А универы Лахора не связаны магическими клятвами с ММГУ. Потому решил воспользоваться возможностью, и поступил в Лахорский техноинженерный, и Лахорский биотехнологический. Буду получать магистратуру. Дипломы этих ВУЗов идут в зачет у нас в стране вровень с нашими.

– А почему у вас, тогда, первая категория?

Это паренек выкрикнул с первых рядов, без микрофона.

– Господа, не кричите. Есть микрофон, идите к нему и ждите своей очереди. Иначе будет анархия и хаос. – Это Амайя вступила.

– Первая категория мне зачтена из-за первого класса боевого мага, плюс подтвержденного мастерства в артефакторике, химерологии, алхимии и некромании. А в армии чтобы получить классность, надо просто сдать зачеты. Сдал – получил, все просто.

– А стоит ли идти в армию? Или это просто трата времени? – О, опять вопль с первых рядов.

– Каждый решает за себя. Я так решил, я полностью отслужил положенный срок, правда, с учетом увеличенных вдвое-втрое периодов службы, и ни о чем не жалею. Настолько разогнать свою энергетику на гражданке я смог бы годам к семидесяти. В армии нужны сильные маги, и она не жалеет сил и средств на создание условий для личной учебы и личное усиление каждого армейского мага. – о том, что из нашего набора полностью отслужил только я, а погибших из нас половина, и попятнан вражинами каждый, промолчу.

– А сколько человек вы убили? Лично? – Какая-то живописно-лохматая девчонка в рваной, но опять же, живописно, одежке. Причем одежка чистенькая. Макияж у девочки прикольный, готка, похоже.

– Двенадцать тысяч семьсот двадцать семь человек. – и в зале настала тишина. До этого студиозы пересмеивались, перешучивались, перекрикивались друг с другом. А тут как отрезало.

– Сколько-сколько? – в наступившей тишине полушепот того самого крикуна с первого ряда оглушителен.

– Двенадцать тысяч семьсот двадцать семь человек. Плюс примерно столько же нелюди и нежити. – Ну да, боевой счет у меня еще тот.

– Но как? Я Алена Васина, студентка третьего курса Магфака ТашГУ. – Симпатичная брюнеточка-готка чуть отошла от шока, да и студиозы тоже. Но пока настороженный гул.

– Большая часть, девять тысяч семьсот тринадцать – жители городка в Сомали. Их зомбировали, и они готовились принести себя в жертву местному божеству. Массовое жертвоприношение, самоличное – хлебнули бы такого лиха, что небо с овчинку бы показалось. Потому применил свиток с заклом Деникина-Кутепова. После чего отсидел три месяца в гарнизонной гауптвахте в Джибути, пока международная комиссия не оправдала мои действия. – было такое в моей жизни. Практически второй иностранный выход, еще срочник был. И такой кунштюк. Как меня не разорвало откатом – боги ведают. С тех самых пор меня за уши Салават-абы и таскал. – Остальные – я боевой маг, у меня около сорока миссий. Такова жизнь.

Народ потихоньку это принял и осознал, после чего снова ожил. Молодежь, студенты. Жизнь прекрасна, молодость скоротечна, все страшное кажется так далеко.

Меня гоняли еще три часа, с перерывами на два антракта. После чего аплодисментами проводили. Надо же, не ожидал.

– Аким, супер! – Амайя показала большой палец.

– Реально, супер. – согласился конферансье. – редко, когда настолько удачное выступление бывает. Вам надо на сцену, Аким Ефимович.

– Раза три-четыре в год, и то, только во имя популяризации магии. – я пожал руку ему и еще нескольким товарищам, после чего мы с моей секретарем и ассистентом свалили в небольшой, но затяжной осенний дождь, и уехали домой.

Хватит, хорошего понемногу.

Интерлюдия вторая

Маршал Советского Союза Гаврилов молча смотрел на раскланивающегося перед аплодирующими студентами бывшего армейского мага, и тихо зверел. Не потому, что маг бывший, и вообще, не только из-за этого мага. Магов много, одним больше, одним меньше, никто не заметит.

Он зверел от чувства бессилия, потому как этот парень вывернул на публику то, о чем обычно не говорили. А именно – то, что иногда спецгруппы могут отправить просто на убой. Да, это очень важные задания, их просто необходимо выполнить, и никто не считает силы и средства. Но иногда некоторых отправляют чуть раньше, вне основной волны, прикрывая мелкие грешки товарищей, однокашников, просто хороших знакомых.

Этот маг живуч оказался, как таракан. Хотя, казалось бы, тогда еще полковнику Гаврилову, двадцать лет назад, что в Сомалиленде сожрут пацана, только косточки схрустнут. Но нет, выжил, правда, три месяца отсидел на французской гауптвахте. Но вышел, причем вышел намного сильнее. И так по нарастающей. Раз за разом Власов выживал, выживал там, где выжить невозможно. И становился сильнее, учился, овладевал новыми знаниями. Чему командование эскадрона только радовалось.

Невозможно в структурах армии не дать заслуженную классность, потому как это влияет в первую очередь на показания успешности подразделения. Выше общая классность – лучше командование. И ничего тут не поможет, это краеугольное требование при внеочередном звании для высшего офицерского состава – высокая воинская готовность подразделения. Тут все знакомства идут по боку. Вот и получал Власов класс за классом, пока до Мастера-мага не добрался. Ладно хоть уволился в запас. Да, палки в колеса ему бы понавставляли, но мимо не пройдешь, в любом случае бы присвоили. Хорошо, что прапор повелся на разводку, поверил слуху, что ему никто не даст мастерский значок. Дали бы.