Читать книгу "Здесь вам не тут – 2. Один в поле не двое"

– Начерти на полу линию, – проговорил череп, – и от линии в любую сторону от ее конца – другую линию, чтобы вышел угол.

Матвей пожелал, чтобы череп оказался в заплечном мешке, и подхватил кость, согнулся и стал костью царапать линию. Затем под углом 90 градусов повернул линию направо, прочертил немного и выпрямился.

– И дальше что? – спросил он.

Из мешка донесся приглушенный голос:

– Встань в начале линии и иди. Когда дойдешь до угла, сворачивай за угол.

Матвей, ничего не говоря, вернулся, встал у начала линии. Пошел вдоль нее, свернул на другую линию и неожиданно оказался перед дверью, окованной железом. Недоуменно на нее посмотрел и толкнул ее. Дверь со скрипом несмазанных петель поддалась, и Матвей увидел каменную лестницу, ведущую вниз. Вздохнув, он зашагал по ней. Сделал три шага и оглянулся. Двери не было. За его спиной была каменная стена из серого замшелого камня.

Еще раз вздохнув, Матвей пошел вниз. На стенах подземелья висели магические светильники, и они между собой переговаривались:

– Смотри, Огонек, еще один искатель мудрости пришел.

– Это тупой зомби, – тонким дребезжащим голоском ответил другой светильник. – Он ничего не сможет разгадать. Тар Дар очень хитер и знает, что кому загадывать.

Матвей увидел, что один светильник висит набок, и поправил его. Огонек светильника загорелся ярче.

– Он добрый, друзья, – проговорил этот светильник. – Он меня поправил. Я тысячу лет так коптил и висел вбок головой, даже шея затекла. Никто до него этого не делал. Давайте ему поможем.

– Ой, а у меня платье в пыли, тупой зомби, почисти меня! – потребовал своим дребезжащим голосом светильник рядом и снизу.

Матвей не обиделся на слова, он заулыбался и произнес:

– С радостью. – Снял светильник и своей рубахой обтер медный подсвечник. – Ну вот, ты теперь как новая, свети и радуйся, – произнес Матвей и бережно поставил светильник на место.

– И меня, и меня… – раздались голоса со всех сторон. Матвей не чинился, он прошел вдоль ряда светильников и со всех стряхнул вековую пыль. Стало гораздо светлее.

Светильник, который говорил дребезжащим голосом, произнес:

– Мы тебе поможем, зомби, мы знаем все загадки Тар Дара. Иди смело.

– Спасибо, – широко раскрыл рот в улыбке Матвей. Он делал это непроизвольно, испытывая радость от того, что помог.

Появилась иконка.

«Вы выполнили скрытое задание. Класс: необычное. Почистить говорящие светильники.

Награда: увеличение интеллекта на 2 ед. на 2 часа».

– Он нас поблагодарил! – раздался дружный крик, и свет запылал ярче.

«Вы выполнили скрытое задание. Класс: редкое. Увеличить яркость света говорящих светильников.

Награда: дружба с детенышами огненных саламандр. Отношение с элементалями огня +100».

В самом низу на площадке Матвея ждал широкоплечий, но невысокий призрак с мощными руками молотобойца, лысой головой, на которой выделялся широкий лоб. Данного призрака украшала окладистая борода. На теле кольчуга, на ногах – кольчужные сапоги.

– Приветствую тебя, глупый искатель истины, – проговорил призрак и хитро ухмыльнулся.

– И я тебя приветствую, уважаемый представитель народа гномов, благородный Тар Дар, – поздоровался Матвей.

– О! Ты знаешь мое имя, мертвый человек! – изумился призрак, и его глаза стали напоминать блюдца.

– Конечно, уважаемый гном, его знают во всех уголках вселенной. Вы прославились умом и способностью задавать загадки. Даже ученые мужи пасуют перед вашей мудростью. – Сказав это, Матвей изумился тому, как ловко он стал льстить. Но размышлять над этим не стал, оставив разбор данного случая на потом. – Я пришел за мессиром Базкеле, уважаемый хранитель лабиринта.

Гном уже пришел в себя, глянул на Матвея из-под седых кустистых бровей и ответил:

– Для этого тебе, искатель, нужно найти его. Он затерялся в лабиринте. Чтобы пройти дальше, ответь мне на простой вопрос: ты знаешь, что такое два кольца и два конца, а посередине гвоздик? – Гном вскинул одну бровь и лукаво усмехнулся.

– Знаю, это ножницы, – ответил Матвей и поверг гнома в шок. Тот открыл рот, чтобы что-то сказать, но не в силах справиться с охватившим его изумлением лишь пялился на Матвея.

– Как? – наконец смог он спросить, когда отошел от шока. – Ты знаешь про ножницы?

– Знаю, – кивнул Матвей.

Гном оглядел его с ног до головы и вдруг рассмеялся.

– А знаешь, что ответил ученый муж, который блуждает по лабиринту?

– Интересно было бы послушать глубину мысли мессира Базкеле. Уверен, он нашел нужный ответ.

– Он-то? – усмехнулся призрак. – Этот пустомеля сказал, что это проекция вселенной: гвоздь – это центр, вокруг которого вращаются галактики, а галактики – это кольца. И у всех галактик есть начало и конец. Потому это наша вселенная с планетами, и все планеты кружатся вокруг солнца, и планеты круглые… Ну как тебе? Представляешь, – разразился смехом гном, – планета, на которой мы живем, наш мир – круглый. А ведь даже дети знают, что наш мир плоский, он как лепешка и покрыт сводом неба, на котором живут звезды – это ночные саламандры, и их мать-солнце поднимается на востоке и ложится спать на западе, а ее сестра-луна выходит светить путникам ночью. А ты говоришь, ученый муж, – презрительно произнес гном. Теперь Матвей стоял с открытым ртом и не знал, что сказать.

– Да-а, интересная научная теория, – рассматривая довольного гнома, произнес Матвей. – Уважаемый хранитель, я не могу сравниться с вашей мудростью.

– Правильно мыслишь. Я, парень, бывший гильдмастер рунных дел. Много видел, много знаю, – со значением в голосе произнес призрак. – Ну, раз ты прошел первое испытание, то вот тебе награда, – и подал потертую книгу Матвею. – Я, правда, – произнес гном, – не знаю, что там написано, думаю, это мертвый язык.

Матвей взял в руки книгу, повертел в руках и понял, что она ему что-то напоминает. Он напряг мозги и вспомнил – ведь такую же книгу он нашел в пещере, где ожидал воров. Матвей открыл книгу и стал читать.

«Если ты отгадал загадку про ножницы, то ты игрок, значит, получил мое послание – это шестая веха. Ищи меня, прошу очень, я внизу в аду. Загадку про ножницы я вписал в скрипты этого моба, ни один моб ее не разгадает, следующая загадка будет про паутину, а последняя – про рыбу. Я знаю, ты прочитал седьмую веху, иначе не попал бы в этот лабиринт, его строил я, администратор о нем не знает».

«Вот как!» – задумался Матвей. Снова всплыл потерянный игрок. И кто это мог быть, что писал скрипты для программы? «Программист? Вполне возможно. Он в аду, может, его туда отправил Амбросин, как и меня? Ладно, всему свое время», – остановил свои размышления Матвей, закрыл книгу, и она рассыпалась.

– Ох, трухлявая, значит, – проронил гном. – Ну что, пошли на следующий уровень.

Он полетел первым. Они спустились ниже и остановились перед дверью.

– Ну-ка, скажи мне, – спросил призрак, – что такое: «В углу сито, не руками свито?»

– Паутина.

– Верно! – снова изумился призрак. Помолчал, приходя в себя, и произнес: – А ты не такой глупый, как тот маг, что бродит внизу. Ответ верный, проси награду. – На Матвея уставились маленькие глаза призрака.

– Хочу вывести отсюда мессира Базкеле, уважаемый хранитель.

Гном недовольно поморщился и скривился, как будто у него заболели зубы.

– До него еще надо дойти, но я тебя услышал, – он отворил дверь, и она исчезла. Они спустились по лестнице еще ниже, снова перед ними появилась дверь.

Призрак завис в воздухе и самодовольно произнес:

– Дальше никто не проходил, и ты мне ответь: «Крылья есть, а не летает. Ног нет, а не догонишь. Кто это?»

– Рыба, – ответил Матвей.

Казалось, призрака хватил удар.

– Откуда? – прошептал он. – Не может быть, ты не мог знать это…

– Мог, не мог, я ответил, – остановил его Матвей. – Отвечайте, правильный ответ или нет?

– Правильный, – нахмурился гном. – Вон твой Базкеле, ходит по кругу и думает, что блуждает в лабиринте.

Матвей глянул: внизу в пространстве, окруженном стенами, бродил и стонал мессир Базкеле.

– Иди, – произнес недовольным голосом призрак гнома. – Можешь вывести его из лабиринта… если сумеешь, – добавил он ехидно и исчез. А Матвей увидел, как зажегся один светильник, и сделал шаг. Зажегся второй, осветив провал под ногами.

Матвей покачал головой. А призрак непрост. Расставил ловушки. И если бы не огонь светильников, то он бы точно рухнул в бездонную пропасть.

Матвей перепрыгнул неширокий провал, подошел к плачущему мессиру и позвал его:

– Мессир, я за вами. – Призрак архимага оглянулся, его лицо озарила радость, но улыбка тут же потухла.

– Вы тоже попали в лабиринт, мой друг…

– Попал, но отгадал все загадки.

– Да вы что? – недоверчиво посмотрел на него призрак архимага. – Не может быть, этот тупой гном не знает, как устроена вселенная. Я ответил на все его загадки, а он твердил, что неверно.

– И что вы ответили на вопрос про сито в углу? – спросил Матвей.

– Я ответил, что это солнечный свет, пробивающийся сквозь влагу, радуга.

– Ясно, – покивал Матвей. – А последний вопрос?

– Это тот, что нет крыльев и ног? – спросил мессир.

– Да.

– Мысль, – произнес мессир. – Что же еще. Вы слышали выражение «крылатая мысль»? И «мысль бежит быстрее слов»?

– Примерно, что-то такое я слышал. Но сейчас нужно выбираться, мессир. Вы все время ходите по кругу.

– По кругу?.. А я думал, блуждаю по туннелям… Ведите меня, мой удачливый друг. – Базкеле огорченно вздохнул. – С прискорбием должен сказать, и не обижайтесь, юноша, но вы не очень умны.

– Почему вы так решили? – уточнил Матвей и улыбнулся.

– Потому что вы встали на уровень неучености этого гнома, он примитивен. И, стало быть, вы, Рунг, тоже. А были моим учеником… Лучшим…

– Мессир, это только тело Рунга, а я совсем другой. Я раб Ду Рик.

– А-а-а! – всплеснул руками архимаг. – Вспомнил. Точно. Ну, тогда мне все понятно.

Перед ними зажегся огонек, и Матвей прошел туда, где огонек осветил участок стены. Потом вспыхнул еще один огонек, и так до самой двери в стене, которая появилась в свете от огоньков.

– Спасибо, светильники, – поблагодарил Матвей и остановился, протер последний светильник рубашкой. А архимаг недовольно пробурчал:

– Рунг, они не живые, зачем их благодарить, идите уже. Вот дверь, мы нашли выход, – сообщил он. – Все куда проще, чем вы думали. Не благодарите, я все сделал не за плату или за благодарность. – Он пролетел сквозь дверь, и путь ему преградил призрак гнома.

– Куда! – закричал тот.

– На выход, а что? – спросил архимаг. – Пошел прочь с дороги, неуч… – Но не смог сдвинуться с места и в ужасе закричал: – Рунг! Рунг! Ду Рик! На помощь!

– Не спеши, ученый муж, вас ждет последняя загадка.

Матвей задержался, он читал сообщение:

Вы выполнили скрытое задание: Поблагодарить Саламандр два раза.

Награда: изменение свойств предметов.

Потертые штаны умника. Защита от света, огня и физических атак 15. Тепло 10. Интеллект +1. Состояние 12 из 15 (скрытое).

Потертая рубаха умника. Защита от света, огня и физических атак 15. Тепло 10. Интеллект +1. Состояние 12 из 15 (скрытое).

Простая куртка ученика мага с капюшоном. Защита от света, огня и физических атак 17. Тепло 12. Интеллект +1. Состояние 19 из 20 (скрытое).

Потертые башмаки умника. Защита от света, огня и физических атак 15. Тепло 10. Воля +1. Состояние 10 из 15 (скрытое).

Предметы одежды нельзя потерять, отобрать или украсть.

Пока Матвей рассматривал свои предметы одежды, которые внешне никак не поменялись, и думал, с чего бы такие награды, мимо него пролетел орущий мессир Базкеле.

– Что случилось, мессир? – спросил Матвей и перестал думать об одежде.

– Там… Там… – Призрак архимага тыкал пальцем в дверь. – Там этот недоумок задал последнюю загадку.

– И какую же? – с интересом спросил Матвей.

– Самую простую из всех. Он самодур, неуч, тупица…

– Так какую, мессир? – Матвей стал успокаивать разбушевавшегося архимага. – И успокойтесь, давайте подумаем вместе, – предложил Матвей, понимая, что мессир снова все усложнил. Базкеле оправдывал поговорку «горе от ума».

Базкеле немного успокоился и напрягся.

– Сейчас вспомню. А, вот. В порту стоят три корабля, и имена капитанов одинаковые – Лучиано. Более того, профессия у них тоже одинаковая. Чтобы различать троих Лучиано, им дали прозвища: Лучиано-Мирабелла, Лучиано-Люция, Лучиано-Патриция. По какому принципу Лучиано получили свои прозвища?

– И что вы ответили? – спросил Матвей.

– Я спросил, в каком порту стояли корабли этих капитанов. Он ответил: в нашем. А я знаю всех капитанов в нашем порту и сказал ему: нет таких капитанов. Тогда он сказал, что в другом порту на другом конце острова. Я не знал, что там построили еще один порт, но подумал и ответил: раз прозвища женские, значит, по именам их жен. А он рассмеялся и зашвырнул меня обратно. Каков подлец, не хочет признать свое поражение…

– Мессир, пойдемте, я попробую ответить на его вопрос.

– Куда вам, Рунг?..

– Идемте, идемте, мессир. Нас двое, а он один.

– И что? – спросил призрак архимага.

– Нас больше, мессир, – ответил Матвей и вогнал призрака Базкеле в ступор.

Матвей вышел из дверей и поздоровался снова:

– Здравствуйте, уважаемый хранитель лабиринта. Что опять?

– Не опять, а как всегда снова, – хмуро ответил гном и недоброжелательно глянул на задумчивого мессира. – Последняя загадка. В порту стоят три корабля, и имена капитанов одинаковые – Лучиано. Более того, профессия у них тоже одинаковая. Чтобы различать троих Лучиано, им дали прозвища: Лучиано-Мирабелла, Лучиано-Люция, Лучиано-Патриция. По какому принципу Лучиано получили свои прозвища?

В голове у Матвея прозвучал дребезжащий голос: «По названию кораблей».

– По названию их кораблей, – ответил Матвей. Призрак гнома исчез, а перед Матвеем открылась дорога, мощенная камнем.

Мессир пришел в себя и переспросил:

– Как вы сказали, по названиям кораблей? Это глупость, никогда такого не делали. Вы мне друг, Рунг, но истина дороже. Я пойду и поспорю с этим тупым гномом… – Он отлетел и растерянно стал оглядываться. – А где лабиринт? – спросил он.

– Его уже нет. Мессир, давайте думать, куда идти.

– А куда нам надо?

– Наверное, обратно в лабораторию, а оттуда мы можем начать искать Сунга.

– Да-да, Сунга… Сунга… А кто этот Сунг?

Матвей похолодел. Призрак архимага терял память, и может ли он переместить их сознания в другие тела, оставалось загадкой.

Несмотря на то, что наметились проблемы с памятью мессира Базкеле, Матвей испытал прилив радости.

«Глупо, – подумал он, – радоваться такому, но все же лучше, чем мучить себя сомнениями и горевать». Дар главы клана отверженных драконов работал прекрасно. Матвей подумал, что если ему будут поджаривать пятки, он и в этом положении найдет что-то приятное. Но затем отбросил в сторону навязчивые мысли и спросил:

– Итак, мессир, куда нам нужно идти?

– А вы не знаете? – спросил Базкеле.

– Нет, мессир. Надеюсь на вас. Это вы тут жили и…

– Это не то место, где я жил, Рунг. Я не знаю этой местности. Я думал, это вы знаете, куда теперь идти. Вы же у нас командир. – В словах Базкеле Матвей услышал скрытую насмешку.

– Ладно, – произнес Матвей, – зайдем с другого бока. Барсик, появись.

И тут же из воздуха выплыл и лениво помахал крыльями дракончик. Он держал в лапах кусок мяса и жадно жрал. По его лапам стекала кровь и капала на камни дороги.

– Тебе чего, хозяин? – безразлично спросил он. – Не видишь, я занят, нельзя меня отвлекать от моих важных дел. Прощай…

– Стой! – рассердился Матвей и тут же рассмеялся. – Что это за такие важные дела у тебя появились, что ты решил ослушаться моего приказа?

– А ты кто? – нагло спросил дракончик.

– Я твой хозяин, паразит ты эдакий…

– И что? Я тебе не вещь и не раб. Мы, отверженные драконы, не признаем власти над нами. Мы сами по себе. Наша программа…

– Заткнись, – приказал Матвей. – И слушай меня, анархист хренов. Я твой хозяин, а ты мой питомец. Замри и отвечай. Куда нам идти?

– А куда вам надо, хозяин? – осторожно спросил Барсик и сунул мясо под крыло. Воровато огляделся и стал бочком отходить от Матвея.

– Ты не спрячешься, морда твоя наглая. Встань предо мной, как конь перед травой, и отвечай.

– Не знаю, – ответил обиженный дракончик. – Ты злой и крикливый, а вот самочки, драконихи…

– Самочки будут у тебя, когда ты сможешь вернуться. А сейчас ты мой помощник…

– Ладно, – покладисто ответил дракончик и стал жрать свое мясо, не обращая внимания на Матвея. За этой картиной с интересом смотрел мессир Базкеле.

– Какой интересный типаж, – проговорил он и облетел вокруг Барсика. – А что это вы употребляете в пищу, мой крылатый друг?

– Не дам, – отвернулся от него Барсик. – Мне самому мало. Меня хозяин не кормит.

– Надо же, – не обращая внимания на слова дракончика, проговорил Базкеле. – Химера – это потому, что сам себя пересадил в тело лича? Интересный экземпляр, его стоит изучить, когда вернемся в Рунг. Вы позволите мне его распотрошить? Видимо, изменения произошли в поджелудочной железе этого субъекта.

– Но-но, – отлетел Барсик от призрака архимага, – не надо меня потрошить.

– Зря, очень зря, мы могли бы много узнать нового…

– Хватит болтать, – прекратил их препирательства Матвей. – Вы мои помощники и должны мне сказать, куда идти дальше.

– Мы не знаем, – одновременно произнесли Барсик и Базкеле.

– Мы не обязаны за тебя, хозяин, думать. Ты командир, ты и думай, – ответил Барсик, а призрак Базкеле поддакнул:

– Совершенно с вами согласен, мой крылатый друг.

– У меня два помощника, и те без мозгов, – огорченно, но с радостным выражением на лице произнес Матвей и всплеснул руками. Как так-то?

Глава 2

«Если шарик лопнул, его уже не надуешь. Вернее, надуешь, но другой».

Жизнь – это дорога, полная взлетов и падений. Каждый день приносит испытания, которые могут сломать человека, но только сильный дух и вера в лучшее помогают ему продолжать путь. Трудности закаляют характер, превращая человека в того, кто способен вновь подняться на ноги после каждого падения.

Матвей посмотрел на своих спутников и понял, что они даже не думают, что делать дальше. Барсик сожрал свое мясо и теперь вылизывался, как кот, а Базкеле летал вокруг него и рассматривал питомца.

– Ладно, – произнес вслух Матвей, – будем делить нашу проблему на части и спланируем первые три шага. Итак, – он посмотрел на дорогу, почесал голову и дальше произнес: – Дорога имеет два конца…

– Вы сделали очень глубокомысленное наблюдение, Рунг, я вами восхищен, – всплеснул руками Базкеле, но в его глазах Матвей увидел насмешку.

«А мессир не так прост, как хочет показаться», – догадался Матвей и махнул рукой на призрака.

– Не мешайте думать, мессир, коли своих дум у вас нет. Видимо, понять, что у дороги два конца, вам не дано. – Базкеле от проповеди ученика открыл рот. Хотел сказать что-то резкое, но закрыл рот и отвернулся. – Поэтому вариант пойти в нужном направлении оценивается в пятьдесят процентов. Это уже полпобеды. Что нам надо в этой ситуации? – Краем глаза Матвей видел, как Базкеле перестал летать и стал прислушиваться к его словам. – Нам нужна подсказка друга, это второй шаг, – радостно произнес Матвей и позвал: – Гензель, вылазь. – И тут же в руках Матвея оказался череп с искорками в глазницах. – Гензель, вот дорога, видишь?

– Вижу, – ответил череп.

– Как ты думаешь, куда нам идти?

– А куда вы хотите прийти? – в ответ спросил Гензель, и Матвей задумался.

– Ну, лучше всего в подземелье, где мы с тобой встретились, Гензель.

– Это невозможно, – ответил Гензель, и Матвей оторопел.

– Как это невозможно? – почти шепотом спросил он.

– Нас нет на острове Магов.

– А где мы? – оторопело спросил Матвей.

– Вы на материке, а мой пост в подземелье на острове… Брумус сказал, что вас сюда перенес «головоног». Эта местность является закрытой… э-э-э… Вспомнил! Локацией.

– И что, выхода нет, хотя есть дорога? – спросил, не чувствуя огорчения, Матвей. К нему даже пришел прилив необъяснимой радости. «Мы сдохнем тут», – подумал он и произнес это вслух.

– Вы не очень-то оптимистичны командор, – осторожно произнес Базкеле.

– Выход есть, – ответил из черепа дух Гензеля. – Если пойти направо, то вы попадете в разрушенный храм, там есть обширные подземелья. Если пойдете налево, то попадете в крепость, там тоже есть подземелья, но это тюрьма для преступников, в которой содержат тех, кто стал противником бога Ра Нгира. Из подземелий есть выход из этой закрытой локации.

– Я так понимаю, что хрен редьки не слаще, – произнес Матвей. – Слева темница, там храм с чем-то страшным – иначе чего бы ему там стоять. И выбор между плохим известным и неизвестным, но вполне себе ужасным. Пойдешь налево – в тюрьму попадешь, пойдешь направо – смерть найдешь, пойдешь прямо – жену найдешь. И что хуже?..

– Я вам так скажу, мой юный друг, – ответил мессир Базкеле. – Жена бывает хуже тюрьмы и смерти, поверьте, я был на такой женат. Так что предлагаю… – Он сделал театральную паузу. – Сделать выбор вам за всех нас. Вот. И не благодарите меня. Я должен был вам помочь. И какой интересный экземпляр у вас в руках! Там правда бедняга Гензель?

– Только часть его души, мессир Базкеле, – ответил череп. – Приходите в гости. Господин Рунг одарит нас своей магической энергией.

Призрак метнулся к Матвею и исчез в черепе.

– А тут у вас недурственно, Гензель… – прозвучал из черепа голос мессира Базкеле.

Матвей подержал череп и со вздохом сожаления, смешанного с необъяснимой радостью, убрал его в заплечный мешок. После этого он стал оглядываться.

– А по сторонам дороги горы, – произнес он. – На них снежные шапки. Может, там есть выход? Может, там живут гномы в своих подземных городах? – размечтался Матвей. – Барсик, лети, посмотри, что там.

– Сам лети. Я тебе не гонец и не разведчик. Мне силы надо беречь и толстеть. Драконихи любят драконов в теле, – произнес с ноткой мечтательности дракончик.

Матвей из-за отказа дракончика выполнить его приказ не расстроился. Он неожиданно произнес:

– Слева горы, справа горы – это Кавказ… – А затем повторил уже певуче:

 
«Слева горы, справа горы – это Кавказ.
Если хочешь быть здоров – занимайся,
Тренируйся и летай, отжимайся.
Девкам нравятся атлеты,
А не жирные котлеты…
Так что быстренько в полет ты со-обирайся…»
 

И, размахнувшись ногой, врезал ей по толстому заду Барсика. Тот полетел по дуге, как футбольный мяч. На середине полета он истошно заорал и выпустил газы, замахал крыльями и стал нарезать круги над Матвеем, затем сложил крылья и в пике устремился на Матвея. Матвей понял, что его питомец решил напасть на своего хозяина, он отпрыгнул в самый последний момент, и дракончик врезался в камни дороги со всего маха. От удара он расплылся кляксой, и замигала иконка:

«Ваш питомец погиб, но вы можете его призвать через игровой час в истинном виде, его характеристика „Воля“ снизилась на две единицы.

Сейчас вы можете призвать Костяного дракона смерти».

Глядя на то, во что превратился его питомец, Матвей радостно произнес:

– Вечная память павшим. – И, словно отдавая честь погибшему, поднял палец к небу. – Пуф. Пуф. Пуф. Покойся с миром, – торжественно произнес он. – Брумус, это жертва тебе.

Тут же появился мертвый рыцарь в отливающих чернотой доспехах, от него исходила аура тьмы, и она страшила.

– Ой, боюсь, боюсь, – радостно и одновременно в страхе запричитал Матвей.

В стальных перчатках, как в капкане, находилась душа Барсика и билась, как зверь, попавшийся в западню.

«Хозяин, – раздался у него в голове вопль отчаяния, – прости, я все понял…» – В этом крике Матвей услышал столько ужаса, что обрадованно произнес:

– Ого, как тебя проняло, бездельник. Если шарик лопнул, его уже не надуешь. Зато можно надуть другой…

Черный рыцарь рассмеялся:

– Ха-ха-ха-ха. Все же ты забавен, Рунг Ду Рик. Ты сумел меня вытащить в открытый мир и достоин награды. Забирай этого поганца, я его подправил, – и он швырнул призрака дракончика в его кляксу. Призрак втянулся в то, что осталось от питомца.

– Костяной дракон, встань передо мной, как конь перед травой, – приказал Матвей.

Красная клякса задымилась, с нее сошла плоть, и кости дракончика стали складываться в замысловатую конструкцию. Наконец они соединились, и с земли поднялся скелет Барсика. И у него в глазницах появился зловещий зеленый огонь. Дракончик икнул и чихнул, из пасти вырвался густой зеленый дым.

Костяной дракончик, стуча костями по камням дороги, подошел к Матвею и произнес:

– Приказывай, хозяин.

– О-о-о! – изумленно воскликнул Матвей. – А в обличии дракона смерти ты, Барсик, гораздо привлекательней. Только, думаю, твоим девкам это не понравится.

Черный рыцарь исчез, растворившись в черном дыме. Вскоре и сам дым рассеялся, но замигала иконка:

Вы вызвали бога пять раз из пяти и выполнили задание: «Вызвать одного из богов пять раз». Ваши навыки улучшены:

Мистицизм – 20 уровень. Вы можете взывать к богам 2 раза в день и получать их божественную помощь.

Благодать 200 ед.

Магический призыв – 8 уровень. Вы можете вызвать на помощь мистических существ до 20 уровня на 30 секунд. Медведь, Сокол, Барс, при наличии заклинаний.

Вы можете вызвать на помощь питомца на один час в истинной форме и в форме дракона смерти на 2 часа.

– Растем! – обрадовался Матвей. – Становимся сильнее и бодрее. – И неожиданно для себя запел:

 
«Куда идем мы с Пятачком —
Большой-большой секрет.
И не расскажем мы о нем, о нет, и нет, и нет…»
 

Слева горы, справа горы – это Кавказ.

Слева горы, справа горы – это Кавказ…

При этом он пустился в пляс, изображая танец «Лезгинку» и приговаривая:

– Опа, опа, опа…

От танцев его отвлекло пришедшее сообщение:

«Вы исполнили песню и танец походного вождя. Все ваши характеристики выросли на одну единицу на два часа. Вы дали питомцу в форме „Дракона смерти“ новое имя – Пятачок. Вы воодушевили питомца, и его характеристики выросли на две единицы на два часа».

– Вот и отлично. Пятачок, лети к горам вон туда, – Матвей указал рукой налево от дороги, – и проверь, что там, потом доложишь.

Дракончик разбежался, взмахнул костяными крыльями и взлетел, сделал круг над Матвеем и сел.

– Все, хозяин, у меня закончилась энергия, подсоби…

– Оп-па! Во-он оно как! – удивленно произнес Матвей. – Тебе, чтобы летать, нужна энергия… Какая, Пятачок?

– Некротическая, хозяин, иначе я буду ходить, и все.

– Понятно… А где ее брать-то, эту некротическую энергию?

– У тебя она есть, дай ее, и я полечу.

«Хм», – задумался Матвей, и тут у него в голове забрезжила мысль. А что будет, если он останется без энергии?

– Мессир Базкеле, а что будет, если я отдам свою энергию дракончику смерти?

– Вы можете умереть, мой командор, – ответил голос Базкеле.

– Насовсем?

– Нет, пока не восстановитесь.

– Примерно ясно. Полет Пятачка отменяется. Идем к храму, там, может, найдем одного из богов, и он нам поможет. Таков мой план.

– Гениально! – просюсюкал мессир Базкеле. – Вы растете на глазах, мой командир.

– Слышать это приятно, мессир, но лесть здесь неуместна.

– А что уместно? – тут же спросил Базкеле.

– Уместна ваша помощь, мессир. Порядок выдвижения следующий: вы летите вперед и разведываете местность по пути нашего движения. Барсик… э-э-э… вернее, теперь Пятачок, идет последним и прикрывает наши тылы. Вопросы?..

– Есть, – тут же ответил Базкеле. Матвей, чувствуя подвох, быстро добавил:

– Не принимаются. Исполнять! Пятачок, не дрейфь. Научишься летать. Пошли в разрушенный храм. Может, он принадлежит одному из забытых богов, и он нам поможет.

Дракончик ничего не ответил, повертел головой и, гремя костями, поплелся следом за хозяином.

Базкеле вылетел из заплечной сумки и недовольно произнес:

– Командор, вы несколько наивны, я бы даже сказал, чересчур. Если храм заброшен, то бог из этого места давно ушел или его выгнали. Не лучше ли пойти туда, где тюрьма?

– Ага, и нас посадят за решетку, – ответил Матвей.

– Зато там кормят отбросами, командир. А для вас это деликатесы, и мы жить будем. Потом лет через сто вы придумаете, как оттуда выбраться…

– Сто лет?! – воскликнул Матвей. – Я не готов столько ждать и не хочу в тюрьму, это противно моему здравому смыслу. Вы вон, мессир, призрак, и вам года нипочем, а я за сто лет состарюсь. Не переживайте – если не найдем бога, что обитал в храме, назначим на его место другого. Я знаю одного. Он пока… Но это неважно, – произнес Матвей. Он заметил, каким заинтересованным стало лицо мессира. – Летите, мессир, летите, а мы с Пятачком пойдем. – Он махнул рукой, указывая направление, и, зашагав, снова затянул песню: – Куда идем мы с Пятачком…

Следом ковылял питомец, гремел костями и приговаривал: «Уф, уф…»

Призрак Базкеле улетел вперед, где намечался подъем дороги на холм. Вернулся он быстро и доложил:

– Командир, там два крестьянина прямо на спуске за холмом, но это не простые крестьяне, – и замолчал.

– А какие? – спросил Матвей, не дождавшись продолжения. – Золотые?

– Нет, это оборотни, только в человеческой ипостаси. Сейчас день, и они не обратились в чудовищ.

– А они опасны? – спросил Матвей.

– Их двое, а вы один. Если нападут, вы не спасетесь, у них сил больше. Но есть один для вас приятный момент. Оборотни в человеческой форме не злые и не кровожадные. Кроме того, вы мертвяк, а они мертвечину не едят. Были бы вы вампиром, они бы вас точно сгубили: сначала обманули бы, заманили, а потом, когда на небе появилась луна, сожрали бы. Такие вот они.

Матвей ни на миг не задумался. Он снова запел то, что пришло ему в голову:

 
Смело, товарищи, в ногу!
Духом окрепнем в борьбе,
В царство свободы дорогу
Грудью проложим себе…
 

– Не бойтесь, мессир, где наша не пропадала, – решительно заявил Матвей.

– А где ваша не пропадала? – тут же спросил излишне любопытный мессир.

– Там, где надо, мессир. Что вы знаете о вампирах? Если тут есть оборотни – вполне возможно, есть и вампиры.

– Странное замечание, Рунг, – задумчиво произнес призрак Базкеле. – Откуда у вас такое… такое… – замялся мессир. – Откровение?

– Свыше, мессир. Про оборотней вы рассказали. А что вы знаете о вампирах?

Базкеле вытащил из недр своей призрачной мантии призрачную книгу и стал листать.

– Вот, – послюнявив палец и перевернув пару страниц, произнес он. – Вампиры появляются там, где водятся летучие мыши подземелий. Мыши пьют кровь живых людей и нелюдей, впрыскивая в кровь яд гемофилии. Если вовремя не излечиться, то разумный становится трэллом, то есть обращенным. Он может жить и ходить при свете дня, но уже питается кровью, причем кровь животных ему тоже подойдет. Со временем, примерно через сто лет, трэлл превращается в настоящего вампира, и ему уже нужна кровь разумного. Они пьют ее, потому что в крови находится душа, и, поглощая кровь, они поглощают душу. Достаточно одного укуса вампира, чтобы поработить душу разумного. Через тысячу лет вампир превращается в лорда вампиров, и ему не нужна кровь, он питается магической энергией ночи и может жить только при свете луны. Днем их кожа начинает гореть. Сердце вампира – дорогой ингредиент в алхимии. Враги вампиров – оборотни, с ними у них непримиримая вражда. – Призрак закрыл книгу и произнес: – Как-то так, дорогой мой Рунг.