Текст книги "Дебаггер"
![](/books_files/covers/thumbs_240/debagger-116910.jpg)
Автор книги: Владимир Венгловский
Жанр: Социальная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Персонажи, – остановил я словесный поток Ефимовского. Кажется, наш магнат игровой индустрии может петь хвалу своему детищу до бесконечности.
– Что «персонажи»? – переспросил он.
– Ефимовский, – подала голос Илва, – вас же Игорь просил договориться о персонажах высоких уровней.
– Для вас – просто Сережа, – сказал Эс Бэ.
– Просто Сережа, – слащаво произнесла Илва. Знал я этот ее голос, когда она хищно облизывала губы, будто собиралась откусить собеседнику голову. – Вы за кого будете играть? Потому что если мы сейчас нормально не договоримся, то я…
– Тихо! – перебил я. – Без ссор. Так у вас есть сохраненные персонажи?
– Есть, – сказал Ефимовский. – Один. Мой. Было дело – немного играл, когда хватало времени. Только он еще довольно слабый. А вы создадите новых, я не хочу обращаться к своим сотрудникам за другими, тем самым давая знать, что я в игре. Нам не нужны слухи. Ничего, для поиска Ани хватит. Она тоже играла недолго, не думаю, что достигла высокого уровня и забралась куда-то далеко.
– Хорошо, – согласился я. – Создам стрелка поселенцев, кого-то вроде рейнджера. Илва, скорее всего, выберет представительницу аборигенов – лес всегда был ее слабостью. Думаю, что у лесного народа в наличии есть свои классы поддержки.
– Сейчас, разбежалась, – тихо проговорила Илва. – Ты же знаешь, кем я была и кем я смогу быть. Если так хочешь, то у лесного народа тоже должны быть классы вора.
– Э-э-э… Сергей, – заставил я себя произнести имя нанимателя. – Ты за кого играешь?
– За мага. Поселенца.
– Здесь есть волшебники?
– Алхимики, создающие магические смеси, каллиграфы, чьи записанные в волшебных свитках и гримуарах слова обретают силу. Весь воздух Нового Света, вся его природа пропитаны магией. Да, мне нравилось быть волшебником, подвидом каллиграфа, тем, кого называют «картежником» за то, что он может использовать и создавать магию в изображениях, чаще всего в виде древних карт из игры, смысл которой исчез в глубине веков.
– Значит, решено: стрелок, маг и вор. А Вот будет воином. Вот! Где ты?
– Он уже ушел в игру, – сообщила Илва.
– Вот черт, – выругался я. – За ним!
Глава 2
Таверна «Лесной брат». Меч модератора
У каждого из нас есть свой виртуал в сети. Очень часто, как ни странно, – это скан твоей реальной личности. Украшательствами любят заниматься лишь подростки пубертального периода («зацени, какие у меня мышцы!») и женщины, но для последних это, скорее, дань моде. Да и в обычном сетевом пространстве не разрешены копии известных личностей, персонажей кино и прочая большегрудая и длинноногая шушера, так полюбившаяся игрокам в многопользовательских играх.
«Фронтир» тоже по умолчанию предложил моего обычного виртуала. Хочешь – меняй. Не хочешь – оставайся собой. Что я и сделал, лишь слегка изменил имя. Теперь я стал Игорем де Ламбе́ром. Так себе ник, сойдет, не мудрствуя лукаво. Но по привычке нанес на левую руку своего виртуала татуировку с настоящим именем – «Игорь Ламберт». Оно не позволяет мне забыть себя в пространстве Чендлера. Имя – мой якорь в реальности. Хотя сейчас мы идем в обычную игру, но Джонни ведь как-то ухитрилась зависнуть.
В классах персонажей я копался недолго. Ведь уже решил, что буду стрелком поселенцев. Класс «ганслингер» – профессионал в огнестрельном оружии. Умения на первом уровне… Пусть будет стрельба с двух рук. И, допустим, фехтование легкими клинками, не повредит. По старому опыту знаю, что персонажам дальнего действия часто приходится вступать в ближний бой, и тогда их убивают. Значит, вот мой выбор – кинжал и пистоль. Что у нас с уроном? Урон d8. Вспомним старую школу? D – это дайс, игровой кубик. Может быть шести, восьми, двенадцатигранным… D8 – значит, система бросает виртуальный кубик, генерирует случайное число от 1 до 8. Бонусы добавляются потом, после броска.
УРОВЕНЬ 1
Имя: Игорь де Ламбе́р
Класс: Ганслингер
Единиц жизни: 12
Характеристики:
Сила 4
Ловкость 8 (при использовании огнестрельного оружия ловкость +3)
Телосложение 6
Интеллект 6
Восприятие 7
Харизма 5
Профессионал в: огнестрельное оружие.
Умения: фехтование легкими клинками, стрельба с двух рук.
Оружие и броня:
Кремневый пистоль, (2) урон d8, условия применения: ловкость 6, восприятие 5.
Кинжал, урон d6, условия применения: сила 4.
Кожаная куртка поселенца, защита d6.
Предметы:
Алхимическое заживляющее снадобье.
Деньги: 10 монет.
ЖУРНАЛ КВЕСТОВ
Главный квест: «Найти пропавшую девушку».
Загрузка, выбор стартовой локации – и я оказался у таверны «Лесной брат».
Ветер шелестел в кронах могучих деревьев. Это был не тот ветер из моего прошлого, запертый в лабиринте улиц и пропахший сточными ямами и конским потом. Здешний бриз нес соленый вкус прибоя и крики чаек, жажду странствий и звон награбленного золота. На какое-то мгновение показалось, что все это по-настоящему: ветер и деревья, скрип вывески над дверью, торговка рыбой с блестками прилипшей чешуи на загрубевшем от крови и морской соли переднике. Она стояла у входа в таверну и глядела на меня с открытым ртом.
– Привет, – сказал я. – Ты не видела, только что сюда не заходили двое мужчин и одна девушка?
Торговка сплюнула мне под ноги и ушла по дороге в город, виляя толстым задом. В информационном окне возникла надпись:
«Проверка дипломатии не удалась».
– И тебе удачи, – сказал я и зачем-то помахал ей вслед рукой.
Когда опускал руку, то случайно задел пистоль в кобуре, висящей на правом боку. Второй, точно такой же, находился на поясе слева. Я достал и осмотрел один из них. Рука ощутила привычную тяжесть, словно держать оружие для меня было не в новинку. Нахлынули воспоминания.
Темная, залитая туманом улица в трущобах. Подворотня, где скорчившийся у стены нищий способен легко, без зазрения совести, ради горсти монет и хорошего костюма, перерезать горло одному из неудачников, замерших в двадцати шагах друг от друга. Но им не до нищего. Противники стоят, сжимая пистоли, пристально смотрят друг на друга. Дуэль? Нет, скорее поединок без секундантов и правил. На флюгере каркает ворон. В его полуночном крике слышится: «де Ламбер!» – и враги поднимают оружие. Два выстрела сливаются воедино. Один из противников падает, без крика и лишней суеты, отброшенный пулей валится на спину. Второй хватается за раненую руку. Со стороны нищего слышен клекот, похожий на бормотание стервятника, и не сразу понятно, что это смех.
Я вернул оружие в кобуру, разжал ладонь и увидел на ней старый шрам от пули. Но воспоминания продолжали уносить меня все дальше. Тьма подворотен сменилась долгим морским путешествием и штормом, когда мы пересекали утихшего Морского Дракона. В памяти появились белокурые волосы жены, потерянной для меня еще до того, как я сел на корабль, идущий в Новый Свет. «Игорь, ты убил его! Убил! Я ненавижу тебя!»
Я выдохнул, прогоняя видение. Почудится же такое. Нет, это не пространство Чендлера. Обычная игра. Стандартная история персонажа, которую я выбрал при входе.
У двери в таверну висела доска объявлений с портретами преступников в розыске. «Доставить живыми или мертвыми». Награда за некоторых немалая. Бородач с самурайской прической стоит тысячу монет. Тип с лицом, покрытым сетью шрамов, как у отъявленного головореза, – полторы тысячи. Роковая красавица с красными зрачками, в которой, наверное, смешалась кровь не одной расы, – две. Что же ты успела натворить, что за тебя столько дают? Надо запомнить эти физиономии.
Я распахнул дверь и вошел в таверну. Ворвавшийся вместе со мной ветер всколыхнул свечи в большой люстре. Здесь не звучала музыка, ее заменяло шумное разноголосье собравшихся в «Лесном брате» людей и нелюдей. Несколько угрюмого вида игроков молчаливо сидели за партией в кости. Создавалось впечатление, что на кон поставлено многое, уж очень сосредоточенно выглядели персонажи, монотонно стучавшие костями о доску. Невдалеке от игроков полуголый воин, прислонивший к своему стулу двуручный топор, забавлялся с хорьком – зверек бегал по столу между его широкими ладонями. Рядом с воякой сидела хрупкая черноволосая девушка с узким разрезом глаз и острым носом. Она пристально смотрела на пивную кружку перед собой на столе, и пена то поднималась, норовя перелиться через край, то опадала, прячась в глубине кружки. Каждый раз при своем появлении она была другого цвета: фиолетового, желтого, красного, и разноцветные сполохи отражались на бледном лице волшебницы. Сидели в таверне и представители лесного народа. Двое эльфов и крылатый оул – все с татуировками расцветших шипоцветов на лбу – держались в стороне и о чем-то тихо переговаривались друг с другом.
В городе пока перемирие – все ждут решения правителей. Но в любой момент пена страстей вскипит, и поселенцы вновь сцепятся с детьми леса за какой-нибудь клочок земли, а бродяги пойдут на приступ города.
Среди посетителей я неожиданно сразу узнал своих компаньонов – они разместились за столом в темном углу: маг, бродяга и девушка, в которой смешалась кровь поселенцев и лесного народа.
Ефимовский выбрал для своего персонажа совсем иное, чем в жизни, лицо – слишком молодое, конопатое, с глазами доверчивого теленка, в которых читался вопрос: «За что?» Одет он был в заляпанный чернильными кляксами потертый плащ, изначально бордового цвета, такие были популярны в Метрополии лет пять назад. На столе в металлических подсвечниках горели свечи, и Ефимовский раскладывал между ними карты со странными рисунками, усердно макая перо в чернильницу и делая на картах какие-то пометки.
Как выглядел Вот, осталось для меня загадкой – даже здесь, в таверне, он не снял шлем, полностью закрывающий лицо, а все его тело покрывали пластинчатые доспехи с витиеватыми узорами. Они выглядели словно внешний скелет или хитиновая броня механического насекомого. В их сочленениях почти беззвучно двигались шестеренки – когда Вот поднял руку в приветствии, раздалось лишь легкое пощелкивание и шипение приводов. Странные механизмы, напоминающие гигантских пауков и змей, были встроены в доспехи. Украшения? Усиливающая техномагия? Кто их, этих бродяг, поймет. Казалось, что человек просто не в состоянии носить на себе столько железа, но движения Черного Хакера оказались легкими и стремительными.
Илва играла полукровкой. Любимое мною лицо: тонкий нос и полные губы, светлые волосы, обычно собранные в тугую косу, сейчас неряшливо спадали ей на спину – облик Волчицы портили лишь длинные уши, торчащие из-под мужской широкополой шляпы с пером. Илва выставила их напоказ, словно нарочно нарываясь на ссору: «Пусть только кто-то из местных попробует что-то сказать, он тут же узнает остроту моего кинжала». Я не сомневался, что под ее курткой был спрятан от посторонних глаз не один метательный нож. А также набор отмычек и другие приспособления, без которых не обойдется любой уважающий себя вор. Но было в ее фигуре что-то присущее лишь детям леса. Что-то неуловимо грациозное, взятое от дикой кошки, всегда готовой к драке или к бегству. Сейчас Илва сердито смотрела на одноглазого детину, сидящего по другую сторону таверны, – того и гляди зашипит и выпустит когти.
Одноглазого окружала его банда – четверо молодцев ему под стать: три человека и один полукровка, настолько длинный и худой, что я невольно назвал его про себя Жердяем.
– Была у меня одна полукровочка, – между тем продолжал рассказывать на всю таверну Одноглазый, сминая в пальцах вилку. – Огонь-баба, но приходилось с ней прямо на полу, они ж дикие, их в постель не уложишь. Вот эта, – указал он вилкой в сторону Илвы, – думаю, такая же ненасытная, не зря с двумя мужиками пришла. Правда, что с юнца и бродяги возьмешь? Иди лучше к нам, красавица! Мы тебя обслужим по полной программе!
Полураздетая девица, сидящая на коленях у Жердяя, звонко рассмеялась. Когда я проходил мимо, Одноглазый как раз сложил из вилки некое подобие неприличного жеста и ткнул в моем направлении:
– О, еще один новичок. Школота слетается в игру, как мухи.
Он ухмыльнулся, продемонстрировав желтые прокуренные зубы. Кто это – игрок, NPC? Каков его уровень? Неизвестно. Говорите, Live Games? Ну-ну, посмотрим. Ефимовский отодвинул свободный стул. Я едва заметно покачал головой, затем переступил через перегородившие проход длинные ноги Жердяя и пошел к барной стойке.
– Эй, новенький! – крикнул мне вслед Жердяй. – Посмотри, какие сиськи у моей Мери!
Он развернул ко мне свою подругу, и она, смеясь, едва не свалилась на пол, залив элем подол приспущенного платья. Вся братия довольно заржала. Графика была реалистичной. Звуковое сопровождение тоже ничего. Впрочем, при нынешнем уровне техники это неудивительно.
Я остановился у барной стойки рядом с пьяным музыкантом. Закрыв глаза, он сидел на табурете в обнимку со скрипкой, покачивался и что-то едва слышно напевал себе под нос. Бармен зыркнул на меня исподлобья, хотел что-то сказать, но передумал.
– Эй, новенький, тебе что, не нравится Мери?! – прокричал Жердяй.
– Нет, – вполголоса сказал я, не оборачиваясь, и спросил у бармена: – В городе разрешены бои игрок против игрока?
Бармен пожал плечами и принялся вытирать кружку полотенцем. Тогда я опустил на стойку медную монету. Бармен молча сграбастал медяк, отложил полотенце, наполнил кружку из стоящей позади него бочки, протянул и сказал:
– Только если ты не начал первым. Или без свидетелей, иначе стуканут, и за тобой придут модеры, а их оружие стирает виртуала из игры напрочь. Видел портреты преступников у входа? Смертники.
Его голос звучал приятным баритоном. С таким голосом нужно арии на большой сцене исполнять, а не прозябать в грязной забегаловке.
Что лучше охоты?
В леса и болота
С утра без заботы
Мы рыскать идем.
Чуть рог заиграет
Иль стая залает,
В нас кровь закипает
Горячим ключом.
Я зажмурился, ловя ощущение игры. Кружка холодила руку, эль пенился, я слышал, как лопались его пузыри.
– Мери, голубушка, слезь-ка с меня, тут, похоже, новенькому ты не нравишься, – не унимался Жердяй.
– Выпусти ему кишки! – подбадривал компаньона Одноглазый. – Мало тут бродячего сброда приползло, так еще и уроды разные ходят, как к себе домой.
Голос доносился будто издалека. Мне было не до него. Я видел следы, много следов, самых разных, но меня интересовал лишь один, пропитанный смехом подростка и звоном клинков. След улыбался мне маской Анонимуса и разбегался в разные стороны. Джонни заходила в игру много раз, и я не мог понять, какой след первый, а какой последний. Оставалось ухватиться за тот, что ближе. Он вел под землю прямо у меня под ногами.
– Под таверной есть подземелье? – спросил я у бармена. – Знаешь, как туда попасть?
Бармен не удостоил меня вниманием. Делал вид, что нет ничего важнее, чем вытирать полотенцем кружку.
– Слушай, гусь, я с тобой разговариваю! – прокричал Жердяй.
Я уронил на стол оставшиеся девять монет. Бармен скользнул по ним взглядом, но работы не прервал. Я вернул монеты обратно в карман.
– Не знаешь, почему каждый раз, когда я где-нибудь появлюсь, затевается ссора? – спросил я у бармена.
Тот неопределенно хмыкнул. Жердяй подходил ближе. Я слышал, как скрипят под его ногами половицы.
– Ты игрок или NPC? – улыбнулся я бармену, прислушиваясь к движениям Жердяя.
– Какая разница? – хмуро ответил тот.
– Большая, – сказал я. – Игрок после гибели возрождается. NPC, наверное, тоже. Но является ли он тем же, что и был до своей гибели?
Я резко развернулся, и дуло пистоля в моей руке уперлось в лоб Жердяя. Улыбка медленно сползла с его лица.
– Не надо, – сказал он.
Я улыбнулся и пропел крутящуюся в голове песню охотников из арии «Вольный стрелок» фон Вебера:
Промчится ли серна
Иль лань, мы наверно
В них пулею верной
Без промаха бьем.
И спустил курок.
«Нанесен критический урон 15».
Голова Жердяя разлетелась, и он повалился на пол, опрокидывая ближайший стол. Зазвенела бьющаяся посуда. Мери вскрикнула. Игроки в кости прекратили игру и уставились на меня. Лысый амбал сунул хорька в сумку на поясе и одобряюще поднял большой палец.
– Хорошая песня, надо записать, – пробормотал скрипач, не открывая глаз.
Он прижимал к груди скрипку словно щит. Я повернулся к бармену, доставая второй пистоль.
– Повторяю вопрос, ты игрок или NPC?
– Хорошо, я покажу, где подземелье, – ответил бармен, стирая полотенцем кровь с чаши.
– Мишку убили! – вскрикнул Одноглазый, поднимаясь на ноги. – Ах ты, гад!
Вставал Одноглазый медленно, словно пытаясь осмыслить ситуацию и решить, что делать. Брошенный Илвой нож летел быстрее. Волчица точно рассчитала бросок – нож вошел по самую рукоять в лоб Одноглазого. Бандит упал. Трое его компаньонов вскочили, выхватывая оружие. У одного в руке оказался взведенный маленький арбалет – такие бьют недалеко, но их удобно носить под одеждой и быстро доставать в случае надобности, а мертвому врагу безразлична величина арбалетного болта, которым его укокошили. Пистоль я уже держал в руке и успел выстрелить первым, нанося пять единиц урона. Дым, грохот, бандит закричал, хватаясь за плечо – наверное, такие действия после ранения выдает персонаж сам, с потерей управления собой. Да-да, знаю, Live Games – песня, сказка, расцеловать и любоваться!
Посетители предпочли не вмешиваться. Группа игроков в кости потянулась к выходу – один за другим, словно задумчивые пингвины. Эльфы давно исчезли, я не успел заметить, как они покинули таверну. Крылатый оул зацепился ногами за потолочную балку, висел вниз головой, как летучая мышь, и разглядывал все происходящее большими круглыми совиными глазами. И только полуголый воин схватился за топор и рвался в драку, но его подруга сдерживала воинственные порывы, опустив ладонь на руку силача.
Один из оставшихся невредимыми бандитов бросился на Илву. Второй на мгновение замер в нерешительности, выбирая, стоит ли нападать, или лучше дать деру, а затем, сжимая короткий меч, устремился ко мне. Я выхватил кинжал, краем глаза замечая, что делают мои друзья. Ефимовский только поднимался со стула. Пламя свечей дрожало, и за его плечами вырастала тень. К этому времени Вот уже успел перегородить дорогу бандиту и вскинул левую руку. Обвивающая ее металлическая змея раскрыла пасть, раздался щелчок, оттуда на длинной цепи вылетел гарпун и с хрустом пробил грудь бандита. Острие вышло из спины, брызнула кровь. Механический паук на предплечье Вота зашевелил лапами, заработали механизмы лебедки, сматывающей цепь, и бандита потащило через зал. Когда он оказался возле бродяги, еще живой, пытающийся вырваться, из змеи на правой руке Вота выскользнуло лезвие. Раскрытая пасть превратилась в гарду. Взмах – и голова бандита отделилась от тела.
Мой противник уже подскочил и ударил мечом, метя мне в голову. Я едва успел парировать удар, понимая, что враг намного превосходит меня уровнем. Новый выпад, парирование, звон клинков. Казалось, что мое виртуальное тело действует само, применяя изученные умения. Но долго я не продержусь. Вдруг бандит на мгновение замер, захрипел и повалился лицом на барную стойку. Из его спины торчал один из метательных ножей Илвы.
Волчица подошла ближе и выдернула нож.
– Неплохая графика, – сказала она, вытирая лезвие о куртку мертвеца. – Неплохие спецэффекты.
Улыбка Илвы походила на волчий оскал.
– Да уж, – хмыкнул я.
На мгновение опять накатило чувство реальности. Показалось, что все это происходит по-настоящему, – залитая кровью таверна, напуганные посетители и мертвые бандиты, Вот, приставивший клинок к горлу раненого мною врага. Я помотал головой, и наваждение прошло. Игра как игра. Самая обычная, а вовсе не в пространстве Чендлера.
– Пощады, – выкрикнул бандит.
Интересно, это говорит игрок или стандартные реплики выдает сам персонаж, в зависимости от прописанного характера?
– Мои друзья вчерашние – враги, – сказал Вот. – Враги – мои друзья. Но, да простит мне грех господь благий, их презираю я…[3]3
М. Ю. Лермонтов «Мои друзья вчерашние – враги…»
[Закрыть]
И перерезал бандиту горло.
– Хорошие стихи, – сказал скрипач.
Не открывая глаз, он пошарил рукой по барной стойке. Бармен пододвинул к нему наполненную кружку, и музыкант опрокинул ее содержимое в рот.
– Давно надо было их проучить! – сказал полуголый воин. – Промышляли тут, провоцировали новичков на драку. Ваше здоровье. – Он схватил кружку с пивом, но перепутал и выбрал не свою, а волшебницы.
Фиолетовая жидкость потекла у него по подбородку. Воин закашлялся, и его кожа приобрела нездоровый фиолетовый оттенок.
– Ой, – сказала волшебница.
– Ты собирался показать подземелье, – напомнил я бармену.
– Поздно, – ухмыльнулся тот.
В таверну вошли двое. Во всем их облике, черных костюмах, уверенной походке, движениях чувствовалась сила. Один держал заряженный арбалет, второй, красуясь, неспешно доставал из-за плеча катану.
– Модеры, – сказал бармен, отодвигаясь в сторону.
Возникло сообщение:
«Вы забанены навсегда за нарушение правил игры. Ваш аккаунт будет удален».
– Ты, – сказал тот, что с арбалетом, указывая пальцем на Вота, который рылся в карманах у мертвого бандита.
Все произошло настолько стремительно, что ни я, ни кто-либо другой не успели помешать. Модераторы не стали зачитывать приговор или давать время на оправдания. Арбалет щелкнул, болт со звуком пробиваемого металла вошел в голову Вота. Бродяга вскинул руки и рассыпался горящими угольками. Ефимовский вскрикнул и бросил на пол одну из своих карт. От взмаха его руки свечи слетели со стола, чернильница опрокинулась, и пролитые чернила закапали на пол. На полу зашевелилась тварь, состоящая из тьмы, вырастали щупальца и длинные суставчатые лапы, ядовитый хвост беззвучно хлестал по воздуху. Но прежде чем тварь обрела форму, второй модератор шагнул к Эс Бэ, и его катана свистнула в воздухе, разрубая одним ударом монстра вместе с волшебником. Мгла растеклась по полу чернильным облаком, в которое упали исчезающие части тела Ефимовского. Вспыхнули и погасли несколько искорок.
– Ты! – показал на меня первый модератор.
Я заметил, что его арбалет имеет два заряда. Острие оставшегося болта смотрело мне между глаз.
Внезапно скрипач выпрямился, закрывая меня от выстрела, и вскинул руку, настолько быстро, что его движение было практически незаметно. Брошенный им нож вошел в грудь модератора. Тот недоуменно посмотрел на торчащую из тела рукоять, потом выронил арбалет, пошатнулся, схватился за рану и упал, опрокидывая на себя посуду с ближайшего стола. Казалось, что падал модератор слишком медленно. Он еще не успел опуститься на пол, как второй модер уже оказался рядом с музыкантом. Скрипач пригнулся, уворачиваясь от свистнувшей катаны, перекатился по полу, схватил арбалет и всадил болт в грудь своего противника. Критический урон! Прежде чем исчезнуть, модератор еще успел замахнуться мечом, но тут же рассыпался гаснущими угольками. Музыкант поймал выпавшую из его рук катану.
– Ну ничего ж себе! – сказал бармен.
– Во! – показал большой палец воин, чья кожа прямо на глазах заливалась пурпурной краской, отчего здоровяк походил на рассерженного хамелеона.
Хорек выскочил из его сумки и понюхал лежащий на полу уголек. Искорка исчезла, хорек недовольно чихнул и вернулся к хозяину. Скрипач подошел к барной стойке, взял скрипку и протянул мне катану:
– Держи!
Я машинально принял оружие из его рук. Посмотрел характеристики меча.
«Катана убийства, урон d10+1, свойство – окончательная гибель персонажа. Условия использования: сила 5, ловкость 7. Внимание, оружие может принадлежать только модератору. Если вы не являетесь модератором, оружие необходимо немедленно вернуть, или ваш аккаунт будет стерт».
– Знаешь, – продолжил скрипач, – даже смертоносный меч ничто без его хозяина. Ты не должен погибнуть, Ламберт. Не дай шанса тем, кто ждет.
Он поднял на меня взгляд, и я увидел цвет его глаз. Безбрежная морская даль смешалась в них с небесной синевой, а потом на мгновение, словно в зеркале, появилось мое отражение. Скрипач повернулся и пошел к выходу, закинув арбалет за спину.
– Ты молодец, мужик, – прокричал ему вслед пурпурный воин.
– Кто это? – спросила Илва, беря меня за руку.
Но я лишь пожал плечами и повернулся к бармену:
– Сколько времени здесь уходит на возрождение?
– Когда как, – сказал он, неотрывно глядя на меч в моих руках. – Зависит от уровня. Если вы новички, то это дело буквально пяти минут, а вот убитый модер сможет появиться лишь спустя несколько часов – думаю, что уровень у него немалый. Но твои товарищи полностью стерты, и им придется создавать персонажей с нуля. Как и стертому модератору, но не думаю, что он сунется сюда сам персонажем первого уровня. – Бармен потянулся к катане, но не прикоснулся, отдернул руку. – Это же оружие модера. Поверить не могу. Ты же теперь цель номер один для всех: модеры за такое не прощают, а из игроков редко кто откажется заполучить себе подобное оружие. Мой совет – сейчас же от него избавься. – Бармен повертел в руках пустую кружку. – Кто этот музыкантишка, что смог убить двух модераторов? Я приютил его, а он даже играть толком не умел. Я игрок, а не NPC. Но я проведу тебя к подземелью, хотя оно ни для кого. Оно не квестовое. Разве что только для персональных заданий. Такое тут иногда случается, когда игра создает квесты для конкретной партии или игрока. В последний раз в подземелье спускалась девушка. Неделю назад, кажется. Да, точно, в прошлое воскресенье это было, и с тех пор я не открывал туда проход.
– Кто она? – быстро спросил я.
– Как звали – не помню. У нее виртуал такой… эльфийский, кажется. Да, она точно была из детей леса. Пришла и потребовала спуститься в подземелье. Сказала, что это ее персональный квест. А я давно заколотил туда проход. Он в моем погребе, одном из помещений, большая яма со ступенями, ведущими во тьму. Я никогда туда не спускался, но для девчонки двери открыл. Ну, пойдем, покажу путь.
«Ваша группа получила персональный квест: «Найти следы девушки в подземелье под таверной “Лесной брат”».
– Сначала подождем моих друзей, – сказал я бармену.
Забрал с тела одного из врагов ножны, проверил, как входит в них катана. Они оказались слишком широки и коротковаты, но выбирать не приходилось. Я закрепил ножны за спиной и попробовал, легко ли достается оружие.
– Если чего надо, только кликните! – прокричал полуголый воин. – Меня Колей звать. Ником. Мы с сестренкой обычно тут тусуемся. Ты чего? – удивленно бросил он волшебнице, хлопнувшей его по руке.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?