Читать книгу "Северная сага. Хирд"

Глава 6

С учетом того, что хирд конунга существенно увеличился, для проживания хускарлов требовались новые площади и дома. И хоть уже были приватизированы несколько крупных соседних усадеб, которые раньше принадлежали знатным жителям Альдейгьи, выступившим на стороне боярина Пожеги, этого было мало.

Чтобы удовлетворить нужды хирда, конунг за совсем небольшие деньги выкупил у Гостомысла землю на противоположном берегу. Князь не отказал, а как бы даже и обрадовался такому расширению Ладоги.

Конунг решил построить там отдельную слободу со всей необходимой инфраструктурой. Три местных артели плотников уже споро возводили огромные, так называемые, длинные дома для проживания хирдманов, общие казармы, в которых будут проживать бессемейные воины. Семейным же предлагалось строить небольшие индивидуальные избы тут же, на территории новой нурманнской слободы, как тут же назвали это поселение местные. Нечего расползаться хирду по городу, на случай нападения все должны проживать рядом.

Строились и новые капитальные пристани, причем и в старой усадьбе, и в новой слободе. Имеющиеся причалы не могли вместить разросшийся флот конунга, и к тому же, сообщение между усадьбами будет вестись по воде, посредством лодок, ладей и драккаров.

На берегу же возводились и обширные складские помещения для хранения различных товаров и запасов продовольствия. Для удобства передвижения дорожки и дворы застилались деревянными плашками, чтобы не вязнуть в грязи, когда настанет осень и польют дожди.

Помимо жилых и складских сооружений, строились хозяйственные, такие как конюшни, коровники, свинарники, овчарни, курятники, а также производственные – дополнительные кузницы, ткацкие, кожевенные и красильные.

Конунг приказал построить и асклепион1414
  Асклепион – по сути – больница, происходит от имени Асклепия, в древнегреческой и древнеримской мифологиях бога медицины.


[Закрыть], как мудреным ромейским словом он назвал отдельный дом для заболевших и раненых.

Для того, чтобы все это огромное хозяйство функционировало должным образом, нужны были трэли с разными специальностями. Решить эту проблему обещал дядька Трувор, который собирался накупить холопов на торжище. Недостающих специалистов он просто заказал у купцов, во множестве приезжавших в Альдейгью из разных мест. Предприимчивые купцы с радостью взялись за этот заказ, почувствовав возможность хорошо заработать.

Пора было и другими делами заняться.

Обстоятельно переговорив с дядькой Трувором, старым варягом, управляющим поместьем, и его заместителем, дедом Эйриком, конунг узнал основные новости, произошедшие в его отсутствие, и принял отчет по торговле и доходах от нее. Складывалось все успешно. Купцы конунга Мрак и Ерш успешно справлялись со своими обязанностями. Они успели сделать одну ходку до Самкерца, где, с помощью родни Манара бар Кофина, распродались с большой прибылью, а также закупили хузарских и ромейских товаров по выгодным ценам. Часть привезли на продажу сюда, а часть взяли с собой и ушли в Полоцк и Смоленск, чтобы присмотреться, прицениться и поторговать там. Ну, и связи приобрести, само собой.

Данное обстоятельство натолкнуло Хельги на одну интересную мысль. Он и раньше уже думал об этом, просто дела не давали продумать идею детально. А вот теперь, после доклада стариков-управляющих, идея быстро оформилась окончательно.

– А что трэли мои, Крив с Мисюркой? Что скажете о них? – спросил Хельги.

– Так чего сказать? Толковый только один – Крив. Это ты и сам знаешь, – ответил Трувор. – Мисюрка – балбес лопоухий. Но исполнительный и внимательный, все в точности делает, что прикажешь. Им Крив хорошо управляет. Они друг друга дополняют. Один умный, а второй сильный. Что еще сказать? Поймали двух воров из трэлей, что на рынке пищу, украденную со склада нашего, продавали. И бабу одну на порче тканей прихватили. Она вместо шести нитей в четыре пряла, остатки тоже продавала. Нормальные, в общем, трэли, Крив с Мисюркой, честно тебе служат, как и клялись. Да, Крив еще и грамоте со счетом обучен оказался, помогал купцам учет вести.

– Интересно, не знал. Тогда так поступим. Пусть Крив ко мне придет, поговорю с ним. Дело у меня для них будет. Только тайно! Чтобы из челяди никто не видел и не знал.

– Понял, Хельги! Сделаю, – ответил Трувор. Сам их приведу вечером.

***

Как стемнело, старый варяг привел в горницу конунга козлобородого Крива. Трэль, за время отсутствия Хельги, как будто бы отъелся, стал круглее и холенее.

Конунг изобразил недовольное лицо и пристально стал смотреть на своего раба.

Крив взгляд выдержал, глаза в пол не уронил. Только голову в плечи вжал, ожидая расправы.

– Что скажешь, трэль? – строго спросил Хельги.

– Стыдиться мне не чему, господин! – Крив поднял голову. – Твой приказ мы выполнили, поймали воришек из холопов, то есть трэлей! Как ты и приказывал. То, что именно мы с Мисюркой их нашли, не знает никто, кроме господина Трувора и господина Эйрика. Так что и дальше можем быть полезными тебе!

– Знаю, Крив! – смягчил голос и взгляд Хельги. – За это вам награда. Держи!

Конунг метнул в руки трэлю мешочек с монетами. Крив ловко подхватил его, поклонился до самой земли и сказал:

– Спасибо за щедрость! Но мы и без этого тебе служим, как поклялись!

– Хорошо служите, поэтому и награда вам. И важное поручение. Слушай внимательно и запоминай.

Крив кивнул и вытянулся по струнке, внимая словам хозяина.

– Под видом купцов пойдете в Полоцк. На небольшой ладье, с товарами. Трувор выдаст, я распоряжусь. Одежку себе купите приличную, купцам соответствующую, охрану небольшую наймете. Там дом приличный снимете и будете торговать потихоньку. А заодно за всем интересным приглядывать, запоминать и мне сообщать. Я слышал, что ты грамоте обучен, так?

– Так, господин. Могу резами писать, рунами, а могу и франкскими буквицами письмо составить.

– Вот как! Откуда умеешь?

– Несколько лет был трэлем у одного франкского барона, пока меня родичи боярина Доброжира не выкупили и сюда не привезли. Там монах один научил. А Доброжир уже меня Лису в услужение отдал, мытарский счет вести и записи.

– Значит, будешь писать мне все новости. И с голубями отправлять, тебе расскажут и покажут, как с ними управляться. У дренга Первака спросишь, почтаря нашего. В Полоцке первым делом найдешь купца Стояна. Передашь ему привет от сотника Вацлава. Стоян тебе расскажет, что в городе творится и как все устроено, и помогать вам будет. Еще Бермята есть там, по прозвищу Полудан, десятник старый. Он тоже тебе поможет, если что. Запомнил? Я буду время от времени тебе задания давать, о том, что мне знать нужно. Ты связи для начала нарабатывай, нужных людей примечай и знакомства с ними и дружбу заводи. Все ясно?

– Да, господин! Не впервой нам шпионить, не беспокойся, справимся!

– Ну и хорошо! Держи серебро на расходы! – Хельги метнул еще один мешочек с монетами, на этот раз гораздо поувесистее. – Не скупись нужным людям подношения делать, на этом жадничать нельзя.

Закончив напутствия, конунг отослал Крива собираться в путь. Выйти они с Мисюркой должны через три дня. Так и ладью успеют подготовить с товарами, и сами соберутся в путь.

Глава 7

Оставшись снова одна, княжна Ингигерда расстроилась. Всего лишь несколько дней провели они вместе с Хельги, которого она полюбила всей душой, после его возвращения из франкского вика. А потом конунг снова ушел в поход, теперь в Альдейгью, вместе со своим хирдом.

Ей было хорошо и спокойно с Олегом, также, как в те времена, когда был жив ее отец. Ингигерда уже и не надеялась, что похожее состояние снова настанет. Но вот, в ее жизни появился Лесной Кот. Сначала она относилась к нему настороженно, не доверяя, хоть и была благодарна за свое спасение из лап эстского разбойника Асгейра Кабанье Брюхо. А потом, как-то постепенно, прониклась к Хельги и доверием, и чувствами. Она увидела в Олеге невероятную силу и недюжинные лидерские способности. Но больше всего Ингигерду поразил его ум, знания и умение моментально принимать правильные решения. Олег мыслил нестандартно, совершенно не так, как все окружавшие Ингигерду когда-либо люди. И эмоционально от всех отличался. Олег был добр. Порой, даже чересчур. И это удивляло княжну. Викинги так себя не ведут. Он даже по отношению к рабам-трэлям относился не как к двуногим говорящим животным, а как к людям, имеющим свои чувства и желания. И это ее немного пугало. Здесь, в ее жизни, доброта считалась сродни слабости, за нее многими и принималась. Правда, все, кто считал Хельги Скогатта слабым, уже умерли, либо убедились, что глубоко ошибались, и кардинально поменяли свое мнение относительно его характера. За короткое время никому неизвестный нурманн Хельги смог собрать огромный хирд, крепкий и сильный, и стать конунгом. Это служило неоспоримым доказательством того, что Хельги невероятно удачлив, умен, силен, ловок и дерзок. Очень результативный поход к франкам только закрепил уверенность в этом у окружающих.

А еще княжну терзали сомнения, что Олег – простой викинг. Он явно был рожден лидером. Не простого рода Лесной Кот. Наверняка его отцом был какой-то северный конунг. Иначе просто быть не могло, с такой-то удачей и харизмой! Но эту тайну ей предстояло еще разгадать, когда настанет время.

Пока Хельги Скогатт ходил в вик, княжна без дела тоже не сидела. Она с энтузиазмом включилась в работу по развитию городка и собственного подворья. Занималась она и активным внедрением нововведений, которые начал перед виком осуществлять Хельги. В полный рост, при ее участии, заработала водяная мельница с лесопилкой. Отличного качества доски с этой лесопилки использовались в Пограничном теперь повсеместно, что существенно ускорило строительство зданий различного назначения.

И контроль за развивающимся земледелием княжна вела строгий, не зря ведь она привезла с собой из Ладоги несколько десятков семейных холопов. Кроме пахарей, с ней пришли и обученные разным специальностям работники – и ткачихи, и пекари, и гончары, и бондари, и кожевенники, и резчики по дереву и кости, и строители, и многие другие нужные люди.

Задумкой Хельги было сделать из Пограничного передовой торгово-таможенный пост Ладоги, крепкий пригород со своими мастерскими, производством, торговыми площадями и складами. Здесь же проезжавшие мимо купцы могли бы отдохнуть, продать или купить необходимые товары, запастись провизией. Очень правильная и прибыльная, надо сказать, идея. И Доброге, и самой Ингигерде, она очень понравилась. Да и князь ладожский эту идею полностью одобрил. Жаль, погиб не вовремя. Одна надежда, что Хельги поможет юному княжичу Гостомыслу власть вернуть. Тогда в Пограничном все останется по-прежнему.

А после Хельги обещал княжне разбить Драгомира и захватить Полоцк, вотчину Ингигерды.

Но даже почти не имея свободного времени, ведь все ее время было занято делами по развитию города, Ингигерда чувствовала себя одинокой. Лучезара, жена Доброги, и ее дочери, так и не смогли стать княжне подругами, хоть и старались изо всех сил и были очень добры к ней. Разница в происхождении и образовании была огромна. При этом общественном строе, Лучезара, дочь обыкновенного дружинника, имела совсем мало общих тем для обсуждения и общения с настоящей княжной по рождению Ингигердой, получившей лучшее, из возможного, образование. Спасало только то, что княжна не выпячивала свое классовое превосходство. Да и работа на общее благо все же объединяла.

Настоящей радостью для Ингигерды стала Гретта Грамдоттир, приплывшая с армией конунга в Пограничный. Она была настоящей потомственной аристократкой, внучкой, дочерью и женой ярла, чье происхождение шло от самих Инглингов, нурманнских королей.

И вот с Греттой Ингигерда сдружилась очень быстро, несмотря на разницу в возрасте, ведь жене ярла было уже почти тридцать лет – зрелый возраст по местным меркам.

Сдружились не только хозяйки. Их личная охрана, сотник Вацлав у Ингигерды и хольд Хайнар Длинный у Гретты, очень быстро нашли общий язык. Раз уж их госпожи проводят все время вместе, то и они совместно не отходили от своих подопечных. Так и сошлись, занимаясь постоянно тренировками, учебными боями и индивидуальными спаррингами – всем тем, чем и должны заниматься настоящие воины, хоть викинги, хоть варяги.

Еще одним близким другом для княжны стал прирученный Хельги рысенок по кличке Брысь. Он всюду ходил за хозяйкой по пятам, оберегая ее покой. И боялись в городке этого лесного кота абсолютно все – и люди, и животные. Когда Брысь выходил из длинного дома во двор, все собаки тут же прятались по углам, забивались под крыльцо, таились в узких темных проходах между складами и сараями, только бы рысенок их не заметил. Чтобы завоевать такой авторитет ему пришлось лишь один раз двинуть тяжелой лапой по морде самому наглому, здоровенному псу, который попытался задрать дикого кота. После этого рысенка все обходили стороной.

Однажды Ингигерда отправилась к кузнецу Викуле, жившему на обособленном хуторе неподалеку от Пограничного. Викула ковал для княжны меч, и Ингигерда пошла на примерку – проверить рукоять и баланс клинка, прикинуть, как меч в руке сидеть будет. Брысь, естественно, сопровождал хозяйку в качестве охранника.

Тропинка проходила через большую лесную поляну с сочной травой, куда кузнец отправлял своих коров на выпас. В этот день Викула выпустил и быка-трехлетку, здоровенное животное размером с лесного тура, чтобы тот порезвился с буренками. Ингигерда, выйдя на поляну, даже не заметила зверюгу, занятая своими мыслями. Бык же, чувствуя себя полновластным хозяином округи, тут же навелся на непрошенную гостью и вознамерился напасть на княжну, чтобы затоптать.

Бежать было уже поздно, бык несся на Ингигерду во весь опор. Она в ужасе замерла, но кинжал, подарок Хельги, всегда висевший у нее на поясе, все же выхватила, чтобы принять смерть достойно. Когда быку оставалось всего лишь несколько метров до Ингигерды, откуда-то сбоку промелькнула серо-рыжая тень – рысенок рванул наперерез бешеному животному. С диким рычанием Брысь взлетел на спину быку и вцепился своими длинными острыми клыками ему в холку. Бык резко затормозил, всеми четырьмя копытами вспахав землю, и замотал головой, пытаясь скинуть с себя отважного кота. Брысь еще крепче вцепился в тушу, выпустив все когти и вонзив клыки глубже в мясистую шею. Быку ничего не оставалось делать, как признать поражение. Он униженно опустился на землю, припав всеми копытами к траве, и протяжно замычал. Кот держал крепко.

– Отпусти его, Брысь, не убивай! – звонким голосом воскликнула Ингигерда.

Лесной кот напоследок прикусил шею быку еще раз, потом спрыгнул в траву, отошел к княжне и зашипел, победно глядя на поверженного гиганта.

Так и пошли дальше, а бык позволил себе подняться с земли только когда княжна с рысью отошли на порядочное расстояние.

***

Когда в Пограничный прибыл один из драккаров конунга, «Сëхримнир», Ингигерда с Греттой неимоверно обрадовались. Наконец-то княжна сможет отправиться к своему возлюбленному, а Гретта увидеться с единственным сыном Магни. Правда, как уже знала по большому секрету княжна, не только с сыном желала повидаться Гретта. Имелся у нее еще один объект заинтересованности – ярл Сигурд Бочка Мёда. Об этой тайне Гретта поведала Ингигерде только недавно.

– Как думаешь, подруга, смогу я еще раз выйти замуж?

– Конечно сможешь! Ты молода и красива! – не задумываясь ответила Ингигерда. – Ты сможешь родить много здоровых детей! А что? Есть претенденты?

– Что скажешь про Сигурда Бочку Мёда?

– Сигурд – сильный и надежный. И он ярл.

– Ну, он всего лишь морской ярл…

– Разве это проблема, подруга? Они все – морские ярлы! И Хельги – тоже морской конунг. Но я уверена, что это ненадолго. С таким конунгом все его хирдманы возьмут земли, где захотят, и сколько захотят. Им никто не помешает стать настоящими ярлами, по праву земли.

– Думаю, что ты права, подруга! Так и есть!

– А что Сигурд? Он ухаживает за тобой? Сделал предложение?

– Да. Я поэтому и решилась уйти сюда с хирдом конунга Хельги. Я уже могла стать женой Сигурда, давно, еще до Стейна. Но Стейн оказался настойчивее, да и Сигурд уступил лучшему другу. А сейчас Стейн умер, и Сигурд снова решил позвать меня замуж.

– Поздравляю тебя, Гретта! Думаю, что вы будете счастливы!

Главным на «Сëхримнире» конунг прислал хольда Вагни Волосатого, которому поручил сопроводить Ингигерду и Гретту в Альдейгью. Он же рассказал девушкам все новости. И про захват города, и про княжение Гостомысла, и про подготовку мести вепсам, убившим Буривоя.

Раздав необходимые указания челяди и работникам, Ингигерда собрала свои вещи и через пару дней они с Греттой были готовы отправиться в Ладогу, где ждали их мужчины. Вся охрана, естественно, отправлялась в путь с госпожами, так что в дороге бояться никого не стоило. Почти сотня отборных воинов на борту – это очень серьезно.

Много времени дорога не заняла и прошла спокойно. Для Ингигерды и Гретты на палубе поставили небольшой шатер, застрелив его мягкими меховыми шкурами, чтобы женщины чувствовали себя комфортно. Две рабыни прислуживали им в пути, обеспечивая все потребности средневековых аристократок.

Через несколько дней неторопливого путешествия Ингигерда с подругой уже входили в усадьбу конунга, где их торжественно встретили, как хозяек, и проводили в покои, привести себя в порядок и отдохнуть перед пиром в честь их прибытия.

До пира княжна успела встретиться с Хельги. Он сам пришел в ее горницу после того, как служанки помогли княжне умыться и переодеться. Даже поговорить успели обстоятельно и обменяться всеми новостями. Правда, попозже, очень уж соскучились они друг по другу.

Но любовь любовью, а забывать о том, что Хельги – конунг, лидер сотен воинов, не стоит. Поэтому княжна взяла конунга под руку и вместе они вышли в общий зал, чтобы занять свои места во главе стола, вокруг которого уже расселись хирдманы и гости конунга.