Читать книгу "Прокачаться до сотки 2"

ГЛАВА ПЯТАЯ

Раскрыть парашют?

Да Нет?

После прыжка со стены, над головой открывается туманный, практически невидимый со стороны, купол-крыло и вместо того, чтоб просто приземлиться у подножия мы парим над землёй. Понятно дело, что это игровая условность. Что-то я сомневаюсь, что если прыгнуть с семи метров настоящий парашют успеет раскрыться. Но почему бы не полетать, если есть такая возможность. Пусть и всего двадцать метров…

В любом случае, приятный подгон от системы. Которая, в связи с тем, что все ранее находящиеся на Эдеме Коршуны обладали навыком «Истинный десантник» прописала, это в классовый навык. Но не всем. А только тем, у кого голубой берет.

А вот девочки обломались, даже Валькирии. Как я не спорил, доказывая что они тоже десант, но увы. В её представлении они пехота. Ибо космодесант не прыгает с парашютами.

Так что вниз устремились только мужики, кроме Пьеро, который так и сидит на башне. Хотя нет, непоседливые девахи тоже ломанулись посмотреть, чего там Мальвина устроила. Даже Вера! Вот ведь никакого понятия о дисциплине. Хотя о чём это я? Приказа сидеть то на стене не было. Так что ладно, пусть посмотрят.

Мне кажется или Лиза всё-таки понимает, что накосячила? Только мы организованной толпой сиганули вниз, как она полетела в нашу сторону. И приземлилась как раз там же, где и мы. Стоит, глазки потупила, ножкой шаркает, делает вид, что осознала. Чуть в сторонке приземляется Изи…

– Мальвина, вот какого, а? Ты чего устроила? Мы зачем тут показуху устраивали? – машу на неё руками.

– Простите, – прикрывается спереди своими стальными крыльями, и крюки на сгибе весьма внушительно выглядят. Хищная красота! – Я от неожиданности, а потом он в меня кинжалом метнул…

– Верю, – продолжаю руками махать, – делать то чего теперь? Вот всё дело запорола! Считай, что наряд ты уже заработала.

– Какой наряд? – хлопает глазками.

– Молот, – оборачиваюсь к другу. – Ты как её обычно за косяки наказывал?

– Ну-у-у… – Молот смущённо чешет затылок.

– Порол ремнём, – встревает Балагур, – по голой попе. Но судя по всему, ей это нравится, – ржёт, похлопывая себя по бёдрам.

Лиза непроизвольно схватилась руками за свою филейную часть и попыталась спрятать закрытое маской лицо за крыльями.

– Ой, да это было всего-то пару раз, – отмахивается Молот.

– Странно, – тру подбородок, – как мне показалось, она нарывалась чаще, чём два раза?

– Так он всё обещал девушке, обещал, а она всё ждала-ждала… Ай! – последний вскрик, это последствия подзатыльника, от насупленного Молота.

– Так, – чешу затылок, – вы свои постельные игрища давайте без меня, так что Мальвине потом что-нибудь придумаю. А пока пошли к кустам, посмотрим на трупака.

Ой! Мать моя – майор госбезопасности и отец полковник! Не успели пройти и десяти метров, как из-за ближайших кустов появился Пух. С добычей! Да! Он добыл нам бандита!

Представляете, пёсика, полтора метра в холке, который тащит за ногу, нашего разведчика-неудачника… Кажется, тут не только Мальвина виновата. Не она бандита спугнула…

– Пушок, а ну брось каку! – ору на этого раздолбая охотника. – Я же сказал, лови зайцев!

Пёс тут же выпустил из огромной пасти пожёванную ногу и сев на толстый зад, толкнул лапой труп, удивлённо уставившись на меня. Дескать, как, это разве не заяц? А чего тогда в кустах сидел?

– Молот, ходи сюда, – тыкаю пальцем перед собой, – согни руку, напряги бицуху. Во нормально, твёрдая.

И стянув с головы берет, а то там кокарда, начинаю биться головой об каменную мышцу друга.

– За что? За что мне это всё?

– Рраф?

– Пушок! – перестав самоистязаться, подхожу к этому недоразумению и начинаю объяснять. – Это человек! Заяц он пушистый и у него уши, – прислоняю руки к голове и шевелю ими. – Понял? Длинные уши! А это нельзя. Без команды нельзя, а так конечно можно. Ы-ы-ы… – хлопаю себя ладонью по лбу. – Иди, лови зайцев. Уйди, не зли меня! – Пушок обиженно шевельнув ушами и понурив голову, побрёл в кусты.

– Ну чего ты прям на него так? – философски замечает Степаныч. – Откуда он может знать, кто такие зайцы? Он же их никогда не видел.

– И что надо было похвалить? – огрызаюсь.

– Нет, конечно, – присаживается возле трупа. – А Мальвина то, прям снайпер, смотри, как нашпиговала. А одно перо прямо в затылок влетело.

– Да уж, – усмехаюсь, – то ли хвалить за меткость, то ли ругать за срыв задачи.

– Ну так и похвали, за одно, накажи за другое, – усмехается прапор.

– Да? Хм… Так, Мальвина, пока ты мне не подчинённая, так что выносить благодарность не буду, однако отмечу, хорошо пульнула.

– Ага, как благодарность, так не подчинённая, – возмущается красотка, – а как наказывать так подчинённая. Наряды вон какие-то…

– Это да, – кладу руку ей на плечо. – Наказать это всегда, пожалуйста. Но ты можешь отказаться, – и добро улыбаюсь.

– Ага, а ты меня Локи сплавишь, – смотрин на меня исподлобья.

– Ну что ты, что ты, – развожу руками. – Поверь, я парень добрый, всегда найду, как сделать гадость. Вон у нас Балагур, очень боится, что его две близняшки изнасилуют, а потом скажут, что он их обесчестил, и жениться заставят. Ведь так? Боишься, Вован, – подмигиваю ему.

На что любитель приколов тут же поддерживает:

– Да вообще спать не могу, двери стулом подпираю.

– Вот! – вздёргиваю палец вверх. – Надо думаю, к нему Молота подселить, чтоб отгонял, – и слегка повожу бровью, давая сигнал Балагуру.

– А что? Точно, – воодушевляется Вован. – Да и парень он у нас видный, глядишь, его совратят, – и начинает радостно ржать.

Молот едва заметно улыбается, при этом стараясь выглядеть серьёзным. И тут ещё масла в огонь подливает Степаныч, кажется понявший, что я делаю:

– Да сто пудово, как пить дать, соблазнят.

– Стойте, – Мальвина аж подпрыгивает на месте. – Причём тут Олег, если я виновата?

– Так ведь ты заговорила о правомочности нарядов, и ты права, конечно. Но отправить Молота, охранять целомудрие Балагура, это как раз в моей компетенции.

Твою дивизию, что я несу? И главное зачем? Да всё просто, я в растерянности. И под трёпом, прячу работу мысли. Вот только нету её. Мысли этой.

– Не надо Олега отправлять. Лучше наряд…

– На кухне куча котлов грязных, – сообщает подошедшая Пума. – По моему, вполне адекватно.

– Согласен, не хочу Балагура охранять, пусть женится, – Олежа обнимает свою красотку, – а то взял манию спасать девиц от падения, да на твёрдую землю. Спас жизнь женись. Вот, – и злорадно скалится.

– Да нельзя же в песочнице разбиться, – возмущается Вован.

– А чего тогда прыгал? Да ещё и ускорялся? Неспроста это!– подтрунивает Лаки.

И началось, оказывается, подошли не только наши девчонки. Но близняшки, тоже примчались посмотреть, чего тут происходит. Так что началось. Девахи всей толпой, включая локисс, убеждали Балагура не ломаться. А вот парни при такой постановке вопроса все резко переметнулись на сторону Балагура утверждая, что нельзя ему жениться… В общем, всё как всегда.

А я смотрел на труп и пытался придумать, что делать? Как заставить Посредников, протащить в песочницу всяких ништяков и побольше. Нам же ещё и выйти надо отсюда как-то, в большой мир в смысле. И там нам будут противостоять куда более серьёзные ребята.

И что ждать ещё одного разведчика? Нет уж. Хм… Кажется, есть мысль.

– Молот, как думаешь, у Посредников есть свитки воскрешения?

– Что? – Олег отвлекается от увлекательного спора. – Свитки? Должны быть. Только насколько я знаю, они очень дорогие. Так что вряд ли они станут тратить его на этого парня. Если я правильно понимаю твою мысль.

– Правильно, – киваю. – Мы их заставим его воскресить и хорошенько расспросить, о том, что за монстры на них напали.

– Монстры? – вздрогнув, Изи оглядывается по сторонам. – Где монстры?

– Тут, – бью себя кулаком в грудь, – ты не смотри, что я такой симпатичный, я ужасный тип.

– И при этом скромный, – добавляет Лаки. – Давай колись, чего придумал.

– Рраф! – из кустов появляется Пушок, повиливая хвостом, тащит к нам… Оленя.

– Пух, – приходится ещё раз стукнуть себя по лбу. – Это не заяц!

– Рраф! – выпустив из пасти добычу, пёс радостно стучит лапой по рогам. Дескать, смотри какие уши. Большие!

– Пух, – подойдя к псине, треплю его за стоящие торчком треугольники. – Вот у тебя уши, вот у оленя уши, видишь мягкие, а это рога. Молот, Балагур, а тут вообще есть зайцы? А то может, гоняю парня почём зря?

– Есть, – кивает Балагур. – Во-о-от такие, – показывает тушку в полметра длиной.

– Да это же крокодил какой-то! – удивляюсь.

– Ага, у них и зубы не слабые…

– Рраф! – огорчённый Пух, разворачивается, чтоб отправиться на поиски зайцев, но я останавливаю его.

– Стой, сейчас мы оленя распотрошим, ты, как предпочитаешь, жареное мясо или сырое?

Судя по тому, что на все варианты Пух реагировал одинаково положительно, ему было всё равно…

А вот с разделкой тут фигня какая-то. Оказывается, что если сделать всё ручками, то остаётся вся туша, а если при помощи системы, то только четверть. И со шкурами интересно. Если снял с оленя шкуру попортив её, то всегда будешь получать такую, а вот если раз за разом набивать руку, чтоб снять без единого косяка. То в дальнейшем и при помощи системы, у тебя будет идеальная шкура. Хотя мяса всё равно только четверть… Пока не разделаешь десять тушек вручную. И тогда твоя доля станет в половину. И ещё через двадцать полностью. Я так понимаю для специализации…

В общем, пришлось Пуху пока питаться сырым мясом. Но пока мы там собирались в гости к Посредникам, Пух приволок ещё какого-то лося. Вот только на разделку позвали одного из местных. Нечего добро разбазаривать.

Вот и хорошо. К нашему возвращению, глядишь, и мяска нажарят. Заодно отхватил ачивку от системы:

«Посредственный дрессировщик».

Ваш питомец теперь знает, что олень не заяц.

Это кто такой юморист, интересно?

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Калинка, калинка, калинка моя, в саду ягода-малинка, малинка моя…

Нет, у меня не едет крыша, это мы втроём насвистываем весёлый мотивчик, стоя метрах в тридцати от четырёхметровой стены, отгораживающей рудник Посредников от остального мира.

Спросите, кто это начал? И почему нас трое? Ну, так ведь мало ли… Стрельнут со стеночки, стрелкой вострой, а ты не пообедал. Кому это надо? Вот и припёрлись я, Лаки и Балагур, как те, кто умеет ускоряться, с таким то, умением куда ловчее делать ноги. Вы не находите?

И пусть Вовка только-только постиг эту науку, но знаю по себе, в случае опасности, это дело проявит себя. Так что остальные сидят на скале, той самой, что в своё время облюбовал Молот для наблюдения. И если понадобится помощь, всегда смогут спланировать к нам на подмогу.

Остальные это все мои парни, кроме Степаныча, который, очень не хотел оставаться возле города и рвался в бой. Вы представляете, он заявил мне, что я не умею торговаться! Вот прям так и сказал:

– Что значит остаюсь здесь? – прапор возмущённо машет руками и забавно шевелит усами. – Ты же на переговоры собрался! А как без меня-то, на переговорах-то? Ты же не умеешь нормально торговаться!

– Кто я? – возмущаюсь, глядя в эти бесстыжие глаза.

– Да ты! Куда тебе до настоящего прапора! – и тычет в свою грудь пальцем, авторитет мой, понимаешь ли, подрывает.

И самое главное… Как язык то у него повернулся сказать такое? Торговаться не умею. Ну, держись:

– Лады, Дед, уговорил, идёшь с нами, – соглашаюсь, чуть опустив голову, типа осознал. – Твоя взяла. В таком случае завхозом придётся назначить, кого-то другого, – хлопаю Степаныча по плечу. – Действительно ты же боец, а не какой-нибудь там. Точно! – изображаю на лице озарение. – Мальвина вечно косячит, нефиг ей в бою делать, назначу её завхозом, кладовщиком, а там глядишь, и до казначея дослужится. Во, точняк!

– Но я не хочу! – взвывает благим матом локисса.

– Ой, да брось, – отмахиваюсь. – Ты же сама не хочешь, чтоб тобой командовали постоянно, будешь за вещичками нашими приглядывать, чтоб не попортилось чего. Казну потом доверим. Да и Локи тебя точно не отдадим. Так что решено!

На локиссу было страшно смотреть, так её бедную перекосило, но это всё ерунда, по сравнению с тем как скрутило Степаныча.

Эх… Вот что я вам скажу, прапор это состояние души. Не мог наш бравый вояка даже мысли допустить, что не он будет хомячить, а кто-то другой. И ладно бы человек с откормленным запасливым зверьком, а не как у этой беззаботной бабочки, которая всё лето пропрыгает, все вещи испортит, деньги потеряет. Правильную работу организовать не сможет, потому что у неё в голове ветер и Олежка, больше ничего. Это не мои слова если что…

Так что да… Позволил ему себя уговорить. Ну, а что? Я дурак, что ли эту сумасшедшую к вещам подпускать, а тем более к деньгам. Только Степанычу не говорите. Тс-с-с…

И уже почти зайдя в лес, не смог сдержаться, обернулся и крикнул остающемуся у города прапору:

– Ну что, Дед, говоришь, не умею я торговаться?

Ох, вы бы видели, как его перекосило, когда он глядя на ржущую братву, хлопнул себя по лбу. Однако Степаныч, есть Степаныч, в ответ мы все услышали:

– Удачи, сынки. Ну и извиняй, Мажор, был не прав.

Всё-таки забавно слышать такое от молодого мужика, лихо он годочки сбросил. Ну да и хорошо, это радует. Лишние годы никому на пользу в плане здоровья не идут.

Однако вернёмся к Посредникам и к тому, что мы тут учудили. Точнее не мы, а… А кто догадался, кто начал лихо и громко насвистывать «калинку-малинку», после моего задумчивого вопроса:

– Может свистнуть, а то что-то они там не шевелятся?

А вот и не угадали. Это был Лаки. А Балагур, тут же начал приплясывать и чуть вприсядку не пустился. Точнее, он то, как раз пустился, но был остановлен командирским окриком:

– Отставить! Ты совсем обалдел? Что о нас люди подумают?

– Что мы придурки? – пожимает плечами, радостно скалясь.

– Вот именно, – воздеваю палец в небеса. – Помогай свистеть Лаки и руку в локте согни. Вот так, соединяем и по кругу… Калинка-малинка, калинка моя…

Ну, а что? Будто Посредники серьёзных ребят с оружием не видели. Вон они уже настучали в бубен моим парням. Так что реакция понятна. А вот как реагировать на придурков, которые припёрлись прямиком под стену их крепости, и весело насвистывая, танцуют не пойми что?

Внимание! Вы получили новое достижение «Неадекватный переговорщик».

Вы заставили ваших противников усомниться в реальности происходящего.

Слава среди местного населения + 50 очков. Есть шанс в 1 % на то, что местные торговцы дадут вам скидку.

Прикольно. Вроде и мизер отсыпали, но ведь курочка то, по зёрнышку клюёт.

– Эй, танцоры! Эй! Вы там что, оглохли?! – кто-то орёт со стены.

Вот ведь люди, ни какого понятия о правилах приличия. Не видят что ли, людям весело? Так и норовят обломать. Ладно, припомним и при случае тоже обломаем.

– И чего блажим? – перестаём насвистывать. – Где ваш главный упырь?

– За базаром следи, – какой-то мужик на стене явно недоволен сравнением.

– А то что? – встаю в позу, уперев руки в бока. – Наругаешь меня?

– Прикажу расстрелять, – скалится мужик, взмахом руки указывая на высунувшихся над верхом стены, десяток человек с луками.

А вот к слову, стеночка у них хоть и пониже нашей, но куда добротней, если принять во внимание, что у края не деревянные щиты стоят, а весьма толстые брёвна.

– И что? Тебе не любопытно, кто мы и зачем пришли?

– Очень, – опирается руками на край, – хотя кто вы, я и так знаю – отморозки из города. Уж эти дурацкие шляпы не с чем не перепутаешь, – ржёт, зараза.

– Мажор, очень тебя прошу, давай убьём его, – шипит сквозь зубы Балагур.

Вован очень обиделся на то, что берет назвали «дурацкой шляпой», да что скрывать, я тоже. Так что предложенный Балагуром до этого план, начинает мне нравиться больше моего.