Книга: Иные песни - Яцек Дукай

В первых главах сюжет преимущественно простенький: главный герой занимается делами, думает о понравившейся ему женщине, встречает собственных детей, которых не видел много лет. Эта простота сюжета просто необходима, потому что мозг и без того напряжённо работает, собирая картину мира по кусочкам и пытаясь понять, а что это вообще тут происходит.

Уже когда картина более-менее сложится (после первых ста страниц), автор даже расщедрится на небольшое объяснение законов этого мира, а сюжет начнёт ускоряться всё быстрее. (Вдобавок окажется, что нам только казалось, что мир стал понятен. Что только не ждёт нас впереди!) Чтобы, опять-таки, не испортить впечатления от чтения, скажу, что по большей части книга – военно-политическая драма с упором на хитрые интриги. Но это не сразу.

Книга непростая (и, как я поняла, намеренно непростая, как и все книги автора), многослойная, допускающая разные толкования некоторых моментов (опять-таки, как я поняла из послесловия переводчика, намеренно). Но если вы любитель необычной фантастики, то оно определённо того стоит!

Перевод: Отличный. Есть немного опечаток и моментов, когда во время редактуры в одном месте поменяли слово, а в другом забыли, но в целом труд просто титанический – автор использует большое количество неологизмов, и переводчик поработал с ними очень аккуратно.

В конце русского издания переводчик добавил некоторые пояснения к этим неологизмам. Он приводит не значения этих слов в книге, а только их этимологию. Например, если бы Дукай придумал слово “телевизор”, в примечании было бы не “устройство для таких-то целей”, а “от др. -греч. τῆλε «далеко» + лат. vīsio «зрение; видение»”.

В оригинальном польском издании таких примечаний нет, и я предлагаю попробовать в них не подглядывать, а сначала попытаться понять текст самостоятельно. Что вы – хуже поляков, что ли?

Действие романа происходит после эпохи Александра Македонского в мире альтернативной физике, которая основывается на идеях Аристотеля и Гомбровича (материя и форма). За физикой следуют другие явления - иные химия, география, биология, социология, политика, психология, иные механизмы любви и ненависти, лидерства и подчинения. Несмотря на это, исторические события остаются на своих местах и мало чем отличаются от истории реального времени, разве что именами и названиями стран, но это уже особенность идей и языка в романе Я. Дукая.

Язык же является важной частью "Иных песен", большинство слов выходит с древнегреческого либо являются выдуманными терминами, которые идеологически подходят пройденному пути главного героя, потому что человек в мире "Иных песен" крайне неустойчив. В отличии от реального мира, где личность человека описывает мир через себя и является устойчивой, личность героев "Иных песен" текуча: язык меняется, отражая изменения в мире и влияя на субъективность героев, подчеркивая отсутствие автономности.

Не является исключением и главный герой романа - Иероним Бербелек. Бербелек отображает мир, который заставил его пройти весь путь - от маленького человека до великого Кратистобойца Земли, выражая упрямство, злость и подчинение.

Сам же текст и его сюжет дополняется третьим звеном, читателем, который выступает как со-творец текста. Здесь вы найдете много говорящих имен (Тор), необычную нумерацию глав (греческий алфавит), философских и библейских интерпретаций, и концовку, которую читатель объясняет для себя сам.

Роман "Иные песни" Я. Дукай - обязательное чтение для тех, кто жаждет новой крови, новых экспериментов и новых мыслей в современной фантастике. Этот текст для тех людей, которые готовы разбираться в терминологии, мире и Форме главных героев.

Впрочем, ниточек, а то и полноценных канатов, к реальному миру всё же немало. Первым замечается, конечно, метафизика Аристотеля и сам Аристотель. Один персонаж обдумывает взгляды, близкие к философии Платона (который тоже есть): о нематериальных идеях, к форме которых стремится материя. Отдельные персонажи, а потом и сам автор, высказывают идеи, близкие к социальному дарвинизму. Сильные властвуют над слабыми,  самые сильные - наверху общественной пирамиды, каждая беседа - схватка. В этом контексте интересно, что ни в одном разговоре в книге слово эстлос ("благородный") не использовано во множественном числе. There can be only one! Есть и классическая демократия, которую, однако, персонажи ругают на разные лады. Где это видано, что правит не сильнейшая морфа, а сразу все наравне?

География мира, даже после всех перемен, всё ещё близка к земной. Часть объектов поменяла имя, но сохранила суть и даже принцип наименования (по имени первооткрывателя). Да и многие объекты, обусловленные географией мира, тоже присутствуют. К примеру, Суэцкий и Панамский каналы, гипотетический мост через Берингов пролив, крупные маяки, портовые города. Даже национальные стереотипы перенесены. Польское упрямство, любовь гердонцев (американцев) к сладким булочкам (пончикам, очевидно), русская орда, Дедушка Мороз, примитивные негры-дикари, ещё немало всего. Морфа кратистов отражает территорию из нашего мира, на которой они правят - Урал, Сибирь, Британские острова, Франция, Эгипет, Аравия, Византия etc.

Автор поляяяк. Как ещё может описать стереотипный поляк своего восточного соседа, как ни самыми чёрными красками? Страна безликих покорных людей, армия - орда, кратист - могучий Темнейший. Которому главный герой (по мнению переводчика, отчасти олицетворяющий поляков) плюёт в лицо.

Наука - можно сказать, инверсия нашей науки. Многие ошибочные реальные теории в книге присутствуют как работающие. Собственно, устаревшие философские учения Платона, Аристотеля и прочих. Также космогонические теории - геоцентризм, сфера неподвижных звёзд. Нумерологическая алкимия: сначала она подаётся как недоказанная теория, а потом вдруг начинает широко применяться. Ну и всякие приметы, суеверия и гадания, силу которым даёт Форма. При этом технологии весьма высокие. Существует авиация и космонавтика, межпланетные перелёты, развитое огнестрельное оружие, своеобразные аналоги ядерного оружия и силовых доспехов.

Форма мира морфирует под себя и язык. Вместо латыни - древнегреческий язык. После всяких Вархаммеров и прочей реальной жизни с массой латинских слов выглядит крайне необычно и свежо, особенно слова с окончанием "ос" вместо привычного "ус": антос, океанос, текнитос. Стиль речи подчёркнуто старомодный. Не только за счёт использования греческих терминов, но и за счёт слов в своём изначальном звучании, до изменения их историей и народами. Текника, меканика, псюхе, та же морфа, древние арабские и египетские слова и тому подобное. Латынь, как и Рим, тут тоже есть, но роль у них намного меньше.

В структуре интересная деталь - нумерация глав. Она опирается на греческий алфавит, от "альфы" до "омеги". Причём, в стиле частично сохранившихся древнегреческих произведений, две главы, "каппа" и "омикрон", пропущены. И ещё это немного похоже на нумерацию глав в сочинениях Платона. Кстати, "каппа"... Есть ли здесь отсылка на Роберта Капу?

Чтение книги требует недюжинной эрудиции. Нужны познания в географии, астрономии, химии, антропологии, хотя бы поверхностные знания философии, лингвистики и экономики, знания по истории нашего мира, а так же истории всех перечисленных наук. Я считал себя хорошо эрудированным человеком, но мне знаний зачастую не хватало. Благо, что есть подробное послесловие от переводчика и словарик, где кратко объясняются термины из книги. Да и поиск в интернете никто не отменял.

Кратко по сюжету. Главный герой, Иероним Бербелек - бывший стратегос (се морфа профессионального полководца). Его приказы понимались с полуслова, картину боя видел с полувзгляда, сражения выигрывал взмахом руки. Но проиграл более сильной Форме, был сломлен, опустился и едва не какоморфировал. К счастью или к сожалению, у сильных мира того были на него свои планы. В них Иеронима, а так же его детей, друзей и подчинённых, вовлекли цепочкой событий. События проведут его по доброй половине известного мира, столкнут с бесформенным и непознаваемым, выведут едва ли не к самой сфере неподвижных звёзд. Во всех приключениях герои отдадут должное простым радостям жизни - еде, алкоголю, зрелищам и отношениям. Тут вспоминаются книги Алексея Бессонова . А финал в истории таков, что я до сих пор во фрустрации, которая после второго прочтения только усилилась. Интерпретацию сюжета каждый может сделать свою. По задумке автора, правильных вариантов на самом деле несколько.

Необычная, сложная, захватывающая книга. Горячо рекомендую всем, кто уверен в своих силах и эрудиции.