Текст книги "Законная семья злого опера"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zakonnaya-semya-zlogo-opera-292662.jpg)
Автор книги: Яна Невинная
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
Глава 4
Диана
Квартира, ключи от которой мне дал этот упрямый, наглый опер Довлатов, была типичной холостяцкой берлогой. Трешка в центре города, хорошее расположение, недавно сделанный ремонт – но души в ней не было.
– И как опека должна одобрить его? Он в своем уме?
Когда я нервничала, моя привычка говорить вслух усиливалась, но поскольку сейчас я была одна, то и не пыталась себя сдерживать.
– Это что вообще такое? – взялась на кухне за сковородку с остатками горелой яичницы. – Сразу видно, что женщина тут не пробегала. И посуды гора… А мне что, ее мыть? Только через мой труп!
– Кхм, – вдруг раздался сзади кашель.
Я подпрыгнула от страха, а затем резко обернулась, судорожно хватая в руки первое, что попалось на глаза.
– Вы кто?! – крикнула, а сама прижалась к стене, словно я воришка какая-то.
Напротив меня, около прохода, стояла высокая женщина на вид лет тридцати. Про таких говорят: статная, знающая себе цену. Светловолосая, длинноногая, в облегающем платье до колен. На ее фоне я почувствовала себя желторотым неуклюжим цыпленком.
– Я кто? Это ты кто, девочка? – пренебрежительный тон.
Она демонстративно обсмотрела меня с головы до ног и обратно, пока не остановилась взглядом на моем лице.
От такого уверенного голоса я растерялась, не зная, как реагировать. Это ведь не моя квартира, а Довлатова. А о нем я совершенно ничего не знаю. Вдруг это его сестра или жена? Хотя стоп, какая жена? Отныне ведь я его невеста и будущая супруга. Будь у него кандидатка на эту роль, разве стал бы он брать кого попало с улицы?
Меня, конечно, коробило, что этот кто-то с улицы – я, но факты налицо.
– Я Диана, – не нашлась я с ответом и просто представилась. – А вы?
– Я Светлана Игоревна, – гордо вздернула она подбородок, и я поморщилась. Она что, приняла меня за малолетку какую-то, чтобы я ее по имени-отчеству называла?
– Кхм, Светлана. А вы тут…
– Я здесь живу, – улыбнулась она, хотя это было больше похоже на оскал. – А ты, если пришла убираться, делай свое дело и уходи. Мне еще нужно подготовить всё к приходу Демида, так что поторопись.
Она скрестила на груди руки и оперлась бедром о косяк, словно и не собиралась уходить из кухни, хотела понаблюдать за тем, как я буду мыть посуду. И не сопру ли чего. Как будто здесь было что брать.
– Убираться? – прищурилась я и откинула от себя тряпку, на которую легла моя рука. – Это не по моей части. А вы, собственно говоря, кто? Наверное, старшая сестра Демида? Он не предупреждал меня, что вы приедете сегодня.
Я уже поняла, что передо мной девушка Довлатова, но оскорблять себя не позволю. Раз я с сегодняшнего дня официальная невеста, то и права у меня соответствующие. Он ведь не предупреждал меня об этой Светлане, так что и не имеет права обижаться, что я выгоню отсюда всех левых девиц, которые заявятся сюда. А то ишь, притон устроил, когда нам нужно получить опеку над мальчиками!
– Старшая сестра? – взвизгнула женщина, по виду придя в ужас от такой перспективы. Глаза вытаращились, она оторвалась от косяка, стала хватать ртом воздух и покраснела от натуги. – Я похожа на сестру? Да еще и на старшую?
– Не надо так нервничать, возраст – это не приговор. В наш современный век есть масса способов продлить молодость, – пела я соловьем, наслаждаясь тем, как ее перекосило.
Один – один.
Пусть знает, как принимать меня за уборщицу.
– Да будет тебе известно, я девушка Демида, – прошипела она змеей, сощурив глаза.
– Девушка? Рада познакомиться, – улыбнулась я как ни в чем ни бывало и окончательно добила ее: – А я невеста Демида. Мы завтра заявление в ЗАГС подаем. Он вас уже позвал на свадьбу?
Я понимала, что играю с огнем и хожу по краю, но не могла остановиться. Внутри еще клокотала ярость на этого гадского Довлатова, который загнал меня в угол и не оставил иного выбора, кроме как принять его предложение руки и сердца.
– Какая еще невеста? – заголосила Светлана, прикладывая к объемной груди ладонь с длинными красными ногтями. Ну и маникюрчик потомственной ведьмы…
– Обычная, – пожала я плечами, хотя прекрасно понимала, что она не в себе и пребывает в полнейшем шоке.
В этот момент раздался какой-то скрип, но я ни на что не обращала внимания, только смотрела на Светлану. И я сперва даже обрадовалась, что поставила зарвавшуюся женщину на место, но, когда она стала пятиться, а глаза показали белки, радость моя мигом пропала.
Что с ней?
Бах!
Тело Светланы прямо-таки рухнуло назад!
Я выпростала руки вперед, словно бы это могло помочь поймать ее.
Но она уже лежала на спине и не подавала признаков жизни.
Какое-то время я стояла в ступоре, а потом бросилась к ней и упала на колени.
Ну не могла же она умереть от разрыва сердца прямо на кухне у Довлатова?
Я же не могла ее убить новостью о его женитьбе?
Он, конечно, мужчина видный, а эта дамочка явно лелеяла планы его захомутать, но не помирать же оттого, что тебе дали от ворот поворот!
– Светлана, очнитесь! – позвала я ее и пару раз ударила по щекам.
Черт, лежит как мертвая. Я подскочила и схватила стакан, набрала воды и снова упала на колени рядом со Светланой, а потом со всей силы прыснула ей в лицо.
– Светлана, – снова позвала, – он не стоит того, чтобы из-за него умирать!
– Что здесь происходит? Не успел я тебя одну оставить, ты уже человека убила? – раздался над нами знакомый голос.
Демид Довлатов собственной персоной. Я подняла на него взгляд, полный паники, но вместо встревоженности увидела на его лице лишь усмешку, словно всё это для него было в порядке вещей. Впрочем, что я знаю о рабочих буднях оперов. Профдеформация налицо.
– Чего ты стоишь? Сделай что-нибудь! – всплеснула я руками и похлопала ладонью по щеке Светланы, которая продолжала лежать на полу.
– Ты кричала на нее? – вместо помощи спросил у меня Демид флегматичным тоном и присел на корточки. Проверил у нее пульс и пожал плечами.
– Нет, то есть да, то есть нет, – затараторила я в панике, а затем попыталась взять себя в руки. – Мы просто разговаривали. Я же не знала, что она такая впечатлительная и упадет без сознания. Она же жива, да?
Голос мой был полон надежды, и не зря.
– Жива. Просто в обморок упала. Тяжело же с вами, бабами, только проблемы доставлять умеете, – кивнул Демид, тяжело вздохнул и поднял ее на руки.
Всё бы ничего, но я в этот момент смотрела на лицо Светланы. Мне же не могло показаться, и она торжествующе улыбнулась? Точно. Так и было. То есть… Она притворялась? Вот же гадина!
Глава 5
Демид
Плохие предчувствия стали меня одолевать с того самого момента, когда хрупкие пальчики моей новоявленной “невестушки” обхватили ключи от квартиры, а сама она, виляя крепкой задницей, отправилась обживать мое холостяцкое жилище.
Опыт, что называется, не пропьешь, и я нутром чуял, что надо возвращаться домой. Отпросился у главного, который на радостях отпустил меня решать семейные вопросы, и приехал к дому.
Поднялся по ступеням, открыл дверь – да так и застал картину маслом.
Светлана, будь она неладна, заявилась непрошеным гостем. И кого я там считал покладистой и беспроблемной? И лежит теперь моя беспроблемная в глубоком обмороке, а Диана, которая явно ее до этого состояния довела, пытается исправить положение.
Девчонка, видать, не привыкла к подобным ситуациям, запаниковала, стала нервной. Пришлось вмешаться.
– Демид… – прикладывая ладонь ко лбу, простонала Светка с дивана, куда я ее положил,
Голос страдальческий, бледная вся, но при параде. Ножку согнула, чтобы платье задралось. Женщину из нее, конечно, искоренить сложно. И раньше мне ее женственность нравилась, а теперь вызывает отторжение. Слишком показушно и нарочито.
– Тебе лучше, Свет? Ты чего? Опять в голодные обмороки из-за диеты падаешь?
– Нет, я теперь о диетах не думаю, мне надо хорошо питаться, – озадачила она меня.
Напрягся. Что за “хорошо питаться”? Это при каких состояниях такое нужно делать? Спросить опасался, вдруг скажет то, что мне не понравится.
– Водички возьмите, – так кстати прервала нас Диана, появившаяся из-за спины.
Света сразу напряглась, быстро села с опорой на руки и замотала головой.
– Не надо. Мне уже хватило водички, – с намеком глянула на Диану.
Та ничуть не смутилась и унесла воду в кухню, а когда вернулась, принесла с собой полотенце, которое подала Свете. Та немедленно вытерлась им, аккуратно промакивая лицо.
– Я просто хотела помочь, – фыркнула Диана, стоя за моей спиной.
Света молчала, всем видом показывая, что не хочет разговаривать при Диане, а я гадал, о чем они беседовали до моего прихода.
– Демид, мы можем поговорить наедине? – подала голос Светлана.
– У меня от Дианы нет секретов, – улыбнулся я “невесте”, на что она среагировала гримасой улыбки. – Можешь говорить при ней. Мы, кстати, сегодня о встрече вроде не договаривались. Или я ошибаюсь?
– Я хотела устроить сюрприз. А устроили сюрприз мне, – с обидой пробормотала она, кидая недобрые взгляды на Диану. – Я не ожидала услышать такие вот новости.
– Да, у нас всё случилось очень неожиданно, – не стал я вдаваться в подробности, – так что давай я закажу тебе такси.
Такого поворота Света вроде как не ожидала, по крайней мере, она просто сидела и моргала, и не думая вставать вслед за мной.
– А я решила, это шутка, – просипела она и всё же поднялась, а потом с моей поддержкой добралась до прихожей, откуда я вызвал такси и, дождавшись приезда машины, проводил уже бывшую любовницу до двери. Она была так потрясена, что не стала устраивать разборки. Впрочем, сыграл роль мой предостерегающий взгляд. Светка дурой не была, знала, когда лучше отступить. Я чувствовал, что нас еще ждет разговор, но не сегодня.
Я закрыл дверь и повернулся к Диане, которая стояла скрестив руки и опиралась об арку кухни.
– Если что, я ничего плохого ей не сделала, – сразу же стала оправдываться пигалица. – Я просто сказала, что мы женимся, и тут она взяла и грохнулась в обморок. Или не в обморок.
– Что ты имеешь в виду?
– А то, что она притворялась! Я видела, как она открыла глаз.
Почему-то от этих слов меня разобрал смех. Но я спрятал его за покашливанием. Пока я не воспринимал Свету как угрозу, хотя ее слова насчет отмены диеты немного напрягли. Если она хотела намекнуть насчет беременности, то не стала бы молчать, верно?
– Ты думаешь, я вру? Зачем мне это? – не отставала Ди, видя, что я молчу.
– Да это неважно, слушай, можешь о ней не беспокоиться.
– Вот зря ты так думаешь, – пошла она ко мне, размахивая руками, – если она притворялась, то кто знает, на что еще способна? Вдруг она порушит нашу легенду.
– Ты так рьяно стоишь за нее, – ухмыльнулся я, оценивающе глядя на Ди, – а в отделении вопила как резаная, что я тебя принуждаю.
– И ничего я не вопила, – тряхнула она волосами, – а насчет того, что я успокоилась: так вроде не глухая. Вы дали расклад, я выслушала и приняла аргументы. Решила принять ваши условия. Вы же всё равно не отстанете.
– “Вы”, “вы”, – поцокал я языком, перебарывая в себе желание потрогать тонкие пряди ее белокурых волос, – раз приняла условие, давай на “ты”. Ты же только что так ко мне обращалась.
– Ты, ты, ты, – как болванчик покивала пигалица и показала язык.
Вздохнул. Ребенок она еще. Но очень соблазнительная для ребенка. В ней сочетаются дурашливость, дерзость и женственность. И всё это в одном комплекте.
– Отлично. Рад, что ты так быстро усваиваешь информацию и принимаешь условия.
– Я всего лишь бесправная пешка в руках циничного блюстителя закона, – закатила она глаза, поворачиваясь ко мне спиной и шагая на кухню.
Вот зараза мелкая.
– У тебя же есть продукты? Я могу приготовить ужин. Если честно, есть хочется ужасно. Я же могу поесть? У меня сегодня больше никакие анализы брать не будут? Или, может, какие еще экзекуции припасены?
– Продукты есть. Можешь приготовить что хочешь. Или закажем доставку. Или ты думаешь, у меня руки растут из жопы и я с голоду помираю?
– Почему же? Ты можешь питаться в столовой или в ресторане. А еще любовницы могут еду приносить. Они, знаешь, любят подкармливать. – Открыла холодильник и с разочарованием осмотрела его содержимое. – Эх, нет, ничего не принесла. Вы с ней, наверное, любовью питались? – повернулась ко мне с озорным выражением лица.
И зачем меня изводит? На что нарывается? Смелая девочка. Не боится лезть на рожон и кидаться колкостями.
Подошел и уперся рукой в дверь холодильника, стоя в непосредственной близости от Дианы. На ее губах продолжала играть улыбка.
– Если тебе так интересны мои любовные похождения, я всегда открыт к вопросам. Задавай.
– Вот еще! Очень мне интересно знать о чем-то таком. Я просто рассуждаю. А что, нельзя?
– Тебе, лапочка, всё можно, – улыбнулся я, пребывая почему-то в отличном настроении.
– Ой, только давай без лапочек, – скривилась она, – не люблю ничего подобного.
– Солнышко? Зайка? Киска?
– Киска? Фу, боже, нет, – запротестовала она яростно, зажимая рот рукой, а потом задумалась, между делом доставая из холодильника сосиски и яйца.
Споро соорудила какой-никакой ужин, принявшись рассуждать о нашем будущем фиктивном союзе.
Глава 6
Диана
Как только Светлана ушла, напряжение во мне усилилось. Мы с Довлатовым остались наедине, и меня не покидало ощущение, что я зашла в логово тигра. Который пока наблюдал и выжидал, но в любой момент мог цапнуть меня за холку. Брр.
– Нам бы обсудить детали, Демид. А то что это получается, ты всё обо мне знаешь, а я ничего. Вот придет опека, и что? Зададут нам вопросы, и мы сразу же сольемся.
– Вопросы? – хмыкнул он пренебрежительно. – Наши личные дела их не касаются. Распишемся, ты обживешь квартиру, а затем мы сразу же подадим заявление на усыновление.
– Усыновление? – обернулась я, услышав не то, что ожидала. – Я думала, опека…
– В детдоме сейчас находится мой сын, ни о какой опеке не идет и речи.
Я замолчала, слушая его откровения, а затем задала интересующий меня вопрос:
– А мать?
– Мать? Она все эти годы молчала, что у меня есть сын. Давай пока не будем о ней, – как-то скривился Демид, словно что-то его цепануло, а затем кивнул на меня, умело переводя тему: – Что насчет тебя? Почему вдруг решилась на похищение ребенка? Ты ведь не дура, должна понимать, что за это грозит. Окажись на моем месте кто другой, не такой щепетильный и благородный, сидеть бы тебе сейчас в СИЗО.
Я поджала губы, чтобы не ляпнуть ничего язвительного насчет его благородства, но не решилась его драконить.
– Я пыталась оформить опеку, но студентка и официантка на полставки их не устраивает, – призналась я как на духу. – Не знаю, что на меня нашло сегодня. Я просто была в состоянии аффекта, вот и…
Я пожала плечами, будто это должно было всё ему прояснить, но он промолчал, продолжал всё так же смотреть на меня. Изучающе. Словно ждал продолжения. Я занервничала и стала мять футболку руками.
– Вообще, ты не подумай, у меня был нормальный план. Я предложила Стасу, ну, однокурснику, пожениться, у него работа постоянная, стабильная, да и платят хорошо, квартира своя, опять же. У его отца собственная компания, и он работает сисадмином со свободным графиком. И квартира у меня есть. Однушка. От бабушки досталась. Нам бы отдали ребенка.
– Ты так и не сказала, зачем тебе мальчик.
Я сглотнула, когда он меня перебил. Он даже будто поморщился, когда я упомянула Стаса. Словно заревновал. Хотя о чем это я? Глупости какие. Кто он и кто я. Взрослый матерый мужик и пигалица.
– Как зачем? – растерялась я сначала, а затем присела на стул и взяла себя в руки. – Это мой племянник. Сын моей старшей сестры.
– Она умерла?
– Нет, она… Сама сдала его в детдом, – прошептала я в конце и от стыда опустила глаза на стол. И вроде бы не я совершила это кощунство, но стыдно было именно мне.
– Что отец?
К счастью, Демид никак не выказал своего презрения насчет действий моей сестры, задал вопрос голосом, который не выражал ни презрения, ни осуждения.
– Отец?
Я замялась, даже не зная, стоит ли вываливать на него все неприглядные подробности той истории. Как оказалось, моя сестра вышла замуж уже беременной от другого и не призналась в этом своему избраннику. И когда тот ввязался в криминал и подставил и ее, и себя, она первым делом сообщила о факте отцовства настоящему биологическому отцу своего сына. А тот отказался брать на себя ответственность.
Как я поняла из ее слезливого рассказа, он не поверил ей, и так малыш и оказался в детдоме. Этот факт до сих пор меня бесил. Неужели было так сложно дождаться, когда я вернусь из Пензы от родителей, которых я навещала, и оставить ребенка у меня? Тогда бы не было сейчас тех проблем, которые она устроила.
Правильно бабушка говорила: ума нет, считай, калека.
Господи, ну не могла же я всё это рассказать Демиду? Иначе буду выглядеть со своей семейкой в еще худшем свете. Он и так обо мне не лучшего мнения.
– А отец ребенка – козел, – процедила я, накрутив себя мыслями до взбешенного состояния. – Поматросил и бросил, про таких говорят. Сделал дело – и в кусты. Не нужен ему сын. Сестра обратилась к нему за помощью, но он…
Прикусила язык, чтобы не ляпнуть, что кроме меня мальчик, кажется, вообще никому не нужен.
– Н-да, ситуация, – дернул губой Демид, а затем поднялся и подошел к столешнице, где стоял чайник. – Тебе кофе или чай?
– Чай. На ночь кофе вредно, если что.
– Вреден.
– Только не говори, что ты из этих.
– Каких этих?
– Правильных, – закатила я глаза. – Еще докопайся до меня, если я скажу звонишь вместо звонишь. К слову, кофе теперь можно в среднем роде употреблять.
– Если детей сдавать в детдом станет нормой, тоже побежишь за всеми повторять?
– Что? Не сравнивай! Это разные вещи.
– Всё начинается с мелочей, пигалица. Ладно, закроем тему. Кофе у меня без кофеина, так что если беспокоишься за мое здоровье, то можешь расслабиться. Я не из тех, кто идет в больничку, только если умирает.
– И ничего я не беспокоюсь, – буркнула я и отвела взгляд, когда он развернулся и посмотрел на меня слишком уж пристально.
– Нам бы, конечно, перед опекой и усыновлением сблизиться, Диана.
После этих слов Демид вдруг подошел к столу и наклонился надо мной. Одной рукой заправил прядь моих волос за ухо и улыбнулся, поглаживая меня затем по щеке. Это касание послало мурашки по всему моему телу, и я усилием воли подняла взгляд к его глазам.
– Сблизиться? – прошептала я, а сама непроизвольно сжала бедра. Это на что это он намекает тут? Непотребства какие?
– Сблизиться, Диана, сблизиться. Или ты думаешь, в опеке дураки сидят? Не мы первые, кто хочет с помощью фиктивного брака заполучить ребенка. Это у нас с тобой благородные мотивы, но не все такие. Уж я-то таких немало повидал.
Уточнять, кого он там повидал, я не стала. Вряд ли там что хорошее, а подробностей я знать не желала. Не думаю, что моя психика подготовлена для этого.
– И что ты предлагаешь? – прошептала, когда он наклонился так низко, что его губы почти касались моих.
– Предлагаю? – улыбнулся он, а затем кивнул на стол. – Вообще, надо будет фотографий наделать, договориться с соседями и друзьями, чтобы свидетельствовали о том, что мы давно в отношениях. А пока предлагаю выпить чаю. У тебя губы потрескались.
Он отстранился и сел на свое место напротив меня, а я даже растерялась. Ожидала, что он предложит нечто интимное, но он сумел меня удивить и поставить в тупик.
– А ты что подумала, пигалица? О том самом?
– Я? Ни за что!
– Никогда не говори “никогда”.
Он схватил свою чашку, сделал глоток, прикрыл глаза и оперся затылком о стену. Наступила тишина. Я подула на горячий чай и опустила взгляд. И как этого Демида понять? То он грубый и злой, то игривый и двусмысленный. Кстати, об этом.
– Кто такая Светлана?
Глава 7
Диана
– Кто такая Светлана? – приподнял бровь Довлатов, словно не понял вопроса.
Что непонятного? Зачем он переспрашивает?
Испустила вздох и перефразировала свой вопрос:
– Кем тебе приходится эта женщина и не доставит ли она нам проблем?
– Считаешь, что мне кто-то может доставить проблемы?
– Не надо быть таким самодовольным. Не очень-то сходится придуманная тобой легенда о наших отношениях. – Показала пальцами кавычки. – Мы вроде как в долгосрочных отношениях, а к тебе без спроса всякие обморочные приходят. Открывают дверь, между прочим, своим ключом. Устраивают разнос твоим гостям.
– Что она тебе сказала?
– Права на тебя предъявляла, ясное дело, – фыркнула я, вспоминая выкрутасы Светланы и ее фальшивый обморок. – Поэтому и спрашиваю, не доставит ли она проблем.
– Не доставит. Я за это отвечаю. Ключ заберу, разъяснительную беседу проведу, – отрапортовал Довлатов, шутливо отдавая мне честь, на что я лишь закатила глаза.
Какое позерство. Но в то же время мне понравилось, что он порой может быть и веселым. Совсем не улыбается заключать фиктивный союз с букой и грубияном.
Залюбовалась вдруг его улыбкой. А она ему идет. Молодит даже. С ним приятно вот так сидеть и болтать, несмотря на всю абсурдность ситуации.
Встрепенулась и чуть не ущипнула себя.
Да что это такое? Нельзя западать на злого опера. У нас исключительно деловое соглашение. Он видит во мне лишь средство для достижения своей цели, и я должна в нем видеть то же самое.
– Ну хорошо, – кивнула с чувством удовлетворения и поднялась. – А где у тебя тут удобства?
– Налево по коридору, – кивнул в сторону ванной и туалета Довлатов, и я метнулась туда, пока он не начал отпускать какие-нибудь шуточки за триста и поддевать меня.
Когда вернулась, Довлатов методично намыливал посуду, а потом аккуратно смывал воду и клал тарелку на разложенное полотенце.
Эта картина одновременно удивила и умилила.
Сам моет посуду! Мужчина! Приятное зрелище, надо сказать.
Мой отец никогда не утруждался ничем подобным, мама всегда возилась на кухне, а папа в комнате смотрел телевизор и ждал, чтобы его обслужили.
Он уставал после смены на сталелитейном заводе, а мама работала медсестрой в городской поликлинике и в основном делала уколы на дому, поэтому освобождалась раньше.
Впрочем, по сравнению с отцом Маринки, тунеядцем и алкашом, который уснул зимой пьяный на улице и не проснулся, мой папа был вполне себе нормальным мужем…
– Я всё, – обозначила я свое присутствие, говоря в широкую спину Демида, и он обернулся, вытирая сильные руки о полотенце. – Покажешь мне мою комнату?
От неловкости чуть не зажмурилась. Странно было разговаривать о подобном с совершенно чужим мужчиной, пусть он и являлся моим фиктивным женихом поневоле.
– Пойдем, – коротко кивнул он мне, и мы вместе направились в одну из комнат.
Шли по коридору, и я осматривалась в квартире.
Большая комната, спальня… Еще одна спальня в бежевых тонах. Безликая. Диван, шкаф, тумбочка, задернутые плотными шторами окна. На стене – строгие часы и картина с пушистым белым одуванчиком.
Неплохо. Мне здесь понравилось, хоть и напоминало номер в гостинице, в ресторане которой я подрабатывала на полставки официанткой.
– Завтра пойдем с утра подавать заявление в ЗАГС, – рассказывал опер, привалившись к косяку своей мощной фигурой, убрав руки в карманы форменных брюк, – встаем в семь. Завтрак можешь приготовить, а можешь заказать доставку. Как угодно. Потом по магазинам поедем. Нужно купить тебе одежды…
– Что не так с моей одеждой? Я могу забрать вещи из квартиры.
– Диан, если собралась быть опекуншей ребенка, надо выбрать что-то более строгое, чем твои рокерские шмотки.
– Рокерские? – оглядела я себя и покраснела.
И правда. На мамашу со стажем я точно не похожу. Ладно, пусть так.
Довлатов подождал, пока завершатся мои мысленные процессы, и продолжил:
– Потом познакомимся с моими друзьями и родными. Тебя должны знать в лицо как мою невесту.
Ой. А вот это меня совсем смутило. Но что поделать.
Назвался груздем – полезай в кузов.
Буду делать, как говорит Довлатов.
– Угу…
– Нужно будет организовать фотосессию. Еще…
Он почесал подбородок с пробивающейся щетиной, и этот жест был таким мужественным, что я снова залюбовалась. Ужас. Того и гляди влипну в этого мужлана.
– Слушаю.
– Еще нужно сделать комнату для мальчишек.
– Комнату? – захлопала я ресницами, соображая чересчур туго из-за того, что вечно отвлекалась на любование собеседником.
– Да. Комнату. Опека должна видеть идеальные жилищные условия для мальчиков.
– А-а-а…
Я хотела спросить, что планируется для них в будущем, после того как наше фиктивное соглашение потеряет силу, но не рискнула спрашивать. И того, что он уже наговорил, было достаточно, даже под завязку.
Тем более каждый день мог нести что-то новое. Я всё надеялась, что Марина вернется, и тогда мне не придется заботиться об опеке над Максом. Хоть мать она и никудышная, но всё же ему родная, а я всего лишь тетя.
– Нужно будет сделать ремонт? – решила уточнить.
– Да. Переедешь в мою спальню, а здесь организуем детскую.
– Перееду?
– Диана, – Довлатов оттолкнулся от косяка и лениво пошел по направлению ко мне.
Сердце мое подпрыгнуло прямо к горлу, а дыхание сперло.
Отчего-то особенно остро почувствовала то, что мы наедине, а он красивый, сильный и молодой мужчина, на которого я не могу не пялиться.
И он зовет меня в свою спальню.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?