Читать книгу "Из города. Сборник стихотворений"

Из города
Сборник стихотворений
Янаги

© Янаги, 2023

ISBN 978-5-0060-3697-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Из города
Сборник стихотворений
Янаги
2023

Посвящается тем, кто давно завершил свой путь, кто еще в дороге и кому только предстоит выбрать тропу, по которой идти.

«Я ушел из города – ты молилась, мне бросая под ноги соль и сор. Предо мной как вена тропа стелилась и катилось солнцево колесо; я ушел из города без оглядки, меч был остр, натянута тетива, я ушел, сам с собою играя в прятки, забывая твои слова…»

 
Я ушел из города – ты молилась, мне бросая под ноги соль и сор. Предо мной как вена тропа стелилась и катилось солнцево колесо; я ушел из города без оглядки, меч был остр, натянута тетива, я ушел, сам с собою играя в прятки, забывая твои слова.
Я иду далеко, не смотря на звезды, раскидав грядущее наугад, я иду далеко, не считая весны, но приду – несомненно приду назад. Я приду, обменяв себя за монету у толпы на паперти за холмом, я вернусь – обездоленный и раздетый, со зрачками, подернутыми стеклом. Я вернусь, обернувшись змеиной кожей и вороньи перья в себе взрастив, ты, быть может, в город вернешься тоже, за молитвой меня, наконец, простив.
Я дойду домой, как остынет вереск, и накрою дланью твои уста,
Как луна слепая целует церковь в исчезающий остов ее креста.
 

«Дорогой мой рыцарь, я знаю, как сильно устали вы от пути, как противен вам шорох листвы под подошвами лат и каким неправдивым вам кажется рыцарский постулат, оттого что нет четкого плана, куда идти. Дорогой мой рыцарь, я знаю, расколот ваш крепкий доспех и затянуто сердце в тугие узлы ветров, и полгода уже вы не видите новых снов, песни бардов у вас вызывают лишь нервный смех, мой прекрасный, я знаю, ваш город сожжен дотла и об ваши же кости давно затупился меч. И я знаю: вам нечего больше беречь, и что в целом у вас не очень идут дела, но послушайте, Рыцарь…»

 
Дорогой мой рыцарь, я знаю, как сильно устали вы от пути, как противен вам шорох листвы под подошвами лат и каким неправдивым вам кажется рыцарский постулат, оттого что нет четкого плана, куда идти. Дорогой мой рыцарь, я знаю, расколот ваш крепкий доспех и затянуто сердце в тугие узлы ветров, и полгода уже вы не видите новых снов, песни бардов у вас вызывают лишь нервный смех, мой прекрасный, я знаю, ваш город сожжен дотла и об ваши же кости давно затупился меч. И я знаю: вам нечего больше беречь, и что в целом у вас не очень идут дела, но послушайте, Рыцарь,
Я знаю, что утро сменяет ночь, что дорога не будет петлять без конца вдали, что швартуются в новой гавани корабли, и все птицы с юга стремятся куда-то прочь, дорогой мой рыцарь, я знаю, придет июнь, его сменит август – мы встретимся с вами вновь, знаю, что с лица вы однажды сотрете кровь и услышите имя свое в звоне тонких струн. Дорогой мой, я вижу, что в трещинах ваших доспехов уже проросли цветы, сердце в путах лишь громче стучит на забаву снам, город новый заложен, в нем бардов слышны голоса, и у каждого – свои горести и мечты.
Дорогой мой рыцарь, поверьте, не кончен путь – лишь доспех подлатать и чуть заточить клинок. В песнях бардов все сказки читаются между строк, это значит, вы точно придете куда-нибудь. Мы историю вашу знаем не первую сотню лет: умирая к полуночи, вы возродитесь опять, чтобы лучшую истину снова нам рассказать:
Если где-то есть тьма – обязательно будет свет.
 

«Здесь, меж сырых камней, ткется речная ржавь, я выдыхаю дым – цветом в твои глаза. Знаешь, я в этом городе путаю сон и явь, в миг забываю все, что хотел сказать, честно признаться, имя – и то забыл, помню лишь пару звуков, не зная, как их сочесть. Все, что осталось в памяти – это ты. Я прихожу домой, часы отбивают шесть, город взгрызает меня, топит в речной пыли, в глотку вливает джаз – я завожу мотор…»

 
Здесь, меж сырых камней, ткется речная ржавь, я выдыхаю дым – цветом в твои глаза. Знаешь, я в этом городе путаю сон и явь, в миг забываю все, что хотел сказать, честно признаться, имя – и то забыл, помню лишь пару звуков, не зная, как их сочесть. Все, что осталось в памяти – это ты. Я прихожу домой, часы отбивают шесть, город взгрызает меня, топит в речной пыли, в глотку вливает джаз – я завожу мотор.
Мы расставались здесь, не знаю уж – помнишь ли эти пустые детали наших извечных ссор. Время ползет к семи, призрак твой на мосту, кажется, миг – сорвется в ночную гладь. Я остаюсь, но знаю, что не смогу, как и тогда не смог тебе помешать. Город, пропахший виски, смеется углами звезд, я поглощаю пыль и выдыхаю джаз. Но осознав все риски, я снова приду на мост, чтобы тебя увидеть в самый последний раз.
 

«Мальчик ходил к морю, слушал слепые ветры, солью марал память, клеил людей из фетра, мальчик хотел быть бардом, мальчик хотел быть первым, глупым простым и верным, но непременно – быть…»

 
Мальчик ходил к морю, слушал слепые ветры, солью марал память, клеил людей из фетра, мальчик хотел быть бардом, мальчик хотел быть первым, глупым простым и верным, но непременно – быть.
Мальчик терял звезды, ранил об иглы пальцы, мальчик пронзал космос, время натягивал в пяльцы, мальчик держал крепко небо в своих объятиях, сильно сжимал и думал: лишь бы не отпустить.
Мальчик сбегал из дома, в мокрое падал поле, мальчик был пьян, влюблен, неизлечимо болен, мальчик хотел тишины и немного воли, и, говоря о свободе, думал только о ней.
Мальчик ловил грозу за раскаты грома, мальчик читал истории в сорок четыре тома, мальчик почти никогда не бывал дома, мальчик учил расписание кораблей.
Мальчик хотел быть выше, мальчик хотел быть богом, спать на землю ложился, карабкался на флагштоки, мальчик мечтал стать чайкой или погибнуть в море, сгинуть, пропасть, исчезнуть средь призраков каравелл.
Мальчик ронял камни, мальчик встречал рассветы, пропуская песок меж пальцев, мальчик терял веру,
 
 
– Правда, что я погиб? – мальчик спросил у ветра.
Ветер ответил тихо:
– Милый, ты повзрослел.
 

«Что плачешь ты, укрытая в своих семи стенах нетонущего храма?..»

 
Что плачешь ты, укрытая в своих семи стенах нетонущего храма?
Здесь шторм минул и буйный ветер стих, и рыбаки выходят в море рано, лишь заблестит холодная заря. И сколько лет п

...

конец ознакомительного фрагмента