Текст книги "Под ритм сердца"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pod-ritm-serdca-275566.jpg)
Автор книги: Yaselas
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
– Тебе через месяц в Гарвард, а ты позоришь меня! – Стефан ухватил Томиана за шиворот и еще раз дал ему пощечину, так что у юноши остался на лице красный отпечаток пятерни. – Заприте этого идиота в комнате. Быстро! Пусть посидит, пока не одумается. Не хватало мне, чтобы этот подонок меня опозорил.
* * *
– Людям удобно думать, что мне повезло, но они никогда пытались выяснить правду.
– Вам следует уйти, мистер Оллфорд. – Я понимала, что если мы продолжим этот разговор, то вскоре нас кто-нибудь обнаружит. – Вы тоже не знаете, что мы с братом пережили.
Глава 6
ФЛИАНА
Нью-Йорк. Наша с Дэйвом квартира. Идеально. Никогда не радовалась дому так, как сейчас. Единственное, что портило мое превосходное настроение, так это то, что сегодня понедельник. Я никогда не любила ходить в школу, хотя брат убеждал меня ценить школьные дни, поскльку совсем скоро я начну скучать по ним. Если честно, то это вряд ли.
Я села в мерседес-бенц Дэйва, который каждый день подвозил меня в школу, и пристегнулась. Мне всегда было спокойно, когда меня вез брат. Он очень хорошо водил, чего не скажешь о таксистах в городе…
– Не против, если Крис сегодня придет?
Дэйв взял себя в руки после вчерашней истерики и вновь стал прежним. В этом мы с ним похожи: долго копим эмоции в себе, а потом выплескиваем все наружу, как цунами. Становится ли после этого легче? Совсем ненадолго.
– У нас дома не осталось никакой еды. У тебя еще есть деньги? Закажи пиццу, и мне оставьте пару кусков.
Я кивнула. Каждую неделю Дэйв перечислял мне на карту определенную сумму на карманные расходы. Я жаждала сама подрабатывать, но брат уверял, что это всегда успеется. Он вел себя как папа.
Поцеловав Дэйва в щеку на прощание, я вышла из машины и помахала ему рукой.
– Фли! Привет!
Ко мне уже бежала моя рыжеволосая подруга Крис. Иногда мне казалось, что ее энергии хватит на то, чтобы осветить весь город. Жизнерадостная и очень добрая, она добавляла яркие краски в мою жизнь.
Родителям Крис, кстати, принадлежала компания – партнер «Форд Эмпайр». Они занимались автомобильным бизнесом. Дэйв был знаком с ними и очень уважал их. Наверное, поэтому он доверял и Крис.
Обнявшись, мы направились к зданию школы, в которую я так не любила ходить. Она значительно отличалась от школы в Бруклине, там мне было как-то поуютнее, что ли. Здесь же все было чужое, хотя намного более современное. Перейдя в эту школу, я быстро поняла, что деньги, увы, не всегда делают людей счастливыми.
– О, в эту субботу бал! – Я увидела афишу на доске объявлений. – Почему я узнала об этом только сейчас?
– Потому что совершенно не интересуешься жизнью школы, Фли, – хмыкнула Крис. – А я так жду этот осенний бал! Танцы, угощение, различные конкурсы, будут выбирать короля и королеву бала!
– Вау! – Я поддерживала разговор междометиями, поскольку, как верно подметила Крис, совершенно не интересовалась этим балом. – Ты, кажется, хочешь что-то мне рассказать?
– Меня пригласил Хью! – взвизгнула подруга и закружилась от счастья.
Она всегда отличалась восторженностью и впечатлительностью, поэтому я ничуть не удивилась ее поведению. Хью был довольно популярен у нас в школе. У них с Крис что-то уже намечалось еще в прошлом году, но внезапно общение приостановилось, а вот сейчас он позвал ее на бал.
– Я хочу стать королевой бала! – восклицала Крис. – У меня классный парень, и я куплю себе новое платье. Наишикарнейший последний школьный бал запомнится мне на всю жизнь!
Крис обожала внимание, а я – совсем нет. Удивительно, что мы сдружились, но я была безумно благодарна судьбе за то, что она свела нас. Без подруги я здесь совсем зачахла бы.
Уроки пролетали незаметно, поскольку я тихо отсыпалась на последних партах. Наконец подошло время большой перемены и обеда. В столовой кормили вкусно, но сегодня есть совершенно не хотелось. У меня иногда такое бывало.
– Как было в Лондоне? Ты мне так и не рассказала. – Крис с аппетитом жевала сэндвич, предварительно тысячу раз спросив, не хочу ли я ее поддержать. – Ты встречалась с самим Томианом Оллфордом! В телевизоре он такой сексуальный и красивый.
«Ох, Крис, в жизни он в сто раз сексуальнее. Сразу слюнки потекут водопадом, как только увидишь его», – мысленно ответила я подруге, а вслух сказала:
– Вполне симпатичный. Я его практически не видела. Ну, почти.
– Договаривай, Фли, – потребовала Крис.
Она не из тех, от кого можно что-то скрыть. Крис тебя из-под земли достанет, но ты ей расскажешь все до последней мелочи.
– Я с ним поцеловалась. – При этих словах Крис выронила сэндвич. – Один раз. Я не думаю, что это было серьезно. Просто момент такой романтичный. Да он, наверное, и не собирался, это я первая поцеловала.
– Ты поцеловалась с самым популярным мультимиллиардером в штате и говоришь об этом только сейчас?!
Напрочь позабыв о сэндвиче, Крис вцепилась в меня мертвой хваткой. Мы с ней всегда делились друг с другом секретами, ничего не скрывая, но я отличалась тем, что рассказывала все с опозданием. Подруга обижалась, что я ей не доверяю, но это было не так. Мне просто требовалось время, чтобы самой осознать происходящее.
– Рассказывай все в самых мельчайших подробностях, Тэйлис.
– Мы просто прогулялись вечером, так получилось. Он заснуть не мог, потому что время в Лондоне отличается от времени в Нью-Йорке, – попыталась объяснить я. – Выдался такой момент, и все. Я совершила огромную ошибку, поверь. Я птица не его полета. И вообще мы на следующий день поругались.
Крис, морща лоб, выслушала мой рассказ о ссоре, но так и не пришла к выводу, кто здесь прав, а кто – нет. Думаю, тут никто ни в чем не виноват, просто я всегда была и буду на стороне брата.
– Ну, знаешь, Фли, услышав о себе такое, любой человек отреагировал бы гораздо резче. Мистер Оллфорд же просто сказал, что вы с Дэйвом плохо его знаете. Мне папа говорил, что покойный мистер Оллфорд был чрезвычайно строг к своему сыну. Об этом все знают. У каждого человека свой опыт, своя вселенная, Фли. Не стоит обесценивать проблемы других. Понимаешь? – Слова Крис не произвели на меня особого впечатления, я и так понимала, что совершенно ничего не знаю о Томиане. – Он пришел к тебе в комнату, чтобы увидеться, но случайно услышал ваш разговор о себе. Мало ли что говорят о нем охранник и Дэйв – это их мнение. Ты должна сама узнать мистера Оллфорда.
Да, моя подруга была настоящим профессионалом в любовных делах.
– Ладно, все равно мы с ним больше никогда не встретимся.
– Это будет очень грустно, – неожиданно заметила Крис. Я посмотрела на нее с удивлением. – Ты меняешься, когда говоришь о нем. Обычно ходишь, будто тебе все безразлично, а сейчас хоть какие-то эмоции на лице появились.
Я в шутку ткнула подругу в плечо за такие высказывания. Все, что было в Лондоне, – неправда. Просто романтический вечер в командировке. Я даже подобный фильм когда-то смотрела.
Томиан мне определенно нравился как мужчина. А кому он мог не понравиться? Высокий, красивый, галантный, богатый и внимательный молодой человек. Да любая девчонка свихнется, если на нее посмотрит такой мужчина, как мистер Оллфорд.
Было бы мне лет пятнадцать, я бы такого надумала… Но, к счастью или к сожалению, мне уже три года как не пятнадцать. Интрижка стала бы настоящей проблемой для нас обоих. Несмотря на высокую самооценку, я хорошо понимала, что мы из разных миров. Он никогда не поймет меня, а я – его. Лучше забыть эту историю и не вспоминать, чтобы не осталось никакой надежды.
Только мы с Крис пришли к такому выводу, как вдруг, совершенно внезапно, к нам подсела Джессика Ливан со своей свитой.
– Две подружки-простушки не могут отлепиться друг от друга!
Писклявый голос этой стервы Джессики выводил меня из себя.
Крис не всегда была богатой. Не так давно ее отец заключил удачную сделку с одним иностранным инвестором, и семье фантастически повезло выйти на новый финансовый уровень. Наверное, поэтому мы с Крис и нашли общий язык. Обе понимали, что значит жить в семье среднего достатка.
Подруга покосилась на соседний столик, где сидел Хью. Он все прекрасно слышал, но не стал лезть в девчачьи разборки.
– Это твои жирные волосы не разлепишь! – Питер возник перед нами неожиданно, как супергерой, и бросил свой портфель на стол прямо под нос Джессике. – Что-то важное хотела сказать или просто так села?
Питер был похож на парня из типичного американского сериала двухтысячных годов. Тот самый друг, который всегда спасет в нужную минуту, не боясь никого и ничего. Скорее всего, он не потянул бы роль главного героя, но точно был бы красавчиком, за которым бегают все девочки в школе. Правда, на мой взгляд, он был слишком смазлив. Как мы с ним сдружились? Одному Богу известно… Сама не поняла.
В присутствии сына известного европейского магната Джессика сразу притихла. И неважно, что Питер был младшим ребенком в семье, которого, как котенка, забросили в эту школу, хотя его старшие братья учились дома в Швейцарии. Он все равно имел огромный вес среди учеников.
– Инвестор школы Томиан Оллфорд приедет на осенний бал, – обиженно протянула Джессика. – Он будет вытягивать имена короля и королевы бала.
Знакомое имя резануло слух, как лезвие. Крис начала пинать меня под столом, а я словно оцепенела.
– Если это все, то вали отсюда. – Питер не умел вежливо выражаться.
Джессика послушно встала и ушла.
В жизни Питера все было не так уж плохо, но его история вполне могла войти в рейтинг «Топ-10 обидных решений семьи». У Питера имелось около шести старших братьев и сестер, но сам он был незаконнорожденным. Конечно же, законные дети не планировали в будущем делить наследство своего богатого отца с каким-то внебрачным ребенком. Поэтому на семейном совете решили откупиться от него и сплавить куда-нибудь подальше, чтобы не путался под ногами. Самый старший брат парня, лет тридцати пяти, предложил отцу отправить Питера в Штаты. Он жил здесь с матерью и ни в чем себе не отказывал, но очень тосковал по родной Швейцарии и никак не мог понять, почему его судьбу решили за него.
– А твой парень сидит лыбится и даже не заступился за свою девушку, – буркнул Питер, глянув на Крис. Он достал из портфеля колу, сделал пару глотков. – Да вы и сами сидите, как дуры, и молчите. С ней нужно разговаривать так же, как и она со всеми. Если человека сразу не поставить на место, то он так и будет обижать тебя. Сколько раз я вам говорил.
– Хью просто не захотел лезть в мои дела, – начала оправдывать парня Крис, хотя знала, что Питер абсолютно прав. – Спасибо тебе, но не спасай нас. Мы не успели даже рта открыть, как ты уже примчался.
Пит закатил глаза, но не стал спорить.
– Мистер Оллфорд никогда раньше не приезжал к нам в школу. С чего это он вдруг решил? – перевел тему парень. – Хоть посмотрю на него, а то все только о нем и говорят.
Да… С чего он вдруг?
Мы с Крис редко рассказывали другим о наших секретиках, и этот раз не стал исключением. Мы сделали вид, что впервые услышали имя Томиана. Питер даже не заподозрил, что мы чего-то недоговариваем.
После уроков мы с подругой пошли ко мне, всю дорогу обсуждая это невероятное совпадение.
– Либо ты так здорово рисуешь, либо он и вправду настолько идеальный. – Крис не могла налюбоваться портретом, который я отделывала всю поездку.
Правда, он был еще не закончен, но я уже вышла на финишную прямую.
На уроке живописи – внеклассное занятие, которое мы с Крис посещали, – нам задали нарисовать портрет для конкурса. Крис рисовала своего кота, а я собиралась изобразить Мэрилин Монро, но теперь у меня из головы не выходил мистер Оллфорд. Творческие люди так легко вдохновляются! Любое красивое лицо может стать поводом для гениальной картины.
– У него есть шрамы и красные пятна на ключице и ниже, – вспомнила я. В ту ночь на Томиане была футболка с вырезом, чуть открывающим ключицы. – И у него глаза разного цвета. Это видно только на близком расстоянии, я заметила, когда мы с ним целовались. Один глаз синеватого оттенка, а другой – серо-голубой.
– Ого, ты даже на рисунке это отразила! – Подруга загуглила Томиана в телефоне. – На фотографиях у него оба глаза серо-голубые.
– Линзы, – почему-то ответила я, хотя точно не знала этого.
Я слабо разбираюсь в биологии, но, кажется, это называется гетерохромия. Результат избытка или недостатка меланина. Ночью Томиан забыл надеть линзы, и я увидела его настоящие глаза. Это было невероятно красиво и необычно.
– Хотя да, есть фотография и с разными глазами. – Крис показала мне домашнюю фотографию Томиана, которую выложила его мама в своем профиле в соцсетях. – Ничего себе. Как же это круто! А интересно, откуда порезы и покраснения?
В голове у меня вертелись разные догадки, но я решила их не высказывать.
– В субботу все девушки будут липнуть к нему, – сказала подруга, толкая меня локтем. – Многие родители наших одноклассников лично знакомы с мистером Оллфордом. Но твой брат – его лучший друг. Возможно, у тебя есть шанс.
– Дэйв ненавидит его и считает соперником. – На меня вдруг напал истерический смех. Наверное, от ироничности всей ситуации. – Забудь о нем. Он был просто приятным видением, сном. Я ведь совершенно не знаю его, да и не должна знать.
Крис хотела возразить, но тут в комнату заглянул Дэйв с коробкой пиццы в руках.
– Пойдемте поедим. Я принес пиццу.
Машинально я прикрыла портрет, прижав его к себе. Брат, видимо, этого не заметил, потому что ничего не сказал.
– Ты что-то слишком рано сегодня, – сказала я, пряча картину в рюкзак.
Настенные часы показывали только четыре часа дня. Обычно Дэйв работал до семи-восьми вечера.
– Мистер Оллфорд исчез. – При этих словах мы с Крис испуганно переглянулись. – Да не беспокойтесь, все нормально. Он часто так делает. Пропадает, не отвечает на звонки, а потом приходит, полный новых сил.
– А почему так?
– Мистер Оллфорд странный человек. – Дэйв распахнул дверь, призывая нас на кухню есть пиццу. – Наверное, в другой штат улетел, чтобы развеяться.
Как же просто богатые люди могут путешествовать по миру, не задумываясь, на какие деньги они будут жить после отпуска. Всегда мечтала иметь кучу денег, чтобы свободно путешествовать. Наверное, сейчас это было более-менее возможно, но Дэйв еще не научился сорить деньгами.
– Твои родители, я слышал, сейчас не в Штатах? – спросил брат у Крис, когда мы садились за стол.
– Да, они уехали по работе… Если не ошибаюсь, в Швецию. Сама не знаю точно, если честно.
Дэйв, разливая колу по стаканам, многозначительно кивнул. Никогда нельзя было сказать, что означало его молчание.
– Вы знали, что мистер Оллфорд будет на балу в нашей школе? – спросила его Крис.
Брат удивленно вскинул брови – значит, ничего об этом не знал. Мне почему-то стало страшно, хотя я тут вообще была ни при чем, а Крис просто поинтересовалась.
– Впервые слышу. – Дэйв откусил кусок пиццы, все еще пребывая в удивлении. – Он никогда прежде так не поступал.
Брат мельком посмотрел на меня, и я сразу решила, что у него закрадываются какие-то подозрения, хотя, возможно, я просто сама себя накручивала. После этого Дэйв помалкивал все время, что мы провели за столом, лишь слушал наши с Крис разговоры.
Глава 7
ФЛИАНА
Крис ушла домой ближе к десяти часам вечера. Обычно в это время Дэйв уже готовился ко сну или спал. Мне же пришлось сесть за уроки. Задали катастрофически много, но у меня в планах было сделать только те работы, которые необходимо сдать завтра.
Иногда меня охватывало желание хорошо учиться, как Крис, но это желание пропадало, как только я садилась за письменный стол. Рисовать я готова была днями напролет, но учить уроки не доставляло мне никакого удовольствия. Я точно знала, что в будущем мне не пригодятся многие школьные предметы. Например, эта дурацкая алгебра…
– Это же так легко.
Я чуть не вскрикнула от испуга, услышав за своей спиной мужской голос. Дернулась от неожиданности, и наушники моментально упали с головы на пол.
– Эй, ты чего, я же так спокойно говорил!
Резко обернувшись, я увидела Томиана. Вскочила с места и яростно замахала руками. Видимо, он не ожидал такой реакции, потому что испугался не меньше меня.
– Какого черта?!
Томиан был в деловом костюме, как будто явился сюда прямо с важного собрания. Его усталое лицо, мешки под глазами вызывали… Жалость?
– Мне захотелось увидеть тебя. Окно было открыто. Решил заглянуть.
Я бросила растерянный взгляд на окно. Да, забраться через него в комнату не составляло труда, ведь мы жили на первом этаже, но… Даже не знаю! Это было страшно и непонятно!
– Что?! Но вы не можете просто так вламываться в мою комнату!
Мы говорили громким шепотом. Я с ужасом представляла, что будет, если Дэйв еще не спит и услышит нас.
– У меня нет твоего номера телефона, а в социальные сети я не захожу. – Томиан сел за мой рабочий стол. – Стыдно не учить тригонометрию и подсматривать формулы в конце учебника.
Он вел себя так бесцеремонно, будто это я ворвалась в его личное пространство, а не он – в мое. Совершенно не боялся попасться. Ему было… все равно! Это раздражало меня…
– Уйдите, пока не разбудили моего брата, и больше никогда так не делайте. Я забью окно досками.
– Тогда мне придется их выломать.
Томиан начал писать в моей тетради.
– Эй! Что вы делаете?
– Пишу тебе формулы двойного угла. – Мистер Оллфорд не отдавал мне тетрадь, продолжая писать в ней. – Я окончил школу лет семь назад, но до сих пор помню! В этих формулах нет ничего страшного. Если запомнишь их и основные тождества, жить станет намного проще.
Я негодовала, ничего не понимала: что Томиан здесь потерял? Что за чертовы формулы? Но он продолжал мне что-то объяснять и в конце концов полностью сделал за меня домашнюю работу по алгебре.
– Самое бесполезное – это формулы от суммы к произведению. Возможно, в вашей школе уделяют им особое внимание, но мне кажется, что они вовсе не нужны. А вот формулы приведения тоже следует выучить.
– Почему вы решили присутствовать на балу в нашей школе? – сонно поинтересовалась я, все эти формулы нагоняли на меня зевоту. – Если из-за меня, то я совершенно не понимаю ваших намерений. Да и в целом не понимаю вас.
Томиан встал из-за стола и потянулся. Подойдя к окну, задумчиво потер подбородок, будто сочинял ответ на ходу.
– Не знаю.
И как вам это нравится? Томиан в принципе не производил впечатление человека, который мог что-либо не знать. Он знал все, просто предпочитал не говорить.
– Захотелось, вот и решил поприсутствовать, вероятнее всего, – через несколько секунд добавил Оллфорд.
– Вы всегда делаете то, что вздумается?
– Не сказал бы. Хотя… не знаю.
Игра в «знаю – не знаю» так утомила меня, что я перестала вытягивать из Томиана какую-либо информацию. В его ответах не было логики. Как он вообще управлял компанией?
Томиан присел на мою кровать. Он никуда не торопился. Я застыла как вкопанная: поведение мистера Оллфорда было мне непонятно. Казалось, что все это сон. Правда, ущипнув себя за плечо, я не проснулась.
– Твой разговор с Дэйвом задел меня, заставил задуматься настолько сильно, что я отправился к своему другу в Вашингтон за советом. – Томиан поражал меня своей способностью держаться так просто и непринужденно, что многие застенчивые люди обзавидовались бы. Он говорил со мной как рядовой человек, а не владелец многомиллиардной компании. – Мне следует извиниться за свою реакцию. Прости. У меня и вправду было сложное детство. Я думал, что справился со своими травмами, но похоже, что нет. – Он улыбнулся, но в его улыбке не было радости. Скорее, это была попытка не заплакать. – Быть единственным наследником огромного состояния непросто. Но и стать бедным я никогда не стремился. Мне это чуждо.
Глаза у него сейчас были как ясное небо. Мне Томиан казался не дьяволом, как его называли все вокруг, а человеком с ангельской душой и внешностью. Хотелось обнять его и никогда не отпускать, узнать обо всех его проблемах и помочь. Похоже, под маской самоуверенного мужчины скрывался беспомощный ребенок.
– Для меня все это сложно. Я прощаю вас, но вам следует уйти.
– Тебе же не хочется, чтобы я уходил.
Да. Он был прав.
– Мне завтра в школу.
Наши отношения с мистером Оллфордом все больше запутывались. Необходимо было срочно их распутать. Поцелуй был пределом этих отношений. Я не могла допустить того, о чем даже страшно подумать.
– Ты не хочешь иметь со мной ничего общего?
От этого вопроса у меня сжалось сердце. Меня всегда охватывает чувство безысходности, когда люди просят ответить на вопрос лишь «да» или «нет».
– Не хочу.
Томиан без единого слова вылез наружу через окно, оставив меня наедине со своими мыслями на всю оставшуюся ночь.
Наверное, для многих людей утро следующего дня в Нью-Йорке было прекрасным. Жаль, что я не могла это прочувствовать, так как практически спала с открытыми глазами. Во время обеда на большой перемене Питер с интересом наблюдал, как я борюсь со сном, мучительно открывая глаза, которые то и дело закрывались сами собой. Наверное, боялся пропустить момент, когда моя голова упадет в суп.
Крис бегала по учителям с просьбой дать ей задание, чтобы исправить оценки. До конца полугодия оставалась еще пара месяцев, а она уже парилась по поводу экзаменов. Всегда восхищалась своей подругой. Умная, красивая, яркая, настоящий эталон женской красоты. Тем не менее из-за ее честолюбия я все чаще обедала в компании Пита.
– Так из-за чего, говоришь, ты не могла уснуть? – переспросил Питер уже в третий раз. – Сериал смотрела?
– Да, – сонно ответила я. – Не заметила, как время пролетело.
– Ясно.
Питер продолжал глазеть на меня. Я никак не могла понять, какой у него характер, поскольку каждый день он был другим. Иногда очень серьезным, а иногда – грубым, то дружелюбным, веселым и общительным, а то хмурым и неразговорчивым. Было не так-то просто попасть в его настроение.
– Почему ты сел со мной? Тебя ждут твои друзья.
Я кивком указала на десятерых парней за соседним столиком, которые с усмешкой смотрели на нас и фотографировали. Дети.
– Думаю, что тебе я нужен больше, чем им. Мне показалось, что ты чем-то обеспокоена. Хотел спросить.
Интересно, что я такого хорошего сделала в прошлой жизни, что судьба послала мне Питера. Наверное, спасла миллионы жизней.
– Все в порядке.
Конечно, я не могла рассказать ему то, во что посвятила Крис. И он, и она были моими близкими друзьями, но кое-что Питеру знать не следовало, хоть он и был для меня вторым старшим братом.
– Ты ведь знаешь, что можешь доверять мне.
– Знаю, – приобняла я друга. – Но я правда ничем не обеспокоена. Не волнуйся.
– Хорошо.
Меня раздражало, что он смотрел на меня, почти не моргая. Я начала так же пристально смотреть на него. Наверное, со стороны это выглядело смешно.
– О боже! – Я вдруг заметила багровое пятно на шее у парня. – Питер! Это кто поставил?
– Тише, тише, – зашикал Пит, чтобы не привлекать лишнего внимания. – Изабель из девятого класса.
– Фу, совращаешь мелких девчонок, – с ноткой брезгливости сказала я, ударив парня по плечу. И тут же кое-что вспомнила.
– Не совращаю, а использую. Все парни любят девушек помоложе, поверь. С ними веселее.
Эти слова больно задели меня. Томиан. Господи, ну конечно! Мне Питер будто открыл глаза. Глупая Флиана. Настоящая глупышка.
– И тебе нормально? Ведь ты как бы дал девушке надежду.
– Что с тобой, Фли? – не понял Пит и посмотрел на меня с осуждением. – Тебе разве не плевать, что происходит в моей жизни? Что же тебя засос так зацепил?
– Меня всегда интересовала твоя жизнь. Ты что такое говоришь, Питер?
– Оно и видно.
Встав из-за стола, парень с видом обиженного ребенка направился к своей футбольной команде. Там же, кстати, сидел и Хью, который должен был сопровождать на бал Крис.
Несколько минут я прокручивала в голове весь наш разговор, но так и не поняла, на что же обиделся Питер. Мои раздумья прервал звонок на урок, прозвучавший для меня, как похоронный марш.
В коридоре на переменах я несколько раз видела ту самую Изабель, которая сегодня была, мягко говоря, не в духе. Никогда не обращала внимания на младших, но эта девочка зацепила меня. Наверное, где-то в глубине души я понимала, что мы с ней в одинаковом положении. Грустно осознавать, что мужчины проявляют к тебе нежность только для того, чтобы воспользоваться тобой.
Мерзость. Какая же это мерзость.
Уроки прошли как обычно. Я никогда не была отличницей, не то что Крис, поскольку не считала это нужным. Я любила рисовать и фотографировать. Вот это мне реально нравилось. В будущем мечтала стать фотографом, который будет иногда устраивать выставки своих работ. Ну и зачем для этого знать косинусы и синусы? Зачем изучать предметы, которые не понадобятся в будущем?
Дэйв поддерживал меня, так как видел, что я совершенно не в состоянии выучить эти теоремы и определения. Хотя нет, он просто смирился. Был бы папа жив, он заставил бы меня учиться и я бы училась.
– Тебя уже пригласили на бал? – спросила подруга, когда мы возвращались домой. Я ничего про вчерашнюю историю с Томианом ей не рассказывала, потому что сама еще не разобралась. – Сегодня мы с тобой почти весь день не виделись.
Я перечислила имена популярных в школе и красивых парней:
– Приглашали Билли, Дилан и Саймон, но я всем отказала.
– Почему?! – вскрикнула подруга.
– Зачем мне все это? Я пойду, только чтобы поддержать тебя, Крис.
Я не видела смысла в том, чтобы проводить время с парнем, который мне совершенно неинтересен. Если бы один из них нравился мне хоть самую малость, то я бы, наверное, согласилась.
– Ты такая скучная, Фли. Могла бы позлить своего Томиана, чтобы начал ревновать! Ты, кстати, сдала портрет учительнице?
– Да, но не думаю, что идея была особо оригинальной. У нее на столе лежало штук десять изображений Томиана. Наверное, она подумала, что я – очередная его фанатка.
Лицо мисс Глорейн было невозмутимо, когда я сдавала работу. Мне бы и хотелось нарисовать другой портрет, но я уже не успевала, так как сдать нужно было сегодня. Ладно, не выиграю в этом дурацком конкурсе, так хотя бы получу диплом для портфолио, которое понадобится, когда я буду поступать в университет. Все, что делается и не делается, все к лучшему. Ведь так?
– Интересно, почему тебя не позвал на бал Питер? – спросила Крис. – Мне казалось, что он тебя пригласит.
– Он уже пригласил тебя, а ты ему отказала. Было бы странно, если бы он подкатил ко мне с тем же вопросом. Не думаешь?
Крис промолчала. Наверное, моя подруга была совершенно слепой либо притворялась таковой, потому что только слепой человек мог не заметить, что она нравилась Питеру.
– Ты какое платье наденешь? – Подруга сразу попыталась сменить тему, но я была не против.
– Мне брат недавно купил красное платье от Диор, – ответила я. – Думаю, что оно подойдет.
– А я куплю платье с кринолином. С цветом еще не решила, – мечтательно сказала подруга.
Я с удовольствием слушала, как полная энергии Крис вдохновенно рассказывала мне о своих планах на предстоящий бал. Она успевала все: и хорошо учиться, и привлекательно выглядеть. И как только ей это удавалось?
На перекрестке мы, как обычно, распрощались, и я пошла к дому, думая о разном. Слова Пита никак не выходили у меня из ума. «Парням нравятся девушки помоложе… с ними веселее». У него с этой девятиклассницей разница в возрасте два-три года, а у меня с Томианом – целых восемь!
Внутренний голос шептал, что это не такая уж большая разница в возрасте, у некоторых бывает и двадцать лет, и даже больше. Но тут проблема заключалась еще и в том, что он – яркая звезда, а я – самая обычная школьница. Мне даже нет восемнадцати.
Может, и вправду ему просто весело со мной?
«Я не гожусь в девушки самого мистера Оллфорда. Так, размечталась», – думала я, поднимаясь по ступеням, заходя в дом, расхаживая по комнате.
– Меня привлекает твоя задумчивость.
В комнату через окно забрался Томиан. Я вновь испугалась, но одновременно почему-то совершенно не удивилась. Если честно, где-то в глубине души я надеялась, что он придет, и еще поэтому оставила окно открытым, хотя я вообще никогда не любила сидеть с закрытыми окнами. Мне всегда жарко дома.
– Привет, Флиана. – Он так нежно произносил мое имя. Мне нравилось, когда он звал меня. – Как твои дела?
– Почему вы не зашли через дверь? – кивнула я на вход. – Как нормальные люди.
Быть может, он не хотел попасться Дэйву на глаза? Но мой брат был на работе, и Томиан наверняка знал об этом. Так зачем же он вошел своим способом? Мне вдруг подумалось, что, кажется, пора купить вентилятор и перестать оставлять окна нараспашку.
– Я не очень нормальный человек, – развел руками Оллфорд. – Привыкай.
Он вдруг крепко обнял меня, а я застыла на месте, как испуганный ребенок. Его прикосновения делали что-то невероятное с моим сердцем. Мне хотелось навсегда остаться в его объятиях.
– Чем я вам понравилась? – Этот вопрос тревожил меня больше всего на свете. – Вы ведь…
– Мультимиллиардер, – закончил за меня Том с таким видом, будто ему надоело это слышать. – Я же говорил тебе в Лондоне, что ты – моя родственная душа. Знаю, ты тоже думаешь обо мне, я это чувствую. Понимаю, чего ты боишься, но бояться и чувствовать куда лучше, чем не испытывать вообще никаких чувств.
Как можно быть таким самонадеянным?! Я с яростью уставилась на Томиана.
– Я вас не знаю. Одних чувств мало. Понимаете? Есть множество факторов, которые мешают нашему общению. Начиная с моего брата, заканчивая нашей разницей в возрасте. Вы знаете, что у нас разница не в два-три года, а в целых восемь лет?!
Оллфорд сел на пуфик, стоявший посреди комнаты, и задумался. Господи, как долго тянутся собрания с участием Томиана? Он же невероятный тугодум…
– Я не могу родиться на пять лет позже. – Самый гениальный ответ, который я когда-либо слышала в жизни, застал меня врасплох. У меня глаза на лоб полезли от такого бреда. – Да и ты не можешь родиться раньше. И что, из-за этого мне уже нельзя ничего чувствовать к тебе, а тебе – ко мне?
Тот самый момент, когда собеседнику совершенно нечего ответить. Я стояла, как дурочка, спрашивая у жизни, за что она так со мной обошлась. Наверное, это все из-за того, что я на прошлой неделе не помыла посуду, перекинув эту обязанность на Дэйва. Ладно. Каюсь за свои грехи.
– Почему ты все так ужасно усложняешь? Мы ведь нравимся друг другу.
– Не путайте меня, Томиан! – Как хорошо, что Дэйва не было дома. – Нравиться друг другу – ничтожно мало. Моя симпатия к вам пройдет, как и ваша – ко мне. То, что случилось в Лондоне, должно остаться в Лондоне. У меня своя жизнь, а у вас – своя. Я птица не вашего полета.
– С чего такие выводы? – Его взгляд стал холодным. Боже, я сразу это почувствовала. – Ты даже не даешь мне шанс поговорить с тобой. Как я могу тебя узнать без общения?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?