Читать книгу "Невеста другого дракона"

Туда, где находился скрытый проход для слуг. Сердце бешено билось в груди. Я уговаривала себя, что это не побег. Все слова сказаны. Переубедить меня Габриэль не сможет. Так зачем затягивать драму?

Сзади послышались быстрые шаги. Я резко обернулась. Это был Габриэль. Он явно не собирался так просто меня отпускать.

Испугавшись, я ускорила шаг, а затем и вовсе перешла на бег. Нет, не хочу, только не снова!

– Ева, – крикнул он.

Слуги разбегались в стороны, а я неслась вперед. Думала выбежать в сад. Там можно спрятаться! Но убежать от дракона невозможно. Он догнал меня у самого выхода на улицу.

– Треклятье! – выругался он, ладонью уперевшись в дверь. – Да что на тебя нашло?!

Я тяжело дышала, прижавшись спиной к створке. Огонь внутри взвился. Он требовал выхода наружу. Еще никогда идея подпалить Габриэлю лицо не казалась мне такой заманчивой. Хотя… откровенно говоря, я бы с удовольствием спалила ему кое-что еще!

Он тоже дышал прерывисто, вглядываясь в мое лицо. Когда-то от его близости я таяла, точно воск. Сейчас же не чувствовала ничего, кроме раздражения и злости. Почему он не может принять отказ? Боги, в Вертии полно девушек, которые наденут его брачный браслет по первому зову.

– Возвращайся домой, Габриэль. Все кончено.

– Нет, я никуда не поеду, пока ты не объяснишь, что случилось. Еще несколько дней назад ты радовалась свадьбе, а сегодня вдруг все отменяешь?

– Повторюсь. На то есть веские причины.

– Какие? – допытывался он.

– Моя семья на грани банкротства. Скоро от репутации моего отца ничего не останется.

Габриэль замер, а затем с облегчением выдохнул.

– Ты что, подумала, будто мне важно, есть у твоего отца деньги или нет? Для меня главное – ты, Ева. Вместе мы со всем справимся.

В прошлом о финансовом состоянии моей семьи он узнал уже после свадьбы. Я хотела все рассказать раньше, но Налия и отец убедили, что этого делать не стоит. Последний и вовсе утверждал, будто уже начал расплачиваться с долгами и проблем никаких нет. И я поверила. Потому что хотела верить. Это было удобно, безопасно…

Нужно отдать Габриэлю должное: для него деньги и вправду – не главное. А вот для его родителей – да. Та же свекровь испортила немало моей крови. Она сетовала, что им досталась бракованная невестка-бесприданница. Но боги с госпожой Денвер. Я это заслужила. Нельзя было начинать семейную жизнь со лжи.

– Я помогу закрыть долги господина Джеймса. Тебе не нужно за него переживать, – попытался успокоить меня Габриэль, хотя понятия не имел, о каких суммах идет речь.

– Почему я?

– Что? – не понял он.

– Почему ты решил жениться на мне, Габриэль?

Этот вопрос не давал мне покоя. Поначалу я верила в его любовь. Все слухи о череде интрижек на стороне казались грязными сплетнями. Люди завидовали нашему счастью. Так я убеждала себя. Отказывалась замечать очевидное. Теперь же с моих глаз словно спала пелена. Габриэль никогда меня не любил. Об этом кричало буквально все: запах чужих духов от его одежды, томные взгляды других женщин на балах, его постоянные командировки и задержки на работе. Всему этому я находила тысячу оправданий. Наивная…

– Ева, как ты можешь спрашивать? Я люблю тебя.

Его голос звучал искренне, а вертикальные зрачки стали почти круглыми. Он был слишком близко. Настолько близко, что мне хотелось его оттолкнуть, но я боялась прикасаться к Габриэлю. Внутри пылал огонь. Видят боги, я не желала ему смерти, поэтому спрятала ладони за спину. Пусть жизнь сама все расставляет по своим местам и воздает Габриэлю по заслугам. Главное, подальше от меня.

– Не любишь. – Покачала я головой.

Мужчина не станет изменять любимой женщине. Может быть, сейчас Габриэль и верен мне, но скоро это изменится. Я слишком хорошо помню, как все начиналось и как все закончилось. Свадьба, волшебный медовый месяц, игра в семейную жизнь, а потом… наступило пресыщение. Постепенно Габриэль начал терять ко мне интерес и все чаще оглядывался по сторонам. Я осознала: со мной произошло то же, что и с остальными его пассиями – он получил желаемое и заскучал. Вот только сменить жену гораздо сложнее, чем любовницу.

Габриэль нахмурился.

– Ева, это уже не смешно.

– Ты прав. Я не с того начала. Прости, Габриэль. Я не хочу выходить за тебя замуж. Я не люблю тебя.

Его зрачки резко превратились в две тонкие линии. Воздух вокруг вибрировал от силы. Казалось, сам Габриэль на пределе. Еще чуть-чуть, и сила вырвется наружу. Я и сама была к этому близка.

– Еще вчера ночью любила, а теперь нет?

Его голос рокотал от гнева. Я не сразу поняла, о чем речь. Боги, а ведь точно. Тогда я чуть ли не каждую ночь сбегала из дома, чтобы встретиться с ним в саду. Мы сидели на его расстеленном сюртуке посреди роз, говорили обо всем на свете, обсуждали будущее, а еще целовались. Большее до свадьбы я не позволяла.

– Нет, Ева, я слишком хорошо тебя знаю. – Он покачал головой. – Ты поверила сплетням? Что тебе рассказали? Хотя неважно. Там нет и слова истины.

Ох, сплетни-сплетни. Их было много в нашей жизни. За драконом еще в академии магии закрепилась слава ловеласа. Он разбил множество девичьих сердец. Прежняя Ева верила, что любовь его изменила. Эта мысль тешила тщеславие и гордость. Какая же дурочка я была!

– Я признаю, что до встречи с тобой совершил много ошибок, но теперь у меня есть ты. Я ни за что не предам твое доверие, Ева.

Смех стал ему ответом. Да, Габриэль говорил искренне, но ведь натуру не обмануть. Дракон растерянно отстранился. Похоже, он впервые не понимал, почему его слова больше на меня не действуют.

– Ты лжешь сам себе, Габриэль. Вряд ли ты поймешь, но сегодня я сделала тебе одолжение. Так будет лучше. Повторюсь, возвращайся домой. Твои родители, должно быть, места себе не находят.

Я хотела пройти мимо, но он схватил меня за запястье и больно сжал.

– Не знаю, кто наговорил тебе чепухи, но я так просто не сдамся. В субботу наша свадьба. Видят боги, я силой притащу тебя к алтарю и надену треклятый браслет на руку. – Он притянул меня к себе. – Запомни, ты – моя. И отпускать тебя я не собираюсь.

Вот он и показал свое истинное лицо. Нет, в нем говорила не любовь, а эгоизм и уязвленное самолюбие. С самого начала я была для него трофеем. Не вешалась на шею, не искала встреч, оставляла инициативу за ним. Он давно бы нашел себе новую цель, будь я, как говорит Налия, «посговорчивее».

И такая меня взяла злость, что огонь внутри взвился.

– Отпусти! – потребовала я.

А дальше все произошло само собой. Сила вырвалась наружу. Габриэль вскрикнул от боли и отпрянул. Запахло паленой плотью. Я обожгла его.

– Клянусь богами, если еще раз распустишь руки, я сожгу их дотла! – крикнула я и выбежала на улицу.

Прочь от Габриэля. Прочь от ненависти, которая распаляла огонь и могла спалить не только меня, но и весь дом.

Глава 2

В тени раскидистого дуба было свежо и прохладно. В детстве я часто сбегала сюда, чтобы выплакать всю боль и обиду после очередного выпада Налии или россказней Еланы. А еще здесь я горевала по маме.

Уединение, знакомое место и шелест листвы успокаивали. Сила схлынула, огонь снова мерно горел внутри. Наконец-то я могла спокойно все обдумать.

Я совершенно точно попала в прошлое, но далеко не все шло по плану. Изменилось мое поведение, и следом изменились события. Тот же Габриэль вел себя совсем иначе. Раньше мне казалось, что эта жесткость, порой доходящая до жестокости, появилась в нем позже, после работы в военном ведомстве. А на деле Габриэль всегда был таким. Просто прятал от меня эту часть своей натуры, как я прятала проблемы отца с деньгами.

Теперь это не имеет значения. Наши пути разойдутся. Я больше не совершу эту ошибку.

На платье остались подпалины. Манжеты на рукавах и вовсе сгорели. Я смотрела, как на кончиках пальцев танцевал огонь. Ох и сложно же контролировать его, но все равно хорошо, что у меня появился дар. И ведь не вода или лед, а именно огонь. Одна из самых разрушительных сил. Вкупе с возвращением в прошлое напрашивался вывод, что во мне пробудилась кровь феникса.

Несколько лет назад в свете обсуждали новости из далекой Эндарии. Нынешняя жена императора Агна́ра, Мира́на, оказалась фениксом. Она утверждала, что вернулась в прошлое, и ее дар тоже пробудился в зрелом возрасте. Ходили слухи, что ее огонь мог исцелять. Все это казалось мне сказками, и все же… Я каким-то образом очутилась в прошлом, еще и с даром. Что это, если не перерождение? Еще говорили об Эвели́не Дэ́влок, супруге приближенного к императору дракона Да́рия Дэвлока, но я не знала подробностей. Меня мало интересовали последние события в мире магии. Смерть Диты, банкротство отца, слухи о неверности Габриэля – все это съедало меня изнутри, не давало оглянуться по сторонам и обратить внимание на то, что происходит во внешнем мире, за пределами личной драмы.

Я вздохнула. Ну какой из меня феникс? Я – Ева, самая обычная девушка из Риолона. Вся моя исключительность в том, что я дочь лучшего целителя империи.

Нет, больше нельзя так думать. Нельзя принижать себя и позволять Налии, Елане, госпоже Денвер и прочим злопыхателям влезать мне в голову.

Феникс не феникс, одно я знала точно: рядом с мачехой я жить не смогу. Слишком велик шанс кого-нибудь спалить. Но куда мне податься? Что у меня есть? Украшения мамы хотелось сохранить на память. Устроиться на работу будет сложно. Как заведено в богатых семьях, образование у меня домашнее. Я умею играть на фортепиано, немного пою, танцую, разбираюсь в искусстве и литературе. В теории я могла бы стать гувернанткой с проживанием, но мне нужно ведь еще заботиться о Дите, а после и об отце. Оставался еще один вариант – выйти замуж. Не за Габриэля, за кого-то другого, и тем самым сбежать от отца, Налии и дракона.

От одной мысли, что придется надеть на руку брачный браслет, меня передернуло. Ну уж нет! Спасибо, замуж я больше не хочу. Слишком опасно отдавать свою судьбу в руки малознакомому мужчине.

Ситуация складывалась безвыходная. Справляться нужно самой. Как? Не знаю. Сначала все обдумаю, взвешу, попрошу чужого совета. Пока же следовало убедиться в силе и возможностях дара. Если я и вправду феникс и могу исцелять, то это просто чудесно! Я изменю не только свою жизнь, но и жизни других людей.

С этими мыслями я возвращалась домой и морально готовилась к скандалу. А еще к тому, что придется держать себя в руках.

В дом вошла также через черный ход для слуг.

– Ох, девочка моя, – встретила меня Дита. – Где ты была?

– Гуляла, – ответила я и прислушалась к звукам в доме.

Тихо.

– Господа Денверы уехали. Госпожа Налия лежит у себя с мигренью, госпожа Елана уехала к подруге, а господин Джеймс в кабинете. Он просил передать, чтобы ты зашла к нему, как только вернешься.

Итак, Елана уехала разносить свежие сплетни, Налия строит из себя жертву, а отец приготовился меня отчитывать и наставлять на путь истинный.

– Что ж, не буду заставлять его ждать, – кисло улыбнулась я.

– Это сделал господин Габриэль? – вдруг спросила Дита, указывая на мое запястье.

Няня выглядела встревоженной, растерянной.

На светлой коже отчетливо виднелся синяк. Я даже не заметила его. Привыкла, что иногда Габриэль бывает несдержан. За время нашего брака он не бил меня. Нет, но частенько не контролировал силу, оставляя синяки на руках и плечах…

– Со мной все в порядке, – ответила я, уходя от прямого ответа.

И, не обращая внимания на пристальный взгляд Диты, пошла к себе. Сменила платье. Старое пришлось выкинуть из-за подпалин. Спрятала синяк под длинным рукавом. Заодно попыталась приготовиться к разговору с отцом. Нам предстоит многое обсудить. Больше никакой лжи. У меня было время, чтобы понять: если закрывать глаза на проблемы, они никуда не денутся.

В зеркале я смогла еще раз как следует себя рассмотреть. Все же изменился не только Габриэль. В двадцать два года я выглядела… другой. Юной, цветущей, свежей. Светлые волосы опускались ниже лопаток. На щеках играл румянец, но больше всего меня поразили глаза. Яркие, бездонные, изумрудные. Двух лет несчастливого брака было достаточно, чтобы я поблекла, а взгляд потух. Сложно оставаться собой, когда все твои силы уходят на то, чтобы верить в ложь.

Я постучала и вошла в кабинет отца. Внутри пахло старыми книгами, кожей и деревом. В детстве я провела здесь множество часов. Мечтала тоже стать целителем. Тогда мне было еще невдомек, что от женщин ждут другого. Кротости, смирения и послушания.

Около стен стояли стеллажи с томами по целительству и магии, рядом с окном массивный стол с креслом. Напротив небольшой диван и кофейный столик с артефактами.

Отец сидел за письменным столом, склонив голову.

– Вот и ты, Ева, – спокойно сказал он и указал на диван. – Садись.

Я поняла: он все знает. Габриэль ему рассказал.

Отец снял сюртук и ослабил шейный платок.

– Ты не спросила, как Габриэль.

Я молчала. До этого дракона мне не было никакого дела.

– Я вскрыл ему волдыри на ладонях. Пришлось потрудиться, чтобы их залечить.

– Будет ему уроком, – пожала плечами я.

– Как давно, Ева, у тебя пробудился дар?

– Сегодня. Случайно. Забавно, папа, ты тоже не спрашиваешь, почему я обожгла Габриэля. Тебе не интересно? – мой голос дрогнул от обиды.

Разве он не должен переживать за меня? Это ведь я его ребенок, а не Габриэль.

– Он признался, что схватил тебя за руку, и очень сожалел о своем поведении, – с укором произнес отец. – Я в нем разочарован. Он казался мне более сдержанным. Но еще я разочарован в тебе, Ева. Нельзя вот так ни с того ни с сего отменять свадьбу. На бедного Габриэля было страшно смотреть. А какие расходы понесла его семья для подготовки праздника? Огромные! Что на тебя вообще нашло? Ты ведь сама хотела выйти за него замуж.

Я до боли прикусила внутреннюю сторону щеки. Как же мне все объяснить отцу? Как достучаться до него? Он уже знает, так может рассказать ему о предположении насчет крови феникса? Отец ведь целитель, он мог сейчас проверить мой дар, а заодно сказать ошибаюсь я или нет.

– Папа, – произнесла я и коснулась его руки с артефактом.

Он вопросительно на меня посмотрел. Его лицо стало мягче. Вздохнув, папа отложил артефакт и накрыл мою руку своей.

– Ты можешь мне все рассказать, дочка, – тепло произнес он.

Совсем как в детстве, когда я переживала из-за какой-нибудь глупости. Вот только сейчас речь шла о серьезных вещах.

– Знаю, прозвучит безумно, но я видела будущее. Мой дар… он пробудился после того, как я сгорела в собственном огне в двадцать третьем году правления императора Леодара. Габриэль был плохим мужем. Он изменял мне, и видят боги, не раз оставлял на моих руках синяки.

– Он тебя бил? – отец побледнел.

– Нет, но причинил мне очень много боли.

Отец молчал, казалось, он не знает, как реагировать на мои слова.

– Мне кажется, во мне пробудилась кровь феникса. Знаешь, как у императрицы Эндарии. Я не уверена до конца, но многое сходится. Возвращение в прошлое, поздно пробудившийся дар…

– Доченька, – перебил меня отец. – Случай императрицы Эндарии спорный. Нет открытых научных исследований. Только статьи в газетах да странное судебное разбирательство, которое не имеет никакого отношения к науке. Ты уверена, что это был не сон?

– Он был слишком реален. И когда я проснулась сегодня, то точно знала, что произойдет. Как будут выглядеть Налия и Елана, где будут сидеть Денверы. Все это я словно проживала второй раз, понимаешь?

– Понимаю, – кивнул отец и похлопал меня по руке. – Давай проверим твой источник, а потом уже все обсудим. Пусть у нас будут на руках факты. От них мы и будем отталкиваться.

Он улыбнулся, и я поняла, что он ведет себя со мной, как с пациенткой. С другой стороны, это же не значило, что папа мне не поверил.

Отец прикладывал к моим рукам артефакты, а затем и приступил к проверке сам. Он сжал мое запястье. По мере того как потоки его магии осторожно касались моих, выражение лица отца менялось. От сосредоточенного до удивленного, а затем и ликующего.

– Ты сильный маг огня. Очень сильный, – заключил отец и радостно засмеялся. – Ева! Это же отличная новость! У тебя нет никаких изъянов в развитии. Просто дар раскрылся позже обычного. С женщинами такое иногда случается.

– Ты можешь проверить, являюсь ли я фениксом? – спросила я, новость про силу дара меня не удивила. Вряд ли слабый маг огня может случайно сгореть.

– Милая, нет такого артефакта. Повторюсь, существование фениксов не доказано научно.

– Тогда, может быть, ты проверишь, могу ли я исцелять?

– Ева, огонь не может лечить. Он уничтожает. Это основа основ, – покачал головой отец. – Я не почувствовал присутствия целительского дара, когда проводил осмотр, но если не веришь, – он забрал с письменного стола артефакт, а затем вернулся ко мне.

– Смотри, – отец сжал его и серый камень замерцал, а затем засветился теплым свечением. – Он реагирует на меня, а теперь попробуй ты.

Артефакт оказался в моих руках. Теплый, нагретый отцом. Но на этот раз он не изменился.

– Вот видишь. Он отслеживает дар целителя, но в тебе течет другая сила. – Заметив, как я расстроилась, отец добавил: – Быть магом огня тоже неплохо. Тем более с таким потенциалом.

Он пытался меня утешить, а я чувствовала горечь, так как осознала, что отец мне не поверил.

– Но как же будущее, из которого я вернулась? – спросила я.

– Ох, Ева. Наше сознание весьма сложная штука. Порой оно играет с нами злые шутки. Ты с таким никогда не сталкивалась, а я как целитель знаю – ментальные проблемы не редкость. Тебе кажется, что ты знаешь будущее, и произошедшее событие выглядит повторным.

Мое сердце болезненно сжалось. Этого я не ожидала.

– Хочешь сказать, я сумасшедшая?

– Что ты! – поспешил сказать он. – У тебя просто проснулся дар, да еще такой силы. Тяжелая нагрузка для организма, неудивительно, что ты немного не в себе. Я дам тебе успокоительные зелья, де́смод артефакт, чтобы забирал излишки дара во время эмоциональных вспышек. Пока ты не научишься контролировать огонь, нужно быть осторожными, иначе ты можешь навредить и себе, и окружающим.

Он подошел к шкафу и принялся доставать бутыльки, артефакты.

– Вот увидишь, уже завтра утром тебе станет лучше. А к выходным эмоциональный фон и вовсе наладится.

Отец говорил, а я словно провалилась в пустоту, где на самом дне было разочарование. Почему он так слеп? Почему не видит, что я чувствую? Перспективы породниться с Денверами застилали ему глаза. К выходным… Как раз к запланированной свадьбе. Неужели он еще не понял, что все отменяется?

– Я не выйду замуж за Габриэля, папа.

Он замер с бутылочкой зелья в руках. Поставив ее на стол, отец убрал руки в карманы и посмотрел на меня исподлобья. Я поняла: сейчас разговор перейдет в неприятное русло.

– Ты рассказала ему о долгах, хотя мы с Налией просили этого не делать.

– Да. Он должен был с самого начала знать о проблемах нашей семьи с деньгами.

– Ева, – предостерегающе повысил голос отец. – У нас нет никаких проблем! Я уже оплатил несколько кредитных расписок. Все идет своим чередом, в следующем году верну наш дом из залога. Многие в Вертии живут, строят бизнес на кредитных средствах. Это взрослая жизнь, но ты женщина. Тебе такое сложно понять.

Я даже нашла в себе силы улыбнуться. Все это я уже слышала много раз. Отец привык, что все смотрят ему в рот и считают непревзойденным Джеймсом Виларом, светочем целительства.

– Габриэль хороший мужчина, – продолжал отец. – Он был готов жениться на тебе без проявленного дара. А когда узнал о моих долгах, то заверил, что поможет с ними расплатиться. Это, кстати, было весьма унизительно, – он сделал паузу, видимо, давая мне время, чтобы проникнуться чувством вины. – И вот, даже несмотря на представление, что ты устроила сегодня в гостиной, он все еще хочет на тебе жениться. Поверь, вряд ли во всей Вертии найдется хоть один такой же достойный человек. Ты должна выйти за него замуж.

– Нет, не должна, – я сцепила пальцы в замок и попыталась собраться с силами. Нельзя сдаваться. Нельзя позволять другим решать за меня, что делать. – Достойный мужчина не оставляет на теле женщины синяки.

– Ева, это была случайность! – отец снова повысил голос, а затем выдохнул. – Видят боги, я старался быть тебе хорошим отцом. Даже позволил самой выбирать мужа. Ты эту свободу не оценила. Не хочешь замуж за Габриэля Денвера? Тогда будем искать тебе другую партию. Устроим договорной брак. Мы с Налией подберем тебе мага из приличной семьи. Ты уже взрослая, Ева. Пора всерьез задуматься о браке.

Огонь тут же взвился внутри. Я прекрасно понимала, что отец пытается сделать. Сейчас он откровенно меня запугивает. Партию лучше Габриэля не найти. Отец надеется, что я передумаю и выберу мужчину, которого хотя бы немного знаю.

Договорные браки в Риолоне случались куда чаще, чем браки по любви, и если у мужчин еще была возможность выбирать, отстаивать свое мнение, проявлять независимость, то у женщин такого права не было. Мы зависимы сначала от родителей, а после от мужей. Так складывалось веками. Только в последние годы обстоятельства стали немного меняться.

У отца есть еще одна причина поскорее выдать меня замуж. Налии не терпится от меня избавиться. Отец, конечно, меня любил, но устал от постоянных стычек в семье. С самого начала второго брака он оказался между двух огней. С одной стороны, любимая жена, с ненасытными аппетитами, с другой – дочь от первого брака. Оставшись без матери, я цеплялась за отца, отчаянно просила его о внимании, что неимоверно бесило Налию. Мачеха не говорила этого прямо, но мое присутствие ее тяготило. Иначе я не могла объяснить ее поведение. Она находила сотни поводов, чтобы ко мне придраться, пожаловаться на поведение отцу. Я же искала у него утешения, поддержки…

Я подавила все чувства и попыталась еще раз посмотреть на отца. На этот раз без иллюзий. Может быть, мое присутствие на самом деле тяготило не только мачеху, но и его? Не верилось, что этот же человек когда-то качал меня на руках, лечил, заботился, не доверяя ни другим целителям, ни няням. Я ведь была хорошей, удобной дочерью, почему же мы так отдалились?

– Папа, как ты познакомился с Налией?

Онявно не ожидал этого вопроса.

– Я работал целителем, она пришла вместе с Еланой на прием и… все случилось само собой.

Эта заминка показалась мне странной.

– Мама была еще жива? – мой голос дрогнул.

Теперь отец окончательно растерялся, потупил взгляд. А у меня в голове сложилась очередная картинка. Расстроенная, молчаливая мама, у которой вечно нет аппетита. Отец, которого я видела, только когда он приходил поцеловать меня перед сном.

Налия влезла в нашу семью еще до смерти мамы. Вот почему отец женился, едва закончился траур.

Я встала с дивана. Поняла, что больше не могу смотреть на отца. Мне нужно время, чтобы переварить это открытие. Хотя… я ведь знала. Догадывалась. Очередная ложь, в которую мне было удобно верить.

– Я полюбил, дочка, и ничего не мог с собой поделать. Это сейчас можно развестись и платить бывшей супруге содержание, а тогда снять брачный браслет мог только император. И то он разводил пары крайне неохотно. Мы с твоей мамой оказались заперты в несчастливом браке.

Отец робко на меня посмотрел. Если он ждал понимания, сочувствия, то зря. Налия была младше его на тринадцать лет. Молодая, яркая, энергичная. Она только-только приехала из охваченной войной Баленсии. Не сомневаюсь, что при виде баленсийки у отца загорелись глаза. Мачехе же как воздух был необходим мужчина, который сможет содержать ее и Елану.

Как много грязных, бесчестных поступков они оба прикрыли словом «любовь».

Я подошла к двери, взялась за ручку, но в последний момент обернулась.

– В будущем, которое я видела, ты не справился, папа. Габриэль помогал оплачивать бытовые счета, снял жилье, но все, что у тебя было, ушло с молотка. Банкротство испортило репутацию, ты потерял должность в лечебнице, а потом ухудшилось и здоровье. Твой источник силы угас из-за возраста и частых истощений. Ты больше не мог исцелять. Налия бросила тебя, как только поняла, что ты бесполезен. Елана… – Я хотела сказать, что та даже не пришла на похороны, но не смогла. Духу не хватило признаться отцу, что в том будущем он умер. – Они используют тебя.

– Налия предупреждала меня об этом, – нахмурился отец. – Ты никогда не считала их частью семьи и теперь наговариваешь на мать и сестру.

Ну конечно он не поверил ни единому моему слову. Проще обвинить меня во лжи. Гнетущее тяжелое чувство поселилось у меня в душе. Отец решил, что я тронулась умом. И даже привел весомые доводы, но я знала точно – то будущее было реальным.

– Мачеху и сводную сестру, – поправила я. – И ты прав. За десять лет мы так и остались чужими людьми.

Я шла к себе в комнату и размышляла о жизни. Кажется, я совершенно перестала ее понимать. Все перевернулось с ног на голову. Где долг, где любовь и честь? Словно для всего мира это стало пустым звуком. Имел значение только маскарад. Все носили маски и прятали под ними свое уродство. Говорили о том, как важен брак, любовь, семья, а сами изменяли и втаптывали в грязь своих супругов. Я разочаровалась во всем, но больше всего в себе. Прошлая Ева пряталась в иллюзиях, старалась не ворошить осиное гнездо, не задавать неудобных вопросов, а еще быть понимающей, услужливой, прощающей. Неудивительно, что она сгорела в огне.

В спальне первым делом убрала все украшения в небольшой гобеленовый саквояж. Туда же отправился кошелек с деньгами. Последних, увы, было немного. Я не собиралась уходить прямо сейчас, но лучше прибрать все заранее. Отец не опустится до того, чтобы забрать мои вещи, а вот Налия вполне может.

Наступил вечер. Ужин я пропустила и уже готовилась ко сну, когда дверь в спальню открылась. Врываться без стука могла только мачеха.

– Значит так, – раздраженная до предела, она застыла на пороге. – Раз твой отец не научил тебя достойному поведению, это сделаю я. Тебе запрещено выходить из спальни, пока ты не извинишься за свое поведение. Передо мной, Еланой, отцом и Денверами!

Я равнодушно смотрела на ее разгневанное лицо. Как ни странно, мысль о том, что при необходимости я могу оставить от мачехи только горстку пепла, успокаивала. Не получив в ответ никаких эмоций, она бросила злой взгляд на ночной столик. Точнее на мою шкатулку с украшениями.

– А это я забираю с собой! – Она схватила ее. – Найду им достойное применение. К примеру, переплавлю в что-то более изысканное.

«Боги, как же она предсказуема», – пронеслось в голове. Жаль, глупышка Ева была не в состоянии это понять.

Налия хлопнула дверью, а затем я услышала, как в замочной скважине поворачивается ключ. Мачеха серьезно полагала, что это меня остановит? Впрочем, ей еще предстояло понять – глупышки Евы больше нет. Теперь, если я захочу выйти, то без проблем выжгу дверь.

Засыпала я с тяжелым сердцем. Этот дом стал мне ненавистен. Казалось, он пропитан печалью, тоской и ядом. После второго брака отца здесь все стало чужим. Налия выкинула все, что напоминало о моей матери. Не осталось даже портретов. Исключением стали украшения.

Нужно что-то делать, иначе будущее останется прежним. Так хотелось справиться со всем самой, но без чужой помощи я вряд ли что-то изменю.

Перед глазами всплыл образ Райана Эбера. Тогда ведь он мне помог. Протянул руку, когда самые близкие люди бросили меня один на один с собственным горем. Его считали нелюдимым грубияном, а на деле он оказался порядочным человеком. Как бы мне хотелось отплатить Райану Эберу за помощь, хоть немного облегчить его боль. Ком подступил к горлу. Жизнь обошлась с ним несправедливо. Сначала погибла супруга, а потом и дочь. Хотя… Матильда, малышка с золотыми кудряшками, ведь еще жива! Но жить ей осталось недолго. В ней пробудилась кровь дракона. То, что для мальчиков было благословением и сулило великое будущее, для девочек становилось проклятием. Дар постепенно разрушал тело, и редко кто из детей доживал до семи лет.

Я подняла руку. Огонь вспыхнул и озарил светом полог кровати.

– Можешь ли ты исцелять? – задала я вопрос сама себе.

И ведь чувствовала, что да, но как проверить? Как узнать наверняка? Отец показал, что у меня нет целительской силы, но даже не имея магического образования, я понимала: энергии отличаются, их нельзя измерять одним артефактом.

Нужно испытать себя. Доказать всем, что Ева не сошла с ума. И тогда я спасла бы одну маленькую и очень милую девочку. А еще попросила бы помощи у господина Эбера. Никаких денег. Только должность гувернантки для меня и помощницы кухарки для Диты. Хотя бы на несколько месяцев, пока я не пойму, как жить дальше.

***

В нерешительности я сжала металлические прутья ворот. За ними, в нескольких десятках метров, располагался особняк Эберов. Двухэтажный каменный дом с башенками, черепичной крышей и летней верандой, увитой диким виноградом. Искусные украшения, сложная архитектура – все говорило о достатке семьи. Но что-то с ним было все же не так. За красивым фасадом угадывалась угрюмость. Словно дом чувствовал, что с его жильцами приключилась беда. А может быть, мне так казалось.

Погода испортилась, похолодало. Шел проливной дождь, но я не могла ждать. Нужно помочь Матильде. У нее осталось не так много времени. Открытие, которое я сделала, поражало. Мой дар и вправду мог исцелять. Я видела все собственными глазами.

Из дома выбежал невысокого роста слуга. Он раскрыл зонт, но ветер тут же выгнул спицы.

– Что вам нужно? – спросил пожилой худощавый мужчина.

Он успел промокнуть. Я, впрочем, тоже. Легкий плащ совсем не защищал меня от дождя.

– Я – Ева Вилар, у меня срочное дело к господину Эберу.

– Он не принимает гостей, госпожа.

Мужчина повернулся, чтобы уйти, но я его остановила.

– Нет! – крикнула в отчаянии и еще крепче сжала прутья ворот. – Я пришла, чтобы помочь Матильде. Умоляю, скажите своему хозяину. У меня есть для нее лекарство.

Слуга замер. Он не пускал меня, но и не уходил. Видимо, сомневался.

– Боги, разве я похожа на обманщицу?! – спросила я и откинула полог плаща.

Уж если не слова, то мой наряд должен был говорить о том, что я принадлежу к приличной семье. Жаль, пришла пешком, а не прибыла на карете. Герб Виларов помог бы мне как минимум дойти до главного входа.

– Не знаю, – покачал головой слуга. – Но лучше бы вам не лгать. У господина Райана очень крутой нрав.

Скрипнул засов. Ворота открылись. Меня пустили внутрь. Сердце гулко билось в груди, я последовала за слугой.

Утром, еще до рассвета, я сбежала из дома. Спалила дверь и ушла. Мой путь лежал сначала в императорскую библиотеку Вертии. Там я прочитала все, что нашла о фениксах, и об императрице Миране. Увы, научных трудов оказалось до ужаса мало. В основном исторические очерки и цитаты из древних текстов. Фениксы все еще казались мифическими существами, куда менее реальными, чем драконы. Но дело императрицы Эндарии многое изменило. Пусть у меня были только вырезки из газет и стенограмма судебного заседания, где Мирана давала магическую клятву, но эти сведения подарили мне надежду. Она не могла лгать о своем даре!