Текст книги "Призрачная погоня"
![](/books_files/covers/thumbs_240/prizrachnaya-pogonya-91924.jpg)
Автор книги: Юрий Иванович
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Ну, раз так… Допустим! Пусть он проглотил Щит… Но три?!. Такого не бывает!
– Знаю. В курсе. Мне об этом особо напоминали во время доклада. Но факт остаётся фактом. Малахольный и низкорослый Ивлаев осознал близкий конец, но в приливе особой злобной сообразительности начал творить чудеса. Мобилизовав охотников под своё командование, вырвался из камеры, убил главного тюремщика маленьким ножичком, дорвался до настоящего оружия, а потом и вооружил всех своих сокамерников. После чего группа, можно сказать, что под его командованием, устроила в замке настоящий погром, с отравлениями и смертоубийствами. Жертв было много, в том числе и сам…
– Принц! – воскликнул император. – Наследник тогдашнего императора всех зроаков. Помню, помню я эту историю. Тогда леснавские герои сумели вырваться из замка и даже добраться до своих. Только и потеряли одного человека да второй пропал без вести.
– О! Именно о втором и речь! Ибо Ивлаев-горец, как все думали, остался в запертой ловушке, но всё равно потребовал от товарищей немедленного ухода. Вот все и были уверены, что он погиб. Точнее – пропал без вести. Но! – Министр чуть даже присел, всем телом участвуя в пересказе событий. Ещё и на короткие предложения перешёл, из одного слова: – Не прошло и недели. Как. Некий. Недоросток. Объявился. В царстве Трилистье. Там он назвался справным бароном. По имени. Цезарь Резкий!
Все выдохнули и тут же вдохнули. Потому что прекрасно знали, не раз слышали это имя. Только Трёхщитный сразу показал свою бестактность, нежелание поверить в сказку:
– Ложь. Или банальное совпадение. Потому что к тому времени человека, проглотившего три Первых Щита, уже не было в живых.
– Ладно, – легко согласился вошедший в раж дипломат. – Примем просто во внимание мои оговорки и дальше будем называть нового человека новым именем. Историю подвигов барона Резкого вы и сами прекрасно знаете. Со своим страшно уродливым соратником по имени Лев Копперфилд он сорвал наступление зроаков, перебил тучу кречей своим чудесным, дальнобойным оружием, а напоследок ещё и тогдашнего императора прихлопнул. Пару героев людоеды искали и пытались уничтожить четырьмя армиями. Трилистье еле отбилось после бешеных атак людоедов. А тем временем… от самой Стены, не спеша… на рыбацком баркасе, стал сплавляться по реке Лияна некий недоросток вместе со своим товарищем, «страшным на лицо». К счастью, у них в попутчиках оказались офицеры службы безопасности, которые на определённом участке пути тщательно следили за странной парочкой, ведущей себя бесшабашно, а порой и геройски. Уже тогда наши офицеры, получая новости на стоянках, стали подозревать в неразлучных друзьях тех самых всемирно известных героев. Но так как те плыли в Рушатрон, о задержании или о разговоре с пристрастием не могло быть и речи. Зато тщательные наблюдения дали массу материала для размышления. Да и сам коротышка не скрывал, что является выходцем из Пимонских гор. Самое главное: парень рос прямо на глазах!..
– Бывало и такое у обладателей Первого Щита… – буркнул специалист.
– И он ел, поражая всех, в том числе и своего товарища, за десятерых!
– Хм!.. И такие случаи зафиксированы в истории…
– У него появилось ночное зрение, и против речных разбойников он использовал своё тайное оружие. Уничтожил огромную банду отщепенцев, которая орудовала по огромному участку реки.
И тут у Трёхщитного нашлась отговорка:
– Вот именно! Эту банду обязаны были уничтожить те самые офицеры службы безопасности. А они для значимости своих наблюдений приписали эти деяния каким-то случайным путешественникам по реке.
– Случайным? И тут не буду пока спорить… Только расскажу, что вытворил этот самый быстрорастущий горец уже непосредственно в столице. Не собираясь отрываться от своего сопровождения префекта и отделения тайной полиции, он с дружком оказался в Южной пейчере. Где до него… внимание!..проживали его три сестры. Вот там он и выяснил, что девицы, узнав о подлом похищении кречами своего родственника, тут же записались в полк наёмников и отправились мстить за бедного недоростка-инвалида. Теперь пусть кто-то угадает имена девушек и их родовую принадлежность…
Император не гадал, а скорее спросил:
– Неужели те самые Ивлаевы?
– Они, милые! Они, красавицы! – радовался министр, словно речь шла о его внучках. – Те самые Мария, Вера и Катерина! Хе-хе!.. И как на это реагирует наш резко подросший инвалид? В тот же день вместе со своим другом покидает Рушатрон, ловко и неизвестно каким образом избавившись от слежки и бросаясь в погоню за своими сёстрами в Леснавское царство.
Опять пауза, во время которой все, глядя на карту, попытались представить себе тот гигантский круг, который удалось проделать странно везучему и отчаянному парню. Только обладатель магических сил никак не мог уняться:
– Не мог тот самый горец, пропавший в Дефоссе, оказаться Цезарем Резким и потом плыть по Лияне. Он бы обязательно умер!
Император на него оглянулся, потом опять внимательно глянул на министра и заявил:
– Господин Гранди всегда не договаривает одной, а то и двух важных деталей. Гляньте на него, с каким он предвкушением и радостью потирает ладони… О! Сейчас выдаст… Ну? Я ведь могу свою шпагу как копьё бросить.
Дипломат глянул с укором, мол, такой спектакль портишь. Но послушно продолжил:
– Конечно, не со зла, но одну деталь я упустил. Конкретно: парочка героев появилась в речной крепости в Трилистье вместе с трофейными кусками гигантского магического угря тирпиень. Часть легендарной добычи они потратили на спасение раненых и отравленных воинов, часть потом передали выбранным офицерам по наследству. Но самое кощунственное и дикое, что больше половины сказочно редкого, исцеляющего, магического тирпиеня лично слопал справный барон Цезарь Резкий. Вот в связи с этим у меня и возник вопрос к нашему уважаемому специалисту: могло ли мясо легендарного угря спасти человека, проглотившего три Первых Щита?
С минуту Трёхщитный морщил лоб и хмурился, а потом признался:
– Не знаю. Подобного прецедента в истории я не припомню. Но надо будет ещё порыться в хрониках, полистать рукописи, посоветоваться с коллегами и с Хранителями Священного Кургана.
– Ну вот, уже не так категорически отрицаешь, – примирительно констатировал дипломат. – Но я, с разрешения вашего императорского величества, продолжу?..
Получив разрешающий кивок, вновь перевоплотился в театр одного актёра:
– И где же отыскиваются очередные следы нашего резко подросшего горца, ставшего большим и сильным? Да в лагере беженцев и переселенцев, которые скопились на границах с Ничейными землями. И там с помощью принципиально нового оружия он сбивает лихо кречей на землю и валит рыцарей-зроаков, словно пересохшую осоку. Ему помогает в этом человек под маской, некий Чарли Эдисон. Но и этого ему мало, ведь не терпится прорваться через линию фронта и броситься на спасение всё того же трио девиц Ивлаевых. Как бы это ни показалось странным, ему и это удаётся. А дальше он с небольшим количеством помощников своевременно возводит мост через безымянное ущелье. По нему переправляется непосредственно в Борнавские долины и, казалось бы, уже находится в одном шаге от своей цели. Да тут как раз и случилось жестокое наступление людоедов с одновременным уничтожением крепостей Ледь и Грохва. Отступающие бароны вновь сплотились под командованием своего бывшего командира, полковника Дункана Белого. И все они, быстро отступая, решили дать последний бой значительно превосходящему их в численности противнику. Потому как прекрасно понимали, что оказались в западне. И тут…
– Стоп! – оборвал его Дьюамирт Второй. – Попробую угадать:…и тут появился тот самый горец, который и помог несостоявшимся баронам вырваться из ловушки?
– Ну да. Кто бы сомневался, что твоё величество угадает… Благодаря сооружённому мосту все отступающие успели уйти от преследователей и даже вывести за собой гражданских переселенцев. Так нашему герою, который там уже действовал под именем Михаил Македонский, и этого оказалось мало. Он со своим другом, который красовался маской на лице и вышеупомянутым странным именем Чарли Эдисон, остался прикрывать отход всех войск. Использовали они при этом опять своё тайное оружие, задержав врага на невероятно долгое время. По просочившимся сведениям, добытым во время допросов, стало известно, что мастер-оружейник со своим помощником уничтожили более ста зроаков, около двадцати Трёхщитных и некую магическую установку-артефакт, аналогичную той, которой людоеды разрушили Грохву. И такую же самую, которую сёстры Ивлаевы уничтожили возле крепости Ледь. А? Сколько совпадений и странных случайностей?
– Ладно, пробую угадать дальше! – Император выглядел заинтригованным да и явно вошёл в азарт. – Скорее всего наша парочка так и не отступила вместе с полком, а ринулась продолжать поиск девиц Ивлаевых?
– Вот тут могу утверждать лишь по первой части твоего предположения. Оба героя замешкались с отходом и оказались окружены со всех сторон обошедшими их людоедами. Отступающим лучникам пришлось мосты сжечь, спасая себя и людей. И они с другого края ущелья ещё долго наблюдали, как зроаки и кречи пытались безуспешно штурмовать гору с древним, разрушенным Пантеоном на вершине. Ребята сражались долго, до последнего заряда-стрелки для своего таинственного оружия.
– Погибли? – кто-то опередил остальных с резонным вопросом. На это министр развёл вначале руками, пожал плечами и лишь затем стал отвечать:
– Дальше лишь сведения непроверенные, взятые из допросов пленных. А они порой и перед смертью, и под страшными пытками врут… Но в данном вопросе прослеживается некое единодушие в показаниях. Зроаки в конце концов прорвались на вершину горы. А затем и камня на камне не оставили от разрушенного пантеона Хорса, выискивая своих легендарных уже обидчиков. Но!.. Так никого и не нашли! Те как в воду канули. Кстати, там имеется древний колодец невероятной глубины, который людоеды исследовали и простукивали добрые две недели. При этом утонуло, разбилось или покалечилось ещё три десятка этих кровожадных тварей, но никакого подземного хода так и не удалось отыскать. Но и на этом жертвы не окончились. За плохую службу, полученный позор и деморализацию личного состава новый император Гадуни казнил десять старших офицеров, которые упустили полк баронов, толпы гражданских лиц, но самое главное – убийц прежнего императора. Потому что сомнений у людоедов не осталось: все потери они понесли от тайного оружия, которое со страшной силой швыряется зарядами в виде маленькой, но тяжёлой стальной стрелки.
Паузы и затяжки спектакля одного актёра уже надоели всем слушателям. Поэтому император выразил общее мнение:
– Ладно, признаём, что ты самый умный и знающий. Но теперь быстро и сжато: докладывай основные выводы.
– Хорошо. Первый вывод: нам придётся в любом случае дать гарантии неприкосновенности для белых кречей. После чего сесть за стол переговоров и признать новую империю официально. Второй вывод проистекает из всего мной вышесказанного: Ивлаевы – не от мира сего. Они те, кто может свободно путешествовать между мирами. Их отговорки, что они с Пимонских гор, шиты белыми нитками. Всё, буквально всё об этом кричит. И привод эйтранов в наш мир; и чудесные исчезновения горца в одном месте, а потом его возникновение в другом; и таинственное оружие, которое они так результативно применили против людоедов и их приспешников кречей. В общем, нам ещё повезло, что они на нашей стороне, а не против. И за предстоящий союз нам надо цепляться ногами, руками, зубами и…
Слова у него кончились. Зато сам он вежливо поклонился впечатлённой публике. После чего вопросительно уставился на императора. А тот больше ни с кем не советовался и не совещался:
– Хорошо, я даю наши гарантии безопасности для белых кречей. Готовьте зал для официальных переговоров на то время, которое укажет принцесса Катерина! Ну и согласуйте этот вопрос с императрицей Ваташей, она наверняка уже вернулась во дворец.
Глава шестая
Дурманящий воздух отчизны
Моя дальнейшая поездка прошла в рваном темпе. Как только стемнело, патрульные службы стали встречаться слишком часто, и я от греха подальше заехал в небольшой городок для ночёвки. А где можно припарковаться, привлекая как можно меньше к себе внимания правоохранительных органов? Правильно, как можно к ним ближе. Вот я и разместился практически возле самого районного отделения полиции, среди пары десятков подобных автомобилей, скорее всего работникам отделения и принадлежащих. Умял преспокойно очередную коробку еды, выскочил под кустики, благо скверик был недалеко, да и завалился спать. Тут и валенки со старым тулупом пригодились, коих я так по спешке и не выбросил в пути. Всё не попадался мусорный бак на глаза.
Может, к машине и присматривались, может, и видели, что спит в ней кто-то, но добрые люди так меня и не побеспокоили. Как только начало светать, я живо разложил свой завтрак себе в дорогу на пассажирском сиденье да и двинулся дальше. А ещё через четыре часа, досадуя на начавшийся обильный снегопад, я уже сворачивал с трассы на просёлочную дорогу, ведущую к милой моему сердцу Лаповке. В сугробах застрять я не опасался, всё-таки полноприводной «Ниссан» показал себя весьма проходимым автомобилем. Да и насколько я помнил, в Лапе всегда к расчистке дорог относились ответственно. Даже на наш, дальний край деревни этакий бульдозер на основе трактора «Беларусь» хаживал регулярно.
Поэтому тем большим было моё удивление, когда чуть ли не на ощупь, пробравшись по дороге, на последнем перекрёстке был вынужден остановиться. Дорогу к нам, заваленную напрочь сугробами, не расчищали как минимум неделю.
«Дед Назар умер! – заныло сердце от нехороших предчувствий. – Вот и перестали чистить! Вот и томило меня гнетущее чувство неведения! Только о девчонках думал, а оно вон как может получиться!..»
Вышел из машины и лишь после этого присмотрелся к дороге. Та, что подо мной, тоже не отличалась уходом. Хорошо если месяц назад по ней местный бульдозер промчался. Вскоре заметил под валящим с неба снегом многочисленные следы от санных полозьев, вмятины от копыт, да редкие полосы от зимних протекторов. Стали переходить на гужевую тягу? Возврат в средневековую Россию? Однако!
Но прикинув громоздящиеся передо мной сугробы, да скептически осмотрев заляпанный грязными потёками «Ниссан», я не стал рисковать техникой, а решил попросту сбегать в родной дом своего детства и нашего рода Ивлаевых. Тут всего-то полтора километра в одну сторону. Всё быстрее будет, чем потом раскапывать машину из плена.
Немного подумал и посчитал бессмысленным брать с собой Второго. Пусть лучше машину охраняет, она мне в любом случае ещё ох как пригодится. Не то чтобы я опасался какого-то воровства в родной Лаповке, просто представил, что бульдозерист всё-таки выедет на расчистку дорог. Именно сегодня, именно в стельку пьяный, именно засыпанный снегом «Ниссан» и примет за особо мешающий ему сугроб.
«Ну а если дома всё без изменений, – старался я себя настроить на позитив, передвигаясь трусцой в неприспособленных для этого валенках, – то вернусь к машине, найду бульдозериста, отыщу телефон для звонка родителям и дальше буду решать по обстановке. Лишь бы с дедом Назаром всё было в порядке! Надеюсь… Да и что с ним может случиться? Он – крепыш, здоровяк, никогда не болел, да и молод сравнительно. Только недавно семьдесят лет ему отмечали. Да и запасливый он. Может всю зиму в сугробах просидеть одинёшенек, а голодать не придётся. А если в центр деревни выбирается, так ему на лыжах позади огородов сподручнее и ближе. Не любитель он лишние сотни метров наматывать ради спортивного удовольствия…»
У меня отлегло от сердца, когда в ста метрах до обители до моего обострённого восприятия донеслись запахи готовящегося обеда, дымок из печи и прочие запахи, присущие солидному хозяйству. Всё-таки дед Назар не мыслил своего существования без коровы, парочки кабанчиков, десятка два курочек, нескольких кроликов да с пяток особых уток мясной породы чёрная белогрудая. Изредка у него на заднем дворе расхаживали наглые, задиристые гуси, но особой любви хозяина они не получали из-за создаваемого шума и крика.
Наверное, по той же причине никогда возле дома не было собак. Да и мне с девчонками никогда не нравился лай, даже возникающий по поводу. А уж без повода…
Тем более я оказался поражён, когда уже в густом снегопаде стал просматривать контуры дома, а мне навстречу понёсся озлобленный, резкий лай. Причём почуяла меня явно не маленькая собачка, а нечто солидное, судя по утробным, басовитым звукам.
У меня тут же сработали инстинкты, вбитые повседневными опасностями проживания на Дне. Резко застыл на месте, а потом ещё и назад сделал шагов пять. О боязни какой-то псины и речи не шло, с сотней волкодавов могу справиться играючи, только ударом по обострённому восприятию животных. Но всё, что выходит за рамки житейской логики, требует аккуратного и осторожного рассмотрения. Да и потренироваться со своими новыми возможностями никогда не помешает.
Замер, должным образом настроился на процесс приручения. Медленно потянулся сознанием к животному, придерживаясь за его лай как за ориентир. Коснулся, опознавая за слоем шерсти весь контур собаки, узнал сразу же породу. Оказалась овчаркой, похоже, немецкой. Внушительная по массе и росту.
Что интересно, животное тоже ощутило моё присутствие, проникшее чуть ли не внутрь всего его естества. Тут же замолкло, а потом и тихонько взвизгнуло от страха. Затем ещё больше испугалось, метнулось куда-то в сторону и с поскуливанием забилось в нечто тёмное, отгороженное от белой, снежной пелены. А я уже всеми силами посылал собаке дружеское расположение, сытную кормёжку, защиту и полную безопасность во время моего присутствия.
Подействовало. Овчарка перестала поскуливать, успокоилась, даже вновь начала выходить из своего укрытия. Как оказалось, вовремя. Рядом с ней послышался хриплый, словно простуженный мужской голос:
– Ну и чего, скотина, надрываешься? Нет же никого! Ещё раз затявкаешь без причины, тварь, пристрелю!
«О-о! Да у деда Назара – гости! – заметались у меня в голове новые, нехорошие мысли. – Причём очень, очень странные гости! С собакой, да чуть ли не со своей, так обращаться?! Да и что этот мужик вообще в нашем доме делает?!»
А тут и второй голос раздался:
– Хриплый, чё там?.. На кого Блачи разорялась?
– Вроде никого. Сдуру лает.
– Да? Это ты зря, Хриплый. Блачи раз в пять умнее тебя. Обойди по всему периметру и связь держи включённой. На дороге глянь!
На этот строгий приказ первый мужик, откликающийся на странную уголовную кличку, молча двинулся на обход дома. Слышно было хорошо, как заскрипели по снегу его ботинки. А значит, тропа для обхода натоптана да укатана. И осмотр местности за забором ведётся постоянно. На улице тоже просматривают, не появились ли следы нечаянно забредшего жителя деревни. Ещё и с включённой связью обход делают! И что-то мне подсказывает интуиция, что это не красные партизаны со времён последней мировой войны заблудились.
И я пожалел, очень пожалел что оставил Второго в машине! Сейчас бы серпанс-администратор мне очень пригодился. И что самое обидное, расстояние раза в три большее, чем то, на котором он может расслышать мой зов и примчаться. Да ещё и снег валит, словно из мешка. Хотя должный сигнал я бросил, да и потом продолжал отсылать время от времени. Авось достигнет сенсоров существа, сделанного в империи Альтру.
Ну и сам старался действовать с максимальной интенсивностью. Отправил собаке последнюю порцию искренней дружбы и кровного братства и медленно отодвинулся назад на десяток метров, где присел за сугробом возле перекосившегося соседского забора. На его фоне, да при таком снегопаде, меня и с пяти метров никто не рассмотрит толком. Зато я сам попытался.
В это самое время Хриплый обошёл дом по всему наружному периметру, затем открыл калитку и пересёк дорогу поперёк. Внимательно под ноги присматривался, по сторонам тоже вглядывался, словно хищный зверь. Имей он собачье обоняние, наверняка меня бы унюхал. До моих следов он не добрался метров пятнадцать, так что в итоге и не смог рассмотреть. Зато я его уже рассмотрел отлично. По голосу казалось, что он худой, чахоточный, а оказался боровом с красным лицом и свисающими на воротник полушубка щеками. Этакий сеньор Помидор-Поросенко в собственном соку.
Судя по действиям – весьма исполнительный тип. Судя по отношению к собаке – та ещё злобная и ленивая гнида. Ещё ничего не зная о его характере и виде деятельности, я его уже ненавидел по возможному максимуму.
Ещё с минуту Хриплый стоял на дороге, внимательно прислушивался. Потом включил устройство связи на передачу:
– Никого и ничего, – сделал короткий доклад и тут же получил разрешение:
– Ладно, иди в дом! Чуть позже я сам вместе с Блачи пройдусь по окрестностям.
Толстяк ушёл, плотно, похоже, что на замок, закрывая калитку. Ещё и подпёр чем-то. Чуть позже легонько скрипнула дверь в сени, послышался топот ног, присущий сбиванию снега с обуви. Затем вторая дверь хлопнула, уже в саму светлицу.
И я вполне вольготно двинулся к дому, только не к воротам, а к тому участку забора, который закрывал дальний угол здания. Постоял, дождался, пока с той стороны не появится овчарка. В самом деле, большая и умная: просто глянула на меня, вильнула хвостом и словно вздохнула с грустью и печалью. Мол, понимаю, что ты здесь хозяин и прошу прощения, если что не так. Я за всех остальных не отвечаю.
– Ладно, Блачи, подружимся… – пробормотал я, сбрасывая валенки, чтобы не мешали, и грузно перелезая через забор. – Только что тут твои хозяева делают?
Овчарка опустила голову и поджала хвост. И я бы в тот момент не удивился, если бы она заговорила: «Не приведи господь таких хозяев иметь!» И хоть старался я о плохом не думать, всё равно при воспоминании о дедушке Назаре сердце заныло. Что могли эти типы старику устроить? И вообще, чего они тут делают? Попытавшись связать их присутствие с собой, я отбросил эту мысль как несуразную.
Потом сам себя подогнал: следовало действовать, выяснять, разведывать и подслушивать, а не стоять. Ну и на всякий случай держать эрги’с усыпления наготове в левом плече. Или лучше всего сразу войти в дом и начать действовать по обстановке? Но вроде полчаса у меня в любом случае есть, можно не спешить.
Подумал, сбросил полушубок там, где стоял. И заглянул во внутренний двор. После чего сердце застучало с бешеной скоростью.
Там стояла машина родителей! Солидно покрытая снегом, словно брошенная здесь давно, не менее месяца назад. Вторая деталь изменений тоже сильно бросилась в глаза: окно спальни, находящейся на задах дома, закрыто наглухо щитом из толстенных досок и подпёрто сразу тремя брёвнами. Такое препятствие изнутри никаким тараном не вышибешь. И я понял, что вот так сразу вваливаться в дом нахрапом нельзя категорически.
А чтобы узнать, кто в доме, точнее, сколько там человек, решил вновь использовать свои умения укротителя. Хотя Ястреб Фрейни, патриарх и настоятель монастыря Рода, мне передал кучу знаний о том, как просматривать закрытые пространства, я решил действовать по-иному. И я чувствовал, что мои сборные силы могут позволить манипулировать умениями, которые доступны лишь Трёхщитным. Пусть и потрачу при этом слишком много личной энергии. Но в последние дни, а уж тем более в данный момент мне было не до экспериментов и не до отработки новых навыков.
Прислонился лицом к стене из брёвен. Сосредоточился. Затем попытался продвинуть чувствительный щуп привязки в ту самую спальню, закрытую щитом. И уже через минуту наткнулся на живой организм. Тело. Гораздо больше, чем овчарка. В одежде и в сидячем положении. У стены, той, что прогревается печкой. Как ни странно, пол разобрать не могу. Наверное, по причине, что разумное существо стократно сложнее по конституции, его укротить сложно. Хотя вспомнить ту же овчарку Блачи: кто докажет, что она не разумна?
Перекинул щуп восприятия дальше по комнате, натолкнулся на второе тело. Лежит, вроде дремлет. Почему-то мне показалось тело излишне старым, уставшим. Неужели дед Назар? Заметался в поисках третьего, подспудно ожидаемого человека. Есть! Возле самой двери стоит, прижавшись к ней вплотную. Подслушивает, что ли?
И через минуты две мои предположения оправдались на все сто. Вначале послышался тихий вопрос со стороны сидящей фигуры:
– Паш, ну что там? – женский голос, который я никогда и ни с кем не перепутаю! Мама! Жива! Здорова! В полной сохранности!
– Притихли, гады! – прошипел в ответ подслушивающий мужчина.
«Папка! – чисто по-детски обрадовался я, стараясь себя удержать от немедленного удара по брёвнам, подпирающим щит на окне. – Родной! Как же сам попался и мать с собой утащил? Как же вы здесь вообще оказались?! И сколько томитесь? Не из-за меня ли в такую напасть влипли?»
Словно услышав мой вопрос, мать взволнованно предположила:
– Вдруг собака лаяла на Бореньку?
– Да нет! Эти твари уже все переполошились бы и спящую вахту сразу разбудили. Да и сколько тебе твердить: не полезет наш Борис в ловушку, обязательно выкрутится. Ну и мы, если услышим, что на него засада готова, а он на подходе, – сразу дом подожжём.
А тут и со стороны лежащего человека послышался родной, громкий голос деда Назара:
– Чего вы там шепчетесь? Мне же ничего не слышно! – Ну да, он ведь у нас наполовину глухой с самого детства. И тут же испуганно, гораздо тише пробормотал: – Да молчу я, молчу!..
Догадаться нетрудно по шипению матери, что она на него и руками замахала. Ну и судя по услышанным словам, я мог сделать первые, не совсем оптимистические выводы. Первое: ловят меня. Возможно, на живца. Возможно, и не только в Лаповке. Второе: врагов в доме не меньше, чем четверо, раз речь шла о какой-то отсыпающейся вахте. И это более чем серьёзно. Мне-то почти ничего не грозит в столкновении, а вот родных мне людей могут осознанно или неосознанно повредить. Следовало это учитывать.
Ну и третий вывод, от которого у меня чуть слёзы на глаза не навернулись: ради мизерной возможности меня предупредить о засаде родители и дед готовы поджечь дом изнутри. Наверняка при этом понимая, что задохнутся или сгорят заживо.
Всё это я продумывал, уже прощупывая остальной дом. В светлице двое, опознал вполне быстро толстого Помидора-Поросенко, или как его кликали, Хриплого. Второй, похоже, главный, тот, что хозяин собаки. Он же и крикнул недовольно вдруг ни с того ни с сего:
– Федька! Сколько можно твою стряпню ждать?
– Минут десять осталось, Геннадий Филиппович! – послышался оправдывающийся голос какого-то юнца из кухни. На что обозванный Филипповичем тип дал указание своему подручному:
– Хриплый, помоги Федьке! Не то с голоду копыта отбросим.
Ясно! Уже трое! И я, невзирая на страшный перерасход энергии, потянулся щупом восприятия по иным комнатам. В моей личной спальне, на моей кровати, храпело какое-то существо! Только за это его следовало безжалостно вышвырнуть на мороз через окно. Четверо!
Ещё два типа оказались в самой большой спальне, принадлежавшей девчонкам. Шестеро?!. Однако! Такое впечатление, что абвер устроил засаду на Штирлица. Не слишком ли много чести для меня любимого? Особенно учитывая тот факт, что числюсь я в этом мире мелким недоростком и физически ослабленным инвалидом? Это ж за какие такие подвиги? Неужели за избавление мира от губернатора, прикрывавшего наркоторговлю в своём крае? Иных благих дел на Земле я совершить не успел. А сожжение частного цирка явно не тянуло на такую месть со стороны его владельца.
Зато теперь я знал, кто где находится, чем занимается, откуда ринется атаковать, и мог действовать без опасений. Никто из непрошеных гостей, захвативших моих родителей и деда в качестве заложников, не сидит с оружием на изготовку, готовясь их уничтожить. Оставалось быстро продумать и воплотить в жизнь самый надёжный вариант входа в дом. И ничего лучше, чем просто войти, я не придумал. Фактор обыденности должен сработать. Вот я и мелькнул вдоль стеночки к крыльцу. А с другой его стороны рассмотрел очередной джип, тоже сильно засыпанный снегом.
«И что им так дались именно джипы?! – бурлила во мне непонятная злость. – Кажется, я эту удобную технику невзлюбил до конца жизни!»
Ухватился за наружную дверь и медленно начал открывать.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?