Текст книги "… Para bellum!"
![](/books_files/covers/thumbs_240/-para-bellum-25817.jpg)
Автор книги: Юрий Мухин
Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 54 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]
… PARA BELLUM!
(Сборник)
Помни войну!
С. О. Макаров
Думать надо!
(От редактора)
Эта книга была написана следующим образом.
Газета «Дуэль» – это газета борьбы общественных идей для тех, кто любит думать. На первый взгляд такое назначение газеты звучит претенциозно.
Но дело в том, что подавляющее большинство людей думать не любит и не умеет. Они запоминают иногда огромный объём фактов и готовых выводов к этим фактам, а, при случае, вспоминают эти выводы, оглашают их и пребывают в глубокой уверенности, что это и есть то, что называют «думать».
Наша газета не для этих всезнаек. Она для тех, кто любит сам сделать вывод на основе собственного анализа фактов. Поэтому мы даём в газете материалы с самыми различными, желательно противоположными выводами. Противоположность выводов обесценивает их, читатель не знает какой из них запомнить и вынужден даваемые факты анализировать сам, приходя к собственному выводу, либо присоединяясь к наиболее убедительному.
Довольно давно у нас возникла дискуссия, которая постепенно разрослась до обсуждения причин поражений Красной Армии в начальный период войны. Дискуссия получилась. Достаточно сказать, что в одной из военных академий Москвы, следившей за дискуссией, был изменён курс преподавания военных дисциплин.
Начало дискуссии положило моё обращение к читателям в «Дуэли» № 14 за 1996 г. В статье «В дерьме Россия. Думать надо» я предложил читателям помимо других тем, обсудить и эту тему. Обосновал я это следующим:
«В войне побеждают не армии, а государства. Армии лишь уничтожают войска противоборствующей стороны.
Государство, способное победить любого противника, является лучшим гарантом мирной жизни своих граждан.
Объектом нападения всегда является слабый или тот, кого считают слабым. Работает старый римский принцип: хочешь мира – готовься к войне. Готовое к войне государство охладит любую горячую голову.
Готовое к войне государство – это готовое к Победе в войне государство. Это государство, в котором максимально устранены все причины, ведущие к поражению, а обстоятельства, являющиеся причинами победы, усилены до нужной величины».
Надо ли доказывать, что всю эту работу необходимо делать в мирное время? Именно для того, чтобы это мирное время сохранить.
Мы начинаем работу, в которой будем последовательно разбирать все причины, приведшие к Победе в Великой Отечественной войне и все причины, приведшие к поражениям на начальном её этапе.
Читатель воскликнет – да сколько же можно? Уже все причины давно исследовали и описали – от того, как Сталин прятался под кроватью от известия о начале войны, до того, что перед войной было убито НКВД 50 тысяч самых лучших генералов и 60 млн. советских граждан в придачу. И кто только этим не занимался – от подлого (выдающегося?) предателя Резуна (Суворова), до не менее подлого (выдающегося?) генерал-полковника поповской службы Волкогонова.
Хорошо! Всё уже описано. Но значит ли это, что мы хотя бы чему-то научились?
Скажем мы будем разбирать такую тему. Трижды герои Советского Союза лётчики-истребители А. Покрышкин и И. Кожедуб сбили 59 и 62 немецких самолёта соответственно. А 20-летний немецкий лётчик Эрих Хартман, попав на фронт в ноябре 1942 года, до конца войны сбил 352, в основном, советских самолёта! Почему?
Наши люди менее мужественны? Но ещё в ноябре 1941 года, командующий 2-й немецкой танковой армии Хейнц Гудериан, докладывая в Берлин оценку русских вооружённых сил, писал: «Примечательным является всё время проявляющийся наступательный порыв авиации, хотя в настоящее время она и уступает германской авиации в количественном и качественном отношении».
А может у нас руки не оттуда растут и мы не способны быть лётчиками? Но вот штрихи из биографии немецкого аса Вальтера Новотны, сбившего за войну 258 самолётов, из которых 250 – советских (более, чем 4 авиационных полка). Но в 1941 году его «мессершмитт» Bf-109E-7 был сбит над Балтикой советским И-16, (Новотны 65 часов провёл на плоту, но спасся). А истребитель Поликарпова И-16 имел скорость, чуть ли не на 100 км/час ниже чем у «мессера» и прославился в советской авиации только тем, что за всю её историю это был самый трудноуправляемый самолёт. Мы не знаем, кто сидел за штурвалом того И-16, но, наверное, судя по этому бою, наш лётчик тоже кое-что умел!
Так в чём же дело? А не в том ли, что наши лётчики в ходе войны, перед тем как встретиться с немецкими лётчиками в бою, имели 10—20 часов учебного налёта? А мать Хартмана была владелицей авиаклуба, и он начал летать чуть ли не с пелёнок. А немецкий ас В. Батц, сбивший 237 самолётов, имел перед первым боем учебный налёт 5240 часов! Кожедуб, Покрышкин и другие сбивали немецких асов. Г. Баркхорн (301 победа) был сбит 9 раз, Х. Бер (216 побед) – 18 раз, Э. Хартманн – дважды. Почему они при этом не дохли – это второй вопрос. А немецкие асы сбивали наших необученных пацанов.
А можно ли сказать, что этот эпизод истории Великой Отечественной войны нас чему-либо научил? В период перестройки мы своими руками, хвастаясь перед Западом, как макака голым задом, уничтожили десятки тысяч единиц танков, самолётов, другой боевой техники.
А почему мы не пустили эту технику на обучение своей армии? Я, танкист, офицер запаса, ни разу не стрелял из танковой пушки штатным (боевым) снарядом, практическим снарядом не стрелял! Танк провёл всего 9 км. Говорили – дорого! А уничтожить столько техники – дёшево? А ведь по мобилизационной раскладке мне полагалось уже через три недели вести свой взвод в бой. Против кого? Против американских «Абрамсов», экипажи которых, в ходе учебной подготовки, делают 1400 боевых выстрелов из пушки? Чтобы американские танкисты потом хвастались, сколько они наших танков сожгли?!
Так что у нас есть обоснованное сомнение в том, что история войны нас чему-то научила. И именно поэтому мы начнём изучение причин побед и поражений в войне. Не для вящей славы нашей Родины (прославят её и без нас) и не для унижения её (и таких мерзавцев сейчас хоть пруд пруди), а для того, что бы у истории чему-нибудь научиться, приобрести что-либо полезное для сегодняшнего дня.
Мы представляем читателям план работы, исходя из своих представлений о причинах побед и поражений. Мы будем обязаны читателям, если они примут участие в правках самого плана и очень надеемся, что они примут участие в его осуществлении, то есть в обдумывании конкретных причин, обеспечении выводов примерами и фактами.
Итак, мы полагаем, что Победу в войне одержит государство, которое в мирное время заботится о том, чтобы иметь:
1. Сильную армию.
2. Надёжных союзников.
3. Высокий морально-патриотический уровень народа.
Но, главное, есть причина с номером 0 – государство должно иметь правительство, понимающее, что для обеспечения мира своего народа три перечисленных выше составляющих государство должно иметь. Это уж, как говорится, само собой.
Для создания сильной армии государство в мирное время должно позаботиться, чтобы:
1.1. Развитие экономики дало возможность оторвать от сферы производства необходимое для армии количество людей.
1.2. Научить этих людей науке и искусству уничтожать войска противника.
1.3. Оснастить их современным оружием и боевой техникой.
Для создания надёжных союзников необходимо в мирное время.
2.1. Заботиться о своих союзниках и помогать им, укрепляя дружбу.
2.2. Вызвать ссоры и напряжение в стане союзников противника.
Для создания высокого морально-патриотического уровня в мирное время необходимо:
3.1. Создать в стране общественное мнение о службе Родине как о высшем предназначении человека, как о цели его жизни.
3.2. Не желающих служить Родине перевести в разряд изгоев.
3.3. Чтить и возвеличивать героев на службе Родине, при их недостатке – создавать героев искусственно.
Короче – мирные договоры со всеми странами, ООН и прочее – это очень хорошо. Но если к этому добавить и государство, способное победить в войне, то это не только хорошо, но и надёжно. Потому что ещё Никколо Макиавелли заметил, что любят тебя по желанию того, кто любит, а боятся – по твоему собственному. И гораздо разумнее опираться на то, что зависит от тебя, а не от других.
Давайте думать всем миром, товарищи. Давайте искать и обсуждать. Мы не подумаем – за нас никто не подумает. Мы не найдём выхода – кто за нас его найдёт?»
Одновременно в газету стали приходить историки с интереснейшими материалами к этой теме, но не газетными, либо по объёму, либо по содержанию.
Вот, скажем, такой момент. В 12-ти томной «Истории Второй мировой войны 1939—1945 гг.» (куда уж более чем солидное издание!) написано, что накануне войны в западных военных округах СССР было 1439 самолётов новых типов, со ссылкой на «Краткую историю Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945», где на странице 50 дана цифра «1540 новых самолётов» уже без всяких ссылок. И ещё написано, что в первой половине 1941 года в войска поступило 2707 самолётов МиГ-3, Як-1, ЛаГГ-3, Пе-2, Ил-2 (стр. 41). Тоже без ссылок на то, откуда эта цифра взята.
Допустим мы захотим узнать – сколько поступило в войска штурмовиков Ил-2? И такая цифра есть. В. Гагин, в полуистории-полурекламе «Самолёты Воронежского авиационного завода» (который в те годы выпускал Ил-2) даёт: «До войны успели сделать 1510 машин». Хорошо. Но почему тогда ни в одних мемуарах фронтовиков, никто и никогда не видел этих штурмовиков в начале войны?
Пришедший к нам инженер и лётчик-испытатель, ветеран войны и историк Василий Иванович Алексеенко разложил свои бесчисленные таблицы и показал, что к началу войны на вооружении войск не было ни одного Ил-2, а военная приёмка на Воронежском заводе приняла к 1 июля 1941 года всего лишь 249 машин.
Но таблицы самолётного парка СССР, собранные В. И. Алексеенко, не для газеты, как и не для газеты данные о самолётном парке люфтваффе, собранные в немецких источниках и архивах другим ветераном войны и историком Георгием Афанасьевичем Литвином.
И мы подумали – а почему бы нам не собрать все наши материалы вместе и не написать книгу о том, что если хочешь мира, то к войне надо готовиться по-настоящему? Книгу с мыслью: «Хочешь мира – готовься к войне!» Но «Готовься к войне!» звучит как-то уж очень агрессивно и мы решили немного поумничать и дать книге это название по-латыни, взяв его из поговорки: «Si vis pacem, para bellum!».
В ходе дискуссии абсолютного порядка, конечно, не было – материалы и замечания приходили тогда, когда авторы их писали. Поэтому главы в книге расположены не по мере написания, а исходя из общей повествовательной стройности сборника.
Ю. И. МУХИН,
главный редактор газеты «Дуэль»
Часть I. Накануне
Начав дискуссию о прошлой войне, газета вызвала ряд откликов от читателей, которые, не дожидаясь развития темы, начали связывать аналогиями прошлые события с нынешними. Это позволило рассмотреть на страницах «Дуэли» ряд моментов предшествовавших 22 июня 1941 г. С них мы и начнём.
Глава 1. Забытые даты и люди
Когда началась война с фашизмом? Первая танковая атака, первый воздушный бой, первый потопленный авианосец, первый вооружённый удар троцкистов в спину. Невыученные уроки.
Когда началась война с фашизмом?Октябрь 1936 г.
Силуэты 15 танков, 15 сверхсовременных машин едва вырисовывались в предрассветных сумерках. Позади был ночной марш-бросок, а впереди … впереди – линия обороны фашистов. Что ждёт там советскую танковую роту? Для неё 26 км марш-броска были пустяком, а вот как пехота, не выдохлись ли люди? Не отстанут ли они от танков? Точны ли сведения разведки? Успели ли фашисты оборудовать на захваченном рубеже огневые точки? Через несколько часов всё станет ясно.
Пора. Взревели моторы. Танки капитана Армана рванулись вперёд.
Поль Матиссович Арман не был французом. Родом он из Латвии, но подростком прожил несколько лет во Франции, и первое удостоверение личности получил там, отсюда и необычное имя. До войны был командиром танкового батальона под Бобруйском.
Противотанковых средств у фашистов не оказалось, лишь по броне горохом сыпались пулемётные очереди. «Пулемёт – злейший враг пехоты» – так написано в наставлении, и танкисты прочесали замеченные огневые точки огнём и гусеницами. Пехота всё-таки отстала. Задерживаться нельзя, засекут и накроют авиацией или артиллерией. Отступать? Капитан Арман был скор в решениях. На командирском танке замелькали флажки: «Делай как я» – и танки понеслись вперёд.
А вот и итальянские танки. Короткая дуэль – и три «итальянца» горят, остальные пять отступили. Нашим танкам их стрельба не повредила.
Дальше действовать в тылу противника рискованно, да и боекомплект на исходе. Рота опять пронизывает линию фронта, теперь уже в обратном направлении.
Пехота за день так и не прорвала оборону фашистов. После ухода танков ожили уцелевшие пулемёты, налетела авиация противника … Бой не удался. И хотя Арману есть чем гордиться … что докладывать командиру?
Но комбриг Кривошеин не расстроен. Не всё так плохо. Танки целы, потери невелики, а главное – наступление фашистов остановлено. И полковник Воронов доложил, что на вспомогательном направлении – успех. Заняты две узловые железнодорожные станции.
В антрацитово-чёрном небе горят яркие звёзды. Умер тяжелораненый башенный стрелок – вылезал резать телефонные провода. Лязгает железо, мечутся тени от переносных ламп – это техники возятся у танков.
Заканчивается день 29 октября 1936 г.
Да, да. Это не опечатка. Время действия – октябрь 1936 г., место – городок Сесенья, юго-западнее Мадрида. Сейчас это название нам ничего не говорит, а тогда это было очень важно.
Сколько раз начиналась Вторая мировая?В странное время мы живём. Люди, реализующие самые заветные мечты Гитлера, награждают друг друга медалью «за борьбу с фашизмом». Уж уточнили бы – «за борьбу вместе с фашизмом». Но это к слову.
В европейской традиции принято считать началом Второй мировой войны нападение Германии на Польшу 1 сентября 1939 г. Китайцы же (напомню, это не просто одна нация, это четверть человечества) считают началом войны так называемый «инцидент на мосту Лугоуцяо» 7 июля 1937 г. – начало открытой агрессии Японии против Китая. А почему нет? Капитуляцию во Второй мировой войне Япония подписала и перед Китаем в том числе, никакой отдельной капитуляции не было, значит не было и отдельной войны.
Американцы же почти официально считают началом мировой войны Перл-Харбор (7 декабря 1941 г.) – и действительно, только с этого момента, в их понимании, европейская и азиатские войны слились в общемировую. В этой позиции тоже есть свой резон.
Но для того, чтобы определить точную дату начала войны, надо понять, кто её вёл и из-за чего.
Кто же воевал?В чём же был смысл той войны? Почему в одной коалиции зачастую оказывались очень отличные друг от друга народы, почему одна страна выступала то хищником, то жертвой, то борцом за справедливость в столь бескомпромиссном столкновении?
Я не хочу приводить пространных объяснений, в этой статье им не место и не время. Но для меня очевидно – всё-таки это была схватка двух идеологий. И идеологий чрезвычайно простых. Первая – люди созданы равными. Вторая – люди не созданы равными. Из второй идеологии происходит небесспорное следствие – что раз люди не равны, то они могут быть выше или ниже просто по праву рождения, и высшие могут решать свои проблемы за счёт низших.
Сложность ситуации состоит в том, что люди часто не отдают себе отчёт, какую же именно идеологию они исповедуют. Так, отцы-основатели США, записав в Конституции красивые слова о равенстве людей, сами были рабовладельцами. Ведь негры, в их понимании, были не совсем люди! Поэтому некоторые страны далеко не сразу определились, в каком они лагере.
То, что называется «антигитлеровской коалицией», было чрезвычайно разнородной компанией. Многие приняли в ней участие, скажем прямо, не сразу и под влиянием то «жареного петуха», то сильных держав, а то и «получив по морде» за поддержку Гитлера, как, например, Румыния. Некоторые, будучи идеологически близки Гитлеру и даже поучаствовав в некоторых его акциях (как довоенная Польша), затем по некоторым причинам оказались в разряде «низших». И лишь одно государство – СССР – воевало против фашистского блока практически с момента его образования до полного разгрома, почти девять лет.
«Фашистский» же блок был весьма определён. В первую очередь потому, что у него была совершенно определённая идеологическая основа. И любая националистическая группа в любой стране была его естественным союзником, если только считала свою нацию «высшей», и если данная нация не оказывалась «лишней» в геополитической колоде АНТИКОМИНТЕРНОВСКОГО ПАКТА. Наименование «фашистский» – это не совсем точный идеологический ярлык. Пленные немцы, скажем, искренне удивлялись, когда их называли фашистами. Сутью «Пакта» была борьба даже не против Коминтерна, а против сообщества людей, не обращающих внимания на национальную принадлежность.
Национализм – далеко не всегда плохо. Если страна в той или иной форме угнетается другими странами или иностранными организациями, то освободительное движение часто называется и является националистическим. Мудрец Сунь Ятсен считал национализм единственным лекарством, способным пробудить Китай от наркотического сна, в который его погрузили западные державы, главным образом Англия, и во многом оказался прав. Если же обращать внимание на слова, а не на суть, то трудно будет понять, почему СССР был против националистического режима Франко, но на стороне националистического режима Чан Кайши.
И интернационализм бывает разный. Правящие круги Запада не были тогда национально зашорены – капитал национальности не имеет. Но их интернационализм называется космополитизмом.
Поэтому содержанием того этапа мировой истории, который называется Второй мировой войной, является противоборство не двух империалистических группировок, как в первую мировую, а Советского Союза, с одной стороны, и блока Германии, Италии и Японии – с другой, как наиболее полных выразителей той и другой идеологии. Потом уже к Советскому Союзу, на разных этапах его борьбы, присоединились националисты подавленных и уничтожаемых наций и спохватившиеся космополиты.
И началом Второй мировой войны правильнее считать первое столкновение регулярных частей основных воюющих сторон, или соответствующее заявление хотя бы одной из них. Так когда же произошло прямое военное столкновение Союза и держав Антикоминтерновского пакта (сначала это называлось «ось Берлин-Рим»), то есть фактическое начало Второй мировой войны?
Почему мы не отметили юбилейСтатья задумывалась к 60-летию этого события, но юбилей прошёл никем не замеченным. Нужная литература попала в руки уже слишком поздно, да и читать её оказалось трудно.
Вот пример: описание боя, приведённое в начале этой статьи. В газетах того времени и в более поздних мемуарах об этом бое сообщалось, но советская танковая рота называлась испанской или республиканской. Хотя фамилию командира можно было печатать – чем не иностранец?
Уровень конспирации был таков, что и в воспоминаниях о знаменитых воздушных боях 4 ноября 1936 г., опубликованных через много лет после этих событий, советские лётчики-истребители вспоминают о том, что они оказали помощь «республиканским» бомбардировщикам, попавшим в трудное положение, а штурман одного из этих бомбардировщиков Кузьма Деменчук тепло отзывается о «правительственных» истребителях, пришедших на выручку его звену.
Так почему же итальянские дивизии и германские воздушные эскадры воевали открыто, а советские батальоны и эскадрильи изображали из себя испанцев, а то и – упаси Господь – наёмников? Причина – в проститутской позиции западных стран. Следуя известной тактике уличной шпаны, они «разнимали» воюющие стороны, хватая за руки только одну из них. Законное, демократически избранное правительство Испании было официально поставлено ими на одну доску с путчистами, лишено права и на закупки оружия, и на помощь друзей. За этим бдительно следил «комитет по невмешательству» во главе с лордом Плимутом (не перепутайте с «комиссией по Боснии» лорда Оуэна).
Правда, благодаря присущему Западу лицемерию, можно было просто «соблюдая приличия», несколько лучше выглядеть в его глазах. Поэтому Воронов стал французом Вольтером, Рычагов – Паланкаром, Осадчий – Симоном, а Тархов – капитаном Антонио.
Самым тяжёлым временем обороны Мадрида было начало ноября 1936 г. Правительство республики и военное командование по настоятельным требованиям Горева и Мерецкова эвакуировались из столицы. Начальник оперативного отдела штаба фронта со своими офицерами перешёл к врагу. 21 тысяча мадридских коммунистов (из 25) держали фронт. Капитан Арман мрачно докладывал в совете обороны: «Республиканские танки героически ворвались в родной Мадрид».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?