Текст книги "Герой, Ворон, Изгой"
![](/books_files/covers/thumbs_240/geroy-voron-izgoy-276941.jpg)
Автор книги: Заргерион Сабтер
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Герой, Ворон, Изгой
Заргерион Сабтер
© Заргерион Сабтер, 2023
ISBN 978-5-0060-9594-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Герой, Ворон, Изгой
Глава 1 «Сказка на ночь»
– Как-то раз иду я вечером по темной улице – и слышу плач: «Уа-а-а-а-а, уа-а-а-а-а». Ты действительно ужасно громко плакал. Я подумал: «Да… Плохи дела… Но чем я, бездомный бродяга, смогу помочь этому малышу? Мне самому бы кто помог…» Так я и пошел дальше, оставив тебя там в надежде на то, что хоть кто-то в этом бедной районе возьмет тебя к себе, как сына. Конечно, я мог бы взять и отнести тебя в полицию, но тогда ты оказался бы в местном сиротском приюте, а найти место хуже, чем это, и в наше время крайне трудно. По себе знаю… С этими мыслями я и шел, пока не понял, что позади меня, кажется, идет какая-то молодая пара. Ты так жалобно и громко плакал. Я был уверен, что эти люди хоть как-то тебе помогут, но те просто посмеялись и прошли мимо, подобно мне. Тогда я осознал, что может случится так, что в этом районе, если тебе не помогу я, то тебе не поможет никто, поэтому я решил подождать еще немного хоть кого-то. Я спрятался неподалеку и начал ждать. И вот, спустя немного времени, проходит мужчина, на вид, кстати, довольно обеспеченный, но этот гад сделал вид, что тебя нет и что он совершенно не слышит твоего плача. «Ладно!» – подумал я. «Порой нужно еще немного подождать». И ждать, как оказалось, оставалось не долго. Я услышал звук едущей машины и понял, что самое время и мне проявить инициативу. Тогда я выбежал на дорогу и встал прямо у нее на пути. Честно говоря, тогда свет ее фар меня немного ослепил и я подумал, что машина и вовсе может не затормозить, но мне повезло. Машина встала прямо передо мной, коснувшись меня бампером, а по правый борт этой машины верещал во все горло ты. Ох и много я тогда ругательств от водителя услышал. Он ехал куда-то с девушкой или женой и тоже был довольно прилично одет, и машина у него было крайне приличная. Тут я подумал: «Вот оно – бинго». «Дорогой, смотри, какие-то уроды оставили здесь это милое создание», – сказала тогда девушка, сидевшая у него в машине. «Дорогая, перестань! Неизвестно, вдруг он болеет чем. Нам и своих хватит, поверь мне», – сказал мужчина-водитель. «Но у нас ведь их нет», – возразила девушка. «Значит нам надо это срочно исправить!» – смеясь, произнес мужчина – и они умчались, будто их и не было. Честно сказать, тогда я в очередной раз сильно разочаровался в людях. Если так себя ведут даже обеспеченные люди, то что уж говорить о бедных или вообще бездомных, как я. Следующими шла группа молодых ребят. Сначала я думал еще раз попытать удачу и намекнуть им о необходимости тебе помочь, но вскоре я осознал, что это непростые ребята, а шайка местных бандитов. В тот момент я крайне сильно перепугался за тебя, Алекс. Я быстро выбежал из укрытия, взял тебя и как можно скорее убежал оттуда, держа тебе на руках. Неизвестно, что бы те сделали с тобой, если бы встретили тебя на своем пути… Забавно, но, когда я взял тебя на руки, ты тут же перестал рыдать и даже улыбнулся. Улыбнулся мне… Именно в тот момент я понял, что я, возможно, единственный, кому есть до тебя дело. Я бы, конечно, мог попытаться перенести тебя в другое место и снова ждать в надежде на то, что кому-то плачущий малыш будет не безразличен, но я решил бросить эту затею, увидев, что может ждать тебя, даже если такому суждено случиться. Так я привел тебя сюда! Честно сказать, на следующий день, когда я понял, что мне не чем тебя корить, я снова подумал отнести тебя куда-нибудь, но вскоре вспомнил про свои сбережения. В итоге пришлось их все потратить. Но я не сколько не жалею, Алекс, ведь у меня получилось вырастить столь безмерно хорошего мальчика, – сказал дедуля мальчику, которого он считал собственным сыном, погладив его по голове по-отцовски.
– Почему они не хотели брать меня? – сидя на полу, спросил маленький Алекс.
– Боюсь, что они может и хотели – по крайней мере, некоторые – но не могли. А некоторые может и могли, но не хотели отягощать себе жизнь. Вообще говоря, я живу довольно долго, но так и не научился полностью понимать людей, – сказал дедуля, на вид, лет шестидесяти, сидя на своем матрасе и попивая горячий чай. Он был полностью укутан в старое, местами слегка ободранное одеяло и лишь старая поношенная белая майка виднелась на нем, но эта старая выцветшая майка шла этому улыбчивому престарелому человеку.
– Хорошо, что ты взял меня, а то меня могли бы и бездомные собаки съесть.
– Да ладно тебе, они добрые! Люди куда страшнее собак, уж поверь мне…
– Я видел, как собаки обгладывали мертвую кошку, – передернул мальчик.
– Это была не кошка, – намеренно слукавив, заявил старик. – Тебе просто показалось. Кто-нибудь выкинул им большой кусок мяса – вот они и обедали.
– Нет, деда Реми, я видел, это была кошка!
– Ты просто фантазер! – ответил Реми. – Собак главное не злить – и они тебя никогда не тронут. Особенно важно не мешать им есть – их это особенно нервирует… А так они безобидные. Как ты к ним, так и они к тебе!
Мальчику стало немного не по себе от того, что старина Реми ему не поверил. Он отвернулся от него, взял палку и начал с ней толи играть, толи просто разглядывать.
– Ладно, если еще захочешь историй, то обращайся, – улыбчиво заявил Реми. – У меня их много… И веселые тоже есть! Например, как я тебе грудному молоко искал, – это вообще просто умора. А пока иди лучше немного погуляй, а то мне сегодня что-то не здоровиться. Надо поспать…
Реми прилег на матрас, закрылся одеялом и свернулся под ним в клубок.
– Хорошо, если что, чай я положил на ту подставку, рядом, которая возле твоей головы, – сказал Алекс и побежал на улицу.
– Хорошо, спасибо! – сказал старина Реми в след мальчику.
Мальчик уже был одет в то, что принято называть лохмотьями. А что еще следовало ожидать от мальчика, живущего в подвале, брошенного всеми, кроме престарелого бездомного бродяги… Это была старая коричневая кожаная курточка, одетая поверх какой-то немного разодранной на рукаве темно-синей толстовки, и старые слегка великоватые джинсовые штаны со старыми грязными кедами.
Алекс подошел к выходу из подвала, в котором он и старик Реми уютно разместились, пережидая холодное время года. Посмотрел на моросящий дождь, который шел на улице, а затем на Реми, укутанного с виду в теплое одеяло, лежащего на матрасе возле старого котельного помещения, обогревавшего подвал. Возле старика на матрасе стояла железная кружка, от который шел пар. Этот пар освещал маленький переносной светильник с тусклым огоньком в его сердцевине.
«Выздоравливай, Реми», – прошептал мальчик, а затем, надел капюшон и шагнул на встречу дождю, чтобы увидеть своими глазами последние проблески закатного солнца, пробивавшиеся сквозь небесную мглу.
Мальчик ступил на улицу того гетто, в котором он вырос. Здесь он не чувствовал себя чужим. Мало у кого из живущих здесь жизнь была сильно лучше. Пред его взором предстали эти багровые солнечные проблески, рассекающие хмурое небо. Он глубоко вдохнул и глубоко выдохнул, направив лицо в сторону неба. При этом ощущая капли, что стремительно падали ему на щеки, лаская его кожу, словно подарок с небес, но стоило ему лишь на мгновение насладиться этими моментами, как дождь мгновенно усилился, а тучи полностью заволокли небесную гладь.
Мальчик вздохнул, подправил капюшон и прямо под ливнем отправился в путь.
Он шел по этому бедному району довольно крупного города под название Детройт. Уже успело стемнеть – в осеннее время года день погружается в ночь раньше, нежели в летнее. Мальчик наблюдал то, во что превращает людей нищета и нужда. Слева от него молодые ребята покупали наркотики неизвестного происхождения у какого-то местного барыги, и в тоже время справа какой-то продажный полицейский, размахивая своим жетоном, бил молодую девушку. Одетый не по погоде мужчина сидел на асфальтированной дороге возле выхлопов паровой городской системы, смотря в небо, в то время как капли ливня с треском влетали ему в лицо, а из квартиры рядом с ним, из окна, в котором горел свет, доносился крик пьяных мужчин и женщин. Все это омрачало и без того мрачную атмосферу, царившую в округе.
В какой-то момент мальчик, двигаясь вперед по этой улице, почувствовал странный запах вкусной еды из дома прямо рядом с ним и остановился. Этот запах совершенно не соответствовал тому, что окружало его. Это заставило мальчика подойти на крыльцо того трехэтажного многоквартирного дома, от которого шел этот чудесный запах. Мальчику точно не было понятно из какой квартиры исходил столь приятный запах, но он твердо решил, что это то место, где он хочет остаться подольше.
Мальчик присел на ступеньку крыльца под навес, что закрывал его от ливня, и начал наблюдать за дождем. Здесь ему казалось тепло. Тем не менее, края рукавов его толстовки, что не были прикрыты кожаной курткой, и капюшон промокли. Это заставило его начать старательно выжимать их, чтобы те поскорее высохли.
Как вдруг позади себя он услышал:
– Привет!
То был голос маленькой девочки, что была не сильно старше его.
– Привет… – с ропотом ответил Алекс.
– Что ты здесь делаешь? – спросила девочка.
– Просто сижу… – ответил мальчик.
– Ты от дождя прячешься?
– Можно и так сказать, – улыбнувшись ответил ей Алекс. – Хотя еще здесь довольно вкусно чем-то пахнет. Не могу понять откуда…
– Оу, это у меня, наверное… У папы на работе случилось что-то особенное, и мама в честь этого приготовила большой и вкусный ужин на всю семью.
У маленького Алекса слюнки текли от этого запаха. Он хотел попросить ее о том, чтобы та угостила его, но смог выдавить из себя лишь:
– Мм…
– Я, кстати, Энн, а ты?
– Я… скажу, если угостишь чем-нибудь!
– Да без проблем! – на удивление Алекса произнесла девочка и пошла к себе домой.
Когда она вышла и вынесла Алексу большущий кусок вишневого пирога, он и вовсе по началу потерял дар речи. Мало того, что он совершенно не ожидал такого отношения к себе от незнакомой девочки, так он еще и вишневый пирог ранее видел лишь на витринах или на картинках.
– Чего смотришь? Бери! – сказала ему Энн, протягивая кусок пирога прямо к его рту.
Он же не в силах поверить в свалившееся на его голову счастье замер без движения как истукан.
– Если не хочешь, то я съем! – тогда произнесла девочка.
Как вдруг Алекс со словами: «Нет, нет, я буду!» резко пришел в себя и, пуская слюни, резко выхватил у нее из рук этот здоровенный кусок.
Пока Алекс жадно поглощал данный ему подарок судьбы, девочка вдруг кое-что вспомнила и решила спросить:
– Так как тебя зовут?
– А-лекс! – кое-как смог произнести мальчик с набитым пирогом ртом.
Не успел Алекс получить пирог, как пирог тут же исчез, после чего маленький Алекс с набитым до отвала животом произнес:
– Как же это было вкусно…
Тогда Алексу пришла в голову мысль попросить у этой девочку еще что-то и для Реми, но, еще немного подумав, он осознал, что это было бы уже слишком нагло с его стороны и бросил эту затею.
Девочка же резко воскликнула:
– Дождь кончился!
– И правда, – произнес Алекс, посмотрев вокруг. – А ты не хочешь сходить погулять? Тут рядом есть площадка, там есть качели и горки…
– Мы с семьей только переехали сюда – и пока отец мне не разрешает гулять здесь одной. Хотя, судя по тому, что он говорил про эти места, потом он тоже вряд ли разрешит.
– Почему? – спросил ее Алекс.
– Он говорит, что это опасный район. Он надеется поскорее съехать от сюда.
– Ну, тогда можно еще немного на этом крыльце посидеть, если ты не против, конечно, – с улыбкой на лице произнес Алекс.
– Я только за! – с улыбкой в ответ сказала девочка.
Так Алекс и Энн проговорили еще несколько часов, пока отец девочки наконец не позвал Энн домой. Оказалось, что у девочки, как и у Алекса, совсем не было друзей. Так как даже учиться из-за постоянных переездов ей приходилось дома. Целыми днями она сидела в нем, словно взаперти, лишь изредка позволяя себе выйти на крыльцо дома или съездить куда-то вместе со своими родителями. Ей было не важно, как Алекс был одет. Ей было даже не важно, что порой от маленького Алекса мог исходить не лучший запах, так как ему не часто представлялась возможность помыться. Ей было важно лишь то, как он себя вел, и то, что с ним можно было болтать без устали. По крайней мере такого о ней был мнения Алекс.
В последующее время их встречи продолжались день за днем. От скуки они могли говорить часами о чем угодно. Так было и в этот день. Алекс в очередной раз после встречи с этой милой девочкой радостный возвращался к себе в родной подвал, который он считал своим домом.
– Реми, ты как? – радостно спросил Алекс, войдя внутрь подвала.
Однако старина Реми не отвечал. И так как тот лежал укутанный на своем матрасе, Алекс подумал, что он спит. В это время мальчик решил подогреть кашу, что лежала в самой холодной части подвала и время от времени кипятилась, будучи приготовленной, чтобы оставаться съедобной. Он взял большой чан с кашей, подлил в него воды и поставил на горяченную металлическую трубу, от которой шел пар. Затем Алекс решил сполоснуть кружку Реми, но когда он подошел, то увидел, что кружка полна холодного чая, что Алекс налил для Реми еще с раннего утра. Тогда Алекс вдруг резко заволновался, ведь раньше Реми никогда не оставлял эту кружку нетронутой под вечер.
– Деда Реми… – произнес маленький Алекс. – Деда Реми! – снова громко воскликнул он.
Однако Реми не откликался на зов мальчика.
Тогда Алекс взял и начал тормошить старика с криками: «Деда! Деда Реми!». Мальчик тормошил его все сильнее и сильнее, крича его имя со временем все громче, но старик был безмолвен и бездвижен. В какой-то момент Алекс перестал и со страхом в глубине души слегка приподнял край одеяла, что закрывал половину головы старика, и, ощутив ужас сердце, увидел бледное и безжизненное лицо Реми. В то мгновение Алекс положил руку на плечо Реми и попробовал еще несколько раз его потормошить, но уже без криков, после чего тот снова не подал не одного из признаков жизни. Убрав руку с холодного плеча Реми, Алекс тихо произнес: «Папа…», а после неспешно развернулся и столь же неспешно и безмолвного, будучи абсолютно потерянным, пошагал в сторону выхода из подвала.
Когда он вышел на улицу, то попросту пошел куда глаза глядят. Ему было совершенно неважно все, что происходило вокруг него. Он просто шел и шел, изо все сил стараясь не о чем не думать. Пока по воле случая или в следствии неосознанной работы мышечной памяти, не пришел к дому Энн. Хоть уже и близился закат, он знал, что та к этому времени еще не должна была спать, а также знал, из которого окна выходит свет из ее личной комнаты. Тогда Алекс осознал, что его одолевает дикое желание поговорить хоть с кем-то, чтобы хоть немного отвлечься от ужасающих разум мыслей, поэтому он решил во что бы то ни стало достучаться до своего единственного друга, коим была эта девочка. Окно ее комнаты было довольно высоко, поэтому, недолго думая, Алекс перевернул полупустой металлический мусорный бак, что стоял у здания, в котором жила девочка, и забрался на него, чтобы с горем пополам дотянуться до окна. Однако, когда он это сделал, то, к своему удивлению, не смог обнаружить ни ее, ни кото-то из ее родственников, о которых он нередка ему рассказывала. Вместо же этого он увидел в комнате престарелую женщину, а вокруг нее множество кошек и несколько собак. Тогда он подумал, что, может, что-то перепутал и решил проверить два соседних окна. Передвинув мусорный бак, он снова на его взобрался и увидел в помещении не более, чем еще некоторое количество домашних животных, которые, вероятно, также принадлежали старухе. Затем он проверил другое соседние окно, однако, заглянув в него, он и вовсе ничего не обнаружил, кроме пустого помещения в полумраке. Это сильно насторожило мальчика, поэтому он решил проверить еще больше соседних окон, но все, что он мог там увидеть даже близко не подходило по описанию к тому, о чем ему рассказывала Энн, не говоря уже о том, что и самой Энн нигде и в помине не было. Тогда мальчик в спешке проверил номер дома, но тот полностью совпадал с тем домом, в котором должна проживать девочка, что заставило Алекса еще более растеряться. Немного подумав, он понял, что у него не остается выбора, кроме как постучаться непосредственно в дверь, в надежде, что кто-то из его жителей откроет ему дверь и прояснит происходящее. Алекс подошел к двери и перед тем, как постучать вдруг вспомнил, что Энн рассказывала ему о том, что часто переезжает и что ее отец давно хотел уехать из этого довольно криминального района. «Неужто переехала!» – подумал он, а затем, набравшись смелости, постучал в дверь. Тогда, разумеется, никто после одного стука и не подумал откликаться, поэтому маленький Алекс постучал еще, а затем еще. И так стучал он в дверь настырно все сильнее и усерднее пока в один момент дверь наконец вдруг не отворила та престарелая женщина с большим количеством питомцев.
– Тебе чего, обезумивший мальчишка? – с явным недовольством прокричала женщина.
– Тут должна жить девочка… Энн, – слегка испугавшись ее, пробормотал Алекс.
– Нет здесь никакой девочки! – крикнула она. – Проваливай от сюда!
– Она должна быть здесь! – настырно возразил он. – Ее семья что, переехала?
– Какая семья? – удивленно спросила женщина. – Нет тут семей и не было! Одни наркоманы, да пьяницы! Бог не одного нормального человека в это злосчастное здание не послал…
– Как не было? – удивленно спросил Алекс. – Я с ней около двух недель каждый день тут общался! Ее мама всегда вкусно готовила, из-за чего тут всегда очень вкусно пахло! А жила она прямо там! – договорил мальчик, показав пальцем на окна.
– Ты на мои окна показываешь, малец! – настороженно заявила женщина. – Никогда здесь ничем вкусно не пахло… Тут всегда это зловоние стоит из-за местных алкашей! А ты не смей сюда больше приходить и стучать тоже, а то в следующий раз я уже не буду такой доброй – и вызову полицию!
Тогда мальчик еще раз огляделся, чтобы в очередной раз убедиться, что он именно там, где должен быть и сказал старой женщине:
– Я знаю, что она живет здесь! Или хотя бы жила…
На что женщина, в край разозлившись и схватив метлу, вдруг начала ею размахивать, при этом также начав верещать:
– Проваливай от сюда, малец! Убирайся!
Это заставила маленького Алекса не на шутку перепугаться и скорее убежать от нее прочь.
– И не смей больше возвращаться! – прокричала ему старуха в след.
Алекс бежал и уже чуть ли не рыдал. В одно мгновение он лишился всех людей, которых он считал родными. Эмоции переполняли его. Он бежал сломя голову пока абсолютно не выдохся и не упал прямо на бегу на дорожный асфальт. Тогда вдруг резко у него, казалось, отнялись силы даже на то, чтобы плакать, после чего он встал и, увидев неподалеку детскую площадку, неспешно поковылял в ее сторону. В итоге, наконец дойдя до сидения полуржавой карусели, он, будучи окончательно морально подавленным и разбитым, на нее присел. К тому времени солнце уже скрылось за горизонтом и все вокруг медленно начинало темнеть. По мимо прочего стремительно холодало, однако Алексу совершенно не хотелось возвращаться домой, ведь там находился побледневший и холодный труп человека, который его вырастил. Лишь тяжело вздыхая, сидя на полуржавой карусели и смотря вниз, Алекс мог продолжать свое существование в эти мгновения.
Вдруг пока Алекс прибывал в состоянии где-то между бессмысленного самобичевания и прострации из-за угла дома на фоне уличного полумрака появилась свора бродячих собак. Их было так много на одного маленького Алекса, что тот, когда их увидел, резко позабывал о всех своих невероятно тягостных проблемах и быстро начал думать, о том, как бы поскорее от сюда удрать, да так, чтобы те его не заметили. Однако свора бродячих собак, к его несчастью, заметила его так же быстро, как и он их, что заставило их тут же ринуться к нему не встречу. Увидев быстро приближающуюся свору, Алекс сначала подумал молниеносно дать деру, но затем вдруг вспомнил о том, что Реми за все то время, что они жили вместе, крайне многому успел научить Алекса. Одно из таких учений было о том, что бесполезно убирать от собаки, если ты не чемпион мира по бегу. Их, как правило, это еще сильнее стимулирует к погоне, так как в бегущем они обычно видят свою добычу, исходя из своих природных инстинктов. А лучшим же выходом из подобного положения будет не делать абсолютно ничего. Просто замереть, как статуя, или можно просто притвориться уже мертвым. Именно так маленький Алекс, послушав собственный разум, и поступил. Собаки же, подойдя к нему, довольно быстро окружили мальчика и начали его обнюхивать, а также наворачивать вокруг него круги. В эти мгновение мальчик еле сдерживал собственное волнение, но эта страшная собачья вакханалия завершилась так же быстро, сколь она началась. Собаки, на удивление Алекса, просто расселись или разлеглись вокруг него, будто у себя дома.
– И что? Вы меня не скушаете? – растерянно пробормотал Алекс.
Как вдруг ему послышалось вполне себе человеческим голосом:
– Кушать? Тоже мне… Этих кожи, да костей максимум на поиграться хватит.
– Кто это сказал? – резко воскликнул мальчик.
Алекс огляделся, но никого, кто мог бы сказать такое, не было обнаружено.
– Кому он это? – вдруг снова послышалось Алексу.
– Да кто это говорит? – воскликнул Алекс, из-за чего некоторые собаки резко встали.
– Это же он не о нас? – послышалось снова.
– С чего бы людям нас понимать? – опять донеслось откуда-то от кого-то другого.
– Это же не вы сказали, да? – изумленно вопросил Алекс.
– Кажется, он все же нас понимает.
– Да, нет. Такого быть не может!
– Я вас слышу! – воскликнул Алекс.
Тогда еще больше собак резко вскочили, а несколько и вовсе приблизились к нему, встав прямо перед ним.
– Что я говорю, маленький человек? Ты правда понимаешь меня?
– Да, понимаю… – удивленно заявил Алекс, смотря в глаза псу, что смотрел прямо на него. – Но как ты говоришь, ведь твой рот совсем не двигается.
– Он нас понимает?
– Как?
– Неслыханно…
– Тихо все! – вдруг заявил пес, что стоял прямо перед Алексом, грозно рявкнув в сторону остальных, а затем спросил мальчика: – Кто ты такой, маленький человек, и почему нас понимаешь?
– Наверное, я совсем свихнулся… – резко зарыдав, произнес Алекс. – Деда Реми оставил меня. Мой единственный друг просто исчез… А может ее и вовсе не было?.. Что со мной такое!
– Кажется, у него какие-то проблемы… – донеслось от кого-то из собак.
– С тобой все хорошо, маленький человек? – спросил пес, что стоял прямо перед Алексом.
– Сегодня умер мой отец, пока я гулял с, кажется, воображаемый подругой. Так что – нет, не все! – воскликнул Алекс, рыдая.
– Может быть тебе помочь чем, маленький человек? – спросил Алекса пес.
– Зачем нам помогать ему, Нэй? – вдруг сказал другой пес, обращаясь к псу, что говорил с Алексом. – У нас и своих проблем хватает. Нам еще кучу еды надо добыть, например!
– Ты прав Болл… но давно ли ты последний раз видел человека, способного с нами разговаривать?
– Эм… Никогда! – ответил Болл.
– И я о том же! Вдруг он будет нам полезен. Мы поможем ему, а он нам! – заявил Нэй.
Алекс же, выслушивая собачьи разговоры, просто пытался прийти в себя, думая, что сходит с ума.
– Так чем мы можем помочь тебе, маленький человек?
– Вы это со мной, да? – спросил растерянный Алекс.
– Я не вижу вокруг других маленьких людей…
Алекс же снова зарыдал со словами:
– Я точно спятил!
Собаки же поглядели друг на друга и пес по имени Нэй, что стоял прямо перед Алексом, вдруг резко несколько раз грозно гавкнул в сторону плачущего Алекса, от чего тот резко перестал рыдать.
– Перестань это делать, маленький человек, и ответь нужна ли тебе помощь! – заявил Нэй.
– Помощь? – спросил Алекс, вытирая свои слезы. – Вряд вы сможете помочь мне воскресить деду Реми. Или хотя бы его похоронить… Хотя… Он всегда хотел, чтобы его кремировали…
– Мы не можем воскрешать людей, но мы можем помочь тебе кремировать твоего деду Рэми, если ты имеешь ввиду сжигание его мертвого тела, конечно, – заявил Нэй.
– Но ты при этом поможешь нам добыть еду! – немного недовольно добавил Болл – и все собаки вокруг дружно поддержали его лаем.
– Вы правда можете помочь? – спросил мальчик.
– Похоже, что только, если ты после этого поможешь добыть пропитание для моей стаи, но да – мы поможем тебе!
– Похоже, что и у безумия есть свои плюсы… – вдруг, грустным неуверенным голосом произнес Алекс и наконец с трудом встал с сидения карусели. – Пойдемте, я покажу вам, где он! А то я тут уже замерз… – потирая свои плечи, добавил мальчик.
И пошли они по темной и безлюдной улице города Детройт.
По пути Алекс продолжал слушать разговоры собак между собой, которые немного поведали ему о них. Например, о их ведении кочевого образа жизни из-за того, что их постоянно гоняют некоторые злые люди или о том, что с пропитанием ближе к зиме становится все хуже и хуже, а также о том, что Нэй уже целых три года является вожаком их немногочисленной стаи.
Когда же они наконец пришли на место, то Алекс поначалу совершенно не горел желаем снова заходить в подвал, где его ожидало мертвое тело Реми. Собаки же почти всей своей сворой вошли внутрь после того, как вошел Нэй. Одна же из тех собак, что остались снаружи, вдруг сказала ему женским голосом:
– Иди! Чего ждешь?
После чего Алекс посмотрел на оставшихся снаружи собак и, найдя в себе силы, все же вошел внутрь.
Внутри собаки уже расселись вокруг матраса, на котором лежал умерший Реми. Алекс же, увидев это, медленно подошел к ним, встав прямо возле трупа.
– Заверни его в этот матрас и одеяла и подвяжи все! – сказал Нэй. – Сейчас на улице темно и безлюдно. Отличное время, чтобы волочить человеческий труп по улицам, не привлекая лишнего внимания!
Алекс же вздохнул и покивал своей головой, неспешно начав выполнять просьбу Нэя. Мальчику было тяжко смотреть в глаза мертвецу, которого он некогда видел в живых, поэтому первым делом он завернул в одеяло его голову, а уже затем все остальное тело. После этого Алекс взялся за ножницы и самую старую простыню, что он смог найти вокруг. Из нее он сделал множество веревок. Затем он снова подошел к обернутому в одеяло с головы до ног трупу Реми – и начал заворачивать его еще и в матрас, на котором тот лежал, попутно подвязывая то, что получилось. Так немного времени спустя он завершил все приготовления к транспортировке трупа.
– Теперь наша очередь! – сказал тогда Нэй Алексу. – Давайте! – затем сказал он остальным, а после ухватился зубами за матрас и начал рывками оттаскивать обернутый труп. Остальные же тут же пришли своему вожаку на помощь.
Так медленно, но верно и не без помощи Алекса им удалось вытащить мертвеца из подвального помещения на улицу, однако впереди был все еще довольно долгий путь – и волочить труп подобным образом было бы не очень целесообразно. Это сподвигло маленького Алекса пустить еще одну простыню на веревки, которыми он обвязал некоторых псов и которые он также привязал к матрасу за его обвязки, что значительно должно было ускорить транспортировку трупа до места назначения.
В конце концов Алекс, закинув и себе на плечо одну из этих веревок, устало произнес:
– Ну, что… Давайте в сторону леса…
После чего некоторые псы залаяли – и груз тронулся с места. Так они двинулись вдоль полу-безлюдных улиц ночного города в сторону его лесистой окраины.
Людей на их пути встретилось крайне немного, а те, которым довилось увидеть эту странную картину с псами и мальчишкой, что волочили нечто в матрасе по улицам, давно привыкли к тому, что порой им мерещится всякое.
Хоть собаки и могли перемещать этот груз быстрее, они дружно решили не спешить из-за медленного маленького человека, из-за которого все это вообще было затеяно, поэтому половину ночи он потратили на дорогу до леса, а, прибыв на место рядом с кладбищем, еще столько же времени они потратили добычу и укладку крупных дров и палочек под розжиг. Когда же все приготовления наконец завершились, на горизонте уже медленно начало появляться рассветное солнце.
– У тебя же есть то, чем это можно разжечь? – спросил Болл.
Алекс посмотрел на пса и достал из кармана металлическую зажигалку, после чего зажег ее и поднес огонь к некоторому количеству бумажек в основании кучи из палочек и крупных бревен, которыми был буквально закидан обернутый в матрас труп Реми. В итоге большой костер зажегся и немного спустя поистине воспылал.
– Прости меня, Реми… – пустив слезу, произнес Алекс. – Надеюсь в ином мире тебе будет лучше…
Еще немного времени стая и мальчик лицезрели пылающий костер, однако, когда солнце полностью взошло из-за горизонта, а костер почти потух, маленький Алекс, взяв ошметок от тряпки, собрал в него часть пепла с краю костра, отнес к дереву и присыпал его прямо под ним, положив на него еще и несколько камней. Только после этого, уже начав зевать на пару с некоторыми псами, Алекс наконец отправился обратно в родной подвал.
Спустя некоторое время безмолвного пути, Алекс наконец добрался до своего дома, войдя в который, он, будучи невероятно уставшим, почти мгновенно плюхнулся на свой матрас – и на этот раз он делил свое лежбище и кров уже со своими новыми лохматыми друзьями.
…Проснулся Алекс уже на следующее утро прямо на рассвете. К тому времени собаки уже успели устроить какую-то суматоху вокруг, будто бы готовясь к чему-то важному. Алекс, увидев это, был изрядно удивлен.
– Я думал, что это был сон, – заявил он, потирая свои глаза. – Вы чего тут делаете? – спросил Алекс.
– Готовимся к охоте! – в ответ заявил Нэй. – Мы собираемся в лес… Может и по пути что перепадет!
– Так вы добываете себе еду охотой? – спросил Алекс.
– В основном, – ответил Нэй, – но у нас есть и особые члены стаи. Такие, как Макс. У него лучше получается заниматься попрошайничеством, потому что его миловидная внешность слишком нравится людям.
– Хм, – произнес Алекс, оглядевшись. – Не вижу таких… Наверное, ты про того с идеально чистой шерстью?
– Да, – ответил Нэй, – именно. Он уже убежал выполнять свой долг для стаи! А нам еще только предстоит… И тебе, если ты не позабыл о нашем уговоре!
Алекс, услышав это, потянулся, нехотя кое-как встал и сказал:
– Да помню я, помню…
Пока собаки договаривались о том, где, как и за кем они будут охотиться, Алекс неспешно проследовал до ближайшего мешка, в котором располагалась куча пакетов с различными крупами для каш.
– Вот! – сказал Алекс, бросив мешок рядом с Нэем. – Это можно приготовить в том большом чане! Вам на всех хватит! А то я один все это и за год, наверное, не съем. А там можно будет еще раздобыть…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?