Читать книгу "Зима, любовь, экстрим и хаски"

Глава третья

Даниил

Я стоял и смотрел, как Тема и здоровяк по имени Костя споро разгружают нашу машину. Как только ушла Алена, показавшая мне домик охотника, сразу же метнулся в душ, надеясь хоть как-то справиться с накатившим ознобом. За последние несколько суток я выдохся и невероятно устал. И сейчас думал только о том, чтобы рухнуть в нормальную постель и проспать часов двенадцать, не меньше. Но стоило мне выйти из душа, как у крыльца, сообщая о прибытии, засигналили машины. И следом заскулил Сильвер, которого из-за грязных лап Алена не пустила в дом.

Я поплотнее закутался в пушистый банный халат и остался ждать друга в просторной кухне-гостиной.

– А тут ничего так, – с порога оценил наше новое жилье Артемий. – Не Красная Поляна, но сойдет.

– Не ерничай, – ответил я и подошел к окну. – Кстати, виды здесь изумительные.

Дом стоял на самом краю обрыва. Внизу, разбиваясь о пороги, шумела река, особенно полноводная сейчас из-за дождей. И кругом были сосны. Невероятно высокие и прямые, закрывающие собой полнеба. И, должен признать, дышалось тут отлично. Что-то совершенно дикое, первобытное было и в этой природе, и в этом месте, и в людях. Настоящий медвежий угол. Лощеной Красной Поляне и не снилась такая искренняя простота. Повинуясь какому-то странному порыву, я распахнул окно и по пояс высунулся наружу.

– Эй, Царевич, совсем головой тронулся? – пробормотал Темка, подходя ближе.

– Все в порядке, – ответил я. – Просто впервые за несколько суток меня не тошнит.

– Кстати, – воскликнул Артемий. – А что тут у них насчет ужина?

– Вне сезона кухня закрыта. Но в доме есть кухонный уголок, продукты в поселке километрах в десяти. Сегодня нас ждут на ужин в гостиной большого дома.

– Большого дома? – переспросил Тема.

– Это тот, где ресепшен, – пояснил я.

– А-а-а… – протянул Артемий, но было видно, что он ничего не понял.

– С ревизией пойдешь завтра, – решил я.

– Угу, или послезавтра. Как высплюсь. До открытия сезона у нас еще полтора месяца.

– Месяц, даже меньше, – возразил я. – В начале декабря нужен рекламный тур для туристических обозревателей. Иначе пролетим в этом сезоне.

– Ты это местным скажи, – обиженно буркнул Тема. – Я справлюсь даже один.

Я не стал дальше спорить.

В свои двадцать два Артемий уже успел побывать сушефом в двух весьма популярных ресторанах курортного Сочи. Но в силу вредного и взбалмошного характера вылетал отовсюду без рекомендаций. Маменька моя его обожала, но даже она не смогла найти того, кто рискнул бы взять к себе Артемия Гуреева.

Я рискнул. Но, признаюсь, у меня не было другого выбора. Вряд ли за сутки я смог бы найти человека, готового следом за мной отправиться в ссылку в «Медвежий угол».

Эх, папенька! Ну зачем тебе сдалась милая девочка Ника?! Ведь все было так хорошо!

Маменька – на водах в Карловых Варах, я – в Красной Поляне, ты – в Сочи. Большая и, главное, дружная семья! Как можно было все так бездумно разрушить?

– Дань, ты чего затих? – спросил Темка.

Я вздрогнул. Что это на меня нашло? Неужели тоска по дому?

– Мы про кухню, если что, разговаривали, – напомнил друг и добавил серьезно: – Я справлюсь, Дань. Честно. И без приколов, обещаю. Мне тоже отступать некуда.

– Было бы с чем справляться, Тем! Ты местных видел? Не удивлюсь, если они на нас ночью спустят всех своих собак. Сколько их, кстати?

Артемий посмотрел на меня как-то странно, но все же спросил:

– Дань, ты бредишь? Правда заболел, что ли? Нормальные люди здесь. Совершенно нормальные.

– Ага, – ответил я и почему-то вспомнил язвительную усмешку Зои и ее голубые глаза. – Нормальные. Особенно Зоя Витальевна. Или как ее там?

– Нет, ты точно бредишь! – вынес вердикт Темка. – Давай-ка в постель, друг. Хороший сон сделает из тебя человека!

– Там Сильва на улице, холодный и голодный! – напомнил я.

– Спать иди, я сказал! – прикрикнул Артемий. – С Сильвером мы без тебя разберемся!

Я благодарно кивнул и, прихватив сумку с вещами первой необходимости, скрылся в самовольно занятой спальне на первом этаже.

Спальных комнат в домике охотника было всего две. Одна – внизу, вторая – в мансарде. Первая – совсем крошечная, темная, но очень уютная. Единственное окно выходило на обрыв. Высокая кровать, комод, шкаф и идеально подходящее Сильверу кресло. Избалованный моей бесхребетностью пес на дух не переносил нормальные лежанки. А диваны обожал. Пока я наспех разбирал вещи в поисках домашних штанов и чистого белья, мысленно вернулся к мелкой девчонке и ее собаке. Тоже миниатюрной, поджарой и строгой. Совсем как ее хозяйка. Я вспомнил, как Лаки дала Сильверу отпор, и усмехнулся.

На кухне Тема застучал дверцами шкафов. Следом зашумел чайник. Я упал на кровать, уверенный, что сон не придет. Меня по-прежнему трясло, а мозг был слишком взбудоражен ворохом новых впечатлений. Хотел дождаться чая и потом уже решить, стоит ли до ужина вообще пытаться уснуть, но вырубился, едва прикрыл глаза.

– Дань, Данька! Нас ждут! – Артемий настойчиво тряс меня за плечо. Рядом, требуя внимания, жалобно скулил Сильва. – Царевич, ужин через полчаса, слышишь? Я не мог отказать Алене.

Я с трудом разлепил глаза и широко зевнул. Сел, плохо понимая, что от меня хотят. Разбитость, преследовавшая меня с утра, никуда не делась. Кажется, стало только хуже. Отчаянно гудели ноги и ныла спина. Но на ужин идти необходимо. До начала сезона осталось слишком мало времени, а дел в «Медвежьем углу» было невпроворот. В конце концов, кто-то же должен объяснить этим ребятам, что такое современный экоотель?

Артемий смотрел на меня как-то странно.

– Что? Хреново выгляжу? – не удержался от вопроса.

– Есть такое дело, – хмыкнул друг.

– Паршиво… – Я потянулся и поскреб заросшую щетиной щеку. – Может, кофе?

– Сдурел? – возмутился Тема. – Так, Царевич, быстро взял себя в руки и собрался. Публика жаждет быть представлена новому хозяину.

– Это звучит отвратительно! – заметил я, а Сильвер радостно тявкнул, поддерживая.

– Собирайся уже, барин! – произнес Артемий и закатил глаза. – Ребята реально готовились. У них судьба решается, между прочим.

– А у меня нет?

– У тебя неделю назад решилась, – напомнил лучший друг. Я швырнул в него подушкой. Тема немедленно вернул мне ее обратно.

– У тебя десять минут, Царевич! Потом пойдешь искать большой дом один!

Я скрипнул зубами, поднялся и пошел в ванную. Деревянный пол под босыми ногами был ледяным. Про теплые полы в «Медвежьем углу» не слышали.

Почему комнату за стойкой администратора называют именно гостиной, я понял, едва мы с Артемием пересекли порог большого дома.

В этот раз нас явно ждали и готовились. Из темной, сумрачной комнаты, какой она показалась мне утром, гостиная превратилась в просторный светлый зал с удобной мебелью и высоким потолком, уходящим под самую крышу. Рядом с камином был накрыт стол на восемь персон. У дальней стены я заметил стеллаж с книгами и настольными играми, а также музыкальную систему и проигрыватель виниловых пластинок. Из колонок лилась «Баллада Аделины» Клайдермана.

Все были уже в сборе. Девушки, Алена и другая, чье имя я не запомнил, сидели на диване с бокалами в руках и увлеченно болтали. Здоровяк Костя, кажется муж Алены, что-то терпеливо объяснял Зое. Еще двое ребят играли в шашки. Но стоило нам с Темой зайти, как все разговоры стихли. Парни тут же поднялись, следом за ними вскочили и девушки. Зоя обернулась, окинув меня придирчивым взглядом, а Костя улыбнулся и отсалютовал стаканом с виски. Или это был коньяк. Мне вдруг стало ужасно неудобно из-за того, что я вот так бесцеремонно вмешиваюсь в чужую налаженную жизнь. Ситуацию исправил Артемий, с порога заявив:

– Всем привет! А вот и мы! Офигеть, как у вас тут прикольно!

– Добрый вечер! – ответила Зоя и улыбнулась. – Добро пожаловать в «Медвежий угол».

– Добрый, – произнес я и вежливо кивнул, судорожно думая, что можно еще сказать.

Ситуацию спасла Алена. Она мягко взяла Зою под локоть и приветливо защебетала:

– Даниил, это Зоя. Зоя Воронцова. Думаю, ее вы забыть не успели.

– Не успел, – усмехнулся я. – И давайте на «ты», если никто не против?

– Не против, – согласилась Алена. – Зоя у нас отвечает за питомник.

– «Северная звезда», кажется? – вежливо поинтересовался я.

– Совершенно верно, – ответила Зоя.

На фоне фигуристой Алены она выглядела худым угловатым подростком. В широком вороте безразмерного темного худи видны тонкие ключицы. Прозрачная до синевы кожа с еле заметным румянцем на щеках. Темно-русые волосы и голубые глаза. Пухлые губы и тонкий точеный носик. Острый подбородок упрямо вздернут. Роста она небольшого, едва достает мне до плеча. Но от низкого, хрипловатого голоса почему-то по спине начинают бегать мурашки.

– А это Ольга. Ольга Захарова, – представляет Алена еще одну девушку, высокую брюнетку с асимметричной короткой стрижкой, открывающей унизанное кольцами ухо. Она одета в черную футболку с портретом Курта Кобейна и потертые черные джинсы.

– Даниил, – представляюсь я и добавляю: – А это мой друг Артемий Гуреев.

– Привет, – радостно здоровается Тема. – Классная футболка.

– Спасибо, – отвечает девушка и смущенно краснеет.