Книга: Мешок с шариками - Жозеф Жоффо

Обычные дети, но узнавшие все о гонениях евреев, рано им пришлось распрощаться с детством. ______ ️....Мою жизнь не забрали, но, сделали нечто похуже - забрали мое детство, убив во мне ребенка, которым я мог бы быть....

Книга от лица автора в свои 10 лет, как он понимал происходящее, как запомнил. Как они с братом не просто выживали, а умудрялись даже в это тяжёлое время заработать. Как им приходилось врать ради спасения....

Здесь нет излишней драмы, как в других подобных историях, простота, юмор, наивность и детский оптимизм.

Но несмотря на лёгкость повествования она способна затронуть глубокие чувства от которой невозможно оторваться. Откровения ребенка, с чем пришлось столкнуться десятилетнему мальчику в оккупированной стране.

Рекомендую любителям жанра.

Теперь они не просто дети, а евреи - виноватые в том, что идёт война! 

Жозеф и Морис жили в Париже со своими родителями и старшими братьями. Но однажды, на порог их дома пришла война! И братьям пришлось повзрослеть. 

Ради спасения семьи, они разделись и подались в бега. Главное не попасться в руки фашистов. 

Братьям Жоффо пришлось в одиночку преодолеть все тяготы военных времён и постараться выжить! И знаете, что самое удивительное/странное? Им это удалось! 

Морису и Жозеф удалось выжить в этом жестоком мире. 

Я уже много раз говорила, и снова повторюсь, люблю истории на реальных событиях, а эта книга, не просто на реальных событиях оно автобиографическое. 

Просто невероятно, как десятилетний Жозеф и двенадцатилетний Морис сумели не просто выжить, но и умудрялись зарабатывать в те тяжёлые годы. 

Страшно и странно, что родители рискнули отправить маленьких (да, да, в моем понятии они ещё маленькие) детей, одних в большой и суровый мир. Но в то же время я понимаю, что в тяжёлые времена нужны сложные меры, и возможно это был их единственный шанс выжить. 

От этой истории мурашки по коже. И я очень рада, что мальчикам удалось избежать лагеря смерти.

Париж, 1941 г. беззаботная жизнь юных братьев Жозефа и Мориса, в которой трагедией было проиграть в игре в шарики, заканчивается. И начинается период полный тревог и страхов за себя и жизнь своей семьи. Отец, снабдив их деньгами, объясняет, что теперь им нельзя говорить, что они евреи и это спасет их жизнь. Дети отправляются в опасный путь к старшим братьям, которые живут в другом городе и где пока безопасно.

Поначалу все воспринимается, как игра, в глазах детей еще плещется задор и любопытство. Но то, что они наблюдают в своем «путешествии» быстро приводит их в чувство, так по частицам они прощаются с детством…

А дальше шкала испытаний растет в своей мощи и все чаще становится видна реальность человеческой жестокости и несправедливости. История рассказывается от лица автора в детстве, чувствуется, что где-то не до конца они с братом понимали, что ходят на волоске от гибели. Но им часто встречались добрые люди, которые становились ангелами-хранителями, иначе и не скажешь.

Читается книга очень легко, несмотря на тяжелую тему. Я бы эту книгу даже детям рекомендовала прочитать. Здесь нет излишней драмы, что надорвет сердце, сохранилась среди строк нотка детского оптимизма. Где-то история наивна, где-то очень проста, но это не отменяет значимости и трагичности тех событий. Они проявляли храбрость по-своему, преодолевали желание сдаться, бросали вызов. Но как же тяжело им было понять, что в один миг они, вдруг, стали теми, кого надо уничтожить…

Париж. 1941 год. Роман начинается, казалось бы, с самого обычного дня для десятилетнего мальчика, который только что проиграл в шарики своему двенадцатилетнему брату возле парикмахерской их отца. Но уже на следующий день Жозеф и Морис - два обычных мальчика понимают, что они не совсем обычные. Они – евреи. Отец поступает с ними так же, как когда-то и с ним поступил его отец, во времена царской России: снабдив их деньгами, он отправляет их прочь из дома в свободную зону с инструкциями, как найти своих старших братьев, уже покинувших Париж.

Для двух подростков это было путешествие, в котором опасность была самой настоящей, но и радость совместного приключения была не менее реальной. Эта радость отчетливо проявляется на страницах первой части романа, где трудности легко разрешаются, а иногда даже случаются чудеса. Во второй половине романа повествование плавно переходит в другое русло. В какой-то момент, и мы не сразу замечаем это, страх берет верх, каждый новый побег становится мучением, а радость от нового полностью исчезает. В какой-то момент рассказчик признается в своих чувствах: он смирился с тем, что жизнь должна быть такой, в его путешествии больше нет игры, но он продолжает идти вперед, не сомневаясь, потому что это его единственный шанс на выживание. На протяжении всего романа мы следим за приключениями братьев, их семьи и людьми, которых они встречает на своем пути. Мы взрослеем вместе с ними и задаем себе те же вопросы. Почему все это происходит? Мы понимаем, какими простыми могут быть вещи, события, которые приходят и уходят, встречи, которые могут изменить жизнь, мелочи, которые могут спасти жизнь, скрасить ее, вызвать улыбку на лице.

Роман читается легко, пожалуй, даже слишком легко. Жозеф Жоффо уже взрослый: война и побег в свободную зону - далекие воспоминания, когда он решает написать свою историю, но он решает доверить повествование себе ребенку, тому десятилетнему мальчику, который мог удивляться морю, движению поезда и дорогам, отличным от тех, на которых он вырос.

Несмотря на тяжелую и серьезную тематику, настроение и атмосфера романа полностью противоположны: простота, юмор и наивность реальности глазами ребенка завораживают и увлекают. Здесь есть захватывающие и уморительные ситуации, далекие от времени, в котором живем мы сейчас, но в своем собственном мире и по своим собственным правилам в условиях жестокой войны.

Жозеф Жоффо:

Зачем я написал эту книгу? Конечно, я мог бы спросить себя об этом до того, как взяться за перо, это было бы логичнее, но жизнь часто не подчиняется логике. Книга написалась сама собой – возможно, мне это было необходимо. Я говорю себе, что сын прочтёт её позже, и этого мне достаточно. Отбросит ли он эту книгу, посчитав её копанием в прошлом, или, напротив, задумается над ней – теперь решать ему...

Не копание в прошлом, а память, на генетическом уровне, если угодно, память, которая должна быть, жить и оставаться ориентиром к действию.

В то время все школьники ходили в чёрном. Детство в трауре. В 1941-м это было как предзнаменование.

Тихая и приветливая к евреям Франция потихоньку превращается в мясорубку. Сначала хватают евреев, родившихся в других странах. потом начинают мести всех подряд. Семейство Жоффо - папа, мама, пятеро детей, из которых трое старших - около 20 лет - не ортодоксальные евреи. Они даже почти не бывают в синагоге, то есть виноваты только в этнической принадлежности. Если бы ещё были богаты - тогда хоть понятно, за что следовало бы на них настучать, да зачем было бы их отправлять в лагерь. Но нет - просто у них есть парикмахерская, где отец и работает целыми днями вместе с двумя старшими сыновьями. И наступает день, когда все евреи должны начать носить жёлтую звезду. Детский взгляд: она похожа на орден, и друг-одноклассик Жозеффа предлагает ему целый мешок шариков за неё, а это целое богатство в краях, где царит петанк... Ни настоящий француз, ни еврейский мальчик не понимают, что происходит, что за звезда такая... Но Жо и его брат Морис получают подробное описание всего, что творится вокруг, и что будет дальше, от своего папы, большого мастера рассказывать истории...

– Ты ведь знаешь, что теперь нужно сделать? – Нет. – Стать лучшим в школе. Понимаешь, почему? – Да, – говорит Морис, – назло Гитлеру.

Когда проницательный отец понял, что не обойдётся, он отправляет младших детей, по нашим временам совершенно по-варварски: одних, с очень небольшой суммой денег, в переполненном беженцами поезде, - на юг, для попытки перехода в свободную зону. Жоффо отмечает в своих комментариях, что ему часто задают вопрос, как же родители могли так сделать, как отважились. И он объясняет, что, во-первых, речь шла о жизни и смерти, а во-вторых, дети были слегка другие. Хотя дети, по его мнению, всегда одинаковы...

Меня всегда изумляют современные «пространства для детей», о которых говорят архитекторы, все эти песочницы, тобогганы, качели и многие другие штуки, которые теперь полагается иметь в новых скверах и домах. Созданные людьми с ворохом дипломов по детской психологии, эти площадки бесполезны. Детям там неинтересно.

Странствие двух мальчишек лет 10-12 длиной почти в два года, до освобождения Франции, и есть основной сюжет книги. Что тут самое тяжёлое: это видеть, как чистые душой, хоть и хулиганистые сорванцы, начинаю потихоньку опускать моральную планку. Всё, чему учили дома, всё, что пытались привить в школе, начинает растворяться, как дым...

Мне вспоминается урок морального воспитания старого Булье: «человек должен всегда говорить правду», «лгунам никто не верит» и всё в этом духе. Чёртов трепач, сразу видно, что гестапо за ним никогда не гонялось.

Но детский взгляд по-прежнему остаётся неподкупным и незамутнённым, подмечая вокруг трусость одних и бегающие глазки других, смелость незаметных людей и жестокость тех, кто считался добрым.

Двое солдат, которые стерегли нас, всё ещё здесь. Тот, что ударил меня, курит. Тихонько рассматриваю его. С ума сойти, насколько у него заурядное лицо, вовсе не зверское – но почему же тогда?

Есть и довольно много эпизодов, произошедших уже после того, когда немцы уши: с обритыми девушками, на щеках которых нарисованы свастики, с петенистами, расстрелянными за углом. Отнимать право на месть - насколько это справедливо, думает Жо, проживший долгое время вот в таком состоянии:

Может быть, где-то в глубине души я уже перестал цепляться за жизнь. Просто-напросто механизм запущен, и эта игра продолжается – по правилам, добыче полагается убегать от охотника, а я ещё могу бежать и сделаю всё, чтобы не доставить им удовольствия поймать меня.

Если вы не решаетесь читать книги о гонениях ( какое мягкое слово, по сравнению с историческими фактами) фашистов на евреев, опасаясь именно тяжести темы, но интерес к ней есть, стоит почитать эту книгу. Она информативна и всё-таки чуть полегче стопроцентно документальных книг.