Книги жанра Книги о войне
Жанр: Книги о войне, Современная проза
Воспоминания Героя России Альберта Маратовича Зарипова в основном касаются января 1996 г. Тогда он, будучи старшим лейтенантом и командиром группы, и его товарищи из 22-й отдельной бригады специального назначения ГРУ ГШ стали единственной преградой на пути прорывающейся в Чечню банды Радуева. Причины того, что при (теоретически) подавляющем превосходстве в людях и технике, отражать прорыв радуевцев пришлось (практически) горстке наших солдат и офицеров, Зарипов очень подробно объясняет в своей книге. В бою Альберт Зарипов был ранен: пуля вошла в левый висок и вышла из правого глаза. Из-за врачебной ошибки полностью утратил зрение. После этого написал несколько книг.
От автора: Уважаемые читатели! Мне по-прежнему дороги как ваше внимание к моим произведениям, так и ваши отзывы на них, поскольку ваша незаинтересованная точка зрения представляет для меня особый интерес. Направляйте свои отзывы, комментарии и пожелания на мой почтовый ящик RG613@yandex.ru.
Не забудьте указать произведение, к которому вы направляете отзывы. Надеюсь на ваше понимание и поддержку.
Альберт...
Жанр: Книги о войне, Современная проза
16+
«По своему обыкновению, майор Александр Степанович Махонин въезжал в занятый населенный пункт вслед за своими штурмовыми группами, когда, бывало, уничтожение и рассеяние противника еще не было окончено и бой еще догорал кратким автоматным огнем в истлевших русских избушках или где-нибудь возле уцелевших овинов и малых однодворных бань. Жизнь вот-вот должна сызнова заняться в этих обжитых, еще не остывших крестьянским теплом...
Жанр: Книги о войне, Современная проза
«Он был самым старым человеком в районе, а может быть, и во всей Башкирии, и его звали всего чаще не по имени – Ягафар, а по старости – бабаем, что означает по-башкирски дедушка, старик.
От старости лет с бабая сошли все волосы – и с головы, и с лица, и он стал голым, мягким и нежным на вид, как...
Жанр: Книги о войне, Современная проза
«… Когда моряка Никулина, бывшего шахтера из Донбасса, доставили в госпиталь, дежурный врач безнадежно сказал:
– Двое суток – больше не вытянет. Удивляюсь, как его довезли.
Моряк и в самом деле был очень плох. Весь изрешеченный пулями и осколками, он даже не стонал, лицо покрывала синеватая бледность, так хорошо знакомая врачам. Позвали Сергея Дмитриевича. И здесь, над распростертым, почти бездыханным Никулиным, начался у него с дежурным врачом спор, перешедший даже в легкую ссору.
– А я вам говорю – выживет! – горячился Сергей Дмитриевич. – Вы на грудь посмотрите, на бицепсы! Если такие у нас помирать будут – куда мы с вами годимся? На камбуз нас, картошку чистить!
– Но такая потеря крови! – говорил дежурный врач. – Пробито легкое. Он безнадежен.
– Я запрещаю вам произносить это слово. В моем госпитале врачи должны верить. Врач без фанатической веры в медицину – это, извините, не врач, а холодный сапожник!
– Я просил бы… – обиделся дежурный и, выпрямившись, застегнул верхнюю пуговицу своего халата.
– Довольно! – строго начальственно прервал его Сергей Дмитриевич, выпрямившись, в свою очередь....
