Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

Перед вами – сборник статей «Россия и судьба мира». Все, кто причисляет себя, так или иначе, к русской культуре, думают о России. И те, кто родился в России и те, для кого Россия – историческая Родина. Какова ее роль в судьбе человечества? В настоящем и в будущем? Ей по праву принадлежит достойное место в истории цивилизации – так думает большинство российского...

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

Когда «Сноб» напечатал первую колонку Арины Холиной, читатели расстроились: фу, пошлость! Прошли годы. Случились Крым и Сирия. Упали «боинг» и «аэробус». Взлетели евро и доллар. И оказалось: единственное, что волнует людей по-настоящему, – их тела. И как этим телам наладить отношения с другими телами. Людям не очень-то хочется знать про нефть. Они хотят знать, чего хочет женщина. И чего боится мужчина. И как между ними случается секс. И куда, наконец, он делся. Перед вами – книга Арины Холиной, главного секс-колумниста...

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

Игорь Борисович Чубайс – россиевед, доктор философских наук, автор публикаций о нашей стране, адресованных одновременно и экспертам, и самой широкой читательской аудитории.

В своей новой книге Игорь Чубайс подробно разбирает политику Владимира Путина. По мнению автора, несмотря на официальную пропаганду, мы имеем дело не с «вставанием с колен», а с углубляющимся российским системным кризисом. Автор выявляет причины, время и механизм формирования этого кризиса. Он показывает, чем следует заменить путинскую систему управления, как можно вывести Россию из тупика, на чем должна основываться будущая политика нашей...

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

Известный телеведущий Игорь Прокопенко работал над этой книгой двадцать лет, в нее вошли поистине сенсационные материалы: рапорты военных летчиков об атаках НЛО, доклады командиров атомных подводных лодок о встречах с объектами внеземного происхождения, отчеты начальника спецразведки ВМФ, директивы Главкома ВМФ… В этой книге нет ни строчки слухов и домыслов.

Почему же тема пришельцев до сих пор не воспринимается всерьез официальной наукой? Может быть, потому, что придется пересматривать картину мировой истории? Менять оценку политических событий? По-иному увидеть военные и экономические проблемы? Была ли Земля создана искусственно и с какой целью? Чего генетики не говорят о происхождении человека? Какие тайны о пришельцах скрывают древние гробницы? Как будут развиваться события после контакта с другими формами жизни из космоса? Что специальный отряд Вермахта искал в Приэльбрусье? Связана ли жуткая гибель группы Дятлова с вмешательством...

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

«В 1613 году, в то самое время, когда Россия готовилась с честью выйти из затруднений, созданных неблагоприятными условиями Смутной эпохи, – в Лондоне, в один из дождливых зимних дней, замечалось на улицах какое-то особенное, усиленное движение. Целые толпы самого разнообразного люда спешно и оживленно шли по тому же направлению, куда медленно ползли, громыхая и стуча, огромные, неуклюжие колымаги знати, запряженные четвернею белых лошадей, покрытых яркими попонами. То и дело раздаются громкие, повелительные голоса скороходов, расчищающих место для экипажа леди. Группа офицеров, сверкая полированною сталью своих кирас, следует по сторонам и сзади, верхом на тяжелых андалузских...

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

«Два разных потока приобретают в наше время возрастающее влияние в сфере мысли и жизни: научный, вступивший в борьбу с догматическими верованиями, и религиозный, направленный к их защите и к возбуждению интенсивности церковной жизни. С одной стороны, успехи опытных наук, разъяснив многое, что прежде казалось непостижимым, наводят на мысль, что самое понятие о непостижимом преимущественно опиралось на одно наше неведение и что нельзя более верить тому, чему мы до сих пор верили. С другой стороны, практика жизни и всюду всколыхавшаяся под нами гражданская почва возвращают во многих мысль к убеждению, что есть нечто, нам недоступное на земле, нечто высшее, нечто более нас охраняющее и обеспечивающее, чем все кодексы и все изобретения, нечто исключительно уясняющее тайну нашего бытия – и что это нечто именно заключается в области наших преемственных верований. Движение двух потоков не одинаково. Первый течет ровно, спокойно, самоуверенно, отражая в своих водах обрывы подмываемых им берегов догматики. Второй встречает препятствия на своем пути, задерживается, разветвляется, потом озаряется внезапным светом, вновь соединяет свои струи и оставляет за собою, в обновленном виде, берега, подмытые другим...

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

«Существует целый ряд тягостных фактов, на которые кажется невозможным не обратить серьезное внимание.

I. Правительство находится в тягостной изоляции, внушающей серьезную тревогу всем, кто искренно предан императору и отечеству. Дворянство, или то, что принято называть этим именем, не понимает своих истинных интересов… раздроблено на множество различных течений, так что оно нигде в данный момент не представляет серьезной...

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

Эта книга, как сказано в названии, – об украинцах и Украине, но в ещё большей степени – о русских людях и о России, об их прошлом, настоящем и будущем. А главное – о неразумии русских, из чувства присущей им изначально доброжелательности и в силу традиции считающих украинцев братским народом. Это изначальная наша ошибка. Русские и украинцы – два совершенно разных народа и во многом народы-антиподы. Они сформировались в разное время, при разных исторических обстоятельствах и в разных частях государства германских завоевателей, названного Русью по имени этого племени завоевателей, возглавляемого Рюриком (Рёрихом, Хрондриком, как его называли в западноевропейских хрониках). Всё это написано чёрным по белому ещё в «Повести временных лет». Но интерес господствующего класса и очки, неизвестно кем надетые на нас, мешают увидеть совершенно ясные вещи вот уже более 800 лет. А ведь идея о триедином русском народе, включающем великороссов, малороссов и белорусов возникла всего каких-нибудь 350 лет назад, и подброшена она была русскому царю и русской элите украинцами в их корыстных интересах. Но она вошла в первые учебники истории России, также написанные украинцами, и благодаря их культурной гегемонии при первых царях династии Романовых утвердилась как догма, некритически принятая всеми ведущими русскими историками, и господствует в умах россиян по сей день.

Политика России в отношении Украины всегда была ошибочной, основанной на ложной догме, и неизменно бывала провальной, что преждевременно унесло жизни миллионов русских людей. Россия прирезала к крохотной изначально Украине огромные территории русских земель. Это надуло пузырь «Великой Украины» как самостоятельного государства, претендующего на исключительную роль в мировой политике. И лишь бешеная антироссийская истерия, бушующая ныне на Украине, раскрыла многим русским людям глаза на извечно копившуюся ненависть украинцев к России. Пора нам взглянуть на украинцев без розовых очков. Хотелось бы, чтобы данная книга сыграла в этом важнейшем деле свою роль. При этом лично я люблю Украину, несмотря на её ненависть к России, ибо украинский народ обладает немалыми достоинствами. Просто ему пока не повезло в истории, и он сложился вероломным, недоговороспособным, лишённым инстинкта государственности. Он так и остался народом хозйственным, с мечтою о «садочке», тогда как русский народ стал народом политическим, с космическим мировоззрением.

Книга рассчитана на широкий круг...

Жанр: Публицистика: прочее, Публицистика

«Грустно! Я болен Севастополем! Лихорадочно думаю с вечера о предстоящем на следующее утро приходе почты. Лихорадочно ожидаю утром принесения газеты. Иду навстречу тому, кто их несет в мой кабинет; стараюсь получить их без свидетелей: досадно, если кто-нибудь помешает мне встретиться наедине с вестью из края, куда переносится, где наполовину живет моя мысль. Развертываю „Neue Preussische Zeitung“, где могу найти новейшие телеграфические известия. Торопливо пробегаю роковую страницу. Ничего! Если же есть что-нибудь, то не на радость. Так проходят дни за днями! Истинной жизни полминуты в день, остальное время я жду этой полминуты или об ней думаю. Ко всему другому, кроме молитвы, сердце черствеет. Всему другому хочется сказать: теперь...