Текст книги "Настойка мухомора для босса"
![](/books_files/covers/thumbs_150/nastoyka-muhomora-dlya-bossa-63348.jpg)
Автор книги: Ольга Черных
Жанр: Остросюжетные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Ольга Черных
Настойка мухомора для босса
«На будущее можно воздействовать, потому, что оно еще не осуществилось…»
(Терри Гудкаин)
Яркий свет лишь на мгновение ударил в лицо, когда направили в ее сторону луч фонаря. Дана ощутила сильный толчок в спину и, споткнувшись об порог, едва удержалась на ногах. Длинный коридор и непривычный запах. Так пахнут новые сосновые доски, пропитанные свежей смолой.
«Гроб? Почему такой большой?» – мелькнула в голове странная мысль.
От этого стало не по себе. Здесь был еще кто-то. Она оглянулась. У двери за столом сидели люди. Полумрак надежно скрывал их лица. Кожей чувствовала, что ее изучают. Молчаливое внимание не предвещало ничего хорошего, отчего легкий холодок пробежал по спине. Даже в воздухе витала опасность.
Из темноты послышался слабый стон. Замерла, прислушиваясь, и подалась туда.
Верзила, сидевший ближе, лениво выбросил руку вперед и, цепко ухватив ее за запястье, дернул на себя. Горячие пальцы жгли кожу. Второй громко хмыкнув, лениво поднялся из-за стола. Табурет, отброшенный ногой, шумно отскочил в сторону. Слегка покачиваясь, он пошел в темноту. Остановился, издал дикий воинственный клич, подпрыгнул на месте и пнул ногой… еще и еще… Наверное, так самозабвенно бьет по мячу футболист. Боль и стоны беспомощной жертвы распаляли, а запах свежей крови с каждым ударом все больше превращал его в яростное животное.
Ей хотелось закричать, броситься вперед и закрыть собой истерзанного человека, но ноги не слушались. Казалось, они приросли к полу. Она открывала рот, но слова, беззвучно слетавшие с губ, тонули в темноте.
Противная потная рука, вцепившаяся клещами, настойчиво тянула ее непослушное тело ближе. Неизбежность. Ужас навалился всей тяжестью, отчего стало трудно дышать…
Вдруг все изменилось. Свет погас. Железная хватка верзилы ослабла, и он резко отпустил руку. Она упала на пол. Резкая боль пронзила плечо. В ушах отдавался звук закрывающейся двери, но вскоре все стихло. Приподняла голову. Прислушалась. Похоже, все ушли.
– Дана… Дана… – прерывистым эхом доносилось от дальней стены.
Показалось? Снова прислушалась. Слабый голос тонул в темноте.
Она поднялась и, осторожно ступая, пошла вперед.
– Только бы они не вернулись… не вернулись… – шептала, опасалась, что дверь снова откроется и повторится этот страшный кошмар.
Коридор закончился. Руки наткнулась на стену, заваленную свежим сеном. Оно пахло лугом и свежескошенной травой. Этот дурманящий дух свободы никак не вязался с тем, что сейчас происходило.
Опустившись на колени, принялась шарить руками по сену. Нашла! Мужчина был без сознания. Мокрая окровавленная одежда прилипла к телу. Он тяжело дышал, повторяя в бреду ее имя.
Дана осторожно легла рядом и прижалась щекой к его плечу. Несмотря ни на что, ей было хорошо. Рука нежно гладила колючий подбородок, впалые щеки, волосы, слипшиеся от запекшейся крови. Теперь уже никакая сила не сможет их разлучить.
Мужчина очнулся и обнял ее. Запах свежего сена смешался с запахом крови, но она не замечала этого, ощущая лишь прикосновение разбитых и опухших губ…
Утром громко звучала музыка, двери непрерывно хлопали. Недовольные девичьи голоса, доносившиеся из соседней комнаты, лишний раз подтверждали догадку о том, что пробуждение было тяжелым.
Дана накрыла голову подушкой и попыталась снова уснуть, однако сон уже прошел. На душе тяжелым грузом лежал ночной кошмар.
«Привидится же такое? Какие страсти в моем застоявшемся болоте. Надо же? Совершенно на пустом месте и сразу так много: и жизнь и слезы и любовь», – подумала, прислушиваясь к шуму в соседней комнате. Как быстро летит время. Дети незаметно выросли, и остается лишь принять это. Кажется, совсем недавно она заплетала им косички, учила правильно чистить зубы и помогала зашнуровывать ботинки. Плотнее укутавшись в одеяло, она тихонько вздохнула.
– Мамуля, – нежно проворковала на ухо Даша. – Пора вставать.
– Ага, – ответила из-под подушки, чем дала понять дочери, что уже проснулась.
На какое-то время о ней забыли. Из кухни доносился запах свежего кофе и яичницы.
– Мам, ну ты что? – зажегся свет в комнате, и в дверном проеме появилась Настя. – Хочешь опоздать на работу? Эй, але-е-е, ты думаешь просыпаться? – склонилась над ней дочь и забрала подушку. – Соня, пора вставать.
Она сонно зевнула и, потянувшись, надела махровый халат. Прошлась по комнате, сделала несколько упражнений руками, пару круговых движений головой, чем отдала дань утренней гимнастике. После чего со спокойной совестью отправилась на кухню.
– Доброе утро, мои хорошие, – взгляд, пробежавшись по стенам, остановился на старинных часах, мирно отсчитывающих время. – Итак, новый день уверенно шагает по планете. Что-то мне подсказывает, сегодня он порадует нас чем-то особенным. А, почему бы и нет? Должна же и наша жизнь когда-нибудь наполниться новым смыслом и интересными событиями?
Утренняя шутка на самом деле была не такой уж и безобидной. Никто и подумать не мог, что именно сегодняшний день станет началом в длительной череде непредсказуемых и даже опасных событий, которые уже терпеливо ожидали своей очереди на пороге их квартиры.
Дана неторопливо прошлась по кухне и открыла холодильник.
– Мам, есть будешь? – быстро прожевав, спросила Настя.
– Нет, спасибо, я на диете, – ответила она и, решительно захлопнув дверцу, снова сладко потянулась. Торопиться было некуда.
Смутная догадка озарила смышленое сознание дочери.
– А ты что, на работу не идешь? – спросила Настя.
– Нет, – ответила поспешно и попыталась скрыться в ванной, но ей это не удалось.
Следующий вопрос настиг еще быстрее:
– Мам, у тебя отгул, или какая-то другая форма отдыха? – с подозрением спросила дочь. Она уже поняла, что в семье появились осложнения.
– Похоже, у меня начались длительные каникулы, – слабо улыбнулась, хотя на самом деле ей было не до смеха.
– Мамочка, тебя уволили? – догадалась Даша.
Дана неуверенно пожала плечами, и скорчила покорную гримасу. Дочери, как по команде, перестали жевать.
– Ну, вот, как мы теперь будем жить? – на кукольном личике Насти отразилось нескрываемое огорчение.
– Проживем как-нибудь. Каждый вечер приношу столько «халтуры», что за ночь не успеваю обработать, – она зевнула. – Сегодня уснула уже под утро. Так что зря беспокоитесь. Готовые деньги лежат на письменном столе, осталось их только материализовать. За этим дело не станет.
– Да уж, проживешь на твоей «халтуре»? – заныла Настя, но через мгновение глазки ее заблестели. Она хитро прищурилась. – Мама, я знаю, что нужно делать.
– Я тоже знаю. Искать новую работу.
– Да нет же, тебе необходимо выйти замуж. Только для этого нужен серьезный мужчина, который будет о тебе заботиться и, конечно же, содержать самым достойным образом.
– Ну, да, как породистую собачку, – пробормотала в ответ и закрыла за собой дверь в ванную комнату.
– Между прочим, я не шучу, – дочь тут же появилась за ее спиной. – И, знаешь, – она окинула критическим взглядом мать, – тебе давно уже не мешает привести себя в порядок. Осталось совсем немного, и ты перейдешь в необратимую возрастную категорию, по крайней мере, внешне.
Дана замерла.
– Ты так считаешь? – спросила, максимально приблизив лицо к зеркалу.
– Нет, не считаю, я в этом просто уверена. Ты вообще в зеркало смотришься? Не так, как сейчас, а внимательно?
– Конечно.
– Вот и хорошо. Мама, ты должна срочно заняться собой, – обрадовалась Настя, заметив некоторое замешательство во взгляде матери. – Для начала убери живот. «Пончики» нынче не в моде. Даже дурак знает, что полнота старит женщину, а любой мало-мальски приличный мужчина хочет видеть рядом с собой молодую, стройную и привлекательную во всем. А, поскольку, нам нужен, именно приличный, а не какой-то там… – она закатила глаза и, после незначительной паузы рационально добавила: – В общем, давай работай над собой. Ну, постарайся же, сделай масочки, примочки, или еще что-нибудь, займись специальной гимнастикой, аутотренингом. У нас столько всякой литературы. Открой нужную книгу и просто выполняй инструкции. Вспомни, что ты женщина, наконец. Кстати, это совсем не трудно, нужно только захотеть.
– Обязательно. Вот сейчас все брошу и займусь воспоминаниями, – произнесла Дана совершенно спокойно, засовывая в рот зубную щетку.
– Не слушай ее, мамочка. Ты у нас – красавица, – послышался из кухни голос Даши. – Настя ты на часы смотришь? – спросила она сестру.
Та мигом исчезла за дверью, но не прошло и пяти минут, как появилась снова.
– Мам, а, может, тебе сделать татуашь губ? Обозначить брови или нарастить ресницы?
– Своевременное предложение. И хлопать ими направо-налево подобно корове, отгоняя мух, – хмыкнула Дана.
– Но нужно же что-то делать. Перестань, наконец, есть торты, свои любимые пирожные, сдобные булочки. И… никакой колбасы. Женщина должна всегда быть привлекательной и обращать на себя внимание яркостью, молодостью и хорошей фигурой.
– Ясно. А как насчет ума?
– Это уже потом. А для начала нужно привести в порядок все остальное. Слушай, мам, а что если тебе пойти «на йогу» или «танец живота»? Теперь все тетки твоего возраста повально этим увлекаются. Будешь у нас, как эта… – она сделала несколько плавных движений корпусом и вдруг спохватилась: – Ой, совсем забыла сказать. Я вчера письмо из ящика вынула. Оно адресовано тебе. Не обижайся, но я его открыла… по ошибке…
Дана повернулась к дочери с возмущенным лицом, перепачканным зубной пастой.
– Да, не волнуйся, мамочка. Это не настоящее письмо, а очередной призыв улучшить свою внешность с помощью новейших средств, рекламируемых в импортных каталогах красоты, – выпалила она без запинки, как на рекламном ролике. – В общем, посмотришь там – в коридоре на тумбочке. Правда, даже на первый взгляд ясно, что все стоит больших денег, но ради такой цели, можно и не жалеть их. Деньги нужно вкладывать с умом и отдачей, – добавила Настя уверенней. – А отдача в этом деле нам просто-таки необходима.
Предложение от косметической фирмы не вызвало интереса, и Дана спокойно отвернулась к умывальнику, продолжая старательно чистить зубы.
Оставался запасной вариант. Дочь нерешительно потопталась на месте, заглянула в зеркало, поправила прическу и самым невинным голосом спросила:
– А что, Вадим Александрович скоро возвращается из командировки?
– Скоро, – сплюнула пасту в раковину.
– Что-то я не пойму, он собирается делать тебе предложение? Столько времени встречаетесь, и ни – «му-му»? – не унималась Настя. – Ты бы намекнула ему, что ли? Пора вам как-то определиться, не дети уже. Это у мужиков в запасе всегда уйма времени, а женщины лишены этой роскоши, – с мудростью взрослой женщины заметила она. – Не успеешь оглянуться, а там и старость не за горами, тогда уже не до любви. Придется больше думать о грелке.
– Настя, да отвали ты от мамы. Мы и так опаздываем, давай одевайся, – не выдержала Даша.
Дана вздохнула. Общение между девочками, безусловно, заставляло желать лучшего, но они страшно сопротивлялись любым воспитательным беседам по культуре речи, объясняя это явление современным сленгом, а ее нормальный язык – старомодным занудством. Хотя в последнее время она стала замечать, что и сама легко произносит довольно странные словечки. Это вызывало внутренний протест, но бороться с собой было все труднее, а с маленькими грубиянками – тем более.
– Мы ушли, – в коридоре хлопнула входная дверь.
Дана вышла из своего убежища в ванной и остановилась перед зеркалом. Слова дочери задели за живое. Она критически осмотрела себя со всех сторон. Все-таки, дьявольское изобретение это самое зеркало. Как хорошо жилось бы женщинам, если бы негде было наблюдать за тем, как безжалостно меняется их внешность. Кажется, еще совсем недавно она выглядела иначе. Светло-карие глаза озорно блестели, вздернутый носик был усыпан веснушками, а на щеках и заостренных скулах играл румянец.
Вздохнув, провела рукой по лицу и, с сожалением отметила, что в больших и выразительных глазах не осталось и следа от прежнего блеска и лукавства. Может дочь права? Стоит только захотеть и глаза снова загорятся и заискрятся прежним огнем? Вот, то-то и оно, что нужно захотеть. Она снова вздохнула и осторожно коснулась пальцами небольших водянистых мешочков под глазами – неоспоримому свидетельству бессонных ночей.
Да, жизнь… Жизнь съедает все безжалостно, хотя, ей еще не так и много… Конечно, кое-что уже не помешает припрятать, но и не грех похвастаться тем, что еще приковывает взгляды мужчин. В конечном итоге возраст – это всего лишь число.
Приспустив халат, обнажила покатые плечи, приподняла руками и без того высокую грудь и удовлетворенно улыбнулась.
Эх, молодежь! Где им знать, что женщина бывает красива независимо от возраста или комплекции? Будет совершенно неправильно, если все станут молодыми и стройными. Пухлые формы и изящные изгибы всегда нравились настоящим мужчинам, и с этим даже не стоит спорить. Взгляд ее опустился ниже и остановился на талии.
Да… эта часть тела, отнюдь, не вызывала восхищения. Что греха таить, талии, практически, нет. Довольно грустное явление. Трудно сейчас поверить в то, что еще недавно ее тощий и немного впалый живот был предметом настоящей гордости? Дана с, нескрываемым удовольствием, демонстрировала его, прогуливаясь по пляжу, высокомерно посматривая на «раздобревшие» фигуры, лениво и неподвижно лежащие под палящим солнцем.
Она снова провела рукой по животу и вздохнула. Похоже, пришел час справедливого возмездия за столь недолговечное высокомерие. Сказывается гиподинамия и ночная «халтура», в виде курсовых и переводов для студентов, не желающих особенно утруждать себя учебой. Жизнь жестоко диктует свои условия и приходится ей подчиняться. Сколько ни работай, а денег все равно не хватает.
Нахмурилась, вспомнив о том, что беспокоило со вчерашнего дня. Некрасивая сцена в кабинете начальника, за которой последовало немедленное и несправедливое увольнение, в мельчайших подробностях промелькнула перед глазами.
Дочь, безусловно, права – придется потуже затянуть пояски. Это сегодня. Но, что с ними будет завтра?
Машинально запахнула халат. Слишком много проблем с самого утра. Может, и в самом деле заняться собой? Поможет ли это в жизни – неизвестно, но не помешает – точно.
Устремившись на кухню, краем глаза заметила большой серый конверт. Он лежал на тумбочке, слегка прикрытый газетами. Значит, об этом письме говорила Настя?
Удобно устроившись в кресле, Дана надела очки и легко вытряхнула его содержимое на колени. Это были каталоги известной косметической компании.
С первой страницы юные создания с нежной кожей и безукоризненным овалом лица удивленно смотрели на всех, кто еще не решился выглядеть так же потрясающе. Стройные, даже несколько худые фигуры, демонстрировали немыслимые позы, чем доказывали, что достичь такого совершенства просто и легко. Всего-то и нужно? Воспользоваться предлагаемой продукцией.
В глаза бросились фотографии, обозначенные небрежными линиями черного маркера. Быстро пролистав каталог, усмехнулась.
Вот оно что! Оказывается, конверт этот особенный. Кто-то самым наглым образом указывает на недостатки в ее фигуре. И каждая новая страница носит рекомендательный характер. Например, шампунь от выпадения волос, регулярное употребление которого навсегда избавит от перхоти. А массирующий гель разгладит морщины не только на лице. Немножко усилий, за которые нужно выложить кругленькую сумму, будут щедро вознаграждены. К тому же, за непосильный труд по приобретению новой внешности: упругой, разглаженной и благоухающей полагается утешительный приз – увлажняющее молочко с ароматом какого-нибудь экзотического заморского плода. Например, папайи, киви, гуавы или же персика, какой больше нравится.
– Экзотического персика, экзотического… – бормотала, мысленно перебирая в памяти друзей и знакомых. Интересно, кому из них пришла в голову такая замечательная идея? Только совершенный негодяй мог протянуть эту «дружескую руку помощи».
Кровь мгновенно прилила к лицу. Выходит, она уже в этом нуждается, имея отвисший живот и упавшую на него грудь? Все тело покрыто совершенно не аппетитной апельсиновой корочкой целлюлита, да и кожа смощена, как печеное яблоко. А тут еще и волосы безнадежно выпадают и в скором времени обещают навсегда покинуть свое привычное место, оставив после себя лишь заметные следы перхоти.
Хорошенькая перспектива. И добавить нечего. Однако на конверте четко указан не только ее адрес, но и фамилия, имя и отчество. Кажется, она совсем недавно видела подобные конверты. Где? Мысли вихрем носились в голове. Вдруг тихий вкрадчивый голос прорвался из глубины памяти:
– Вы – потрясающая женщина… Сладкий, сочный персик. Я хочу пить и пить его сок… Не отталкивайте страждущего. Просто умираю от жажды и, переполняющих чувств…
– Б-р-р-р, – невольно передернула плечами. Красное потное лицо шефа всплыло в памяти. Его кругленькие поросячьи глазки блестели, как две полированные пуговицы. Так вот откуда конверт? Такие точно она видела на столе его секретарши. Неужели эта маленькая дурочка подумала, что мерзкое маслянистое сокровище, до самых торчащих ушей утопающее в большом кожаном кресле, нужно еще кому-то, кроме нее?
Хотя… Эта девочка совсем не дурочка, а обладает неплохой фантазией. И, похоже, хорошо осведомлена о том, что происходило в кабинете шефа. Ну, конечно же, она подслушивала.
Настроение с утра было испорчено. Аккуратно, страница к странице, она сложила каталоги в конверт и вышла в подъезд. Какой умный человек придумал мусоропровод.
Вернувшись, снова остановилась перед зеркалом.
– Я привлекательна и красива! Неповторимая, интересная, неординарная личность! Я независима и имею право выглядеть так, как я этого хочу! Я имею полное право не оправдываться и не извиняться за это! Мое будущее прекрасно! Оно безопасно и полно удивительных и радостных сюрпризов. Так будет всегда! – сказала громко и уверенно и чуть тише добавила: – А, кто с этим не согласен, тот мне попросту завидует, – и, гордо вскинув голову, направилась в ванную комнату.
После прохладного душа и получасовой гимнастики на укрепление брюшного пресса, уверенность в собственных силах приобрела еще большую основательность, отчего, взбодрившийся организм незамедлительно ответил чувством легкого голода.
Дана прямиком отправилась на кухню. Ее мечтательно-блуждающий взгляд остановился на остатках завтрака. Убрать за собой у девочек, как всегда, не хватило времени, а, возможно, все было гораздо проще. Утреннее настроение не располагало к наведению порядка и это уже входило в привычку.
Она покачала головой и снисходительно улыбнулась: традиционные бутерброды с маслом, сыром и колбасой, вчерашние оладьи, в розеточке вишневое варенье. Дочери находились еще в том возрасте, когда особенно не задумываешься о полезной пище для организма и лишних сантиметрах на талии. Рука невольно потянулась к бутерброду, но, вспомнив, о данном себе слове, с сожалением, посмотрела на колбасу, понюхала остатки кофе в чашке и, безжалостно выплеснув его в раковину, направилась к холодильнику. На нижней полке лежал сморщенный и, почерневший от времени банан. Этот слегка перезрелый плод незамедлительно был призван принести двойную пользу. Одна часть его стала легким завтраком, а вторая предназначалась для более ответственной роли в виде маски на лицо.
Все шло по плану.
Дана лежала на диване и наслаждалась покоем и полной тишиной. Шторы на окнах были плотно закрыты, надежно отгораживая ее от уличного шума и суеты. Она совершенно расслабилась и прикрыла припухшие веки пакетиками с теплым зеленым чаем. Банановая маска, старательно взбитая с оливковым маслом, увлажняла и питала кожу.
– «Я вся оживаю, расцветаю и снова, заново рождаюсь веселая, энергичная, счастливая. Я живу по закону – чем старше, тем моложе, тем здоровее и прекраснее. Постоянно возрождается легкая, гибкая, юная, стройная фигура. Все лицо мое гладкое, полированное. На нем нет и не может быть ни одной морщинки… А жизнь так изумительно прекрасна…» – старательно и монотонно повторяла она слова известного настроя доктора Сытина, к которому раньше относилась критически. Но сегодня уже верила в то, что через несколько минут поднимется с дивана совершенно другой, обновленной, принявшей волшебный эликсир красоты и молодости. Она даже пыталась визуализировать молодую красавицу, что, как утверждают психологи, способствует самым лучшим результатам.
Внезапно магическую атмосферу чудодейственного превращения нарушил резкий звук дверного звонка. Он ворвался подобно урагану, безжалостно сметая на пути все ее достижения.
– О, нет, – простонала. – Только не это, ведь жизнь изумительна и прекрасна, и я должна в это поверить, иначе, мне сейчас просто нельзя.
Звонок прозвонил еще несколько раз.
– Ну, надо же? Именно сегодня? Вот и не верь после этого в совпадения, знаки и магнитные бури на солнце… – бормотала, слабо надеясь, что звонить больше не будут. Ведь по законам любой логики, даже самой непредсказуемой, если дверь не открывают и, при этом не дышат в глазок со стороны квартиры, значит, никого нет дома.
Однако звонок был настойчив помимо всякой логики.
С сожалением сняла с глаз чайные пакетики и посмотрела на часы. Прошло всего восемь минут, из предполагаемых пятнадцати. Жалкие остатки настроения, так тщательно создаваемого с самого утра, улетучились окончательно. Процедура быстрого омоложения была безнадежно сорвана, а звонок продолжал звонить, делая лишь небольшие передышки.
– Неприкосновенность жилища, право на личную жизнь, наконец… – бормотала она, решительно поднимаясь с дивана. – Откуда такое неуважение к законам?
Глухое раздражение пульсировало у виска тупыми равномерными ударами, готовое в любую минуту превратиться в извергающийся вулкан.
На пороге квартиры женшина появилась с грозным видом, подперев бока руками.
– Какого черта? Я не вызывала ни водопроводчика, ни сантехника, ни электрика и никого больше из других сфер обслуживания. Я, также, не звонила в милицию, МЧС и, слава Богу, не жду врача скорой помощи. Чем же, скажите, обязана такой настойчивости? – громко спросила и сама удивилась грубости и агрессии, которую столь неожиданно обрушила на незнакомого человека. Тот неподвижно стоял на месте и со страхом взирал на появившееся из квартиры разъяренное чудовище с остатками банана на лице.
– Знаете, по простой случайности, я как раз милиционер, – сказал он, несколько растерянно.
Дана запнулась на полуслове, всем видом высказывая ожидание. Ведь должна же быть причина появления этого представителя закона у ее двери.
Но, похоже, он с этим не торопился, продолжая внимательно и совершенно беззастенчиво ее рассматривать. Первое недоумение сменилось любопытством, и он даже не пытался его скрыть. Закончив изучать лицо, неторопливо окинул взглядом фигуру, довольно уютно чувствующую себя в широких мешковатых шортах и мужской рубашке неопределенного цвета. Из-под туго повязанной косынки выбился и прилип к сладкой щеке клок светлых волос.
Мужчина не сдержал улыбку, проследив, как кусочек подсохшего банана отвалился от щеки и упал на грязный пол подъезда. Это явилось последней каплей в ее терпении.
– Ну, и в чем же дело? – глаза снова сверкнули молниями, а брови сердито сошлись на переносице. – Чем моя скромная персона так заинтересовала органы правопорядка? – она сделала два шага навстречу, плотнее прижав кулаки к бокам.
– Да, собственно, ничем… – как-то нерешительно произнес милиционер. – К вам нет вопросов. Я пришел к Дане… Богдане Романовне.
– К Богдане Романовне? – переспросила удивленно и от неожиданности опустила руки – воинственное настроение пошло на убыль. – Я не ослышалась?
– Вы все поняли правильно. Мне необходимо встретиться с Богданой Романовной, – ответил он увереннее и тут же добавил: – Если это сейчас возможно, конечно.
Негромкий приятный голос действовал успокаивающе. Дана, немного смутившись, сдала завоеванные позиции и несколько другими глазами посмотрела на гостя.
Мужчина был привлекателен: высокий, статный, по-спортивному подтянут, и, несмотря на возраст, имел хорошо тренированную фигуру. Открытое лицо с волевым подбородком, разделенным на две части глубокой ямочкой, проницательные серые глаза и короткая прическа с первой сединой на висках.
В целом внешность производила приятное впечатление, и ей вдруг стало стыдно за немыслимо дикую вспышку раздражения, которое она с такой силой обрушила на постороннего человека. И в самом деле, что это на нее нашло? Слова раскаяния готовы были сорваться с уст, но она вдруг вспомнила о своем банановом лице и с ужасом прижала ладони к сладким щекам, полыхнувшим нешуточным огнем.
– Я так и не понял, могу я сейчас увидеть Богдану Романовну, или придти в другой раз? – нарушил молчание милиционер. – Да вы не волнуйтесь, у меня к ней сугубо частный разговор, – добавил вежливо.
– Нет! Ее нет… Вернее, вы ошиблись адресом, – ответила поспешно, справедливо рассудив, что в таком жутком виде, глупо протягивать руку для знакомства. К тому же, давно известно, что первое впечатление зачастую бывает самым правильным, а, значит, не стоит стараться производить на него второе. Вполне достаточно и этой встречи.
В подтверждение своих слов, она неопределенно пожала плечами и вернулась в квартиру, оставив гостя в подъезде в полной растерянности. Позвонить в дверь еще раз, скорее всего, он не решился.
Закрывшись в ванной, она старательно терла губкой присохший банан, который, казалось, прирос к щекам, и никак не могла отделаться от чувства неловкости. Господи, до чего дошла? Совсем озверела. На людей бросается. А теперь еще и скрываться приходится.
За самобичеванием, женщина не заметила, как оказалась на кухне. Машинально отрезала толстый кусок любительской колбасы и, такой же ломоть батона. Захватив с собой большую кружку горячего сладкого чая, ушла в комнату, где ее ждала стопка переводов. Улучшить, окончательно испорченное настроение, сегодня уже не представлялось возможным, но этого и не требовалось.
Спустя несколько дней в дверь квартиры снова позвонили.
– Мам, открой, – крикнула Настя из своей комнаты. – Это к нам.
Вздохнув, она отложила бумаги и направилась в коридор. В последнее время все чаще приходилось примерять на себе роль швейцара. Только сегодня она открывала дверь в третий раз. Это отрывало от работы и раздражало.
На пороге стоял знакомый милиционер.
– Вы? В чем дело? – спросила строго, подняв очки на лоб.
Гость не торопился с ответом. По его взгляду Дана поняла, что он узнал ее, отчего щеки покрылись легким румянцем.
– Вы позволите войти? На лестнице не совсем удобно. Мне нужно поговорить с Богданой Романовной.
– Если мне не изменяет память, мы все выяснили в прошлый раз, – в тоне ее прозвучали недружелюбные нотки.
– Не понимаю, почему мой частный визит вызывает у вас такую необъяснимую реакцию? – удивился он. – Я уточнил адрес. Ошибки быть не может. Небезызвестная Богдана Романовна не только прописана, но и фактически проживает именно в этой квартире. Вы что, прячете ее? – при этих словах взгляд его стал подозрительным.
Она не успела ответить, потому что за спиной появилась Даша.
– Мы готовы, – радостно сообщила она, надеясь увидеть кого-то из своих друзей. – Мам, а там кто?
– Это не к нам, ошиблись адресом, – и дверь захлопнулась перед носом настойчивого незнакомца.
Прошло с полчаса, и в квартиру снова позвонили.
– Полный дурдом, – пробормотала Дана, и, полагая, что это пришли к девочкам, не сдвинулась с места.
Однако уже через пару минут к ней заглянула Настя.
– Мам, ты чего? Это же к тебе. В, общем, принимай гостя, а мы убегаем. Смотри, за нас не волнуйся – будем поздно. Не скучай, – многозначительно подмигнула дочь и скосила глаза на мужчину. Он, с нескрываемым любопытством разглядывал комнату.
Дана погрозила ей пальцем и вместе со стулом повернулась к незнакомцу.
– Итак, – нарушила гнетущее молчание, приняв при этом недоступный вид, – вы настойчивы, даже чересчур.
– А я и не спорю, – улыбнулся гость. Похоже, он пришел с миром и хотел с первых минут произвести на хозяйку благоприятное впечатление.
– Чем обязана? – ледяной тон несколько остудил теплую улыбку на его лице.
Мужчина покачал головой. Враждебность хозяйки его озадачила, и это было не совсем понятно.
– Признаться, я вас совсем не такой представлял. Не буду скрывать, что для меня это несколько неожиданно…
– А, какой? – она с вызовом посмотрела на гостя поверх очков, и вдруг подумала: «И чего я на него набросилась? Сама не знаю, что на меня нашло? Бедный мужик, снова ни за что оторвалась. Нашла себе стрелочника. Господи, до чего дошла? Сама себя не узнаю», – но вслух сказала: – Ладно. Не выгонять же вас за дверь? Проходите, коль пришли, присаживайтесь. Так какой вы меня представляли? Молодой и красивой? Длинноногой блондинкой?
Он вздохнул с облегчением, отметив про себя смену ее непримиримого настроения, и сел в кресло, положив руки на подлокотники.
– Признаюсь, думал, что вы дородная пожилая дама в золоте и окружении какого-то мистического ореола. Ожидал и интерьер соответствующий, располагающий к познанию тайны. Магические символы на стенах, астрологические календари и изображения древних знаков.
– Что вы говорите? – закатила она глаза, все еще не понимая, к чему он клонит.
– Да и само ваше имя «Богдана Романовна» говорит о загадке, массивности и величии, а вы, оказывается, совсем другая. И обстановка в квартире самая обычная… А, эти девушки? Они ваши дочери? Близнецы?
Дана неопределенно кивнула, но не ответила.
– И все же любопытно, что вас ко мне привело? Да еще с такой настойчивостью… И, что за бред? «Загадка, массивность, величие и… соответствующая обстановка с изображением каких-то знаков». Согласитесь, звучит довольно странно. С вами, простите, все в порядке? Если можно, давайте проще и конкретнее, я совершенно не располагаю временем, – она невольно вздохнула, бросив взгляд на стол, заваленный учебниками и бумагами.
Гость замялся. Он усиленно тер лоб, чтобы оттянуть время, долго искал платок, а потом старательно промакивал капельки пота на лбу и висках. Она терпеливо ждала, когда же он перейдет к делу и поведает, кому и зачем понадобилась «небезызвестная Богдана Романовна».
«Странный какой-то, – думала, наблюдая за мужчиной. То, что с этим милиционером не все в порядке, было видно даже невооруженным глазом. – Ладно, подожду. Пускай соберется с мыслями. Что-то сильно волнуется. А, может, он контуженный? Воевал в одной из горячих точек, и теперь… Господи, мало ли на свете больных и убогих? Так, стоп. Больных…» – она тоскливо посмотрела на дверь – отступать было некуда.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?