145 000 произведений, 34 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 1

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 17 декабря 2014, 01:48


Автор книги: Владимир Стрельников


Жанр: Боевая фантастика, Фантастика


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Владимир Стрельников
Простые оружные парни

© Стрельников В. В., 2014

© Художественное оформление, «Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2014

* * *

Пролог

Старый лев с уже седой мордой лежал на вершине холма и смотрел вниз, на лагерь двуногих. Солнце поднялось уже достаточно высоко для того, чтобы даже он уже несколько подслеповатыми глазами различал их отчетливо. Учуять его двуногие не могли – ветер был с их стороны, увидеть – тоже вряд ли, потому он спокойно выбирал себе добычу. Вообще-то никогда раньше бы старый большой кот не подумал нападать на двуногих – опасных и коварных противников, но позавчера их прайд фактически уничтожила огромная, злющая, линяющая змея. Несколько секунд – и три взрослых сильных кота и пять кошек были убиты ею. Осталось пять котят, из взрослых – он и две старые самки.

Тут кот насторожился. От лагеря вышел одинокий двуногий и неторопливо пошел в сторону небольшой речушки, помахивая длинной палкой. Видимо, захотел рыбки. Кот тоже любил, когда было настроение, иногда половить рыбу на перекатах, и еще больше любил ее есть. Но сейчас ему нужна была добыча побольше, чтобы уцелел его клан. И он мягко, бесшумно встал и повернулся было в сторону двуногого, когда сильнейший удар в лопатку бросил его на землю. С соседнего холма донесся грохот. Кот попытался вскочить, но задние лапы не послушались. Кот прополз пару шагов, кашлянул кровью и почувствовал, как кто-то непреодолимо тащит его за собой. Примерно так же, как давным-давно мать таскала его за загривок.

Старый кот пару раз скребнул землю мощными когтями передних лап и затих. А на соседнем холме встали двое – здоровенный пузатый мужик и молодой парень, поднявший с земли тяжелую винтовку.

– Отличный выстрел, Том. Теперь бы надо пройти по его следам и найти котят. В Зионе найдутся люди, способные отвалить кучу бабок за таких зверят. Зови парней, пусть с собаками идут сюда. Жаль, Саккет отказался, но у него на уме только его баба… – Толстяк поправил ремень с тяжеленным револьвером в кобуре и поднял свою FN-FAL с расстеленной на земле накидки.

Глава первая

27 год, 5 месяц, 40 число, воскресенье, 07:50.

«Конец путей», к востоку от Форта Ли

– Лень, ты как обычно, к мадам Эльзе? – С соседней койки на крупного, аккуратно выбритого и причесанного блондинистого парня лет двадцати пяти в выгоревшей, но чистой рубашке, бывшей когда-то зеленой в мелкую серую клетку, потертых джинсах и высоких ботинках, сонно поглядел Ромка Климов. Зевнул, обдав его «выхлопом» после вчерашнего. – Неинтересный ты мужик: пьешь мало, к шалавам ходишь по расписанию… Не русский, а немчура похлеще Генриха, тот хоть за воротник заложить не промах. – Ромка сел, спустив почти до пола волосатые ноги, почесал грудь. – Будь добр, подай водички, трубы горят.

– Держи, страдалец. Сколько раз тебе говорил – не стоит мешать виски, водку и пиво! – Названный Леонидом зачерпнул из желтого пластикового ведра кружку воды, протянул ее соседу. – Смотри, сильно не похмеляйся, бригадир тебя на карандаше держит. – Ромка благодарно кивнул и крупными глотками осушил помятую эмалированную кружку. Остальные мужики еще дрыхли, оглашая пространство разнообразными руладами храпа.

– Не знаешь, кто стрелял? – возвращая кружку Леньке, спросил Климов.

– Вроде как охотники льва убили, какого-то рыбака скрадывал. А потом толпой, с собаками и плясками, по следам льва ушли, тейп его дербанить. Ладно, Ром, я пошел. – Парень взял с койки свою винтовку, набросил на плечо разгрузку и вышел из палатки. Отряхнув, надел на голову кепку. Поглядел на сонный лагерь «Конца путей», усмехнулся. Хорошо вчера работнички погудели. Пять с лишним сотен здоровых мужиков после недели тяжелой работы (да еще и субботу до обеда прихватили) отрываются совсем не по-детски. Ладно хоть главный босс – мистер Перкинс – своей волей разделил девок в публичном доме на три этапа пользования. Часть мужиков отдыхают там во вторник, еще часть – в четверг, в основном из числа водил грузовиков и персонала лагеря. А вот парни, работающие на удаленных участках, пользуют девиц в воскресенье, а то пятьсот мужиков единомоментно стерли бы полсотни проституток до простыней. И вообще, такое из-за девок могло случиться, что мало никому бы не показалось. Замаялись бы вагоны по степи собирать. И то удивительно, что ни одного случая с оружием не было, хотя вооружены все поголовно; правда, мордобоев тут хватает. Слишком места пока здесь дикие, в шести сотнях километров на восток от Форта Ли: Южная дорога проходит по берегу Залива, а компания строит «железку» здесь. И вокруг путей и строящих их рабочих и инженеров на три сотни верст вряд ли еще люди найдутся, кроме как вдоль нитки железной дороги, да и тех очень немного, в основном дежурные в парках тяжелой техники.

При воспоминании о мордобитии Леонид Панфилов поморщился и потер левую скулу. Вторая неделя пошла, а синяк еще не сошел. Хорошо ему Майкл Хиггинс приложил, говорить нечего. Впрочем, у его противника тоже на зуб меньше стало. И чего они поспорили, не помнят ни Леонид, ни Майкл. И слава богу, что оба сдержались, а то так легко вряд ли отделались бы. Майкл-то – «маринз» бывший американский, а Леонид срочку в частях охраны РВСН оттянул, тоже еще та контора. Так что Панфилов подбросил на плече свою АВТ-40 и пошел вдоль длинного ряда тяжелых самосвалов к десятку вагонов в тупике.

– Доброе утро, мадам. Не знаете, кто из «моих» девочек свободен? – поднявшись по ступеням в прохладный кондиционированный тамбур, поинтересовался Леонид у высокой темноволосой и синеглазой женщины лет тридцати пяти, сидящей за откидным столом. Хозяйка этого борделя передвижного, мадам Эльза. Очень красивая, холодная как лед, постоянно одета в глухие платья темных тонов, не обращая ни малейшего внимания на здешнюю жару и палящее солнце.

– Мари и Клер заняты, из «твоих» девочек свободна Любка. Как обычно, три часа? С тебя шестьдесят экю. – Женщина коротко взглянула на него огромными своими глазищами. Ух, аж мороз по шкуре у парня пробежал: как будто ведьма глянула…

– Держите. – Он протянул три пластиковые карточки по двадцатке.

– Проходи. – Мадам откинула турникет, протянула номерок с указанным временем. – Любке скажешь, что я ее приму через полчаса после того, как закончит обслуживать тебя. Где ее номер, ты знаешь.

– Хорошо, мадам Эльза. – Парень кивнул, прошел мимо нее в коридор вагона. Поздоровался с сонным вышибалой и двинулся во второй вагон.

Из-за закрытых дверей доносились глухой смех, приглушенные стоны и охи – короче, все то, что и должно доноситься из-за дверей номеров публичного дома. Сказал бы ему кто-нибудь месяца четыре назад, что он платить будет за перепих и покупать себе девушек на ночь, Леонид бы посмеялся. Еще как бы посмеялся! Все-таки один из первых парней на деревне был, завидный жених. Но то уже в Лету кануло, а здесь других женщин нет на хрен знает сколько миль вокруг, в километрах это еще больше, и подержаться за сиськи порой просто ужас как охота. Так что Леонид понемногу втянулся, хотя сначала как-то не по себе было.

– Любка, ты одна? – Ленька постучал в дверь купе. Мало ли – хоть Эльза учет и ведет, но может быть всякое…

– Одна, одна; заходь, – открыла ему дверь сонная хохлушка. Зевая, повернулась к Леониду спиной и порулила к широкой кровати. – Ты давай, разоблачайся покамест.

– Угу, – ответил он, ставя свою винтовку в маленькую пирамиду рядом с АКСУ Любки, одним глазом кося на круглый зад девушки, обрисованный шелковым халатом. – Опять всю ноченьку пахала?

– Почти всю, но это не твое дело, – отрезала Любка, снимая с себя халат. Легла на спину, закинув ногу на ногу, и с интересом смотрела на парня, прыгающего на одной ноге в одном ботинке и спущенных джинсах. Блин, поторопился он с ботинками, теперь никак шнурок не распутает.

– Ты так долго, мой рыцарь… – пропела Любка, начиная хихикать, – смотри, копье опадет.

Рявкнув от злости, Леонид распорол выкидным ножом шнурок, швырнул ботинок в угол, рывком стянул брюки и скакнул к кровати. Схватил девушку за плечи, перебросив ее головой к середке кровати так, что ее шикарные русые волосы живописно рассыпались по плечам и простыне, закинул ее ноги себе на плечи…

– Люб, ты чего такая задумчивая? – спросил довольно лежащий на животе парень девушку, которая массировала ему широкую спину после постельных баталий. – Обычно найдешь, чем подначить.

– Знаешь, меня замуж зовут, – ответила она, немного помолчав.

– И кто это? – Перевернувшись, он подтянул ее за руку к себе и стал ласкать ее нежные и тяжелые груди. Красивая девка Любка, и все у нее на месте. А у него еще минут тридцать осталось, нужно их использовать.

– Сэмюэль Саккет, охотник. Знаешь его, он дичину добывает для компании?

– Сэма? Знаю, здоровый такой молчаливый мужик, у него еще усы, как подкова. Он частенько у нас в карьере ночует. Неплохой вроде мужик, спокойный как танк, посмеяться не дурак, и я не видел, чтобы он своих собак пнул или еще как обидел. Только он же тебя старше лет на пятнадцать, ему точно сороковник есть… – Леонид ухватил девушку вместо сисек за талию, приподнял и опустил ее на себя. – Давай, Люб, обзывала меня жеребцом, будь наездницей. Слушай, Люб, интересно: у меня же ладони в мозолях, как наждачка, а ты ни разу не пожаловалась, что я тебя за сиську не так цапнул или еще что… Моя прошлая постоянно ныла.

– Лень, мне уже двадцать восемь. Такие молодые парни, как ты, меня пользуют, но никто в жены брать не хочет. А Сэм добрый. И ты тоже добрый, поэтому ты даже такими грубыми ладонями ласкаешь, а не тискаешь. – И Любка начала раскачиваться на нем, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее…

– Ты вот что хочешь? – выгоняя парня из тесного душа, спросила девушка. – Где жить, с кем жить?

– Ну мне пока и так интересно, я здесь всего третий месяц. Еще серьезно не задумывался, – вытираясь широким полотенцем, ответил Леонид. – В Русской Республике, наверное, осяду, только нужно узнать про нее побольше. Не знаешь, кто может рассказать? – Он глянул в душевую и едва увернулся от мочалки.

– Не лезь, твое время вышло. Меня ведь Эльза для чего звала: Сэм к ней подходил. Похоже, Лень, ты последний парень из карьеры Любки-шлюхи. – Люба вышла из душа в распахнутом халатике, потянулась: – Хороша?

– Хороша! – честно ответил Ленька, любуясь красивым женским телом.

– Вот и ладно, пусть я такой моему мужу и достанусь, – посерьезнела девушка. Зашла за ширму, кинула на нее халатик и начала переодеваться. – Лень, у меня ведь дочь в Старом мире осталась, когда меня сюда с Тверской выловили. Я потом через Орден связалась, деньги перевожу постоянно, но куда мне их тянуть, с моей мамой вместе? Чтобы они узнали, что я проститутка? Три с лишним здешних года уже сердце себе рву. Дочка в школу без меня пошла. А Сэм обещает мне, что мы переедем на новые земли, на север. Туда, где Форт Росс недавно русские отстроили. Построим ферму, выпишем моих дочку и маму. Меня там вряд ли кто знает вообще, а через пяток лет и забудут, что такая Любка работала в Форте Ли и его окрестностях. Пошли? – Любка, одетая в серые джинсы и серую же маечку, вышла из-за ширмы и стала выталкивать клиента из своего купе. – Да, насчет Русской Республики – зайди к Джессике в интернет-кафе и поищи в сети сайты из Москвы, Новой Одессы и Демидовска.

– Спасибо за совет, я и не знал, что здесь Интернет уже есть. На базе мне сказали, что пока его нет на Новой Земле, – забирая винтовку из пирамиды, сказал Леонид. Взял разгрузку, повесил ее на одно плечо. Нагнувшись, поднял выкидуху, сложил ее и положил в задний карман джинсов.

– На базах, может, и нет, а у нас есть. Везде, где «железку» проложили, оптику бросили. Так что Русская Республика, Республика Техас, Конфедерация связаны внутренней сетью… Ой, ты бы свой дрын поменял, что ли? – Любка недовольно потерла локоть, случайно задев его винтовку.

– Она меня вполне устраивает, – усмехнулся Панфилов, выходя в тамбур. – До свидания, мадам Эльза. Люб, спасибо. – И спрыгнул на крупную гальку. Огляделся, щурясь от солнца, поправил кепку-восьмиклинку и пошел к палатке в другом конце лагеря. Жарко уже, скоро пекло начнется.

Уже через сорок минут Леонид сидел за монитором компьютера и читал найденную в сети информацию от правительства Русской Республики:

«Так, в двадцать втором году – зачистка Диких Островов, присоединение их к ПРА, основание там Кубинской автономной области. В двадцать четвертом – сначала референдум по обеим русским землям, потом Договор о объединении. Выборы Президента… ну понятно, конечно, Аверьянов, кто же еще. Сколько же ему лет уже? Образование Русской Республики из Московской, Новоодесской, Демидовской, Береговой, Базовой и автономной Диких Островов областей. А про Кубинскую автономию – ни слова, что так? Решили не создавать себе в будущем проблемы? Правительство, тра-та-та, министр обороны, министр внутренних дел Коршунов, и так далее. Столица в Москве; ну, это я и так знаю. В двадцать пятом, вместе с Бразилией – очистка от пиратов западного побережья перешейка, основание там Загорской области. В двадцать пятом же году, в десятом месяце – серьезный вооруженный конфликт с Имаматом.

Так… наличие у бандитов ПЗРК позволило им на какое-то время остановить русское наступление. Авиация РР потеряла только сбитыми пять «Тукано» и три Ми-24. Часть машин была серьезно повреждена зенитным огнем. Только внимательное отношение к налаживанию собственного производства позволило РР нанести поражение бандформированиям. Пятьдесят самолетов Су-2, изготовленных по заказу РА на «Ремавиастрое», точнее – умелое их применение командованием, и беспримерная храбрость пилотов, впрочем, как и любого бойца Русской Армии и добровольческих корпусов, пришедших на помощь русским из Техаса, Конфедерации и Бразилии, стали основой уничтожения наркодельцов и рабовладельцев в дельте Амазонки. О как!» – Леонид потянулся на скрипучем стуле. Поглядел на пустую кружку, сходил и набрал еще кипятка в кулере. Бросил в кружку пакетик чая и поставил на специальную полочку сбоку от компьютера. Видимо, специально сделали, чтобы на технику не пролить. – «Так, что там дальше? Ага, была подготовка своих летных кадров, целая летная школа организована. Ну еще бы – полк штурмовиков мало наклепать, на них еще летать нужно. Гренадеры и егеря добивали остатки рассеянных банд, а потом на перевале авиация навернула «вакуумной» бомбой, уничтожив скопление войск и частично разрушив перевал. Сурово! Организация форта перед перевалом, надо же, Грозным обозвали. Переговоры в Кейптауне, признание установившихся границ, мирный договор и обязательства ненападения. Так, в двадцать шестом году – начало освоения «северных территорий», построен Форт Росс на западном побережье материка. Ого, на тысячу километров севернее, чем Рио, широко размахнулись. Вот куда Любка собралась… – Он открыл спойлер с фотографиями и видеороликами тех мест. – Красиво, итить. А чем другие заняты? Где тут Конфедерация?»

Около часа парень лазил в Сети, находя и скачивая информацию себе на флешку. Промышленность разных регионов, сельское хозяйство, дороги, реки. Смотрел температурные режимы зимой и летом; оказалось, что наиболее интересный климат как раз на «северных территориях» Русской Республики. Летом около тридцати пяти тепла, зимой – пять-шесть градусов мороза. Зима там короткая и очень снежная, как раз в здешний сезон дождей умещается от начала и до конца. Интересно, интересно…

Глава вторая

– Лень, вот ты где! – рядом плюхнулся Ромка. – Тебя наш прораб ищет, велел передать, чтобы ты в пятнадцать часов подошел в контору. Ясно?

– Да понял я… – Отмахнувшись, Леонид выключил комп и положил флешку в карман. Потом на ноутбуке просмотрит внимательнее. – Обедать пойдешь? Я уже жрать хочу!

Парни вышли из полутемной палатки, какое-то время щурились, давая глазам привыкнуть к яркому свету.

– Куда идем? В столовку или в салун? – спросил Ромка.

– Я бы с удовольствием – в салун, но он тебе противопоказан сегодня. Отгонять тебя от стойки со спиртным я не намерен. Пошли в столовку, бобов поедим. – И они потопали к длинному навесу, возле которого дымилась полевая кухня. Большая и толстая негритянка помешивала в котле здоровенной поварешкой.

– Доброго дня вам, мэм, – уважительно поздоровался Леонид с толстухой, – как насчет поесть?

– Садитесь, бездельники. Нормальные мужчины заводят себе жен, любовниц и едят у них. Или идут обедать в салун, а такие, как вы, готовы на все, чтобы заставить старую Сару работать по воскресеньям. Держите! – И перед ними брякнулись две глубокие миски, доверху наполненные тушеными бобами с антилопятиной. Рядом легла доска с серым хлебом. – Потом миски бросите в мойку, ясно? А я пока пойду послушаю музыку. – И повариха ушла в дальний конец навеса, где стояло внушительное кресло-качалка. Вскоре оттуда донесся бубнящий голос и бухающие басы.

Повесив автоматы на крюки, вбитые в столб, они помыли руки под умывальником и принялись за еду. Точнее, повесили Ромкин АКМ и Ленькину АВТ, которая хоть и может стрелять очередями, но называется автоматической винтовкой. Так что он ее то автоматом, то винтовкой называет. Ладно хоть она сама на это не обижается и исправно стреляет во все то, во что он хочет попасть.

– Достала, тварь! – Ромка ложкой попытался прогнать надоедливую местную муху. – Пристрелить бы тебя!

– Какие проблемы, Ром? Поймай муху, приклей ее скотчем в центр мишени, отнеси за лагерь и шмаляй, пока ствол не покраснеет. – Ленька облизнул ложку, поднялся, достав кофейник. Налил себе еще остывшего кофе. Каша замечательная, а вот кофе – перестоявший. – Мне в бакалею надо, патронов купить. Зайдешь?

– Не, я, как ты, по две-три сотни за неделю на пострелушки не трачу, – махнул рукой бульдозерист. – Это ты от здешних заразился, а мне хватает того, что в корову могу попасть со ста метров. Я лучше схожу в картишки переброшусь, пивка холодного попью. – В одной из палаток был организован клуб картежников. Мужики молча сидели, глядели в свои карты, двигали цветные фишки.

– Не понимаю я прикола в покере, то ли дело – «подкидной». Тем более что ставки мизерные, полный запрет на ставку свыше экю. – Леонид усмехнулся и стал намазывать кус хлеба арахисовым маслом из большой банки, стоявшей посреди стола.

– Смотри, Сэм вроде как Любку увозит? Куда это они намылились? – Климов привстал, чтобы лучше разглядеть.

Точно: охотник забрасывал чемоданы в свой грузовичок, а Любка стояла рядом. Возле ее ног лежала пара здоровых псов с длинными ушами и грустными взглядами. Леонид первый раз ее в простом платье увидел: очень аккуратная и хорошенькая девушка получилась. Ну и удачи им.

– Любка за Сэма замуж идет, а уезжают потому, что до сезона дождей им осесть нужно. Не так много времени осталось, верно?

– Ну, еще четыре месяца, но ты прав – на «осесть» нужно много времени. Не жаль, Лень? Красивая ведь девка? – Ромка с усмешкой глянул на товарища.

– Нет. Любка на самом деле красивая девка, но мне в борделе девчонок хватит до конца сезона. А там видно будет. Так что – счастья им и удачи. – Леонид взял миску, бросил ее в глубокую мойку из нержавейки, где под тряпкой лежала гора таких же. Куда-то китаец-посудомойщик запропастился…

Идя в бакалею, он в который раз удивился про себя тому, что все мужики носят при себе длинные стволы. Ну никак за время жизни здесь не привыкнет. Ладно – пистолеты таскать, но хозяева обязали всех мужиков постоянно носить винтовки и автоматы. С одной стороны, самодурство, а с другой – ну кто в здравом уме нападет на лагерь, где в любое время минимум триста вооруженных мужиков? Да от той глупой гиены, которую нелегкая вынесла к лагерю в прошлую субботу, осталась горстка обглоданных костей. Разнесли ее в клочья из полусотни автоматов. Так что Спилберг со своим «Парком юрского периода» ошибается, самый страшный зверь – человек. По рассказам старожилов, местных зверюг стало на порядок меньше, и то в основном небольшие антилопы остаются. Всех опасных зверей вокруг людских поселений постепенно выбивают. Стараются в основном фермеры и ранчеры, но и охотники из соседних городов не отстают. Уже сейчас за крупными гиенами мужикам (и женщинам, среди них тоже есть напрочь отмороженные) приходится уезжать за пару сотен километров от Форта Ли, например. Рогачи остаются в небольших удаленных долинках, где они никому не мешают, особенно тем же фермерам. Появление же стада возле фермы означает его полное истребление. Вытоптанные и потравленные посевы здешним крестьянам совсем не по нраву.

Так, в раздумьях, Леонид дошел до передвижной лавки, сделанной из вагона и закаченной на пару рельсов. Под навесом на грубой скамье сидели три девицы из офисного состава (на удивление маленький состав, всего два вагона: в одном главный босс сидит, в другом – службы) и рассматривали журналы. Видимо, автомотриса утром привезла. Интересно: обычно почту в понедельник привозят… Навороченные винтовки девушек прислонены к скамье. Любит здешний люд из оружия мегабластеры делать. Панфилову оружейник тоже предлагал на его «токаревку» тактические приклад, квадрейл и прочая. А на кой ляд ему это? Леониду ведь на технике работать, с железом. Деревяху если поцарапает, то и не жалко. А все эти навороты денег стоят.

– Привет, девчонки, – по-англицки обратился он к ним. Шпрехает, точнее – спикает он на нем не очень хорошо, но нахватался за последние месяцы до такой степени, что понимает практически все и могёт медленно, когда коряво, а когда и почти правильно ответить. Все же здесь в основном американцы и австралийцы работают, хотя и немцы есть, и испанцы. Даже парочка иранцев работает. А вот китаец только один, посуду моет. Даже странно как-то.

Девчонки приветливо помахали руками и снова уткнулись в свои журналы. Хорошенькие девочки, жаль, что они все заняты. Впрочем, он в «Конце путей» появляется раз в неделю, да и неконкурентоспособен по сравнению с их бойфрендами. Ничего, наверстает. Зимой все равно куда-либо переберется, где народу побольше. Нужно устраиваться, а то такая работа затягивает.

Поднявшись по деревянным ступеням, Леонид толкнул дверь лавки. Мелодично звякнули над головой металлические трубочки.

– Добрый день, – поздоровался он с хозяином лавки. – Мистер Скотт, у вас найдутся подходящие шнурки для моих ботинок?

– Какая длина? – Негоциант, крепкий лысый дядька лет пятидесяти, в фартуке и нарукавниках, достал из-под прилавка большую картонную коробку.

– Сейчас погляжу, – Ленька уселся на стул и начал разматывать уцелевший шнурок, – около метра, похоже.

– Ровно один ярд, или три фута. У меня такие только оливковые, а у тебя ботинки черные. Возьмешь?

– А какая мне разница? – удивился Леонид. – Перед кем форсить? Давайте три пары, чтобы запас был.

Перешнуровав ботинки и спрятав запасные шнурки в карман, парень снова подошел к прилавку.

– Как насчет патронов под мою винтовку? У вас остался русский стандарт? И «девять на восемнадцать пээм» вы мне обещали выписать. – Он облокотился на прилавок и стал рассматривать оружейную часть лавки.

– Леонид, ты бы купил винтовку под «триста восемь Винчестер», и проблемы бы пропали, – недовольно заметил Скотт. – И пистолет поменяй – такие патроны, кроме как в России, большая редкость. Вот, держи. – На прилавок брякнулся зеленый цинк с надписью «9 мм ПМ» и следом за ним – две прозрачные пластиковые упаковки с винтовочными, точнее, с пулеметными патронами. – Патроны новые, этого года. Пятьсот пистолетных, четыреста винтовочных. С тебя две сотни экю. Шнурки – бонус.

Панфилов расплатился, сложил все добро в плотные пластиковые пакеты и в который раз пожалел о запрете ездить в лагере на машинах. Теперь тащи все в палатку на себе. Получается весьма немало, однако.

– Погоди, – окликнул его продавец. – Тут вчера один путеец умудрился здорово проиграться в покер, несмотря на ограничение ставок. Приволок мне револьвер и левер. Бразильский левер, а револьвер американский, дабл-экшен. Может быть, поглядишь? Ты же в прошлый раз «Марлин» в руках крутил, отказался из-за стоимости.

Продавец повернулся и достал с полки револьвер в кобуре, пояс-патронташ и винтовку.

– «Ругер» и «Росси», не новые, но вполне рабочие, за все отдашь пятьсот экю. Калибр «триста пятьдесят семь», Демидовск его делает, проблем с патронами нет. Для антилоп этот райфл намного лучше, чем твой, мясо меньше портит. – Мистер Скотт передернул скобу, прицелился в расписную тарелку напротив. Придерживая большим пальцем, аккуратно спустил курок и положил винтовку на прилавок, подвинув к парню вместе с револьвером. Не, ну каков, а? Ленька в прошлый раз себя от покупки револьвера и левера смог удержать только дороговизной нового американского оружия.

– Мистер Скотт, вы искуситель, – он опустил пакет с патронами на дощатый пол, – дайте погляжу. А пристрелять как, можно?

– Сходим вечером за лагерь, попробуешь. Но я тебе так скажу – это хорошие вещи! Бери, они и тебе служить будут, и внукам достанутся. – Продавец достал и положил на прилавок пачку патронов. – Полсотни патронов – бонус.

Леонид взял с прилавка кобуру с револьвером, вытащил его на свет божий. Когда-то зеленовато-полированный, а сейчас основательно потертый, с исцарапанной и вытертой черной резиновой рукоятью, револьвер все равно внушал надежность. Увесистый. Откинув барабан, он поглядел сквозь него на свет.

– Джим все вычистил перед продажей, нагара нет, – усмехнулся продавец. – «Ругер Джи Пи 100». Окраска была «сатин грин», длина ствола – четыре дюйма. Мне эти револьверы нравятся намного больше, чем твой «стечкин». Ты почему его не носишь здесь, кстати?

– А для чего? Всегда с винтовкой хожу, плюс шесть запасных магазинов. Уже тяжело. Еще полуторакилограммовый пистолет таскать на поясе и четыре запасных магазина к нему? Это еще почти три килограмма будет. Нет уж, благодарю покорно. – Ленька усмехнулся и взял с прилавка винтовку. Несмотря на то что по весу она практически не уступала АВТ, выглядела намного изящнее. Массивный восьмигранный ствол переходил в вороненую ствольную коробку, ореховый приклад был элегантен, по-другому и не скажешь. Правда, винтовка была тоже здорово поношенной.

– «Росси 92 Октагон». Двадцать четыре дюйма ствол, двенадцать патронов в магазине, плюс один в стволе. Хорошая вещь. Была бы новой и сорок четвертого калибра, дешевле чем за тысячу экю не продавал бы. Если хочешь, можем и отстрелять, но прямо скажу – незачем. Джим хоть и стрелял из них прилично, но берег, да и сами по себе эти вещи очень тяжело сломать. Хорошая оружейная сталь, легких сплавов нет вообще.

– Хорошие вещички, на самом деле. Беру. – Парень махнул рукой и полез в карман за деньгами. Все-таки он очень любил иногда пострелять из винтовки, но из «токаревки» много в удовольствие не выходит, отдача очень внушительная. – Тогда еще пятьсот патронов к леверу и револьверу, пожалуйста. И это… тачки не найдется? На время. – Леонид поглядел на уже купленные патроны, затем на знойное марево за стенкой магазина. Тащить все это удовольствие на себе по здешнему солнцепеку – мазохизм.

– Тебе их вечером привезут, идет? – отсчитывая патронные пачки, сказал Скотт. – Вместе с винтовкой и револьвером.

– Идет. – Он поглядел на свои часы. Через пятнадцать минут к начальству. И на кой им понадобился Леонид Панфилов, интересно…

Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


Популярные книги за неделю

Рекомендации