282 000 книг, 71 000 авторов


Электронная библиотека » Адалин Черно » » онлайн чтение - страница 3

Читать книгу "Любовь миллиардеров"


  • Текст добавлен: 18 ноября 2026, 13:20


Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Глава 10

Я не отвечаю Максиму сразу. Сижу на полу детской, телефон жжёт ладонь, а за стеной ровно дышит Тёма. Две тучи надо мной – старая и новая – и я не знаю, под какой укрыться.

Сначала – то, что важнее. То, что про детей.

Я перечитываю переписку с Верой, разглядываю фотографию Сони. Коляска у подъезда. Знакомый козырёк, знакомая плитка. Снято с близкого расстояния. И снова – этот ровный, выверенный ужас без единого слова угрозы. Самые страшные угрозы – те, что не нужно проговаривать.

«Лёва», – написано в моих заметках. Единственное имя. Единственная нить.

Я закрываю глаза и заставляю мозг работать так, как он работает за камерой: холодно, по кадрам, без паники. Что я знаю?

Игорь задолжал. Игорь сбежал. И сбежал, видимо, по-настоящему – со счетами в ноль, без следов, так, что даже кредитор не может его достать. Иначе зачем приходить к нам? Будь Игорь под рукой и при деньгах – его бы и трясли. Должника всегда выгоднее давить напрямую: с него можно стрясти всё разом. А с двух женщин с детьми – что? У Веры просрочка по кредиту за машину, у меня студия в аренду и сын в саду. Взять с нас, если по-честному, нечего.

Значит, расчёт не на «честно».

Расчёт на страх.

Лёва не может найти Игоря – или нашёл пустого, выпотрошенного человека, с которого взятки гладки. И тогда остаётся единственный грязный ход: надавить на тех, кто рядом. Не потому что мы должны. А потому что мать, которой показали фотографию её ребёнка на горке, побежит занимать, продавать, унижаться – лишь бы это прекратилось. Он давит не на кошелёк. Он давит на ужас.

Мы для него не источник денег. Мы – кнопка, на которую он жмёт, надеясь, что от боли мы сами найдём ему сумму. Свою, занятую, какую угодно – лишь бы откупиться за чужое.

А кнопка работает только пока на неё можно жать.

Перестанешь бояться – и жать станет некуда.

Я открываю глаза. В детской синий огонёк ночника, ровное дыхание Тёмы, мокрый снег за окном. И впервые за вечер страх отступает на полшага – туда, где я могу его разглядеть.

Потому что теперь я понимаю, с кем имею дело. Не с человеком, который пришёл за своим. С человеком, который пришёл за нашим – под предлогом чужого долга.

Я открываю незнакомый номер. Пишу медленно, взвешивая каждое слово.

«Игорь задолжал – с Игоря и спрашивайте. Мы за него не поручались. Если бы вы могли его найти и взять своё – вы бы не фотографировали чужих детей на площадке. Значит, не можете. Значит, давите на тех, кого видите. Это называется вымогательство».

Две галочки. Прочитано. Долгая пауза. Точки появляются, исчезают, появляются снова.

Я успеваю сделать скриншот раньше, чем он сотрёт сообщения. Второй телефон уже наготове – я фотографирую экран на него, кадр за кадром. Я фотограф. Я всё снимаю.

Наконец приходит ответ:

«Умная. Жаль. С умными дороже выходит. Срок – неделя».

Сообщение тут же исчезает. И предыдущие. Чат пустеет, будто его и не было.

Но у меня уже всё снято.

Правда, что с этим делать я не знаю.

Звоню Вере. Она отвечает на первом гудке – не спала.

– Аня, он и тебе написал? – голос звенит, на грани. – Аня, я не могу так, я весь вечер на дверь смотрю, мне каждый шорох…

– Тихо. Слушай меня. – Я выхожу из детской, прикрываю дверь. – Он не может достать Игоря. Поэтому давит на нас. Мы ему ничего не должны, Вера. Это вымогательство, и у меня есть скриншоты – всё, и угрозы, и фото детей. Завтра идём в полицию.

Долгая пауза. И вместо облегчения – то, чего я боялась больше всего.

– В полицию… – повторяет она глухо. – Аня, он сказал, что следит за подъездами. А пока они там бумажки оформлять будут – он за неделю что угодно сделать успеет. С Соней. – Голос срывается. – Я не могу рисковать Соней ради того, чтобы что-то кому-то доказывать. Я лучше заплачу. Один раз. Чтобы он отстал.

– Чем заплатишь? – спрашиваю я тихо. – У тебя просрочка по кредиту.

– У тебя контракт, – выпаливает она. И сразу, захлёбываясь: – Прости. Прости, я не то… Но ты же говорила – огромный гонорар. Эти двое, которые тебя наняли. Аня, попроси у них аванс. Вперёд. Скажешь – обстоятельства. Я отработаю, я всё верну, я на работу выйду, как только…

Я молчу.

Я стою на тёмной кухне, прижав телефон к уху, и впервые за весь этот безумный вечер по-настоящему холодею.

Потому что в её словах – выход. Простой, быстрый, лежащий на поверхности. Один звонок. Один разговор. «Кирилл, Максим, мне нужен аванс по контракту, срочно, личные обстоятельства».

Они дадут – я знаю, что дадут, после «только Анна» и кофе на заправке они дадут не задумываясь. И тогда у Веры будут деньги откупиться, прямо сейчас, и страх отступит, и можно будет дышать.

И тогда мне придётся прийти к ним. Просить. Объяснять «личные обстоятельства». Подпускать их к себе – близко, в долг, в зависимость. К двоим мужчинам, один из которых уже пообещал вспомнить, где меня видел. А я приду и сама, своими руками протяну им нить, за которую можно тянуть, пока не размотается всё. Включая мальчика со светлыми бровями за стеной.

Заплатить Лёве – значит признать, что кнопка работает.

Попросить аванс – значит вложить ту же кнопку в руки Кирилла и Максима.

Два вымогателя. Один требует деньги за чужой долг. Вторые ничего не требуют – но стоит мне прийти к ним должницей, и я уже не тень с камерой, а женщина, которая им обязана. А обязанность развязывает языки и вопросы.

– Аня? Ты где? – Вера дышит в трубку. – Ты попросишь?

И я понимаю, что это и есть настоящая ловушка сегодняшней ночи. Не Лёва. Не неделя. А то, что обе мои беды теперь сходятся в одной точке – в деньгах. И самый лёгкий путь спасти сестру ведёт прямо в руки тех, от кого я три года пряталась.

– Я подумаю, – говорю я наконец. Тот самый ровный голос, за которым не слышно, как внутри всё качается. – Дай мне время до утра. Только до утра, Вера. И никуда не ходи, никому не открывай. Обещай.

– Обещаю, – шепчет она.

Я кладу трубку.

За окном мокрый снег так и не долетает до земли – висит в воздухе, ни туда ни сюда. Как я.

Телефон вибрирует снова. Я уже знаю, кто это, ещё до того, как смотрю на экран.

Максим.

«Анна, мы можем встретиться завтра?» – снова то же сообщение.

Я смотрю на эти слова. На тот самый выход, который держу в руках. И впервые за три года не знаю, бежать мне от этих двоих – или идти прямо к ним.

Глава 11

Сообщение приходит утром, пока я пью свой кофе.

«Получится встретиться у меня? Нужно поговорить».

Я смотрю на экран так долго, что телефон гаснет сам. Включаю снова. Перечитываю. «Просто поговорить» – фраза, за которой может стоять что угодно. Может, ничего. Может – всё.

Съёмка и так была назначена на субботу, у него дома, «живой портрет без галстука». Зачем встречаться раньше? Что изменится за эти два часа, которые нельзя провести под камерой, при свидетелях его же квартиры, среди привычных вещей, которые не дадут сказать лишнего?

Я набираю: «Зачем пораньше?» Стираю. Слишком резко, слишком похоже на допрос. Пишу заново: «Что-то случилось с проектом?» Тоже стираю – это трусость, прятаться за работой даже в переписке.

В итоге отправляю то, что есть на самом деле: «Не понимаю, зачем».

Ответ приходит быстро, будто он ждал у телефона.

«Затем, что хочу поговорить с тобой без камеры и без Кирилла. Просто с тобой. Это не про проект».

Я сижу на кухне, и у меня в груди что-то одновременно сжимается и раскрывается – два противоположных движения сразу, как будто меня тянут в разные стороны одним и тем же чувством.

Тёма возится в комнате с конструктором, что-то бормочет себе под нос голосом мультяшного героя. Тамара Петровна гремит посудой. Обычное утро, в котором я вдруг чувствую себя человеком с двойным дном.

Я соглашаюсь. Пишу «хорошо» и тут же жалею, что не написала что-то более взвешенное, более защищённое. Но ответ уже улетел.

До встречи – три часа. Я трачу их бездарно: дважды переодеваюсь, хотя иду на деловую встречу, а не на свидание, и говорю себе это вслух, стоя перед зеркалом, будто повторение сделает правду правдой. Выбираю в итоге то, в чём чувствую себя собой – тёмные брюки, простую блузу, минимум украшений. Никакого синего. Синее я оставила там, на крыше над кальдерой, три года назад, и не хочу, чтобы оно случайно всплыло здесь.

Внимание! Это не конец книги.

Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3
  • 0 Оценок: 0


Популярные книги за неделю


Рекомендации