Читать книгу "Сборник. Разведи его"

Глава 8

Оксана

Я была рада тому, что танцы настолько подогрели Константина, в итоге. Но радость моя смешивалась с горечью. Сейчас мы отправимся в приватную кабинку, Наташа заснимет все на свою камеру, которую я тайно пронесла внутрь и незаметно прикрепила к стене – под декоративной расписной тарелкой. И все, мы с этим мужчиной разойдемся навсегда. Уж точно он не поймет, что я работаю на Камиллу. И вряд ли простит неискренность и наигранность.

А он мне так нравился! Я прямо летала, пока мы зажигали вдвоем на танцполе.

Вокруг нас образовалось свободное пространство – другие танцоры уступили нам первенство. Мы прижимались, мы обнимались и делали все, что в обычной жизни делать не положено женатому мужчине и женщине, которая давно уже замужем. Здесь же я могла себя больше не сдерживать – самовыражаться через движения танца.

Костя тоже подхватил инициативу.

Я чувствовала – как сильно он меня хочет. Он даже отбегал «ненадолго» с танцпола, и я прекрасно понимала – зачем. Поэтому взялась за него с новым пылом. Не знаю уж, чего я больше хотела – чтобы он сейчас попытался изменить Камилле или чтобы просто ласкал, целовал…

Я еще никогда подобного не испытывала. Чтобы прикосновения мужчины обжигали, от нашего соединения тел неожиданно выбрасывало в восхитительно-сладостный космос. Это было горячо, страстно, внезапно. Нас словно обоих враз одурманили, и мы уже не понимали – где мы и что мы.

Это длилось и длилось. Сладкое безумие, когда мне не хотелось думать о Семе, как бы неприятно это ни прозвучало. Костя, похоже, не вспоминал о Камилле…

Мы заскочили в приватную кабинку. Он начал целовать, так, словно впервые вообще дорвался до губ женщины. Нервно ласкал, до дрожи в коленках. Мы оба дрожали – каждый по-своему. Его просто трясло от возбуждения и нетерпения.

Сама не поняла, как оказалась верхом на столе, думала – ну все, развязка через минуту.

Сглотнула горечь во рту и постаралась мыслить разумно. Мне оплатят заказ, и смогу отдохнуть.

Куда там я хотела полететь с мужем и сыном?

Мысли роились, путались, смешивались…

Я не понимала, чего же хочу. Чтобы Константин закончил уже с прелюдией, снял брюки – и видео было бы полным. А я убежала, и мы больше не виделись. Или чтобы Костя сумел удержаться…

Внезапно он отстранился, меня будто прохладой резко окатило, так выходишь из моря в местах, где вода теплее человека и ощущаешь дуновение ветра.

Я хватанула коктейль и принялась его пить.

Последовала классически-понятная тирада.

Он еще женат и думает, выбирает.

Я торопливо рванула наружу. Не знаю уж, чтобы Костя не передумал или же спасаясь от собственных чувств, желаний и эмоций, совершенно ненужных.

Бежала я быстро, не оглядываясь по сторонам. Споткнулась, натолкнулась на какого-то бандита, возле машины, стоимостью, вероятно, как несколько хороших коттеджей в подмосковье.

Он остановился и меня придержал, осторожно помогая восстановить равновесие.

– Крошка? Ты куда? Ты не меня ищешь?

Сальные глаза, грубоватое лицо, нарочито дорогущий пиджак и штаны. Эти барракуды криминальных глубин всегда такие предсказуемо заметные сразу.

Я чуть попятилась.

– Простите, я тороплюсь.

– Куда же ты?! Я как раз снял приватную кабинку, чтобы найти себе женщину на вечер.

– Найдете, удачи.

Я дернулась, но мужчина держал так крепко, что рука заболела.

– Уже нашел! Идем! Или тебе будет хуже!

Он улыбался, но произносил это так, что у меня внутри похолодело.

Ну надо же, так нелепо попасться! Вляпаться там, где, по логике, не должна бы!

– Я закричу! – предупредительно шикнула.

– Кричи! Я люблю, когда бабы сопротивляются.

Я резко выдохнула, и запаниковала. Мужчина уверенно тащил меня к входу в часть ресторана с приватными кабинками. Затащит – и все, никто не поможет.

Я упиралась, намеренно спотыкалась. Но он меня силой придерживал и ставил опять вертикально, не давая улизнуть. Я ошарашенно оглядывалась в надежде, что на стоянке, едва освещенной сутулыми фонарями ресторанной ограды, появится кто-то и что-то заметит. Но шансов было мало. Час ночи, как ни крути. Мы с Константином здорово засиделись, затанцевались… и я пропустила свой обычный дедлайн жены и матери.

Видимо, за это и пострадаю…

Я понимала, чем все закончится и дико жалела, что не отдалась Косте. Не знаю почему, но в эту минуту я не страдала, что вынужденно изменю Семену. Не переживала, что он может подумать и как отреагирует на данное происшествие. Встанет ли в позицию «сама виновата» или же пожалеет, поймет и поддержит.

Я думала: «О боже! Лучше бы мы Костей, сейчас, на столе… как ему только захочется!»

Дверь распахнулась, меня туда втиснули. Я даже зажмурилась, но в эту минуту моего «похитителя» кто-то сбил с ног.

Опомниться не успела – а насильник и Константин уже месили друг друга на полу ресторана. В приватной кабинке, куда никто не зайдет.

Растерянность владела мной считанные секунды. Я резко метнулась к выходу из кабинки, стрелой пролетела весь ресторан и подскочила к нескольким охранникам.

– Там драка! По-моему, это хозяин заведения и какой-то бандит! Пожалуйста, помогите!

– Где!

– Ведите!

– Немедленно!

– Разумеется! Я все покажу!

Я бросилась назад. И как только нашла среди приватных кабинок ту самую, нужную?

Мы туда ввалились совершенно случайно – Костя подергал несколько ручек, и втащил бандита в ту, что сразу открылась. Я не считала – сколько от входа кабинок, не заметила никаких указателей.

Но забежала сразу же в правильную!

Мужчины дрались осатанело, до крови. У Кости была раскроена бровь, у бандита – явно сломан его мясистый шнобель.

* * *

Константин

Какой-то авторитет пристает к моей женщине! От одной мысли в голове помутилось! Однако стратегически я мыслил отлично. Увидел, куда тащит эта мразь Оксану, и встретил насильника во все оружии.

Месил его словно грушу на тренировке. Тот прямо ошалел, и первое время, только блокировал и защищался. Пару раз ударил, даже пробил один раз защиту – угодил в бровь. Собственная кровь и запах железа распалили меня уже окончательно.

Еще немного – и я верхом на мерзавце. Жаль, что Оксана куда-то сбежала. Наверное, испугалась и просто уехала. Я даже не винил в этом бедную женщину.

Такое пережить! Могу себе представить!

Когда авторитет оказался скручен ловким приемом и обездвижен другим – болевым, этот гад тихо взмолился.

– Мужик, да не знал я, что она твоя телка!

– Еще одно слово и я тебя уничтожу! Телками будешь своих подстилок называть!

Рыкнул я озверело и в эту минуту в комнату вбежали перепуганные охранники, а вместе с ними – ошарашенная Оксана.

Она не сбежала! Она мне пыталась помочь!

От этой мысли у меня словно выросли за спиной огромные сильные крылья.

Я аж приподнял испуганного авторитета.

– Милицию вызывайте! – закричал своим парням. – Я буду свидетелем попытки изнасилования.

– Мужик… Ну давай договоримся по-хорошему, – взмолился авторитет. Еще бы! В тюрьме за подобные штуковины делают с виновником такое, что даже матерые боятся. – Я тебе заплачу, извинюсь, как захочешь…

– У нас же еще камеры возле того входа, – подлил масла в огонь один из охранников. – Докажем попытку изнасилования на раз!

– Ну, мужики! Ну, бес попутал! Я просто подумал, что дамочка из эскорта или типа того.

– Я тебе счас лично башку откручу! – гаркнул я на него зло и предупреждающе. – Еще одно слово на тему этой женщины…

– Все, я молчу! Сказал же! Молчу.

– Перед ней извиняйся! На коленях, мразота!

Я оттолкнул ошарашенного авторитета.

Тот реально пополз и принялся извиняться.

– Простите. Я не знал, что вы – его женщина, – дрожащим пальцем указал на меня.

Оксана же настолько ошалела и опешила, что не возражала, и даже кивала. Ну да! Не скажет же, что ее наняла Камилла! Однако утверждать, что она моя женщина тоже не решилась. Деликатно промолчала.

– Прощаю, прощаю, – попятилась от мерзавца.

– Теперь возмещай ей моральный ущерб! – резко потребовал я от него.

Тот принялся вытаскивать из кошелька всю наличку. Набралось около девятисот тысяч рублей. Все это я немедленно вручил уже вконец опешившей и остекленевшей Оксане. Она машинально сжала купюры пальцами и только суматошно моргала.

– Мможет не надо? – уточнила вдруг тихо.

– Надо-надо! Моральный ущерб никто не отменит! – твердо произнес я и придержал ее руку, которой Оксана пыталась отдать толстые купюры обратно владельцу.

Авторитет медленно встал.

– Могу я идти? – спросил у меня напоследок.

Я лишь кивнул.

– Появишься тут, захочешь отомстить мне или этой женщине, пожалуйста, учти – пленки с твоей попыткой надругательства сразу же попадут в открытый доступ на многие сайты. Станешь звездой! Со всеми вытекающими отсюда последствиями…

Авторитет свирепо сверкнул взглядом «на посошок» и негромко произнес:

– Ладно, проехали.

Стоило ему уйти, как Оксана засуетилась и принялась меня осматривать.

– Ничего не болит? Может к врачу?

Мне так нравились ее забота, волнение! То, как она осторожно касалась разбитой брови, промакивала кровь, не доставая самой раны. То, как она встревоженно всматривалась в лицо, и спрашивала, спрашивала о моем состоянии.

– Ты точно нормально себя сейчас чувствуешь? Может мы все-таки поедем в травмпункт? Или в клинику Семенова? По-моему, они принимают там круглосуточно…

– Все хорошо. Я занимался боксом и самбо. Если вдруг что, сам бы поехал.

Я ее успокаивал и продолжал наслаждаться.

Она вокруг меня так и крутилась. Охранники принесли аптечку в кабинку. Оксана принялась бережно обрабатывать бровь, промакивая хлоргексидином. Заклеила лейкопластырями, почти, как в больнице.

Налила мне крепкого чая с малиной и сосновыми шишками – сама заказала.

Мы сели на диванчик в приватной кабинке: так, что касались друг друга телами, выпили, продышались и немного расслабились.

– Я так испугалась, что он тебя побьет! – тихо и искренне поделилась Оксана.

– Я так испугался, что он тебя обидит, – практически эхом отозвался и я.

– Ты должен знать. Еще никто ради меня так не дрался и ничего подобного не делал, – она пребывала в каких-то раздумьях. И мне это сразу почему-то не понравилось.

Я попытался вывести Оксану из этого загадочно-задумчивого настроения.

– Ну все же хорошо. Все уже кончилось. Я тоже уже очень давно ни за кого так не боялся. И, честно говоря, так зверски не дрался…

– Ты просто Терминатор, – захихикала она. Вся залилась краской и снова притихла.

– Ну что такое? Что ты? – с напряжением в голосе, предчувствуя беду, уточнил я у Оксаны.

Она вдруг отстранилась, повернулась ко мне всем корпусом и шепотом произнесла:

– Я обманывала тебя все время. Константин, я не та, за кого себя выдаю.

Я попытался ее остановить. Если признается – мы сразу расстанемся, уйдет к своему Семену – и для меня тогда все кончено.

Да что же такое! Ну вот за что это мне, а?! Я злился, боялся, расстраивался и сетовал.

Пусть бы мы и дальше играли в эту игру. Она меня соблазняет, я почти поддаюсь, но в последний миг вспоминаю Камиллу.

– Оксана, – произнес я тихо и вкрадчиво. – Я о тебе уже знаю достаточно. Не нужно мне никаких каверзных подробностей. Я за тебя готов убить, даже сдохнуть! И это очень хорошо стало понятно. Разве этого мало?

– В том-то и дело! – она вдруг вскочила и прогулялась по комнате.

Очень и очень нехороший это признак.

– Это для меня даже слишком уж много! – с пылом, с нажимом выдала Оксана.

– Ну вот и давай на этом закончим. Я не хочу знать всю твою подноготную… Оксана, я люблю тебя. Я думаю о разводе. Состоится он или нет… еще выбираю.

Я попытался вернуться в «игру».

Она полоснула руками по воздуху, вскрикнула, выругалась и произнесла:

– Меня наняла твоя будущая бывшая, если, конечно, захочешь развода. Я из агентства «Разведи меня». Мы выводим мужчин на чистую воду. Соблазняем и, если они изменяют, иногда это женам очень полезно. Порой даже денежно. Костя, прости!

Оксана собиралась сбежать из кабинки: просто вдруг резко дернулась с места. Я подорвался и остановил ее возле двери.

Обнял, притянул, как давно уже мечталось.

Больше не сдерживаясь, больше не пытаясь обмануть ни себя, ни Оксану, ни чувства…

– Я тоже признаюсь, – сказал тихо и прямо. – Это я попросил Камиллу нанять тебя на работу.

Оксана удивленно вскинула брови.

– Ты? Зачем? Зачем тебе это потребовалось?

– Я влюбился в тебя с первого взгляда. С той встречи, в ресторане, когда ты работала и вывела на чистую воду изменщика. С Камиллой мы давно уже планировали развестись, но все как-то не хватало времени и сил. Поэтому я ее и подрядил к вам сходить. Я знаю, что ты замужем, знаю про сына. Я просто хотел, чтобы мы повстречались. Хотел показать, как со мной хорошо. А там… чем черт не шутит… Оксана! Я люблю тебя. Так, что и сам поражаюсь, как сильно. Я ради тебя… готов на все, что угодно. Даже подраться, даже убить…

Пожалуйста, подумай, над моим предложением.

Я тараторил, частил непомерно. Оксана же замерла, смотрела и смаргивала. Я ее ошарашил, совершенно сбил с толку. Но остановиться уже не получалось.

– Послушай. Мы знакомы примерно два месяца, но я готов жениться на тебе даже завтра. Как только разведешься. Усыновлю твоего мальчика. Пожалуйста, Оксана, подумай об этом. Тебе больше не потребуется работать в агентстве, я буду зарабатывать, а ты – сидеть дома. Захочешь – заведешь себе собственный бизнес. Камилла вон занимается салонами красоты.

– Я-а-а… Не понимаю. Ты меня ошарашил… – тихо и протяжно сказала Оксана. Высвободилась из моих рук и отступили вглубь комнаты.

– Я знаю, все осознаю, ты сейчас просто в шоке. Но ты же не можешь отрицать, что тебе я понравился сразу и именно, как мужчина? Ты же сама недавно сказала: никто для тебя такого не делал…

– Как ты узнал про мужа и сына? – спросила Оксана вкрадчиво и с прищуром.

– Нанял детектива, и он о тебе все выяснил.

– То есть, ты все знал обо мне изначально?

– Да. Ну прости, не смог удержаться. Оксана. Я прошу тебя, не руби с плеча резко. Подумай над моим предложением, посоветуйся, если захочешь с кем-то еще. Я ведь не заставляю тебя сей же час соглашаться, не прошу уйти сегодня от мужа…

– Костя… Прости, но это уже слишком… Частный детектив, фиктивная работа… Я понимаю – у самой рыльце в пушку. Но тут не понятно – кто кого водил за нос, – она все еще выглядела растерянной и смятой.

Я двинулся в ее сторону, однако Оксана отшатнулась, и я тотчас остановился, давая ей место, давая ей воздуха.

Душить своей любовью я не планировал.

– Да какая теперь разница, кто кого переиграл? Разве тебе со мной было плохо, Оксана? – в отчаянии я говорил все, что придет в голову. Лишь бы не ушла! Лишь бы не бросила! Я еще никогда ни одну женщину так не хотел оставить в своей жизни. Разве что маму… Но она умерла. Теперь вот и Оксана норовила сбежать.

Это было просто ужасное испытание.

Схватить, успокоить, заставить понять! Вот что звенело в мозгу, и толкало пленить ее снова своими руками. Не позволять ей отдаляться и думать плохое. Дать ей почувствовать все, что сказал.

Да я ради нее… на все ведь готов!

Я снова сделал шаг в сторону Оксаны. Она же опять суетливо попятилась.

Выставила руки перед собой – мол, остановись и не приближайся. Я притормозил.

– Послушай, Оксана. Ну разве это важно – кто кого нанимал? Разве так важно – кто кого обманывал? Нам так хорошо было вместе все время! И не говори, что для тебя это лишь работа! Не говори, что ты только прикидывалась и актерствовала! Я знаю! Я видел тебя настоящую!

Я продолжал: говорил, говорил… Оксана молчала и быстро моргала. И потихоньку пятилась к двери. Я снова мог решительно преградить ей дорогу. Но вместо этого почему-то фатально бездействовал.

Взгляд Оксаны намертво пришпиливал к месту, ноги будто вросли в пол совершенно.

– Оксана. Не уходи. Я люблю тебя! Слышишь! По-настоящему люблю! С первой же встречи! И мы с Камиллой разводимся через неделю!

– Костя… прости. Мне надо подумать. Прийти в себя и как-то все это осмыслить.

Она вдруг сорвалась с места и выскочила, я побежал, притормозив на стоянке. Оксана искала свободное такси. Я дал знак своему личному водителю. Тот подошел и предложил подвезти, якобы в качестве шабашки, приработка.

Она задумалась, покосилась в мою сторону. С минуту наши взгляды прочно соединились, и я открыл ей все свои чувства. Дал им отразился на лице и в глазах, в надежде, что она вдруг просто останется. Как-то останется. Понятия не имею – как все это организовывать, лишь бы не уходила.

Оксана вздохнула и села в машину.

Та сорвалась с места, и быстро уехала.

Я же так и остался на крыльце ресторана.

Куда теперь идти? Что делать? Как действовать?

Я больше не понимал – на каком я сейчас свете.

Я больше не видел впереди своего будущего.

Планы, прожекты, какие-то обязанности, дела и работа? Зачем мне все это? Если она вот так просто уехала…

Я так и стоял и думал об этом.

А если напиться: ну так, чтобы в мясо, чтобы перестать вообще что-то чувствовать?

Нет! Алкоголь – это для слабаков. А для сильных? Пожалуй, лучше бои варваров.

Сегодня вечером как раз новая сессия.

Я прыгнул в свой внедорожник и поехал туда, где смогу хотя бы немного выпустить пар.

А потом дрался, дрался, дрался и дрался…

Лупил кого-то без устали, падал, если пропускал чьи-то удары, блокировал, делал приемы…

Домой вернулся побитый, опустошенный и злой.

Попытался набрать номер Оксаны, но то ли она меня полностью заблокировала, то ли отключила свой телефон.

Мда… Не удивительно. Я ее напугал. Может, разочаровал, кто ее знает? Она мне доверилась, открыла всю правду, зная, что вернет деньги заказчице…

Заказчица!

Я вызвал Камиллу по мессенджеру.

Ответила сразу – видимо, ждала весточки.

– Оксана как-то с тобой связывалась?

– Да. Заявила, что все тебе рассказала, и мол, подробности обсудим мы сами. Сказала, что вернет все деньги немедленно. Я отказалась. И заплатила оставшуюся сумму. Она удивилась, попросила созвониться с тобой. Дескать, если передумаю, деньги готова вернуть хоть сегодня. Что там у вас приключилось? Я так понимаю, вы долго встречались. Но что-то спровоцировало ее признаться в обмане?

– Да это уже неважно. Она убежала. Я ей все выложил, и она просто ушла.

– Ну-у-у… Ты произвел на нее впечатление. Настолько, что и деньги брать не хотела. Хотя силы и время на тебя долго тратила…

– Плевал я на деньги! Она может вернуться?

– Не знаю. Ты признался?

– Да, честно все выложил.

– Ну-у-у… Тут только два варианта. Если влюбилась, может и вернуться. Если же нет – между вами все кончено. Сам как оцениваешь?

– Понятия не имею. Мне думалось – она ко мне не совсем равнодушна. А уж когда она начала признаваться, казалось, она в меня даже влюбилась…

– И почему же ты теперь в этом сомневаешься?

– Она же сбежала! Не сказала ни слова! Я сделал предложение, обещал усыновить ее ребенка, отдать, что захочет, сделать все, что попросит. Обеспечить ее так, чтобы работать не пришлось…

– И она после этого сразу не согласилась?

– Ты издеваешься? – я даже прикрикнул.

– Что ж… Она, действительно, уникальная женщина. Девять из десяти уже бы лежали в твоей постели и спрашивали, как лучше извернуться и выгнуться.

– Знаю. Но она все-таки ушла… А эти девять мне на хрен теперь не сдались!

– Вот что я скажу тебе, чисто по дружбе. И еще потому, что выглядишь ты так, словно по тебе танки колонной проехались, затем выпустили залпы реактивные установки и следом – на посошок – затоптала пехота.

– Так я себя и чувствую. Говори уже! Не томи!

– У Оксаны есть сын и с мужем она не планировала разводиться, иначе уже это сделала бы. Есть еще ты. И ты определенно ей дорог.

– Дорог? – я вскрикнул и подался к экрану.

Камилла покачала головой, улыбнулась:

– Надо же! Даже на такого, как ты, нашлась та самая, что смогла приручить.

– К делу! – с раздражением поторопил я свою бывшую, – Я тебе очень многое дал. И после развода получишь не меньше. Имею я право на конкретные ответы без закорючек и этих поддевок?

– Положим, развод мы еще не оформили. Но ты, правда, честный и вполне себе благородный. Так что я тебе откровенно отвечу. Да! Я немного завидую Оксане! Ко мне ты никогда так не относился…

– Прости, – вздохнул я, внезапно поставив себя на место Камиллы в эту минуту. Она слушала мои вздохи и сожаления, направленные на потерю совсем другой женщины. При этом я ни разу так с ней не общался и не относился настолько серьезно. Камилла мне не изменяла, была хорошей женой и имела право слегка надо мной покуражиться. Странно, что я об этом ни разу не подумал. Ни когда просил нанять Оксану в агентстве, ни после, когда ждал ее для знакомства…

Мы эгоисты, когда влюблены. Это чистая правда, хотя звучит неприглядно и не слишком красиво.

Я усмехнулся.

– Ладно, замяли для понимания. Так что? Говори уже! Не томи меня долго! Я просто на грани. Учти это тоже!

– Вижу, – с сочувствием сказала Камилла. – Судя по тому, что ты мне поведал, она к тебе все-таки очень неровно дышит. Но у нее, тем не менее, муж, у нее сын и брак, который уже длится не год и не два. Естественно, что ей нужно подумать. Дай ей время. Не дергай и не педалируй ситуацию.

– Легко сказать, – искренне выдохнул я.

– Легко, а исполнить гораздо сложнее. Но у тебя, по-моему, просто нет выхода.

– Камилла? – позвал я. – Спасибо, ну правда. Ты не обязана была это делать и все-таки потакала моим слабостям и желаниям.

– Ладно, замяли, – вторила она мне. – Выдохни, пережди. Посмотрим, что будет.

Я отключился, прошелся по комнате.

Дом почему-то казался огромным. Не просторным, как когда мы тут жили с Камиллой, и даже когда она уже переехала. Просто гигантским, несоразмерным. Чистые комнаты выглядели стерильно. Им не хватало признаков жизни. Этих ненавязчивых знаков, что хозяин не одинок.

Крошек на диванах, женских открытых коробочек с кремами в ванне и спальне, чулок и колготок, которые обнаруживаются внезапно и в самых неподходящих для этого углах и местах. Например, возле рабочего стола или компьютера.

С тех пор, как Камилла от меня переехала, я ощущал себя свободным и умиротворенным. Вечерами она не болтала по телефону, переходя из комнаты в комнату, и порой дико мешая мне сосредоточиться на работе с бумагами. Днем она не звонила мне по пустякам, отрывая от важных встреч и поездок.

Утром не начинала общаться с домработницей, которая шустрила на кухне перед завтраком, пытаясь ее строить и заставить себя уважать.

Все это меня жутко раздражало. Камилла уехала, и я успокоился.

Теперь же мне до боли не хватало Оксаны: на кухне, и пусть бы ссорилась с домрабоницей. В ванной: кремов и разных там тоников, которыми моя женщина пользуется постоянно. Голоса Оксаны во время переговоров или просмотра важных документов.

Мне просто ужасно не хватало Оксаны. И я понимал – ничего не улучшится. Мне нужно смириться и просто подождать…

А как это сделать, если всем сердцем и телом привязан уже к этой женщине?

Как это сделать, если без нее все кажется мрачным, неправильным и ненужным?

Включая даже и себя самого…