Читать книгу "Порочные связи"

Джил недоуменно заметила, как порозовели резко очерченные красивые скулы ее бывшего мужа.

Глава 3

– Маргарита Слейтон. – произнес Даниэль сухо.

Джил нахмурилась.

– А зачем Марго помогать нам? – спросила девушка, глядя на Дина.

– Маргарита давно работает на меня. Я не думаю, что она откажет. Тем более, Марго действительно не раз видела, как Дейзи приходила в офис и устраивала скандалы… после того, как ты уехала. – запинаясь объяснял Даниэль, пряча глаза.

Джил побледнела и громко втянула воздух.

– Черт бы тебя побрал, Даниэль. Не могу поверить, ты трахал эту дрожащую тощую блондинку за моей спиной. Роман с секретаршей, разве это не низко даже для тебя? Банально и предсказуемо. Господи, ты все время врал мне в лицо.

– Джил, не было никакого романа. Один случайный эпизод, и все. – Даниэль раздраженно повел плечами. – Не понимаю, почему ты так завелась?

– Нет? Ты соврал мне, когда я спросила. Я поверила тебе, а не Майклу. Чертов ублюдок. – свирепо вопила Джиллиан. – Я столько раз приходила в твой гребаный офис, и ждала тебя в приемной, мило беседуя с твоей любовницей. Я, как идиотка, постоянно созванивалась с ней, узнавала, где ты, да и просто обсуждала всякие мелочи, я даже подарки на праздники ей посылала. Какая же я дура. А Марго – молодец, никогда бы на нее не подумала. Наверно, вы оба здорово потешались надо мной.

– Джи, успокойся, прошу тебя. – терпеливо попросил Даниэль. – У нас была одноразовая связь, когда мы однажды слишком много выпили, но на этом все и закончилось. Марго никогда не настаивала на продолжении, да и я тоже. И именно она поддерживала меня, когда ты уехала к Майклу. Марго действительно беспокоится обо мне, ничего не требуя взамен.

– Еще скажи, что она любит тебя, – истерически рассмеявшись крикнула Джил.

– Может быть. – спокойно ответил Даниэль. – И, если ты не прекратишь, я подумаю, что ты ревнуешь.

– Размечтался. – Джил вдруг мгновенно преобразилась, собравшись и снова обретя сдержанное невозмутимое состояние. – Извините меня. Я просто сорвалась. Не знаю, чему я удивляюсь. – она криво усмехнулась, в ее глазах, обращенных на Даниэля, сквозило разочарование. – Хорошо, пусть будет Марго. Я и виду не подам, что знаю о вашем одноразовом эпизоде. А чем черт не шутит, Даниэль? Может, она и есть твоя судьба? Тихая, робкая, исполнительная, покорная как рабыня и преданная до мозга костей. Просто идеальная спутница после такой оторвы, как я.

– Я и сам думал об этом. – глядя в обиженные глаза Джил, признался Даниэль.

Джиллиан показалось, что ей пнули под дых. Голова пошла кругом. Он думал о развитии отношений с Маргаритой Слейтон? Неприметной маленькой мышкой, с вечно печальными карими глазами и светлыми кудряшками, обрамляющими тонкое без намека на косметику лицо? И это ее соперница? Джил хотелось смеяться и плакать одновременно. Она никогда к ней не ревновала, даже в голову не приходило. Поэтому она и не поверила Майклу, когда он пытался открыть ей глаза.

– Джил, ты тоже должна хорошо подумать, прежде чем заявлять, что с Майклом вы просто друзья. – осторожно добавил Даниэль.

Девушка слепо посмотрела на него, не вполне осознавая смысл его слов.

– О чем тут думать? – безжизненным тоном спросила она.

– Если вы решите возобновить отношения, то возникнут трудности. Понимаешь?

– Что ты ему сказала? – сурово спросил Майкл, обращаясь к Джиллиан.

Она пожала плечами.

– Правду. – не моргнув, соврала Джил. – Пару недель назад мы решили прекратить отношения.

Они долго смотрели друг на друга, и Майкл вдруг все понял. Глаза его прищурились, губы дрогнули в холодной усмешке.

– Ты никогда не прекратишь, да? – жестко спросил он.

Даниэль растерянно наблюдал за бывшей женой и своим братом.

– Не прекращу что? – с железным самообладанием уточнила Джил.

– Использовать меня. Сколько можно,? Или ты думаешь, что мое терпение безгранично? Или тот факт, что я всю жизнь люблю тебя, как последний дурак, дает тебе право снова и снова играть с моими чувствами. И его чувствами тоже. Хватит врать, Джил. Скажи, наконец, правду. Мы должны знать. Определись, чего ты на самом деле хочешь. Потому что я так больше не могу. Я устал, Джи.

– Майкл, я не думала, что …. – ее голос дрогнул, и она почувствовала себя законченной стервой, глядя на мученическое лицо своего друга.

– Ты, вообще, редко думаешь о ком – то, кроме себя. – грубо оборвал ее Майкл. – Я не собираюсь и дальше участвовать в твоих играх. Я живой человек.

– Вы не прекращали отношений? – встрял Даниэль, неправильно поняв суть их разговора.

– Да не было никаких отношений, Ден. С тех пор, как почти пять лет назад я ушел из нашего дома в Майами, оставив вас выяснять, кто ей больше нужен. Джил сделала свой выбор, и никогда в нем не сомневалась. Но мне забыла об этом сообщить. Я был для нее вроде жилетки, запасного аэродрома. Черт, и меня бы устроила роль утешителя, когда три месяца назад Джил заявилась ко мне в слезах с абсурдной идеей заставить тебя думать, что между нами что – то есть. Она говорила, что только так ты отпустишь ее. А я, окрыленный надеждами, шел у нее на поводу. Я предавал и тебя и себя, надеясь, что однажды фиктивный роман станет настоящим. Но все зашло слишком далеко. Я не хочу больше играть в эти игры. Нет сил.

– Майкл, ты все усложняешь. – попыталась оправдаться Джил.

Она не смотрела в сторону потрясенного до глубины души Даниэля, не сводящего с нее испытывающего взгляда.

– Мы же все обсудили.

– Ни черта подобного. Ты говорила, что, возможно, со временем, когда раны затянуться, у нас сможет что – то сложиться. Но завтра на пресс – конференции ты собираешься поставить жирную точку, даже не удосужившись поговорить со мной. Тебе просто плевать на меня, на мои чувства. Ты хотела наказать Даниэля, ты это сделала, а теперь….

– Теперь мы с ним друзья. – спокойно закончила Джил гневную тираду Майкла. – И с тобой мы друзья. И все твои обвинения голословны. Сейчас не время и не место выяснять отношения. Ты забыл, почему мы приехали в Манхеттен, Майк?

– Я помню. – кивнул он, но глаза его все еще горели гневом. – И я не хочу больше ничего выяснять. Мне все понятно без слов. Но понятно ли тебе, Джил?

Губы девушки дрогнули, и она выдержала пронизывающий взгляд Майкла.

– Понятно, Майкл. – кивнула она.

– Сдается мне, что я один ничего не понимаю. – пробормотал Даниэль, заметив, как дернулась щека брата, когда он услышал ответ Джил, словно узрел в нем некий потаенный смысл, известный ему одному.

– Все просто, Дэн. Джил провела меня через ад, чтобы вернуться к самому началу. – безжизненно отозвался Майкл Фонтейн, опуская глаза в пол. – Тебе нужно позвонить Маргарите. А я пойду выпью в своей комнате. – сказал он брату, резко покидая гостиную.

– А пойду освежусь и отдохну. Позовешь нас, когда Марго и Клив приедут. Клив все еще твой адвокат? – быстро проговорила Джил, надеясь избежать еще одного длинного обличительного разговора, но теперь уже с Даниэлем. И его скептическая мрачная улыбка и тяжелый взгляд сказали ей, что он разгадал ее мотивы.

– Да. – коротко кивнул Дин, разглядывая ее с напряжением и не скрываемым негодованием. – Тебе придется все объяснить, Джил. – сказал он, проведя кончиками пальцев по лакированной поверхности стола. От этого знакомого жеста все ее существо затрепетало. Мучительные эротические картины из прошлого без спроса ворвались в ее мысли. Длинные умелые пальцы, скользящие по ее коже, сильные, чувственные, нескромные….

– Да. Но сейчас у меня нет сил. Прости.

– Я понимаю. Иди и отдохни хорошенько.

Джил благодарно улыбнулась и направилась к выходу.

– Эй, подруга. – окликнул он ее не без иронии, выделив слово подруга. Джил обернулась. На долю секунды глаза их встретились.

– Ты никогда не спала с ним? Я имею в виду, после меня. – спросил Даниэль.

– Нет. – ответила девушка, и вышла, закрыв за собой дверь.

Глава 4

Маргарита Слейтон, секретарь и личный помощник Даниэля Фонтейна; Клив Денвер, его консультант в юридический вопросах, адвокат и поверенный прибыли по меньшей мере через час. Джил была рада передышке. Она успела принять душ, нанести свежий макияж и переодеться в темно – синюю шелковую блузу со спадающими плечами и узкие черные брюки, схваченные широким поясом. Все предметы одежды девушка добыла в одном из шкафов, с удивлением отметив, что Даниэль не потрудился собрать ее вещи в какой – нибудь мешок, да и в самой спальне все осталась так, как было перед неожиданным бегством Джил.

Едва переступив порог спальни, она испытала целую гамму чувств от сожаления до ностальгии. Казалось непостижимым, что она снова очутилась здесь. Ничего не изменилось, и в тоже время ничего не осталось прежним.

Надеялся ли Даниэль, что она вернется?

Поэтому ничего не тронул в спальне своей жены?

Или просто был слишком занят делами и пьянками?

Несмотря на прожитые вместе годы, Джил едва ли могла даже предполагать, что в данный момент твориться в голове бывшего мужа.

Зол он или расстроен?

Или примирился и забыл о ней?

Или Дину просто плевать, и он устал от ситуации, так же как и его брат?

Расчесывая волосы, Джиллиан пыталась восстановить в памяти этот день и проанализировать поведение Даниэля. Чуть помятый, со следами бессонной пьяной ночи, раздраженный и усталый, он явно был не рад видеть ее сегодня. Но потом как будто отрешился, смирился с присутствием Джил, и даже согласился на сомнительное предложение дружбы.

Но не изменит ли он решение, узнав о ее маленькой лжи? Поймет ли, что за мотивы двигали бывшей женой?

Ответа на свой вопрос Джил не узнает, пока они снова не поговорят. Но что ей сказать Даниэлю? Как объяснить фиктивный роман с Майклом, и то, зачем она выдумала несуществующие отношения?

Они оба знают, что иначе Дин не отпустил бы ее, догнал и силой вернул бы домой. И еще они знают, что Майкл был прав, и Джил своим обманом хотела наказать Даниэля, причинить ему ту же боль, которую пришлось испытать ей, когда она застала мужа с любовницей.

Но здесь напрашивается новый вопрос, и Даниэль непременно задаст его ей. Зачем наказывать того, к кому равнодушна, от кого мечтаешь уйти и освободиться? Женская месть, уязвленное самолюбие?

Да, так и скажет Джил, если вопрос будет задан.

И они снова окажутся в тупике.

И беда в том, что и сама Джиллиан не знала точного ответа.

Все, что ей стало известно о прошлом Даниэля, о трагедии в его семье потрясло девушку, изменив и прояснив многое. Теперь она не уверена в правильности своего поступка. И ей было очень горько, что все открылось слишком поздно. И обидно, что Даниэль не доверял ей настолько, чтобы рассказать о давней боли, и пережитых страданиях. И даже сейчас он ни за что не признается Джил, как сильно повлияли события прошлого на его судьбу, поведение и отношение к людям и женщинам в частности.

А ведь все могло сложиться иначе, откройся он ей чуточку больше. Странно, но именно сейчас Джиллиан поняла, как на самом деле у них с Дином много общего.

Ее детство не было светлым и радостным, и дело не постоянном недостатке денег, пьянстве отца и равнодушии матери. Детей нужно любить, они всегда чувствуют отношение родителей, нуждаются во внимании и ласке. Ни няньки, ни подарки, ни дорогие школы не смогут заменить ребенку мать и отца.

Родители Даниэля и Майкла откупались от сыновей деньгами, у мальчиков было все, кроме того, единственного, что и необходимо детям. В богатых семьях так часто происходит: отец занят бизнесом, мать пропадает в бутиках и салонах красоты, и тот и другая, заводят интрижки на стороне, выясняют отношения, или просто живут, как соседи, не замечая, как сильно страдают от их невнимательности дети. И самое страшное, что модель поведения родителей часто проецируется детьми на подсознательном уровне. Недолюбленные, но финансово неограниченные они вырастают равнодушными, эмоционально глухими, пресыщенными деньгами, порочными и безразличными к людям, не умеющими любить и быть любимыми.

Но то, что случилось с Даниэлем в детстве, приумножило все то плохое, что взрастили в нем родители, и больше того, нанесло непоправимую психологическую травму. И чтобы стать полноценным членом общества, Даниэлю нужно не только признать и осознать случившееся, но и уметь жить с этим, не прячась и не притворяясь, что ничего не произошло.

Здесь мало одной любви и терпения, необходима работа специалиста, но он вряд ли когда – нибудь согласится пойти к психотерапевту. Уверенный в собственной правоте и неуязвимости, упрямый и самонадеянный Даниэль никогда не признается в том, что нуждается в помощи, и никому не расскажет, что и такому жесткому властному непробиваемому дельцу бывает больно.

Распустив черные блестящие волосы по плечам, Джил мрачно улыбнулась своему отражению. Она слышала, как прошел по коридору мимо спальни Майкл, не удосужившись постучать в ее дверь и позвать для обсуждения пресс – конференции. Наверное, у него масса причин злиться, но Джил не чувствовала себя виноватой.

Она никогда не говорила Майклу, что собирается возобновить с ним отношения. А, если и дала надежду, то в минуты слабости. Она нуждалась в его поддержке… всегда. Но любила ли? С этим ей тоже еще предстоит разобраться. Ясно одно, Майкл – часть ее жизни, и даже лучшая ее часть, и всегда будет дорог ей, и меньше всего Джил хотела бы обидеть его, но все равно обижала.

Почему так происходит? И от нашего эгоизма страдают те, кто особенно близок? Может, потому что мы уверены, что в очередной раз будем прощены?

С тяжелым сердцем девушка вошла в гостиную. Все собравшиеся расположились на диване и креслах. И обсуждение уже вовсю велось. На ее появление сразу среагировал только Клив Денвер. Высокий симпатичный блондин с зелеными глазами и лучистой улыбкой всегда активно симпатизировал жене своего работодателя. В разумных пределах, разумеется.

Продемонстрировав ей блестящие достижения своего дантиста и радостно поприветствовав вошедшую, Клив заставил Маргариту Слейтон подвинуться, освобождая для нее место рядом с собой. Слава богу, Джил не пришлось сидеть между Марго и Денвером.

Джил сухо поздоровалась с бледной и расстроенной Маргаритой, и тепло улыбнувшись Кливу, села на предложенное место. Братья Фонтейны разместились в комфортных кожаных креслах напротив.

– Теперь, кажется, все в сборе. – сдержанно озвучил Даниэль, пройдясь по бывшей жене долгим изучающим взглядом.

Джил с удивлением заметила, что он тоже успел принять душ, побриться и вырядиться в строгий костюм, только галстук забыл надеть.

– Мы начали без тебя. Но раз идея твоя, то нет надобности повторять заново. Я только что выложил Кливу и Марго основные мысли. Я порылся в ноутбуке, проверил свою переписку с Дейзи Вилар, и ты оказалась права, Джил, там есть несколько дискредитирующих историй сообщений. Я передал данные Кливу. Он все оформит нужным образом.

Джиллиан рассеяно кивнула. Даниэль продолжил.

– Клив полностью поддерживает нашу стратегию.

– Я считаю, что в сложившейся ситуации у вас просто нет другого выхода, как обвинить во всем Вилар, – вступил в переговоры Денвер. – Марго тоже готова содействовать.

– Да, и мне не придется ничего придумывать. – раздался тихий голосок Слейтон. – Эта сумасшедшая часто являлась в офис, закатывала скандала и вела себя, как уличная девка, угрожая Дэн… Даниэлю. – поспешно поправилась Марго.

– Все так, но Маргарита тоже предвзятый свидетель, Дин. – сдержанно обратилась к бывшему мужу Джил. – Она твой секретарь, зависит от тебя материально.

– Я не вижу смысла посвящать кого – то еще. – пожал плечами Даниэль. – По – крайней мере, мы можем доверять Марго.

– Я просто высказала свое мнение. – равнодушно ответила Джил. – Ты прав, ни к чему выходить к журналистам толпой. Мы же не на суде будем выступать, и предоставлять целый десяток свидетелей нет необходимости.

– Я согласен. – кивнул Клив. – Джил, Майкл, вы нас просто спасли. Это замечательно, что вы приехали и готовы поддержать Даниэля.

– Разве могло быть иначе? – хмуро отозвался Майкл. – Мы и минуты не сомневались. Джил даже косметичку забыла. Пришлось отовариться в аэропорту.

– Мог бы и промолчать. – одернула его Джил.

– Тебя забыл спросить. – грубо бросил Майкл.

Девушка потрясенно застыла. Удивлены были и остальные участники собрания.

– Эй, Майк, мы сейчас решаем общие проблемы, а с личными вы разберетесь потом. Окей? – холодно обратился к брату Даниэль.

– У нас нет никаких личных проблем. Все в порядке. Я просто устал. Сумасшедший выдался денек. – взяв себя в руки, смиренно ответил Майкл, даже не взглянув в сторону Джил.

– Нам всем нелегко. Но раз уж мы собрались, чтобы обсудить стратегию действий на завтрашней встрече, давайте сохранять спокойствие и трезвость мысли. – деловым тоном отчитал Майкла Клив Денвер. – И я вот, что хочу сказать, друзья. Завтра мы сможем заткнуть рты сплетникам, посеять зерно сомнения, но мало просто заявить, что нас оболгали, мы не виноваты и так далее. Необходимо поддерживать легенду, следовать ей, и попытаться не провоцировать новых слухов. Никаких разногласий, публичных ссор, пьяных дебошей в барах, последнее относится непосредственно к Дину. Послезавтра у Гвинет Тирли состоится благотворительный вечер. Я достану для всех вас приглашения. Присутствие обязательно. Ведем себя уверенно, безукоризненно доброжелательно по отношению друг другу и гостям вечеринки. Улыбаемся, шутим, в общем, все, как обычно. И таких вылазок в свет в течении ближайших недель должно быть как можно больше. Внушите людям, что у вас все хорошо, и вам совершенно нечего скрывать.

– Все понятно, Клив. – кивнула Джил. – Я предвидела, что так и будет. Проблема в том, что мне нужно возвращаться к учебе, если меня еще не отчислили.

– Все в порядке я сегодня созванивался с Фредди Боллинджером, твоим ректором. Ты продолжишь обучение со следующей недели. – сообщил Даниэль. Джил благодарно улыбнулась, недоверчиво и удивленно глядя на него. – Мне было не трудно. Фредди хорошо знал моего отца, и был рад оказать услугу. – пояснил Дин.

– А теперь, друзья, продолжим. – произнес Клив, проигнорировав реплику Дина. – У меня есть примерный перечень вопросов, которые будут задавать журналисты. Попробуем научиться четко и спокойно отвечать на любой из них, но будьте готовы и к неожиданностям. Даже я не могу предугадать ход мыслей пронырливых писак, голодных до скандальных сенсаций. Они пойдут на все, чтобы разорвать вас на части, ну, а ваша цель – не допустить этого.

Все возможные варианты развития событий обсуждались до глубокой ночи. Клив снова и снова изводил собравшихся, задавая иногда совершенно провокационные вопросы, порой абсолютно не относящиеся к теме, и даже не затрагивающие никого из задействованных лиц.

– Не позволяйте себе расслабиться. Вас будут намеренно уводить в сторону, чтобы потом поставить в тупик и обескуражить неожиданным вопросом, к которому вы не будете готовы. – напутствовал он участников собрания.

Джил не помнила, чем все закончилось, и был ли Денвер доволен результатами репетиции. Совершенно разбитая и уставшая, девушка уснула прямо в гостиной, уронив голову на плечо Маргариты Слейтон, рядом с которой ей все же пришлось сидеть, когда Клив встал, чтобы по очереди напасть на каждого со своим длинным вопросником.

Очнулась девушка в тот момент, когда Майкл укладывал ее в кровать, заботливо накрывая одеялом. У Джил хватило сил улыбнуться ему, и тихо прошептать:

– Я совсем не хотела обидеть тебя, Майк.

– Ты и не обидела. – мягко сказал он, целуя ее в лоб, словно маленькую девочку. – Я люблю тебя, Джи. Помни об этом, когда в следующий раз будешь выбирать его.

Глава 5

Несмотря на все волнения и бессонную ночь четверка отважных с честью выдержала сложную, и как обещал Денвер, непредсказуемую пресс – конференцию. Они держались уверенно и сплоченно, отбивая все атаки журналистов.

Когда все закончилось, Клив Денвер аплодировал им стоя, торжествующе наблюдая за покидающими зал недовольными и разочарованными любителями сенсаций. Дейзи Вилар была объявлена шантажисткой, фанатичкой и обманщицей, но не имела возможности защищаться, так, как не присутствовала на конференции, чем сильно огорчила своих коллег.

– Неужели ты специально это сделала? – выходя на солнечный свет из здания ББС, спросил Майкл, чувствуя одновременно и облегчение и навалившееся за ним опустошение и усталость.

Несколько репортеров кинулись к ним с микрофонами в руках, но Клив разогнал охотников за сплетнями.

– Что? – не поняв сути вопроса, спросила Джил, пристально наблюдая за шагавшими впереди Даниэлем и Маргаритой.

В их общении не чувствовалось никакой скованности, и это понятно, если вспомнить, сколько лет Марго работает на Дина. Но была еще и какая – то близость, эмоциональная связь, которая читалась во взглядах, прикосновениях.

Джил удивлялась, как не замечала раньше. Дин всегда был мягок по отношению к своей помощнице, внимателен к ее словам и сдержан в общении. В гневе он мог разнести любого, но не Маргариту Слейтон. Стоило ей появиться в кабинете шефа в разгар бури, как он сразу успокаивался.

Неужели Даниэль действительно не равнодушен к ней, или это просто дружеская симпатия? Марго обладала хрупкой, беззащитной, почти болезненной внешностью. Джил и сама не могла представить, как можно ее обидеть, или поднять голос. В двадцать три года Маргарита Слейтон выглядела, как ребенок, одевалась, как учительница, и старалась не привлекать к себе лишнего внимания.

Джил и подумать не могла, что Даниэля может обаять создание столь бесхребетное и скромное. Но, с другой стороны, Марго была его полной противоположностью, а как известно….

– Джил, ты меня слушаешь? – ворвался в мысли девушки голос Майкла.

– Да. Что ты говорил? – повернув голову, она вопросительно посмотрела в голубые глаза.

– Насчет Дейзи. Ты избила ее преднамеренно?

– Ну, я догадывалась, что ее отсутствие на пресс – конференции будет нам на руку.

– Я начинаю тебя бояться, – серьезно сказал Фонтейн – маладший, сурово глядя на нее. – Ты понимаешь, как рисковала? Вилар могла подать на тебя в суд, и это только усугубило бы положение Даниэля.

– Но она этого не сделала. – пожала плечами Джил. – И не сделает, уверяю тебя.

– А ты жестока….

– Она заслужила, Майк. – холодно отрезала Джиллиан. – Если кто – то и имеет право причинять боль Даниэлю Фонтейну, то только я.

– Когда ты успела так измениться, Джил?

– Я всегда была такой. Иначе не выжить в этом жестоком мире, где правят хищники с острыми зубами.

Возле лимузина Даниэль и Марго остановились, развернувшись к отставшим от них Джил и Майклу. Клив Денвер уже успел забраться в салон.

– О чем шепчитесь, новый заговор? – с усмешкой на идеально вылепленных чувственных губах спросил Даниэль. – Я предлагаю всем вместе выпить в каком – нибудь публичном месте.

– Это отличная идея. – подал голос адвокат.

Джи и Майкл с сомнением переглянулись.

– Честно говоря, чувствую себя разбитой и уставшей, – призналась Джил. – Может, без меня?

– Нет проблем. – равнодушно пожал плечами Дин. – Мы подвезем тебя до отеля.

– Отлично. Спасибо. – с облегчением вздохнула Джил.

Оказавшись внутри салона, она не без раздражения заметила, что осталась на сиденье одна. Даниэль предпочел расположиться рядом с Марго, а Майкл подсел к Кливу и отрешенно уставился в окно. Но уже было слишком поздно жалеть себя, и гадать, как так случилось, что из женщины, за которую сражались, она превратилась в аутсайдера. И в ее силах все вернуть обратно, нужно лишь захотеть.