Читать книгу "Клеймо зверя. Покорись мне, истинная!"

– А он есть? Этот шанс? Она… Минария даст мне шанс?

– Всё зависит от тебя, Раун. Ты либо приведёшь в страну гениального механика, дашь новый толчок развития для Клоуфаста, либо погибнешь вместе с истинной.

– Очень обнадёживающая речь, Валери.

– Прости, в последнее время я не лучший переговорщик. По крайней мере, со стоудорцами диалог как-то не вяжется.

– Не только у тебя, – хохотнул я и подскочил с кресла, когда услышал стук в дверь. – Это оно?

– Да, – Валери нервно поджала губы. – Всё зависит от тебя, Раун. Помни.

– Помню, – стараясь унять бешенство зверя, я сунул артефакт в карман, прошёл к двери и открыл.

– Принц Раун, вам послание от домни Сэнфордэску, – испуганный слуга протянул мне плотный конверт.

Я уже знал, что меня ждёт внутри, но всё равно открыл и прочитал официальный приказ о выдворении из страны, подписанный Кэссиди. Она действительно вынесла мне смертный приговор. Судя по уверенности подписи, руки не дрожали, и она не сомневалась. Но я не привык сдаваться, да и Валери уверена в успехе, так что не стоит сразу отчаиваться.

– Проводите меня к Кэссиди, – потребовал я.

– Но…

– Вы же сами передали мне её приказ о срочной встрече, – сообщил я ему со злым смешком. – Ведите.

– Как прикажете, – отозвался он уныло, поклонился, после чего засеменил по коридору.

Я твёрдым шагом последовал за ним. Слуга поддержал мою ложь, нас пропустили в королевское крыло, но к нам присоединилось несколько стражников. А у двери покоев Кэссиди нюх защекотал волнующий аромат моей пары. Минария была здесь, может, даже находилась внутри. Стараясь унять бешеный стук сердца, я громко постучался. Предстоящий разговор решит мою судьбу.

Глава 2

/Раун/

Дверь распахнулась, являя весьма мрачную и подобравшуюся Кэссиди. Выглядела она вымотанной, ведь не спала ночью. А исходящий от неё еле заметный запах крови говорил о заживающих ранах.

– Мне передали подписанное вами требование покинуть страну, – я продемонстрировал ей приказ, даже не заметил, когда умудрился его смять.

– Да. Мне стало известно о нападении на Минарию на территории дворца, – сухо ответила она. – Чтобы избежать подобного, я…

– Мы можем поговорить у вас? – больше не в состоянии сдерживаться, я заглянул в комнату и потянул носом воздух. Надежда на встречу с парой воспылала в груди с особой силой. – Она ещё здесь…

– Здесь, – она сделала шаг ко мне, чтобы вытолкнуть меня обратно в коридор. – Поэтому не могу пригласить вас к себе…

– Да ладно, Кэссиди? Подписали мне смертный приговор и не позволите даже увидеть истинную перед отъездом? – улыбнулся я, подстрекая её на действия.

– Я не…

– Подписали, – перебил я её. – Установление метки закрепляет связь. Теперь мне не поможет даже ведьма. Я погибну без истинной.

– Погибнет? – послышался встревоженный шёпот моей истинной.

Я вновь принюхался, пытаясь уловить её ускользающий аромат.

– Один разговор, Кэссиди, – взмолился, заглядывая с холодные синие глаза.

– Как вас вообще пустили в крыло? – внезапно ворчливо пробормотала она, но сместилась в сторону, позволяя мне войти.

Хотелось сразу же рвануть к Минарии, чтобы её увидеть, чтобы поймать взгляд ясных глаз, но я заставил себя успокоиться и двигаться спокойно, без резких движений.

– Моё решение не изменится, – Кэссиди закрыла дверь и обернулась ко мне. Смотрела без страха, несмотря на то, что заперлась со зверем. Но и она опасный хищник, хоть и выглядит хрупко. – Вам следовало подумать головой, прежде чем ставить метку и закреплять связь. Ни я, ни Минария не в ответе за вашу жизнь. Не пытайтесь повесить на нас эту ответственность и сыграть на жалости.

– Не оскорбляйте меня, Кэссиди, я не взываю к вашей жалости. Мне нужен шанс. Возможность завоевать особенную для меня женщину, – ответил я, стараясь подавить волну раздражения.

– Но у Мины уже есть особенный для неё мужчина, – иронично ответила она и подобралась, словно готовая защищаться. – Сердце девушки занято.

Огромных трудов стоило пропустить её слова сквозь себя и сдержать бешенство.

– Кэссиди, один шанс, – попросил я. – Кто, как не вы, можете меня понять? Вы вытянули любимого из-за грани.

– О, вам доложили? – усмехнулась она, но я почти ощутил, как она внутренне вздрогнула.

– Вы преступили строжайший запрет ради любви, – я сделал ещё один шаг к ней, пытаясь пробиться сквозь лёд синих глаз к скрывающейся от меня доброте, которую умудрилась высмотреть Валери.

Но от Кэссиди исходила лишь настороженность. Она справедливо опасалась меня, только здесь мы были равны. По словам Дороса, ещё одного посла и сильного боевого мага, она смогла без прикосновений и заклинаний заблокировать и его резерв, и резервы ещё двоих неслабых магов. Хорошо, что Минария так не умеет.

– Хотите сказать, покусали девушку ради любви? – качнула она головой. – Это лишь инстинкты…

– Магия. Она указала на будущую любовь, – услышав тихий вздох истинной, я развернулся и двинулся к ней.

Минария замерла в проходе спальни. Напуганная, но заинтригованная моими словами. Всё то же нелепое платье висело на тонкой фигуре. Тени подчёркивали следы усталости на приятном лице, линии длинной шеи и изящных ключиц. Светлые волосы кудрявым беспорядком спадали за её спину. Большие голубые глаза наполняли сотни опасений, пока губы приоткрывались в такт учащённому дыханию. От неё пахло солнцем и свежескошенной травой. Этот аромат бил по инстинктам с неистовством бури, но я понимал, что это мой последний шанс, потому жёстко контролировал каждый свой шаг, вздох и слово.

– Поверь мне, ты величайшая драгоценность для меня. Никто в этом мире не будет любить столь же неистово, как я тебя, никто не пойдёт ради тебя на немыслимое, как я, никто не будет стремиться к тебе и желать тебя столь же самозабвенно, как способен я. Дай нам шанс, Минария!

– Мне страшно… – прошелестела она, бросив встревоженный взгляд на замершую за моей спиной Кэссиди.

Но я видел, что решимость Минарии тает, потому сделал последние шаги до девушки.

– Шанс, всего лишь один шанс. Я не о многом прошу, – заверил её, склоняя голову, чтобы заглянуть в полные сомнений глаза.

– Если Минария возьмёт на себя ответственность за вас, я могу дать добро, – внезапно заявила Кэссиди, чем подарила мне надежду и бросила в омут неприятия. – Вы станете её личным зверем.

– Что? – не справившись со злостью, я развернулся к наглой алхимичке.

Она смотрела с вызовом, ждала моей реакции. И стало ясным, что специально выводит меня из себя, хочет пресечь сомнения в душе Минарии.

– Она всё для вас? Так докажите. Откажитесь от гражданства Клоуфаста, от титула, от прошлой жизни ради неё. Встаньте на ступень ниже её по статусу. Пусть она вам покровительствует, а не вы ей. И если она согласится взять вас под свою ответственность, тогда вам будет позволено остаться в стране. Естественно, при заблокированном резерве.

Я медленно выдохнул, смиряя гнев зверя. Знал, что к этому придёт, но Кэссиди умела бить по больному. Она ждала моего взрыва, но зря.

– Хорошо, – выдохнул сквозь стиснутые зубы и, поймав вспышку удивления в синих глазах, развернулся к своей истинной и присел перед ней на колено. Минария и вовсе пребывала в ошеломлении. – Ты же дашь нам шанс, драгоценная моя? Или позволишь мне погибнуть?

– Я… дам шанс, – прошептала она, что принесло мне невероятное облегчение.

Хотелось обнять истинную, сжать в объятиях, поцеловать, но тогда бы я лишил себя всего.

– Значит, вы согласны? – вновь напомнила о своём присутствии Кэссиди. – Откажетесь от гражданства, титула и своих свобод, как посла?

– Да, я согласен, – подтвердил, глянув на неё из-за плеча.

Пусть понимал, что она идёт на уступки для меня и заботится о благополучии подруги, но в эти мгновения почти ненавидел её за унижение.

– Да будет так, – Кэссиди сухо улыбнулась.

И в этот момент связь с резервом прервалась. Я тяжело повалился на бок, не совладав со слабостью. Похоже, Дорос не преувеличивал способности алхимиков.

– Что ты… – сипло уточнил я, глядя на Кэссиди.

– Я заблокировала твой резерв, Раун. Соглашение вступило в силу. Ты больше не принц.

Её заявление было подобно удару молота в грудь. У меня перехватило дыхание. Даже перед глазами потемнело. Я всегда служил своей стране, поддерживал короля, защищал родину. В этом моя суть. Но ради обретения истинной придётся отказаться от всего, даже от себя самого, своего зверя и магии. Иначе просто погибну.

– Могла бы предупредить, Кэссиди, – упрекнул я, тяжело поднимаясь с пола.

Минария на инстинктах потянулась ко мне, но тут же отдёрнула руки и отступила. Видимо, привыкла помогать тем, кто в беде, но боялась меня.

– А ты бы мог облегчить мне жизнь и отказаться, – отбила Кэссиди, проходя мимо меня.

– Я не мог. Ты ведь этого и добивалась, – усмехнулся ей вслед.

Спина девушки закаменела, но сразу же расслабилась.

– Не подведи, Раун.

– Не подведу, – пообещал, заглядывая в глаза истинной.

Минария пока боялась меня, но в моих силах это изменить. Она дала нам шанс.

– Не бойся меня, – попросил я у Минарии, заметив, как она дрожит.

Она нервно кивнула, но не нашлась с ответом. А там вернулась Кэссиди и протянула мне блокирующий магию браслет. Я даже не удивился наличию в её спальне такого артефакта.

– Сейчас мы подпишем твой отказ от привилегий посла и титула принца, поболтаем, и вы с Миной сможете уехать, – сообщила она деловитым тоном.

Синие глаза Кэссиди снова стали напоминать льдинки. И лишь по запаху я ощущал, как ей страшно и тревожно. Но вряд ли она боится за себя.

– Уехать? Куда? – переспросила Минария.

– После подписания документов Раун станет бесправным бездомным… котёнком. Твоим личным котёнком, Мина. Тебе придётся о нём заботиться.

Думаю, Кэссиди ещё надеялась на мой взрыв, потому подобрала такую формулировку. А я даже обрадовался. Возможно, если Минария будет воспринимать меня безобидным и бесправным котёнком, сможет присмотреться ко мне и отбросить свои страхи?

– Мяу… – заявил я с улыбкой.

И это того стоило. Кэссиди кашлянула и воззрилась на меня в шоке, а бледность Минарии сменилась смущённым румянцем.

– Подожди? Заботиться? Я должна помочь ему с жильём?

– Забери его пока к себе, а сама поживи у родителей. Потом я помогу ему с жильём. А сейчас… у меня свадьба послезавтра и куча дел, я не вытяну, – ответила Кэссиди почти беспомощно, будто оправдываясь.

И я про себя согласился с Валери, наша принципиальная алхимичка на самом деле мягкая добрячка. По крайней мере, с близкими.

– Да ты и так много делаешь! – возразила Минария.

Похоже, они очень хорошие подруги. Надо бы узнать, каким образом аристократка такого уровня и девушка из простой семьи сошлись.

– На том и решим, – Кэссиди махнула рукой. – Раун, за мной.

Последний раз бросив взгляд на растерянную истинную и вобрав в лёгкие солнечный аромат, я послушно последовал за своей… внезапной помощницей.

– Спасибо, что даёшь нам возможность, – произнёс я, когда мы покинули покои.

Конечно, было бы легче, если бы мне отдали истинную без условий и претензий, но стоит признать, что основное неприятие исходит именно от Минарии. Значит, надо подавить его, тогда у меня появится шанс на возвращение к старой жизни.

– Это её решение, – отрезала Кэссиди. – Мина добрая и сострадательная. Только попробуй обидеть её, Раун, и будешь мечтать о смерти.

От её слов вдоль позвоночника прошёл холодок. Если она так легко блокирует резерв мага, боюсь представить, что может сделать ещё. Хотя и немного любопытно.

– Все алхимики могут лишать магов сил? Что ещё вы умеете? – поинтересовался я.

– Я могу сделать из тебя немощного инвалида, неспособного самостоятельно прекратить своё жалкое существование. Нужны подробности? – иронично уточнила она.

– На самом деле не отказался бы. Любопытно, – признался я.

– Ты ещё и ненормальный, – вздохнула она расстроенно.

– Я маг, Кэссиди, и никогда не сталкивался с алхимией.

– Больше не маг, – напомнила она о неприятном.

Я промолчал. Моё смирение временное. Сейчас для меня главное – остаться с истинной наедине, рассказать о привилегиях и возможностях, которые ждут жену принца Клоуфаста. Любая жительница моей страны многое бы отдала за возможность стать моей истинной, но Минария стоудорка. Возможно, она и вовсе не интересовалась особенностями соседей, ведь практически всю сознательную жизнь прожила в изоляции магического купола.

Но Кэссиди, судя по всему, ещё надеялась на мой отказ, потому провела меня в подвалы дворца, а здесь оставила почти на час в камере для политических заключённых. Надо сказать, дала массу поводов для сомнений, особенно, когда вернулась с кипой документов. Весьма неприятных документов. В конце концов, одно дело отказаться от себя и прошлого на словах, пока вдыхаешь аромат пары, и совсем другое – скользить взглядом по строчкам своих потерь. Но напрягало даже не это. Я сознательно лишал себя политической защиты и всех свобод. После подписания Кэссиди могла просто убить меня. И для неё не наступит никаких правовых последствий и возможных неприятностей со стороны Клоуфаста. Впрочем, брат бы не простил, но это другая история.

– Мне хоть бельё оставят? – спросил ровно, пытаясь навеянной меланхолией скрыть опасения и злость.

Она унижала меня раз за разом. И только понимание её мотивов и вера в Валери заставляли сдерживать характер.

– Выберешь вещи, которые хочешь взять в новую жизнь. Их проверят на сюрпризы, – ответил она. – Подписываешь? У меня и без тебя достаточно забот.

Она откинулась на спинку кресла и чуть поморщилась от боли.

– Можно отложить мой допрос на потом. Когда твои раны заживут и пройдёт свадьба? – предложил ей я, расписываясь в документе.

Сердце задрожало. Мне оставалось только верить в благополучный исход.

– Приступим, – проигнорировав мои слова, она забрала у меня бумаги, просмотрела их, сверила мою подпись с другим документом, даже проверила чернила.

А мне оставалось только в очередной раз убедиться в раздражающей педантичности алхимиков. Ну и мысленно готовиться к жёсткому допросу. Даже, возможно, к пыткам и смерти. Но я надеялся на виде́ние Валери и доброту Кэссиди. И вера в лучшее не подвела. Допрос прошёл довольно мягко, хоть и выматывающе. Меня не пытали, не убили, разве что снова пригрозили мучительной смертью, зато отпустили. Конечно, под охраной, но я был рад покинуть камеру. А скорая встреча с истинной грела душу.

Мне выделили полчаса на сборы, после проверили вещи и забрали почти все артефакты, кроме пары защитных. Остальное обещали отправить на родину, ведь присутствовали и родовые ценности. Следом меня проводили на выход. Здесь ожидал автомобиль, что несколько взбудоражило. В Клоуфасте предпочитали кареты с лошадьми. Уровень развития Стоудора потрясал воображение, о чём я сообщил Минарии, когда залез в салон.

Девушка сразу отодвинулась к окну, глядя на меня с опаской.

– Вам повезло, это одна из последних моделей. Развивает скорость до восьмидесяти километров в час, манёвренная, а конкретно этот автомобиль ещё и защищён от… покушений. Пуленепробиваемые стёкла, усиленный сплав корпуса. Хотя самое интересное, конечно, под капотом. Мотор – настоящее произведение искусства, – и она мечтательно зажмурилась.

– Насколько знаю, ты гениальный механик?

– Не мне судить о моей гениальности, но так говорят, – ответила она, пожав тонкими плечами.

– Что дальше, Минария? Ты позволишь мне жить с тобой?

– Что? Нет, конечно, – придушенно усмехнулась она. – Вы поживёте в моей квартире, пока не подберём вам жильё получше.

– Ко мне можно на «ты». Я больше не принц, а ты моя покровительница, Минария.

– Но мы по-прежнему незнакомцы, – ответила она как-то обречённо.

– Это изменится, если ты позволишь себе узнать меня.

– Связь точно не разорвать? – спросила она напряжённо.

– Не разорвать, – отозвался я, задохнувшись на миг.

– И вы погибнете без меня?

– Да, от тебя зависит моя жизнь и смерть. Но связь начала устанавливаться. Возможно, и ты погибнешь, если я умру.

Голубые глаза расширились от ужаса.

– У нас нет выбора, Минария, но от нас зависит, к чему мы придём. Мы можем полюбить, а можем погибнуть. Что выбираешь ты?

– Изучить связь с научной точки зрения, – она отвернулась к окну, когда машина тронулась.

– Что ты имеешь в виду?

– Оборотни вряд ли вообще пытались разорвать истинную связь. Но мы в Стоудоре, и у меня в распоряжении самые передовые методы исследования. Уверена, мы найдём выход из нашей ситуации, не портя друг другу жизнь. Не воспринимайте выданный вам шанс согласием на отношения. Я дала вам шанс на жизнь.

Её слова принесли ужас в сознание и вызвали глухое неприятие. Потому я решил промолчать, но понял, что Минария лишь выбрала оптимальный вариант между совестью и свободой от меня.

/Минария/

Никогда поездка до моей квартиры не проходила так нервно. Я ощущала присутствие оборотня каждой клеточкой тела, кажется, даже улавливала его терпкий аромат и жадность прикосновений звериного взгляда. Он постоянно смотрел на меня, будто пытался насытиться моим образом. Метка снова жгла кожу. И несмотря на проведённое Кэссиди воздействие, я ощущала влечение к Рауну и лёгкое возбуждение. Но если бы не алхимическое вмешательство, мне было бы намного хуже. Думаю, я бы позволила ему всё. Сама бы попросила. И это ужасно!

– Ты здесь живёшь? – спросил Раун, когда машина остановилась. – Большой дом.

– Здесь моя квартира, – пояснила я, быстро покидая салон.

– Хм, – послышалось от оборотня.

Стоило ему вылезти из машины, как немногочисленные прохожие начали косить на него взглядами. Высокий, широкоплечий, с длинными золотыми волосами, хищным взглядом и в одежде будто из прошлого, он выглядел чуждым на обычной улице города.

– Охрана поднимется с нами. Я покажу квартиру, соберу вещи и уеду, – сообщила Рауну, двинувшись к воротам.

Ключ открыл калитку, пропуская нашу странную компанию во внутренний двор. Соседи наверняка увидят, ринутся расспрашивать. Впрочем, я всё равно редко бываю дома, хотя первое время покупка собственного жилья была мечтой и целью. Но я всё равно любила свою квартирку. Четырёхэтажный дом старой постройки, всего три подъезда и в каждом по две квартиры на этаже. Чисто, уютно, рядом центральный парк.

Мы вошли в дом и поднялись по лестнице на третий этаж. Я открыла квартиру и пригласила мужчин внутрь. Испытала некоторую неловкость, ведь из-за постоянного отсутствия нет времени на уборку.

– Пойдёмте, я покажу, где ванная, гостевая комната и кухня, – протараторила, быстро подхватила лежащий на полу плащ и повесила его на крючок, после чего двинулась дальше.

Ремонт здесь делался до покупки, но мне нравилось оформление в бежевом и оливковом цвете с преобладанием мебели из светлого дерева. Менять я ничего не планировала.

– Ты точно здесь живёшь? Твой запах ощущается слабо, – оборотень следовал за мной по пятам, когда охрана осталась в прихожей.

– Да, но часто мне лень возвращаться или бывает слишком поздно.

– Из-за мужчины? – голос оборотня понизился, и по моему позвоночнику скользнул холодок.

– Ночую на работе, – ответила робко, но тут же заставила себя собраться. – И даже если из-за мужчины, вас это не касается.

Открыв шкаф, я достала чистое постельное бельё и полотенце, после чего вручила вещи Рауну.

– Не знаю, умеет ли принц стелить постель, но придётся научиться.

– Ты решила соревноваться с Кэссиди в оскорблениях? – в том же тоне отбил он, забирая предложенное, а я мгновенно покраснела.

Не любила конфликты, всегда избегала ссор и разборок, да и в целом мне было как-то не до них. Наука занимала всё моё время.

– Гостевая комната здесь, – я прошла через гостиную и толкнула одну из дверей. – Моя спальня в конце коридора. И это запретная территория. Можете пока подготовить постель, я посмотрю, как дела с едой.