Читать книгу "Тайновидец. Том 13: Мастер невезения"

Глава 7

– Как ты думаешь, кто этот пятый маг, который участвует в посвящении юного шамана? – шепотом спросила меня Лиза, пока мы шли по мозаичному полу Незримой библиотеки.

– Не знаю, – удивился я. – Давай считать. Библиус, Кирилл Алексеевич и мы с тобой – получается, четверо. Может, у парня плохо с арифметикой?

Юный шаман тем временем важно шагал впереди и не слышал наших перешёптываний.

Мы прошли мимо мозаики с изображением магического города джиннов Лачанги. По привычке я на секунду задержался и прикрыл глаза. Почти сразу картина ожила. Моего лица коснулся горячий сухой ветер пустыни, я услышал бесконечный шорох песка, пронзительные крики разносчиков воды на рыночной площади и стук молотков, с помощью которых искусные мастера-чеканщики украшали узорами медные кувшины.

Эти кувшины славились своими необычными свойствами. Чеканщики наносили на тонкие стенки сосудов не только узоры, но и магическое плетение, благодаря которому напиток внутри кувшина оставался холодным в любую жару.

– Как-нибудь мы с тобой выкроим парочку свободных деньков и отправимся в гости к Амиралю, – с улыбкой сказал я Лизе. – Ты обязательно должна попробовать лепёшки с мясом, которые готовят прямо на огне. Правда, они очень острые, но вкус такой, что язык проглотишь.

– Обязательно попробую, – отважно кивнула Лиза.

Ученик Акатоша привёл нас в круглый зал, где журчал фонтан и цвела Туманная роза. Тут мы и получили ответ на свой вопрос.

За накрытым столом, кроме Акатоша, Библиуса и Кирилла Алексеевича Стременного сидел капитан Фёдор Кораблёв.

Этому человеку выпала удивительная судьба. В молодости он учился на морехода и влюбился в девушку из княжеского рода Долгоруковых. Они поженились тайком от влиятельных родственников девушки.

Но глава рода Долгоруковых подстроил дело так, что Фёдора Кораблёва ложно обвинили в государственной измене и сослали на каторгу.

В ссылке Кораблёв пробыл шестнадцать лет. Служил матросом на судах, которые исследовали Северные моря, потом стал капитаном. Он знал, что в Столице у него растёт сын, но не имел возможности увидеться с ним или со своей женой.

Когда нашему роду понадобился капитан для экспедиции к Месту Силы, мой дед убедил императора вернуть Кораблёва из ссылки.

С моей помощью выяснилось, что обвинение против него было подстроено старым князем Долгоруковым. Пытаясь скрыть обман, Долгоруков даже применил тёмную магию, но Никита Михайлович взял его с поличным.

Старый князь был арестован и умер в казематах Петропавловской крепости, а у рода Долгоруковых появился новый глава. Долгоруковы винили меня в смерти старого князя, и между нашими родами разгорелась вражда.

Но самое главное – на севере у Кораблёва открылся магический дар. Он научился разговаривать с духами, стал шаманом. Духи помогали ему находить курс в тумане и предсказывали штормы.

А теперь дар привёл капитана в Незримую библиотеку.

– Я мог бы и догадаться, кого Агулук назвал пятым магом, – улыбнулся я. – Салют, господа!

– Рад видеть вас, Фёдор Иванович, – поздоровавшись со всеми, сказал я Кораблёву. – Как идёт подготовка к экспедиции?

– Все корабли уже спущены на воду, – довольно ответил Кораблёв. – Такелажники заканчивают с оснасткой. Одно-два проверочных плавания, и можно будет грузить припасы. Мы должны отправиться не позже середины лета.

– Почему так поздно? – удивился я. – Мне казалось, на север лучше отправляться весной.

– Так и есть, – рассмеялся капитан. – Вот только весна в Северных морях наступает не раньше июня, а в конце августа снова приходят холода. Так что мы должны обернуться за два месяца, иначе придётся зимовать во льдах.

– Не хотелось бы, – честно сказал я. – У меня другие планы на этот год, а я отправляюсь с вами.

– Вы решили сами возглавить экспедицию? – доброжелательно поинтересовался Кораблёв.

– Так уж вышло, – кивнул я. – Страж Магии попросил меня передать привет своему коллеге. Другому Стражу, который как раз охраняет Место Силы, которое нам предстоит разыскать. Но все капитанские полномочия остаются у вас – куда мне тягаться с вашим опытом.

– Я рад, что вы отправляетесь с нами, – просто ответил Кораблёв. – Так мне будет намного спокойнее. Да и духи стихий хорошо слушаются вас.

Духи стихий тоже должны были принять участие в экспедиции. На них лежала ответственность за то, чтобы ветер был попутным, волны не слишком бушевали, а паруса не покрывались ледяной коркой.

– Значит, ты заранее знал, что мы придём? – спросил я Библиуса.

Ничего удивительного в этом не было. В пределах Незримой библиотеки её хранитель всемогущ, и это совсем не преувеличение.

Меня удивило другое. Ещё полчаса тому назад я и сам не знал, что отправлюсь в Незримую библиотеку. А ведь ритуал к тому времени уже начался, ждали только нас с Лизой.

– Я не знал заранее, – покачал головой хранитель Незримой библиотеки. – Магия знала. Она привела сюда Акатоша и его ученика именно в то время, когда обряд мог исполниться. Акатош предлагал послать тебе зов, но я решил просто подождать. И вот вы здесь.

– Как обычно, я пришёл с вопросом, – улыбнулся я. – Но сейчас мне интересно, в чём заключается обряд посвящения в шаманы.

– Сначала я поделюсь с учеником частью своей магической силы, – ответил Акатош. – А потом он вызовет своего первого духа.

– Поделишься частью силы? – заинтересовался я. – А как?

– Это не сложно, было бы желание. Ну, и талант учителя, конечно.

– Не сомневаюсь, что такой талант у тебя есть, – улыбнулся я.

Услышав мои слова, Агулук с гордостью посмотрел на своего учителя. Он хотел что-то сказать, но Акатош строго взглянул на него, и Агулук прикусил язык.

– Ученику нужно больше слушать и меньше говорить, – как бы невзначай заметил Акатош. – Тогда его дар крепнет быстрее.

– Я запомню, учитель, – почтительно кивнул юный шаман.

– Я и не знал, что у тебя есть ученик, – усмехнулся я. – Раньше ты ничего не говорил о нём.

– Не говорил, потому что никто не должен знать о шамане до его рождения, – серьёзно ответил Акатош.

– До рождения? – удивился я. – Но этот вежливый юноша родился лет двенадцать или четырнадцать назад. точнее на глаз не определить.

– Тринадцать лет назад родился несмышлёный Агулук, – объяснил Акатош. – А шаману Агулуку рождение только предстоит. Оно произойдёт сегодня. Или не произойдёт, если духи будут против.

– А для чего тебе нужны ещё пять магов? – не унимался я. – Ты будешь делиться своей силой с учеником, а нам что делать?

– Вы будете свидетелями того, что я отдаю часть своей силы по доброй воле, – ответил Акатош. – Это очень важно. Иначе духи могут обвинить моего ученика в тёмной магии, а тёмный маг не должен становиться шаманом. Эта магия доступна только человеку, который чист сердцем.

– Вот, теперь я всё понял, – довольно кивнул я. – Если какой-нибудь дух здесь появится, мы с Елизаветой Фёдоровной дадим ему слово, что ты поделился силой добровольно.

Тут я заметил, что лицо Агулука огорчённо вытянулось, и торопливо поправился:

– Не “если”, а “когда”. Когда появится дух, мы подтвердим, что твой поступок был добровольным.

Мне очень не хотелось вселять в юного шамана сомнения. Именно они больше всего мешают магии, я хорошо это знал.

– Ты готов принять часть моей силы? – сурово спросил Акатош своего ученика.

Агулук зажмурился и решительно кивнул.

– Тогда принеси клятву, – потребовал шаман.

– Клянусь всегда хранить в чистоте своё сердце и помыслы, – торжественно произнёс Агулук. – Клянусь почитать духов и прислушиваться к их словам.

Вначале Агулук запнулся, но затем его голос окреп.

– Клянусь никогда не обращать свою силу против своего учителя.

Услышав эти слова, Фёдор Иванович Кораблёв довольно кивнул.

– Это важная часть клятвы, – тихонько объяснил он нам с Лизой. – Она защищает ученика от ошибки.

– Вот как? – удивился я. – Мне казалось, что это обещание защищает самого Акатоша.

– Нет, – покачал головой Кораблёв. – Если понадобится, шамана отлично защитят духи, да и сама магия вступится за него. И тогда жадного ученика можно только пожалеть. Эта клятва защитит Агулука от искушения завладеть уже знакомой силой. Он никогда не решится нарушить обещание, которое произнёс вслух в магическом пространстве, да ещё и в присутствии пятерых свидетелей.

– Вот оно что, – понял я.

– Клянусь сдержать своё обещание в любом мире, под любыми звёздами, – нараспев произнёс Агулук. – Пусть духи и маги будут свидетелями моего слова.

Он замолчал и глубоко вдохнул.

– Хорошо, – кивнул Акатош. – А теперь нам нужен огонь.

Библиус взмахом руки воплотил жаровню, затем щёлкнул пальцами, и в жаровне вспыхнуло пламя.

Акатош достал из складок меховой повязки небольшой кожаный пешочек, развязал его и бросил в огонь щепотку тёмного порошка.

Мы с интересом наблюдали за его действиями.

Порошок мгновенно сгорел. По круглому залу распространился лёгкий аромат благородного дерева с нотками смолы.

Акатош подошёл к ученику и положил ладонь ему на макушку.

– Я добровольно отдаю часть своей силы будущему шаману Агулуку, – отчётливо произнёс он. – Духи и маги, будьте свидетелями!

Мой магический дар негромко загудел, а по круглому залу прокатилась волна тепла. Я понял, что магия услышала слова Акатоша.

– Тебе осталось сделать последний шаг, – обратился Акатош к ученику. – Возьми бубен и призови своего первого духа.

– Возьми мой, на счастье, – предложил Агулуку Кораблёв и протянул ему бубен, туго обтянутый выделанной оленьей кожей и деревянную колотушку.

Агулук растерянно взглянул на учителя.

– Это хороший подарок и хорошая примета, – кивнул Акатош. – Бери.

Агулук с поклоном принял бубен.

– Благодарю тебя, великий маг, – почтительно сказал он Кораблёву.

Затем осторожно провёл смуглыми пальцами по тугой коже. Ударил колотушкой, и бубен отозвался грозным густым гулом:

– Бум-м!

Агулук монотонно бил в бубен, нараспев повторяя заклинания на неизвестном древнем языке. Ритм проникал в тело, мой магический дар отзывался на него. Чуть повернув голову, я заметил, что Лиза прикрыла глаза и погрузилась в транс. Кораблёв постукивал пальцами по столу, Библиус кивал, Акатош мерно кивал.

Лёгкие волны магии мерно накатывали на меня под завораживающий рокот бубна и снова отступали. И вдруг я почувствовал, что рядом с фонтаном магия пульсирует по-другому. Ритм отличался совсем немного, но я уловил это отличие. Как будто небольшой сгусток магической энергии жил своей собственной жизнью.

Я посмотрел в нужную сторону и увидел рядом с фонтаном прозрачный силуэт, похожий на призрака.

Ага! Кажется, один из духов явился на призыв Агулука.

Сначала я от души порадовался за парнишку – для него вызов первого духа был серьёзным испытанием. И только потом удивился тому, что вижу духа.

А дух постепенно сгущался и становился всё больше похож на обычного человека. Тут я удивился ещё больше – где-то я определённо видел эту лысину, густую бороду, нос картошкой и хитрый прищур умных глаз.

– Смотри, призрак появился, – шепнул я Лизе.

– Где? – удивилась Лиза, широко раскрыв глаза.

– Да вот же он, видишь. Слушай, я точно его где-то видел.

Явившийся по зову шамана дух сгустился ещё больше.

– Ага, вижу! – радостно воскликнула Лиза. – Слушай, а почему он так одет?

– Наверное, это очень древний дух, – предположил я. – Кажется, такую одежду и сандалии на кожаных ремешках носили древние греки.

Именно одежда и помогла мне вспомнить.

Точно! Мраморный бюст этого человека стоял в коридоре Императорского магического лицея, где я учился. Он стоял прямо возле кабинета директора. И человек точно так же хитро щурился, как будто выжидал подходящий момент, чтобы задать какой-нибудь каверзный вопрос.

– Это же Сократ, – неожиданно громко сказал я. – Наш молодой шаман призвал дух Сократа.

Бубен растерянно смолк – моё восклицание прервало транс Агулука.

Но дух древнего философа никуда не исчез. Наоборот, он окончательно потерял прозрачность и превратился в обычного человека.

Сократ поправил свою странную одежду – кажется, она называлась гиматием. Затем обвёл взглядом стеллажи с книгами, доброжелательно посмотрел на нас и поднял руку в приветственном жесте:

– Хайре, уважаемые! Как же приятно снова оказаться здесь.

Глава 8

– Я всё испортил, да? – чуть не плача, спросил своего учителя Агулук. – Ведь дух должен был исчезнуть, когда я вышел из транса. Почему он ещё здесь?

Юный шаман с обидой посмотрел на Сократа.

– Ты всё сделал правильно, – улыбнулся Сократ. – Но когда я увидел, куда ты меня призвал, то решил ненадолго задержаться. Я очень давно не был в Незримой библиотеке. Кроме того, я не совсем дух. Вот, потрогай.

Сократ протянул Агулуку ладонь. Но Агулук обиженно спрятал руки за спину и отвернулся. Тогда Сократ сам дотронулся до его плеча.

– Я вполне живой, – рассмеялся он.

– Ты призвал настоящее магическое существо, – сказал Акатош своему ученику. – А это куда труднее, чем призвать духа. Считай, что ты с честью выдержал испытание.

Агулук немедленно надулся от гордости. И даже соизволил поздороваться с Сократом:

– Здравствуй, великий маг.

– Хайре, – не моргнув глазом, ответил Сократ.

– Значит, ты уже бывал здесь раньше, уважаемый философ? – не удержался я.

Сократ с любопытством посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на Лизу.

– Тайновидец и Летописец, – одобрительно кивнул он. – Один разгадывает магические тайны, другая рассказывает о них людям. Замечательно!

Он снова улыбнулся.

– Когда-то я был хранителем этой библиотеки. Магия соблазнила меня знаниями других миров, и я с радостью сменил на этом почётном посту египтянина с труднопроизносимым именем. Сейчас мне трудно даже вспомнить, сколько упоительных часов я провёл за чтением собранных здесь книг. Сколько невообразимых и волшебных историй мне открылось.

Он радостно кивнул своим воспоминаниям.

– Ничего себе, – изумлённо сказал я. – В таком случае позволь познакомить тебя с нынешним хранителем. Это Библиус Марий Петроний. Насколько я понимаю, он стал хранителем Незримой библиотеки после тебя.

– Салют, – вежливо поднял руку Библиус.

Он был удивлён куда меньше меня.

– Библиус, а ты знал, что у библиотеки были и другие хранители? – спросил я.

– Догадывался, – пожал плечами Библиус. – Кто-то ведь собрал все те книги, которые были здесь до меня.

– Хотите чашечку кофе? – предложила Сократу Лиза. – У нас есть вкусные пирожные.

– Хочу, – немедленно кивнул философ. – Никогда не пробовал ни того, ни другого. Нельзя упускать возможность испытать новые ощущения.

На всякий случай я сварил для Сократа самый слабый кофе, на который был способен. Философ попробовал и удивлённо задумался.

– Этот напиток похож на жизнь, – наконец, заключил он. – Невыносимо горько, но бодрит, и оторваться невозможно.

– Расскажи, как ты стал хранителем, – попросил я. – И главное – почему перестал им быть?

– А если я скажу, что это тайна? – лукаво прищурился Сократ.

– Тогда я тем более захочу узнать.

– На самом деле, никакой тайны нет, – рассмеялся философ. – Я всю жизнь интересовался людьми и магическими знаниями. И когда узнал, что могу стать хранителем огромной магической библиотеки, чуть не сошёл с ума от радости. Подумать только, всё, что от меня требовалось – читать сутки напролёт. Именно так я представлял себе счастливую жизнь.

Сократ усмехнулся.

– В ту пору у меня сложились не самые лучшие отношения с властями моей родины. Меня даже посадили в тюрьму за то, что я слонялся по базарам и смущал умы почтенных горожан каверзными вопросами. А потом приговорили к чаше с ядом за непочтительное отношение к суду. Они думали, что это казнь, но на самом деле это был шанс. Я выпил яд и отправился прямиком сюда.

Философ протянул руку и ласково погладил корешок книги на ближайшей полке.

– Несколько веков я был абсолютно счастлив. Читал и не мог оторваться, а иногда отвечал на вопросы магов, которые умудрялись добираться сюда. Но однажды случилось так, что несколько лет в библиотеке никто не появлялся. И я заскучал, чем дальше – тем больше. Я понял, что тоскую по живому человеческому общению, по жаркому солнцу, по утреннему холоду каменных плит под босыми ногами, по вкусу маслин, сорванных прямо с дерева. Я скучал даже по кислому вину, которым славилась моя родина. И я стал отлучаться из библиотеки. Сначала ненадолго, а потом неделями пропадал в разных магических мирах. Бродил по базарам, знакомился с невероятными существами и расспрашивал их о том, как они живут. Оказалось, что это и есть моя настоящая жизнь. Понимаешь, Тайновидец, иногда нужно расстаться со старой жизнью только для того, чтобы понять, как ты её любил.