Текст книги "Битва за Эгрис"
![](/books_files/covers/thumbs_240/bitva-za-egris-4348.jpg)
Автор книги: Александр Дихнов
Жанр: Космическая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 5
Варвары явились точно по расписанию, когда до захода солнца оставалось часа два. Было еще светло, и нам удалось хорошенько рассмотреть их со стен. Ни их вид, ни количество ничем не поразили моего воображения. К счастью, дахетские кочевники оставались такими же, как я их помнил на протяжении столетий. Невысокие, коренастые, вооруженные короткими мечами и короткими луками – они не казались столь уж грозными. Для тех, кто их не знал. Бывалые же люди единодушно соглашались, что по ловкости обращения со своим немудреным оружием и по свирепости в рукопашном бою жители Дахета превосходили на Эгрисе всех. В открытом поле, когда они смерчем налетают на своих быстроногих и вертких лошадях, остановить их практически невозможно… Но вот оборона крепости – другое дело, потому как на стену на лошади не въедешь, да и вообще захват укреплений требует определенных знаний воинского дела, чего раньше за примитивными кочевниками не наблюдалось. Однако времена меняются, и я ни на секунду не забывал об этом.
Поэтому, когда кочевники разделились на несколько отрядов, аккуратно взяли город в полукольцо и, выставив немалые дозоры, стали разбивать лагерь, я не мог не cогласиться с Вотаном, заметившим:
– Похоже, эти ребята кой-чему научились в последние годы. Что-то я начинаю сомневаться в некоторых пунктах нашего плана.
– Видишь ли, друг мой, – ответил ему Илайдж, – идеальных планов и стратегий не бывает, так как на любой план можно придумать контрплан, а затем еще один и так далее… Так что, по сути, все упирается в вопрос осведомленности о планах противника. В нашем случае мне кажется обнадеживающим уже хотя бы то, что некоторые наши изначальные допущения, похоже, оправдываются.
Илайдж изящным жестом указал на воздвигаемый в некотором отдалении от главного лагеря огромный шатер, даже на значительном расстоянии выглядевший весьма заметным на фоне основной массы кочевников.
– Да, видимо, у этого стада есть ярко выраженный вожак, слегка поднаторевший в управлении своим быдлом, – согласился Вотан. – Но если это не просто тупой и здоровый мешок с дерьмом, то нам труднее будет его провести.
– Обмануть глупца зачастую бывает труднее, чем умного, – не без улыбки заметил Генрих.
– Это почему же? – недоверчиво усмехнулся Вотан.
– Ах, Вотан, это же так просто, – откровенно рассмеялся Илайдж. – Дурак запрограммирован на выполнение определенных действий, и никакими доводами его тупую уверенность не поколебать, а умному человеку свойственно, знаешь ли, сомневаться.
– Тогда я, видимо, очень умный человек, – глубокомысленно резюмировал богатырь.
– Это почему же?
– Потому что я очень сомневаюсь…
Все, включая Вотана, весело заржали, но мне почему-то было не до шуток. Дахетские кочевники выглядели вполне уверенной в себе и весьма грозной, по масштабам этого мира, силой.
Тем временем быстрая южная ночь уже начала вступать в свои права, стремительно надвигаясь по мере того, как солнце скрывалось за горным хребтом. Варвары разжигали костры, в неярком свете которых было заметно, что по всей их стоянке вовсю кипит работа. Походило на то, что они и впрямь собираются назавтра штурмовать твердыню Пантидея. Это в общем-то вполне отвечало программе моих дальнейших действий, так что пришла пора воплощать ее в жизнь, поэтому, повернувшись к своим товарищам, я спросил:
– Ну что, действуем, как договорились?
В наступившей темноте я не видел лиц окружавших меня товарищей, но, судя по общему молчанию, возражений не было.
Достав из кармана Доску, я раскрыл ее, но практически ничего не смог разглядеть.
– Посветите мне, пожалуйста.
Не успел я закончить фразу, как из-за моего плеча появилась затянутая в кожу рука Клинта с зажженной спичкой. Удивительная реакция и бесшумность его движений в темноте невольно вызвали у меня легкий пробег мурашек по спине… Переведя же взгляд на Доску, я заметил, что одна из белых пешек действительно переместилась с 8-го поля на 20-е. Я уже взялся за своего Рыцаря, когда Клинт поинтересовался:
– Рагнар, вы запомнили мои указания?
– Да-да! – Желая свести процедуру прощания к минимуму, я быстро переставил свою Фигуру на соседнее 21-е поле и тотчас же вернул обратно.
Согласно моему предыдущему опыту, такие манипуляции со своей Фигурой позволяли быстро переместиться на километр-другой в выбранном направлении, и мои ожидания оправдались… Проморгавшись после смены освещения, я обнаружил, что нахожусь рядом с костром в дальнем конце лагеря дахетян. По другую сторону костра у входа в небольшой шатер располагались трое кочевников, только что занимавшихся подготовкой штурмовых лестниц. Сейчас же они просто сидели, выпучив глаза. Не давая им опомниться и перехватить инициативу, я, с трудом припоминая дахетские слова, поинтересовался:
– Чего вылупились?
Кочевники с сомнением переглянулись, и один из них потянулся за мечом, воткнутым в землю неподалеку.
– Брось эти глупости! – резко приказал я и потребовал: – Ну-ка, проводите меня к своему вождю, да побыстрее!
При упоминании вождя кочевники чуть ли не инстинктивно выпрямили спины и подтянулись, после чего еще раз переглянулись и решили, видимо, что со мной лучше не спорить. Тот, который пытался поднять меч, встал и двинулся к центру лагеря, бросив мне:
– Иди за мной!
Пробираясь вслед за ним по лабиринту костров и палаток, я отметил, что орда укомплектована для штурма крепости куда лучше, чем можно было ожидать. У них были и хорошие штурмовые лестницы, и большие деревянные щиты для защиты от стрел, и специальные кошки с крючьями, использовавшиеся пиратами с Западного континента, и даже зажигательные стрелы, которые изготавливают далеко за пределами восточной пустыни. Это все не слишком меня обнадежило, зато радовало, что пока события разворачиваются в соответствии с намеченным мной планом.
Правда, радость эта оказалась недолгой и кончилась, когда мой провожатый остановился в центре лагеря у шатра, явно не похожего на апартаменты главнокомандующего. Здесь кочевник жестом приказал мне ждать и скрылся внутри палатки, откуда через весьма непродолжительное время понеслись восклицания, удивительно похожие на отменную брань. Спустя еще пару секунд изнутри донесся звук пары смачных плюх, затем полог отдернулся, и наружу выбрался бугай, очень приличных для дахетянина размеров. По-видимому, он явно собирался продолжить хай, но, завидев меня, сменил тон:
– Ты кто?
– А ты кто? – спокойно спросил я, в глубине души чувствуя, что начинаю балансировать на опасной грани.
Некоторое время кочевник явно думал, а надо ли ему отвечать, но все же пробурчал:
– Я – сотник Габар.
– А я – Рагнар.
Маленькие глазки на круглой роже сощурились, и некоторое время он сопел, стимулируя, видимо, тем самым умственную деятельность.
– Что же ты хочешь, Рагнар Бессмертный?
– Я уже, кажется, все объяснил – мне надо поговорить с твоим командиром.
Видно было, что внутри сотника происходит нелегкая борьба между гневом и осторожностью, но самое печальное, что я тоже не мог решить, какое же развитие ситуации было бы для меня предпочтительнее.
– Откуда мне знать, что ты – не враг?
– Действительно, ты не можешь этого знать, – согласился я.
– Тогда скажи пароль, и мы пойдем…
Честно говоря, Габар мне надоел и, вспылив, я поступил весьма рискованно. Подняв правую руку, я поманил его пальцем и, когда он сделал пару шагов навстречу, нанес ему левой прямой в глаз. Удар вышел на славу, и, слегка булькнув, он рухнул навзничь. Боковым зрением я тотчас же заметил, что двое стоявших поблизости слева кочевников схватились за свои короткие мечи, а один даже двинулся в мою сторону. Не знаю, каковы были его намерения, но я левой же рукой вытащил меч и проткнул его в резком выпаде. Второй поспешил ретироваться в тень, откуда завопил тревогу. Ситуация полностью выходила из-под контроля, но остатки здравого смысла подсказали мне единственную возможность…
Подскочив к Габару, я рывком поднял его тушу на ноги и, взяв одной рукой за грудки, другой приставил окровавленный клинок к горлу. Я не видел, что происходит вокруг, но буквально осязал сбегающихся отовсюду врагов, поэтому энергично тряхнул оглушенного сотника и заорал ему:
– Совсем, что ли, спятил, козел? Может, мне надо человек двадцать прибить, чтобы ты начал шевелиться?! Или лучше начать с тебя? – Для пущей убедительности я слегка поднажал лезвием на горло.
Ощущение металла у сонной артерии вернуло затуманенному взору Габара некоторую ясность, и он быстро зыркнул по сторонам.
– Не вздумай качать права! – прошипел я. – Скажи ребятам, что все в порядке, и пошли к командиру!
Еще секунду Габар колебался, но, похоже, он был в курсе, что бессмертные никогда не угрожают попусту, а подыхать зазря ему не хотелось. Он приосанился, насколько это позволяло его положение в моих руках, и рыкнул:
– Чего встали? Уберите эту падаль и за работу!
Я услышал за спиной несколько шорохов, после чего отпустил Габара, развернулся вполоборота и, убедившись, что кочевники расходятся, вложил меч в ножны.
– Пошли!
Габар посмотрел на меня с некоторым недоумением, но молча двинулся в сторону от центра лагеря. Кратчайшим путем мы миновали основное скопление палаток и, выйдя на чистое пространство, двинулись к стоящему в отдалении шатру. Неожиданно Габар заговорил:
– Ты что же, и с Газреном собираешься так обойтись?
Мысленно я рассыпался в изъявлениях признательности – узнать имя вождя кочевников было совершенно необходимой удачей, – а вслух ответил:
– Нет, мне действительно надо с ним поговорить.
Габар вздохнул так, будто подтвердились какие-то его ожидания, и проворчал:
– Все вы, бессмертные, такие…
Да, похоже, часто тебе приходилось с нами встречаться, усмехнулся я про себя и впервые почувствовал, что, пожалуй, и в самом деле все может получиться.
Тем временем мы добрались до цели, и, не доходя метров десяти до входа в шатер, где дежурили двое стражников, я остановил Габара:
– Иди, доложи!
Хмыкнув, он пошел вперед и, бросив что-то стражникам, скрылся в шатре.
Не было его очень долго, и я уже всерьез подумывал, что надо отваливать, покуда меня не подстрелили в спину какой-нибудь глупой стрелой. И все же у меня хватило нервов дотерпеть, пока Габар не показался снаружи. Жестом пригласив меня войти, он молча побрел прочь, а я не без волнения подошел к шатру и отдернул полог. Донесся голос глашатая:
– Рагнар Бессмертный к Владыке Газрену!
Уверенной походкой я прошел внутрь и, остановившись, осмотрелся. Увиденное сильно поразило меня…
В былые времена мне случалось бывать в гостях у правителей полудиких народов, и всех их объединяло стремление к показной роскоши, желание окружить себя хором льстецов и тому подобное. Огромный позолоченный шатер Газрена наводил на схожие мысли, однако изнутри он выглядел совершенно иначе, прямо-таки по-спартански. Все помещение было надвое разделено перегородкой, позади которой, видимо, находилась спальня. Я же очутился в своеобразном рабочем кабинете. Меблирован он был небогато: посередине большой стол со стульями, невысокий столик у правой стенки и тренажер для атлетических упражнений в левом углу. В центре шатра в очаге весело потрескивал огонь, в свете которого отчетливо вырисовывались две фигуры, стоящие вполоборота ко мне у маленького столика. Оба они были дахетяне: один, ближайший ко мне, – типичный пожилой воин, другой же – личность как минимум незаурядная. Он был очень высок, почти с меня ростом, строен, худощав и, самое главное, молод, удивительно молод, не старше двадцати пяти лет. Не нужно быть ясновидящим, чтобы догадаться – этот юноша и есть Владыка Газрен…
Чувствуя, что пауза затягивается сверх меры, я со смешавшимися чувствами шагнул вперед и приготовился что-нибудь сказать, но тут был довольно грубо схвачен за правый локоть… Как правило, у хорошо тренированного профессионала реакция несколько опережает мысли. Так вышло и на этот раз – рефлекторно развернувшись, я нанес левый боковой в челюсть и лишь затем обнаружил, что это стражник, охранявший покои Газрена с внутренней стороны входа. Быстро сообразив, что, наверное, сзади меня находится второй охранник, я снова развернулся – тот уже доставал меч. Не берусь сказать, что бы я сделал дальше, но в этот момент раздался голос Владыки Газрена. По-юношески высокий, он неприятно отдавал металлом.
– Что такое?
Не будучи уверен, что вопрос относится ко мне, я все же рискнул ответить.
– Ваше Величество, я не люблю, когда меня хватают за руки.
– Обычно меня называют Владыка, – мимоходом заметил он и, пройдя пару шагов в мою сторону, остановился со странной холодной улыбкой. – Дело в том, что в мои покои нельзя входить с оружием, а моя личная стража неукоснительно выполняет приказы.
– А-а… – довольно глупо вякнул я, но Газрен даже не обратил на это внимания.
– Но вы можете не снимать меч. С моей стороны было бы невежливо лишать оружия столь прославленного воина, как вы.
Все это он проговорил, по-прежнему улыбаясь одними губами и спокойно глядя мне в глаза. Почтя за лучшее сделать ответный жест, я сказал:
– Я у вас в гостях, поэтому уважаю ваши правила.
– Ценю вашу любезность, – столь же ровно ответил молодой полководец и, развернувшись, ушел обратно к столу.
Еще более сбитый с толку, я отстегнул пояс с ножнами и отдал его ближайшему стражнику, а затем, не торопясь, двинулся к столу, пытаясь привести мысли в порядок. Всякое ожидал я увидеть в лагере дахетян, но такой Владыка застал меня врасплох. И чем больше я пытался быстренько продумать предстоящий разговор, тем лучше понимал, что на этот раз придется целиком и полностью положиться на интуицию.
Когда же я наконец дошел до беседующих, то был поражен еще больше – на маленьком столике располагался макет Ассэртской крепости, сделанный довольно грубо, но без ошибок. К счастью, вновь заговоривший Газрен отвлек меня от мрачных раздумий.
– Аргел, мой дядя и начальник штаба. – Он кивнул в сторону полного пожилого воина, внимательно изучавшего меня.
Я поздоровался, и разговор вновь на мгновение затих. Мне же прямо-таки физически было трудно отвести взгляд от макета, и Газрен, видимо, заметил это…
– Как, по-вашему, можно захватить такую крепость? – просто поинтересовался он.
Я не сдержал усмешки.
– Когда я в свое время разрабатывал план реконструкции Ассэртской крепости, то не предусмотрел в нем слабых мест, которые было бы удобно использовать в подходящий момент.
Мой ответ все-таки немного удивил Газрена, и после некоторого раздумья он вновь спросил:
– Так что же, эту крепость невозможно захватить?
– Практически невозможно. – Я сделал маленькую паузу. – При условии, что ее защищает достаточный гарнизон. Сейчас же это не так. Поэтому вы сможете занять ее, хотя все равно это сложно.
– Откуда вы знаете, сколько людей в Ассэрте? – вмешался в разговор Аргел.
Наступал критический момент, и я чувствовал – все зависит даже не от того, что именно я скажу, а от того, как я это сделаю. Поэтому, постаравшись придать взгляду легкое недоумение, я повернулся к Аргелу и слегка удивился:
– Но я ведь только что оттуда!
Их реакция несколько удивила меня. Аргел, казалось, не знал, что и думать, а Газрен с заметной ноткой интереса спросил:
– И что же происходит в Ассэрте?
– Сегодня туда прибыл Император с небольшим отрядом кавалерии. Пехоту он побоялся брать с собой, дабы не оставить неприкрытой столицу. – Краем глаза наблюдая за Газреном, я заметил, как он чуть-чуть, самую малость, кивнул, словно мои слова подтверждали его предположения. Я почувствовал заметное облегчение, успех моего предприятия не был столь уж сомнителен… – В городе идет напряженная подготовка к обороне. Создается ополчение. В связи с подозрением в измене арестованы все высшие офицеры за исключением командира гарнизона.
– Это скверная новость, – отметил Владыка, проигнорировав предупреждающий взгляд своего дяди. – Но, с другой стороны, кто же тогда будет командовать? Император не сможет быть везде.
Похоже, он не ждал ответа на свой вопрос, тем не менее я его дал:
– Поговаривают, что на помощь Генриху придут несколько бессмертных.
Я не успел проконтролировать реакцию юноши, ибо услышал очень не понравившуюся мне фразу Аргела:
– А нас предупреждали, что прийти на помощь Генриху можете именно вы!
Стараясь ничем не выразить легкое замешательство, я улыбнулся и намеренно ответил Газрену:
– Нет, на этот раз я играю за другую команду.
Лицо юного командира по-прежнему оставалось непроницаемым. Аргел же тем временем продолжал:
– Но почему мы должны вам верить?
Надо отметить, что я безусловно рассчитывал на подобный вопрос. И первоначально я просто собирался продемонстрировать свою эмблему как символ принадлежности к Клубу. Это, конечно, было опасно и даже проваливало все дело, если Клуб, а точнее, Гроссмейстер, не имел отношения к нашествию, однако я практически не сомневался в его причастности и готов был рискнуть. Но… Сейчас ситуация изменилась. Если их заранее предупредили обо мне как о возможном враге, то доказательством своего участия в делах Клуба я уже ничего не выигрывал. Таким образом, фактическое отсутствие аргументов и необходимость действий подтолкнули меня к откровенному блефу, добавлю, к блефу, рассчитанному исключительно на Газрена.
Повернувшись и подойдя к Аргелу, я взглянул на него в упор и спросил:
– Как бы мне получше доказать вам свою честность?
Отдавая должное противнику, замечу, что он не отвел глаз и даже собрался что-то ответить, но Газрен его перебил:
– Оставьте это, дядя! – Его тон, к счастью, не предполагал возможности пререканий.
Поразмыслив с минуту, Газрен продолжил прежним ровным голосом, будто бы ни к кому и не обращаясь:
– Нам и не нужно знать, честен ли Рагнар. Он принес последние новости, очень похожие на правду, и, насколько я понял, недвусмысленно указал на необходимость штурмовать крепость. Так как это полностью отвечает нашим собственным планам, то я не вижу повода для разногласий.
После этой речи он обратился непосредственно ко мне:
– Надеюсь, вы останетесь в лагере до конца штурма, дабы не возбуждать ничьих подозрений.
Я поздравил себя с тем, что мой блеф удался, и не без удовольствия ответил:
– Да, это всецело отвечает моим собственным намерениям.
Неожиданно Газрен сбросил свой ледяной покров и заговорил с редкой живостью:
– Рагнар, я изучал историю этой планеты. Вы занимаете в ней немалое место, и всю жизнь вы защищали интересы одной-единственной страны – Пантидея. По моему глубокому убеждению, именно вы сделали Империю непобедимой. И сейчас утверждаете, что станете помогать мне против нее. Что же могло заставить вас изменить своим принципам?
Я никак не ожидал столкнуться в стане кочевников с людьми, знающими историю и, тем паче, мое имя, хотя все уже увиденное могло бы натолкнуть на размышления… Теперь же я не знал, что ответить этому юноше. Хорошо еще, что он меня не торопил… В конечном итоге пришлось отделаться прописной истиной:
– К сожалению, Владыка, в жизни иногда возникают ситуации, когда человек должен оказаться выше своих принципов, хорошие они или плохие. Поверьте, я помогаю вам без всякого удовольствия.
Сказав так, я не без иронии подметил, что это и вовсе было бы чистой правдой, если слово «помогаю» заменить на «предаю».
Видно было, что Газрена мой ответ абсолютно не удовлетворил, но он не счел возможным развивать эту тему и вновь замкнулся, вернувшись к обозрению макета крепости.
Это означало, что очередной раунд я выиграл и самая сомнительная часть моего плана осталась позади. Справедливости ради отметим, что все действительно висело на волоске, и окажись, например, предводителем войска Аргел, а не Газрен, то пришлось бы мне туго. Оба они были неглупы и не слишком мне поверили, но Владыка со свойственным молодости легкомыслием и уверенностью в своих силах решил, что я в любом случае не представляю для него опасности; старик же просто для надежности попытался бы от меня отделаться…
Мои раздумья вновь были прерваны Газреном.
– Теперь, когда мы знаем, что помощь извне крепости не придет, надо разработать план штурма. Рагнар, вы поможете, или вам это слишком неприятно?
– Второе, – коротко ответил я, поддавшись желанию побыстрее закончить этот нервный разговор.
– Но, может быть, вы дадите хотя бы парочку своих ценных стратегических советов? – неожиданно подключился Аргел.
– Да, пожалуйста. Нам желательно захватить крепость за один день, используя значительное численное превосходство, целесообразно продумать тактику боя на изматывание. То есть вначале атаки разных участков обороны относительно небольшими группами, и лишь под конец боя – главный штурм.
Газрен кивнул головой, а Аргел с непонятным мне вздохом произнес:
– Да, наверное, вы правы.
Я не удивился, ведь это и в самом деле была правильная стратегия, но главное ее достоинство заключалось все же в том, что она полностью отвечала моей собственной стратегии. На этом месте я и решил быстренько откланяться.
– Владыка, последние дни выдались у меня весьма напряженными, так что с вашего разрешения я хотел бы пойти отдохнуть перед боем.
– Разумеется, – невозмутимо согласился Газрен и неожиданно предложил: – Вы можете отдохнуть в моих личных покоях, за этой перегородкой. Мне кровать сегодня не понадобится.
Не вдаваясь в причины такого радушия, я коротко поблагодарил его и отправился за перегородку, где быстро нашел кровать…
К числу моих очевидных достоинств, несомненно, можно отнести одно – бессонницей я не страдаю никогда. На этот раз, прежде чем отрубиться, я успел подумать лишь одно: хорошо бы у Газрена с Аргелом не было возможности моментальной связи с той личностью, которая заварила всю эту кашу, ибо в противном случае мне едва ли удалось бы проснуться…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?