Читать книгу "Дядя самых честных правил. Книга 10"

Глава 9 – Брат

На постоялом дворе я застал с десяток моряков и Кижа, который обыгрывал их в карты по очереди. Моё появление мертвец сразу же почувствовал и обернулся. На его вопросительный взгляд я покачал головой и сделал знак, что всё в порядке. Прошёл через зал и сел за незанятый стол, где мы сидели до этого с Роспильози. Честно говоря, сил у меня вообще не осталось, даже протянуть руку и налить себе вина из кувшина я не мог.

На счастье, прибежала хохотушка-служанка. Девица будто специально меня караулила и намеревалась завести более тесное знакомство. Но когда увидела меня поближе, то озабоченно затараторила:

– Синьор Урусофф, вы такой бледный! С вами всё хорошо? Ой-ой, да на вас лица нет, словно вы мертвеца увидели! Может быть, позвать доктора? У нас по соседству живёт доктор Дуремарзи, только он очень дорого берёт и любит приезжать к обеду или ужину, чтобы его тоже за стол посадили. Но если он узнает, что требуется гостю синьора Медведя, то обязательно примчится! Когда Рябого Унзо ранили в перестрелке…

– Т-ш-ш-ш…

Я приложил палец к губам, заставляя её замолчать. Поймал её за руку и притянул поближе. Сил говорить в полный голос не было, и пришлось просить заговорщицким шёпотом:

– Не надо доктора. Принеси мне кофия, две больших чашки. И что-нибудь поесть.

– Ой! – она тоже зашептала в ответ. – А Бернардино уже ушёл спать. Но я тоже могу что-нибудь приготовить. Хотите, я испеку вам булочки?

– Яйца можешь пожарить?

– Обижаете! Я делаю самую лучшую яичницу в Неаполе. С помидорами, оливками и чесноком. Будете? Сколько яиц разбить?

– Пять.

– Вы такой голодный, сеньор Урусофф! – она игриво подмигнула. – А вы правда князь?

– Сначала кофий и яичницу, потом вопросы. Быстрее, красавица, а то я умру прямо за этим столом.

Она радостно пискнула и убежала на кухню. Через пять минут притащила мне чашку кофия и тарелку с хлебцами. Стрельнула глазами и снова умчалась.

Я медленно цедил горький напиток, чувствуя, как по капле возвращаются силы. Нет, ну его в болото подобные опыты с магией! Такое чувство, будто меня пропустили через мясорубку, а затем из фарша вылепили заново. Резервы эфира показывали дно, мышцы болели, словно я всю ночь разгружал баржу с камнями, а в голове плескался густой клюквенный кисель. Как-то не так я представлял себе отпуск!

Киж обыграл очередного бедолагу, и за его столом поднялся шум. Видимо, денег у моряков было не слишком много, и мертвец брал выигрыш “развлечениями”. В этот раз он потребовал, чтобы проигравший десять раз мяукнул под столом. Одноглазый моряк под смех товарищей, кряхтя, залез под стол и принялся там вопить не хуже мартовского кота. Киж прослушал первые звуки «оперы», удовлетворённо кивнул и подошёл ко мне.

– Всё в порядке, Константин Платонович? Что-то на вас лица нет.

– Переутомился, – усмехнулся я. – Сейчас поем и буду в полном порядке.

– А Медведь? Вы его того, что ли? – Киж выразительно посмотрел на меня.

– В порядке всё с твоим Медведем, лучше, чем нам всем, вместе взятым. Не думаю, что мы его сегодня снова увидим. Так что ещё часик поразвлекайся, пока я завтракаю, и найди нам транспорт. Я не в настроении идти в Неаполь пешком.

– Сделаю, Константин Платонович. Вы не торопитесь, попросите горячего красного вина со специями – вам сейчас самое то будет, – он ухмыльнулся, копируя моё выражение, – от переутомления.

– Дмитрий Иванович, не умничай – сам знаю, что делать. Иди уже, тебя морячки ждут для реванша. Только я тебя очень прошу, не заставляй их снова орать, не хочу шума.

– Как прикажете, – Киж кивнул, – придумаю что-то другое. На щелбаны играть будем.

Едва Киж вернулся к картам, как прибежала служанка и водрузила передо мной сковородку с яичницей, тарелку с хлебом и сыром и вторую чашку кофия. Последней на стол она выложила трёхзубую вилку с таким видом, будто та была золотая.

– Вот! – с гордостью заявила она. – Наш Орсо дворянин, так он всегда ест только вилкой. А вы князь, значит, тоже так делаете.

Я не смог сдержать улыбку.

– Спасибо, милая.

– Вы кушайте, синьор Урусофф, кушайте, пока не остыло, – защебетала она, придвигая ко мне сковородку. – Я очень вкусно всё пожарила, как меня мама учила. А она всегда говорила – мужчина должен хорошо кушать, чтобы быть сильным. Хлеб обязательно берите, Бернардино его так печёт таким, что даже соседи приходят и берут. Честно-честно!

Подцепив кусок яичницы вилкой, я отправил его в рот. Прожевал и кивнул девушке.

– Очень вкусно. Действительно, лучшая яичница в Неаполе.

Она аж вся расцвела, показав ямочки на щеках.

– Спасибо, синьор Урусофф! Я теперь всем буду рассказывать, что кормила настоящего князя. Мои подружки обзавидуются!

– У вас красное вино есть?

– Конечно! У нас какое хочешь есть.

– Подогрей, пожалуйста, пару стаканов, чтобы было горячее. И добавь туда ложку мёда и, если есть, специи.

– А! Так, чтобы согреться? Сейчас сделаю! Я мигом!

Она унеслась на кухню, и я смог спокойно поесть в тишине. Даже редкие охи, когда Киж отвешивал щелбаны картёжникам, мне не мешали.

Я успел всё доесть и выпить кофий, когда появилась служанка с кружкой в руках. Но донести её не успела.

Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появился Медведь. Всклокоченный, расхристанный и с пустыми ножнами от шпаги. Бешеным взглядом оглядел зал и остановился на мне. В горле у Роспильози заклокотало, и он кинулся вперёд. Пронёсся мимо служанки, чуть не опрокинув её, и в одно мгновение оказался возле меня.

Медведь своими мощными руками выдернул меня со стула, поднял и обнял.

– Константино!

Он сжал меня так, будто собирался задушить.

– Константино! Разреши назвать тебя старшим братом! Моя кровь принадлежит тебе, и этот долг я никогда не смогу выплатить!

– Поставь меня, – едва просипел я, – Медведь!

***

Успокоить Роспильози удалось далеко не сразу. Он со всей силой своего неумеренного темперамента рвался благодарить, собираясь чуть ли не подарить мне родовое поместье. Я пригрозил, что Киж будет обливать его водой, пока не остынет. И только тогда он прекратил заваливать меня благодарностями.

– Ничего я от тебя не приму, Орсо Медведь. Сядь, выпей и приди в себя. Только твоего поместья и драгоценностей твоей бабушки мне для полного счастья и не хватало. Успокойся!

Роспильози сел, не глядя выпил из моей кружки и вздохнул.

– Ты не представляешь, что для меня сделал.

Я посмотрел ему в глаза и вкрадчиво сказал:

– Уж поверь, я знаю. И ты знаешь. Этого достаточно, чтобы мы были просто друзьями.

– Братьями, – сказал он твёрдо, будто уже всё решил и не собирается передумывать.

– Тем более. Какие могут быть долги между братьями?

Я протянул ему открытую ладонь. Он на мгновение прищурился, ухмыльнулся и пожал мою руку.

– Да, брат, никаких долгов. Но я знаю, чем могу отплатить тебе. Я сам отвезу тебя в Африку, помогу добраться в Каир и верну обратно. Такую помощь ты примешь, брат?

– Если не возражаешь, я отвечу тебе завтра. Сейчас мне нужно поспать и отдохнуть. Эта ночка прошла слишком уж бурно.

Роспильози воспринял мои слова буквально. Через пять минут возле постоялого двора уже стоял экипаж, готовый отвезти меня в Неаполь. А сам он пытался поддержать меня за локоть, как престарелого родственника.

– Медведь, иди к чёрту, – я отмахнулся от него. – У меня хватит сил ещё и тебя выпороть за издевательство, – и добавил язвительным тоном, – младший братишка.

Он вздохнул и развёл руками – мол, хотел как лучше.

– Завтра утром я буду готов с тобой поговорить о деле, если ты серьёзно собрался везти меня в Египет.

– Не сомневайся. Доставлю с гарантией, со всеми удобствами, как родную бабушку. Завтра приеду и обсудим.

На этом мы простились. Я заснул, едва мы тронулись, и, честно говоря, не помню, как оказался в постели. То ли сам дошёл, то ли это Киж отнёс меня. В любом случае, спал я как младенец и сны были исключительно приятными.

***

Когда утром следующего дня я с Таней спустился в тратторию на первом этаже гостиницы, там уже сидел Роспильози. Одетый в костюм по последней моде, расчёсанный и, кажется, даже припудренный. Образцовый дворянин, в котором ни за что не узнаешь вчерашнего бандита и драчуна.

– Таня, разреши представить тебе Орсо Роспильози, дворянина из знатной семьи.

Медведь поклонился со всей почтительностью.

– Татьяна Ларина, моя невеста.

– Рад познакомиться, синьорина, – пробасил Роспильози, – счастлив видеть, какую прекрасную супругу выбрал мой брат.

На этих словах Таня удивлённо посмотрела на меня. Я только пожал плечами – сам не знаю, как так получилось.

– Значит, вы мой будущий деверь? Не ожидала, что найду в Неаполе родственника.

– И не одного, синьорина. Вся семья Роспильози будет рада видеть у себя в гостях такую замечательную невестку. Надеюсь, вы сообщите нам о дате свадьбы, чтобы мы могли отметить это важное событие.

Пока мы завтракали, Орсо вёл исключительно светскую беседу, рассказывал забавные байки из жизни местного высшего общества. Судя по некоторым оговоркам, он с половиной персонажей был знаком, а с другой половиной приятельствовал. И мне кажется, контрабандой Медведь промышлял с негласного одобрения властей.

– Орсо, ты к нам по делу или пришёл просто поболтать?

Я отложил салфетку и взял чашечку с кофием.

– И то и другое, – он отставил бокал и стал серьёзен, как скала. – Ты всё ещё собираешься в Египет?

– Да, ничего не изменилось.

– Тогда у меня есть отличный вариант, чтобы ты не связывался с мамлюками и османами. Сегодня вечером ты садишься на мой корабль, и мы плывём в Бенгази.

Пришлось вспомнить карту Африки, прежде чем я ответил.

– Почему в Бенгази? Оттуда до Каира не меньше тысячи миль.

– Вот! А теперь переходим к главной части моего плана. Как раз в то время, как мы доплывём в Бенгази, там будет стоять караван племени Ифорас. Я попрошу, чтобы они доставили тебя в Каир, дождались, когда ты закончишь дела, и привезли обратно. Они оденут тебя как своего, и никто не заподозрит, что ты христианский колдун. А насчет расстояния не волнуйся, путь займёт меньше месяца. У них есть свои секреты, как быстро пересекать пустыню.

– Что за Ифорас? Арабы? И почему ты уверен, что они выполнят твою просьбу?

– Это туареги, Константино. Удивительный народ, ты увидишь. А что до моей просьбы, то я как-то спас от рабства их аменокаля и его семью. Они поклялись, что будут помогать мне в любых делах, а их клятвы имеют особую силу. Какая-то варварская магия, на удивление действующая. Я с ними вижусь периодически, когда приплываю торговать, и каждый раз они напоминают мне о клятве. Им вроде как обидно, что я ничего у них не прошу.

Я мысленно прикинул и кивнул.

– Мне нравится твой вариант. Согласен.

– А пока ты будешь путешествовать, я хочу предложить синьорине Татьяне быть гостьей в моём доме. Жена будет рада…

– Я еду с Константином, – твёрдо заявила Таня. – Это не обсуждается.

Роспильози моргнул и тряхнул головой.

– Синьорина, должен вас предупредить, путешествие будет не слишком комфортным. Пустыня не предполагает удобств, там много диких зверей, а…

– Ах, дорогой деверь, – Таня покровительственно улыбнулась, – когда мы только познакомились с Константином Платоновичем, на нас напала стая волков. Кажется, я уложила всего на пару штук меньше, чем он.

– Из ружья?

– Большинство. А одного, кажется, ножом.

– Двоих, – я кивнул, – вожака и ещё одного.

Распильози посмотрел на наши серьёзные лица и громко расхохотался, отбросив приличия.

– Вы мне нравитесь всё больше, синьорина! Гарантирую, с таким характером вы легко станете своей у туарегов. Кстати, центурион Деметрио тоже едет с вами?

– Да, и ещё одна моя помощница и слуга. Нас будет пятеро.

– Решено! Тогда я жду вас вечером в порту, за час до заката. А теперь разрешите откланяться. Мне нужно распорядиться насчёт припасов для вашего путешествия.

Глава 10 – Базар

В вечерних сумерках четырёхмачтовая тартарона “Юная Амелия” вышла из порта Неаполя и понесла нас на юг.

– У меня самый быстроходный корабль на этом побережье, – безбожно хвастался Роспильози. – “Амелия” долетает до Туниса меньше чем за двенадцать часов при попутном ветре. Я обгонял османские фрегаты, а это вам не купеческие полакры.

Он устроил нам целую экскурсию, показав в том числе орудийную палубу. Тартарона несла тридцать пушек на боевых деланных Знаках. На корабле был свой неплохой оружейник, который содержал их в идеальном порядке. Кроме того, в команде у Роспильози имелись два мага с Талантами – бастарды, как объяснил он, не прижившиеся в семьях отцов.

– Можем отбиться от любого военного судна, – с гордостью сообщил Медведь, выпятив грудь, – если оно попытается нас задержать.

– И от пиратов?

Он хитро улыбнулся.

– Смотря от каких, брат. Я ведь тоже в некотором роде пират. Формально я состою в трёх морских братствах – плачу ежегодную долю в общий котёл и свободно плаваю от Танжера до Бейрута. А всякая мелочь не рискует пробовать на зуб мою “Амелию”.

– Удобно ты устроился.

– Пришлось, – он развёл руками, – жизнь заставила. Впрочем, я не жалуюсь: с детства обожаю море и воевать, а здесь эти две любви сошлись вместе.

И Медведь улыбнулся, как человек, нашедший своё место в мире.

– А теперь нас ждёт ужин от лучшего повара Неаполя. Специально заказал у него самые изысканные блюда – вам ещё не скоро придётся отведать что-то подобное.

Ужин и вправду оказался не хуже любого великосветского обеда, который мне довелось посетить. Роспильози на этот раз развлекал нас байками о своих морских приключениях: как обманывал османов, заводил дружбу с пиратами и возил контрабанду во Францию. Судя по лакунам в повествовании, он щадил чувства Тани и вымарывал из рассказа все кровавые подробности. Но угадать, что за моменты он опустил, было несложно, а моя фантазия дорисовала все недостающие детали.

– А теперь, синьоры и синьорины, я хочу показать вам самое потрясающее зрелище в мире. Прошу за мной!

Он отвёл нас на ют и указал на море за кормой.

– Закройте глаза, сосчитайте до десяти и посмотрите на звёзды и море. Поверьте, вы никогда не забудете это.

Луна ещё не взошла, и небо казалось чёрной бездной, на которой особенно ярко горели звёзды. Бесконечная дорога Млечного Пути тянулась от одного края горизонта до другого. А под ним была не менее тёмная бездна моря, на глади которой загадочным зеленоватым светом мерцали длинные полосы, будто мазки художника-великана. И можно было перепутать, где верх, а где низ, потому что две темноты, неба и моря, словно переливались одна в другую.

– Иногда мне кажется, – тихо-тихо произнёс Медведь, – будто я веду корабль через великую пустоту, прокладывая курс между звёздами. Мне чудится такое, что никому из людей и не снилось. Атакующие диковинные корабли, пылающие над красной звездой. Мерцающие лучи небесного света, разрезающие мрак у огромных сияющих ворот. Но эти видения исчезают, как слёзы под дождём, и мне остаётся только бороздить моря и смотреть на звёздное небо.

Я не стал его ни о чём спрашивать. Есть, знаете ли, такие темы, которые невозможно обсуждать вслух ни с одной живой душой. У меня ведь тоже найдётся кое-что, о чём я молчу и стараюсь даже не думать. Вот пусть и лежат эти скелеты в самом тёмном шкафу до своего срока.

***

– Мне говорили, ты мастак играть в карты, центурион Деметрио, – поинтересовался Медведь, едва мы вернулись в кают-компанию.

– Даже не уговаривай, – Киж выставил перед собой ладони, – я не играю с друзьями Константина Платоновича. Очень неудобно получится, если в конце плавания корабль вдруг станет моим.

Роспильози расхохотался.

– А ты самоуверен, центурион! Не беспокойся, я никогда не ставлю на кон свою “Амелию”. Будем играть только на наличное золото, никаких залогов и расписок.

– Согласен, – быстро выпалил Киж, – минимальная ставка три золотых дуката.

– Годится! – Роспильози также быстро ответил, будто боялся, что “жертва” сорвётся с крючка. – Эй, там! Принесите мне карты!

Эти двое уселись за стол, и через пять минут до них уже невозможно было достучаться. Так что мы с Таней пошли в свои каюты спать, а Диего отправилась на палубу любоваться морем. Всё оставшееся плавание Роспильози не вылезал из-за карточного стола, прерываясь только на короткие перекусы, сон и корабельные дела. Киж же выглядел как кот, обожравшийся сметаной и собирающийся слопать ещё столько же.

Мой камердинер Васька за один вечер успел сойтись накоротке с командой корабля, хоть и не понимал ни слова по-итальянски. А на следующий день с неподдельным интересом взялся учиться ставить паруса и прочей морской науке. Как он мне сказал:

– С вами, Константин Платонович, никогда не знаешь, куда занесёт на следующий день. Вдруг да пригодится в жизни?

Мурзилка всё плавание провёл в моей каюте, практически не просыпаясь. Море он не одобрял совершенно, и только необходимость заставила его подняться на борт корабля.

А вот мы с Таней воспользовались появившейся прорвой свободного времени и занялись тренировкой Талантов. Предупредили Медведя и, когда на горизонте не было других кораблей, запускали огненные всполохи над морем. Но не просто так, а на дальность. В таком упражнении важна не сила Таланта, а умение создавать аккуратные плетения. Чем плотнее будут нити, чем меньше паразитной силы, тем дольше проживёт заклятье, прежде чем сделает “пш-ш-ш-ш”.

В очередной раз, когда её всполох рассеялся раньше моего, Таня разозлилась. Выхватила small wand, одним движением выписала Знак Огня и запустила его над волнами. К её удивлению, деланная фигура не просто обогнала мой всполох, но и пролетела раза в три дальше.

– Костя! Чего это он?!