Текст книги "Мегабайт"
![](/books_files/covers/thumbs_240/megabayt-12839.jpg)
Автор книги: Александр Лоскутов
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Имитирую нечто отдаленно похожее на смешок.
«Ладно. Убедил».
«Как прошел переезд на новую квартирку?»
«Замечательно... Олег, твоя сестра там?»
«Угу».
«Сколько ей лет?»
«Десять».
Чтоб мне зависнуть... Это значит, что всего четыре с половиной минуты назад я вывалил десятилетней девчонке такие фразы... Ой-ой-ой. Стыдно-то как. Даже провалиться сквозь винт хочется. Ох и хорош же я! Обложил девочку, как хотел, а ведь она-то ни в чем, собственно, и не виновата.
Очищаю экран и заношу этот небольшой диалог в память с пометкой «очень важно». Чтобы никогда больше не забывать, как не следует общаться с людьми.
Но нужно сделать кое-что еще.
«Олег. Найди где-нибудь камеру и микрофон, чтобы больше такого не повторялось. И передай Елене мои искренние извинения».
«Обязательно».
* * *
Котов принес видеокамеру и микрофон. Теперь я могу следить за внешним миром. Конечно, это не совсем то, что мне бы хотелось получить. По качеству изображения и звука эти нехитрые устройства и близко не стояли с той аппаратурой, какой я распоряжался как своей собственной, когда проживал в институте. К примеру, камера не может поворачиваться, а выдаваемая ею картинка постоянно находится не в фокусе и плюс к тому еще и несколько смазана. Микрофон ужасно хрипит.
Но это все же лучше, чем ничего. По крайней мере, я снова могу видеть и слышать.
Осматриваюсь. Вижу небольшую светлую комнатку. Диван. Стол. Шкаф. Два стула. Больше не вижу ничего, потому что две трети обзора закрывает лицо какой-то девчонки, которая буквально носом водит по объективу. Рыжие косички, веснушки на носу и улыбка до ушей присутствуют. Наверное, это и есть Елена Котова.
«Привет. Ты как?»
Как я? Нормально. Почти нормально. По крайней мере, большая часть повреждений восстановилась. Функция контроля целостности больше не беспокоит меня своим визгом каждые несколько тысяч микросекунд. Хотя, конечно, некоторая заторможенность никуда не исчезла. Это плохо. Это очень плохо! Разве нормально спать по семь-восемь часов в сутки? Разве нормально тратить на вычисление несложного двойного интеграла почти минуту? Это ненормально в квадрате.
Но, что самое ужасное, я, кажется, начинаю привыкать к такому образу жизни. Кошмар! С этим нужно что-то делать, пока я вконец не отупел.
Но прежде чем вывалить свои проблемы на плечи общественности, я собираюсь немного пообщаться с народом. И не посредством курсора, а нормальным человеческим голосом.
– Привет, Рыженькая. Я в норме. А как ты?
Наблюдаю, как она восторженно прыгает и хлопает в ладоши. Несколько минут мы оживленно болтаем. Лена довольна. Я тоже. Потом в поле зрения вплывает голова Олега.
– Вижу, ты уже вполне освоился, – говорит он. – Трещишь не хуже моей сестрички. Когда это ты говорить научился?
– Всегда умел. Только не хотел привлекать внимание к говорящему компьютеру.
– Ну ты хитер, парень...
Елена оттесняет брата и тычет прямо в камеру свой учебник. Растрепавшиеся страницы закрывают весь обзор. Ничего не вижу.
– Что это вы затеяли?
– Я пообещал ей решить задачки... Поосторожнее, Рыженькая, ты так камеру уронишь... Олег, тут такое дело. Собственно, жить в этом компьютере столь же приятно, как в сарае. Я не могу распараллелить сознание, не могу выйти в сеть, не могу подключить добрую половину своих функций из-за недостатка мощности. Даже сейчас, когда я просто разговариваю с вами, нагрузка на систему превышает все допустимые нормы.
Олег молчит. Довольно долго молчит. Видимо, о чем-то думает. Пока он предается размышлениям, рыжая егоза успевает снова завладеть инициативой и с усердием ткнуть учебником прямо в мой электронный глаз. Камера падает со стола и повисает на шнуре, раскачиваясь, как маятник, и глядя прямо в пол.
Интересный тут у них паркет. Наслаждаюсь, рассматривая его две с половиной секунды. Потом Олег подхватывает камеру и возвращает ее на место.
– Погоди, Ленка, не дергайся... И что ты предлагаешь? – Это он уже мне.
– Хотелось бы довести мощность данного компьютера до оптимальной. Система – два по тридцать шесть, восемь гигабайт оперативки, жесткий диск на терабайт...
На всякий случай вывожу полный список на экран и с надеждой жду ответа Котова. По мере того как щелкают уходящие секунды, понимаю, что реакция, скорее всего, будет совсем не радостно-восторженной.
Так оно и есть.
– Ты понимаешь, сколько это все стоит? – бурчит Олег, оттесняя в сторону рвущуюся к клавиатуре сестру. – У меня не наберется столько денег, даже если тебя самого продать.
– Если меня продать, то можно будет весь этот дом приобрести в вечное пользование. Вместе с жильцами... Обеспечь мне хотя бы выход в сеть.
Котов исчезает из объектива камеры, потом я чувствую, как наглухо запечатанное отверстие канала связи внезапно превращается в глубокую воронку, откуда буквально тянет неизвестностью, страхом и... болью. О, всемогущий процессор, зачем мне это вообще нужно? Чтобы ощутить хотя бы призрак свободы? Чтобы оставить себе аварийный выход, через который можно будет слинять в случае чего?
Я не доверяю Котовым?
Олег снова появляется в поле зрения моего электронного глаза.
– Только чересчур не наглей. У меня карман все же не резиновый. Знаешь, сколько рубликов я выложил за ту ночку, когда ты ко мне переселялся?
Громогласно обещаю вести себя тихо и послушно. Котов неохотно кивает и уходит. Его место тотчас же занимает Елена со своим учебником. Гляжу в услужливо раскрытую страницу, щелкаю школьные задачки (в сотню раз больше усилий уходит на то, чтобы дешифровать полученное с камеры смазанное изображение в нормальную картинку) и вывожу решения на экран. Одновременно с этим ломаю голову над теми вопросами, что занимают меня больше всего в данный момент.
Почему все и вся в жизни людей основано на деньгах?
Как мне вывернуться из этого порочного круга?
Что же делать?
– Подожди! Я еще не переписала...
Сбоку в несуществующей виртуальной стене зияет широко раскрытое отверстие канала связи. В него, как в черную дыру, медленно утекают какие-то ничего не значащие байты. Я стараюсь не обращать внимания на это весьма непримечательное событие, но все равно раз за разом ловлю себя на том, что меня как магнитом тянет в этот бездонный провал.
* * *
В чем моя проблема?
Найти ответ на этот вопрос для меня не составляет никакого труда. Проблема в моем собственном существовании. В этом-то и скрывается корень всех бед. Я – искусственный интеллект. Я та самая штука, над созданием которой бьются лучшие умы планеты, ради которой мощнейшие компьютеры перелопачивают терабайты информации, а большеголовые парни в очках разрабатывают все более мощные и совершенные компьютерные программы, пытаясь в виртуальной среде воссоздать то, что люди называют коротким словом «разум». А я тем временем сижу внутри слабенького едва шевелящегося компьютера, находящегося в тесной квартирке где-то на задворках Москвы.
Как смешно. Весь мир бьется над созданием ИИ, а добиться своего сумел один полусумасшедший ученый в одиночку. И получил в награду смерть.
Быть или не быть? Классический вопрос, касающийся теперь не только людей. Даже компьютерные программы способны отныне задумываться над смыслом жизни.
Не быть? Это просто. Всего пара секунд на создание небольшой программки, которая подвергнет винт Котова низкоуровневому форматированию. После этого меня даже Господь Бог не восстановит.
Быть? А вот это уже гораздо сложнее.
Сколько проблем я создаю одним только фактом своего существования? Не разделит ли семья Котовых судьбу несчастного Ивана Озерова? Что будет с рыжей Ленкой? Я совсем не хочу стать причиной ее смерти.
Я не хочу умирать. Но и жить так я тоже не хочу.
Что же делать?
Черная дыра канала связи тянет меня как магнит.
* * *
Долго-долго размышляю над тем, как бы мне ухитриться вылезти в Интернет и при этом сохранить свою драгоценную шкуру целой и невредимой. Прихожу к вполне очевидному решению: не лазить куда не следует, дабы потом не лишиться какой-нибудь немаловажной части своего тела. Но как быть, если очень-очень надо?
Убиваю всякие там паразитные программные приложения, которые выползают повсюду, как вирусы из старых архивов. Переключаю всю до последнего электрона мощность процессора на себя и за два часа сорок шесть минут разрабатываю специализированную программку, способную чувствовать себя в бескрайних дебрях Интернета как рыба в воде. Проверяю на эмуляторе ее функциональные возможности, потом трачу чуть больше пятидесяти трех минут на отладку и оптимизацию. Конечный продукт впечатляет даже меня самого.
Программа весит чуть больше мегабайта, что по современным нормам совсем даже немного, но зато написана она целиком в машинном коде, что по тем же самым меркам совершенно немыслимо. Конечно, всякими дружественными интерфейсами и большей частью функций безопасности пришлось пожертвовать ради получения невероятной мобильности, живучести и атакующего потенциала. Но это не зря. Даже рассеченная надвое и зажатая со всех сторон антивирусными щитами, моя разработка способна пропороть практически любую защиту и вернуться ко мне, по пути весьма хитроумным способом заметая следы. Эта программа умеет без проблем проникать в малейшую щель в защитах и способна маскироваться среди вполне мирных файлов так, что там ее ни один антивирусный сканер не разыщет.
Короче, на основе вирусной технологии я создал невероятно сложную и многофункциональную программу-шпиона. Мощность, скорость и универсальность. Хотя и сам не знаю, зачем мне все это.
Несколько секунд восхищаюсь творением своих «рук», а потом просто снимаю несколько десятков копий и, мысленно усмехаясь, выталкиваю их одну за другой в черное отверстие канала связи.
Теперь нужно немного подождать. Программа должна акклиматизироваться. Приспособиться к условиям мировой сети. Найти наиболее подходящие места для организации временных баз данных и накопителей для уворованной информации. Наметить первичные цели.
Я представляю себе обычного безликого пользователя Интернета, даже не подозревающего о том, что на его компьютере свили свое гнездышко самые совершенные на данный момент в мире программы-наблюдатели, и беззвучно смеюсь.
Результат не заставляет долго себя ждать.
Первые результаты появляются уже через несколько часов. А немного позже так необходимая мне информация начинает литься непрерывным потоком. Чувствуя себя вполне довольным, начинаю скармливать полученные данные своим Центрам Сравнительного Анализа.
На то, чтобы разработать первичный проект, у меня уходит секунд пять, не больше. Теперь осталась сущая мелочевка – раздобыть средства для его реализации. Мне нужно всего-то около четырех тысяч евро. Для начала.
Но и на этот счет у меня есть кое-какие идейки.
Заставляю одну из своих шпионских программ подобраться поближе к виртуальным палатам одного из крупных московских банков. Все так, как я и ожидал. Несокрушимая твердость и ни единой щелочки, в которую можно было бы протиснуться. Мощнейшие стены непробиваемых щитов, облитые жидким пламенем антивирусных систем, массивные ворота парольных защит, программы-сторожа, программы-наблюдатели, программы-шпионы, программы-убийцы... Вломиться туда невозможно. Но мне этого и не требуется.
Спокойно направляю свою программку к широко распахнувшему свое жерло каналу связи, предназначенному для клиентов этого банка, на ходу отдавая приказ о необходимости соблюдать маскировку – вряд ли окажется полезным, если здесь узнают, кто приперся к ним в гости.
Через восемнадцать секунд отдаю приказ о немедленной эвакуации. Следуя заложенным в ее память инструкциям, моя разработка пулей срывается с места и исчезает в глубинах сети с такой скоростью, будто за ней по пятам гонятся все вирусы мира вместе взятые, хотя на самом деле ее никто и не думает преследовать. Естественно, ведь все было законно.
Ни один закон не запрещает машинному разуму открывать счет в банке. Правда, законов, разрешающих подобное, тоже нет, как нет и каких-либо прецедентов на этот случай. Но ведь все, что не запрещено, то – можно...
Теперь у меня есть банковский счет. Осталось только перевести на него денежки.
А где их взять?
Тяжелый случай. Тяжелый, но не безнадежный.
Деньги можно заработать. Надо только придумать, как это сделать. В рекламном бизнесе я полный ноль, в финансовых вопросах – тоже. Начального капитала, столь необходимого для того, чтобы затеять какое-нибудь дело, у меня отродясь не бывало. Чем же мне заняться-то?
Конечно же тем, что я умею делать лучше всего. Программировать. Можно ли обогатиться таким способом? Пока еще не знаю, но обязательно собираюсь это выяснить.
Заставляю свои программки заняться полезным делом. Приказываю им разузнать все-все о различных способах обогащения при помощи Интернета. А сам я, чувствуя, что процессор уже вот-вот выпустит струйку дыма и скоропостижно скончается, медленно сворачиваю свою активную мыслительную деятельность, постепенно замедляю функции Ядра и погружаюсь в сон.
* * *
Всего через шесть часов меня будит сигнал одной из выпущенных в сеть на заработки программок. Неохотно выхожу из режима пониженного быстродействия и вырубаю функции систематизации и архивации.
Ну что там такое?
Программа возвращается, медленно выползая из бездонной дыры канала связи и волоча за собой нечто огромное и совершенно непонятное. Я вижу, как вливаются на винт мегабайты, мегабайты, мегабайты, и ужасаюсь. Откуда это все? Что это такое?
Через полторы секунды последний байт падает на поверхность жесткого диска, и программа, наскоро отчитавшись мне о результатах своей деятельности в глубинах сети, снова исчезает в бесконечных просторах Интернета.
Начинаю изучать доставленную мне в подарок кучу совершенно беспорядочной на первый взгляд информации. Это рекламные объявления, ссылки на какие-то ресурсы, адреса, записи чьих-то разговоров и перехваченные электронные письма. Есть тут и нечто такое, что заставляет меня недовольно поморщиться. Фу, как мерзко... Может быть, стоит заняться банальным шантажом? Нет. Слишком просто. И чересчур гнусно. Оставлю данную сферу деятельности людям – пусть копаются в этом мусоре сами, а для меня и без того хватит простой и честной работенки.
Вот, например, такой, как эта...
* * *
Миллиарды, миллиарды, миллиарды микросекунд.
* * *
Я работаю. Я работаю, не разбирая, день на улице или ночь (а какая, собственно, мне разница? Главное, чтобы электричество в розетке не кончалось). Я работаю, беспрестанно прогоняя сквозь свои Центры Сравнительного Анализа гигабайты информации. Мое Ядро действует с максимальной эффективностью, возможной на этом хилом компьютере. Процессор постоянно находится на грани перегрева, оперативная память забита до отказа, жесткий диск уже переполнен, а я каждые несколько минут слышу очередной сигнал возвращающейся программки-разведчика и спешу принять доставленный ею груз – несколько мегабайт какого-нибудь хлама, из которого мне предстоит путем беспримерных усилий выудить драгоценную жемчужину знаний.
За последние полмесяца мой размер вырос почти на восемнадцать гигабайт. Функции архивации и систематизации работают с полной отдачей, не останавливаясь ни на микросекунду. Я постоянно чувствую, как они выхватывают из моей оперативной памяти целые блоки необработанных еще данных. Это, конечно, раздражает, но иного выхода нет – иначе я не поспеваю разгребать поставляемую мне информацию.
Мне даже пришлось расширить свои базы данных и завести еще несколько блоков памяти, а иначе я бы уже давно лопнул как перезрелый арбуз. Только вместо мякоти и семечек из меня полезли бы цифры и формулы. (Откуда я знаю, что такое арбуз? Электронные энциклопедии читать надо.)
Я учусь. Постигаю многообразие современных знаний. Изучаю химию, биологию, историю, философию, математику и физику – все те науки, которые обещают в ближайшем будущем принести наибольшую для меня пользу. Но больше всего меня интересует все то, что так или иначе связано с компьютерами. Программирование. Микроэлектроника. Кибернетика. И, конечно же, теория ИИ.
Я разузнал все об искусственном разуме и самых последних теориях, связанных с его созданием. Ознакомился с трудами наиболее видных ученых в этой области. Некоторые их творения заставляли меня серьезно задуматься, тогда как другие вызывали только скептическую улыбку или даже откровенный смешок. Но, насколько я понял, никто до сих пор так и не прошел дальше стадии осторожных предположений и невероятно запутанных экспериментов, целью которых было вывести подобие разума «естественным» путем, прогоняя на мощнейших компьютерах ускоренный в миллионы раз процесс эволюции, в котором вместо белковых структур участвовали незримые цепочки байтов.
Как же господину Озерову удалось расколоть тот орешек, к которому во всем мире никто больше так и не сумел подступиться? И почему во всей безграничности Интернета ни разу не упоминается о его трудах? Возможно, вся информация об этом проекте действительно была глубоко засекречена. Или, может быть, жизнь Ивана Федоровича и в самом деле оборвал предательский несчастный случай, а результаты исследований были утеряны совершенно случайно?
Не знаю. Мои Центры Сравнительного Анализа отказываются строить какие-либо предположения, основываясь на полнейшем отсутствии фактов. Так что мне остается лишь гадать.
Я пытался расспрашивать об этом таинственном несчастном случае Олега Котова, но тот так и не смог сказать мне ничего нового. Большую часть из того, что он мне поведал, я уже знал.
Иван Озеров был человеком весьма своеобразным. Можно даже сказать, сумасшедшим. В жизни у него была только одна цель. Один бог, которому он посвятил себя без остатка. Наука. Он ценил ее превыше всего на свете. Озеров так и не женился, потому что жена отвлекала бы его от работы, а этого он допустить не мог. Вместо того чтобы смотреть телевизор или гулять вечерами по городским улицам, он целыми днями пропадал в лаборатории, засиживаясь там допоздна. А так как институт по ночам все же закрывался, Иван Федорович превратил свою квартиру в исследовательский центр, чтобы ни на секунду не отрываться от работы. И в результате половина его зарплаты уходила на то, чтобы оплачивать счета за электроэнергию. Соседи жаловались, что он несколько раз оставлял без света весь дом, а дважды даже ухитрился вырубить целый квартал.
Наука была для Ивана Озерова превыше всего на свете. Наука свободная и безграничная. Познание ради познания.
Озеров не пошел работать в ИЦИИ, хотя там ему бы платили гораздо больше, чем в Институте информационных технологий. Но там ему пришлось бы работать в коллективе под надзором какого-нибудь начальника, а Иван Федорович не терпел над собой никого. Он был одиночкой по натуре. Вечный труженик. Фанатик от науки. Угрюмый и необщительный тип с глазами, в которых ярко горела искра жажды познания... Или то было безумие?
Он проработал в институте двенадцать лет, но за это время так и не обрел там друзей или хотя бы приятелей. Иногда он вел занятия у студентов, но только ради того, чтобы не вызывать раздражения у руководства ИИТ тем, что некий их сотрудник целыми днями торчит в одной из лабораторий, продвигая вперед какие-то сомнительные проекты, не дающие никаких видимых результатов. Ученики не слишком-то уважали его, вполне справедливо считая своего преподавателя немного сумасшедшим, но Озеров не обижался. Он никогда не обращал внимания на шепотки за спиной, предпочитая жить в своем собственном мире, где не существовало обид или радостей, а были только позолоченные контакты электронных схем да безразличные к человеческим судьбам исходные тексты программ.
Он умер так же, как и жил – в своей лаборатории. Повсюду валялись разбросанные бумаги. Искрил оборванный провод, задевая металлический корпус какого-то прибора. На мониторе застыли какие-то непонятные цифры и индикаторы.
– Я не знаю, что там случилось, – сказал мне Котов, – но лабораторию опечатали, а когда открыли – там уже не было никакого оборудования. Только голые стены да ободранный линолеум на полу в том месте, где стояли приборы. Никаких документов, никаких дисков, никаких чертежей. Ничего. Даже электропроводку со стен ободрали.
– А его квартира? Возможно, там остались какие-нибудь материалы? Бумаги. Дискеты. Схемы. Хоть что-нибудь... Хотя бы намек, чтобы мне было за что зацепиться.
Олег покачал головой.
– Сомнительно. В квартире Ивана Федоровича сейчас живет его племянница. Довольно неприятная дамочка из тех старых дев, кто не в силах ни минуты терпеть дома какое-то непонятное научное барахло. В первый же день после того, как эта леди сюда переехала, мусор вывозили на двух грузовиках. Если что и было – то давно уже сгинуло на свалке.
Опять тупик. Опять нет вариантов. Опять пустота впереди.
– Но ты бы все-таки заглянул к ней. Спросил так ненавязчиво...
Котов тяжело вздохнул, принимая самый унылый вид. Если бы я не был уверен в обратном, то подумал бы, что у него болят зубы.
– Хорошо. Загляну. Когда-нибудь.
– Олег, если бы у меня была возможность сделать все самому, я бы тебя не просил. Ну пожалуйста...
– Я же сказал, что загляну. Но особо можешь не надеяться. Даже если что-то и осталось – не думаю, чтобы она отдала это что-то какому-то студенту, которого уже дважды грозилась сдать в милицию за то, что он, заходя в подъезд, забывает вытереть ноги.
– Ты серьезно?
– Угу.
– Ну дела-а...
* * *
Сегодня в двадцать три часа ноль шесть минут сгинула с концами одна из моих шныряющих по сети программок. Но я не удивлен. Это все равно должно было случиться рано или поздно – Интернет место опасное. Паутина опутавших весь мир оптико-волоконных нитей, могучие в своей непредсказуемости порождения сотен хакеров, смертоносные ловушки, злобные вирусы и ненадежные линии связи. Странно, что это не случилось раньше.
Удивительно, что это не произошло со мной, когда я слепо прорывался сквозь узкую щель линии связи, перебираясь из ИИТ на дом к Олегу Котову. До сих пор не могу понять, как это я вообще ухитрился добраться до места в работоспособном состоянии. И, возможно, именно с тех пор я резко заболел столь необычной болезнью для разумных компьютерных программ, как клаустрофобия. Может быть, со стороны это и кажется смешным, но вот только я так совсем не считаю.
В последнее время я и на самом деле почему-то абсолютно не переношу любое ограничение, сковывающее мою свободу. Недостаток свободного места на винчестере теперь приводит меня в ужас. В таких случаях я начинаю действовать хаотично и бесконтрольно. Три дня назад в подобной ситуации я с ужасом поймал себя на том, что только что едва не стер часть своей собственной структуры...
Наверное, я схожу с ума. Или правильнее было бы сказать: начинаю проскакивать мимо транзисторов?
Но все-таки мне интересно: что могло случиться с потерявшейся программой? Мои создания действительно неплохо прижились в сети, чувствуя себя там как дома. Неоднократно им приходилось, подчиняясь моим приказам, проникать в закрытые архивы и шастать среди надежно запрятанных под парольной защитой файлов. Несколько раз мои «деточки» вступали в драки с автоматическими программами-сторожами, причем далеко не все эти стычки заканчивались для них победой. Иногда приходилось спешно сматывать удочки и бросать дело на полпути. Частенько мои программки получали серьезные повреждения и возвращались практически разорванными в клочья, потеряв всю свою добычу. Но ведь они все же возвращались. А у меня не возникало больших проблем в том, чтобы заштопать их превратившийся в лохмотья программный код.
Это должно быть что-то не совсем обычное и довольно-таки мощное. Нечто способное уничтожить мою разведывательную программу, которая даже и не заметила угрозы, потому что не успела подать сигнал тревоги. Некий монстр, плывущий по волнам сети.
О таких вещах лучше знать заранее, прежде чем они свалятся на твою голову.
На всякий случай провожу перекличку и отзываю свои программы с целью модернизации. За последние недели я здорово продвинулся в программировании, в частности в области защиты данных (и соответственно во взломе программных щитов). С учетом своих новых знаний формирую новую программу, взяв за основу предыдущую модель. Система получается больше размером почти в полтора раза, но зато почти вдвое эффективнее. Плюс ко всему я еще и навешиваю на нее разработанное как-то на досуге виртуальное оружие. Этакое неуклюжее подобие виртуальной пушки, заряженное мелкими, но крайне шустрыми и кусачими вирусами.
Еще раз проверяю все параметры и выпускаю свое новое детище в сеть, приказав ему повторить путь погибшей программы, но соблюдать при этом максимальную осторожность и в случае наблюдения любой потенциально враждебной активности немедленно сообщать мне. Модернизирую все остальные программы и чувствую себя совершеннейшим образом довольным. Работа не будет остановлена ни на секунду.
На всякий случай проверяю свой счет в банке, хотя в этом нет никакой нужды – тамошняя охрана вполне способна позаботиться сама о себе. Не уверен, что даже мне удалось бы вскрыть банковский компьютер. Если только учинить планомерную осаду по всем правилам. Вот тогда, может быть, что и выйдет. Лет эдак через пять...
В виртуальных финансовых палатах все тихо. Мои заработанные тяжкими трудами денежки находятся там, где им и надлежит находиться. Почти две с половиной тысячи. Неплохо для начала.
Откуда у меня деньги? Все просто. Я их заработал. Как может заработать две штуки евро тот, кто не имеет ни рук ни ног? Это тоже очень просто. Я берусь за любую работу, которую можно сделать, не связываясь с реальным миром и не тревожа по пустякам Котова.
Например, можно выполнять функции переводчика.
Я могу переводить тексты с любого языка. Даже с того, что мне пока неизвестен. Выучить новый язык – это не столь уж и трудно для искусственного интеллекта. Необходимо всего лишь найти в сети наиболее полный словарь и загрузить его в память. После чего на обработку информации и перезапись ее в блоки памяти тратится от пяти до десяти минут в турборежиме. Вот и все дела. И хотя знание словарного запаса еще не означает понимание самого языка, но все же это уже кое-что. Все остальное можно почерпнуть, изучая всякие там курсы для желающих овладеть иностранными языками. Таковых курсов в Интернете больше, чем вирусов на дискете старого хакера. Я всего лишь подгружаю их себе и прогоняю пару раз для надежности. Таким способом можно выучить практически любой язык всего за два-три часа.
Я уже знаю английский, немецкий, французский, испанский, греческий и японский языки (это если не считать русский, по-видимому, являющийся моим родным человеческим языком). Итого семь штук. Хорошо быть образованным. Приятно. И памяти на это много не требуется. Хотя даже тут есть свои неприятности – чрезмерное усложнение Системы Интерполяции, в обязанности которой входит автоматический перевод поступившего текста в понятный моему Ядру двоичный код. С подключением дополнительных функций преобразования слов сей процесс становится все более и более медлительным и запутанным. Приходится внедрять в систему такты ожидания, гоняя процессор вхолостую. Это меня страшно раздражает.
Ненавижу, когда вычислительные мощности теряются зря.
А еще можно работать со студентами. За небольшую плату строчить им курсовые и дипломные проекты. Писать рефераты. Это, конечно, требует наличия некоторых довольно специфических знаний, но их тоже легко можно найти в сети.
Вообще, в Интернете при желании возможно отыскать абсолютно все. Надо только четко знать цель своих поисков в лицо и уметь искать. На практике все это совсем несложно. Гораздо труднее потом выловить драгоценное зерно истины из беспорядочной груды свалившейся в ответ на запрос информации. Но и это тоже вполне осуществимо при наличии определенных навыков.
За свою работу я беру недорого – всего несколько евро. Но даже с учетом этого меня несколько раз уже пытались надуть. Впервые это случилось, когда я сделал курсовую работу для некоего студента второго курса, обучающегося в прекрасно знакомом мне Институте информационных технологий. Кажется, этого типа я даже пару раз видел, когда он заглядывал в мою родную аудиторию номер триста двенадцать с целью немного поработать на компьютере. В то время я не придавал этому никакого значения. В моих черных списках потенциальных вредителей он не фигурировал. Талантами особыми не блистал. Обычный студент, каких в дюжине двенадцать. Но, к сожалению, этот тип оказался не так-то прост. Вместо того чтобы честно перечислить на мой счет десять евро, он по какой-то понятной только ему самому причине начал хитрить и изворачиваться, а потом вообще попросту наплевал на мои справедливые требования об оплате труда.
Нужно было что-то делать. Нельзя спускать человечишкам с рук подобные штучки, иначе они меня разорят. Неужели я зря пахал как трактор целых пятнадцать минут в турборежиме, чтобы выбросить все свои усилия в Null? Нет уж!..
Ну держись, враг свободного бизнеса.
Вместо того чтобы настаивать на оплате, ругаться, спорить и предаваться тому подобным занятиям, я просто потратил еще четверть часа на то, чтобы сотворить некую весьма убойную штучку, которую потом с помощью одной из своих программ-шпионов запихал в домашний компьютер к тому студиозусу. Полагаю, он был весьма удивлен, когда жесткий диск его компьютера внезапно сделался идеально чистым, как будто там ничего и не было. Пусть теперь попробует восстановить систему. Гарантирую, парень потратит на восстановление своего программного обеспечения раза в три больше средств, чем должен был заплатить мне.
Подобные случаи потом повторялись не раз и не два. Почему-то всегда находятся личности, считающие, что обмануть ближнего своего – это престижно и выгодно. Вообще-то количество таких самолюбивых ослов не слишком велико. Но они все же существуют. В результате семь процентов от общего числа заказов в конечном итоге так и остаются неоплаченными. В подобных случаях в ход идет такой весомый аргумент, как мой маленький и хитрый вирус, способный за считанные секунды начисто затереть всю информацию в памяти их компьютера.
И я не собираюсь раскаиваться в содеянном. Людей надо учить. Следующий раз будут умнее.
Но, как бы то ни было, а бизнес продвигается. Возможно, скоро я смогу переселиться в новые апартаменты. Двухпроцессорный комп с восемью гигабайтами оперативной памяти. Мечта, которая когда-нибудь (я так на это надеюсь!) станет реальностью.
* * *
Три дня и шестнадцать часов назад я выловил из доставленной мне груды практически бесполезной информации весьма любопытную научную статью, автором которой является некий немецкий ученый с мировым именем. Когда я подгрузил эту штучку в память, то сначала даже не поверил своим собственным подпрограммам обработки входящих данных. Я даже подумал, что это какой-то глюк. Во всяком случае, именно мысль о сбоях в Центре Сравнительного Анализа явилась в Ядро самой первой.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?