Текст книги "Будущее человечества. Точка невозврата пройдена?"

Глава 5
На капитолийском холме

Надеюсь, вас не смутил тот факт, что в книге о будущем цивилизации, о сингулярности истории и прочей фукуяме, мы столько времени посвятили колониализму и какому-то там фашизму разных расцветок – от красного до черного? Если вдруг смутил, придется вкратце повторить пройденное и плыть дальше, оттолкнувшись от этого пирса.

Почему вообще в обществе затеваются все эти разговоры о различных цивилизациях – русской, американской, индейской, китайской, европейской, советской, португальской? Да вот как раз потому и затеваются, чтобы выделить свою страну с ее случайно сложившимися историческими границами в нечто особое, чудесное, непохожее, отделенное от остального человечества какими-то специфическими ценностями, принципиально несводимыми к ценностям других «цивилизаций», хотя все мы от одной обезьяны произошли, и от инстинктивной базы не уйдешь, несмотря на то, что одни обезьяны наряжены в джинсы, а другие обучены плясать вприсядку. И фундаментально общего в нас больше, нежели поверхностных различий. Причем дальше мы увидим, что это общее в нас лежит даже глубже обезьяны – та первопричина, которая нами в целом руководит (как цивилизацией), лежит в самой основе физической материи и тянется в прошлое почти до самого истока вселенной. Как ни странно это звучит.

Именно желание выделиться из общего ряда и сохранить покрой своих шароваров толкает людей и страны к фашизму, то есть к Третьему пути, проектному, рукотворному, а не естественно сложившемуся. Хотя, строго говоря, это никакой не третий рукотворный путь, а второй (первым был коммунизм), потому что общество, которое мы по привычке маркируем словом «капитализм», никто специально не сооружал, он вырос естественным образом, эволюционно. А вот фашизм с коммунизмом были обществами проектными, построенными в согласии с определенными доктринами и картинами мироустройства, угнездившимися в головах устроителей этого кровавого балагана [7]7
  Вообще говоря, история знает еще одну небольшую попытку построить по умозрительному проекту неестественное общество, противоречащее той обезьяне, которая сидит внутри нас. Но о ней подробно рассказано в моей книге «Ликбез по экономике: без иллюзий о работе общества и государства», а здесь мы на данной попытке останавливаться не будем в силу ее случайности и незначительности. Иными словами, фашизм был не третьим, а вторым неестественным путем построения проектного социума после коммунизма. Коммунистам не нравился проект эволюционный (который мы привыкли называть капитализмом), фашистам не нравилось ни то, ни другое.


[Закрыть].

Капитализм никто по плану не строил. Оно само… Это эволюционное зернышко однажды уже проросло раньше времени, демонстрируя удивительную одинаковость процесса роста, говорящую о его естественности, природности, натуральности. Античный мир – древний Рим, финикийскую цивилизацию – недаром называют первыми буржуазными обществами. Там были все атрибуты современности с развитым финансовым сектором – акционерные общества, биржи, трасты, вексельные бумаги, кредиты, продуктовые пособия по безработице для граждан, страховые компании, расчеты по безналу, разделение труда и начала конвейерного производства, урбанизация, пролетариат и все такое прочее, столь привычное для нас по миру капитализма. Мало кто знает, но почти все граждане Рима могли участвовать своими деньгами в тех или иных финансовых предприятиях. Понятие юридического лица тоже впервые придумали в Древнем Риме. Единственное отличие античного буржуазного общества от промышленного буржуазного общества состояло в том, что римский пролетариат не был занят на заводах и фабриках в силу отсутствия таковых.

Насколько далеко успел убежать по дороге прогресса античный капитализм, взявший фальстарт, говорят следующие факты…

В 2018 году ученые из Великобритании и Скандинавии, исследовавшие толщу льдов Гренландии, обнаружили в кернах аномальный слой с огромным содержанием свинца. Отобрали более двадцати тысяч проб, так что ошибки быть не может. Этот слой накопившегося льда со свинцовой пылью соответствовал эпохе античности, когда великие цивилизации Средиземноморья вели грандиозную деятельность и добывали огромные количества серебра и свинца. Напомню, что в Древнем Риме мягкий свинец использовался для облицовки водостоков на акведуках и производства водопроводных труб. Кроме того, свинцом лудили медную посуду. Свинец металл легкоплавкий и при этом мягкий, удобный для холодной обработки, и требовалось его огромное количество, поскольку империя была огромная – например, для одного только знаменитого Лионского акведука, расположенного на территории нынешней Франции, римляне потратили 12 000 тонн свинца. Свинец был настолько тесно связан с водопроводом, что английское слово «водопровод» (plumbing) произошло от латинского «свинец» (plumbum).

Отвлекаясь на два абзаца от основного повествования истины ради, не могу не разгромить теорию, до сих пор кочующую по разным источникам и утверждающую, будто Римская империя пала из-за вырождения римлян в результате отравления свинцом: мол, пили десятилетиями воду из свинцовых труб – и вот результат. Этот тяжелый металл и вправду штука весьма токсичная, но наука выяснила это только ближе к ХХ веку, а до этого свинцовые трубы использовались в мире почти везде. Две трети городов США использовали свинцовые трубы вплоть до начала прошлого века, а в бедных странах эти трубы не заменены до сих пор. Почему же нет и не было массовых свинцовых отравлений? Да потому что текущая по свинцовым трубам вода сбрасывает на их стенки растворенные в воде соли и образует таким образом нейтральную минеральную корку, защищающую воду от соприкосновения со свинцом. Ну, а те римляне, ископаемые кости которых и вправду содержат большое количество свинца, были просто алкоголиками: в дешевое вино вместо дорогого меда добавлялся тогда менее дорогой свинцовый сахар – прозрачные сладковатые кристаллы ацетата свинца или, по-другому, свинцовую соль уксусной кислоты. Чисто для вкуса! Кроме того, это вещество, которое римляне научились выделять и называли «соль Сатурна», добавляли в качестве приправы и в пищу. Свинцовый сахар до самых Средних веков бросали в вино в качестве подсластителя. Эксперименты показывают, что при выпаривании вина в емкости, луженой свинцом, содержание солей свинца в вине составляет до 500 мг на литр (современный ПДК составляет 0,1 мг/литр). Кроме того, свинцовые белила использовались римлянами – как мужчинами, так и женщинами – в качестве косметического средства для отбеливания кожи.

Однако не нужно недооценивать римлян! Это была великая цивилизация со своей наблюдательной наукой, и о вреде свинцовых соединений римляне знали прекрасно. Римский архитектор Витрувий еще в первом веке до нашей эры писал: «Преимущества водопроводов с глиняными трубами следующие… вода из этих труб гораздо здоровее воды из свинцовых, поскольку у свинца есть тот недостаток, что из него образуются свинцовые белила, которые вредны для человеческого тела. А раз то, что из свинца образуется, вредно, значит, и сам он не добавляет здоровья. Это можно видеть на примере литейщиков свинца, цвет тела у которых чрезвычайно бледен: когда свинец при литье плавится, пары его, оседая в частях тела, лишают находящуюся в членах кровь ее силы. Поэтому, если мы хотим иметь здоровую воду, никоим образом не следует проводить ее по свинцовым трубам». Как видите, тот факт, что свинцовые белила портят кожу, а свинец ядовит, был римлянам прекрасно известен. Однако красота требовала жертв!

Металлургия древности, добывая сотни тысяч тонн свинца, неизбежно выбрасывала свинцовую пыль в атмосферу. Кроме того, при добыче серебра из свинцово-цинковых руд в атмосферу также выбрасывались его соединения, а серебра для денежного оборота десяткам миллионов людей требовалось много. Эти свинцовые пары атмосферными потоками разносились по всему северному полушарию и медленно оседали везде. И в Гренландии тоже, где их консервировал лед. Интересно, что слои свинца четко коррелируют с хозяйственной деятельностью – концентрация свинца меньше в тех слоях льда, которые хронологически соответствуют временам упадка и чумы.

Экономика, влияющая на концентрацию химических элементов в толще льдов и земной коре – это практически глобальная экономика! Бурный экономический рост античности начался примерно с Х века до нашей эры, когда финикийцы стали разворачивать торговлю по всему Средиземноморью и потом выходить в Атлантику. Затем подтянулись товары из Индии и Китая. Торговля – это деньги; самые ходовые деньги – это серебро; добыча серебра – это выбросы свинцово-рудной пыли в атмосферу.

Специально для людей, любящих порассматривать картинки, привожу данные по отложениям свинца в гренландских льдах и содержанию серебра в римских монетах.

Ось X – годы, ось Y – содержание свинца в кернах и оценка выбросов. По оси Y справа отложено содержание серебра в римских монетах. Буквы: А – Пунические войны; В – Серторианская война; С – гражданские войны Рима; D – усмирение Галлии и Испании; Е – чума Антонинов; F – чума Киприана; G – уход римлян из Британии; H – падение Западной Римской империи.

McConnell J. et al. Lead pollution recorded in Greenland ice indicates European emissions tracked plagues, wars, and imperial expansion during antiquity // PNAS. 2018. Электронный ресурс: https://www. pnas. org/doi/10.1073/pnas.1721818115.

Экономика Древнего мира была столь огромной, что после падения Рима цивилизации по некоторым показателям удалось выйти на те же уровни производства и качества жизни только к середине XIX века.

Известный британский экономист Энгас Мэддисон, много лет посвятивший изучению экономики древности, а также Элио Ло Кашио и Паоло Маланима [8]8
  Энгас Мэддисон. Контуры мировой экономики в 1–2030 гг.; Elio Lo Cascio, Paolo Malanima. Ancient and Pre-Modern Economies. GDP in the Roman Empire and Early Modern Europe. 2011.


[Закрыть] приводят нижеследующие данные по мощности античной экономики, из которых следует удивительный вывод: СССР, например, по уровню подушевого ВВП догнал Древний Рим эпохи расцвета только в 1934 году.

Но античность – это не только Рим, но и Древняя Греция. И вот вам соотношение реальных зарплат в великолепной Элладе и постсредневековой Европе, то есть Европе, вылезшей наконец из темных веков.

Куда же делось все это великолепие? Почему цивилизацию накрыло дремучее христианское Средневековье с его грязью, вшами, религиозными кострами инквизиции и церковным мракобесием? Куда и почему пропали античные биржи, безналичные переводы, страховые компании, банки, акционерные общества, рынки и глобальная торговля – от Китая до Британских и Азорских островов в Атлантике?.. И отчего же такой прекрасный капиталистический старт закончился столь провальным фиаско?

Рим с его фальстартом сделал то, что потом цивилизации пришлось проходить повторно – урбанизация, сокращение рождаемости, буржуазность, развитие финансового сектора, эмбрионы конвейерного производства (на основе кустарных мастерских с предельным разделением труда)… Просто на территории Средиземноморья природа тогда поспешила. В эпоху античности этот зеленый росток буржуазности был случайным семечком, занесенным ветром на акведук, оно едва проросло в пыльном кирпичном углу и зачахло, оставшись без подпорки почвы. Потому что почвы для него научный прогресс еще не выработал. Зато во второй раз все получилось – почва была подготовлена научной и промышленной революцией, крупные производства открыли свои ворота на массовый прием пролетариев, и все срослось. Что должно было вырасти в таких условиях из зернышка, именуемого земной цивилизацией, то и выросло. А тогда…

Тогда эволюция показала направление своего естественного движения. Укрупнение латифундий и обезземеливание крестьян приводило к урбанизации, стягиванию людей в города. Античный Рим был городом-миллионником. Римский урбанизированный пролетариат, который осел на шее казны тяжким грузом, требуя хлеба и зрелищ, мегапостроек колизеев и каракалловых терм, возводимых по всей империи (сооружений, сравнимых по тогдашним трудозатратам, наверное, с космодромами для современной цивилизации) не мог быть полностью вовлечен в массовую экономику в связи с отсутствием массовой экономики, то есть в связи с отсутствием промышленности, превратившей пролетариев в производителей и платежеспособных потребителей. Но это было даже не главной проблемой. Главное было в другом.

Высокая античная цивилизация с ее культурой и военной организацией проникала в дикие окраины – прежде всего в виде оружия и военного дела – и это привело в конце концов к тому, что плавильный цивилизационный котел Рима не справился со своей задачей. Факел цивилизации был буквально погашен топливом, как можно загасить любую топку, просто завалив пламя горой угля. Как это работает? Рождаемость на одну женщину в развитой экономике при высоком уровне жизни (который включает в себя не только ВВП на душу населения, но и социальные блага – канализацию, водоснабжение, школы, дороги, культуру) резко падает. В этих условиях дикари мировой ойкумены для общества, которое перестало размножаться, являются заемным топливом цивилизационного котла, что мы сегодня наблюдаем воочию – в развитые страны тянутся варвары из стран догоняющего развития. И у многих в этой связи возникает беспокойство: Рим погубили варвары, а современный плавильный котел цивилизации справится ли со своей задачей, или мы снова провалимся в новое средневековье?

Сейчас у нас шансов не провалиться в дикость больше. По нескольким причинам.

Причина первая. Рождаемость нынче резко падает повсеместно во всем мире, даже в отсталых странах [9]9
  Многие по инерции привыкли думать, будто на Ближнем востоке, в Индии или Китае очень высокая рождаемость. Но по данным за 2023 год в Индии, например, уровень рождаемости составляет 2,14 ребенка на одну женщину, что лишь чуть-чуть превышает уровень простого воспроизводства населения (2,1 р/ж), и рождаемость там падает, за год упала почти на 1 %. Китай демонстрирует показатель в 1,7; Иран – 1,5; Ирак – 3,2; Египет – 2,6; Пакистан – 3,5; Афганистан – 4,5. И если вам кажется, что 4,5 – это много, стоит учесть скорость обвала рождаемости в современном мире: еще в 90-х годах прошлого века рождаемость в Афганистане показывала уверенные восемь детей на одну женщину. Процесс демографического перехода стремителен по историческим меркам.
  Глобальный, то есть среднемировой уровень рождаемости на планете сегодня составляет 2,4 ребенка на одну женщину. Наибольшие показатели рождаемости демонстрирует Африка (5–6 детей на женщину). Но и там стремительность падения рождаемости впечатляет – за ближайшие десятилетия рождаемость на континенте снизится до уровня простого воспроизводства.
  Для сравнения: в развитых странах рождаемость колеблется в районе единицы – Украина выдает показатель в 1,2, Южная Корея – 0,9… Такими темпами скоро на планете останется один дефицитный ресурс – люди. За этот ресурс и начнется конкуренция с раздачей паспортов всем желающим переехать.
  По прогнозам, пика в десять миллиардов человек население планеты достигнет к 60-м годам ХХ века, после чего начнет падать.


[Закрыть], чего не наблюдалось в античности, где дикий мир окраин и размножался по-дикому, отсюда многочисленные нашествия и переселения народов, которым становилось тесно в своих ареалах. Страгивало эти людские лавины всегда перенаселение и/или локальное ухудшение климата, о чем подробнее можно прочесть в моей книге «Климат, или Что рулит судьбой цивилизаций».

Обычай был таков. Сначала очередной атилла резал своих, потом, объединив под собой многочисленные племена, шел воевать цивилизованные города и страны – римы, вавилоны, тиры и прочие александрии. Смогут ли сегодня сделать то же самое любители Аллаха, например, у которых еще довольно много неприкаянной молодежи, каковая и является основной военной силой у нашего вида? И успеют ли до того, как демографическая ситуация у них станет напоминать такие же грибки с навесом из старого населения, как в развитых и полуразвитых странах?

Представляется сомнительным, что гипотетический арабский Атилла организует вокруг себя воинство, которое поскачет через океан завоевывать Америку и даже Европу – далековато для конвенциональной войны. У них нынче другая тактика – современные варвары проникают через миграционную форсунку и вопрос только в качестве этой форсунки, сможет она обеспечить дозированный приток, чтобы свечи не залило или нет?

Причина вторая, которая позволяет надеяться на то, что на сей раз нас пронесет мимо Средневековья. Из цивилизованного мира навстречу миграционному потоку дикарей идет другой поток, который не мог обеспечить Древний Рим – вывод производства в Третий мир. Что сопровождается процессом оцивилизовывания населения, с одной стороны, а с другой – процессом активной фашизации местных элит с поиском собственного пути развития. Того самого, Третьего. Какой идеологический процесс возобладает в эпоху интернета – национальной кристаллизации вокруг пожилого вождя сверху или процесс культурного размывания традиционных ценностей снизу? Я ставлю на интернет.

Сразу яркий пример. Вот Иран. Некогда этой стране крупно не повезло. Процесс бурного промышленного роста при шахе Мухаммеде Пехлеви [10]10
  Экономические реформы, начатые в 1963 году шахом, который мечтал за несколько десятилетий «скакнуть из средневековья в ядерный век», привели к невероятному росту экономики. Из отсталой аграрной страны Иран стал промышленной державой, в стране появились целые отрасли, которых раньше не было – металлургия цветная и черная, автомобилестроение, машиностроение, нефтехимическая промышленность, самолетостроение, здравоохранение, были заложены основы атомной промышленности. И все это делалось не по-сталински, то есть на крови, а на основе естественного роста – в результате освобождения труда и человеческого потенциала (частной инициативы) – хотя и не без жесткой автократии. Это напоминало рост китайской экономики, шах беспощадно расстреливал бунты несогласных, как и китайское руководство на площади Тяньаньмэнь.
  В Иране быстро происходило осовременивание, женщины Багдада своим поведением и внешним видом ничуть не отличались от парижанок или жительниц любой другой свободной страны. Мини-юбки, высшее образование и прочие прелести нормальной жизни не обошли их стороной. Однако рост экономики и освобождение граждан были слишком бурными и быстрыми, что всегда чревато сносом крыши, поскольку неизбежно сопровождается некоторыми социальными и ментальными перекосами. Угрюмое крестьянское народное психо не было готово к таким быстрым переменам. К тому же шах поддерживал США и Израиль, чем также были недовольны мрачные люди традиционных ценностей.


[Закрыть], как у нас при царе Николае II, привел к революции, что закономерно [11]11
  Социальные революции происходят не в результате резкого обнищания, роста нужды и бедствий, как ошибочно полагали марксисты, а после бурного роста экономики и резкого улучшения жизни с последующим не слишком значительным спадом, который служит триггером срыва. Срыв происходит из-за того, что опережающие надежды людей, привыкших к ежедневному улучшению жизни, приходят в трагическое противоречие с действительностью, и им кажется, что «так жить больше нельзя». Особенно сильно фрустрируют те группы населения, которые, видя всеобщее улучшение жизни, не дождались, когда оно докатится до них, как уже начался спад. В научной литературе этот социально-психологический феномен получил название «кривая Девиса», в честь американского социолога, в 1962 году обратившего внимание на данную закономерность и обосновавшего свой тезис на исторических примерах с цифрами на руках. Однако за сто лет до Джеймса Дэвиса ту же тенденцию отметил граф де Токвиль – французский министр иностранных дел, который писал, что «революции вспыхивают не тогда, когда массы живут хуже в абсолютном смысле, а тогда, когда их положение несколько улучшилось, вызвав, однако, значительный рост ожиданий».


[Закрыть]. Только в Российской империи религией революции стал марксизм, а там в роли идеологии выступил исламизм. Получилось единственное в современном мире теократическое государство с классической религией в основе – полиция нравов, средневековые дикости, традиционные ценности и прочие прелести.

До сих пор Иран является страной традиционных ценностей или, если хотите, страной «религиозного фашизма», во всей его страшной полноте. Однако, несмотря на такой откат в дикость, случившийся после свержения шаха Пехлеви, современность берет свое, размывая эти самые дремучие ценности. Рождаемость в Иране сегодня составляет скромные и характерные для всего развитого мира 1,5 ребенка на одну женщину, а демографическая пирамида напоминает елочку, столь характерную для развитых стран Европы – с нависшими над немногочисленной молодежью многочисленными стариками и взрослыми. И что мы видим при этом? Старики еще исповедуют те самые традиционные ценности, подкрепленные государственной идеологией и силовым диктатом, а уважения к ним у молодежи уже никакого.

Многие думают, что на Ближнем востоке все прям такие уж исламисты-исламисты. И, наверное, особенно их много в теократической республике Иран – единственном в мире государстве, официально построенном на религиозном фундаменте, да?

Нет!

Иранские женщины признаются, что их этот режим, требующий соблюдать шариатский дресс-код, уже изрядно достал, как и полиция нравов, следящая за его соблюдением. (Кстати, вы в курсе, что полиция нравов еще сто лет назад была в США и меряла длину юбочек на пляжных купальниках женщин в Нью-Йорке? А в СССР полуформальные молодежные патрули в свое время тоже следили за длиной волос у молодежи и шириной расклешенности брюк. Ничего, переболели.) Вспыхнувшие в 2022 году массовые волнения в Иране произошли из-за убийства в полиции нравов женщины, которую забрали туда за нарушение дресс-кода.

Иранская демографическая пирамида, характерная для развитых стран.

Iran single age population pyramid // Википедия. 2020. Электронный ресурс: https://ru. m. wikipedia. org/wiki/%D0%A4%D0%B0%D0%B9%D0%BB: Iran_single_age_population_pyramid_2020. png.

Тут же для сравнения показана половозрастная пирамида ЕС (усредненная по странам).

Щербакова Е. Старение населения Европейского союза, 2021 год / Электронный ресурс: https://www. demoscope. ru/weekly/2021/0923/barom01. php

Но самым ярким свидетельством ненависти современных иранцев и особенно женщин к режиму является их отношение к местным «политработникам» – муллам. Периодически их бьют, и мы знаем об этом, потому что видео таких избиений выкладывают в сеть, а про случившееся с завидной периодичностью сообщают иранские СМИ:

«В Исфахане в автобусе женщины избили муллу за то, что он фотографировал их, якобы из-за «неправильного» ношения хиджаба. Об этом сообщает Telegram-канал Azad İran. Они заставили его стереть все фотографии из памяти телефона, надавали тумаков и вытолкнули из автобуса».

«В Исламской Республике Иран во время проведения свадебной церемонии был избит мулла. Священник, приехавший на торжество, проходившее в поселке Хейрабад города Дараб (провинция Фарс), захотел помешать танцующим по случаю торжества молодым людям и объяснить, что танцы – это грех и пережитки прогнившего Запада. Возмущенные этим несознательные участники свадебной церемонии избили муллу и выгнали его. Местные власти начали расследование инцидента».

«После двух выходных по случаю празднования окончания Рамазана в небольшом иранском городе Шахмирзад в провинции Семнан избит имам соборной мечети Сейед Али Бехешти. Нападавшими были две девушки, одетые с нарушением исламских норм женской одежды, а замечание, сделанное им имамом по этому поводу, послужило поводом для нападения. Сам Бехешти рассказал, что в тот день, несмотря на свой преклонный возраст и плохое самочувствие, он все же решил отправиться на богослужение в мечеть и по дороге встретил двух девушек, одна из которых недостаточно хорошо соблюдала нормы хиджаба. Имам вежливо указал юной особе на то, что она должна одеться скромнее, на что та заявила: «Закрой глаза!» Дальнейшие уговоры имама привели к оскорблениям и угрозам в его адрес. В конце концов, девушка схватила пожилого человека, тряхнула его, бросила на землю и стала бить его ногами, выкрикивая ругательства. Несмотря на тяжелые побои, имам все же нашел в себе силы дойти до мечети и провести намаз, после чего он потерял сознание и очнулся только в местной больнице. Там ему сделали рентген и другие анализы, а затем по причине тяжелого состояния перевели в центральную больницу провинции, где он пролежал три дня. В результате врачи поставили диагноз травма позвоночника и прописали больному постельный режим».

Ну никакого уважения к служителям культа!..

Однако тут надо отметить важный момент, говорящий о смягчении современных нравов в результате прогресса: времена нынче настали вегетарианские, а вот в России сто лет назад попов просто сбрасывали с колоколен и расстреливали, как ненавистных прислужников прежнего режима. Не то, чтобы мы с вами одобряли избиения пропагандистов, мы же гуманисты. Но и печали при чтении вышеприведенных историй про тумаки людям, агрессивно вторгающимся в личную жизнь других, как-то не возникает: мы же гуманисты!..

В общем, практически все дефективные «ветки» идейных обществ скоропостижно отсохли и отвалились – сначала фашистские, а чуть погодя – марксистские. Естественные общества продолжали жить. И вот в конце ХХ века, наблюдая, как рушатся один за другим красные социалистические проекты, американский мыслитель Фрэнсис Фукуяма написал знаковую работу, о которой наверняка слышал всякий интеллигентный человек – «Конец истории».

В работе этой говорилось со вздохом облегчения: ну, вот, история человечества со всеми ее кошмарами, тиранами и войнами закончилась, и мы теперь вступаем в естественный и ламинарный поток нормальности, выплываем из бурной реки постоянных войн в озеро спокойной современной жизни без потрясений. Это будет общество без войн, общество свободы, ибо ничто так не способствует развитию предпринимательской активности, ничто так не позволяет людям предпринимать усилия в разных областях жизни и творчества, как свобода, возможная только в условиях демократии (иначе это называют либеральным капитализмом или открытым обществом, если использовать не словарь марксистов, а вокабуляр философа Карла Поппера, который в сто раз лучше устаревшего Маркса).

Идея Фукуямы была понятна: в постисторическом мире царит такой общественный порядок, который к войнам не приводит. В этом мире люди работают, чтобы жить, а живут для того, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, а было хорошо и приятно. Да, где-то там, на периферии, какое-то время еще будет оставаться другой мир, в коем царят мифы – о величии, чести, мессианском предназначении, исторической справедливости и прочих романтических подростковых сказках. По этой причине там будут рецидивные вспышки региональных войн. Но потом цивилизация с ее тотальным нежеланием воевать за то, что можно купить, придет и туда. Волна фазового перехода долетит.

После выхода в свет этой работы Фрэнсис Фукуяма проснулся классиком. Всем очень понравился ход его мыслей, люди сели на попу, сложили ручки на коленях и стали ждать прихода светлого будущего, которое уже выглядывало краешком из-за горизонта. Однако за тридцать лет, прошедших со времени написания этой работы, произошло столько всяких малоприятных событий, что волна разочарования накрыла публику. Публика вообще быстро очаровывается и столь же быстро разочаровывается.

С одной стороны, мир действительно улучшался стремительными темпами, как и учил Фукуяма – начиная с 1993 года количество нищих на планете к 2011 году сократилось с 42 до 17 %, детская смертность упала, число производимых товаров выросло в разы… С другой стороны, вместо роста демократии во многих странах произошел цивилизационный регресс – откат пусть и не к тоталитаризму, но к авторитаризму; реальные доходы работяг в развитом мире по мере ухода оттуда производства перестали расти и даже начали чуток снижаться. Стали набирать популярность так называемые правые партии, которые косо смотрели на мигрантов, «отнимающих работу». Войны какие-то снова начались на окраинах ойкумены. Неприятно.

Поэтому прогнозы Фукуямы сочли ошибочными и над ним начали посмеиваться. Особенно громкие смешочки раздавались со стороны национал-патриотического края политического спектра. Мол, ишь чего удумал япошка американский – конец истории и всеобщую глобализацию с экономическим подравниванием и культурной нивелировкой! Не бывать тому! Сохраним наши традиционные ценности и продолжим воевать во имя величия и вот этого вот всего. Не все же утробу набивать! Надо и о высоком подумать, бинтуя гнойные раны в стылом окопе. О духовности, о славных предках, о том, кто мы есть и за какие семейные ценности будем убивать тех, у кого ценности не настолько семейные…

Я, кстати, живого Фукуяму имел удовольствие наблюдать однажды на международной конференции в Баку уже в нынешнем веке. Выступление его оказалось пустым и невнятным, и было видно, что пригласили старика в Азербайджан на форум исключительно как свадебного генерала, чтобы поднять статус мероприятия. И что устроители видят в имени Фукуямы только громкое имя, только былые заслуги.

Значит, были заслуги!

Но американец Фукуяма не первый, кто заявил о конце эпохи войн и наступлении всеобщей эпохи благолепия. Капитолийскому холму Америки предшествовал Капитолийский холм Рима! Граждане Рима перед самым закатом империи, в периоды долгого мира (войны ведь шли где-то там, далеко, на варварских краях ойкумены, где железные легионы Рима неустанно поддерживали порядок и расширяли пределы империи, то есть цивилизации) считали, что человечество достигло своего расцвета и выше уже идти некуда – все изобретения уже сделаны, искусство на пике, нравы перестали быть варварскими, а вкусы стали утонченными.

Подобные мысли высказывались и в прекрасной Вене начала ХХ века. Да и во всей Европе тоже! Прошедший длинный девятнадцатый век, удививший невиданным прогрессом науки и техники, вскружил человечеству голову. Казалось, разуму подвластно все! Все с помощью разума можно улучшить – общество, экономику, воздухоплавательные средства. Развитая Европа всерьез полагала, что большие войны уже невозможны, потому как – а зачем? Все и так прекрасно, жизнь улучшается с каждым днем. Экономика стремительно глобализируется. Английский мыслитель Норман Эйнджел даже написал книгу, где с цифрами и экономическими выкладками показал, что современный капитализм противоречит войне: хозяйственные связи между корпорациями и странами Европы стали столь тесными и необходимыми, что война просто перестала иметь смысл, а территориальные приобретения ничего не окупят! Ленин, находившийся тогда в эмиграции в Европе, прочтя эту книгу, раздосадованно резюмировал, хлопнув кружкой пива по столу:

«Конечно, хорошо было бы, чтобы разразилась война в Европе и открыла путь революции, но проклятые капиталисты такого не допустят!»

Это случилось буквально накануне Первой мировой войны. И вывод из этой истории прост: войны развязывают не капиталисты, для которых война – это крушение бизнеса и связей, прерванных войной. Войны развязывают совсем другие люди. Для которых слова о чести и духовности или какая-то идея важнее презренного заработка. Если у них власть – быть войне.

Буквально за час до написания этих строк мне в интернете попался ролик с одним военным добровольцем и нацистом, который на камеру высказал такую идею:

«Если воюешь за свой народ и за свое дело, тебе можно все!»

Хм… Когда-то Достоевский выкатил перед публикой следующий тезис: «Если бога нет, то, получается, все позволено?» И многие до сих пор так думают. На самом же деле все с точностью до наоборот – если за твоими плечами сияет свет абсолютной Истины и Добра, если за тобой стоит вселенская Правда, если ты представитель мирового Абсолюта, то тогда тебе и вправду все позволено. И касается это, как видим, не только религиозных фанатиков и инквизиторов, готовых ради бога подвергать еретиков самым страшным пыткам, но и нацистов всех мастей, готовых к тому же «ради нации». И коммунистов, те во имя счастья трудящихся этих самых трудящихся миллионами уничтожали.

Так что же – Фукуяма и его восторженные предшественники, ослепленные достижениями цивилизации, ошибались? Неужели правы скептики, и войны бесконечны?

И тут я должен возразить возражателям и скептикам: дедушка Фукуяма-то был прав! Не спешите его хоронить. Просто японский мыслитель из Америки поторопился. Развитие идет неравномерно, да еще по спирали. Те откаты к авторитаризму, что мы видим в разных странах сегодня, это повторение на другом уровне того, что мы видели сто лет тому назад. Только тогда диковатая деревня валила в города внутри своих стран, просаживая средний уровень городской культуры, потому приехавший из развитой Америки в сталинскую Москву Зворыкин отмечал, насколько одеревенилась и одичала Москва, затопленная вчерашними крестьянами, по сравнению с царскими временами. Сейчас тот же процесс происходит уже не в рамках отдельных стран, а в мировом масштабе – диковатые кишлачники рвутся в развитый мир, неся с собой свои кишлачные ценности.

Пристойную купеческую Москву и культурный Питер эпохи позднего царизма, конечно, не сравнить с полудеревенской серой постреволюционной Москвой и таким же угрюмым Ленинградом, символом коих стала коммуналка. Переход от царской вежливой сдержанности и кружевных зонтов чеховских дачников к расстрельным рвам и телогрейкам был ужасным… Пышную Вену эпохи поздних Габсбургов, в которой расцветали сто цветов культуры, где творили Малер, Климт и Муха, не сравнить с зажатой фашистской Веной, в которой полуграмотные гестаповцы из вчерашних сельских лавочников преследовали Фрейда, а позже загоняли евреев в концлагеря…

В прошлом веке на фоне культурной просадки расцвели цветы тоталитаризма. Сейчас же болезнь повторяется в более легкой форме – кое в каких странах с неустоявшимся демократическим иммунитетом распускается чертополох авторитаризма. Но все же триппер легче сифилиса! Мы имеем затухающий колебательный процесс, который демпфируется спадающей демографией и растущим образованием. Когда-нибудь колебания неизбежно затухнут.

Да, диковатые потоки мигрантов из стран Третьего мира подтапливают красивые культурные устои стран Первого мира, зато производство, требующее технологической культуры, идет им навстречу – из стран Первого мира в Третий. Западный развращающий интернет играет свою благую роль в размывании дикой агрессивной Традиции – это плюс. А минус – это массы мигрантов из Третьего мира, несущие свои традиционные ценности в цивилизованный мир. Идет великое перемешивание, только теперь уже не в рамках отдельных стран, в которых сто лет назад проходила индустриализация, а в рамках ставшего глобальным мира.

Если резюмировать все сказанное выше, то идейно выдержанные общества героизма и подвига, вооруженные «духовными ценностями», постепенно проигрывают и неизбежно проиграют безыдейным обществам, в которых мировоззренческие вопросы отняты у государства и отданы в частные руки, а стало быть, ядовитое жало вырвано из крючковатых лапок государства, и оно занимается своим прямым делом – фонтанами и ловлей жуликов… Таков тренд. Таково направление движения. Такова цель, в которую летит эволюционная стрела. Попадет ли в яблочко? Увидим дальше…