![](/books_files/covers/thumbs_240/i-na-tihom-okeane-k-100-letiyu-zaversheniya-grazhdanskoy-voyny-v-rossii-259470.jpg)
Автор книги: Александр Широкорад
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Александр Борисович Широкорад
«И на Тихом океане…»
К 100-летию завершения Гражданской войны в России
© Широкорад А.Б., 2022
© ООО «Издательство «Вече», 2022
Предисловие
Ряду политиков из корыстных конъюнктурных соображений очень хотелось закончить Гражданскую войну эвакуацией Врангеля из Крыма в ноябре 1920 г.
Мероприятия в Крыму, посвящённые эвакуации Врангеля, свелись к нескольким митингам, в которых участвовали чиновники и члены монархических объединений. Так, строительство «памятника Примирению» в Севастополе вызвало неприятие и даже насмешки большей части населения города. День открытия памятника был засекречен от севастопольцев, а место проведения усиленно охранялось полицией и военнослужащими.
При этом все чиновники и ангажированные историки прекрасно знали, что война в Восточной Сибири, Приморье и на Камчатке длилась ещё целых три года.
Гражданская война в Восточной Сибири гораздо менее изучена, чем боевые действия в Центральной России. Это связано, с одной стороны, с размером территорий и отсутствием у белых единого командования, как, например, в Добровольческой армии, которой последовательно командовали Корнилов, Деникин и Врангель. С другой же стороны, на востоке интервенты действовали особенно разобщённо, а зачастую преследовали диаметрально противоположные цели.
Кроме того, в войне участвовали десятки местных самостийных и полусамостийных движений. По числу участников подобные движения были бы мало заметны в Центральной России, но с учётом пространства и времени их действия они соизмеримы с крупными сражениями в Европейской части. Пространство – это огромные территории, на которых уместилась бы вся Европа. А временной отрезок – свыше 5 лет.
Гражданскую войну в Сибири у нас обычно связывают с Колчаком. Однако адмирал встал (или был поставлен) во главе антибольшевистского движения, когда оно было в зените успеха, обеспеченного чехословаками и правыми социалистами. Колчаку не подчинялись даже числившиеся в его армии генералы Семёнов, Хорват и др. Нравится кому или нет, но власть Колчака с первого до последнего дня держалась на штыках иностранных интервентов. Когда затея с Колчаком не удалась, интервенты просто его сдали.
Специфика Гражданской войны в Сибири вызывает у историков массу трудностей. Начну со структуры монографии. Показать события в хронологическом порядке физически невозможно из-за огромных пространств и независимости действовавших там вооружённых формирований. Написание же истории войны по регионам волей-неволей приводит к ряду повторов.
Об отдельных эпизодах Гражданской войны в Сибири написаны интересные статьи и монографии, но, увы, полного описания событий 1917–1923 гг. в Сибири нет.
Глава 1
Приморье в 1917–1918 гг
Ситуацию в Приморье в 1917–1922 гг. нельзя понять без краткой предыстории русско-японских отношений в 1915–1916 гг. Несколько историков-монархистов в XXI веке начали утверждать, что Русско-японская война де не была проиграна, а закончилась вничью. Официальные же историки до сих пор признают потерю Порт-Артура, южной части КВЖД и Южного Сахалина, но помалкивают о том, что по договорам 1905–1907 гг. царское правительство согласилось на бесконтрольный лов рыбы японцами на всём побережье Охотского моря, Камчатки и Чукотки. Мало того, царь согласился на демилитаризацию Северного Сахалина и Камчатки.
Чтобы захватить германские территории в Китае и германские острова в Тихом океане, 23 июля 1914 г. Япония вступила в Первую мировую войну на стороне Антанты.
Японцы захватили Циндао и несколько десятков малых островов на Тихом океане. Воевать в Европе Токио категорически отказался[1]1
Любопытно, что британский офицер Малькольн Кеннеди, проехавши по японским деревням, писал, что простые японцы даже не знают, что их страна с кем-то воюет.
[Закрыть]. В Японии начался экономический бум за счёт поставок оружия в Европу. Так, японцы поставили для Франции 12 эсминцев.
В августе 1914 г. Россия обратилась к Японии с предложением выкупить у Японии русские винтовки, который достались ей в качестве трофеев войны 1904–1905 гг. Так как все трофейные русские винтовки были давно отправлены в утиль, Япония продала 35 тысяч винтовок и карабинов, которые на заводах Токио сделали по заказу Мексики, и 23 миллиона патронов к ним. 21 октября 1914 г. был подписан контракт на покупку ещё 200 тысяч 6,5‐мм винтовок Арисаки образца 1897 г. и 25 млн патронов (до конца 1914 г. успела поступить почти половина – 80 790 винтовок).
В начале 1915 г. подписан контракт на поставку Японией России 85 тысяч винтовок и 15 тысяч карабинов образца 1897 г., а также 22,6 млн различных патронов. Кроме того, японцы согласились продать русским дополнительно 10 млн остроконечных патронов нового образца. 25 мая 1915 г. Япония известила о готовности поставить России 100 тысяч винтовок и 20 млн патронов в течение месяца. Эта партия оружия попала на фронт в августе 1915 г. В начале сентября 1915 г. был заключён контракт на поставку ещё 150 тысяч японских винтовок нового образца и 84 млн патронов. В конце 1915 г. Россия купила у японцев один миллион лопат и 200 тысяч ручных топоров для оснащения сапёров на фронте.
В 1916 г. Япония продала России два броненосца («Пересвет» и «Полтава») и крейсер («Варяг»), захваченные во время Русско-японской войны.
Покупка старых, совершенно изношенных кораблей была полным идиотизмом или расчётом на откаты русских адмиралов. «Пересвет» был потоплен по дороге германской подводной лодкой, а «Полтава», переименованная в «Чесму», и «Варяг» не сделали по врагу ни одного выстрела.
Россия закупила в Японии 1617 артиллерийских орудий, а поставили 1046. Причём, из заказа на 44 сравнительно новые 234‐мм гаубицы системы Виккерса японцы поставили только четыре.
Зато заказ на 76 тяжёлых осадных орудий калибра 203–280 мм японцы выполнили сразу, в 1915 г. Увы, все эти орудия были небоеспособные и немобильные.
Первоначально плата за русские военные заказы проходила в Лондоне через лондонские отделения британских банков. Но в октябре 1915 г. японцы потребовали платить только золотом. Для перевозки золота из Владивостока в Японию даже сформировали особый отряд судов под командованием контр-адмирала Идэ Кенджи.
Японцы не ограничились золотом и потребовали от России территориальных уступок. 20 июня 1916 г. было подписано русско-японское соглашение, имевшее как открытую, так и секретную части. В последней Россия уступала Японии участок Восточно-Китайской железной дороги между рекой Сугнари и станцией Куанчензы, и Япония получала право судоходства по реке Сунгари.
Царь и его министры были абсолютно уверены в безопасности восточных рубежей России. Все имевшие боевую ценность корабли Сибирской флотилии были отправлены на Север и в Средиземное море. Так, в первой половине января 1917 г. особый отряд миноносцев в составе эскадренных миноносцев «Бесстрашный», «Бесшумный», «Капитан Юрасовский», «Лейтенант Сергеев» и посыльного судна «Печенга» вышел из Владивостока по своему маршруту, направляясь в Архангельск.
Вслед за ним в Архангельский полуэкипаж отправили 1377 человек нижних чинов с различных судов Сибирской флотилии.
К середине января 1917 г. в Сибирской флотилии состояли: крейсер «Орёл», минная бригада из двух дивизионов миноносцев, подводная лодка «Кефаль», канонерская лодка «Маньчжур», транспорты «Шилка» и «Алеут», гидрографические суда «Охотник» и «Камчадал», посыльные суда «Батарея», «Якут» и «Печенга», тральщики «Аякс» и «Патрокл», а также ледокол «Надёжный».
Во Владивостоке находилась единственная подводная лодка «Кефаль», которая была приписана к Владивостокскому порту и в кампании не участвовала. Частично её использовали для занятий с гардемаринами.
Примерно с половины мониторов и канонерских лодок Амурской флотилии сняли орудия и судовые дизели.
На 90 % была разоружена Владивостокская крепость. Из сравнительно современных орудий с 1914‐го по 15 июня 1915 г. было вывезено: из 38‐ми 10/45‐дм/клб пушек – все; из 55‐ти 152/45‐мм/клб пушек – 54; из 16‐ти 120/50‐мм/клб пушек – 12.
Даже новые, но созданные по образцу 1870‐х гг. 6‐дюймовые пушки в 200 пудов обр. 1904 г. из 60 вывезли 60. Во Владивостокской крепости осталась только старая рухлядь.
Сравнительно слабая крепость в Николаевске-на-Амуре тоже подверглась опустошению. Оттуда тоже вывезли все современные орудия: 4 – 152/45‐мм пушки Кане, 8 – 120/50‐мм пушек 2‐го образца, 8 – 152‐мм гаубиц, откатывавшихся по оси ствола, и т. д.
Таким образом, Николай II почти полностью разоружил российский Дальний Восток. Неудивительно, что японское правительство предложило России «взять на себя ответственность за безопасность Дальнего Востока», то есть ввести туда свои сухопутные части и флот. В Петрограде пока отказали.
15 марта 1917 г. Япония официально признала Временное правительство. А уже в апреле японское правительство потребовало отдать ещё часть КВЖД до города Харбин. Временное правительство в принципе согласилось, но переговоры затянулись.
Летом 1917 г. правительство США предложило отправить на Восточный фронт две американские дивизии, причём через Транссиб. К 25 октября 1917 г. вопрос рассматривался.
Осенью 1917 г. Временное правительство вело переговоры о продаже Соединённым Штатам Камчатки за 20 млрд рублей.
В конце февраля 1917 г. в очередной раз прервалась телеграфная связь Владивостока с центром, и весть об отречении Николая II от престола пришла в Приморье только 3 марта 1917 г. В тот же день состоялось торжественное заседание Владивостокской городской думы, на котором городской голова И.А. Ющенков доложил о событиях в Петрограде. Был избран Комитет общественной безопасности (КОБ) под руководством И.А. Ющенкова и принято воззвание от имени гордумы, начинающееся словами: «Свершилось величайшее событие в жизни Русского народа. Над избавленной Россией восходит солнце свободы, правды и справедливости. Правительство, веками угнетавшее народ, отошло в вечность». Далее всех призывали сохранять спокойствие и работать во имя победы над Германией.
Владивостокская городская дума выдвинула в состав КОБа 10 своих представителей. Также в КОБ вошли представители торгово-промышленных объединений города, биржевого комитета, от штаба войск гарнизона. Через несколько дней Владивостокский КОБ уже насчитывал порядка двух сотен человек.
Параллельно во Владивостоке создавались Советы депутатов. 3 марта 1917 г. по инициативе Общества народных чтений в Народном доме состоялся митинг, на котором было решено образовать Совет рабочих депутатов. Избранная на митинге комиссия обратилась к коллективам предприятий и учреждений города с предложением выдвигать своих представителей. 4 марта 1917 г. во Владивостоке был избран первый Совет рабочих депутатов, в который фактически вошли и делегаты от воинских частей армии и флота. Председателем президиума исполкома стал депутат от военных большевик С.М. Гольдбрейх (однако в июне того же года он уже числился меньшевиком).
4 марта командующий Сибирской флотилией вице-адмирал Шульц направил телеграмму: «Председателю Государственной Думы. Петроград. Присоединение флотилии и порта к новому строю произошло без всяких инцидентов, о чём счастлив донести Вашему Превосходительству».
Телеграмма соответствовала истине. За исключением ареста нескольких офицеров, включая коменданта Владивостока, никаких эксцессов не наблюдалось. Впрочем, и арестованные были отпущены.
А 5 марта Шульц издал приказ № 155, где говорилось: «Согласно постановлению Городского комитета по охране города, предписываю всем начальникам отдельных частей поставить в известность подчинённых им нижних чинов о том, что из своей среды они должны выбрать представителей в Совет рабочих депутатов и Комитет по охране города».
Бывшие царские чиновники из Приморского областного правления единогласно выразили «чувства высокого воодушевления и живейшей радости по случаю совершившегося Государственного переворота и освобождения закрепощенного народа». Старая администрация пока оставалась на своих постах, продолжала исполнять свои обязанности полиция и даже жандармерия.
Во Владивостоке возникло двоевластие Совета рабочих и военных депутатов и Комитета общественной безопасности. Председатель КОБа И.А. Ющенков Временным правительством был назначен комиссаром Приморской области. 9 марта 1917 г. КОВ постановил считать себя органом власти области с подчинением ему аппарата администрации бывшего военного губернатора. Владивостокский Совет выступил с требованием распустить КОБ и избрать его на новой основе: 10 членов от городской думы, 25 – от Совета рабочих и военных депутатов и 25 – от общественных организаций. Старому КОБу пришлось уступить, его новый состав был сформирован 27 марта 1917 г. Председателем исполкома КОБа стал присяжный поверенный М.Н. Вознесенский, исполняющим обязанности начальника милиции – штабс-капитан Сибирского флотского экипажа П.И. Калинин.
5 марта 1917 г. в Хабаровске были арестованы генерал-губернатор Приамурского края Н.Л. Гондатти и командующий войсками Приамурского военного округа генерал А.Н. Нищенков. Во Владивостоке Д.П. Пантелеев, издатель газеты «Далекая окраина», с помощью студентов Восточного института конфисковал документы охранного отделения… Эти же студенты, избрав из своих рядов комиссара, решили «примкнуть к милиции, работать в единении с местными рабочими и военными организациями».
10 марта 1017 г. во Владивостоке состоялось первое организационное собрание социал-демократов, на котором присутствовало 20 человек. Был избран временный комитет, председателем которого стал большевик А.Г. Антонов, в мае его сменил А.Я. Нейбут. Тогда же, в марте, сформировалась социал-революционная организация Владивостока, городской комитет эсеров возглавил В.К. Выхристов.
11—13 марта 1917 г. в Никольск-Уссурийске на съезде казаков Уссурийского казачьего войска был отстранён от власти наказной атаман (военный губернатор Приморской области генерал Толмачёв), упразднено прежнее Войсковое правление и избран исполнительный комитет в составе 12 человек. Председателем комитета и исполняющим обязанности войскового атамана стал есаул Н.Л. Попов. Съезд также высказался за упразднение казачьего войска и уравнение казаков с крестьянами. 5–9 апреля 1917 г. в Никольск-Уссурийске был проведён новый казачий съезд, который на это раз выступил против упразднения войска, атаманом вновь был избран Н.Л. Попов.
В мае – июне 1917 г. во Владивосток прибыло более 800 человек – в основном социал-демократы, эсеры и анархисты, многие из них оставались на Дальнем Востоке. 18 апреля (1 мая) 1917 г. вышел в свет первый номер газеты «Красное знамя» – печатного органа Владивостокского комитета РСДРП. 19 мая 1917 г. на общегородском собрании социал-демократов Владивостока председателем комитета был избран большевик А.Я. Нейбут, ставший редактором газеты «Красное знамя», секретарём – меньшевик-интернационалист К.А. Суханов, с осени 1917 г. перешедший на большевистские позиции.
Двоевластие продолжалось. Формально власть в крае с 8 марта 1917 г. принадлежала краевому комиссару А.Н. Русанову, депутату IV Государственной думы, назначенному Временным правительством, в городах в его поддержку действовали КОБы. В сельской местности возникали сельские и волостные крестьянские комитеты, в некоторых населённых пунктах также именовавшиеся Комитетами общественной безопасности. В это же время активно (и зачастую стихийно) на местах создавались новые органы революционной власти – Советы.
21—24 мая 1917 г. в Никольск-Уссурийске был созван первый областной съезд крестьянских депутатов, на который были также приглашены представители казачьего населения. Делегаты съезда высказались за организацию Крестьянского союза, для чего был избран Приморский областной совет крестьянских депутатов во главе с эсером Н.Л. Назаренко.
На I съезде Советов рабочих и солдатских депутатов Дальнего Востока (Владивосток, май 1917 г.) было принято решение избрать Краевой комитет Советов. Имеющиеся к тому времени дальневосточные Советы должны были выделить в его состав своих депутатов, местом пребывания комитета был определён г. Хабаровск.
29 августа 1917 г. на имя поставленного Временным правительством дальневосточного комиссара А.Н. Русанова поступила телеграмма за подписью А.Ф. Керенского о попытке мятежа генерала Л.Г. Корнилова с предложением поддержать Временное правительство. В тот же день состоялось расширенное заседание Владивостокского Совета с участием членов областного Совета крестьянских депутатов, представителей городской думы и управы, общественных организаций, на котором было одобрено предложение о переходе всей политической власти в городе и его окрестностях к Советам.
Был сформирован Объединённый исполнительный комитет (ОИК), в который вошли члены исполкома Владивостокского Совета, исполнительного бюро Совета крестьянских депутатов Приморской области, представители городской думы и управы, профсоюзов, Военной комиссии Владивостокского Совета, Центрального комитета Сибирской флотилии, всех социалистических партий, областного исполнительного комитета КОБов. Председателем ОИК был утверждён эсер С.Н. Михайлов, его заместителем – меньшевик-интернационалист К.А. Суханов, секретарём – эсерка М.А. Илговская.
29 августа 1917 г. приказом № 1 ОИК объявил о взятии всей власти в свои руки, были приняты меры по обеспечению общественного порядка, установлен контроль над работой милиции, создана комиссия по контролю за производством. Для тех же целей в Никольск-Уссурийский был направлен вернувшийся из США эмигрант еврей А.М. Краснощёков, который вскоре возглавил городской комитет РСДРП(б). Именно он впоследствии стал одним из организаторов демократической Дальневосточной Республики (ДВР) – так называемого «красного буфера».
Известия об октябрьских событиях в Петрограде и свержении Временного правительства пришли в Приморье 26 октября 1917 г. В первые дни обыватели знали лишь, что в Петрограде произошёл переворот, и испугано спрашивали, кто теперь у власти, Ленин или Николай II.
8 ноября 1917 г. власть Совета народных комиссаров признали Владивостокский, Никольск-Уссурийский и Сучанский Советы.
29 ноября на сторону советской власти в полном составе перешла Сибирская флотилия.
11 ноября на Владивостокском рейде появился американский крейсер «Бруклин». По мнению союзников, он должен был оказать давление на ход выборов в Учредительное собрание. В конце 1917 г. «Бруклин» ушёл в Китай, а затем на Филиппины.
С 16 декабря по всему Дальневосточному краю проходили выборы в Учредительное собрание. Всего в голосовании приняли участие 212 тысяч избирателей. В итоге большевики во Владивостоке получили 49 % голосов, в Никольск-Уссурийске – 40 %, в среднем по всем городам – 36 %, а по всему краю – 54 660 голосов.
Ну а пока комиссар А.Н. Русанов не признавал Совнарком, двоевластие продолжалось. Лишь 14 декабря III краевой съезд Советов рабочих и солдатских депутатов провозгласил установление на Дальнем Востоке советской власти. При этом съезд не вступил в конфронтацию с земствами, а пошёл на сотрудничество с ними, избрав Краевой комитет Советов и самоуправлений. Председателем Краевого Совета стал большевик А.М. Краснощеков.
Тем не менее новый 1918 год Владивосток встретил в обстановке двоевластия. Американский консул во Владивостоке Колдуэлл в телеграмме госсекретарю США Лансингу от 13 января 1918 г. сообщал: «Город контролируется областной земской управой, однако реальная власть находится в руках Совета рабочих и солдатских депутатов, который согласился сотрудничать с земством… Во Владивостоке солдаты и матросы поддерживают прежде всего свой Совет».
В Приморской области ещё в конце 1917 г. власть Советов фактически утвердилась во Владивостоке, Никольск-Уссурийске, Сучане, Спасске, в январе 1918 г. – в Имане.
В кампанию 1917 г. охрану промыслов осуществляло посыльное судно «Якут», которое с января по март находилось в состоянии текущего ремонта. 1 июня «Якут» вышел из Владивостока и 4 июня прибыл в Хакодате. Оттуда он через Японию направился в Петропавловск. С 1 по 11 июля стоял там, проводил учения и судовые работы. Из Петропавловска ходил на Алеутские острова, в Анадырь и другие порты чукотского и камчатского побережья. В Петропавловск «Якут» вернулся 3 сентября и находился там до 26 октября, производя необходимые судовые работы. 26 октября вышел из Петропавловска во Владивосток, куда прибыл 7 ноября. За время плавания прошёл 9368,9 мили.
Транспорты «Магнит» и «Защитник» находились в распоряжении управления делами Добровольного флота на Дальнем Востоке. Минный транспорт «Защитник» только 19 августа был принят от Владивостокского крепостного минного батальона и сразу передан Добровольному флоту.
Канонерская лодка «Маньчжур» числилась в капитальном ремонте, но с июня её использовали как дополнительную внутреннюю брандвахту.
Ледоколы «Надёжный», «Байкал», «Богатырь» (военного ведомства), «Славянка» (торгового флота), транспорт «Патрокл», посыльное судно «Улисс», катера «Удалой», «Проворный» и «Павел» использовались для обеспечения круглогодичной навигации в районе Владивостока.
О свержении Временного правительства на Дальнем Востоке узнали 26 октября 1917 г.
И до, и после 26 октября во Владивостоке царило двоевластие. С одной стороны – городская дума и земская управа, с другой – Совет рабочих и крестьянских депутатов.
16 (29) ноября 1917 г. на сторону советской власти полностью перешла Сибирская флотилия. Ну а уже в конце 1917 г. началась иностранная интервенция в Сибирь. Именно интервенты помогли антибольшевистским силам затянуть Гражданскую войну аж до октября 1922 г. Без интервентов, включая Чехословацкий корпус, все эксцессы в Сибири и на Дальнем Востоке закончились бы к осени 1918 г.
Следует заметить, что интервенты преследовали в первую очередь свои национальные цели, а поддержку антибольшевистских сил вели постольку, поскольку те помогали реализации планов интервентов.
Мало того, интервенты на Дальнем Востоке были не союзниками, а конкурентами, и даже противниками друг друга, как, например, Япония и США.
К независимости от Советов стремилось Правление Уссурийского казачьего войска. В январе 1918 г. войсковой круг избрал атаманом подъесаула И.П. Калмыкова, который начал создавать вооруженные отряды в полосе отчуждения КВЖД, однако уже в марте казаки – сторонники советской власти сместили Калмыкова с должности атамана и избрали временный Совет войска во главе с вахмистром Г.М. Шевченко.
Местные Советы в начале 1918 г. приступили к созданию отрядов Красной армии. В зоне КВЖД сформировались отряды красного атамана Калмыкова и белогвардейские – генерала Хорвата и атамана Семёнова. Пыталось распространить свою власть на Дальний Восток также эсеро-меньшевистское Временное правительство автономной Сибири (ВПАС), или, как их называли, «сибирские областники».
6 (19) декабря 1917 г. штаб командующего Сибирской флотилией был ликвидирован как учреждение дореволюционного флота. Для управления флотилией была избрана коллегия в составе трёх человек, которая была подотчётна ЦА Сибирской флотилии. Отныне все приказы издавались от имени ЦК.
В январе 1918 г. на Владивостокский рейд без приглашения прибыли иностранные корабли. Среди них были японские: броненосец «Ивами» (бывший российский «Орёл», сдавшийся в Цусиме) прибыл 12 января, броненосец «Асахи» прибыл 13 января. А 14 января прибыл английский броненосный крейсер «Суффолк». Мотивация интервентов – защита британских и японских подданных.
Руководство Советов Владивостока и Сибирской флотилии выразило протест, но не имело сил для отпора интервентам.
Водой и топливом японские броненосцы снабжал транспорт «Сейто-Мару», совершавший по два рейса в месяц между Владивостоком и Японией. На рейд Владивостока прибыл транспорт-ледокол «Камикава-Мару» для ледокольной проводки японских судов на Владивостокский рейд.
1 марта во Владивосток прибыл американский крейсер «Бруклин».
В марте 1918 г. состоялись перевыборы Владивостокского Совета, после чего в нём усилилось влияние большевиков. 18 марта был избран новый состав исполкома, в него вошли 16 большевиков, 4 левых эсера, 2 правых эсера и 3 меньшевика. Председателем исполкома стал К.А. Суханов, его заместителем – П.М. Никифоров.
21 января 1918 г. в гостинице «Версаль» налётчики ограбили нескольких иностранцев. Собственно, тогда это была обычная история. Однако консулы иностранных государств обратились к своим правительствам с требованием о принятии мер для наведения порядка в городе. В результате по Владивостоку стали разгуливать японские и английские матросские патрули. На запрос городских властей командиры кораблей ответили, что это не десант, а охрана, высланная по просьбе консульств.
4 апреля 1918 г. были убиты трое подданных Японии. Служащий конторы Иси-до X. Кикучи, «вышедший уже из терпения в отношении безопасности жизни и имущества японских подданных», обратился к командующему японской эскадрой с целью «принятия экстренных мер, которые он сочтет необходимыми для ограждения жизни и имущества японских подданных». Ответ контр-адмирала X. Като последовал немедленно. На следующий день, 5 апреля, он выпустил обращение к гражданам Владивостока, в котором заявлял, что хотя он «до настоящего времени абсолютно избегал совершать такие действия, как вмешательство во внутреннюю политику России или оказание той или иной политической партии поддержки», «произошедшее среди бела дня убийство и ранение трёх японцев… заставило принять на себя ответственность за защиту жизни и имущества подданных Японской империи», то есть «высадить десант с вверенной эскадры и принять меры, какие считаю соответствующими».
14 апреля 1918 г. в Хабаровске состоялся IV краевой съезд Советов Дальнего Востока. В нём приняло участие 107 делегатов с правом решающего голоса и 62 – совещательного, большинство их составляли рабочие, крестьяне и казаки, были представлены все области. Съезд отказался от сотрудничества с земствами и городскими самоуправлениями и принял решение их упразднить. Таким образом, двоевластие Советов и земств закончилось. Последней 5 июня была разогнана Владивостокская городская дума.
В конце мая – начале июня 1918 г. части Чехословацкого 60‐тысячного корпуса, растянувшиеся вдоль железнодорожной магистрали от Пензы и Самары до Владивостока, начали устраивать мятежи. К концу июня докатился такой мятеж и до Владивостока, когда там скопилось около 15 тысяч солдат и офицеров, которых возглавлял начальник штаба Чехословацкого корпуса русский генерал Михаил Константинович Дитерихс. Всё началось с пьяных погромов. В протоколах заседаний военной комиссии Владивостокского Совета говорилось: «Во время гулянья, устроенного чехословаками 24 июня 1918 года, в саду бывшего Адмиралтейского дома были учинены различные повреждения, частью исправленные, частью – нет».
В ночь на 29 июня чехи арестовали почти весь состав исполкома Владивостокского Совета и осуществили контрреволюционный переворот, сопровождаемый террором. Три полка Чехословацкого корпуса (3, 4 и 11‐й) отказались выступать против Советов. Их разоружили и отправили на остров Русский.
6 июля чехословаки объявили Владивосток под протекторатом союзников. Охрану порядка в городе обеспечивали чехословацкие, японские, английские, китайские, а позднее и американские войска.
Начальником иностранной полиции во Владивостоке был назначен американский офицер Джонсон. Все советские организации во Владивостоке были ликвидированы, в том числе и ЦК Сибирской флотилии.
Власть перешла Временному Сибирскому правительству, возглавляемому эсером евреем Петром Яковлевичем Дербером, прибывшим во Владивосток к февралю 1918 г.
5 июня 1918 г. чехословаки захватили Уссурийск.
В это же время в Приморье из Китая вступили отряды Калмыкова и Орлова. 9 июля из Харбина на пограничную станцию Гродеково прибыл генерал-лейтенант Д.Л. Хорват. В воззвании к населению он объявил себя Временным правителем России, заявив, что решил взять на себя всю полноту государственной власти до восстановления порядка в стране и созыва свободно избранного Учредительного собрания, которое и должно установить «будущий образ правления Российского государства».
21 июля 1918 г. Дербер сложил с себя обязанности премьера и стал министром иностранных дел и… земледелия! Чего только не было «на той единственной гражданской…». Ну а 6 сентября 1918 г. Дербер вообще ушёл из правительства.
В Приморье развернулись бои между белыми и красными, в итоге части Красной армии и Красной гвардии отступили к станции Уссури (в 100 верстах к северу от Спасска), где был организован Уссурийский фронт.
30 июня в Омске в ходе переворота было создано новое Временное Сибирское правительство во главе с П.В. Вологодским. Поладить оба сибирских правительства не могли. В итоге 29 июня во Владивостоке прошло заседание по переименованию Временного Сибирского правительства во Временное правительство автономной Сибири (ВПАС).
В августе 1918 г. союзники потребовали, чтобы ВПАС объединилось с правительством Хорвата. Однако военные обеих сторон поссорились, и объединение так и не состоялось.
Но вернёмся к военным действиям у Никольск-Уссурийска – железнодорожного узла, ведущего на Харбин и Хабаровск. На него была двинута чехословацкая дивизия. В 1930‐х гг. главком красных В.В. Сакович так вспоминал об этих событиях:
«Навстречу чехословацкой дивизии мы бросили красные части с Гродековского фронта и красноармейцев Никольск-Уссурийского. Одновременно краевой красный штаб начал организовывать новые отряды из рабочих и крестьян. В 15–18 верстах южнее Никольск-Уссурийского завязался жестокий бой. Красные бойцы упорно отражали яростные атаки противника, прекрасно вооружённого новейшим оружием и броневиками. У нас же половина орудий были старые, образца 1877 года, не скорострельные. Все-таки благодаря их калибру (4,2 дм) мы наносили большой урон густо наступавшим чехословакам и белогвардейцам. Командовал фронтом Тонконогий из города Никольска, помогал ему чешский офицер Мировский. Всего у нас насчитывалось не более 1,5 тысячи бойцов, а у врага – свыше 10 тысяч, и он начал частью войск обходить наши отряды. Красным бойцам пришлось отступить к Спасску примерно на 150 вёрст».
Однако 31 июля 1918 г. красные перешли в наступление и захватили важный укрепленный пункт белых – Каульские высоты под Шмаковкой. Далее В.В. Сакович писал: «Отряд из 3 тыс. бойцов под начальством Флегонтова занял дер. Глазовку, расположенную по правому берегу Уссури, напротив Шмаковского монастыря. Для фронтального наступления… отряд в 4 тыс. чел. под начальством Урбановича. Уже с 5 часов утра Урбанович повел наступление. К 5 часам вечера Каульские высоты были взяты, противник большей частью перебит в окопах… Обходной отряд Флегонтова бомбардировал в это время с правого берега Уссури Шмаковский монастырь. Чехословаки, белые и монахи посыпались, как пчелы из разоренного улья, но позаботились утащить с собой 40 пудов золота и ценности».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?