Книга: Серебряный змей в корнях сосны - Александр Тамоников

В данном же случае я не могу сказать ничего плохого... кроме как то, что мне просто было скучно читать и слушать. Вот поэтому занижать баллы не хочется, хотя умение авторов зацепить и увлечь — это один из главных критериев. Однако я думаю, что просто история не моя, даже если Япония мне нравится, и множество терминов знакомо (в аудиоверсии сноски не зачитывали, кстати, поэтому без них сторонний читатель может не понять).

Книга по большей части рассказывает о похождениях учеников школы экзорцистов (оммёдзи), и в них не было по моим ощущениям ни страшного, ни увлекательного, а ведь там мистика и любопытная японская мифология. Отношения главных героев вялые, хотелось бы больше взаимодействия. Истории же, которая разворачивается в настоящем, куда меньше, и если сюжеты прошлого являются законченными (их всего три, грубо говоря — три дела/расследования), то линия текущая явно будет растянута на все четыре тома. Но возможно, в ней таится чуть больше интриги.

Язык авторов не вызвал никаких нареканий, но порой не было лёгкости восприятия. Возможно, из-за моей незаинтересованности или же потому, что нас сразу погружают в события, будто в середину, забыв дать вводные, которые постепенно раскрываются лишь в дальнейшем повествовании.

Надеюсь, что трилогия авторского дуэта про академию Дзюсан мне понравится, а вот с этим циклом не сложилось (хотя, может, под настроение попробую второй том прочесть или прослушать, вдруг что-то поменяется в восприятии).

Где не может справиться один, двое уже встанут нерушимой стеной.

Пережив страшное оба учатся доверять, просто так, не думая.

У героев непохожая ни на что связь, пусть у меня уже к середине тома завязли в зубах фразы "я с тобой и ты со мной", но каждый раз читала это с удовольствием и умилением.

Сюжет насыщенный, но даёт время осознать случившееся, разобраться в себе, понять себя и друга. Немного затянуто, но очень правильно. И безумно тепло.

Доверие. Тепло. Семья. И дом, в который можно вернуться - вот что значит для Хизаши его друг Кента.

Друг? Половинка души? Причина жить? И... умереть?

Ёкай, павший ками, человек - Мацумото Хизаши делает свой выбор.

Я плакала и улыбалась, ведь они такие солнышки

9/10

Было забавно читать о том, как Кента с первого взгляда опознал в Хизаши ёкая, а тот старательно три года притворялся человеком, пока сердобольный Куматани просто ждал признания от существа, которого начал считать другом. Так что нет, Кента — вовсе не наивный добряк, просто он не любит делать выводы, не зная всех фактов. Так и в случае с ёкаем-хэби он не знал, зачем тот пришёл учиться оммёдо в школу экзорцистов (хочет ли ёкай изгонять ёкаев? Сомнительно), но понимал, что причины у того, должно быть, есть, а с последствиями он, если что, разберётся (наивный). При этом были между ними двумя моменты, когда Кента опасался Хизаши, когда подталкивал к признанию и когда готовился понести ответственность за то, что провёл его в школу и никому не сказал о его природе.

Повествование нелинейное, и флешбеки здесь для меня гораздо интереснее, чем происходящее в настоящем: в основном это драйвовые, чуть жутковатые истории про изгнание разнообразной нечисти (у японцев очень богатая мифология), которые должны (я так подозреваю) схлопнуться в итоге в одно большое дело.

Флешбеки (которые настолько продуманные, что так и отсылают к китайским новеллам) здесь, кстати, не столько раскрывают важное из прошлого персонажей, сколько запутывают ещё дальше, потому что мало какое воспоминание обходится без вороха загадок, и в первую очередь — о личности и секретах двух главных героев.

Мы знаем, что Мацумото Хизаши — хэби (змей-ёкай), но только ли? Может быть, он был кем-то ещё, может, забыл о чём-то? Может, у него была прошлая жизнь, отразившаяся на жизни этой? Иначе как объяснить вотэтоповрот в конце, после которого я порадовалась, что все четыре книги уже вышли, и я просто могу перестать орать и приступить к следующей.

Куматани Кента не так прост, как кажется: понимает он гораздо больше, чем показывает другим. Забавно, как Кента видит Хизаши насквозь, а Хизаши притворяется перед самим собой, что тот беспросветно слеп. К чему приведут эти кошки-мышки пока неизвестно, но ничего хорошего я почему-то не жду.

В этой части интересно раскрылся Учида Юдай из школы оммёдзи Фусин: кошмарнейший праведник, отвечающий в разношёрстной компании по спасению Кенты за здравый смысл (спасибо, что хоть кто-то).

А ещё мне понравились две локации с нечистью: рёкан Нэкоджита, сдерживающий Хякки Яко, и деревня с проклятыми горячими источниками. Первый — за движуху, бакэнэко (люблю кошек, демонов и демонов-кошек) и микро-детектив. Второй — за змеиные кольца, спасающие жизнь дорогого человека, и вместе с этим развитие Хизаши как существа, способного на презираемые им человеческие чувства.

«Серебряный змей в корнях сосны» — мрачноватое фэнтези про ёкая, который хотел стать божеством, но прогневал богов и стал человеком (что ж, это неприятно). Вся история — его попытки исправить это досадное недоразумение, и ради этого он готов юлить, обманывать и использовать других в своих целях, отчаянно притворяясь, что его это ничуть не заботит: Хизаши — мастер самообмана.

Повествование нелинейное, и читатель (по крайней мере в первой книге) вынужден знакомиться с главными героями очень выборочно: информация подаётся строго дозированно, подогревая к циклу интерес. Хэби (то есть ёкай-змей) Хизаши и его соученик и друг Кента — личности загадочные, и если про первого мы по крайней мере хоть что-то знаем, то второй присутствует в основном во флешбеках, и чуть ли не в каждом говорит какие-то странные вещи, заставляя читателя думать о том, что Куматани Кента не так уж и прост, и явно скрывает что-то важное о себе.

Но мне пока больше всего интересен Хизаши. Он такой змей — быстро замерзает и поэтому не любит прохладу, зато обожает медитировать на солнце, наполняясь энергией; в некоторые моменты мечтает «уползти» подальше, свернуться кольцами и вообще стать обратно серебристой змейкой в сосновых корнях, а не вот это вот всё. Потому что Хизаши вынужден был стать учеником-экзорцистом и изгонять себе подобных — перспективы так себе, но цель его требовала этих жертв. Знал ли он, что фальшивая дружба станет настоящей? Метания Хизаши от «фу, люди» до «хм... ну, люди» — тоже довольная интересная вещь.