Ночь прошла спокойно. Утром Железный Дровосек докончил плот, срубил шесты для себя и Страшилы и предложил путникам садиться. Элли с Тотошкой на руках устроилась посредине плота. Трусливый Лев ступил на край, плот накренился, и Элли закричала от страха. Но Железный Дровосек и Страшила поспешили вскочить на другой край, и равновесие восстановилось. Железный Дровосек и Страшила погнали плот через реку, за которой начиналась чудесная равнина, кое-где покрытая весёлыми рощами и вся освещённая солнцем.
Всё шло прекрасно, пока плот не приблизился к середине реки. Здесь быстрое течение подхватило его и понесло по реке, а шесты не доставали дна. Путешественники растерянно смотрели друг на друга.
– Очень скверно! – воскликнул Железный Дровосек. – Река унесёт нас в Фиолетовую страну, и мы попадём в рабство к злой волшебнице.
– И я тогда не получу мозгов! – сказал Страшила.
– А я смелости! – сказал Лев.
– А я сердца! – добавил Железный Дровосек.
– А мы никогда не вернёмся в Канзас! – закончили Элли и Тотошка.
– Нет, мы должны добраться до Изумрудного города, – вскричал Страшила и налёг на шест.
К несчастью, в этом месте оказалась илистая отмель, и шест глубоко воткнулся в неё. Страшила не успел выпустить шест из рук, а плот несло по течению, и через мгновение Страшила уже висел на шесте посреди реки без опоры под ногами.
– Здравствуйте! – только и успел крикнуть растерявшийся Страшила друзьям, но плот был уже далеко.
Положение Страшилы было отчаянным. «Здесь мне хуже, чем до встречи с Элли, – думал бедняга. – Там я хоть ворон пытался пугать – всё-таки занятие. А кто же ставит пугала посреди реки? Ох, кажется, я никогда не получу мозгов!»
Тем временем плот нёсся вниз по течению. Несчастный Страшила остался далеко позади и скрылся за поворотом реки.
– Придётся мне лезть в воду, – молвил Трусливый Лев, задрожав всем телом. – Ух, как я боюсь воды! Вот если бы я получил от Гудвина смелость, мне вода была бы нипочём… Но ничего не поделаешь, надо же добраться до берега. Я поплыву, а вы держитесь за мой хвост.
Лев плыл, пыхтя от напряжения, а Железный Дровосек крепко держался за кончик его хвоста. Трудна была работа – тащить плот, но всё же Лев медленно подвигался к другому берегу.
Скоро Элли убедилась, что шест достаёт дно, и начала помогать Льву. После больших усилий, совершенно измученные, путники наконец достигли берега – далеко-далеко от того места, где начали переправу.
Лев тут же растянулся на траве лапами кверху, чтобы просушить намокшее брюхо.
– Куда теперь пойдём? – спросил он, щурясь на солнышко.
– Обратно, туда, где остался наш друг, – ответила Элли. – Ведь не можем же мы уйти отсюда, не выручив нашего милого Страшилу.
Путники пошли берегом против течения реки. Долго брели они, повесив головы и заплетаясь ногами в густой траве, и с грустью думали об оставшемся над рекой товарище. Вдруг Железный Дровосек закричал изо всех сил:
– Смотрите!
И они увидели Страшилу, мужественно висевшего на шесте посреди широкой и быстрой реки. Страшила издали выглядел таким одиноким, маленьким и печальным, что у путников на глаза навернулись слёзы. Железный Дровосек разволновался больше всех. Он бесцельно бегал по берегу, рискнул было зачем-то сунуться в воду, но сейчас же отбежал назад. Потом сдёрнул воронку, приложил ко рту, как рупор, и оглушительно заорал:
– Страшила! Милый друг! Держись! Сделай одолжение, не падай в воду!
Железный Дровосек умел очень вежливо просить.
До путников слабо долетел ответ:
– …жусь!.. огда… е… стаю…
Это означало: «Держусь! Никогда не устаю!»
Вспомнив, что Страшила и в самом деле никогда не уставал, друзья очень ободрились, и Железный Дровосек снова заорал в свою воронку-рупор:
– Не падай духом! Не уйдём отсюда, пока не выручим тебя!
И ветер донёс ответ:
– …ду!.. е… нуйтесь… а… ня…
И это означало: «Жду! Не волнуйтесь за меня!»
Железный Дровосек предложил сплести длинную верёвку из древесной коры. Потом он, Дровосек, полезет в воду и снимет Страшилу, а Лев вытащит их за верёвку. Но Лев насмешливо покачал головой:
– Ты ведь плаваешь не лучше топора!
Железный Дровосек сконфуженно замолчал.
– Должно быть, придётся мне опять плыть, – сказал Лев. – Только трудно будет так рассчитать, чтобы течение принесло меня прямо к Страшиле…
– А я сяду к тебе на спину и буду тебя направлять! – предложил Тотошка.
Пока путники судили да рядили, издали на них с любопытством поглядывал длинноногий важный Аист. Потом он потихоньку подошёл и стал на безопасном расстоянии, поджав правую ногу и прищурив левый глаз.
– Что вы за публика? – спросил он.
– Я Элли, а это мои друзья – Железный Дровосек, Трусливый Лев и Тотошка. Мы идём в Изумрудный город.
– Дорога в Изумрудный город не здесь, – заметил Аист.
– Мы знаем её. Но нас унесла река, и мы потеряли товарища.
– А где он?
– Вон он, видишь, – Элли показала, – висит на шесте.
– Зачем он туда забрался?
Аист был обстоятельной птицей и хотел знать всё до мельчайших подробностей. Элли рассказала, как Страшила оказался посреди реки.
– Ах, если бы ты его спас! – вскричала Элли и умоляюще сложила руки. – Как бы мы были тебе благодарны!
– Я подумаю, – важно сказал Аист и закрыл правый глаз, потому что аисты, когда думают, обязательно закрывают правый глаз. Но левый глаз он закрыл ещё раньше. И вот он стоял с закрытыми глазами на левой ноге и покачивался, а Страшила висел на шесте посреди реки и тоже покачивался от ветра. Путникам надоело ждать, и Железный Дровосек сказал:
– Послушаю я, о чём он думает, – и потихоньку подошел к Аисту.
Но до него донеслось ровное, с присвистом дыхание Аиста, и Дровосек удивлённо крикнул:
– Да он спит!
Аист и в самом деле заснул, пока думал.
Лев ужасно разгневался и рявкнул:
– Я его съем!
Аист спал чутко и вмиг открыл глаза.
– Вам кажется, что я сплю? – схитрил он. – Нет, я просто задумался. Такая трудная задача… Но, пожалуй, я перенёс бы вашего товарища на берег, не будь он такой большой и тяжёлый.
– Это он-то тяжёлый? – вскричала Элли. – Да ведь Страшила набит соломой и лёгкий как пёрышко! Даже я его поднимаю.
– В таком случае я попытаюсь! – сказал Аист. – Но смотрите, если он окажется слишком тяжёл, я брошу его в воду. Хорошо бы сначала взвесить вашего друга на весах, но так как это невозможно, то я лечу.
Как видно, Аист был очень осторожной и обстоятельной птицей.
Аист взмахнул широкими крыльями и полетел к Страшиле. Он вцепился ему в плечи крепкими когтями, легко поднял и перенёс на берег, где сидела Элли с друзьями.
Когда Страшила вновь очутился на берегу, он горячо обнял друзей и потом обратился к Аисту:
– Я думал, мне вечно придётся торчать на шесте посреди реки и пугать рыб! Сейчас я не могу поблагодарить тебя как следует, потому что у меня в голове солома. Но, побывав у Гудвина, я разыщу тебя, и ты узнаешь, какова благодарность человека с мозгами.
– Очень рад, – солидно отвечал Аист. – Я люблю помогать другим в несчастье, особенно когда это не стоит мне большого труда… Однако заболтался я с вами. Меня ждут жена и дети. Желаю вам дойти благополучно до Изумрудного города и получить то, за чем идёте!
И он вежливо подал каждому путнику свою красную морщинистую лапу, и каждый путник дружески пожал её, а Страшила так тряс, что чуть не оторвал.
Аист улетел, а путешественники пошли по берегу. Счастливый Страшила шёл, приплясывая, и пел:
– Эй-гей-гей-го! Я снова с Элли!
Потом, через три шага:
– Эй-гей-гей-го! Я снова с Железным Дровосеком!
И так он перебирал всех, не исключая и Тотошки, а потом снова начинал свою нескладную, но весёлую и добродушную песенку.
Путники весело шли по лугу, усеянному великолепными белыми и голубыми цветами. Часто попадались красные маки невиданной величины с очень сильным ароматом. Всем было весело: Страшила был спасён, ни Людоед, ни овраги, ни саблезубые тигры, ни быстрая река не остановили друзей на пути к Изумрудному городу, и они предполагали, что все опасности остались позади.
– Какие чудные цветы! – воскликнула Элли.
– Они хороши! – молвил Страшила. – Конечно, будь у меня мозги, я восхищался бы цветами больше, чем теперь.
– А я бы полюбил их, если бы у меня было сердце, – вздохнул Железный Дровосек.
– Я всегда был в дружбе с цветами, – сказал Трусливый Лев. – Они милые и безобидные создания и никогда не выскакивают на тебя из-за угла, как эти страшные саблезубые тигры. Но в моём лесу не было таких больших и ярких цветов.
Чем дальше шли путники, тем больше становилось в поле маков. Все другие цветы исчезли, заглушённые зарослями мака. И скоро путешественники оказались среди необозримого макового поля. Запах мака усыпляет, но Элли этого не знала и продолжала идти, беспечно вдыхая сладковатый усыпляющий аромат и любуясь огромными красными цветами. Веки её отяжелели, и ей ужасно захотелось спать. Однако Железный Дровосек не позволил ей прилечь.
– Надо спешить, чтобы к ночи добраться до дороги, вымощенной жёлтым кирпичом, – сказал он, и Страшила поддержал его.
Они прошли ещё несколько сот шагов, но Элли не могла больше бороться со сном – шатаясь, она опустилась среди маков, со вздохом закрыла глаза и крепко заснула.
– Что же с ней делать? – спросил в недоумении Дровосек.
– Если Элли останется здесь, она будет спать, пока не умрёт, – сказал Лев, широко зевая. – Аромат этих цветов смертелен. У меня тоже слипаются глаза, а собачка уже спит.
Тотошка действительно лежал на ковре из маков возле своей маленькой хозяйки. Только на Страшилу и Железного Дровосека не действовал губительный запах цветов, и они были бодры, как всегда.
– Беги! – сказал Страшила Трусливому Льву. – Спасайся из этого опасного места. Мы донесём девочку, а если ты заснёшь, нам с тобой не справиться. Ведь ты слишком тяжёл.
Лев прыгнул вперёд и мигом скрылся из глаз. Железный Дровосек и Страшила скрестили руки и посадили на них Элли. Они сунули Тотошку в руки сонной девочке, и та бессознательно вцепилась в его мягкую шерсть. Страшила и Железный Дровосек шли среди макового поля по широкому примятому следу, оставленному Львом, и им казалось, что полю не будет конца.
Но вот вдали показались деревья и зелёная трава. Друзья облегчённо вздохнули: они боялись, что долгое пребывание в отравленном воздухе убьёт Элли. На краю макового поля они увидели Льва. Аромат цветов победил мощного зверя, и он спал, широко раскинув лапы в последнем усилии достигнуть спасительного луга.
– Мы не сможем ему помочь! – печально сказал Железный Дровосек. – Он слишком тяжёл для нас. Теперь он заснул навсегда, и, быть может, ему снится, что он наконец получил смелость…
– Очень, очень жаль! – сказал Страшила. – Несмотря на свою трусость, Лев был добрым товарищем, и мне горько покинуть его здесь, среди проклятых маков. Но идём, надо спасать Элли.
Они вынесли спящую девочку на зелёную лужайку у реки, подальше от смертоносного макового поля, положили на траву и сели рядом, дожидаясь, когда свежий воздух разбудит Элли.
Пока друзья сидели и смотрели по сторонам, невдалеке заколыхалась трава, и на лужайку выскочил жёлтый дикий кот. Оскалив острые зубы и прижав уши к голове, он гнался за добычей. Железный Дровосек вскочил и увидел бегущую серую полевую мышь. Кот занёс над ней когтистую лапу, и мышка, отчаянно пискнув, закрыла глаза, но Железный Дровосек сжалился над беззащитным созданием и отрубил голову дикому коту. Мышка открыла глаза и увидела, что враг мёртв. Она сказала Железному Дровосеку:
– Благодарю вас! Вы спасли мне жизнь.
– О, полно, не стоит говорить об этом, – возразил Железный Дровосек, которому, по правде, неприятно было оттого, что пришлось убить кота. – Вы знаете, у меня нет сердца, но я всегда стараюсь помочь в беде слабому, будь это даже простая мышь.
– Простая мышь? – в негодовании пискнула мышка – Что вы хотите сказать этим, сударь? Да знаете ли вы, что я – Рамина, королева полевых мышей?
– О, в самом деле? – вскричал поражённый Дровосек. – Тысяча извинений, ваше величество!
– Во всяком случае, спасая мне жизнь, вы исполнили свой долг, – сказала королева, смягчаясь.
В этот момент несколько мышей, запыхавшись, выскочили на полянку и со всех ног бросились к королеве.
– О ваше величество! – наперебой запищали они. – Мы думали, что вы погибли, и приготовились оплакивать вас! Но кто убил злого кота? – И они так низко поклонились маленькой королеве, что стали на головы и задние лапки их заболтались в воздухе.
– Его разрубил вот этот странный железный человек. Вы должны служить ему и исполнять его желания, – важно сказала Рамина.
– Пусть он приказывает! – хором закричали мыши. Но в тот же момент они во главе с самой королевой пустились врассыпную. Дело в том, что Тотошка, открыв глаза и увидев вокруг себя мышей, издал восхищённый вопль и ринулся в середину стаи. Ещё в Канзасе он славился как великий охотник на мышей, и ни один кот не мог сравниться с ним в ловкости.
Но Железный Дровосек схватил пёсика и закричал мышам:
– Сюда! Сюда! Обратно! Я держу его!
Королева мышей высунула голову из густой травы и боязливо спросила:
– Вы уверены, что он не съест меня и моих придворных?
– Успокойтесь, ваше величество! Я его не выпущу!
Мыши собрались снова, и Тотошка после бесполезных попыток вырваться из железных рук Дровосека утихомирился. Чтобы пёсик больше не пугал мышей, его пришлось привязать к колышку, вбитому в землю.
Главная фрейлина-мышь заговорила:
– Великодушный незнакомец! Чем прикажете отблагодарить вас за спасение королевы?
– Я, право, теряюсь, – начал Железный Дровосек, но находчивый Страшила быстро перебил его:
– Спасите нашего друга Льва! Он в маковом поле!
– Лев! – вскричала королева. – Он съест всех нас.
– О нет! – ответил Страшила. – Это Трусливый Лев, он очень смирён, да, кроме того, он ведь спит.
– Ну что же, попробуем. Как это сделать?
– Много ли мышей в вашем королевстве?
– О, целые тысячи!
– Велите собрать их всех, и пусть каждая принесёт с собой длинную нитку.
Королева Рамина отдала приказ придворным, и они с таким усердием кинулись по всем направлениям, что только лапки замелькали.
– А ты, друг, – обратился Страшила к Железному Дровосеку, – сделай прочную тележку – вывезти Льва из маков.
Железный Дровосек принялся за дело и работал с таким рвением, что, когда появились первые мыши с длинными нитками в зубах, крепкая тележка с колёсами из цельных деревянных обрубков была готова.
Мыши сбегались отовсюду; их было многие тысячи, всех величин и возрастов: тут собрались и маленькие мыши, и средние мыши, и большие старые мыши. Одна дряхлая старушка мышь приплелась на полянку с большим трудом и, поклонившись королеве, тотчас свалилась лапками вверх. Две внучки уложили бабушку на лист лопуха и усердно махали над ней травинками, чтобы ветерок привёл её в чувство.
Трудно было запрячь в телегу такое множество мышей: пришлось привязать к передней оси целые тысячи ниток. Притом Дровосек и Страшила торопились, боясь, что Лев умрёт в маковом поле, и нитки путались у них в руках. Да ещё некоторые молодые шаловливые мышки перебегали с места на место и запутывали упряжку. Наконец каждая нитка была одним концом привязана к телеге, а другим – к мышиному хвосту, и порядок установился.
В это время проснулась Элли и с удивлением смотрела на странную картину. Страшила в немногих словах рассказал ей о том, что случилось, и обратился к королеве-мыши:
– Ваше величество! Позвольте представить вам Элли – фею Убивающего Домика.
Две высокие особы вежливо раскланялись и завязали дружеский разговор…
Приготовления кончились.
Нелегко было двум друзьям взвалить тяжёлого Льва на телегу. Но они всё же подняли его, и мыши с помощью Страшилы и Железного Дровосека вывезли телегу с макового поля.
Лев был перевезён на полянку, где сидела Элли под охраной Тотошки.
Девочка сердечно благодарила мышей за спасение верного друга, которого успела сильно полюбить.
Мыши перегрызли нитки, привязанные к их хвостам, и поспешили к своим домам. Королева-мышь подала девочке крошечный серебряный свисточек.
– Если я буду вам нужна снова, – сказала Рамина, – свистните трижды в этот свисток, и я – к вашим услугам. До свиданья!
– До свиданья! – ответила Элли.
Но в это время Тотошка сорвался с привязи, и Рамине пришлось спасаться в густой траве с поспешностью, совсем неприличной для королевы.
* * *
Путники терпеливо ждали, когда проснётся Трусливый Лев: он слишком долго дышал отравленным воздухом макового поля. Но Лев был крепок и силён, и коварные маки не смогли убить его. Он открыл глаза, несколько раз широко зевнул и попробовал потянуться, но перекладины телеги помешали ему.
– Где я? Разве я ещё жив?
Увидев друзей, Лев страшно обрадовался и скатился с телеги.
– Расскажите, что случилось? Я изо всех сил бежал по маковому полю, но с каждым шагом лапы мои становились всё тяжелее, усталость свалила меня, и дальше я ничего не помню.
Страшила рассказал, как мыши вывезли Льва с макового поля. Лев покачал головой.
– Как это удивительно! Я всегда считал себя очень большим и сильным. И вот цветы, такие ничтожные по сравнению со мной, чуть не убили меня, а жалкие, маленькие существа, мыши, на которых я всегда смотрел с презрением, спасли меня! А всё это потому, что их много, они действуют дружно и становятся сильнее меня, Льва, царя зверей! Но что мы будем делать, друзья мои?
– Продолжать путь к Изумрудному городу, – ответила Элли. – Три заветных желания должны быть выполнены, и это откроет мне путь на родину!
На кого похож Гудвин?Когда Лев оправился, вся компания весело двинулась в путь. По мягкой зелёной траве они вышли к дороге, вымощенной жёлтым кирпичом, и обрадовались ей, как милому старому другу.
Скоро по сторонам дороги появились красивые изгороди, за ними стояли фермерские домики, а на полях работали мужчины и женщины. Изгороди и дома были выкрашены в красивый ярко-зелёный цвет, и люди носили зелёную одежду.
– Это, значит, началась Изумрудная страна, – сказал Железный Дровосек.
– Почему? – спросил Страшила.
– Разве ты не знаешь, что изумруд – зелёный?
– Я ничего не знаю, – с гордостью возразил Страшила. – Вот когда у меня будут мозги, тогда я всё буду знать!
Жители Изумрудной страны ростом были не выше Жевунов. На головах у них были такие же широкополые шляпы с острым верхом, но без серебряных бубенчиков. Казалось, они были неприветливы: никто не подходил к Элли и даже издали не обращался к ней с вопросами. На самом деле они просто боялись большого грозного Льва и маленького Тотошки.
– Думаю я, что нам придётся ночевать в поле, – заметил Страшила.
– А мне хочется есть, – сказала девочка. – Фрукты здесь хороши, а всё-таки надоели мне так, что я их видеть не могу и все их променяла бы на корочку хлеба! И Тотошка отощал совсем… Что ты, бедненький, ешь?
– Да так, что придётся… – уклончиво отвечал пёсик.
Он совсем не хотел признаться, что каждую ночь сопровождал Льва на охоту и питался остатками его добычи.
Завидев домик, на крыльце которого стояла хозяйка, казавшаяся приветливее других жительниц селения, Элли решила попроситься на ночлег. Оставив приятелей за забором, она смело подошла к крыльцу. Женщина спросила:
– Что тебе нужно, дитя?
– Пустите нас, пожалуйста, переночевать!
– Но с тобой лев!
– Не бойтесь его: он ручной, да и, кроме того, трус!
– Если это так, входите, – ответила женщина, – вы получите ужин и постели.
Компания вошла в дом, удивив и перепугав детей и хозяина дома. Когда прошёл всеобщий испуг, хозяин спросил:
– Кто вы такие и куда идёте?
– Мы идём в Изумрудный город, – ответила Элли, – и хотим увидеть Великого Гудвина.
– О, неужели? Уверены ли вы, что Гудвин захочет вас видеть?
– А почему нет?
– Видите ли, он никого не принимает. Я много раз бывал в Изумрудном городе, это удивительное и прекрасное место, но мне никогда не удавалось увидеть Великого Гудвина, и я знаю, что его никто никогда не видел…
– Разве он не выходит?
– Нет. И день и ночь он сидит в большом тронном зале своего дворца, и даже те, кто ему прислуживает, не видят его лица.
– На кого же он похож?
– Трудно сказать, – задумчиво ответил хозяин. – Дело в том, что Гудвин – Великий Мудрец и может принимать любой вид. Иногда он появляется в виде птицы или леопарда, а то вдруг оборотится кротом. Иные видели его в образе рыбы или мухи и во всяком другом виде, какой ему заблагорассудится принять. Но каков его настоящий вид – не знает никто из людей.
– Это поразительно и страшно, – сказала Элли. – Но мы попытаемся увидеть его, иначе наше путешествие окажется напрасным.
– Зачем вы хотите увидеть Гудвина Ужасного? – спросил хозяин.
– Я хочу попросить у него немножечко мозгов для моей соломенной головы, – отвечал Страшила.
– О, для него это сущие пустяки! Мозгов у него гораздо больше, чем ему требуется. Они все разложены по кулькам, и в каждом кульке – особый сорт.
– А я хочу, чтобы он дал мне сердце, – промолвил Дровосек.
– И это ему нетрудно, – отвечал хозяин, лукаво подмигивая. – У него на верёвочке сушится целая коллекция сердец всевозможных форм и размеров.
– А я хотел бы получить от Гудвина смелость, – сказал Лев.
– У Гудвина в тронной комнате большой горшок смелости, – объявил хозяин. – Он накрыт золотой крышкой, и Гудвин смотрит, чтобы смелость не перекипела через край. Конечно, он с удовольствием даст вам порцию.
Все три друга, услышав обстоятельные разъяснения хозяина, просияли и с довольными улыбками посматривали один на другого.
– А я хочу, – сказала Элли, – чтобы Гудвин вернул нас с Тотошкой в Канзас.
– Где это – Канзас? – спросил удивлённый хозяин.
– Я не знаю, – печально отвечала Элли. – Но это моя родина, и она где-нибудь да есть.
– Ну, я уверен, что Гудвин найдёт для тебя Канзас. Но надо сначала увидеть его самого, а это нелёгкая задача. Гудвин не любит показываться, и, очевидно, у него есть на этот счёт свои соображения, – добавил хозяин шёпотом и огляделся по сторонам, как бы боясь, что Гудвин вот-вот выскочит из-под кровати или из шкафа.
Всем было немножко жутко, а Лев чуть не ушёл на улицу: он считал, что там безопаснее.
Ужин был подан, и все сели за стол. Элли ела восхитительную гречневую кашу, и яичницу, и чёрный хлеб; она была очень рада этим кушаньям, напоминавшим ей далёкую родину. Льву тоже дали каши, но он съел её с отвращением и сказал, что это кушанье для кроликов, а не для Львов. Страшила и Дровосек ничего не ели. Тотошка съел свою порцию и попросил ещё.
Женщина уложила Элли в постель, и Тотошка устроился рядом со своей маленькой хозяйкой. Лев растянулся у порога комнаты и сторожил, чтобы никто не вошёл, Железный Дровосек и Страшила простояли всю ночь в уголке, изредка разговаривая шёпотом.
