Текст книги "Разное счастье нам выпадает"
![](/books_files/covers/thumbs_240/raznoe-schaste-nam-vypadaet-71576.jpg)
Автор книги: Александра Черчень
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Но меня сразу поймали за талию и потащили наверх. Я билась в руках этого неведомого, пытаясь вырваться. Вынырнув, мне удалось освободить руки. Одной схватила длинные волосы напавшего на меня мужчины и, намотав их на кулак, до предела оттянула назад. Второй рукой ухватила его за горло, сжав кадык. Из-за моих волос, упавших на глаза, не могла ничего толком разглядеть. Так что склонила голову и тихо прошипела:
– Быс-с-стро отпус-с-стил!
Хватка на талии ослабла. Послышался тихий хрипловатый голос:
– Александра… Это я. Отцепись. – Мне с глаз откинули волосы. Я ошалело уставилась в серые глаза Лирвейна. Быстро отпустила его горло и ослабила хватку волос. Попыталась вырваться из его рук, но меня не пустили. – Успокойся! – рыкнул он. – Ты и так уже подвигов наделала.
Тут, когда испуг схлынул, осознала, что нахожусь посреди озера практически обнаженная (почти прозрачная из-за воды сорочка не в счет) в руках тоже полуголого мужчины. В лучшем случае полуголого…
Притом одной рукой обнимаю Лира за шею, запутавшись пальцами в волосах, а другая лежит у него на груди. Сам Хранитель обеими руками обхватил меня за талию, плотно прижав к себе. Под ладонью сильными толчками билось его сердце. Почему-то сердечный ритм Хранителя становился все более частым. Вдруг осознала, что меня обнимает обладатель того самого тела, на которое тайком заглядывалась последние несколько дней. И обуревали меня два прямо противоположных желания. Одна часть хотела провести ладонью по крепкой груди и прильнуть еще сильнее, а другая отчаянно желала сделать ноги.
Послушалась голоса разума. Осторожно оттолкнула Хранителя, давая понять, что меня можно отпустить. Он послушался.
– Доплывешь сама? – отрывисто спросил Лирвейн, глядя странно потемневшими глазами куда-то поверх меня. Кивнула в ответ. – Отлично. Поговорим на берегу.
И, нырнув, скрылся под темной водой. Я неторопливо поплыла. Когда была метрах в тридцати, Хранитель вынырнул практически у суши. Место было, видимо, глубокое, так как вода доходила ему до пояса. Постояв несколько секунд, стал выходить. Тут мне пришлось нырнуть, чтобы остудить покрасневшие щеки. Он все-таки был обнажен.
Вынырнула я спиной к берегу. Минуту подождав, развернулась. Слава стихиям, штаны он уже надел. Но торс все равно впечатлял. Та-а-ак! О чем я думаю? Не подобает. Да и вообще, благородным девушкам до свадьбы даже видеть полуголого мужчину не полагается. А я его и пощупать успела…
Место, где он оставил одежду, было не так далеко от меня, но неудивительно, что я не заметила его вещей. Похоже, они очень удачно пристроились за небольшой кочкой. Нащупав ногами дно, направилась к своим вещам. В отличие от целомудренной меня, этот блондинистый гад и не подумал отвернуться. В такой ситуации не оставалось ничего, кроме моей обычной тактики. Взгляд вперед, плечи назад, и вперед! Вышла из воды, подхватила сумку и одежду и все так же гордо удалилась в кусты. Переодеваться.
Там перевела дух и посмотрела на свою сорочку. Захотелось громко выругаться. Мои предположения оказались верны. Простора воображению она оставляла мало. Шикарно! Просто замечательно. Через неполную неделю засветиться в таком виде перед возможным будущим наставником. Так только я могла. Хватило же удачи!
Как теперь ему в глаза смотреть?
Тихо ругаясь разными нехорошими словами, стягивала с себя мокрую одежду, вытиралась и переодевалась в чистые штаны и рубашку. Волосы сначала нужно высушить и расчесать, так что не стала их трогать. Нарочито медленно складывала амазонку и полотенце. Идти обратно не хотелось совершенно. Но оттягивать неизбежное дальше было нельзя. Так что опять взвалила на себя свою поклажу, откинула назад волосы и, выдохнув, направилась к Хранителю.
Мужчина уже одетый стоял у воды. Услышав шаги, обернулся и уставился на меня своими светлыми глазами. С каждым мгновением мне становилось все более неуютно.
– Зачем ты меня схватил? – все-таки не выдержала первой.
– Потому что не успел я вынырнуть, как ты испугалась и скрылась под водой. Не одного хорошего пловца сгубил внезапный шок, – парировал Хранитель. – И вообще, что ты тут делаешь? Тем более одна! Совсем голова отказала? – раздраженно говорил блондин. – А если бы это был не я?
– Да кто это еще мог быть? – независимо сложила руки на груди. – На озере никого не было видно. – И себе под нос: – Кто же знал, что у нас тут амфибии водятся…
– Как ты меня назвала?! – Стоявший до этого вполоборота водник резко развернулся и зло посмотрел на меня.
Ой…
Глядя на блондина, я отчетливо поняла, что он крайне недоволен. Хотя кого я утешаю… Хранитель явно в бешенстве.
– Ну не простейшим же. И не инфузорией или одноклеточным, – отступая, проговорила одну из самых фееричных глупостей, которую породил мой разум.
Медленно пятясь от злющего Лирвейна, наткнулась на кусты. Воздух дрожал от невесть откуда взявшейся силы. На «амфибию» смотреть избегала. И правильно, потому что, когда он оказался в полутора метрах, была вынуждена поднять глаза. Сказать, что ошеломлена, – это значит ничего не сказать. «Вуаль» практически разлетелась под напором его силы. Да и вообще было такое ощущение, будто мы находимся в толще воды. Глаза Лирвейна полыхали голубым светом, на коже вспыхивали искры энергии, а белые волосы ореолом окружали голову. Одежда то льнула к телу, обрисовывая мускулы, то вздувалась пузырями. Тут я почувствовала ласковое обволакивание незнакомой силы. Она играла с волосами и одеждой. Со мной. Так же, как и с Хранителем. Нежно гладила щеки, игриво проводила по спине и щекотала ладони.
Лирвейн медленно выдохнул и прикрыл глаза. Игры стихии прекратились. Она вернулась к хозяину. Но пока не в него. Кожу сразу обдало вечерним холодком, и уже ветер запутался в волосах.
– Уходи. Немедленно, – отрывисто сказал Хранитель, отходя к воде. Он медленно опустился на песок и погрузил ладони в воду.
Расплетенные разыгравшейся стихией волосы мужчины волной окутали плечи и, потоком хлынув вниз, скрыли лицо.
Тут у меня, вопреки всем странным обстоятельствам данного момента, опять проснулось мое давнее желание. Жутко захотелось себе прядь волос. Вот такой фетиш. М-да… Ничему меня жизнь не учит! Но, ей-богу, там было что хотеть. Днем просто белые, в свете взошедшей луны они были серебряными.
Дав себе мысленный пинок, развернулась и побежала к лагерю.
Лирвейн медленно приручал свою самую верную подругу и возлюбленную – Воду. Ласкал, нашептывал, какая она прекрасная и текучая, податливая и бурная, прозрачная в ручьях и таинственная в темных омутах, ласковая и нежная в теплых течениях, обжигающая холодом в северных морях. Она слушала. Медленно плыла вокруг, все сужая обороты. Растекалась по коже, проникала внутрь. Наполняла еще одним воплощением себя. Покоем. Абсолютная противоположность того, как она вела себя вначале. Так всегда. Стихии как женщины, их тоже нужно покорять и завоевывать. Зато потом они льнут, даря силу и, как следствие, уверенность. Окончательно приручив свою подругу, Хранитель опустился на песок. Подумал секунду и вовсе лег на спину.
– Ну вот. Напугал девчонку, – сообщил звездному небу. Оно на заявление никак не прореагировало. – Хотя, с другой стороны, ей надо привыкать. Не у меня одного такие заскоки. Взять хоть Мидьяра, да и Ровена в этом плане тоже хороша… – Взяв горсть песка, медленно пропустил его сквозь пальцы, наблюдая за падением песчинок обратно. – Жить-то на первых порах ей у нас придется. Так что на Хранителей после Единения насмотрится еще.
Поднялся и пошел обратно – к костру, теплу и команде. Зайдя под деревья, резко остановился и, несильно ударив кулаком по сосне, прошипел: «Сорочка еще эта… И обостренные реакции организма после Единения. Что ж ее именно в это время купаться понесло?»
Глава 4
Дорога: шаг второй
Путь возникает под ногами идущего.
Утром мы вопреки обыкновению не сорвались в путь с рассветом, а решили немного отдохнуть.
Так что сейчас Гиз с Армирином тренировались где-то на соседней поляне. Лиссу колдовала над обедом, а Мари что-то сосредоточенно чертила в блокноте. Опять формулы, наверное…
– Леди Александра! – послышался приятный баритон Лирвейна. Оглянувшись, смело встретила взгляд приближающегося ко мне Хранителя. – Я бы хотел с вами поговорить.
– Конечно, – кивнула в ответ, стараясь не краснеть. Все же самообладание самообладанием, но снова встретиться с ним взглядом и даже не смутиться я была не в силах.
Мы отошли на край поляны, и я присела на бревнышко. Хранитель опустился рядом.
– Начну сразу. Неужели никто не говорил, что нельзя провоцировать мага после Единения? Тем более Хранителя. Ведь мы стихию не сразу запираем. И пока она имеет над нами власть, мы, можно сказать, неуравновешенны. На все реагируем. То, что в обычном состоянии вызвало бы, в худшем случае, легкое недовольство, в этом воспринимается гораздо более остро. Чему вас только учили?
– Меня не учили, – прервала я мужчину.
Тот подавился очередной фразой про прискорбное отсутствие элементарных знаний и удивленно посмотрел на меня.
– Как… Совсем ничего не знаете?
– Совсем не знаю. Вообще.
Хранитель подскочил с нашей импровизированной лавки и начал нервно мерить шагами площадку перед бревном. Остановился и полуутвердительно спросил:
– Но Дар не спит? Вода вчера это ощутила и приняла тебя как Посредника.
Тут я отвела глаза и тщательно подумала над ответом. О Рыжем говорить не хотела, да и рассказывать о своих, пусть даже скромных, возможностях считала излишним.
– Дар пробужден, но я практически ничего не умею. Да и слабый он… – тщательно подбирала слова, стараясь не сболтнуть лишнего.
Хранитель прекратил мельтешить перед глазами и вернулся на нашу импровизированную скамейку. Вытянул длинные ноги и, подумав минуту, произнес:
– Значит, вам придется давать гораздо больший объем информации, чем я думал. Как с остальными науками? – Поймав мой вопрошающий взгляд, Лирвейн уточнил: – Физика, химия, высшая математика и биология. Это основные.
– Общеобразовательный уровень. И учителя особо… хм… не усердствовали.
Новость Хранителя не обрадовала. Ну что поделаешь…
Он провел рукой по волосам, растрепав низкий хвост, посмотрел на садящееся за лес солнце и протянул:
– Значит, так… С завтрашнего дня начнем обучение. По два часа на магию общего направления и два на целительство. Я поговорю с Лиссу. – Оторвал взгляд от небесного светила и посмотрел на меня. – Надеюсь, возражений нет? Так как манкировать этим не получится.
Смотря в прозрачные серые глаза, медленно покачала головой.
– Отлично. – Хранитель немного сдвинулся в мою сторону и откинулся на ствол дерева, который был у него за спиной. – Сегодня я вам объясню подоплеку вчерашних событий. Во-первых, вам же говорили, чтобы вы не шли на озеро?
– Я не расслышала тогда.
– Тем не менее. Значит, так… – Лирвейн ненадолго замолчал, потом со вздохом продолжал: – Я, как и любой Хранитель, должен время от времени сливаться со своим источником. Особенно если идет большой расход сил. Вы же не думаете, что отсутствием эксцессов в пути мы обязаны исключительно госпоже удаче? – иронично поинтересовался блондин, отвечая на не высказанный мною вопрос. – Вернемся к нашей теме. Итак, в момент Единения мы берем чистую энергию с волей и желаниями. Нужно время, чтобы преобразовать ее в свою.
– То есть от момента Единения до полной адаптации силы нельзя колдовать? – решила уточнить.
– Почему? Можно. Просто до полного усвоения энергии возникает эффект легкого… опьянения. Наверное, это самый подходящий термин, – задумчиво почесал нос Хранитель. – С мага падают некие внутренние запреты. То есть он делает то, что хочется, не принимая или не желая принимать в расчет возможные последствия.
Мы недолго помолчали. О чем думал Лирвейн, не знаю, но я просто сидела, пытаясь ухватить за хвост вопрос, который никак не хотел ловиться. Получилось.
– А как брать энергию?
– Если у Хранителей, то при физическом, тактильном контакте. Если из окружающей среды, то везде, где найдете, – улыбнулся он.
– А как технически выглядят обязанности Проводника?
Хранитель удивленно вскинул белую бровь, потом тихо рассмеялся.
– Постоянно выпускаю из вида ваше невежество в этом вопросе. Уникальность человека с таким Даром состоит не в том, что вы можете отдавать свою силу в энергетическую оболочку планеты, это сумеет любой маг, а в том, что вы в силах работать со всеми стихиями. Даже одновременно. Вы не сгорите. Да и потенциал гораздо больше, чем у любого волшебника. Проводник в расцвете сил и знаний стоит десятка архимагов.
– А Хранитель? – задала каверзный вопрос я.
– Тоже, – хмыкнул Лирвейн. – Но мы ограничены одной стихией и небольшими возможностями в общей магии.
– Ясно. Спасибо за информацию. – Я встала с бревнышка, давая понять, что мы закругляем разговор. – Предлагаю начать занятия завтра утром. Часов в десять.
– Это будет оптимальный вариант, – согласился со мной мужчина.
В легкой задумчивости я медленно пошла к костру, оставив Лирвейна за спиной, потом встряхнула головой, отогнав от себя мысли, но пообещала к ним вернуться.
Около костра Мари демонстрировала свои познания в кулинарной области, Армирин что-то рассказывал, причем, судя по благосклонному виду подруги, это было ей интересно, Гиз полировал и так идеальный меч, а Лиссу сидела в стороне, закрыв глаза и запустив пальцы в траву. Медитировала.
Переключив зрение, я наблюдала, как целительница аккуратно манипулирует зелеными лентами. Хм… Это не совсем медитация, она сплетает их, распутывает, даже крутит вокруг своей оси. Интересно… К ней подошел Хранитель и, подключившись, вплел серую ленту Стали. Видимо, не хватало только этой детали, так как сила сразу сплелась в какую-то замысловатую фигурку и уже не пыталась никуда удрать. Волшебница распахнула голубые глаза и, увидев сидящего напротив Хранителя, покраснела и поблагодарила его за помощь. Наблюдать за ними почему-то было неприятно, и продолжать смотреть я не стала.
После мы поужинали и расползлись по постелям. Я снова решила поразмышлять над ситуацией, так как в ней появились новые константы, которые необходимо было учесть. Итак, по новым, не вызывающим оптимизма данным, даже если я благополучно доберусь до дворца, там меня ждет развеселый аттракцион под названием «обуздай стихию», причем сие удовольствие мне предстоит испытать аж восемь раз. Но ничего! Как говорится, не рискуя, мы рискуем в сто раз больше, в моей ситуации это и вправду так. Если сложу лапки, пойду ко дну, а делать это, пока не освою стихии Воды или Ветра, крайне нежелательно.
С завтрашнего дня начнутся занятия с Хранителем и целительницей. Нужно извлечь из этого максимум. В конце концов, я благодаря Амалии никогда не знала проблем, и жить было легко и весело. А теперь нужно будет мозги поднапрячь и побегать.
Вздохнув, перевернулась на живот и, слегка прогнувшись в пояснице, потянулась. Из леса тянуло прохладой и запахом хвои. Пели птицы, где-то куковала кукушка. Было искушение задать ей извечный вопрос, но я его подавила. Не стоит в таком важном деле, как продолжительность жизни, полагаться на мнение этой ветреной птицы.
Я перевернулась и снова стала думать свою нерадостную думу. Во всем этом есть еще одна немаловажная деталь. Если мне удастся стать полноценным (и, главное, живым!) Проводником и, как следствие, Императрицей, смогу ли я править? Ведь если учитывать положение в стране, кровь проливать придется. Смена правителя никогда не проходила абсолютно гладко. Недовольство надо давить в зародыше, причем как можно жестче, дабы другим неповадно было. А что я… Обычная полудеревенская девушка. Только что Дар да нужная наследственность есть. Смогу ли… быть жестокой?
Вдруг позади раздался негромкий голос:
– Почему не спите, принцесса? – Повернувшись, посмотрела на сидящего у огня Лира. Он подкинул в пламя полешко. – Завтра предстоит трудный участок пути, вам надо отдохнуть.
– Думаю, – невесело улыбнулась мужчине.
– Не надо, – посоветовал Хранитель. – Если позволяет ситуация, думать нужно на свежую голову.
– В том-то и дело… – Села и, запустив руку в волосы, несильно потянула. – Ситуация не позволяет терять время.
– Александра, – Хранитель повернулся ко мне, – все, что вы сейчас можете сделать полезного, – это выспаться. Поверьте, в дальнейшем вам такая возможность выпадать станет крайне редко.
В его словах есть резон. Сейчас я только извожу себя думами, не в силах что-либо сделать.
– Воспользуюсь вашим советом, – опустилась обратно на импровизированную постель. – Спокойной ночи, Лирвейн.
– Хороших снов, леди, – негромко откликнулся он.
Утром меня разбудила Лиссу, и, на скорую руку позавтракав, мы тронулись в путь. Выехав из леса, мы пересекли небольшую возвышенность и оказались в низине. Туман все еще стелился по земле пушистым одеялом, которое пока не собиралось рассеиваться. Ветер забирался под одежду прохладными пальцами, заставляя жалеть, что не надела лишнюю кофту.
Над горизонтом уже цвел яркими красками рассвет, в воздухе кружил сладкий запах поздних цветов. Конец лета… Через месяц лиственные деревья сменят наряды, и только хвойные останутся в зеленых платьях.
Незаметно наступило время занятий.
По обоюдному согласию, мы решили расположиться в карете. Лирвейн вдруг пристально на меня уставился. Смотрел, наверное, с минуту, причем с каждым мгновением я чувствовала себя все более неуютно.
– А теперь начистоту, леди, – наконец произнес Хранитель. – На вашей ауре есть следы использования силы, так что не надо пудрить мне мозги. Лучше расскажите, что вы умеете. Надо знать, от чего отталкиваться.
– Немного, – осторожно начала, тщательно подбирая слова. – Могу видеть энергетические ленты, огонь на уровне искр.
Хранитель довольно улыбнулся и, откинувшись на мягкую спинку сиденья, продолжал:
– Уже хорошо. Так что сейчас займемся азами защиты. Как физической, так и ментальной. Начну с основ. Что такое магия? Это воздействие нашего мозга на окружающую реальность. Что есть мир вокруг нас? Это энергия, волны, колебания, резонансы и так далее. Как вы знаете, основная масса людей использует свой мозг от силы на семь – двенадцать процентов. Вот где сила магов! – Он провел пальцем по лбу. – И если мы не используем открывшиеся возможности, то сходим с ума. Так что истина «ученье – свет» приобретает совершенно иную окраску. Потому как неученье для нас – безумие. Сейчас вы станете активно использовать свой потенциал, в связи с этим начнется преобразование разума, и потому в организме будет выделяться большее количество гормонов. Поэтому не удивляйтесь некоторым… хм… нетипичным для себя реакциям.
– К примеру? – настороженно спросила я.
– Разное, – почему-то отвел взгляд Хранитель.
– Гормоны, говорите… То есть адреналин и прочие прелести? Склонность к риску, перепады настроения и обостренные реакции тела?
Лирвейн согласно кивнул головой, подтверждая мои выводы. Захотелось выругаться, хоть это и не подобает девушке.
– Пока вы не будете работать напрямую со стихиями как Проводник, это не будет так сильно выражаться. Да и продлится не так уж долго, – задумчиво продолжал мужчина.
– Сколько? – почти прошипела. – Сколько длится перестройка мозга и нервной системы?
– Когда вы инициировались?
– Почти восемь лет назад.
– Не самостоятельно, так ведь? – чуть прищурил серые глаза Лир. – Кто помог?
Тут настала пора удивляться мне.
– Откуда вы знаете?
– Дело в том, что доброжелатель отчасти запечатал силу обратно. Все это время вы могли пользоваться лишь небольшой ее частью. – Хранитель не сводил с меня глаз. Такая ситуация, может, и польстила бы мне, но в другой обстановке. Наше занятие с каждой минутой все больше напоминало допрос. – Очень хорошо, что это произошло. Потому как неконтролируемый Проводник может натворить много бед. – Лир одарил меня еще одним замораживающим взглядом. – Так кто, леди?
– Давайте не будем лезть туда, куда нас не пускают, – с намеком произнесла я. Откинула косу за спину и как можно более очаровательно улыбнулась. М-да… Не подействовало. Ледыш-ш-шка!
– Как скажет прекрасная леди. – Тон Хранителя был ровным, но в серах глазах на мгновение сверкнула искра насмешки.
– Так сколько времени нужно на приведение в норму моего состояния? – вернула его к очень животрепещущей для меня теме.
– Обычно от года до полутора, – «обрадовал» меня блондин. – Но, учитывая обстоятельства, я думаю, у вас впереди сложные только полгода.
– Все равно звучит не оптимистично.
– Кто ж спорит, – пожал плечами Лирвейн. – Давайте вернемся туда, откуда начали.
Следующие полтора часа в меня старались вбить основы плетения кружева заклинаний. В те моменты я особенно жалела, что считала вязание крючком ерундистикой и не захотела освоить сию науку, когда предлагали. Сейчас было бы легче. Стоит признать, что учителем Хранитель оказался хорошим. Понятно объяснял, показывал и повторял, если я не понимала. Но тем не менее по окончании урока чувствовала себя как выжатый лимон, с которого вдобавок срезали цедру.
После небольшого перерыва и обеда за меня взялась Лиссу. Оказалось, что главное – это уловить принцип действий. К концу занятия я уже вполне могла заживлять мелкие царапины, синяки, снимать усталость в мышцах и притуплять болевые ощущения. Основное, что надо было знать в целительстве, – это строение тела человека и причину тех или иных реакций. К примеру, чтобы убрать царапины и синяки, нужно ускорить регенерацию и обновление клеток, чтобы снять мышечную боль, надо рассосать молочную кислоту, скопившуюся в непривычных к таким нагрузкам тканях, ну а с болью вообще просто – нужно притупить чувствительность нервных окончаний.
Как оказалось, магия – это та отрасль науки, в которой не разберешься без хотя бы минимальных знаний в остальных.
За занятиями, отдыхом от них и разными думами пролетел день. Ближе к вечеру, когда солнце уже касалось деревьев, мы наконец увидели деревню, раскинувшуюся на берегу довольно большого озера.
Деревенька была очень приятная, чистенькая и, похоже, довольно зажиточная. Люди в ней тоже были очень приветливы. Судя по всему, у них как раз набирал обороты какой-то праздник, потому как жители были уже изрядно навеселе. Вспомнив, какое сегодня число, я поняла, что не ошиблась. Яблочный Спас.
Из прошлого общения с деревенскими жителями сделала вывод, что отвертеться от участия нам не удастся. Песни, пляски, костры и сидр рекой. Как давно мы не веселились от души! И ведь еще долго не придется… Так, о грустном не будем!
Расположились мы в неплохом трактире.
Схватив за руку Мариоль, я утащила ее в выделенную нам комнату.
– Дорогая подруга! – торжественно начала я. – Как тебе уже известно, в деревне праздник, и мне кажется глупостью в это время киснуть в комнатах.
– И каких активных действий ты от меня ожидаешь? – иронично вскинула темную бровь подруга.
– Хранитель. Если не захочет, то все нам обломается.
– А вот тут я тебе не помощник, дорогая моя, – развела руками Мариоль. – И вообще инициатива наказуема. А сейчас извини, мне кое-что закончить внизу надо.
С этими словами Маришка быстренько выскочила за дверь, оставляя меня наедине с моим, несомненно, блистательным интеллектом обдумывать план убеждения противного блондина.
Не поняла… Лирвейна мне, что ли, уговаривать? Не хочу! Чтоб тебя, подруженька!.. И как прикажете его агитировать?
Если честно, то первое, что подумалось, было: «А оно мне надо?», но отступать поздно. И никого, кроме себя, винить нельзя.
Так, что мы имеем? У нас есть Хранитель Воды в количестве одной штуки и невезучая принцесса, которой не помешало бы контролировать свой длинный язык. Ну или хотя бы думать, что и где говорит. Яблочный Спас. Деревенский праздник, справляется в поле, где люди провожают лето и встречают художницу-осень, которая меньше чем через месяц уже раскрасит все вокруг, не жалея палитры и ярких красок. Как же хочется попасть на праздник…
Подойдя к окну, задумчиво потеребила кончик косы, затем прислонилась лбом к прохладному стеклу. Вдруг раздался негромкий стук, и, отворив дверь, в комнату вошел Хранитель. В отличие от меня, все еще грязной и пыльной с дороги, блондин уже успел переодеться и освежиться. Убранные в высокий хвост волосы опять сверкали снежной белизной, а глаза арктическим льдом. Одет он был только в рубашку с расстегнутым воротником и серые штаны. Лирвейн закрыл дверь и, скрестив руки на широкой груди, прислонился к стене прямо напротив меня. И молчал.
Через полминуты мне стало неуютно, через две откровенно боязно. Ну правда! Заходит, не говорит ни слова и при этом мерит таким взглядом, что мне сразу захотелось на солнце! Нет, ну правда, ледышка!
– Уважаемый Хранитель, чем я обязана счастью вас лицезреть? – не иначе как от испуга высокомерно и официально начала я.
Лир вскинул белую бровь и несколько удивленно ответил:
– Леди Мариоль сообщила, что вы хотели меня видеть.
Вот же! У меня нет цензурных слов! Чем эта поганка думала? Я еще не готова с ним говорить.
Что делать? В голове гуляет и спотыкается эхо в поисках мыслительной деятельности.
А что, если… Попытка не пытка!
– Моя подруга действовала несколько преждевременно. Но в любом случае я хотела с вами обсудить одно дело.
Прошла к креслу и плавно в него опустилась, потом жестом пригласила Хранителя занять второе. Лирвейн не стал отказываться и устроился напротив меня.
– Я вас внимательно слушаю.
– Насколько я знаю, мы все равно собирались тут остановиться, тем более что уже вечер и необходимого для прохождения перевала снаряжения нам в данный момент не приобрести, – осторожно начала, внимательно наблюдая за Хранителем.
– Вы правы, леди, – благосклонно кивнул мужчина и снова замолчал, видимо не желая упрощать мне задачу.
– Нас пригласили поучаствовать в празднике, – немного слукавила «леди». – Я склонна согласиться.
Хранитель потер подбородок, задумчиво глядя на меня.
– Как понимаю, вы меня ставите в известность? – Холодно сверкнули прозрачные глаза.
– Нет. Лирвейн, извините, не хотела вас задеть.
Встала, медленно подошла к стене и провела пальцем по висящей на ней картине. Очень живой картине. Пронизанный солнцем лес, залитая полуденным солнцем полянка и маленькая, улыбающаяся во весь рот рыженькая девочка с венком на кудрявой головке. От картины веяло спокойствием, безмятежностью и… счастьем.
На несколько мгновений и мне стало теплее.
– Но поймите и вы. Возможно, это последний праздник в моей жизни. И я хочу им насладиться. Взять все от этой ночи. – Я медленно повернула голову и чуть заметно вздрогнула. Хранитель уже не сидел кресле, а в полутора метрах от меня опирался на стену, задумчиво пропуская сквозь пальцы прядь из своего хвоста.
– Несмотря на то что путешествуем мы инкогнито, опасность все равно есть, а вы и так пренебрегли многими мерами безопасности, когда настояли на поездке верхом.
– Но ничего не произошло! – воскликнула и резко повернулась к Хранителю.
– Леди, ничего не случилось, потому что я контролирую ситуацию, – жестко ответил Лирвейн. – Если к нам кто-то приблизится ближе чем на сто метров, я это почувствую и буду готов.
– Ну так что вам мешает так же поступить сейчас?
– То, что рядом с вами будет уйма народу, – несколько раздраженно произнес мужчина. – Думайте вашей прелестной головкой и не заставляйте меня сомневаться в наличии там серого вещества!
Задохнулась от возмущения, но сдержала рвущуюся фразу. Та-ак, держим себя в руках, делаем глубокий вдох. Ссориться нельзя… Нельзя, я сказала!
Потом Лир, кивнув своим мыслям, отлепился от стенки и пошел к двери. Уже взявшись за ручку, повернулся и, окинув меня, замершую в растерянности, непонятным взглядом, негромко проговорил:
– Хорошо, но не переусердствуй, Александра. И рядом постоянно должен быть кто-то из отряда.
И вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я несколько секунд непонимающе смотрела на безучастное дерево и вдруг почувствовала, что ноги меня не держат. Не сопротивляясь притяжению земли, сползла на пол, обессиленно прикрыв глаза. Тяжело мне это далось, однако…
Но вариантов нет. Одно то, что он согласился, уже достижение. Правда, почему-то у меня стойкое ощущение, что вовсе не мои аргументы заставили его принять такое решение.
Ладно, мотивацию этого непонятного мужчины мне все равно не понять.
Сделала над собой усилие, встала и, на ходу избавляясь от одежды, направилась в ванную комнату. Открыв дверку и увидев исходящую паром горячую воду, мой организм мигом забыл об усталости и рванул к вожделенной водичке. Стянув все еще остававшееся на мне белье, я осторожно ступила на подножку и с блаженным вздохом погрузилась в ванну.
Все-таки насколько чудесно после практически недельной дороги наконец смыть с себя грязь и пыль! Я ведь и не купалась почти… Озеро не считается! Я там только… хм… плавала. Вспомнив великолепное сложение Хранителя, покраснела и помотала беспутной головушкой, вытрясая из нее ненужные мысли. Нет, ну нашла о чем думать!
Встав из теплой водички, я взяла приготовленный по моей просьбе тазик с холодной водой и, зажмурив глаза, вылила его на себя. Завизжав от избытка эмоций, встряхнула волосами и, довольная, собралась вылезать из лохани. В тот момент, когда я одной ногой уже стояла на полу, дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возник Хранитель с мечом в одной руке и странным синим шаром в другой. Полуголый, с всклоченными волосами и горящим голубым светом глазами. Быстро окинув взглядом комнатку, он сосредоточил внимание на моей голой персоне. На лице появилось ошеломленное выражение, а глаза перестали полыхать, вернувшись к своему природному цвету. Правда, серую радужку быстро поглощал черный зрачок.
Реакция у меня оказалась еще быстрее, чем у Хранителя. Повторно поразив своим чудным вокалом окружающих, швырнула в блондина тазиком, который все еще держала в руке. Лирвейн машинально от него увернулся, все еще не отрывая от меня странного взгляда. Огляделась в поисках того, чем можно прикрыться, и, не обнаружив, пожалела, что так неосмотрительно отправила в полет тазик. Потому как я – даже не знаю, как назваться, чтобы мозговую активность не переоценить, – не взяла с собой полотенца! Лирвейн все еще изображал в дверях статую. Так что, гордо встряхнув головой – продуманно, кстати, хоть грудь прикрою! – окончательно выползла из ванны и холодно поинтересовалась:
– Многоуважаемый Хранитель, чем обязана счастью повторно лицезреть вашу персону в такой… хм… нестандартной ситуации? – Красноречиво обвела рукой комнату и его в дверях. На себя показывать не стала, он и так догадается, что я не в церемониальном наряде!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?