Текст книги "Ученица боевого мага"
![](/books_files/covers/thumbs_240/uchenica-boevogo-maga-154205.jpg)
Автор книги: Александра Лисина
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
«Да, – в конце концов решила она. – Он точно что-то искал. Но, кажется, не нашел… Кер!»
Метаморф немедленно поднял голову.
«Что он мог искать? У меня на теле осталось что-нибудь после Занда?»
Крыс озабоченно наморщил нос, словно припоминая те далекие дни, а потом спрыгнул на подоконник и требовательно пискнул. Айра тут же скинула простыню и снова осталась обнаженной. Только на этот раз больше дрожала от нетерпения, чем от смущения или от врывающегося через открытое окно прохладного ветра. А затем, подчиняясь мысленному посылу друга, медленно повернулась, чтобы умный зверек сам определил, какие отметины на ее теле стоило считать подозрительными, а какие – нет.
Неожиданно Кер взволнованно пискнул.
Айра изогнулась, пытаясь понять, на что направлен его взгляд и что именно ей нужно скрыть от бесцеремонного мага. Потом досадливо сморщилась, сообразив, что сама не справится, посетовала на то, что господин Лоур не поставил в комнате ни одного зеркала. Но все-таки нашла выход и мысленно обратилась к метаморфу.
«Покажи мне, Кер. Дай взглянуть».
Сперва ей было плохо видно, потому что Айра устала, пока следила за Викраном дер Солленом. Да и Кер, чего скрывать, был не в лучшей форме. Но потом зрение все-таки прояснилось, картинка стала более четкой. Наконец Айра увидела собственную постель, зияющий провал окна, из которого открывался прекрасный вид на академический сад. А потом, хвала Всевышнему, Кер все-таки вспомнил, зачем был нужен хозяйке, и внимательно уставился на ее спину.
Точнее, под левую лопатку, где виднелся старый, поблекший от времени и почти незаметный след. Той самой стрелы, которая, как неожиданно вспомнила Айра, ударила именно в спину.
«Верно, – констатировала она про себя, хладнокровно изучая несомненное свидетельство собственной смерти. – Спереди вышел лишь кончик, а основной удар пришелся именно сюда. Стрела прошла насквозь, через сердце. И если бы об этом кто-то узнал раньше, меня бы, вероятнее всего, приняли за нежить».
Крыс неопределенно пискнул.
«Пожалуй, хорошо, что дер Соллен этого не увидел, – сухо заметила Айра. – Иначе нам пришлось бы долго объяснять, почему я до сих пор жива. Надеюсь, ему не придет в голову рассматривать меня еще и сзади? До полного, так сказать, удовлетворения… ну-ка, иди сюда, малыш. Дай-ка и я теперь на тебя взгляну».
Она подхватила на руки спрыгнувшего с подоконника метаморфа, вернулась на постель и принялась осторожно ворошить серую шерстку, стараясь отыскать подозрительные отметины. Затем перевернула смешно зафырчавшего зверька на спину и так же внимательно оглядела живот, стараясь ничего не пропустить. Однако на малыше никаких следов не оказалось. И это значило, что ниоткуда, кроме как с ее обнаженной спины, узнать правду мастер Викран не мог.
Айра прижала крыса к животу и надолго задумалась.
Дер Соллен не должен был узнать о ее связи с Зандом. Да, о Занде говорят так много плохого, что со стороны кажется, будто он – кровожадный зверь, из Охранных лесов запертый в клетку и отгороженный от остального мира целой армией охранителей. Его боятся. Ненавидят. Его не трогают уже много веков, страшась пробудить дремлющее там Зло.
И никто не подозревает, что на самом деле никакого Зла нет и в помине. Там всего лишь дремлет живое Сердце этого мира. Оно не холодное и не жестокое. Оно умеет сочувствовать и слышать чужую боль. И оно, как ни странно, гораздо милосерднее, чем сердце проклятого мага, для которого в этой жизни нет ничего святого.
– Мы не должны этого допустить, – нахмурилась Айра. – Никто не должен понять, что такое Занд на самом деле. И никто не должен узнать, что я там была. Кер, ты поможешь?
Крыс вопросительно пискнул.
– Я хочу стереть этот шрам, – пояснила девушка, задумчиво хмуря брови. – У меня больше не осталось сил…
«У меня тоже», – выразительно посмотрел на нее метаморф.
– Но дер Соллен придет уже завтра. И до его прихода мы должны убрать этот шрам. Или спрятать… как-нибудь… только так, чтобы он не увидел.
Неожиданно в окно что-то громко стукнуло.
Айра вздрогнула от неожиданности и удивленно уставилась на откатившийся под ноги камешек. Что за чудеса? С каких это пор галька спокойно летает по воздуху и стучится в чужие окна?
Но стук повторился снова, и в комнату, громко звякнув по подоконнику, влетел еще один камень, покрупнее.
При виде его девушка удивленно привстала, но потом спохватилась, поплотнее закуталась в простыню и только потом осторожно выглянула на улицу.
Там, разумеется, было темно. Разбитый вокруг лечебницы парк, конечно же, пустовал, потому что для романтических прогулок при луне было еще рано, а для визитов вежливости уже поздно. Но девушка все равно настороженно оглядела кусты, которые скрывали от взгляда спрятанную в зелени тропку, и едва не вздрогнула, когда оттуда донесся тихий свист.
– Айра?
Девушка, узнав голос, удивленно отпрянула.
– Бриер?!
– Ага, – одетый во все черное парень осторожно выглянул из-за куста и лихо подмигнул. – Тебя так долго не было на занятиях, что я забеспокоился. Как ни приду, тебя нигде не видно, и, что самое ужасное, никто толком не знает, где ты вообще! Я уж хотел спросить у кого-нибудь из ваших, но вчера учитель обмолвился, что ты здесь, вот я и решил узнать, что стряслось.
– Что ж ты у него не спросил, в чем дело? – сухо осведомилась Айра.
– У него спросишь… Ты как? Живая?
– Как видишь.
– А что случилось? Перестаралась с чарами?
– Можно и так сказать, – у нее похолодел голос, а в глаза вернулось прежнее бесстрастное выражение, которое Бриеру очень не понравилось. – Ты как сюда попал?
– Да пустяки, – отмахнулся юноша, выбираясь из кустов. – Учитель в оранжерею отправил за одной травкой и велел без нее обратно не приходить, но забыл, что наша грозная травница уехала в Лир и до ночи не вернется. А я что? Я ж послушный: остался ее ждать… ну, и заодно досюда добежал. Все ж не другой конец света, можно и успеть обернуться, пока она не заявится.
Айра качнула головой.
– Зря. Если господин Лоур узнает, тебе влетит. Мне запрещено выходить из комнаты.
– Что, все так ужасно? – обеспокоился Бриер, подойдя к окну, и вопросительно посмотрел на девушку снизу вверх. Но потом убедился, что ему не показалось, и заметно нахмурился: она выглядела плохо. Так плохо, словно по ней атакующим заклятием ударили, а у нее на тот момент не было ни единого толкового щита. Голос ровный, глаза сухие, губы бледные и потрескавшиеся, а пальцы, которыми она оперлась на подоконник, стали совсем тоненькими. Она будто высохла изнутри. Или же пережила что-то очень страшное.
– Айра? – тихо спросил он, пытаясь поймать ее погасший взор. – С тобой все в порядке?
– Да пока нечем гордиться.
– А почему ты в таком виде? – он выразительно скользнул взглядом по простыне. – Бледная, худущая, будто с голодным вампом повстречалась, кожа скоро просвечивать начнет… тебя что, не кормят?
Айра даже не улыбнулась на его слабую попытку пошутить.
– Просто твой учитель недавно заходил. Кстати, мы с тобой теперь собратья по несчастью – с этого дня он и мой учитель тоже. Здорово, да? Будем отныне часто видеться.
Но Бриер, как ни удивительно, не обрадовался. Напротив, резко переменился в лице и быстро отвел взгляд.
– Вот оно что… прости, я не знал.
– Ничего. Переживу.
– Это из-за метаморфа, да? – невесело спросил парень после минуты тяжелого молчания. – Впрочем, и так ясно… просто не могло быть по-другому. Когда тебя к нам переведут?
– Не знаю. Не спрашивала. А разве должны?
Бриер невесело кивнул.
– После того как… ну, сама понимаешь… теперь тебе нечего делать с первогодками.
– Может быть, – равнодушно пожала плечами Айра. – Мне уже все равно, где быть. Хуже, чем есть, точно не будет.
– Извини. Тебе, наверное, сейчас не до меня… хочешь, я завтра зайду? Или послезавтра?
– Да кто ж тебя пустит?
– Через стену прыгну, – со странной решимостью пообещал парень, дерзко вскинув подбородок. – Ты только скажи когда, и я тут же приду. По себе знаю, как иногда бывает погано, если все вот так… быстро.
Айра покачала головой.
– Не надо. Поймают тебя на этой стене, и будет только хуже.
– А я лазейку нашел. Вчера, когда думал, как к тебе попасть. А сегодня все еще раз проверил – должно сработать. Если, конечно, никто из преподавателей не заметил ее и не заделал.
– Все равно не надо.
– Ты не хочешь меня видеть? – осторожно уточнил Бриер.
– Нет. Не в этом дело. Просто… – она прерывисто вздохнула. – Я не хочу, чтобы пострадал кто-то еще. Хватит того, что нам с Кером досталось. А ты, если мастер Викран узнает, сто раз потом пожалеешь, что вообще ко мне заходил.
Он решительно тряхнул головой.
– Ну уж нет. Вот теперь я точно приду. Только ты жди меня, ладно? Как только стемнеет, я тебя найду, обязательно, – Бриер упрямо сверкнул глазами и, прежде чем она успела возразить, отступил в тень, поразительно быстро пропав из виду.
Айра поджала губы, но высказать свое отношение к этой глупости не успела – дверь в комнату без всякого предупреждения распахнулась, заставив ее поспешно отступить от окна, со спины донесся звук поставленного на стол подноса, а довольный голос господина Лоура торжественно произнес:
– Уже встали? Вот и прекрасно! Я очень рад, что вы так быстро поправляетесь! Время ужина, леди! Не желаете ли салата?..
Идя по коридору лечебного корпуса и заслышав впереди неясный шум, мастер Викран невольно замедлил шаг и сурово сдвинул черные брови.
Что такое? В чем дело? И почему шум такой, словно кто-то от кого-то отчаянно отбивается?
Но в такое время здесь не должно быть посторонних – для первогодок правила нерушимы. Лишь болящих этот запрет не касался: им позволяли по вечерам выходить в прилегающий к корпусу сад. Правда, под строгим надзором лекаря. Однако сейчас в корпусе была лишь одна личность, которая могла стать источником шума. А это значило, что она или не одна, или же произошло что-то такое, отчего кое у кого могли случиться большие проблемы.
Он почти побежал, когда завидел знакомую дверь распахнутой настежь, а затем услышал изнутри звон разбившейся посуды, приглушенный вскрик, тут же сменившийся яростным шипением, и протяжный стон, который был почти сразу перекрыт болезненным всхлипом и отвратительным звуком рвущегося белья.
Мастер Викран огромным прыжком достиг двери, ворвался внутрь, держа наготове огненный цветок и, на всякий случай, призрачную цепь, но увидел у окна бледную как полотно Айру и остановился.
Она стояла, закутавшись в простыню и мелко вздрагивая, будто от сильной боли. Лицо застыло посмертной маской – исхудавшее, с крохотными капельками пота на висках. Волосы растрепались, худенькие плечи были обнажены и сведены непонятной судорогой. Руки с силой прижаты к груди, на которой бился взъерошенный крыс, а заодно придерживали сваливающую простыню, левый край которой уже намок и неприятно отсвечивал красным.
Перед ней на белом полу вызывающе алело несколько лужиц крови, по которым было видно, что сначала она стояла у стола, потом отошла к окну, защищаясь от кого-то или, наоборот, испуганно пятясь.
Глаза у девчонки были все еще расширенными, полными боли, но смотрела она не на ворвавшегося ураганом мага, а на совсем еще молодого, рыжеволосого и конопатого парня, стоящего возле опрокинувшегося на пол подноса и судорожно сжимающего кулаки.
Викран дер Соллен в два шага настиг испуганно застывшего парнишку и, ухватив его за ворот мантии, властно тряхнул.
– Что здесь происходит?!
На него уставились совершенно ошалелые глаза, в которых плескалось больше испуга, чем злости или ярости. А потом появилось запоздалое понимание, узнавание, наконец – еще больший испуг, зато кулаки мгновенно разжались. После чего парень икнул и как-то разом обмяк, словно лягушонок, попавший в логово голодной змеи.
Кажется, он совсем не ожидал, что в комнате появится посторонний, поэтому смотрел на боевого мага со смесью паники, ужаса, но вместе с тем и странного облегчения.
– Что тут происходит, я спрашиваю?!
Парень вздрогнул и, запинаясь, пролепетал:
– Д-добрый вечер, лер. Я н-не знал… зашел отнести ужин… г-господин Л-лоур сегодня з-задержался и п-поэтому п-попросил меня…
– Ты кто такой? – недобро сузил глаза мастер Викран.
– Эйл… Эйл де Визо… л-лер. Я на втором к-курсе учусь.
– А здесь что делаешь?!
– Я… провинился, лер, – наконец справился с голосом юноша. – Меня отправил сюда лер Легран, чтобы я научился правильно формировать целебные заклятия. Это совсем не то, что вы подумали: я просто ужин принес! Меня никто не предупредил насчет крысы! Я зашел, поставил на стол, а она как прыгнет… я думал, простая! Собирается ужин мой… то есть не мой, конечно… сожрать! Хотел ее пнуть, а она как зарычит…
Викран дер Соллен перевел взгляд на злобно шипящего Кера, затем на вздрагивающую девушку, с трудом удерживающую его на руках. А потом додумал все остальное и, отпустив перепуганного парня, гораздо спокойнее спросил:
– Ты его ударил?
– Нет, лер, – слегка перевел дух Эйл. – Он так быстро отскочил, что я не успел. Но он почти сразу попытался напасть, так что мне пришлось отбиваться…
– Он тебя ранил?
– Нет, – парень пугливо покосился на крыса.
– Тогда в чем дело? Что у вас был за шум?
– Я… – Эйл прикусил губу. – Я в сторону отскочил, когда он прыгнул, а она его поймать хотела… наверное. Мы столкнулись, лер. И я упал. Но из-за этого крыса промахнулась.
Мастер Викран быстро опустил взгляд и уперся в кричаще-алые пятна на полу. Затем посмотрел на замершую возле окна девушку, которая ничем не подтвердила, но и не опровергла этот сумбурный рассказ. Впрочем, нет, ему не показалось – простыня на ее левом боку разорвана и насквозь пропиталась кровью. Метаморф до сих пор пребывал в бешенстве, его когти были в крови – длинные, изогнутые, совсем не крысиные…
Маг властно оттеснил заметно съежившегося парня – сопляк не соврал. Именно из-за него эти когти с размаху полоснули не по его лицу, а по обожаемой, хрупкой, ослабленной хозяйке, рискнувшей кинуться наперерез любимцу, но не успевшей, подобно пацану, отскочить в сторону. Или же это парень так неудачно отскочил, что толкнул ее на взбешенного крыса? Теперь уже не важно. Главное, что этот неуклюжий болван едва не попал под удар сам, да еще и девчонку подставил, а сейчас даже не понимает, насколько близок был к опасной грани.
Викран дер Соллен хлестнул по пареньку злым взглядом и коротко велел:
– Вон!
– Да, лер, – пролепетал юноша и выскочил в коридор как ужаленный.
Маг, не дождавшись, пока за ним захлопнется дверь, подошел к вздрагивающей, словно от холода, ученице и так же коротко велел:
– Повернись.
Айра, будто не услышав, не пошевелилась. И не отреагировала, когда он властно взял ее за плечо и развернул к себе насильно. Конечно же, не увидела, как у него вытянулось лицо при виде ее изодранной спины, и почти не ощутила, как дрогнули у него пальцы.
Маг замер, рассмотрев расползшуюся в клочья простыню – со спины она пропиталась кровью почти вся. Глядя на нее спереди, он просто не заметил, что все настолько плохо. Кажется, метаморф ударил ее сразу всеми лапами с двадцатью отточенными до бритвенной остроты когтями. Инстинктивно вцепился, вогнав их глубоко под кожу, а затем не удержался и буквально съехал вниз, срезая кожу, будто ножом. Неудивительно, что девчонка не может даже пошевелиться – во время болевого шока люди могут долго не замечать, что потеряли руку или ногу. А то и меч в собственной груди не почувствуют. Странно, что она еще стоит на ногах.
Он подавил рвущееся наружу ругательство и так же сухо велел:
– Садись.
Не помогло: Айра не сдвинулась с места. Ему пришлось усаживать ее самому, а затем торопливо ощупывать изуродованную спину, опасаясь, как бы от боли ученица не начала биться в истерике или, упаси Всевышний, снова не потеряла сознание.
– Сейчас будет неприятно, – хрипло бросил он, но Айра снова не услышала – невидящим взором смотрела только перед собой и все так же странно вздрагивала, словно изо всех сил удерживала бьющийся внутри крик. А когда маг приложил к израненной спине теплую сухую ладонь, даже не пошевелилась. Хотя, как ему показалось, все же заметила. – Потерпи, это недолго.
Она неожиданно кивнула, но так слабо, что он не был уверен. И все то время, пока кожу немилосердно жгло исцеляющее заклятие, просидела в неестественной позе, судорожно вцепившись в крыса и до крови прикусив губу. Лишь когда маг закончил, а на спине не осталось ни крови, ни ран, ни шрамов, она будто всхлипнула, содрогнулась всем телом и внезапно согнулась пополам.
– Спасибо, малыш…
Мастер Викран замер, услышав этот сдавленный шепот, но она больше ничего не сказала – так и сидела, уткнув нос в серую шерстку, и, кажется, беззвучно плакала. А когда нашла в себе силы снова выпрямиться, то даже не обернулась, будто забыла о том, что в комнате есть кто-то еще.
Мастер Викран какое-то время стоял, отирая о кусок простыни испачканную руку. А затем всмотрелся в лиловую прядь на ее голове, которая наконец стала видна целиком, медленно наклонился и осторожно ее высвободил, пройдясь пальцами от макушки до самых кончиков волос.
Затем так же молча взглянул на притихшего метаморфа, невольно сравнив лиловую полоску на его мягкой шкурке. Припомнил, что и у волчицы видел именно такую. На какое-то время задумался, перебирая в ладони шелковистый локон, но вдруг почувствовал на себе пристальный взгляд и, вздрогнув от неожиданности, быстро поднял голову.
Метаморф сидел на руках хозяйки совершенно неподвижно – некрупный, все еще взъерошенный, с чуть приподнятой шерсткой на загривке. И смотрел на задумавшегося мага остро, внимательно, неотрывно и так недобро, что охранитель выпустил непослушную прядку и позволил ей упасть хозяйке на спину. А сам с удивлением всмотрелся в диковато расширенные, полыхающие все тем же сиреневым пламенем глаза, однако видел в них далеко не звериный разум, понимание и вполне понятный вопрос.
Тот, который отвернувшаяся Айра не стала задавать ему вслух.
«Что тебе надо? – молча сказала она, глядя через Кера на его неподвижное лицо. – Зачем мы тебе понадобились?»
Мастер Викран отступил на шаг и негромко велел:
– Ложись. Нам предстоит много работы.
Айра, не поднимая глаз, кивнула и беспрекословно легла на постель, прикрыв тяжелые веки. Она не сказала ни слова, когда он приложил прохладные пальцы к ее вискам, однако на этот раз успела почувствовать, как от его рук идет слабое, ненавязчивое тепло, от которого само собой успокаивалось громко колотящееся сердце, становилось спокойнее и легче. А потом наконец пришло и запоздалое понимание, что это никакое не вторжение в ее личное пространство, не попытка взломать щит, а всего лишь еще одна лечебная процедура, требующаяся для скорейшего восстановления ее ослабленной ауры.
Айра тихо вздохнула, напряженно гадая, зачем бы ему понадобилось тратить свои силы, но потом решила, что это не имеет особого значения. Хочет – пускай делает. Она не станет его радовать благодарностями или вопросами. Тем более что это, скорее всего, просто еще один приказ директора, а дер Соллен, как уже выяснилось, хорошо умеет их выполнять.
Все время, пока он работал, она угрюмо молчала, терпеливо вынося осторожные прикосновения, а затем незаметно появившийся легкий, но постепенно нарастающий гул в ушах, от которого потяжелел затылок. Правда, на внезапный вопрос, не стало ли ей хуже, отрицательно качнула головой.
Потом маг ушел, снова не попрощавшись и ничего не пояснив, но Айре этого и не требовалось: все, что хотела, она уже узнала. Все с той же отстраненностью подумала, что, кажется, самое неприятное миновало. И только потом позволила себе обмякнуть, потрогать горящую, как в огне, лопатку и, ласково погладив ставшего несчастным крыса, тихонько прошептать:
– Вот и все, мой хороший. Мне уже совсем не больно…
Бриер не обманул: едва гонг подал сигнал к отбою, как возле лечебного корпуса послышались его осторожные шаги, а затем раздалось деликатное постукивание по ставню.
– Айра? Ты не спишь?
– Нет, – со вздохом отозвалась девушка, открыв окно и с укором посмотрев на мнущегося парня. – Чего тебе дома не сидится? Делать больше нечего, как охранные заклятия по ночам тревожить? Или все равно, во что тебя превратит учитель, если увидит нас вместе?
– Плевать, – сухо отозвался Бриер. – Одним зачетом больше, одним меньше. Ну что? Не замучили еще лекарствами?
– Не успели.
– Как себя чувствуешь?
– Ты вчера спрашивал, – напомнила Айра.
– И сегодня тоже спрашиваю. Вдруг тебе стало хуже?
– Нет, не стало, – слабо улыбнулась она, присев на подоконник, отчего голова Бриера оказалась как раз на уровне ее коленей. Потом поймала вспрыгнувшего на руки Кера и хмыкнула, когда его любопытная мордочка потянулась к гостю. – А ты упрямый. И безрассудный, как мальчишка.
Бриер тихо фыркнул.
– Лучше сказала бы, что настойчивый и смелый. Похвалила бы, спасибо сказала, что не бросаю тебя одну…
Айра улыбнулась чуточку шире.
– Спасибо. Честное слово, я рада тебя видеть.
– Хочешь, погуляем?
– Мне нельзя. Да и упасть могу: меня ноги еле держат.
– А я тебя поймаю, – с энтузиазмом предложил Бриер. – К тому же мы далеко не пойдем, а если лер Лоур заявится с проверкой, то ты всегда можешь сказать, что не удержалась на подоконнике и вывалилась наружу. Мол, голова закружилась или Кер, к примеру, столкнул.
– Что я, дурная, чтобы падать с первого этажа на какие-то грядки?! И как ты себе представляешь, что это сделал Кер?!
– А вот так, – Бриер неожиданно схватил ее за руку и дернул, отчего Айра действительно не удержалась и вывалилась наружу. Правда, на землю не упала – парень ловко подхватил, а затем осторожно опустил на землю, с хитрой улыбкой отступив и выжидательно уставившись на ее растерянное лицо.
– Ты… ты что сделал?!
– Спас тебя из страшного заточения! – хихикнул парень.
– Но я же не одета! И босая! – от возмущения Айра даже позабыла про недавнюю апатию и испытала сильное желание стукнуть старшекурсника по макушке.
Он тем временем порылся в кустах и вытащил оттуда теплый плащ и приличного вида башмаки, которые с невозмутимым видом поставил перед девушкой.
– На.
– Бриер!
– Что? – делано удивился он. – Что не так? Я жизнью рискую, чтобы ты смогла проведать Иголочку, а вместо благодарности что получаю? Твой игольник, между прочим, уже за круг выбрался. А второй… даже не знаю, как и сказать.
– Что такое? – похолодела от внезапной мысли Айра. – Что с Шипиком?!
– Не знаю никакого Шипика, но ты сама должна это увидеть. Возле стены сейчас такое творится…
– Ч-что случилось? Что с ними?!
– Да не бойся, нормально все, – хмыкнул Бриер, ненавязчиво подталкивая ее в сторону оранжереи. – Я просто подумал, что тебе надо проветриться, а игольнику – увидеть тебя живой и здоровой, пока он, в смысле они, не разнесли нам весь двор.
Полная дурных предчувствий, Айра торопливо напялила башмаки, от волнения даже забыв поинтересоваться судьбой их прежнего владельца. Закуталась в плащ и, подхватив с подоконника крыса, кинулась прочь, на ходу строя самые ужасные предположения.
Бессовестная, безответственная, эгоистичная и глупая девчонка! Как она не подумала об игольнике, о листовике? Как посмела даже не навестить за эти два дня?!
Иголочка, Листик, Шипик… боже мой! Они же там совсем одни! Смертоносные и такие… уязвимые. Кто за ними присмотрит? Кто накормит, если они никого, кроме нее, близко не подпускали?! А Иголочка еще и в охранном круге!
Айра в ужасе помчалась так, что споткнулась и едва не упала. Хорошо, Бриер вовремя подхватил и со смехом сказал:
– Да не беги ты. Все успеем, не волнуйся. И все с ними в порядке! Я проверял!
– Да? – недоверчиво покосилась на него запыхавшаяся девушка.
– Точно тебе говорю.
Еще на подходе к оранжерее, Айра почувствовала, что с ней что-то не так: оранжерея больше не была похожа на разноцветную игрушку, загадочно подсвеченную изнутри магическими огоньками. В ней если и остались крохотные светильники, то так мало, что их едва хватало, чтобы подсвечивать контуры гигантской теплицы, тогда как все остальное пространство было погружено в недобрую, пугающую темноту.
Более того, эта темнота не только заполонила оранжерею изнутри, но стекала по стеклянной крыше, сползала на пожухлую траву, чего мадам Матисса никогда прежде не допускала. А потом сплошным ковром расходилась далеко в стороны и вязкими щупальцами забиралась на высокую кирпичную стену, закрывая ее почти до самого верха.
Только подойдя ближе и заметив неясное шевеление на страшновато изменившейся стене, услышав тихий шелест листьев и почувствовав знакомое томление в груди, Айра вдруг поняла, что именно видит.
– Всевышний…
– Ага, – довольно кивнул Бриер. – Я, когда обнаружил это безобразие, сперва даже не поверил. А учитель… ух, видела бы ты в тот момент его лицо!
Она сделал навстречу стене несколько мелких шагов, но потом не выдержала и позвала:
– Шипик?!
Бриер инстинктивно отпрянул, когда стена зашевелилась, мгновенно расправив листья, выставив наружу сотни и тысячи колючек, причем сразу вся – от крохотного уголка, где Айра когда-то спрятала слабый росточек, вплоть до далекого поворота, за которым тоже продолжалась насколько хватало глаз.
Девушка сдавленно охнула, запоздало подумав, что оставшийся без присмотра игольник был вынужден в последние дни искать себе пищу сам. Но, поскольку никто о нем не знал, а питался он исключительно магией, то и искал в первую очередь поблизости именно ее.
А где он мог спокойно взять силы для роста? Правильно – только на отделявшей первогодок стене, защищенной очень питательными заклинаниями.
Айра перевела диковатый взгляд на оранжерею и только сейчас поняла, что Шипик не забыл позаботиться о матери: когда стало ясно, что с хозяйкой случилась беда, он пробил своими иглами магически защищенное стекло, вернее, сначала он выпил с него всю защиту и те огоньки, до которых смог дотянуться. Затем разрушил внешнюю стену и позволил Иголочке выбраться из эльфийского круга. После чего она тоже стремительно разрослась и заполонила собой остальную часть стены, сделав ее по-настоящему неприступной.
– Боже мой… Иголочка!
На голос хозяйки игольники отреагировали мгновенно: заволновались, выпустили наружу несколько десятков чувствительных усиков и потянулись к ней сразу всеми своими отростками. Под тихий возглас отпрянувшего Бриера окружили девушку со всех сторон. Нежно обняли. Прильнули. И осторожно коснулись одним из шипов заросшей ранки на ее ладони.
Айра протянула сразу обе руки, бестрепетно следя, как шипы бережно вошли в ранки, погрузившись туда до самого основания.
– Айра! – испуганно вскрикнул юноша. – Ты что делаешь?!
Она не ответила. Только Кер, пушистой лентой обвившийся вокруг шеи, предупреждающе заворчал и выразительно сверкнул такими же лиловыми, как листья игольника, глазами. Дескать, не лезь: она просто лечится, восстанавливая ауру и собственные силы, как когда-то делала это внутри Дерева Огла.
– Погоди… я сейчас, – прошептала замершая во внезапном озарении девушка. – Это не больно… на самом деле он мне помогает… отдает то, что успел накопить. Свою силу. Магию. Он чувствует, что мне это нужнее.
– Шипик?! Вот это – Шипик?!
– Да. Не мешай, пожалуйста. Дай нам время.
Бриер остановившимся взором проследил за тем, как отростки игольника ритмично запульсировали, а через них в ладони Айры начал вливаться мягкий сиреневый свет. Как тем же светом загорелись глаза у довольно жмурящегося метаморфа. Как вспыхнула лиловая полоска на его загривке. И мягко засияли ее волосы, как раз там, где их когда-то коснулся сок игольника.
Бриер ошеломленно оглядел буйную поросль, которая, кажется, вся сосредоточилась вокруг истощенной девушки. Закрыла ее собой, окружила, спрятала. И до последней капли отдавала сейчас самое драгоценное, что только имела.
– Вот и все, – наконец вздохнула Айра, открывая глаза и опуская руки. – Мне уже лучше. Спасибо, Шипик, ты спас мне жизнь.
Игольник игриво пощекотал ее усиками и так же осторожно высвободил из ладоней шипы, на которых запеклось несколько капелек крови.
К изумлению юноши, он не изуродовал Айре руки. А просто соединился на время с близким ему существом, отдал накопленную магию и мирно свернулся у ног хозяйки, блаженствуя всего лишь оттого, что она была рядом.
– Ну, ты даешь! – оторопело выдал Бриер, когда понял, что все в порядке.
Айра слабо улыбнулась.
– Он у меня славный. Я просто не ожидала, что он так вырастет и рискнет освободить Иголочку из круга.
– Знал бы я раньше, что так все обернется…
– Не стал бы со мной связываться?
– Не в этом дело. Просто… знаешь, я не предполагал, что он может быть таким разумным. Иначе, прежде чем рыскать по округе и задумываться о подкопе, просто попросил бы его меня пропустить.
– А что? – кашлянула Айра. – В следующий раз так и сделай. Заклятий-то наверху уже нет, так что никто не заметит. Хочешь, он перенесет тебя на ту сторону?
– Хочу, – неожиданно согласился Бриер. – Только скажи ему, что я щекотки боюсь. Пусть он… это… не балует, ладно?
Девушка тихо рассмеялась.
– Иди сюда, я вас познакомлю. А потом к Иголочке сходим – она наверняка уже изнервничалась и скоро доберется до главного корпуса, пытаясь вызнать, куда я запропала.
– Как она туда доберется?! – ошеломленно моргнул парень.
– Легко, – вздохнула Айра. – У меня такое чувство, что эти двое весь двор корнями перекопали. Если понадобится, перевернут его вверх дном. И даже твой учитель их не остановит… Ой! Бриер, а как мастер Викран на это отреагировал?
– Нормально, – пожал плечами юноша, осторожно присев рядом. – Признаться, я ждал большего, когда мы впервые увидели, что вся стена теперь сплошной игольник. Причем игольник лиловый, сосущий магию, как вампир – свежую кровь. И это в академии, где полно необученных магов, а остатки заклинаний просто висят в воздухе. На этих остатках твой игольник в ближайшие дни вымахает так, что даже директору будет его не остановить. А учитель…
Айра беспокойно тронула ближайший корешок.
– Что?
– Он пошел прямо к нему, – кашлянул Бриер. – Без оружия и даже без плохонького охранного заклятия. Я тогда подумал, все: или его сожрут, или он кого-нибудь сожрет вместе с корнями. Мадам Матисса только ахнуть успела, а мастер уже был под стеной… да только твой Шипик его не тронул. А учитель позволил установить вдоль стены еще один охранный круг, который сам теперь ежедневно обновляет.
Айра растерянно огляделась, только сейчас обнаружив, что вдоль стены тянется неимоверно сложное охранное заклятие. Причем предназначалось оно не для того, чтобы поранить игольник, если тот вдруг рискнет на кого-то напасть, а для того, чтобы отваживать от него любопытных адептов. При желании Шипик мог легко выпростать ветви за границы охранного круга, что он, собственно, только что и проделал.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?