Текст книги "Волчьи игры. Разбитые грезы. Книга 1"
![](/books_files/covers/thumbs_240/volchi-igry-razbitye-grezy-kniga-1-214179.jpg)
Автор книги: Александра Салиева
Жанр: Эротическая литература, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)
Глава 15
Аврора
Прижимаясь щекой к мужской, глубоко вдохнула в себя озоновый запах дождя, но почти сразу отстранилась, проведя ладонями по груди и плечам серого волка, зарываясь пальцами в пепельные локоны.
– Можно я тебя рассмотрю? – попросила негромко, чуть улыбаясь.
Совсем не улыбаться не выходило. Было так хорошо находиться рядом с ним. В душе расцветала необъятная нежность от его близости.
– Ну, рассмотри, – хмыкнул добродушно, пожав плечами.
Выпустил из объятий, позволяя стоять самостоятельно, взял за руку и повёл за собой в спальню. Уселся на кровати, облокотившись об изголовье, расположив меня у себя на коленях, а после позвонил администратору и заказал еду.
Я же, наконец, принялась рассматривать татуированное тело моего волка. Провела подушечками по основанию шеи, откуда начинался рисунок. По мнимому вороту шли крупные китайские иероглифы, значения которых я, увы, не знала (потом расспрошу!), умело соединённые с остальными. На груди находился злобно оскаленный волк – создавалось ощущение, что он являлся своего рода оберегом, дабы никто не мог ранить сердце его носителя. Самое примечательное – зверь был идеальным отражением второй сущности Романа.
– Кто тебе её делал? – невольно заинтересовалась, накрывая тату ладонью, представляя, будто бы прикасаюсь к нему наяву.
Рука оборотня накрыла мою.
– Будешь себя хорошо вести, познакомлю, – хмыкнул с тёплой улыбкой.
Оказывается, пока я придирчиво рассматривала вязь татуировок, альфа пристально разглядывал меня. Причём так, будто бы искал во мне что-то, только одному ему известное…
– Ты чего как странно смотришь?
Роман одарил ещё одной улыбкой. Так и не ответил, лишь притянул к себе ближе и крепко обнял, шумно вдохнув. Даже растерялась от такого поведения волка. Ещё и в эмоциях у него сейчас царило необычное для него спокойствие и умиротворение. Потёрлась щекой о его грудь и поцеловала в центр солнечного сплетения.
– Я ещё не до конца тебя рассмотрела, – произнесла укоряюще, отстранившись, но улыбка никак не желала сходить с губ.
Он завёл руки за голову, с неприкрытым интересом наблюдая, как я с любопытством продолжаю исследовать его обнажённое тело и татуировки.
Если одна рука у него была полностью разрисована десятком непонятных островов, а другая – витиеватыми линиями, то вот на ногах – множество различных мелких картинок, расположенных в хаотичном порядке – на первый взгляд – и только при пристальном рассмотрении можно заметить, что они все связаны между собой, являясь продолжением друг друга. А чтобы понять одну из наколок на бедре, пришлось менять своё местоположение, усаживаясь ему в ноги. Сперва показалось, что это девушка в ногах у мужчины, потом – будто ангел склонился и плачет, а затем – убийца и поверженный. Но чем дольше смотрела, тем отчётливей понимала – всё совсем не так. На самом деле там было наколото пламя. Обычное пламя, которое под разным углом меняло свою суть.
– Обалдеть, – произнесла единственное, что смогла.
Роман понимающе ухмыльнулся.
– Нравится? – схватил за руку и вновь притянул к себе, крепко обняв.
– Спрашиваешь! – выдохнула восхищённо. – Погоди, а спина? – посмотрела на него с возмущением.
Роман наигранно устало вздохнул и уселся, развернувшись спиной. А я вновь выпала из реальности. От шеи и до самого копчика вдоль позвоночника глаз радовал рисунок меча, эфес которого был расположен на плечах. Но и это – не то, что заставило восхищённо выдохнуть. Лезвие обвивал чёрный дракон, голова которого покоилась на эфесе, а загнутый кверху хвост – на пояснице. Крылья мифического существа были лишь слегка раскрыты, занимая оставшееся свободное пространство спины.
– Хочу такого же себе на ногу, – прошептала, обводя пальцами контуры татуировки.
Мужчина негромко хмыкнул.
– Это вряд ли возможно, принцесса.
– Почему? – возмутилась тут же.
Я тут только размечталась, а он… Эх!
– Тот, кто её сделал… Его больше нет, – проговорил бесцветно.
– Жалко, – только и сказала.
Пересела к нему на колени и устроилась удобнее, крепко-крепко обняв его за талию, прижимаясь как можно ближе. Потёрлась щекой о мужскую грудь и окутала своим теплом и нежностью, чтобы хоть на немного стереть печаль из его эмоций. Альфа обнял в ответ с не меньшей силой.
– Закономерно, – отозвался, через паузу пояснив: – Он был человеком. Умер в силу возраста.
– Надо было его с моим дедом познакомить, – откликнулась немного вяло. Честно говоря, после ванной и в тепле его рук мне отчаянно захотелось спать. – Он придумал какую-то сыворотку, продлевающую жизнь человеку. Правда использует её только для себя.
В эмоциях волка полыхнула отчётливая неприязнь, но он так и не сказал ничего. К тому же в дверь номера негромко постучали. Роман отстранился от меня, поднялся с постели, захватил из ванной гостиничный халат, накинув на себя, и отправился открывать. Судя по ароматам, привезли заказ, а по доносившимся из гостиной звукам – это были две молодые девушки. И каждая из них охотливо щебетала с альфой, а вот уходить не больно-то и спешила…
Всю дремоту как рукой сняло. Недовольно рыкнув, подскочила с кровати и поспешила облачиться во второй халат, на ходу запахивая полы и завязывая пояс. Появилась я в тот момент, когда стоящий спиной ко мне Рязанов протягивал работницам отеля чаевые. Те восхищённо смотрели на оборотня и что-то ему говорили. Слов я не слышала из-за отдающегося в ушах пульса пришедших. И с каждым мгновением во мне всё больше разрасталась жажда убийства. Ранить, втянуть в себя запах их крови и страха, позволить убежать, а после нагнать и растерзать… Перед глазами красная пелена повисла.
Герда, солидарная со мной, готова была в любой момент напасть, как только я дам слабину. Удерживало осознание, что за смерть человека положено то же самое. И здесь даже родство с Верховным не спасёт. Исключение – самооборона. Но вряд ли этих двуногих можно было бы принять за тех, кто действительно способен напасть.
Сделала шаг в сторону весело щебечущих смертниц, не сдержав своей силы, почувствовав которую, обе вздрогнули и отступили к выходу. Смотрели теперь непосредственно на меня, а на их лицах проступал животный ужас, тем самым пробуждая во мне ещё более явные охотничьи инстинкты.
С шумом втянула в лёгкие запах страха, прикрыв глаза в удовольствии…
Всего каких-то пару мгновений прошло, а альфа выдворил обеих несостоявшихся жертв за дверь, с грохотом захлопнув ту. Развернулся и в два шага оказался рядом, до боли вцепившись мне в плечи. Внимательно всматривался в моё лицо, терпеливо дожидаясь, когда я успокоюсь, а после тяжело выдохнул:
– Дура…
Притянул к себе ближе, крепко обнял и уткнулся носом мне в макушку, больше не шевелясь. Я тоже не двигалась. Ярость почти утихла. Почти. Запах одной из них на моём оборотне вмиг уничтожил зачатки благоразумия. И вот умом понимала, что веду себя глупо, но иначе не получалось. Сама недавно ещё посмеивалась над связанными оборотнями, когда те рычали на всех посторонних рядом с их единственными, а теперь вела себя точно так же. Полные самодовольства эмоции мужчины так и вовсе показались жутко обидными. Даже дёрнулась в его руках в попытке высвободиться из объятий, но хватка оборотня оказалась слишком сильной. Рыкнула в бессильной злобе.
– Точно дура… – удручённо вздохнул Роман, отстранился немного, обхватил за подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза, а затем продолжил с усмешкой: – Забыла уже, о чём я тебе говорил? – отпустил лицо, а ладонь плавно сместилась ниже, лаская шею, стаскивая с плеч халат. – Или считаешь, что мои слова ничего не стоят? – дополнил мрачно.
Насупилась. Ощутила себя ребёнком, которого отчитывали за плохое поведение. Можно подумать, мне нравилось, что не получалось контролировать себя в такие моменты.
Да меня до встречи с ним вообще сложно было вывести из себя! А он ещё и обзываться вздумал!
В итоге, поджала губы и промолчала, отвернувшись.
– Ну уж нет, сокровище моё, так не пойдёт, – ухмыльнулся альфа.
Халат окончательно соскользнул на пол, а мужчина подхватил на руки, направившись к тому самому креслу, на котором уже доводилось бывать вместе. Уселся сам и устроил меня у себя на коленях, придвинув ближе столик с принесённым ужином. Я же продолжала молчать. Понимала, что веду себя как маленькая, но менее обидно не становилось.
– Открывай ротик, Аврора, – пробормотал негромко Роман.
Взял с тарелки кусочек индейки и поднёс к моим губам. Хотела сперва отказаться, но голод оказался сильнее, поэтому послушно выполнила его веление. И не раз.
– Не стоит расстраиваться из-за какой-то ерунды, – вернулся к прежней теме оборотень, как только тарелка с индейкой опустела. – Я же здесь… С тобой.
Подался вперёд и прижался губами к моему виску в подобии поцелуя.
Вздохнула и повернулась к нему, усаживаясь лицом к лицу.
– А какого ты с ними там любезничал? – нисколько не прониклась его словами. – Нас с волчицей и без того обеих ужасно раздражает, если ты даже упоминаешь о других женщинах, а уж когда они рядом с тобой… А ты ещё и улыбки расточаешь! – рыкнула, чувствуя, как поутихшая было ярость вновь начала набирать обороты. – А-а! Бесишь!
Ударила кулаком по его плечу, изливая таким образом на него свои эмоции. Запястье тут же оказалось перехвачено и демонстративно медленно поднесено к губам альфы.
– У тебя очень бурная фантазия, – пробормотал он, целуя внешнюю сторону ладони. – И она не всегда совпадает с реальностью, – дополнил с лёгкой ухмылкой. – Но, если тебя это успокоит, могу сказать, что с завтрашнего вечера на ближайшие несколько месяцев ни одной живой души, кроме тебя, рядом со мной не будет. Соответственно, больше и ситуаций подобных не возникнет, ревнивица моя, – свободная ладонь скользнула с поясницы на внутреннюю сторону бедра, нежно поглаживая. – Дыши глубже, принцесса. Не думай о других. Только о нас с тобой… – возбуждённая мужская плоть, упирающаяся мне в живот, вполне красноречиво обозначала дальнейшие намерения оборотня.
– Почему это только с завтрашнего и на ближайшие несколько месяцев?! – возмутилась снова, стараясь не думать о том, что от очередной порции наслаждения меня отделяло лишь одно движение.
– Потому что самолёт – утром, а в полете придётся провести несколько часов, – отозвался Роман, приподнимая за бёдра, и придвинул ближе. – На счёт остального… – резко опустил, насаживая на себя. – Если хочешь, можно вообще не возвращаться, – добавил малоразборчиво, плотоядно облизнувшись. – Так даже лучше, – перехватил удобнее, заново толкнувшись.
И вот какого ответа он от меня ожидал в такой ситуации?
Да у меня все мысли вылетели из головы в одночасье. Осталась лишь потребность ощущать, как мужчина вновь и вновь приподнимает и опускает на себя, входит немного грубо и так глубоко, что получалось только стонать и умолять о большем. Я совершенно потерялась в закоулках нашего единения тел и эмоций. Казалось, что уже и не вернусь никогда в реальность. Да мне и не хотелось. Пусть бы так было всегда.
Наслаждение накрыло внезапно, словно лавиной погребло, выбив из лёгких весь кислород. Из груди вырвалось рычание, и я в последний момент едва удержала себя от того, чтобы поставить мужчине метку. Прикусила его плечо, замерев и не спеша разомкнуть зубы. Пришлось сделать пару вдохов-выдохов, прежде чем смогла хоть немного успокоиться и отстраниться. На смуглой коже остался кровавый след от моей выходки, который я поспешила тут же зализать.
– С каждым разом всё сложнее сдерживаться, – прошептала, скривившись.
Уткнулась носом ему в шею и вдохнула озоновый аромат дождя вперемешку с моим собственным черничным и нашей страстью.
– Как только окажемся на острове, больше и не придётся, – пробормотал в ответ альфа, прижавшись губами к виску.
От такого заявления напряглась и отстранилась, заглядывая в глаза Романа.
– Какой остров? – опешила от его планов. – Я не могу, – покачала головой. – У меня учёба. Да и папа будет против… – добавила скорее себе, чем ему. – А ещё я в Эмираты собиралась ехать на лето…
Закусила губу, пытаясь унять хаотичный поток мыслей, а предательское воображение уже вовсю рисовало совместных отдых с моим волком.
– Какой остров – скоро сама увидишь, – уселся прямо. – Что касается остального… Мне откровенно плевать, – помолчал немного, добавив совсем уж мрачно: – Тем более, на мнение альфы клана белых волков.
Ладонь, касающаяся моей поясницы, сжалась в кулак.
– Я так не могу, Ром, – вздохнула грустно. – Может тебе и всё равно, но вот мне – нет. Папа и так против нашего даже общения, не говоря о чём-то большем. А если я ещё и улечу куда-то с тобой… – скривилась, понимая, что ещё получу за свою выходку от родителя. – Я… Не могу так. Прости, – отвернулась, избегая смотреть ему в глаза.
– Не можешь? – жестоко ухмыльнулся оборотень, обхватывая лицо, заставляя вновь смотреть лишь на него. – А как ты можешь? – прищурился, сканируя тяжёлым взором, от которого стало не по себе. – Ты знала прекрасно, к кому ты идёшь и зачем. Но всё равно пришла! А теперь говоришь, что не можешь… Я, по-твоему, совсем идиот, да?! – прорычал гневно в довершение. Я же испуганно вздрогнула, невольно втянув голову в плечи. – Только не говори мне, что рассчитывала, будто бы мы тут все сразу помиримся и будем жить счастливо огромной дружной волчьей стаей! – болезненно скривился.
– Я вообще шла поговорить, – вздохнула устало и поморщилась.
Вокруг Романа вновь накапливался негатив, который я воспринимала довольно болезненно, учитывая нашу связь. И даже закрыться не получалось почему-то.
– Поговорить? – передразнил насмешливо.
Ничего не сказал больше. Зажмурился, откидывая голову на спинку кресла, а затем медленно и глубоко вдохнул, задержав дыхание.
Положила свои ладони поверх его, которые он так и не отнял от моего лица, и послала ему успокаивающую волну.
– Честно говоря, я не знаю, на что мне рассчитывать, – вздохнула, тоже прикрыв глаза. – Ты требуешь от меня слишком многого вот так сразу: уехать, бросить всё и всех, забыть про все свои устремления. А ещё несколько часов назад ты сам был совершенно против нашей связи. И вдруг такие разительные перемены… Это как-то пугает. Я не против с тобой быть, Ром, но почему для этого надо уезжать? Не понимаю, – посмотрела на него умоляюще.
Он так и не открыл глаз. Остался сидеть в прежней позе.
– Потому что только так ты не погрязнешь во всём этом ещё больше… – обронил тихо, впиваясь в меня пальцами сильнее прежнего, и резко выпрямился, одаривая пронзительном взором. – Ничего сложного в этом нет, Аврора. Тебе либо нужна пара, либо – нет, – продолжил сухо. – Какой я – ты уже давно поняла. Другим не буду. Требовать от тебя чего-то тоже не буду. Ты уж сама реши, то ли я был прав, считая, что для таких, как ты, пара – пустой звук, то ли – нет… – оборотень замолчал, а в серых глазах вспыхнули медные переливы.
Пылающий в его эмоциях гнев разбавился оттенками тоски и сожаления, как отражение моих собственных.
– Ты для меня не пустой звук. И никогда так не будет, но… Это нечестно заставлять выбирать между тобой и папой. Просто нечестно… – чуть ли не плача ответила ему, обняв крепко за шею. Помолчала немного и всё же выразила вслух то, ради чего изначально пришла к нему: – Расскажи мне!
– Рассказать? – усмехнулся альфа. – О чём именно?
– Хочу знать, что между вами произошло такого, что вы так не ладите. Причём здесь разделение сущностей и пара отца? – принялась перечислять свои вопросы.
Отстранилась, вновь глядя на Романа. На его губах расплылась привычная ядовитая ухмылка. Какое-то время он молчал, не спеша отвечать, а после поднялся из кресла, оставив меня там одну, дошёл до бара и достал бутылку английского джина, частично уже употреблённую.
– Если вкратце, – поморщился, глядя на алкоголь. – Он обидел ту, что мне очень дорога. А после и вовсе перешёл все дозволенные границы, забрав её у меня. Последние двадцать лет своей жизни я потратил на то, чтобы исправить это, но… Не вышло, – замолчал, глотнув прямо из горла, а через паузу продолжил: – Вот и всё, Аврора. Нечего больше рассказывать.
– Дорога? – переспросила глухо от осознания происходящего. – Ты что, влюбился в пару моего папы? – уточнила слабым голосом.
Поднялась с кресла и подошла к лежащему на полу халату, тут же в него укутавшись. Меня объял озноб, пока я осмысливала сказанное им. Так и осталась стоять на том же месте.
Значит, дело в девушке…
То, что он говорил о паре отца, – понятно как день, и я, затаив дыхание, ждала опровержения моих слов. Зачем иначе ещё кого-то искать столько лет, а после возвращаться, дабы свести счёты?
Вот только никакого опровержения не последовало…
– Я дал слово, что никогда не оставлю её, – обронил приглушённо и снова глотнул из бутылки. – И я сдержу его… даже ценой своей жизни.
На меня так и не взглянул больше ни разу. Подошёл к окну, отодвинув портьеру, и залпом допил остатки алкоголя. Так и остался стоять, бездумно всматриваясь в темноту ночи.
– Ты не ответил на вопрос, – напомнила ему.
Луна, да я, оказывается, мазохистка, раз стою и заставляю собственную пару признаться в чувствах к другой! Впрочем, «заставляю» – сильно сказано, потому что ответа я так и не дождалась. Лишь в эмоциях у него проскользнули щемящая тоска, ярость, бессилие… лучше всего ответившие на мой вопрос.
– Вот чёрт! – выругалась еле слышно.
Тряхнула головой и поспешила скрыться в ванной. Сейчас мне нужно было немного пространства, побыть одной и подумать обо всём. Правда на пороге выхода из гостиной всё-таки остановилась, задав ещё один вопрос.
– И до сих пор любишь?
– Не стоит задавать вопросов, на которые на самом деле не захочешь знать ответ, принцесса, – ухмыльнулся злорадно Роман. – Да и не касается это тебя совсем… – помолчал немного, а после добавил сухо: – Тебе стоит отдохнуть. Вылет на рассвете.
– Почему ты передумал по поводу нашей парности? – решила зайти с другой стороны, проигнорировав слова про вылет.
Альфа тяжело вздохнул, с тоской уставившись на пустую бутылку.
– Я уже говорил тебе, моя волчья сущность едина со мной – сопротивляться долго парному притяжению просто-напросто невозможно… – обернулся, наконец, соизволив посмотреть на меня. – Да и ты же сама этому прекрасно поспособствовала, не так ли? – задал вопрос, на который не ждал ответа, потому что тут же продолжил: – Только не говори мне, что теперь тебя что-то не устраивает! Поздновато… – болезненно поморщился.
В серых глазах с новой силой вспыхнули медные переливы.
– Рязанов, не заговаривай мне зубы! – процедила, стараясь сдержать рвущуюся наружу злость. – Ты так резко передумал после разговора с моим отцом. Наводит на некоторые мысли, не находишь? – сложила руки на груди, по-новому смотря на альфу клана серых волков.
Неужели, папа был прав?
Оборотень с хрустом сжал кулаки. Оказался рядом в одно мгновение. По-хозяйски уложил ладони на мои бёдра, резко толкнув на себя.
– Раньше тебя это мало заботило, – прорычал на грани слышимости.
– Раньше я просто об этом не думала, несмотря на все предупреждения. Просто хотела быть с тобой. И сейчас хочу, но… – ответила с болью. Посмотрела на него и скривилась от бессилия. – Я не пойду против своего отца, понимаешь? Это ваши разборки, не мои – не надо меня в них впутывать, Ром. Не надо… – произнесла беззвучно и отвернулась в сторону окна.
Рязанов шумно втянул воздух и провёл большим пальцем по моим губам, а вокруг него осталось лишь чистейшее сожаление. Совсем как у папы ещё недавно.
– Ты – моя пара, ты дала добровольное согласие быть со мной. Я тебя не принуждал, кстати, – проговорил негромко. – На этом всё, никаких разборок больше не будет, Аврора. Утром мы уезжаем.
– Но я не хочу уезжать! – вскричала шёпотом в отчаянии. – Тем более вот так. Я не хочу бросать учёбу, родителей и всех остальных! – обняла мужчину за талию, скрывая слёзы. – А как же твоя стая? Ты снова их оставишь? – добавила непонимающе.
– Я уже говорил тебе, принцесса, большой дружной семейкой мы жить не будем никогда, так что как ни крути, тебе всё равно придётся решить, кто для тебя в приоритете, – ухмыльнулся ядовито. – А стая… Они давно перестали быть моей стаей, – в эмоциях полыхнула боль. – Кроме того, я и так приехал сюда ненадолго. Мои дела закончились. Мне здесь делать больше нечего, – в очередной раз тяжело вздохнул и подхватил на руки.
Абсолютно не интересуясь моим мнением, понёс в спальню. Внутри меня словно взметнулся ураган из боли, отчаяния, разбитой надежды, ненависти к самой себе, опадающий пеплом, очерняющим душу.
– То есть папа согласился вернуть тебе… её? – пробормотала совсем растерянно и от его слов. – А как же я, Ром? Что будет со мной?! Если ты любишь другую, зачем тебе я? Ты мог сразу об этом сказать, и я бы отступила. Я бы не стала проявлять настойчивость, – проговорила с горечью и обидой, позволяя уложить себя на кровать.
Всё равно мне не выстоять против него. Слабая. Смысл тогда растрачивать силы?
– А что будет с тобой? – равнодушно отозвался оборотень, проигнорировав вопрос о своей любимой. – Я уже говорил тебе об этом: я способен хранить верность своей паре. Ты останешься со мной, – уложил руки на талию, прижимая к себе со спины, но даже его горячее тело не могло сейчас меня согреть. – Разве не этого ты хотела? – уткнулся носом мне в затылок, крепко обняв.
– И ты вот так легко отступишься от задуманного?
Ответ последовал далеко не сразу.
– Если папочка захочет увидеть свою любимую дочь ещё хоть раз, то мне и не придётся думать об этом, – прозвучало довольно цинично. – Ты хотела себе пару – ты её получила. Я тоже не в накладе. Всё, спи, Аврора.
Значит, всё-таки месть… А я – разменная монета…
Ещё большая горечь затопила сознание и отозвалась болью в сердце.
– Не хочу так! – только и прошептала, прикрыв глаза.
«И не буду!» – добавила уже про себя.
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.