Читать книгу "Гостья из прошлого"

– Я его точно услышу? – недоверчиво спросил Егор у Николая Николаевича.

– Точно. Ни с чем не спутаете, – успокоил тот.

Потом они зашли за ширму. Оборудование лаборатории внешне смахивало на обычный стационарный компьютер с громоздким, как чемодан, системным блоком. Рядом с ним на штативе стоял кинопроектор. Сходство было весьма отдаленным, но Егор снова вспомнил аппарат на треноге и старого фотографа. Николай Николаевич предложил прочесть и подписать согласие в двух экземплярах. «Как в аптеке, полный порядок», – пошутил он.

Завершив формальности, оба уселись в крутящиеся кресла. По просьбе Николая Николаевича Егор надел массивные наушники, от которых к системному блоку тянулся тонкий желтый кабель.

– Год, дату, время не хотите изменить? – последовал вопрос.

– Нет, – качнул головой Егор.

– Три попытки, как в сказке, – напомнил Николай Николаевич и начал ловко набирать на клавиатуре цифры с буквами.

Цель эксперимента он обозначил немного туманно: «Будем наблюдать за вами, за вашими реакциями. Ну, и за окружающей обстановкой». Введя данные, погасил свет в комнате и врубил проектор, нацеленный на белую стену. Сначала перед Егором замелькали какие-то полосы, как во время неполадок в летнем кинотеатре («Сапожник!» – вопила тогда публика). Потом картинка обрела четкость, и Егор увидел себя в офисе агентства массовых коммуникаций, где он был контент-менеджером пятнадцать лет назад. С ним о чем-то, приветливо улыбаясь, говорила Марина Якушева, шустрая болтушка и хохотушка, секретарь шефа. Еще спустя миг в наушниках проклюнулся звук.

– На природу поедешь, на шашлыки? – спрашивала Марина.

– Прохладно для поездок, по-другому греться надо, – отшучивался он.

– Расскажешь, как?

А дальше наушники и комната со всем ее содержимым исчезли куда-то. Егор почувствовал твердую поверхность стола под рукой, которой он опирался на его крышку, и пряный запах духов Марины. Вместо свитера на нем оказался вельветовый пиджак, вместо футболки рубашка, вместо джинсов – брюки. Егор машинально потрогал себя за лицо: стильной трехдневной щетины, к которой он привык за последние годы, не было и в помине.

– Зуб болит? – Марина по-своему истолковала его жест.

– Так, башка мутная. Устал.

Через пару минут, посулив Марине увлекательный рассказ о предстоящих выходных («В понедельник с утра отчитаюсь»), он уже вдыхал морозный воздух улицы.

В кармане куртки запел мобильник – раскладная Nokia, которую он удачно взял весной 2004-го по акции в салоне связи напротив вещевого рынка. Еще не достав трубку и не посмотрев на дисплей, Егор точно знал, кто звонит.

– Ты где? – сходу осведомилась Юля.

– Из офиса топаю.

– Поворачивай к нам.

– Куда?

Он слушал про «Козу-дерезу», шампанское и девушку редкой красоты, а сам будто глядел на себя со стороны, как на героя сериала или фантастической повести. Дослушав до конца, уверенно, с расстановкой, выдал:

– Если час потерпите, зайду. Очень важная встреча, – и дал отбой, не дожидаясь возражений.

Про встречу Егор не соврал. На тот ноябрьский вечер, когда он экспромтом познакомился с Яной, у него были заранее назначены два других свидания. Чтобы ничего не перепутать, он даже сделал записи на странице еженедельника. Это позволило ему спустя полтора десятка лет уточнить время. Тогда он понимал, что скорее всего одну из встреч придется отменить, но собирался действовать по обстоятельствам. Ровно в 18.15, потихоньку обвыкаясь в альтернативном мире, Егор подошел к еще не отремонтированному драмтеатру, дальнее крыло которого скрывали строительные леса. Возле закрытой кассы его ждала Наталья Лежнева.

– Я думала, ты меня на «Снегурочку» пригласишь, – игриво сказала она, постукивая каблучком об асфальт.

– «Снегурочка» – это опера, по-моему, – ответил он.

– Блин, бескультурье.

Они виделись не в первый раз. Сначала была беглая переписка на популярном в те годы сайте, который зазывал всех и вся устраивать личную жизнь. Оба зависли на нем вечером после работы. Потом он запросто дал ей номер домашнего телефона, и она набрала его в половине двенадцатого, когда Егор собирался отойти ко сну.

– Жена не подслушивает? – лукаво спросила Наталья, поздоровавшись.

– Нету жены, распрощались навеки, – в тон ей отозвался он.

– Ой, обманываешь…

Милая беседа продолжилась следующим вечером в баре, где обычно тусовалось студенчество. Наталья легко могла сойти за одну из его постоянных посетительниц. В свои двадцать четыре она выглядела моложе некоторых студенток, хоть и не на сто процентов соответствовала эталону женской красоты в понимании Егора. Его обычно привлекали девушки более худощавой комплекции. При этом Наталью ни в коем случае нельзя было назвать толстушкой – просто ее округлости выходили за пределы, предпочитаемые им.

Приятную упругость этих округлостей он протестировал во время совместной прогулки после бара. Согласно терминологии одного знакомого депутата, имело место первое чтение законопроекта. Объятия в тени деревьев на краю сквера закончились жаркими поцелуями, от которых у Егора закружилась голова. Наталья очень умело орудовала языком, и он живо представил ее в иной, более комфортной обстановке. С трудом оторвавшись друг от друга, они условились продолжить в пятницу.

До повторного свидания новая подруга прислала ему целую серию смс чрезвычайно откровенного содержания. Они содержали подробное описание ее любимых поз, а, кроме того, речь шла о желании попробовать кое-что оригинальное.

– В бар или ресторан? – по-гусарски бросил Егор, не отходя от театральной кассы.

– Ты же близко живешь? – вопросом на вопрос ответила Наталья.

Ощущение времени он потерял очень скоро. В тридцать пять лет у человека гораздо больше сил, чем в пятьдесят, и Егор оценил это преимущество альтернативной реальности. Наталья на самом деле оказалась охочей до плотских удовольствий и настаивала на продолжении до тех пор, пока они оба не распростерлись на кровати, будучи не в состоянии шевельнуть рукой или ногой. Свои телодвижения она сопровождала не только стонами и криками, но и словами, которые в иных условиях заставили бы Егора побагроветь.

– Я еще хочу, – сказал Егор, как только перевел дух.

– А сможешь? – Наталья тоже еле ворочала языком, которому в постели находила самое разнообразное применение.

– Я про вообще.

– В смысле?

– Перебирайся ко мне.

– Жить?

– Почему нет? Не понравится – разбежимся.

Наталья молчала так долго, что он решил, будто она уснула. Потом привалилась к нему своим горячим телом.

– С тобой супер, – сказала она и опять замолчала.

– Но?

В свои ментальные пятьдесят Егор многое понимал без лишних разговоров.

– Понимаешь, есть одна причина.

– Как зовут? Муж? Друг?

– Нет, другая.

Она начала несколько сбивчиво объяснять, и Егора сразу накрыла грусть. Ей с ним очень понравилось, правда. Мало с кем у нее так было. Просто нет пока серьезных намерений, да и вообще никаких особых нет. Ну, сама еще не разобралась, что ей нужно или кто. После пединститута не в школу же идти? Поэтому сейчас она менеджер по продажам. Телефоны, аксессуары, то-сё. Денег маловато, конечно, всё нестабильно, от выручки зависит. Погулять тоже охота в свое удовольствие. Когда, как не теперь?

Приблизительно так изложила свое кредо Наталья. Слушая ее, Егор с предельной ясностью понял, что его первая попытка не удалась. Он безусловно хотел чего-то большего, чем одно-два романтических свидания, но хотения одной из сторон было мало.

– Во вторник в Москву еду, – услышал он.

– Зачем?

– Там попробую зацепиться. Говорят, больше платят. И вообще, жизнь интереснее. У нас два нормальных клуба всего, – пояснила Наталья.

Снова повисла пауза. Егор потянулся к тумбочке, взял свои наручные часы. В падавшем из окна слабом свете окон соседнего дома еле разглядел циферблат: четверть двенадцатого.

– Полежи, я сейчас.

Запахнувшись в банный халат до пят и обув тапки, он прошлепал на кухню. Сделал несколько глотков прямо из чайника, стоявшего на плите. Затем в голове раздался мелодичный перезвон: точь-в-точь как от колокольчика в доме золотой рыбки – но не сейчас, а в глубоком детстве.

«Помните: у вас пять минут для выхода из помещения. Главное, чтобы не было четырех стен вокруг. Иначе контакт будет потерян, и ментальная копия навсегда перейдет к вашему двойнику», – наставлял его Николай Николаевич. Неужели пора? Действительно, в этом мире прошло гораздо больше часа. Интересно, ученые уже выяснили, почему?

Не переодеваясь, прямо в тапках на босу ногу, Егор повернул ручку двери и шагнул на балкон. «Собирался застеклить, да так и не собрался. Очень кстати», – успел подумать он, пока очертания дома напротив размывались, теряя четкость…

– Довольны?

Егор помотал головой, будто прогоняя остатки дурмана. Халат с тапками бесследно исчезли. На нем опять были футболка, свитер и джинсы с ботинками, лицо украшала трехдневная щетина. Тихо гудел системный блок компьютера, а выключенный проектор уже затих, остывая. Сзади была ширма, спереди – белая стена без малейших признаков изображения.

– Вы о результате?

– О процессе тоже, – бесстрастно присовокупил Николай Николаевич.

– Там, во сне… был я? – спросил Егор.

– Зачем во сне? Наяву.

Верно, на сон это было не похоже. Он определенно чувствовал, что две или три минуты назад обнимал настоящую, живую девушку, слышал ее дыхание, голос. Белая грива Натальи была так соблазнительно раскидана по подушке. И эта цепочка на шее – она ведь не надевала ее при первой встрече в баре. Дивный альтернативный мир…

– Хотели остаться?

– Простите, вас это не касается, – отрезал Егор.

Николай Николаевич деликатно улыбнулся одними губами.

– От двух других попыток не отказываетесь?

– Разве я могу?

– Естественно.

«Нет, брат, поздно метаться. Надо идти до упора». Егор зачем-то пригладил волосы, откашлялся, подтянул рукава свитера.

– Поехали дальше.

Юля Павлова с сомнением хмыкнула.

– Столько мы вряд ли высидим, шампанское кончится.

– Еще закажи, я компенсирую, – сказал Егор в трубку.

– Нравится мне твоя удаль молодецкая.

Пообещав Юле подгрести в «Козу-дерезу» к половине восьмого («Если срастется», – подстелил он соломки), Егор свернул с проспекта в переулок. Другое кафе называлось «Ешь-пей» и отличалось незамысловатым, но питательным меню. Его выбрала местом рандеву еще одна Наталья. Фамилию потенциальной пассии только предстояло узнать. Пятнадцать лет назад в расписании Егора на вечер приоритетным вариантом значилась Лежнева, а эту соискательницу он поставил в резерв – на случай неявки главной кандидатуры.

Знакомство со второй Натальей случилось в режиме офлайн, без всякой подготовки. В четверг Егору позвонили из банка, где он брал и досрочно выплатил небольшой потребительский кредит. Ему сообщили, что в документы вкралась досадная ошибка: при окончательном расчете, по вине сотрудницы, была указана неверная сумма.

– Сколько я вам должен? – спросил он.

– Десять копеек.

– Издеваетесь? Внесите за меня.

– Что вы! – ужаснулась собеседница. – По инструкции не положено.

Егор едва удержался от крепкого русского словца. В обеденный перерыв, проклиная составителей таких инструкций, он потратил пять рублей на маршрутку и столько же минут на устранение казуса. Еще надеясь проглотить какой-нибудь пирожок с кофе, теперь уже точно бывший заемщик пулей вылетел на улицу.

Помеху слева он увидел слишком поздно и, предпринимая маневр, локтем выбил папку с бумагами из рук высокой рыжеволосой девушки в элегантном клетчатом пальто. Та громко ахнула и сразу присела на корточки – собирать рассыпавшиеся выписки, счета и прочую документацию.

– Ёлки-палки… Не сердитесь, пожалуйста. Я помогу!

Егор сноровисто присел рядом, успев оценить ее ноги в прозрачных чулках. Полы пальто разошлись, и короткая юбка задралась, выставляя напоказ пикантные подробности. Что касалось лица, то пострадавшая вряд ли могла претендовать на титул «Мисс Вселенная». Но в ее выступающих скулах и чувственных губах было что-то манящее.

– Глаза у вас на жопе, что ли, – буркнула девушка, не отрываясь от бумаг.

– Виноват, хочу исправиться, – Егор отвел глаза от чулок и применил свою самую обаятельную улыбку. – Вы за кредитом, наверное, бежали?

– Я похожа на идиотку?

– Тогда вы самый главный бухгалтер самого огромного завода.

– Такие остались?

– Сдаюсь, – Егор поднял обе руки. – Просветите, не бросайте.

– Давайте сюда, – девушка отобрала у него упавший лист.

– Меня Егором зовут, – сделал он решающий подкат.

– Наташа, – смягчилась она.

– А можно вам свидание назначить?

Окинув его долгим изучающим взглядом, как редкий музейный экспонат, Наталья, к удивлению Егора, утвердительно кивнула.

– Можно. На полседьмого завтра.

Обладательница идеальных ног произнесла это настолько повелительно, что дискуссия исключалась в принципе. «Кого хочешь построит», – мелькнула мысль и тоже подействовала возбуждающе.

В мире, где Егор принял приглашение Юли, ему не суждено было еще раз увидеться с этой Наташей. Он не стал перезванивать ей, как и Наталье Лежневой, и входящих звонков от них тоже не поступило. В сбывшейся реальности, сдав куртку в гардероб «Козы-дерезы», Егор нажал на красную кнопку телефона и включил его только после полуночи, вернувшись домой. От Лежневой прилетело два запоздалых смс: «Я у театра. Ты где?» и «Набери». Утром в субботу он ответил ей, что был вынужден срочно уехать с заказчиком. «Ок», – без претензий ответила она. Наталья-вторая после сорвавшегося свидания не написала ничего. Кстати, работала она в том самом банке, куда Егор привозил свои кровные десять копеек…

Ужин, принесенный официанткой, больше напоминал полноценный званый обед. Рыжая Наталья с таким пылом взялась поглощать его, будто не брала в рот ни крошки уже пять или шесть дней. Егор поймал себя на мысли, что она занимается этим весьма эротично.

«Ей лет двадцать семь или двадцать восемь, судя по внешности. Вряд ли больше, – про себя рассуждал он. – Вполне сознательный возраст. Должна уже напрыгаться по клубам». Провал первой попытки, предпринятой в альтернативной реальности, побуждал его действовать аккуратнее и для начала вытянуть из собеседницы максимум информации.