Текст книги "Резервация"
![](/books_files/covers/thumbs_240/rezervaciya-24443.jpg)
Автор книги: Алексей Калугин
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Не зная, что ему теперь делать, Стинов остался возле Стояновича. Шеф безопасности подошел к раненому инструктору и, взглянув на него как будто с сочувствием, покачал головой. Затем он перевел взгляд на стоявший у его ног контейнер. Наклонившись, он откинул крышку, взял в руку один из лежавших в нем пистолетов и внимательно его осмотрел.
– За основу, несомненно, был взят «кольт» «миротворец», – сказал он, снова переведя взгляд на инструктора. – Однако сработано топорно.
Протянув руку с пистолетом, Стоянович стволом сбил с лица инструктора темные очки. Вскинув окровавленную ладонь, комендант прикрыл лицо, словно защищая глаза от непривычно яркого света.
– Что, Галкин, по-прежнему боишься смотреть людям в глаза? – насмешливо поинтересовался Стоянович.
Комендант дернул подбородком, но ничего не ответил.
– А ведь говорил я Бермеру, что такой придурок, как ты, не остановится, после того как его один раз стукнули по башке, – продолжал Стоянович. – Значит, после того как твоя идея создания отрядов, вооруженных огнестрельным оружием, не вдохновила руководство Информационного отдела, ты решил податься к комендантам. И там тебя встретили с распростертыми объятиями.
Стоянович не задавал вопросов, а как бы отвечал на них вместо своего собеседника.
– Будущее за огнестрельным оружием, – негромко, но уверенно произнес Галкин. – Тот, кто первым овладеет им, получит и всю полноту власти.
– Ты идиот, Галкин, – тоскливо вздохнул Стоянович. – Игрушки, подобные этим, уничтожили жизнь на Земле. А Сферу они просто разнесут в клочья.
– Но теперь-то, когда готовое оружие у тебя в руках, ты наверняка воспользуешься им, – попытался усмехнуться комендант.
– Воспользуюсь, – подумав, кивнул Стоянович. – Но только один раз. Ты это заслужил.
С этими словами он поднес дуло пистолета ко лбу коменданта и нажал на спусковой крючок. Грянул выстрел. Голова коменданта дернулась назад и ударилась о стену, оставив на ней кровавое пятно. Тело его завалилось на бок.
Стоянович бросил пистолет в контейнер, ногой захлопнул крышку и повернулся к своим бойцам.
– Давайте-ка быстренько наведем здесь порядок, ребята, – сказал он. – Не должно остаться никаких следов. Корпус должен выглядеть так же, как и остальные. Что делать с комендантами, вам известно. Если их здесь когда-нибудь и найдут, то спишут на бешеных. Хук, контейнер с пистолетами возьми с собой. Прежде чем уничтожить, их нужно показать Бермеру, а то в последнее время у старика начало складываться не в меру благодушное отношение к действительности.
Глава 5
Новая жизнь
Завершив операцию в секторе Ломоносова, информационники вернулись назад тем же путем, что и пришли.
Стоянович сразу же куда-то исчез. Остальные отправились переодеваться.
Охранник, встречавший диверсантов в корпусе, хотел было сразу же отделить Стинова. Но длинноволосый Хук легко оттеснил его в сторону, и тот даже слова не сказал. Авторитет Хука, судя по всему, был непререкаем.
– Неплохо мы сегодня поработали, – сказал Хук, по-приятельски положив руку Стинову на плечо. – Теперь можно и отдохнуть. Как, наша компания не будет тебе в тягость?
Вместе с остальными парнями, принимавшими участие в операции, Стинов принял душ, переоделся в зале, а затем как равный был посажен за общий обеденный стол, на котором было и что выпить, и чем закусить. Информационники, все еще находившиеся под впечатлением недавнего сражения, весело балагурили, вспоминая те или иные моменты боя. На долю комендантов в этот день выпало немало едких насмешек. Были помянуты и павшие в бою товарищи. При этом кто-то из сидевших за столом вспомнил про Медлева, который мог бы пополнить список потерь, если бы не решительные действия Стинова.
Под вечер, когда новые приятели разошлись, Стинов снова был заперт охранником в своей комнате. Обидно, конечно, но ничего не поделаешь – он все еще оставался на положении временно задержанного.
Ночью Стинов почти не сомкнул глаз в нервозном ожидании нового дня, который, как он полагал, должен был определить его дальнейшую судьбу. Тревожило его и то, что Медлев, которому он был склонен доверять, сейчас находился в больнице.
Утром Стинов едва успел закончить завтрак, когда в комнату вошел охранник. Это был не тот человек, который обычно приносил ему еду, и Стинов подумал, что сейчас ему сообщат нечто важное.
Но охранник сказал только одно слово:
– Собирайтесь.
Наученный уже тому, как следует вести себя арестанту, Стинов не стал задавать никаких вопросов. Он просто накинул куртку, сунул в карман электронную записную книжку и замер, готовый выполнять любые указания.
Охранник вывел Стинова на улицу. Дойдя до центрального прохода, они встали на движущуюся ленту тротуара и долго куда-то ехали.
Охранник сделал знак, что нужно сходить, когда они проезжали мимо здания правления Информационного отдела. Они вошли в подъезд и остановились возле высокой стойки пропускного пункта.
– Мы к господину Шалиеву, – сказал охранник, предъявив дежурному свое удостоверение. – Нам назначено.
Дежурный, связавшись с кем-то по инфо-сети, доложил о посетителях. Получив указание, он вернул сопровождавшему Стинова охраннику его удостоверение, и тот, к удивлению Стинова, развернулся и вышел за дверь. Но не успел Стинов спросить, что же ему делать теперь, как к нему подошли двое других охранников, сидевших до этого в отгороженном невысоким барьером закутке.
В сопровождении этой пары Стинов поднялся на третий этаж. Охранник предупредительно распахнул перед ним широкую двустворчатую дверь, войдя в которую, они оказались в просторной приемной. Вдоль правой стены был выстроен ряд мягких стульев, а в противоположном от двери конце, возле окна с голографической картиной, изображавшей затянутую облаками одинокую горную вершину, стояли два секретарских стола. За одним из них сидела пожилая матрона с профилем грифа, за другим – миловидная девушка лет двадцати с очень короткой стрижкой. Девушка приветливо улыбнулась вошедшим и указала рукой на еще одну дверь.
– Вы можете войти, – проворковала она певучим голоском. – Вас уже ждут.
Стинов посмотрел на охранников – оба не двинулись с места.
– Входите же, – повторила девушка, обращаясь на этот раз непосредственно к Стинову.
Стинов открыл дверь, сделал шаг и оказался в небольшом рабочем кабинете.
Человек, сидевший за столом, не поднялся ему навстречу, но приветливо улыбнулся.
– Присаживайтесь, Игорь Стинов, – сказал он. – Выбирайте любое место, где вам будет удобно.
Стинов взял кресло и осторожно переставил его поближе к столу.
– Мое имя Марат Шалиев, я член руководства Информационного отдела, – представился хозяин. – Ко мне попало ваше ходатайство о предоставлении права проживания в зоне Информационного отдела. Учитывая то, что вы оказали нам некоторую услугу, я счел возможным удовлетворить вашу просьбу.
У Стинова от радости голова пошла кругом. Он ожидал чего угодно, но только не такого простого и скорого решения всех своих проблем. На радостях он даже не нашел, что ответить Шалиеву, только глуповато улыбнулся и руками развел.
Шалиев понял его состояние и тоже в ответ изобразил улыбку.
– Вот ваши документы, – сказал он, выложив на стол перед Стиновым пластиковые карточки. – Теперь вы постоянно проживаете в секторе Менделеева, подконтрольном Информационному отделу. Адрес указан на карточке электронного ключа. Кроме того, я изменил ваш личный код, так что теперь коменданты лишены возможности отслеживать ваше передвижение. На ваш банковский счет переведена сумма в триста марок. На первое время вам этого будет достаточно.
– Благодарю вас, это все, что я хотел получить, – едва заметно дрогнувшим от волнения голосом ответил Стинов, убирая документы в карман.
– Ну как же все? – удивленно поднял брови Шалиев. – Вы же у нас пока еще безработный. Вы не хотели бы попробовать поработать с клонами?
– С клонами? – удивленно переспросил Стинов.
– Да, – кивнул Шалиев. – На сельскохозяйственных работах у нас задействованы клоны. Но управляют ими люди. Работа несложная и хорошо оплачиваемая.
– У меня совершенно нет опыта, – замялся Стинов.
– Уверяю вас, в этом нет ничего сложного. Вас быстро всему научат. Если других возражений у вас нет, вот код для связи с управляющим плантацией в секторе Мичурина. Его имя Эриксон. Пер Эриксон. Переговорите с ним в ближайшие дни.
– Благодарю вас, господин Шалиев, – только и смог сказать Стинов.
– Не стоит, – снова улыбнулся Шалиев. – Я всего лишь предоставляю вам плацдарм, с которого вы сможете начать путь вверх. Все остальное будет зависеть только от ваших способностей и старания.
– Я буду искренне рад, если смогу быть полезен Информационному отделу, – с чувством произнес Стинов.
– Не сомневаюсь, – плавно повел подбородком сверху вниз Шалиев. – Надеюсь, вы не откажете и мне, если я когда-нибудь обращусь к вам с поручением личного характера?
– Я полностью в вашем распоряжении, господин Шалиев! – с готовностью воскликнул Стинов.
– Я свяжусь с вами, когда вы мне понадобитесь, – кивнул Шалиев. – Ну а пока желаю вам удачно устроиться на новом месте. Если возникнут какие-либо проблемы, не стесняйтесь, обращайтесь прямо ко мне.
Шалиев снова улыбнулся и протянул Стинову визитную карточку с золотым обрезом.
Выйдя из кабинета Шалиева, Стинов сразу же утратил добрую половину распирающего его восторга, столкнувшись в приемной с шефом службы безопасности отдела.
Стоянович смерил его неприязненным взглядом и тихо, так, что было слышно только одному Стинову, прошипел:
– Если у тебя окажется не в меру длинный язык, я тебе его отрежу.
То, что он поступит именно так, как обещал, лично у Стинова никаких сомнений не вызывало. И это была не самая последняя причина, по которой он не испытывал ни малейшего желания когда-нибудь вновь встретиться с шефом службы безопасности, даже за рюмкой коньяка.
Добравшись до сектора Менделеева, Стинов быстро нашел свою новую комнату. Жилая секция состояла из двух комнат, одна из которых принадлежала Стинову.
Игорь постучал в соседнюю дверь, собираясь представиться, однако дверь оказалась заперта, и на стук его никто не ответил.
Вещей у Стинова никаких не было. Только заглянув в свою комнату, он отправился делать самые необходимые покупки.
Вечером, вернувшись домой с двумя сумками самых необходимых для жизни вещей, Стинов связался с управляющим плантацией Эриксоном и договорился о встрече.
На следующее утро он спустился в лифте до сектора Мичурина и, выйдя из него, оказался в узком, огороженном полупрозрачным пластиком помещении. В точно такой же пластиковый пенал он попал после бегства из комендатуры. При воспоминании о прошлом визите в сельскохозяйственную зону Стинову сделалось несколько не по себе. Но все же он вполне уверенно шагнул к столу, за которым сидели двое охранников, и протянул им свое новенькое удостоверение.
Охранник проверил удостоверение и поднял взгляд на Стинова.
– Первый день? – спросил он.
Стинов радостно кивнул.
– Накиньте халат. У нас здесь очень строго следят за чистотой.
В шкафу возле лифта, на который указал информационник, висело десятка два новых голубых халатов. Внизу лежало несколько пар безразмерных полимерных чехлов для обуви. В кармане халата Стинов нашел шапочку с длинным козырьком и натянул ее на голову.
– Возьми, – информационник протянул Стинову солнцезащитные очки. – Освещение на плантации слишком яркое для глаз.
Через пару минут к двери дежурного помещения подкатил маленький открытый электромобиль. Корпус его был очень узким, с заостренным носом. Три сиденья располагались одно за другим.
Управлявший электромобилем человек вошел в дежурное помещение. Как и вахтеры, он был одет в голубые брюки и куртку с эмблемой отдела.
– Тебя, что ли, нужно доставить к Эриксону? – спросил он у Стинова.
– Его, – ответил за Игоря охранник.
Водитель кивнул Стинову и направился к электромобилю. Надев очки, Стинов последовал за ним.
Машина тронулась с места и поехала по узкой дорожке с синтетическим покрытием, тянущейся меж бесконечных грядок.
Стинову никогда прежде не доводилось видеть столь огромного открытого пространства. С непривычки у него даже начала кружиться голова. Он залез в карман, вытащил из упаковки пастилку эфимера и кинул ее в рот.
Головокружение исчезло, как только эфимер начал всасываться слизистой оболочкой рта. Напряжение, сковывающее Стинова, несколько ослабло. Пейзаж вокруг, сделавшись похожим на голографическую картинку, перестал казаться чужим и опасным. Стинов подумал, не взять ли еще одну пастилку, но вовремя остановил себя, решив, что для предстоящей беседы с управляющим ему нужна ясная голова.
На полях уже трудились люди. Одетые в поношенные голубые халаты, все они были высокого роста, крепкого телосложения и, что особенно удивило Стинова, все с лысыми, круглыми, как шары, головами. Всецело сосредоточившись на выполняемой работе, они даже искоса не глядели на проносившийся мимо электромобиль.
– Это клоны! – догадался Стинов.
Водитель, не оборачиваясь, кивнул.
– Отличные работники, – сказал он. – Любой руководитель может только мечтать о таких.
– А не проще было бы использовать на полях машины? – спросил Стинов.
– Для того чтобы использовать машины, грядки пришлось бы разносить на расстояние, раза в два превышающее то, что мы сейчас имеем. В наших условиях это недопустимая потеря площади. К тому же при механической уборке, в зависимости от вида культуры, теряется от пяти до десяти процентов урожая. Клоны же собирают все, без потерь.
– А самим клонам нравится их работа?
– Я думаю, что об этом их никто не спрашивал, – вполне серьезно ответил водитель. – Они ведь и созданы только для того, чтобы работать. Работа, еда и место для сна – вот и все, что им нужно в жизни. Впрочем, как и многим из тех, кто появился на свет естественным путем.
Электромобиль свернул направо и двигался теперь по краю плантации. Вдоль стены сектора тянулись однообразные постройки, похожие на складские и подсобные помещения с пронумерованными дверями и окнами из затемненного пластика. Машина остановилась возле двери, на которой под номером «44» была закреплена пластинка с надписью: «Управляющий».
Следуя за водителем, Стинов вошел в просторное помещение, одна из стен которого была полностью занята стойкой с тремя рядами мониторов. Сейчас из двенадцати экранов горели только три, на которых были видны участки плантации с работающими на них клонами. Кроме мониторов, в комнате находились многоканальный терминал инфо-сети, шкаф со стопками лазерных дисков на полках, диван с низкой спинкой, десяток стульев для посетителей и длинный, сверкающий полированной крышкой стол, за которым восседал сам Пер Эриксон.
Управляющему было около пятидесяти лет. Роста он был небольшого, но крепкого телосложения. Его широкое, открытое лицо с крупными чертами портил только крошечный, словно срезанный подбородок с двумя глубокими ямочками.
Стинов несказанно удивился, когда Эриксон сразу же предложил ему место помощника управляющего. Но вскоре выяснилось, что гордиться здесь особенно было нечем. Все двадцать пять человек, занятые организацией работы клонов, числились помощниками управляющего.
Договорившись с управляющим, что выйдет на работу со следующего дня, Стинов отправился домой.
Он был счастлив и доволен собой. Теперь у него были и работа, и дом. А на кредитной карточке после всех вчерашних трат оставалась еще довольно приличная сумма. Так что можно было, не ограничивая себя ни в чем, зайти по дороге в бар и выпить пива. Что он и сделал.
В секторе Менделеева Стинов зашел в большой роскошный бар с великолепной светящейся вывеской. Прежде ему в таких бывать не приходилось. Цены здесь были выше, чем в обычных забегаловках, но зато и пиво, подававшееся не в пластиковых, а в настоящих стеклянных кружках с толстым тяжелым дном и изогнутой ручкой, имело густой янтарный цвет и тяжелую пенную шапку. И вкус у него, надо полагать, тоже должен быть отменным.
Посетителей в зале было немного. Взяв две кружки пива и целую гору сандвичей, каких прежде и не пробовал, Стинов устроился за небольшим столиком в уголке и приступил к пиршеству. Зажмурив от наслаждения глаза, Стинов сделал первый глоток холодного, терпкого пива.
– Разрешите? – услышал он голос рядом с собой.
Поставив кружку на стол, Стинов поднял недовольный взгляд. Зачем кому-то понадобилось беспокоить его, если в зале и без того полно свободных мест?
Но, увидев того, кто стоял рядом с ним, Стинов мгновенно позабыл все слова, которые собирался произнести. Лицо его вытянулось и заметно побледнело. Мило улыбаясь, возле Игорева столика стоял старик-сосед, дверь которого находилась напротив двери Стинова, когда он еще жил в комендантской зоне.
– Вы не возражаете? – указав на свободный стул, вежливо поинтересовался старик.
Стинов сделал приглашающий жест рукой.
Старик сел и сложил руки перед собой на столе. Мельком взглянув на них, Стинов отметил, что руки у него отнюдь не старческие, а крепкие и сильные, с молодой, здоровой кожей.
– Я очень рад, что вам удалось спастись, – глядя на Стинова, сказал старик.
Не зная, что на это ответить, Стинов сделал несколько больших глотков пива и принялся сосредоточенно жевать бутерброд.
Каким образом старику удалось его выследить? Что он хочет? Сдать его комендантам? Тогда с какой стати он пытается завести с ним беседу? Хочет начать шантажировать?..
Мысли разбегались в стороны. Нужно было срочно принять какое-то решение и в соответствии с ним строить дальнейшую линию поведения.
– Мы долго жили по соседству, а так и не познакомились, – сказал старик. – Ну, ваше-то имя мне известно. А меня зовут Василий.
– Очень приятно, – мрачно буркнул Стинов.
– Прежде вы предпочитали бары поскромнее, – оценивающе глянул по сторонам старик.
«Точно! – решил про себя Стинов. – Собрался денег из меня выжать!»
Откупаться от старика он не собирался. Шантажисту только палец дай – он всю руку отхватит.
– Я вижу, вы не очень-то рады меня видеть, – усмехнулся старик. – И совершенно напрасно. Я здесь для того, чтобы предостеречь вас.
– Пока тебя здесь не было, у меня все было в порядке, – неприязненно глянул на старика поверх кружки Стинов.
– А, так мы уже перешли на «ты», – вроде как удивленно вскинул брови Василий. – Не имею ничего против.
– Что тебе надо? – мрачно спросил Стинов.
Василий оставил игривый тон и, наклонившись вперед, серьезно произнес:
– Ты напрасно думаешь, что у тебя все в порядке.
– Да кто ты такой, черт возьми, чтобы решать, что у меня в порядке, а что нет?! – Стинов в сердцах швырнул на тарелку надкушенный сандвич.
– Я твой друг, – произнес Василий с полной уверенностью в истинности своих слов.
– Что-то раньше я твоей дружбы не замечал, – раздраженно ответил Стинов. – Должно быть, в то время денег у меня не было, вот ты и не лез ко мне со своей дружбой.
На лице старика появилась презрительная ухмылка.
– Денег, если надо, я и сам тебе дать могу. А что касается моего внимания к тебе, так ты просто не замечал его. Помнишь монаха в секторе Ломоносова?
– Откуда тебе про него известно? – насторожился Стинов. – Ты тоже был там?
– Так я и есть тот самый монах, – просто ответил Василий.
При этих его словах Стинов не смог сдержать насмешливой ухмылки.
– Кончай сказки-то рассказывать, – сказал он. – Староват ты для того, чтобы с комендантами драться.
– Внешность бывает обманчивой. Я не на много старше тебя. А это, – Василий пальцем коснулся щеки, – результат пластической хирургии.
– Обычно пластическая хирургия используется в прямо противоположных целях, – заметил Стинов.
– Обычно да, – согласился Василий. – Но герениты используют ее и для того, чтобы молодой человек выглядел стариком. На старика меньше обращают внимания, не считая его за достойного соперника.
– Допустим, что это так, – кивнул Стинов. – Но тем не менее почему ты спас меня?
– Ты представляешь интерес для Ордена геренитов.
– А, так ты простой миссионер. – Несколько успокоившись, Стинов снова принялся за пиво и сандвичи. – С этого надо было и начинать. Только, скажу я тебе, напрасно ты сделал на меня ставку. Я не собираюсь присоединяться к вашему братству.
– Я не миссионер и не проповедник, – покачал головой Василий. – Меня интересуешь только ты.
– И чем же я заслужил подобное внимание?
– Я пока и сам не уверен, что ты именно тот человек, который мне нужен, – ответил Василий. – Но тебя указало мне Провидение.
– Наверное, оно ошиблось, – усмехнулся Стинов. – Со всяким случается. Даже с Провидением.
– Не исключено, – не стал спорить Василий. – Но тем не менее я буду всюду следовать за тобой, пока не удостоверюсь, прав я или ошибся.
– Что же ты не помог, когда меня схватили коменданты? – насмешливо поинтересовался Стинов.
– Нужно было дать тебе возможность самому проявить инициативу, – ответил монах. – И, как видишь, у тебя все получилось. Если бы потребовалось, я вытащил бы тебя и из комендатуры.
– У тебя имеются связи?
– У меня имеется кое-что здесь, – монах пальцем коснулся лба.
– Что нужно от меня Ордену? – отставив кружку в сторону и наклонившись вперед, серьезно спросил Стинов. – Давай покончим с этим делом раз и навсегда. Я не хочу, чтобы за мной по пятам постоянно ходил соглядатай.
– Боюсь, что вот так сразу мы ничего не решим, – с сомнением качнул головой Василий.
– Давай хотя бы попробуем. Что нашептало тебе обо мне Провидение?
– Ты неплохо расправился как с противником в секторе Ломоносова, так и с комендантами в жилом секторе. Ты не можешь мне сказать, где ты научился так здорово драться?
– Нет, – покачал головой Стинов. – Для меня самого это загадка. Должно быть, в стрессовой ситуации проявили себя скрытые возможности организма.
– Возможно, стресс и сыграл свою роль, придав тебе прыти. Но сами навыки, они-то не могли возникнуть из ничего. Откуда ты знаешь, как правильно держать в руке дубинку? Как ею защищаться и наносить удар? Кто тебя этому научил?
Стинов отхлебнул пива и безразлично пожал плечами.
– Не знаю. Само собой все как-то получается.
– И ты сам в это веришь?
– А у тебя имеется другое объяснение?
Монах с лицом старика провел пальцем по столу, словно хотел изобразить какой-то магический знак.
– Скажем так – я пытаюсь его найти.
– А что говорит на этот счет Провидение? – усмехнулся Стинов.
– Дело не в Провидении, а в тебе самом.
То, как он произнес эти слова – словно бы сомневаясь, стоит ли их вообще говорить, – навело Стинова на мысль, что монах знает больше, чем говорит.
– Ну так что тебе сообщило Провидение? – небрежно поинтересовался Стинов, старательно делая вид, что оставшееся на дне кружки пиво интересует его гораздо больше, чем ответ монаха.
– В тебе заложены способности, о которых ты пока еще и сам не подозреваешь, – сказал Василий.
– Я всегда считал, что руководство не в достаточной мере ценит меня, – продолжая ухмыляться, прокомментировал его слова Стинов. – Если Орден геренитов желает использовать мои выдающиеся способности, то я хотел бы узнать, сколько мне с этого перепадет?
– Об этом рано говорить.
– Не упустите свой шанс, – подмигнул монаху Стинов. – Мне сегодня уже предложили очень неплохое место.
– Об этом я с тобой как раз и собирался поговорить.
– Я весь внимание.
– Ты глубоко ошибаешься, если считаешь, что все твои невзгоды миновали и впереди тебя ожидает только покой и благоденствие. Ты влип в паутину, из которой не так-то просто выпутаться, – ты стал ненужным свидетелем для двух самых крупных отделов.
– Почему же в таком случае я до сих пор жив? – недоверчиво прищурился Стинов.
– В зоне Информационного отдела ты проживешь ровно столько, сколько будет нужно тем, кто тебя контролирует.
– Меня никто не контролирует, – возразил Стинов. – Мне предоставлена полная свобода действий.
– Снова ошибаешься, – сказал Василий. – Если у тебя есть удостоверение личности и кредитная карточка, это еще не означает, что ты полностью свободен. Исчезнут документы – не станет и человека.
– То же самое можно сказать про каждого, – беззаботно махнул рукой Стинов.
– Я бы мог предложить тебе укрыться в секторе Паскаля, контролируемом Орденом геренитов.
– Мне не от кого прятаться, – возразил ему Стинов.
– Я знал, что именно так ты и ответишь, – кивнул монах. – Но, когда огонь начнет лизать тебе пятки, вспомни о моем предложении.
– Непременно, – усмехнулся Стинов и, отсалютовав монаху кружкой, допил то, что в ней оставалось.
– А пока я хочу просто предостеречь тебя, – сказал Василий. – Не доверяй никому, кто тебя окружает. В особенности остерегайся шефа службы безопасности Информационного отдела Гетри Стояновича…
– С ним я уже успел познакомиться, – вставил Стинов.
– Стоянович работает грубо, но при этом имеет привычку не оставлять после себя следов, – не обращая внимания на реплику Стинова, продолжал монах. – Он попытается убрать тебя при первой же возможности. То, что тебя взял под опеку Шалиев, вовсе не облегчает твоего положения. Стоянович и Шалиев ненавидят друг друга и, не упуская случая, устраивают друг другу мелкие пакости. Чтобы укрыться от Стояновича, старайся держаться поближе к Шалиеву. Но и с ним соблюдай осторожность. Шалиев ничего не делает просто так. И если он заинтересовался тобой, следовательно, собирается как-то тебя использовать.
– Каким образом? – живо заинтересовался такой возможностью Стинов. – Он оценил мои способности так же высоко, как и монахи? Честно говоря, я и сам был бы не прочь работать с первым помощником руководителя Информационного отдела.
– Смотри только, не окажись для него одноразовым носовым платком, – без тени улыбки предостерег Василий.
– Ладно, – Стинов отодвинул в сторону пустую кружку. – Поговорили – и будет.
Поднявшись из-за стола, Игорь оперся руками о стол и, наклонившись к монаху, тихо произнес:
– Не стоит больше ходить за мной по пятам. Забудь обо мне. У меня теперь новая жизнь. Я стал другим человеком. Прежнего Стинова больше не существует.
Взмахнув рукой перед лицом монаха, он развернулся и направился к выходу.
Монах смотрел Стинову вслед, до тех пор пока за ним не захлопнулась стеклянная дверь.
– Нет, ты пока еще не стал другим человеком, – печально покачал он головой.
Когда Стинов вернулся домой, там его ожидал еще один сюрприз. На двери его комнаты висела записка: «Загляни к соседу».
Заинтригованный, Стинов кинул сумку в комнату и постучал в соседнюю дверь.
– Заходи, – ответил из-за двери негромкий голос, показавшийся Стинову знакомым.
Стинов приоткрыл дверь. На кровати, опираясь спиной на высоко поднятую подушку, сидел Петр Медлев с плотно перебинтованной шеей.
– Вот это да! – удивленно произнес Стинов, заходя в комнату. – Выходит, ты теперь мой сосед?
– А ты не рад? – улыбнулся Медлев.
– Смотря с какой стороны посмотреть, – ответил, присаживаясь на стул, Стинов. – Ты же не хочешь убедить меня в том, что мы оказались соседями по чистой случайности?
Медлев обескураженно развел руками.
– Вообще-то именно так я и должен поступить.
– И кто же тебя приставил ко мне? Шалиев или Стоянович?
– Догадайся сам. Мне не положено разглашать служебные тайны.
– Понятно, – кивнул Стинов и перевел разговор на другую тему: – Как твоя рана?
– Заживает, – Медлев осторожно провел пальцами по забинтованной шее. – В госпитале только наложили швы и сразу же выставили меня за дверь. Мне теперь полагается двухнедельный оплачиваемый отпуск для поправки здоровья. – Сделав паузу, Медлев посмотрел Стинову в глаза. – Я теперь твой должник.
– Пустое, – махнул рукой Стинов.
Медлев не стал изливать на него потоки благодарности, но и без того было ясно, что он высоко ценит то, что сделал для него Стинов, и при случае готов отплатить ему тем же.
– Ну а у тебя-то самого как дела? – спросил Медлев.
Игорь с готовностью принялся пересказывать Медлеву события последних двух дней, опустив только встречу с монахом.
К удивлению Стинова, выслушав его, Медлев не выказал особой радости за своего подопечного, а даже, скорее, наоборот, несколько помрачнел.
– Шалиев занимает слишком высокий пост, для того чтобы заниматься делами мигрантов. Для этого существует специальная служба.
– Возможно, я чем-то заинтересовал Шалиева, – предположил Стинов.
– Скорее всего так оно и есть, – кивнул Медлев. – Только на твоем месте я не стал бы этому радоваться. Если Шалиев что-то делает, то делает он это не просто так, а с какой-то определенной целью.
За сегодняшний день Стинов слышал это уже во второй раз. Если к словам монаха можно было отнестись со значительной долей скептицизма, то к тому, что говорил Медлев, нельзя было не прислушаться. Хотя, с другой стороны, работая на Стояновича, Медлев мог получить задание намеренно вызвать у Стинова недоверие в отношении Шалиева. Но Стинову почему-то казалось, или же просто хотелось верить, что Медлев говорит то, что думает.
– Я не знаю, что нужно от меня Шалиеву, – безнадежно всплеснул руками Стинов. – Но податься-то мне все равно больше некуда.
– Это верно, – согласился Медлев.
– Кроме того, как мне показалось, ко мне не испытывает особой любви твой шеф Стоянович…
Стинов быстро взглянул на Медлева и тут же отвел глаза в сторону.
Медлев какое-то время молчал. Затем он тяжело вздохнул и медленно произнес:
– То, что я сейчас тебе скажу, я больше никогда не стану повторять. У Стояновича нет никаких личных чувств к тебе. Ты для него просто отработанный материал. Он не перерезал тебе горло в секторе Ломоносова только потому, что ребята, видевшие, как ты спас меня, не поняли и не одобрили бы этого. Шалиев имеет возможность прикрыть тебя от Стояновича. Пока ты рядом с ним, ты вне опасности. Но как только ты станешь ему не нужен, он сам отдаст тебя Стояновичу. Теперь пораскинь мозгами и сам реши, как следует себя вести, чтобы чувствовать себя в безопасности. И помни, единственный просчет может стоить тебе жизни.
– Спасибо.
И даже ни намека на иронию – все было слишком серьезно.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?