Текст книги "Жизнь и одни сутки"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhizn-i-odni-sutki-191996.jpg)
Автор книги: Алексей Мерцалов
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Глава Пятая
Поздно ночью Саня проснулся от сильной боли в сердце. Двадцать семь лет – это, конечно, преклонный возраст, но не настолько, чтоб испытывать проблемы с сердечно-сосудистой системой. Последний раз Евлантьев был у врача лет пять назад, и больше не хотел повторять этот бессмысленный поступок. Ведь современная медицина такова, что в бесплатной больнице тебя не долечат и пошлют куда подальше, а в платной у тебя найдут даже такие болезни, которых вообще не существует. Поэтому в наши дни самый разумный выход – это не болеть. А если уж заболел, так забейся в угол и помирай там. Этим Евлантьев и занимался ближайшие два часа, пока не определил, что боль сама по себе не пройдет.
Он вызвал «Скорую», надеясь, что врачи в состоянии хотя бы дать обезболивающее.
Врач прибыл на удивление быстро и действительно сделал укол. Судя по всему, доктор был энтузиастом, а потому не остановился на достигнутом и решил выяснить причину болей. Сане сделали кардиограмму и измерили давление.
Евлантьев, к сожалению, не видел результатов, зато видел реакцию врача, у которого лицо мрачнело с каждой секундой. Закончив все процедуры и посовещавшись с фельдшером, он грустно изрек:
– Мой друг, должен сообщить плохие новости. У вас порок сердца.
Саню обдало холодом, словно его окунули в прорубь зимним утром. Какой к черту порок сердца? Он же проверялся когда-то давно, и никаких проблем со здоровьем выявлено не было. Все это Евлантьев озвучил врачу. Однако тот был непреклонен:
– Увы, это такая подлая болезнь, что она может проявиться в любом возрасте. Но, к сожалению, это не самое главное. Дело в том, что я ввел вам препараты. И некоторое время, быть может, пару дней вы не испытаете серьезного дискомфорта. Но потом боли возобновятся, и с каждым разом будут становиться сильнее. Это оттого, что болезнь, судя по всему, вошла в активную фазу.
– Вы это на глаз определили? – рассердился Саня. Однако злость пришла от испуга, а не от праведного гнева.
– Нет, симптомы и показания кардиографа недвусмысленны. Вам нужна операция, мой друг. И как можно скорее.
– И она, конечно же, не бесплатная, – обреченно простонал Саня.
– Увы, – вздохнул врач. – Но не волнуйтесь. Ее можно сделать недорого.
– Сколько?
– Точно не знаю, ведь я этим не занимаюсь. Но пару лет назад это стоило тридцать-сорок тысяч долларов.
– Ахренеть недорого! – заорал Саня.
Он выпроводил сердобольных врачей и принялся осмысливать произошедшее. Правда в том, что сорок тысяч рублей тяжеловато достать, а про сорок тысяч долларов и говорить нечего. Такие баснословные деньги были для Евлантьева недосягаемы.
Кредит ему никто не даст, а занять такую сумму не у кого. Впрочем, Саня решил не пороть горячку. Во всяком случае, он умрет не сегодня и не завтра. А значит, есть время придумать выход.
⁂
Сердце сердцем, а распорядок дня никто не отменял. Поэтому с утра Евлантьев, как и все законопослушные граждане, пошел на работу. Кампания «БараноFF» располагалась на первом этаже многоэтажки в Люблино. Здесь всегда было чересчур светло и душно, а также веяло ложной доброжелательностью.
Саня вроде бы не опоздал, однако коллеги смотрели на него весьма странно и даже провожали взглядами. Пока он надевал конторский пиджак, повязывал галстук и прицеплял бейджик, его нашел сам глава кампании – В. В. Баранов.
Поразителен был этот человек. В любую погоду он носил легкую облегающую одежду, однако обязательным аксессуаром был шерстяной шарф а-ля Михалков. Прошлой зимой в минус двадцать градусов Баранов носил тонкую обтягивающую ветровку, вероятно, хотел подчеркнуть контуры тела. Хотя подчёркивать было нечего, ибо там все обросло жиром. Однако Баранов считал иначе, он ходил в спортзал и, вероятно, представлял себя поджарым красавцем.
В этом отношении посетители фитнес-центров делятся на два типа. Одни выглядят просто великолепно, однако, со свойственной им самокритичностью, требуют от себя большего и находят в своем теле недостатки, которые посторонний человек не заметит даже через лупу. А потому трудятся и работают над собой в поте лица.
Второй тип людей, к которому как раз и относился господин Баранов, уделяет спорту десять минут в день, а затем эти люди, очень довольные собой, идут покупать одежду узкого кроя, даже не замечая, что жировые накопления не дают им целиком поместиться в зеркале. Впрочем, был и третий тип людей, к которым принадлежал Саня Евлантьев. Эти люди не ходят ни в какие фитнес-центры и чувствуют себя просто замечательно.
Начальник напоминал Евлантьеву снеговика. Такой же круглый и такой же вечно замерзший и раздетый. Зато в шарфе. Только морковки вместо носа не хватало.
Однако вел себя Баранов всегда уверенно и напыщенно, чувствуя превосходство над всеми подчиненными.
– Евлантьев! – позвал он таким тоном, словно Саня был грязью, прилепившейся к мыску его ботинка. – Ты себя вообще видел? С кем ты дрался?
Ничего не понимая, Евлантьев взглянул на зеркало в вестибюле и ужаснулся. Его шею покрывали кровоподтеки, которыми его наградил душитель в подвале. Со стороны выглядело так, будто Саня неудачно повесился.
– Ты хоть понимаешь, чем это нам грозит? Ты же менеджер! Ты – лицо этой компании. Но в данный момент я не вижу лица. Я вижу только заспанную, покарябанную, пьяную рожу.
– Да почему пьяную-то? – возмутился Евлантьев.
– Потому что! – доходчиво объяснил начальник. – Из-за твоей расхлябанности и безответственности мы потеряем много клиентов. Кто захочет с нами работать, когда при входе его встречает такое мурло со следами виселицы на шее? Исходя из вышеизложенного, объявляю тебе штраф в размере тридцать процентов от зарплаты.
– Нет-нет-нет! Только не сейчас! – простонал Саня, но начальник уже пошел прочь.
Он удалялся походкой хозяина жизни, вскинув подбородок и уперев руки в бока. Сотрудники компании в страхе расступались перед ним и угодливо делали комплименты касательно его внешности.
– Свинья, – с ненавистью пробормотал Евлантьев.
Однако ушлый начальник расслышал. Он развернулся так круто, что его бока по инерции принялись болтаться словно качели.
– Что? – в ярости воскликнул Баранов.
– Я говорю: «Свинья». Заканчивается 2019 год. Год желтой земляной свиньи, – быстро поправился Евлантьев.
Баранов, со свойственной для баранов тупостью, ничего не понял, но, чтобы сойти за умного, важно кивнул и пошел к себе в кабинет. Саня вздохнул спокойно, только когда вдалеке хлопнула дверь. Остаться без работы в сложившейся ситуации было сродни гибели. Однако в душе Евлантьев мечтал, что настанет день, когда он, богатый и независимый, ворвется в кабинет к своему начальнику и пошлет его ко всем чертям.
День шел за днем и наконец Евлантьеву перевели зарплату. Она оказалась ровно на тридцать процентов меньше обычной, спасибо Баранову. Саня прикинул в уме, сколько времени ему потребуется для сбора средств на операцию при такой зарплате. Оказалось, что и всей жизни не хватит.
А ведь ему предлагали заработать куда большую сумму всего за сутки. Саня периодически возвращался к этой мысли, однако находил ее абсурдной и бесперспективной. Даже если бы он согласился на предложение этого Бельфегора, никто не давал гарантий, что тот действительно заплатит. А за 24 преступления светит внушительный тюремный срок. Евлантьев не занимался коллекционированием несчастий на свою голову, а потому всякий раз отказывался от идеи снова набрать Бельфегору.
Однако все поменялось в тот момент, когда ему позвонила Вера. Он не общался с ней уже больше двух дней. Был занят борьбой со своими проблемами. А тут она сама позвонила, и сразу стало ясно, что девушка обеспокоена.
– Привет, Саш! Извини, что не писала. У меня случилось ЧП. Помнишь, я рассказывала про своего брата Андрея?
– Который вечно попадает в передряги?
– Да.
– Ну, у нас с ним много общего.
– Он снова натворил дел. И на этот раз с рук не сойдет. Его посадят, Саш. Я не знаю, что делать и к кому обратиться. Нужны деньги на адвоката и на взятку следователю. Вся надежда только на тебя.
«Твою ж мать! Я что, копилка?» – подумал Саня, но вслух сказал:
– Что он натворил? Быть может, все само как-то решится?
– Подрался с кем-то. Но там все серьезно. Тяжкий вред здоровью и еще что-то. Если ничего не делать, Андрея посадят, а кроме него и тебя у меня никого нет. Если его посадят, мне останется только погибнуть. Еще и астма дает о себе знать. Нужно срочно ехать в санаторий. Но опять-таки нет денег. Короче, я в отчаянии. Пожалуйста, Саш, помоги. Я буду вечно тебе благодарна!
Евлантьев не стал говорить ей, что сам умрет в ближайшее время. К чему плодить проблемы?
– Ладно. Я что-нибудь придумаю. Сколько времени есть?
– Через три дня его дело будут передавать в суд. А судье на лапу дать гораздо сложнее, чем следователю или прокурору. Так что до этого времени нужно заплатить.
– Сколько?
– Минимум триста тысяч.
– Надеюсь, рублей?
– Да, конечно.
– Ну, это не сорок тысяч долларов, – мрачно усмехнулся Саня. – Хорошо, я постараюсь помочь. Жди звонка.
Когда Вера отсоединилась, Евлантьев рассмеялся в пустоту своей комнаты. Его начинало забавлять количество проблем, свалившихся на его плечи за последние несколько дней. Он посчитал, сколько денег ему нужно на данный момент.
Сорок тысяч евро на операцию, триста тысяч рублей для этого дебила, примерно полтора миллиона по всем кредитам, ну и еще пятьсот рублей, чтоб пивка попить. На круг выходило почти четыре с половиной миллиона рублей.
И тут снова в голове появилась мысль о пяти миллионах евро, предложенных Бельфегором. Но Саня в который раз отогнал эту мысль. Легких денег не бывает. Тем более, когда речь идет о пяти миллионах.
Однако больше нельзя было сидеть на месте. А взять такую сумму можно только одним способом. И Саня снова пошел в букмекерскую контору. И опять поставил все свои деньги. Только на этот раз более внушительную сумму. В случае выигрыша он мог рассчитывать примерно на сто пятьдесят тысяч рублей. Из этих денег часть можно было вложить во что-нибудь, а другую часть снова поставить на футбол.
Однако сто пятьдесят тысяч ему явно не светили. Полтора часа он наблюдал за футбольным матчем, а когда прозвучал финальный свисток, в его карманах не осталось ни рубля. В этот раз он не дрался с посетителями и не бросался на администратора. Теперь он с мрачным спокойствием вышел на улицу, достал телефон и набрал номер.
Все было кончено. Все законные пути привели его в тупик. И здравый смысл подсказывал Евлантьеву, что он исчерпал все имеющиеся у него возможности самостоятельно выбраться из сложившегося положения. А раз так, придется рискнуть и обратиться к нетривиальным мерам. А как иначе? Бросить человека, который ему доверяет? А потом умереть от порока сердца? Ни того, ни другого Евлантьев не хотел.
– Слушаю, – наконец отозвался знакомый голос.
– Это я. Ваше предложение меня устраивает. Куда подъехать?
Глава Шестая
На этот раз встреча была назначена не у театра, а у торгового центра «Афимолл» в «Москва-Сити». И приехал за Саней не внедорожник, а минивэн, правда, тоже тонированный.
Повязку на Евлантьева в этот раз не надевали. Неужто, согласившись на эксперимент, он стал «своим?».
Минивэн подвез Евлантьева к небоскребу «Империя», и давешний человек-невидимка провел гостя через проходную.
Затем они поднялись на двадцать шестой этаж и вышли в небольшой холл. Слева и справа прозрачные двери. За левой – большой зал, в котором усердно работают несколько десятков людей, а за правой – узкий коридор. Невидимка повел Евлантьева направо. Некоторое время они петляли меж разных помещений и наконец остановились у одинокой двери в самом конце коридора.
– Знаю-знаю, меня позовут, – опередил Евлантьев, видя, что конвоир хочет что-то сказать. Тот встретил эти слова доброжелательной улыбкой и оставил Саню наедине со своими мыслями.
В этот раз Евлантьев даже не успел заскучать. Дверь распахнулась, и в проеме появился Бельфегор.
– Неужели это тот самый подопытный кролик? – спросил он хоть и шутливо, но, как всегда, с каменным лицом.
– Называйте как хотите, – согласился Саня, заходя внутрь.
Эта комната разительно отличалась от любого кабинета. Она была совершенно пуста. Ни стола, ни шкафов, ни компьютера, ровным счетом ничего, лишь два простеньких стула и голые стены.
Бельфегор внимательно поглядел на Евлантьева. В руках махинатора была сумка.
– Надеюсь, это деньги? – ухмыльнулся Саня.
– Нет, здесь то, что поможет вам их заполучить.
– Что это за комната? Почему нет никакой мебели? – поинтересовался Евлантьев, изучая взглядом пыль на полу.
Однако Бельфегор был не согласен с этим суждением:
– Почему же? Есть два стула…
– Так, начало мне уже не нравится, – перебил Саня.
Впрочем, через пару минут мужчины уселись на эти стулья, и они, к счастью, оказались самыми обыкновенными.
– Итак, слушайте внимательно, я объясню вам правила эксперимента, – чопорно заговорил Бельфегор. – Это помещение – отправная точка. Когда вы покинете его, я включу таймер. С этого момента у вас будет двадцать четыре часа, чтобы совершить 24 преступления.
– То есть, я должен совершать ровно одно злодеяние в час? – уточнил Евлантьев.
– Нет. Мне все равно, как вы распределите данное вам время. Если вы двадцать три часа будете отдыхать с проститутками в бане, а потом за последний час совершите все 24 преступления, я не буду против. Но запомните важный момент. Каждое преступление – это отдельная неповторимая статья в Уголовном кодексе.
– За нарушение которой меня посадят, – жизнерадостно резюмировал Евлантьев.
– Я не об этом, – спокойно возразил Бельфегор. – Суть такова, что вы должны совершить 24 разных преступления, тем самым нарушив двадцать четыре разные статьи. То есть если вы украдете двадцать четыре бутылки у двадцати четырех бомжей, вам по правилам данного эксперимента будет засчитано всего одно преступление.
Саня не выдержал и снова встрял:
– Как вы умудряетесь говорить всю эту ахинею с таким серьезным выражением лица?
– У каждого свои способности, – хмуро ответил Бельфегор, ничуть не обидевшись на дерзость Евлантьева.
– В таком случае моя способность – собирать проблемы.
– Надеюсь, это умение не помешает вам осуществить эксперимент. Вы меня поняли? 24 преступления равны двадцати четырем статьям Уголовного кодекса. Это ясно?
– Ясно-ясно. За три грабежа начисляется один балл. А за грабеж, убийство и растление малолетних сразу три.
– Примерно так, – мрачно кивнул Бельфегор и продолжил монотонным голосом: – Для фиксирования вашего прогресса вы будете оснащены видеоустройством, на которое будут записываться ваши действия.
– Мне что, грабить людей и еще снимать их на камеру?
– Линзы, – сказал Бельфегор и вынул из сумки маленькую коробочку. – Это так называемые «умные контактные линзы», способные вести видеосъемку и транслировать ее на большом расстоянии. Однако ваша деятельность должна быть ограничена пределами Москвы. Иначе сигнал может быть утерян. Вынимать линзы категорически запрещено. Это можно сделать только на один час для отдыха. Однако если это время будет продлено вами более чем на одну секунду, ваш прогресс будет аннулирован. Это ясно?
– Ясно. Понятно.
– Далее. Вам будет выдан телефон для выполнения эксперимента, – Бельфегор достал довольно странный смартфон. – У этого телефона всего две функции. Первая – пассивная. На экране будет отображаться общий счет вашего прогресса, чтобы вы не забыли, сколько преступлений вам еще нужно совершить и сколько времени у вас осталось.
– Спасибо за заботу.
– Вторая функция. Связь лично со мной. Вы звонить не можете. Я могу в любое время. И вы обязаны ответить на звонок. Это ясно?
– Яснее некуда.
– Далее. Вам будет выдана денежная сумма в размере пятидесяти тысяч российских рублей для расходов и подготовки к эксперименту, – Бельфегор вынул и продемонстрировал тощую пачку денег. – Если у вас возникнет мысль присвоить эти деньги, то хочу кое-что прояснить. Я в курсе вашей болезни, в курсе ситуации с братом Веры, а также в курсе, что сегодня на завтрак вы ели дешёвую пиццу по акции. Думаю, вы понимаете, что узнать ваше местонахождение мне также не составит труда.
– Не волнуйтесь, – отмахнулся Саня. – Пятьдесят тысяч не решат мою проблему.
– Далее. Хочу изложить перечень ошибок, за допущение которых прогресс эксперимента будет аннулирован. – Бельфегор извлек из кармана лист бумаги и зачитал. – Первое. Подопытный не успел в положенный срок совершить общее количество преступлений, необходимое для завершения эксперимента. Итог: аннулирование прогресса. Второе. Подопытный извлек контактные линзы, в результате чего видеосвязь с ним была потеряна на срок более одного часа. Итог: аннулирование прогресса. Третье. Подопытный оповестил посторонних лиц о своем участии в эксперименте. Итог: аннулирование прогресса. Четвёртое. Подопытный по собственной воле выехал за территориальные пределы эксперимента, установленные границами Москвы, в результате чего связь с ним прервалась. Итог: аннулирование прогресса. Пятое. Подопытный по собственной воле уничтожил выданные ему устройства, а именно контактные линзы и телефон. Итог: аннулирование прогресса. Вопросы?
– Вы сами составляли эти правила? – спросил Саня, находясь под впечатлением.
Бельфегор свернул лист и убрал во внутренний карман пиджака. Вопрос проигнорировал и ответил не очень вежливо:
– Вопросы по существу будут?
– Мне не нравится термин «подопытный». Давайте заменим его на «исследователь-рецидивист». Или лучше «гангстер от науки».
– Зря вы усмехаетесь, Евлантьев, – строго процедил Бельфегор. – Отнеситесь к этому эксперименту со всей серьезностью. Поверьте, эти двадцать четыре часа будут самыми важными в вашей жизни. Надеюсь, вы понимаете, что просто так пять миллионов евро никто не заплатит. Для того, чтобы получить их, вам придется совершить титанический труд. Иногда суток мало и на одно преступление. А вам нужно совершить двадцать четыре. И если будете шутить на каждом шагу, вряд ли у вас что-либо получится.
Эти слова показались Евлантьеву вполне разумными, и он решил взять себя в руки.
– Я понял вас. Могу задать вопрос? По существу.
– Извольте.
– Какие у меня гарантии того, что деньги будут выплачены в случае успешного прохождения эксперимента?
На лице Бельфегора впервые появилось легкое подобие улыбки.
– Знал, что вы это спросите. Пять миллионов евро уже переведены на счет, созданный специально для вас. Снять их можете только вы. Но эта услуга будет доступна для вас не ранее, чем через двадцать четыре часа. Работники банка в курсе. Вот, ознакомьтесь с информацией о счете и подробностями транзакции.
Он вынул бумаги из, кажется, бездонной сумки и протянул Евлантьеву. Тот изучил их так тщательно, как не изучает даже самый ответственный юрист. Однако никаких подвохов не обнаружил. Неужели этот человек и вправду готов платить столь огромные деньги за такую бредовую работу?
– Тогда другой вопрос! – воскликнул Евлантьев, не теряя надежды найти подвох в словах «работодателя». – Вы же понимаете, что, совершив 24 преступления, я попаду под прицел полиции?
– Интуиция подсказывает мне, что пяти миллионов евро вам хватит, чтобы послать к черту любую полицию в мире. Однако, если вы захотите покинуть страну, я предоставлю вам частный самолет.
– А если меня схватят до того, как я совершу все эти чертовы преступления?
– Это уже ваши проблемы. Поэтому постарайтесь не попадаться. Продержаться сутки в таком крупном городе, как Москва – не самая трудная задача.
– Почему в этот раз мне на глаза не надели повязку?
– А зачем? Теперь вы участник эксперимента. А значит, не в ваших интересах приводить сюда сотрудников правоохранительных служб, ведь в таком случае вы будете привлечены к уголовной ответственности в качестве соучастника.
Бельфегор откашлялся и продолжил с новой силой:
– Если вы готовы, прошу надеть линзы и взять телефон. Последний рекомендую убрать в надежное, но доступное место, чтобы всегда иметь возможность ответить на звонок, в случае если я посчитаю нужным связаться с вами.
Евлантьев достал пинцетом предложенные линзы, поднес их к свету и осторожно покрутил. Линзы как линзы, ничего сверхъестественного. Судя по всему, сделаны из более плотного материала, чем обычные. Но в остальном очень даже тривиальные. В прошлом году Саня носил примерно такие же линзы, когда хотел скрыть красноту воспаленных от недосыпа глаз.
Когда Саня, отодвинув веки, поместил линзы в слизистые оболочки глаз, его ресницы часто заморгали из-за сильной рези. Однако вскоре болезненные ощущения сошли к минимуму, и Евлантьев снова обрел душевное равновесие.
– Телефон, – подсказал Бельфегор, внимательно наблюдая за действиями «подопытного».
Евлантьев взял странный и угловатый телефон, повертел в руках и, не найдя ничего интересного, поместил во внутренний карман куртки. По взгляду Бельфегора он понял, что час икс пробил. Но на языке все еще вертелся важный вопрос.
– Почему выбор пал именно на меня? – не выдержав, спросил Евлантьев.
На миг в глазах Бельфегора мелькнуло нечто странное. То ли злость, то ли, того пуще, – ненависть. Но лицо странного человека оставалось мрачным и задумчивым.
– В Башкирии конные джигиты, охотясь на волка, загоняют его в глубокий снег и бьют чекмарями или кистенями, пока зверь не испустит дух. Знаете, какой волк самый свирепый? Тот, что попал в западню. Понимая, что нет иного выхода, он будет биться до последней капли крови. В вашем случае тот же принцип. Для участия в эксперименте подойдет только отчаявшийся человек. Человек, загнанный в угол. Вам нечего терять, и этот эксперимент – ваш единственный шанс выжить в этом алчном мире. Поэтому я надеюсь, что вы приложите максимум усилий.
Он на миг замолчал, а потом пристально поглядел на Евлантьева.
– Готовы?
– Была не была, – сухо ответил Саня.
– В таком случае я объявляю старт эксперимента. Уверен, этот опыт войдет в историю и станет толчком к развитию бихевиоризма и криминалистики. А вам, господин Евлантьев, могу пожелать лишь одно. Удачи.
С этими словами Бельфегор повернулся к, казалось бы, глухой стене и кивнул. В то же мгновенье в кармане Евлантьева раздалась вибрация. Он достал телефон и увидел, что на его экране появилось число, изменяющееся с каждой секундой: 23:59:54, 23:59:53, 23:59:52….
Вероятно, в стене была установлена камера, через которую Бельфегор подал сигнал своим подчиненным. Они и запустили таймер. А сам махинатор тем временем снова повернулся к Евлантьеву и торжественно изрек:
– Обратный отсчет пошел. Теперь вы предоставлены самому себе. Но помните, что каждая секунда на счету.
В этих словах было столько пафоса, что Евлантьев не выдержал:
– В таком случае не буду медлить, – сказал он и навел на Бельфегора два пальца правой руки, имитируя пистолет. – Я вас граблю, любезный. Зачтете мне первое преступление?
– Прошу осуществлять вашу деятельность за пределами моего офиса, – сказал Бельфегор, мятно улыбнувшись. Затем он отвернулся, давая понять, что разговор окончен.
А Евлантьев кивнул сам себе и вышел из комнаты. Двигался он медленно и осторожно, словно только появился на свет. Впрочем, так оно и было. Прежняя жизнь закончилась, когда таймер начал обратный отсчет. С того момента началась жизнь новая. Какой она будет? Долгой и счастливой? Или бесславной, длиною в сутки? Евлантьев этого не знал. И все же он пересек эту черту невозврата, и обратного пути уже не было.
⁂
Дверь с легким скрипом вернулась на свое место. Это значило, что Евлантьев ушел. И только тогда Бельфегор набрал номер. Спустя мгновение в его телефоне прошелестел сухой голос:
– Ну что?
– Евлантьев в игре, – сказал Бельфегор. – Теперь он твой. Можешь начинать.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?